Текст книги "Корпоративный Морок: Норма пребывания в Конторе (СИ)"

Автор книги: Антоний де Крупе

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 13 страниц)

ЛИЧНОЕ ДЕЛО: ЭМИТЕНТ-ИЗОЛЯЦИЯ (Часть 3)

А он выпивший был. Понимаешь? Сиделкин, ты это понимаешь? И все выбежали, за Настенькой, все выбежали смотреть. Ох, не могу вспоминать, да доктор говорил нужно выговаривать, нужно выговаривать все, что приходит на ум, все что боль даёт. Говорит что как выговорю, раз, два, десять – на одиннадцатый не понадобиться – забудется и переживет. Все выбежали – пол дискотеки, к Настеньке Кроткой, и я подошел к ней, сел на корточки извиниться, хотя за что я извинялся? Зачем я подошел? А она сидит, красными ногтями закрывает лицо и сидит. А я чувствую меня сзади тащат, да так что я мигом стал на носочки. Меня отпустили на ноги. Поворачиваюсь – Бугаев. И стоит он такой, пошатывается, а перегар от него как из пустой бутылки, и табаком таким – дедовским и дышит на меня, что аж слышно, как бык. Я замер. Страшно стало. Фух, как страшно стало. А он смотрит на меня и говорит: «А знаешь, Гребешков, ты не гребень. Ты клитор. Настя не может полюбить клитор. Вздор.», и развернувшись, шатаясь побрел назад на дискотеку, а через три шага начал пританцовывать. Смеялись все. Смеялась Настя. Её обиду как рукой сняло. После выходных, когда я шел от школьного гардероба по коридору в кабинет классного руководителя, и мальчики и девочки шептались, показывали на меня пальцем и друг другу на ухо говорили: «Клитор».

СКРЫТЫЙ ЗАМЫСЕЛ: ГИГИЕНА КАПИТАЛА (Часть 1)

«Ааа, ох – 213 ударов, как же успокоиться? 213 в минуту – да это на троих хватит. Я когда в теннис играю полтора часа к ряду, с этим толстячком у меня больше 156 не поднималось. Толстячок еще этот: «Бизнес у тебя грязненький», – что ты мелешь? Ты от папы получил капиталы, депозиты в банке под проценты, ты – мажор! Я свой сам сделал, вот этими изящными руками. Вот этими руками, что еще в студенческие годы заводили людей в казино. Да что мне там казино платило, а? Ну время я там проводил, в шикарной обстановке, пока мои однокашники по общагам клопов кормили. Портвейн с горла пили. Одну на троих курили – тьфу. Я в цветах золота ночами сидел в зеркало глядел и смотрел как они веселятся, развлекаются, время культурно проводят. А то что, казино это разве работа? Это досуг, приятный, с официантками красивыми в бикини, декольте, ножками напомаженными блестками. Там дисклеймер они что, не видели? «Внимание: азартные игры не являются способом заработка. Вы платите за риск и атмосферу, осознавая возможность полной потери средств», – это не про деньги свои увеличить, это про бесплатные напитки принесенные голыми ножками и место, где ночью курить можно в атмосфере роскоши.

Бизнес у меня грязненький – я просвещением занимаюсь, я шанс…

Глава 15. Визит Пана Капитана

… даю людям, они без торговой стратегии вообще просто корм для рынка – ликвидность! Самое интересное что, большинство как приходят в казино так с открытым ртом и в автоматы, и в рулетку, и в покер, да везде каждой даме с перьями в красивой головке чаевые дают, а как под утро выходить, так грустные. Смотрят на меня, говорят было весело а грустные. Лицемеры. Вы просто деньгами распоряжаться не умеете – раз, зарабатывать их не способны – два, а три – сначала все такие важные а потом с кислыми рожами ходите. Прям как мои однокашники после вечеринки – сразу весело, портвейн рекой, а потом, на утро, идут клопов кормить в общагу. Неудачники, что тут говорить. Фух, 202 опять, хоть в глазах перестало четвериться и кружиться. Говорю – хорошо, нужно выговориться».

СКРЫТЫЙ ЗАМЫСЕЛ: ГИГИЕНА КАПИТАЛА (Часть 2)

«Ну а дальше что? Дальше казино прикрыли. Да как прикрыли, казино перешли на другой уровень, дальше там ловить уже было нечего, но свои студенческие годы я обеспечил. А эти все выходили недовольные: «У меня жена, зачем вы так? Лучше бы я сюда не шел? Почему вы меня не остановили?», и прочее. Задолбали меня, неудачники. Казино хорошо платило, на то время 15 % от проигранных игроками денег. Ну а потом ожесточилась все, но я уже и отучился как раз, и интересы у меня поменялись. И заграницу я за эти деньги скатался, на самолете полетал, повеселился и пожил после не в нужде.

Не то что ты, толстенький! У тебя в школе все небось знали, что папа твой богатый и на бизнес твой он тебе дал. А мой грязненький? Ты хлеба сеешь да животных выращиваешь да убиваешь на этом и зарабатываешь, хоть папа твой прокатом сельхоз техники занимался. А я повышаю уровень знаний, этих бедных, ни на что без знаний не способных людей – они с рынка хотят заработать и жизнь свою улучшить. Да, не у всех получается. Да, может и не у кого не получается, но шанс же есть? Шанс есть ведь, ты – математика, знаешь такое? Теория вероятностей слышал? Неуч. Свиней иди мучай да убивай, жрешь небось их так и живот такой большой. А в теннис такой шустрый, как бес.

Ой, да чёрт с ним, с тем теннисом. Говорит состою я в тайном сообществе, том самом, что все в Питере знают, но никто ничего из подробностей не знает. Самых богатых, влиятельных и заинтересованных в улучшении жизни населения людей – можно сказать элита русская. А ты говорит, туда не попадешь – бизнес твой грязненький. Мы еще посмотрим, кто куда попадет. Я вашим боссом буду. Ни завтра, ни через год, а все равно буду. Твоим так точно. Развалю все твое у тебя же на глазах и буду смеяться. Бизнес у меня грязненький…»

СКРЫТЫЙ ЗАМЫСЕЛ: ТЕРМИНАЛ ОТЧУЖДЕНИЯ (Часть 3.1)

А дальше началось самое интересное. Вышел четвертый метак. И Терминал отчуждения стал доступен для всех. Да кто там с верху топочет как слон! Элитный новострой, насыпь, остров, Изолятор «Ось»! А как в коммунальном доме кто то в пол пятого ночи прыгает как слон – ходить научитесь там! Откуда только у вас – деревенских возможность тут находиться? К тётке в гости что ли приехали? Хох, нужно успокоиться. Успокоиться и говорить.

А я про финансовые рынки чисто случайно узнал, знакомый из казино просто встретился на улице – смотрю, весь сияет, в костюме с галстуком. Гелем причесан, с портфелем и на часы золотые смотрит каждые 8 секунд. Ну и сказал он мне, что есть новая тема – предлагать сладеньким стать собственными финансовыми экспертами, не выходя из дома – стать представителями мира денег и никому не кланяться. Говорит что главное не стесняться, но свое стеснение я преодолел за 15 %. А как только он сказал что этот брокер платит половину от внесенной лидом суммы депозита на их счет – смелость стала моим девизом.

Я уточнил а зарабатывают они там что, эти сладкие? Он ответил дословно так: «Ты что, на приколе? В этом Терминале отчуждения, можно рисовать любые цифры – хоть дам зелени они заработали. Эта программа их собственность, какие хочешь котировки и суммы рисуй. Наша задача делать так, что бы они пополняли все больше и больше а нам платили комиссию. Если не готов – сразу скажи, что бы я из за тебя не потерял место.» Сказал что конечно я согласен и, костюм у меня есть, и никому не скажу как именно мы зарабатываем – вот крест, зубы даю. Лишь уточнил все ли брокеры такие. Он ответил, но предупредил, что больше на тему совести говорить не намерен – время заколачивать бабло: «Есть брокеры официальные, но они тоже рисуют что хотят. А есть кухни, как в народе называют. Как у нас. И те и те работают одинаково. Просто из порядочной кухни можно деньги назад вывести, а из кухни нельзя, понял?» Да что тут не понятного.

СКРЫТЫЙ ЗАМЫСЕЛ: ГЕОМЕТРИЯ ЗОЛОТОГО ДНА (Часть 3.2)

Я с телефона не слазил, я обзвонил всех родственников, знакомых, знакомых их знакомых и всем делал офферы. Да что вы там уже кричите? А, это песни поют… То топтали как мамонты, то уже поют песни пошлые – еще элитный комплекс. Гуляй шальная! – тьфу, родственники с деревни приехали. Я бил рекорды, я годами заводил клиентов, хоть суммы были не космические, я приводил их много. Они мне доверяли, они хотели со мной работать. Они хотели через меня заводить.

Стали открываться другие брокеры – порядочные кухни, которые крутились в ящике и по радио. Я перешел в такую и там повторил свой подвиг. Ну как подвиг, всем клиентам я честно признался, что прошлый брокер гиблое место и нужно открывать в этом – дело верняк. И они мне поверили. Кто кредиты взял, кто недвижимость продал, а кто все свои сбережения завел под депозит. Вот это люди – уважаю. Идут на все ради своего стремления к финансовой независимости. Не то что казиношные. Те проиграли раз и кислые. А рыночные могут по сто раз заводить, это ведь не казино, рынок это ведь математика, наука и стратегия!

Мне предложили стать партнером. Я даже не знал, да никто не знал, что так можно. Я как услышал, я просто ошалел от возможностей. То есть лид, открывший по моей ссылке счет и пополнивший депозит, навсегда закрепляется только за мной, и мало того что я получаю ровно треть от его пополнения, так я еще получаю комиссию за его торговую активность! Моей радости не было предела. Это золотое дно! Ох, как подумал про свои партнерские программы, так пульс сразу ушел до 173. Как же это приятно. Как же хорошо этим заниматься. С 2009 года я в бизнесе и мне нет равных! У меня самая древняя партнерская сеть с самыми рекламируемыми брокерами и это дело моей жизни. Но моя схема поистине гениальна! Ох как же становиться хорошо, как я вспомнил про свою гениальную схему с обучением, так пульс сразу стал 159.

СКРЫТЫЙ ЗАМЫСЕЛ: АЛХИМИЯ ПУСТОТЫ (Часть 3.3)

Фух, уже не бьется сердце в горле, проходит. А ведь точно, как выговоришься, так легчает. Бизнес у меня грязненький… Я придумал идеальную схему. Под предлогом обучения торговой стратегии и индикатора, делающего торговлю понятной, уже после того, как лид купил и начал учиться, говорить ему очевидную вещь: «Вы ведь решили серьезно заняться торговлей на финансовых рынках, вам ведь для этого нужен торговый счет?». Ну а через нашу Контору… надежно… проверенные партнеры… качественный сервис… нет проблем с вводом и выводом средств… долгосрочные отношения – наш приоритет.

И открываем счета по моему партнерскому коду, Экстрактор следит. И пополняем клиентов на суммы – это как открыть депозит в банке: деньги лежат на вашем собственном счете, их можно вывести. А зачем? Вы теперь же владеете стратегией и будете свои деньги увеличивать, а как поторгуете, заработаете – так выведете, Экстрактор заинтересован, оформит. Моя сеть…

Так мы и познакомились с Ерёминым. Он весь такой управленец, структуру Конторы выстраивал. Под моим руководством, конечно – да куда он без меня? Эмм, амм, «соответственно» – душно уже от него. «Это рискованно… опасно… давай без проблем работать… зачем нам эти брокеры… вот обучение – это тема… давай еще обучающие проекты открывать… брокеры – это нестабильно, они иногда не платят… они закрываются… я не хочу сидеть».

Да кто тебя посадит? Кому ты нужен, тут в стране и так есть кого сажать без тебя. Нытье твое меня уже достало. 14 лет одно и то же. Давай открывать школу – хорошо. Я её открыл, по покеру – и что? Опять сам все сделал. И проект собрал с нуля, за деньги брокеров, между прочим. И сливки все снял – прямо в спрос попал на покер и все сливки снял, обучая ничему. Ничему не обучая – как и со «Стрелком», как и с «Арендованным Огнем», и Прометея карточного сам нашел – я. А ты что сделал? Ты лакей мой, посыльный. «Мы равнозначные партнеры». Кто? Ты? Со мной? «Соучредители», «Я собственник». Чего ты собственник? Чего ты «рука на пульсе» собственник? Слюдяной таблицы. Это все подношения мне! И митапы мне, и данные РНП мне – все мое. Самое интересное, что это ты сам мне Генри нашел. Он тебя Тотально Сцедил, а теперь ты сидишь и мычишь, спрашивая: «Куда расти?»

МЕХАНИКА ЗАМЫСЛА: ЦИКЛ УРОБОРОСА (Синтез фрагментов 1 и 2)

И проект по покеру я еще и сам продал. А ты часть с него получил. Я тебе наглядно показал, как школы делать, а где твоя новая школа? Как трейдинг запустили, так там и сидишь. Мне эта возня… Вух – 137 пульс, почти как у космонавта. Мне твоя возня уже надоела. Ты трус. Ты слаб. Ты знаешь, что меня… я до сих пор не знаю, как ты это разузнал, может случайно, а может целенаправленно. Но ты знаешь… мне сам недавно сказал, осмелился сказать, что меня в школе, что меня после школы… что меня называют К… Клит…

Посмотрим, как ты мой гениальный переход на оплату в крипте сложишь с моей новой гениальной идеей вывода денег со счета Конторы через лидогенерацию. Согласишься – еще поживешь. Нет, ну так и плыви в Тамань – идиот. Ты мне не нужен, да и ты раньше мне не нужен был. Ну как не нужен, нужен ровно настолько, насколько нужен барину лакей. Генри такие рекорды ставит по Снятию, что ни ты, ни я таких не видели. Даже в 2017, когда продавалось всё как пирожки, а еще «Черная пятница» и декабрь – вот там как раз прачечная заработает в полную силу.

И что за ирония, а? Что за ирония? И Генри ты сам привел, да еще и Алину. А она мне и выведет всё через Одессу. У нее выхода нет. Или будет выводить, или будет там сидеть за измену. Вот вам и вся цепь, ха-ха-ха! Кроткая Настюша – это теперь Алина. Генри получит за Сиделкина. Бугаев – это Ерёмин, ээ-бээ, детина стокилограммовая…

А Арон Коклюш? Ах, эта мерзость – больше всех тебя ненавижу. Ты просто глупый позер, пастух, который считает себя рок-звездой. Десны эти огромные… снюс выплевывает прямо на вебэнаре – как же ты жалок. Будешь с моих митапов выходить без разрешения – будешь ЗП получать самый последний. А не поймешь – будешь репетировать вебэнары в моем присутствии. Мое Стойло!

Оно станет прозрачным. Ни денег на счету, только долги, только овердрафты под проценты. Никакой сверхвыручки – я еще налоги платить вам буду? Так я до миллиарда в USDT когда доживу? В 74 года? На счету Конторы не останется ни копейки. Генри будет Снимать номинал. Алина будет отмывать его в трафик. А Арон будет массово накидывать Морок на лидов – мой идеальный Уроборос. А вы все лишь инструменты.

А Ерёмин… А что Ерёмин? Будет ныть, поплывет в Тамань – ха-ха-ха. Только все доступы мне сначала передаст. Так, шесть утра. Пульс 89. Нужно причесаться. Сегодня «День Д» – Алина презентует схему прачечной.

Фрагмент: Трафик-прачечная. Сакральное подношение

Солнечный огонь еще не успел коснуться тверди, когда Валя-Алина начала репетицию. Успех этой операции был её единственным витальным дефицитом. Она знала, как нужны презентации Гребешкову. Эмитент мог по кругу проводить встречи на одну и ту же тему, превращая их в бесконечную серию сакральных подношений. Помимо тучу файлов, Валя-Алина уже провела два раунда, и к каждому готовила новые слайды, тексты, резюме – горы цифрового шлака.

Сергей Александрович был одновременно требователен и зависим от этого процесса; он не умел принимать решения, не увидев «качественной подготовки». Но Валя-Алина видела суть этого фетиша глубже. Презентационная пирамида была способом поглощения чужой нужды. Чем больше он мялся, тем больше в нем нуждались, принося новые жертвы в виде графиков и отчетов.

Она перечитала материалы дважды. Когда первый солнечный взмах влетел в окно и обесцветил рыжий пух на месте её бровей, Валя-Алина посмотрела прямо в глаза свету. Оно заставило её прищуриться. Защитившись ладонью-козырьком, она пружинным движением рванула к шторе.

– Да задолбало уже, – выдохнула она, отсекая утро.

Валя-Алина опустилась в кресло из кожзама. Эта престижная пятиэтажка со свежим ремонтом в Одессе была её временным убежищем. Цены на аренду упали и замерли, но даже это оставалось для неё роскошью. Она стала искать взглядом точку обрыва на мониторе. Нашла. Её палец с прозрачным, коротким и мертвенно-бледным ногтем заскользил по стеклу, провожая прочитанные буквы. Губы шевелились в амплитуде слов.

На третьем круге она заговорила вслух, чеканя акценты и оставляя жировые шлейфы на пикселях:

– Пусть качество лидов упадет – это наше сознательное действие. Деньги пойдут не на поиск клиентов, а на обналичивание. Я выступаю и организатором, и подрядчиком, завышая стоимость услуг здесь, в Одессе. Разница будет оседать в крипте.

Она оторвала палец от экрана, дернула локтем к себе, сжимая кулак в коротком триумфе:

– Есс!

Улыбнувшись, она переключила слайд. Бледный ноготь снова впился в монитор:

– Раздувая косты на триста процентов, мы вытаскиваем деньги со счета компании и превращаем их в неучтенную криптовалюту. Маркетинг – идеальная статья: нельзя пощупать качество лида физически. Чем выше выручку генерирует под вашим началом Генри, тем меньше вы платите налогов. Следовательно – тем больше крипты вы имеете.

Валя-Алина заулыбалась, не показывая зубов, и стала часто одобрительно кивать самой себе. Раздался звонок в дверь.

Фрагмент: Биологическая мимикрия. Визит Пана Капитана

В этот момент Валя-Алина напомнила кошку: бросок к окну, едва заметная щель в шторах, мгновенная развертка двора. Перенос на кухню – та же манипуляция с ракурсами. У балконной двери, оставленной приоткрытой, она сменила пластику: опустилась на корточки, перетекла на живот и поползла. Выставив голову в зазор между полом и бетонным экраном балкона, она зафиксировала цель. На углу замер белый внедорожник.

– Чего ты приперся, урод… – прошипела она, давая задний ход.

Встав на ноги, Валя-Алина метнулась к зеркалу. Звонок зашелся в третий раз. Она схватила розовый карандаш, мазнула по пальцу и быстро подвела нижние веки, покрыв лицо слоем бледной пудры. Пальцы взбили редкие рыжие волны волос, превращая их в гнездо. Когда в дверь ударили кулаком, а на кнопку звонка нажали, как на педаль газа, она уже была в образе.

– Хтось тамо? – сипло спросила она через дерево.

– Служба бяспеки, сами ведаете чаго, – донеслось снаружи.

Валя-Алина открыла, щурясь на свет «заспанным» лицом. На пороге возник субъект в черной коже с коричневым чемоданом.

– Здаровенько булы. Спиця? – он прошел внутрь, не дожидаясь приглашения. – А чтобы всякие потом не говорили, что я не на мове.

Не поворачивая лица, он миновал зал и по-хозяйски двинулся на кухню.

– Товарищ капитан, а вам что…

Он развернулся мгновенно. Вертикальный палец замер у самого носа Вали-Алины, пресекая звук.

– Я не «товарищ». Это в московии товарищи. Я – пан, пан капитан.

Его правый глаз был…

Глава 16. Линия Чести. Эпизод 3

… мертв – подернут синеватым бельмом, как застывший кисель. Левый же, живой, жил отдельной жизнью: пока голова пана капитана была направлена на Валю-Алину, зрачок косил куда-то вправо и вверх, на северо-запад, инспектируя потолок.

– Выбачте, кали ласка, пан капитан, – забормотала она, сама не понимая, зачем лезет с вопросами. – А вам нельзя не на мове? Начальство сделает выговор?

Завершив осмотр кухни, капитан наткнулся на Валю-Алину в узком проеме. От него пахнуло тяжелой смесью самогона и зеленого лука. В уголке губ застыла капля жира – след недавнего ритуала с салом.

– Они думают, что нам нельзя не на мове. А нам можно всё, – он вытянул последнее слово мягко, почти ласково, глядя живым глазом в стену за её плечом. – Но они должны думать, что нам ничего нельзя. Понятно-о?

Фрагмент: Налог на маскарад. Коллекция пиявок

– Так точно, тов… пан капитан, – Валя-Алина отшатнулась, уступая дорогу, но он задел её плечом. Пройдя вглубь, он резко обернулся, снова выставив вертикальный палец-шпагу.

– «Так точно» – цэ в билоруси предательской. А у нас – «то е так, пан капитан». Разумиш?

Не дождавшись ответа, он двинулся в спальню. Валя-Алина застыла, пробуя на вкус чужую лингвистику:

– То е так, то е так… Я не ждала вас. По уговору – через десять дней. Что-то случилось?

Капитан не отвечал. Он методично потрошил пространство: заглянул за штору, в шкаф, а выходя, снова протаранил Валю-Алину – теперь уже не плечом, а половиной корпуса, физически вытесняя её в коридор. Осмотрев кабинет своим зорким, косящим на северо-запад глазом, он проследовал в зал. Там, не спрашивая, сгреб вазон с журнального столика и придвинул столешницу к дивану.

Щелкнули замки коричневого кофра. Капитан сел, глядя перед собой, но живой глаз его был ввинчен прямо в Валю-Алину. Помолчав, он произнес:

– Я пришел посмотреть, как ты в семь утра бледная, сонная, с синяками под глазами, с гнездом на голове, спишь на застеленной кровати, выпив уже два кофе, а компьютер натопил комнату как печь. Но попытка не плохая – я почти поверил.

Он отщелкал створку чемодана. В ложементе лежал ноутбук – тонкий, пугающе технологичный артефакт, каких Валя-Алина никогда не видела в Стойле. Капитан облокотился на диван, наслаждаясь её немотой.

– Молчишь? Хорошо. В следующий раз за маскарад доплатишь двадцать процентов к взносу. Я пришел раньше, потому что захотел. Понятно-о?

– Понятно… Но мы же договорились.

– Шутэйка. Расслабься, – он открыл крышку ноутбука, загружая криптобиржу. – Уезжаю в отпуск, закрываю дела. Заплатишь сейчас – не обеднеешь. И давай пропустим часть, где ты ноешь, что денег нет.

Он рванул липучку на внутреннем кармане чемодана и замер.

– Но сентябрь еще не закончился, мне не зачислили… – Валя-Алина вложила в голос всю искренность своего витального дефицита.

Капитан фыркнул, обнажая жирный след от сала в углу рта:

– Предсказуемые вы все, как облупленные яйки. Знаешь, сколько у меня таких?

Он вытащил из недр кофра стопку красных книжечек. Шестнадцать паспортов с двуглавыми орлами. На каждом – полоска малярного скотча с пометкой. Капитан начал небрежно, почти нежно, метать их на столик, как крапленую колоду. Перед шестым броском рука замерла.

– Валентина. Это твой предательский паспорт? – он не поднимал головы, глядя на орла на обложке.

Фрагмент: Аренда Родины

– То е так, пан капитан, – Валя-Алина заговорила быстро, глотая окончания. – Мiй паспорт. Але ж я в Крыму на «войнов света» работала с самого начала. Всего ради неньки себя добровольно лишила. Я деньги наших людей – бизнесменов, олигархов – выводила на счета волонтерских фондов, пока могла, чтобы их москали к рукам не прибрали. Столько рекламных контрактов с зарубежными подрядчиками сформировала… Не сменила бы я паспорт, разве я смогла бы это сделать?

Капитан не шелохнулся.

– Ты хочешь мне сказать, что у тебя личного интереса не было и денег ты на этих операциях не зарабатывала? Можешь не отвечать. Ты просто думала, что это такая игра веселая, и тебе за нее ничего не будет. А ненависть за аннексию и референдум можно компенсировать этими твоими шалостями. Ты это не для «хунты» делала, а для себя. Заодно и знакомых влиятельных искала. Ну что, доча, помогли тебе твои знакомые?

Он методично собрал паспорта и отправил их в карман. На столе осталась лежать только одна красная книжка.

– Помог тебе только я. Я забрал у тебя этот позорный паспорт и выдал тебе наш, с тризубом. Но выдал я его тебе не навсегда, а в аренду. Если он тебе больше не нужен – хорошо, неси его мне, а свой позорный забери обратно.

Капитан, не поворачивая головы, смотрел в одну точку перед собой. Он взял паспорт в руки, протянул его в сторону Вали-Алины и замер в этой позиции, как статуя Сцежа.

– Тов… Пан капитан, да как же вернуть? – Она скрестила руки на груди, пытаясь удержать внутри остатки тепла. – Если хоть кто-то узнает, не то что увидит его – меня будут пытать, допрашивать, а потом я исчезну. Никто даже не вспомнит. Только вы мне помогли, только вам не все равно. Я же полезная! Я сейчас одного отрабатываю с темой трафик-шунта, я для всех стараюсь, не только для себя. Он клюнет, и я снова буду качать из московии их живые деньги…

Капитан с резким хлопком бросил паспорт на стол, словно припечатал ставку в картах, и вскинул руку, приказывая ей замолчать.

Фрагмент: Мандат на утилизацию. Сцеж ликвидности

– Если бы тебя хотели завербовать, тебя бы уже завербовали, – отрезал капитан. – Ты – отработанный материал. За тобой след ФСБ. Тебе только и остается, что сидеть в этой Конторе и трафик смывать. Я тебе помогаю только из-за того, что никто не знает, как ты, используя навыки таргетолога, собирала данные о перемещении колонн и строительстве объектов. Маскировала это под «анализ трафика» и «геотаргетинг для бизнеса». Твои рекламные кабинеты и прокси-серверы всплыли у эфэсбэшников, как только началась проверка киберактивности. Но и на этом ты не погорела – если бы не была дурой, сидела бы в Крыму до сих пор. Ладно, не будем поминать былое. Сейчас ты платишь за аренду паспорта по старой дружбе, и это для тебя лучший вариант.

Капитан достал пачку сигарет, прикурил без разрешения и протяжно выдохнул, демонстрируя крайнюю степень психологической усталости. Терпение его заканчивалось.

– Пан капитан, вы поймите, пожалуйста, – затараторила Валя-Алина. – Квартира, свет, интернет, еда. Зима на носу – одеться надо. Начальник, зная, что я в Одессе, платит ниже рынка за любую работу – москаль проклятый. Я не жалуюсь. Запущу трафик-шунт – легче сразу не станет. А вот когда стану управляющей этой Конторы, тогда смогу и его подоить. Вы еще будете мной гордиться.

Валя-Алина растянула губы в своей самой приятной, отрепетированной улыбке.

– Я тебе говорил давно, – прорычал капитан, аккуратно стряхивая пепел прямо на столешницу. – Будет результат – обсудим. Тариф у тебя фиксированный, и только у тебя. Тем остальным пятнадцати предателям я плату уже поднял. Одна ты – как чемодан без ручки: и тянуть тяжело, и бросить жалко. Будет продвижение – поговорим. Меня перспективой кормить не нужно. Я не оператор в Стойле, я – оператор Цеха с мандатом на утилизацию.

Он икнул и посмотрел ей живым глазом прямо в зрачок.

– Если понимаешь, о чем я. Давай, у тебя минута. Дальше мое время начнет стоить в USDT.

Валя-Алина судорожно схватила телефон. Пара нажатий – залогинилась на криптобирже, подтвердила транзакцию. Увидев уведомление о пополнении, капитан оскалился в подобии улыбки. Он зашел в Терминал отчуждения и тут же выставил лимитный ордер на покупку.

– Чую, будет рости, – коварно усмехнулся он.

Щелкнули замки чемодана. Вставая с дивана, капитан звонко хлопнул в ладоши. Валя-Алина уже стояла в дверном проеме, готовая немедленно выпроводить гостя. Он сделал три глубокие затяжки, прищурив рабочий глаз, с силой потушил окурок о дорогую столешницу и взял кофр. Выпустив остатки дыма себе под ноги, пан капитан направился к выходу.

Фрагмент: Фамилия из четырех букв. Визитка.

– Пан капитан, мы с вами столько знакомы, а я не знаю ни вашего имени, ни фамилии, – Валя-Алина замерла у самого выхода, пытаясь зацепить его вниманием.

Капитан остановился, давая понять: он готов слушать, если это будет стоить его времени.

– Ко мне вот недавно быдло на улице пристало, а потом оказалось – полицейские, – она подсветила глаза проблеском надежды, играя на его самолюбии. – Если бы мимо не шли две красотки и они не сменили бы свой интерес, я даже не знаю, что бы было. Может, вы скажете мне свою фамилию для протекции? Вас точно все знают и боятся. Может, дадите визитку? Чтобы защитила в случае чего.

Капитан усмехнулся, глядя живым глазом в угол потолка.

– Ты, Валентина, раз заплатила внепланово, считаешь это основанием для извлечения личной выгоды. Понимаю. Вы для меня все – как яйки облупленные. А ты угадай мою фамилию. Сделай предположение.

Он начал свою игру. Валя-Алина, непроизвольно переходя в режим флирта, тут же осеклась – страх перебил гормоны.

– Ох, даже теряюсь в догадках… Следопытов! Ой, нет, не может быть у вас такая фамилия. Может, Карпатов? Вы ведь горы наверняка любите и патриот.

Капитан молчал, инспектируя потолок.

– Честно, не знаю! Ну дайте подсказку!

– Моя фамилия из четырех букв. Ну же.

Валя-Алина застыла, пытаясь понять: он издевается или говорит серьезно.

– Хорошо… А какая первая буква?

– Ну ладно, поддамся. Первая буква – «Ж». Теперь слово целиком.

Это окончательно загнало её в тупик. Мысли метались в замкнутом контуре Стойла.

– Жаба? Не может же у вас быть фамилия Жаба… У меня только такой вариант…

Капитан постоял, решая – продолжать ли этот фарс. Затем рванул «молнию» кожаной куртки, достал из нагрудного кармана карточку и тыльной стороной протянул её Вале-Алине.

– Будут проблемы со шпаной или чем посерьезней – покажи это. Звонить не придется. А если понадобится – будь готова брать на душу. Если понимаешь, о чем я.

Он сам распахнул дверь и мигом выскочил наружу, оставив проем открытым. Валя-Алина заперла замки, медленно осела на пол прямо в прихожей и перевернула картонку.

На визитке было выведено: «Жопп. Пан Капитан».

ЛИНИЯ ЧЕСТИ. ФРАГМЕНТ III: ИЗВЛЕЧЕНИЕ (ЧАСТЬ 1)

Ветер сменил вектор на семь градусов к востоку, принеся запах мокрого сланца. Температура воздуха упала на 1.4 деления; кожа на скулах старика-кабардинца сократилась, запечатывая поры. Ишак, чей инстинкт настроен на выживание точнее любого барометра, уперся копытами в суглинок, выкручивая шею в сторону пойменного леса. Прогноз был верифицирован биологией.

Порыв поднял взвесь крупного кремниевого песка. До того, как мозг зафиксировал удар, тело исполнило алгоритм защиты: локтевой сустав поднялся по дуге, перекрывая орбиты глаз. Песчинки с сухим шелестом ударили в задубевшую кожу предплечья. Шея, прочерченная глубокими бороздами морщин, отозвалась глухим хрустом в четвертом позвонке. Дрожь тремора в кисти – не страх, а износ соединительной ткани, физика усталости металла.

Старик выплюнул кремниевую пыль. Вкус железа и серой земли на языке. Его зрачки, сузившиеся до состояния бритвенных лезвий, зафиксировали цель: извилистый берег Подкумка, зажатый в тиски ивовых корней. Вода в реке из серой превращалась в свинцовую, теряя прозрачность перед бурей.

ЛИНИЯ ЧЕСТИ. ФРАГМЕНТ III: ИЗВЛЕЧЕНИЕ (ЧАСТЬ 2)

Дождь начал прошивать дискретность листвы. Капли весом в три-четыре грамма ударяли в сукно бурки, мгновенно увеличивая её массу. Скальный навес отсек вертикальный поток. Ишак замер, превратившись в соляной столп; его ушные раковины работали как акустические линзы, сканируя шум тамариска. Старик синхронизировал свое дыхание с животным – два автономных движителя перешли в режим пассивной локации.

Вкус табачного дыма смешался с озоном. Память выдала четкий физиологический отклик: сопротивление течения в бродах, скользкие камни Подкумка и холод ртутного свойства воды на глубине двух саженей. Тело вспомнило весь накопленный опыт. Термическое воздействие сырости на давно жившее тело вылилось в желание развести огонь.

Ишак сократил мышцы крупа – признак внешней инвазии. Старик сместил центр тяжести, переходя в низкий присед; коленные мениски отозвались сухим трением. Более выгодная для наблюдения позиция была занята у ближайшего ивового ствола. Сквозь сетку дождя проявился образ: молодая антропоморфная тень, резкий вынос плечевого сустава, дуга броска.

Звук вхождения металла в воду был коротким, но плотным – свинец и сталь вытеснили объем жидкости с характерным «чмокающим» лязгом. Гром, расколовший небо в ту же секунду, лишь подчеркнул онтологическую тишину этого действия. Круги на воде за последним тополем пошли вразрез с течением. Точка сброса Витального номинала была зафиксирована.