Текст книги "Проклятье кумихо: цепи любви (СИ)"

Автор книги: Антонина Штир

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 4 страниц)

Глава 3

Дан Би заснула почти под утро, утомлённая императорским напором, но первые лучи солнца разбудили её. Протерев заспанные глаза, она обнаружила, что император исчез – то ли вовсе не спал рядом с женой, то ли поднялся до рассвета. Слегка удивилась – думала, император побудет с ней подольше хотя бы в брачную ночь – но решила, что он просто привык много работать. Оно и понятно: большая империя – большие труды.

Дан Би хотела бы пожелать супругу доброго утра, но раз его нет, значит, она займётся чем-то ещё. Для начала осмотрит дворцовые постройки: может, начнёт с женской половины и гарема. Но тут же Дан Би вспомнила, что вчерашняя проблема с одеждой так и не решилась. Служанки императора сюда заходить не торопились, значит, оставалось только ждать. Вот бы Ми Со догадалась заглянуть к своей госпоже.

Словно отвечая мыслям Дан Би, в дверь спальни постучали, и императрица просияла, услышав голос любимой служанки. Она оправдала ожидания: принесла и одежду, и воду для умывания, и даже завтрак.

– Всегда знала, ты меня не бросишь, Ми Со. Как ты догадалась, что я уже встала?

– Видела императора, Ваше Величество. Он, кажется, и вовсе не спал – закрылся во Дворце правления с красивым юношей, по виду слугой.

– Хм, интересно. Я уснула раньше, чем император, глубокой ночью. Может, ты права, Ми Со.

– Похоже, Ваша брачная ночь удалась, – улыбнулась служанка, обтирая мокрым полотенцем лицо госпожи. – И то сказать, император такой красавчик. Сегодня он даже подмигнул мне, когда я склонилась в поклоне.

– Правда? – удивилась Дан Би. – Не думала, что он вообще замечает слуг. И – подмигивание? Кровавый император тебе подмигнул?

– Ну может, настроение у него хорошее, женился всё-таки. А Вы радуйтесь, Ваше Величество, пока есть чему. Довольный император – добрый император, Вы же понимаете.

– Это правда, – согласилась Дан Би, оборачиваясь к окну. – Сегодня прекрасный день, ты заметила?

Ни единого облачка на ярко-голубом небе, ни единого дуновения ветра, а сакура так сладко пахнет, что сердце замирает. И солнце греет почти по-летнему, так и хочется подставить тело его тёплым рукам. Ох, а как горела её кожа от рук Тэ Хо ночью, внезапно зарделась Дан Би.

– Вы покраснели, Ваше Величество. Что-то вспомнили?

– Даже если и так, я оставлю воспоминания при себе, – осадила служанку. Некоторые вещи не для чужих ушей. – Давай одеваться, Ми Со.

Но побыть вдвоём долго им не удалось: едва Дан Би облачилась в белоснежное лунпао, пришли служанки императора, чтобы причесать императрицу и украсить драгоценностями. Дан Би со вздохом села на постель, отдаваясь умелым рукам. Надо сказать, дело своё служанки знали: волос касались легко и невесомо, а причёску соорудили быстро и ловко, не отвлекаясь на разговоры. Последний штрих в виде шпильки с рубиновым цветком – и служанки поднесли к ней зеркало, отражение в котором выглядело не так хорошо, как перед свадьбой. Эти опухшие от бессонной ночи веки, бледное лицо, на котором – о ужас! – прорезались морщинки на лбу. В её-то восемнадцать!

– Ми Со, сделай что-нибудь с этим, пожалуйста. Я не могу такой выйти во двор, – в ужасе вскричала Дан Би.

– Не беспокойтесь, Ваше Величество, есть хорошее средство, – засуетилась одна из служанок. – Закройте глаза.

Дан Би подчинилась, и тут же ощутила тёплую влагу на лице и вдохнула аромат женьшеня и лотоса. Следом по коже прошёлся прохладный камень, расслабив и успокоив.

– Нефритовый камень, ну конечно. Благодарю… как тебя зовут? – замялась Дан Би, открывая глаза и всматриваясь в хорошенькую служанку с родинкой на щеке.

– Меня зовут Ю Ми, Ваше Величество. Я тоже из Сурры.

– Как ты здесь оказалась? Неужели тебя продали в рабство?

Дан Би поёжилась: видеть одноплеменницу рабыней империи Аннё было неприятно.

– Нет, Ваше Величество. Мои родители попали в плен во время войны, а император нас освободил, но приказал служить ему. Моя мама прачка, а отец конюх – лошадей он любит и ухаживать за ними умеет. Простите, Ваше Величество, я слишком много болтаю.

Дан Би дружелюбно улыбнулась:

– Ничего, ты можешь продолжить, Ю Ми. Мне интересно всё, что касается жизни во дворце, а ты тоже здесь живёшь. Только, Ю Ми, о какой войне ты говоришь? Империя никогда не нападала на Сурру, и наша свадьба с императором – залог мира между нашими странами.

Служанки одновременно склонились перед Дан Би, пряча глаза. Видимо, Ю Ми наговорила лишнего, и Дан Би не стала допытываться. Взмахом руки отпустив служанок, она переглянулась с Ми Со:

– Ты понимаешь, что происходит? Вот и я нет. Я попробую осторожно расспросить императора, а ты поболтай со слугами – может, тебе они скорее расскажут.

– Да, Ваше Величество. А теперь Вам надо позавтракать, с этими расспросами Вы совсем забыли о еде.

***

Кумихо вполуха слушал навязчивый бубнёж подданных, столпившихся в Зале для подачи жалоб. Он думал о ночи с Дан Би, так неожиданно вошедшей в его жизнь, словно лепесток сакуры, упавший на ладонь. Её красота привлекала и соблазняла, но кумихо хотелось узнать, какая она: что любит и чего не любит, какую еду предпочитает и какие книги читает на досуге. Как любопытно, раньше он никогда не стремился познать людей.

Анго тоже стоял в толпе, изображая очередного просителя и время от времени кидая взгляды на своего господина. В такие минуты его лицо преображалось, и губы расплывались в довольной ухмылке. Будто Анго знал о кумихо что-то такое, чего тот и сам не знал о себе.

– … Ваше Императорское Величество, месяц назад мы уже отдали большую часть выращенного риса, нам самим есть нечего. А Ваши сборщики пришли снова, а когда мы попытались объяснить, они убили местного старосту.

Слова вклинились в мысли кумихо, заставив отреагировать. Он вперил взгляд в говорившего – маленького худощавого крестьянина в лохмотьях. Только посох держал его в вертикальном положении, и даже с ним крестьянин раскачивался из стороны в сторону, будто дерево под порывом ветра.

– Из какой ты провинции? – вызвысил голос Тэ Хо.

Если в его империи происходят такие беспорядки, значит, он упустил из рук бразды правления. Он-то и без империи проживёт, а вот что будет с Дан Би?

– Из Красной долины, Ваше Императорское Величество, – опустив голову ещё ниже, ответил крестьянин.

– Мы посылали туда сборщиков налогов, Вон Би?

Высший сановник – пожилой мужчина с редкой седой бородёнкой – услужливо поклонился.

– Нет, мой господин, после зимнего сбора не посылали.

– Тогда почему моих подданных обирают и даже убивают? Может, в моей империи завелись разбойники? Так пошлите отряд воинов, чтобы их уничтожили!

Кумихо разошёлся не на шутку: голос его звенел в наступившей тишине, и никто не смел возразить Кровавому императору. Все знали, что спорить опасно – лишишься головы.

– Отвечай, Вон Би! Как допустили? Хотя нет, не отвечай. Просто прими меры, но знай, что эта твоя промашка последняя. Я легко могу сместить тебя с должности или вовсе…

Тэ Хо сделал жест отрезания головы, и сановник залепетал что-то в своё оправдание. Но кумихо его не слушал: в дверях зала показалась знакомая девичья фигура. Его жена робко заглядывала в дверь, зная, что ей не дозволено здесь присутствовать.

– На этом разбор жалоб окончен, – немного успокоившись, махнул рукой император. – Все свободны!

Анго недовольно скривился, но Тэ Хо нахмурил брови, и дух вышел вместе со всеми. И правильно – иначе кумихо применил бы свою силу, а тогда уж Анго не поздоровилось бы.

Подойдя к Дан Би, Тэ Хо взял её за руку: хотелось касаться нежных ладоней снова и снова. Подходило время обеда, а у него ещё было одно незаконченное дело. Вчера, очарованный красотой Дан Би, он совсем забыл о необходимых запретах.

Сегодня повара особенно расстарались, подав любимые блюда супруги. Она сама в этом призналась, едва увидев чон* и джапче*.

*Чон – небольшие корейские блинчики или оладьи. В чон добавляют овощи, зелёный лук, варёное яйцо.

*Джапче – блюдо, которое готовят из жареной стеклянной лапши и овощей.

Жаль, что не он догадался их заказать сам.

Подождав, когда слуги унесут пустые тарелки, кумихо взглянул на супругу и открыл было рот, но она сама начала разговор.

– Тэ Хо, – ласково проговорила она, – я сегодня была в твоём гареме. У тебя есть наложницы, но ни одна из них ни разу тебя не видела. Даже мой отец иногда посещает своих наложниц, почему же ты этого не делаешь?

Она любопытна, его жена, и имеет пытливый ум. Кумихо поднял брови в показном удивлении и небрежно ответил:

– Не придаю много значения любовным безумствам. А сейчас у меня есть ты, или ты хочешь делить меня с кем-то ещё?

– Разумеется, нет, – пошла на попятную Дан Би. – И всё же это странно: в твоём возрасте и при твоём положении…

– Чего ты хочешь, Дан Би? – не выдержал кумихо.

Так она, чего доброго, и до его семьи докопается, семьи, которой нет и никогда не было.

– Хочу узнать тебя лучше, – бесхитростно заявила жена. – И понять тебя, Тэ Хо.

Разве смертный может понять бессмертное существо, ухмыльнулся кумихо про себя, но он ни за что не раскроет ей эту тайну.

– У тебя будет на это время. Чтобы я выкинул на улицу бедных девушек, которые здесь живут в достатке, не зная забот? Хорошо, я так и поступлю. И тогда они умрут в первую же неделю от голода или станут продавать своё тело за кусок хлеба. Но ты и так это знаешь, не правда ли?

Солнечный зайчик заиграл на лице Дан Би, и она зажмурилась, скорчив такую милую рожицу, что кумихо засмеялся. Какая она милая, его жена, особенно когда не пристаёт с неудобными вопросами.

– Так ты решил таким способом обеспечить девушкам сытую жизнь? Ты завёл их только для статуса?

– А что тебя не устраивает? Или наложницы лишь предлог, чтобы спросить меня о чём-то другом?

Дан Би наконец смутилась, опустила взгляд, неуверенно теребя в руках край лунпао.

– Я случайно узнала о войне между Суррой и империей. Но… Тэ Хо, ведь не было никакой войны.

Так вот в чём дело: кто-то рассказал ей правду. Ну что ж, это не та тайна, которую он желал бы скрыть.

– Пять лет назад Сурра напала на империю. Конечно, мы быстро нанесли поражение войскам Сурры, а в качестве возмещения за нанесённый ущерб забрали мирных жителей.

Вытянувшееся лицо супруги говорило само за себя. Она, конечно, считала, что Сурра на такое не способна.

– Нет, не может быть, – пробормотала она. – Я бы знала.

***

Дан Би никак не могла поверить в слова императора: разве возможно, чтобы она, наследная принцесса, не знала о приказах отца. Конечно, тогда ей было не восемнадцать, а тринадцать лет. Но такой возраст считался вполне подходящим для участия в обсуждении планов Его Величества, ведь Дан Би готовилась стать королевой.

– Всё очень просто, дорогая супруга, – продолжил император, – твой отец хотел кое-что забрать у меня. Но он не знал, что эту вещь я всегда ношу с собой.

Дан Би затаила дыхание – она чувствовала, что сейчас услышала нечто важное, нечто такое, что изменит всю её жизнь.

– И что же это за вещь? – стараясь придать голосу равнодушие, спросила она.

– Ну нет, Дан Би, так не пойдёт. Если ты сразу узнаешь все секреты, тебе будет скучно.

Лукаво улыбнулся, и глаза будто снова блеснули янтарём, а зрачок… Нет, слишком далеко, чтобы разглядеть. Император сидел на другом конце стола, как и положено, и, наверное, глаза опять сыграли с ней злую шутку.

– Хорошо, больше спрашивать не буду, – покорно склонила голову. – Хотя бы ответь, почему тебя не было в спальне, хотя я проснулась на рассвете?

– Может, потому, что я рано встаю? Ты так не думаешь?

Дан Би встала из-за стола, решительными шагами подошла к императору, чтобы лучше видеть его лицо. Глаза у него красивые, а ресницы такие длинные, что и девушке впору. Но слова застряли в горле, потому что Тэ Хо обнял её за талию, привлекая к себе.

– Разве так важно просыпаться вместе, если я и так провёл у тебя всю ночь, дорогая супруга? – проникновенно шептал он, наклоняясь всё ближе и ближе.

Мимолётно дотронулся до губ, отстранился на мгновение, словно оценивая, стоит ли продолжать, и снова завладел ртом жены, лаская дерзко и страстно. Дан Би забыла, зачем подошла, вовлекаясь в сладостное действо, замирая от любопытства и предвкушения. И когда она совершенно растворилась в супруге, Тэ Хо внезапно отпустил её.

– Иди к себе, Дан Би, и жди меня вечером на женской половине. Не порть свою красоту излишними переживаниями. Переживать за нас обоих теперь буду я.

– Но, Тэ Хо, – вяло возразила Дан Би – не хотелось сдаваться так быстро.

– Возражаешь своему мужу? Разве тебя не учили уступать и смиряться?

– Как скажете, Ваше Величество. В таком случае я Вас покину.

Глава 4

Он и правда явился вечером, в час, когда Дан Би уже ложилась спать. Перед этим она обсудила с Ми Со странное поведение императора и приняла ванну с лепестками жасмина.

Супруг вошёл стремительной походкой, неся в руках свиток, заполненный рядами старинных письмен. К счастью, Дан Би учили языкам древности, и язык варанти входил в их число. «Брачный контракт» – прочла она заголовок.

– Что это? – подняла на Тэ Хо непонимающие глаза.

– Это, моя любимая жена, брачный контракт, который ты сейчас подпишешь. Ты знаешь варанти или тебе прочесть?

– Не нужно, я могу сама, – Дан Би взяла в руки свиток, внимательно вычитываясь в содержание.

«Если моя жена нарушит один из нижеследующих пунктов контракта, она признаётся разведённой».

Дальше следовали условия, которые Дан Би должна выполнять.

– Как это понимать? – поинтересовалась императрица, кладя свиток на кровать. – Что это за требования такие? Я ещё могу понять: не спрашивать о твоём происхождении. Но почему мне не позволено знать, куда ты уходишь на рассвете? И почему я не должна ничему удивляться?

– Поверь мне, эти пункты включены сюда не случайно, – без тени улыбки ответил император. – И если ты хочешь счастливую семейную жизнь со мной, подпиши контракт.

Тэ Хо кивнул на столик у стены с письменными принадлежностями и замер в ожидании. Что ж, если он так хочет, Дан Би не против, к тому же она всё равно не может выбирать.

Имя императора на свитке уже стояло, а ниже она дописала на варанти собственное имя: Ким Дан Би. В Аннё не меняли фамилию при замужестве, как и в Сурре.

– Отлично! – император выхватил из рук свиток, едва Дан Би дописала последнюю букву. – Теперь можем заняться чем-то поинтереснее. Я весь день думал о тебе, дорогая супруга.

***

После того странного вечера, когда Дан Би подписала контракт, любопытство так и разжигало её. Она едва сдерживалась, чтобы не нарушить какой-нибудь из пунктов, но каждый раз одёргивала себя. Честно говоря, она не могла пожаловаться на императора: он приходил к ней почти каждую ночь, но покидал женскую половину дворца ещё до рассвета.

Часто они обедали или ужинали вместе, но бывали дни, когда император был слишком занят, и тогда Дан Би делила трапезу с Ми Со. Словоохотливая служанка подружилась со многими во дворце, но и она ничего не смогла узнать об императоре. О нём говорили либо восторженно, с придыханием, либо вовсе не говорили. Единственное, в чём Ми Со убедилась, – прозвище Кровавый Тэ Хо получил не просто так. Рассказы о завоеваниях империи Аннё приводили в ужас. По его приказу порой вырезали целые деревни и города, если они отказывались подчиняться. Детей он, правда, щадил, но отдавал в чужие семьи, чтобы их воспитали в почтении и преданности Кровавому императору.

Все эти рассказы совсем не подходили тому Тэ Хо, которого она знала. По ночам к Дан Би приходил другой император: нежный, ласковый и очень страстный. Он даже расспрашивал супругу о детстве, о любимых занятиях и привычках, но о себе не говорил ничего. А Дан Би так хотела проникнуть в его внутренний мир, понять, чем он живёт и дышит.

И ещё одно беспокоило императрицу: тот случай с нападением Сурры на империю. Что за вещь её отец хотел получить от Тэ Хо и почему эта вещь так дорога императору? Она даже написала письмо в Сурру, отправив гонца.

Ну а пока ответ не пришёл, Дан Би изучала многочисленные дворцовые здания. Особенно ей понравилась беседка, где, как ей поведали, император часто читает про утрам. Одной из любимых книг Тэ Хо оказался философский трактат о любви. На полях виднелись заметки, в которых Тэ Хо спорил с автором, возражая и изумляясь.

«Любовь подобна лотосу, что растёт на мутном болоте, ничуть не впитывая грязь и вонь, а, напротив, очищаясь и совершенствуясь». Рядом император подписал: «Люди не способны оставаться чистыми в грязи и перенимают свойства той среды, в которой обитают».

Отчасти Дан Би соглашалась с этим, но верила, что бывает и по-другому. Но как по-другому, она сама не знала. Что Дан Би понимала в любви? Любил ли отец маму? Наверное. Отдал бы за неё свою жизнь? Дан Би сомневалась.

Прочие заметки в том же духе показывали, что императора, вероятно, не раз обманывали и предавали, и он разучился доверять людям. Что ж, это Дан Би могла понять, только как теперь достучаться до окаменевшего сердца?

Захлопнув книгу, императрица взглянула на сад, что виднелся даже отсюда. Сакура отцветала, и вместе с лепестками улетало что-то важное.

На крыше беседки раздался шорох, и внутрь спрыгнул юноша, красивый, как бог, и худой, как бамбук. Он весело улыбнулся, ничуть не выказывая смущения.

– Поклонись своей императрице, или не сносить тебе головы! – потребовала Дан Би.

– Я подчиняюсь лишь императору, Ваше Высочество, – возразил юноша, но поклон всё же сделал.

– Кто же ты? Почему ты решил, что можешь так дерзко нарушать моё уединение?

– Я личный слуга императора, более того, я его лучший друг и незаменимый помощник. Но, кажется, он просил тебя ничему не удивляться. И даже прописал в контракте.

– Откуда ты… А, ну конечно, помощник. Ты, может быть, сам и текст брачного контракта составлял?

– Ну да, подсказал немножко императору. Но сейчас не это важно.

Дан Би подождала, что он скажет дальше, но он молчал.

– А что важно? – не вытерпела она. – Говори же, ну!

– Как ты думаешь, почему император заставил тебя подписать контракт? – вместо ответа спросил юноша. – Во-от!

– У него есть какая-то тайна, – вздохнула Дан Би. – И он не хочет, чтобы я её узнала.

– Правильно, потому что он боится. Боится, что ты не примешь его таким, какой он есть.

Если подумать, смысл в этом был. Мы все что-то скрываем друг от друга, но, выходит, тайна Тэ Хо даже страшнее, чем история создания империи.

– Если я узнаю правду, он разведётся со мной и с позором вернёт меня родителям, – задумчиво пробормотала Дан Би.

– А ты пораскинь мозгами, как, оставшись незамеченной, выяснить всё, что тебе нужно. Ты ведь умная и догадливая.

С этими словами он вдруг исчез, словно испарился. Дан Би даже за ухо себя подёргала, чтобы убедиться – она не спит. Голова идёт кругом, что за странные дела творятся в империи Аннё!

Анго появился перед кумихо неожиданно, когда последний собирался идти на женскую половину. Приняв свой настоящий облик, он кружил бестелесным над кумихо, благо в личном кабинете императора, кроме них, никого не был. Да и быть не могло – никто не имел права войти сюда, кроме членов семьи. Но пока Тэ Хо не хотел приглашать сюда Дан Би.

– Как дела с императрицей? Вы, кажется, поладили, – заметил дух, парня под потолком.

Что-то в нём не понравилось кумихо – может, слишком довольная физиономия или возбуждение, рвущееся наружу.

– Мы и не ссорились, ты ведь знаешь. Я последовал твоему совету и сблизился с Дан Би.

– Но сблизился не до конца, так?

– Англ, ты поразительно навязчив для духа-помощника, – вздохнул кумихо, открывая окно.

Вечерняя прохлада ворвалась в кабинет – последняя передышка перед летней жарой. На небе взошла луна, сияющая, как любовница перед свиданием. Может, сегодня вместо супружеского долга они с Дан Би просто посмотрят на небо.

– Вы знаете, я никогда не вмешивался в

Ваши решения, – поменял тактику дух. – Но разве Вам не надоело влачить жалкое существование бессмертного? Изо дня в день, из года в год следить, как разрушаются города, умирают люди и рождаются новые, и Вам приходится начинать сначала.

Кумихо слушал, но отвечать не спешил. Иногда его и в самом деле занимал этот вопрос. Но он так давно жил, что не видел никакого смысла что-то менять.

– К чему ты клонишь, Анго? – вздохнул император, отворачиваясь от прекрасной картины.

– Может, именно Дан Би – та девушка, с которой Вы бы могли прожить счастливую человеческую жизнь. Она Вам очень подходит.

Кумихо даже не нашёл, что сказать, просто взмахнул рукой, вызывая ветер, и дух заметался по комнате, как воздушный змей. Более глупой вещи от него Тэ Хо ещё не слышал.

– Разве я не говорил тебе, Анго, что жизнь смертных не для меня? У тебя проблемы с памятью? А может, ты что-то задумал?

Кумихо с подозрением взглянул на духа, который поменял облик на человеческий. Он выбрал облик крестьянина, утомлённого трудами – случайно ли?

– Предлагаешь нам отказаться от власти и закончить жизнь простыми людьми? Горбатиться на нового императора? Даже если я соглашусь, Дан Би не захочет.

– В жизни простолюдина есть своя прелесть, – продолжал восхищаться дух. – Не нужно скрываться, хитрить и играть людскими душами. Свобода – роскошь, которой лишены императоры и бессмертные.

Император, не выдержав, громко рассмеялся, распугав птиц за окном. Да что сегодня с Анго, он несёт какую-то чушь!

– Лучше займись своими делами и не мешай мне, – отсмеявшись, выдавил из себя Тэ Хо. – Ты решил побыть придворным шутом, что ли? Ну, так вперёд, не возражаю.

Анго открыл рот, чтобы возразить, но благоразумно промолчал, заметив в глазах кумихо плохо сдерживаемый гнев. Ничего, он уже зародил семена любопытства в Дан Би, дальше она и сама справится.

***

Дан Би нежилась в ванне, когда пришло письмо от отца. Она попросила служанок забрать свиток и, спешно поднявшись, приказала подать лунпао. Сейчас она узнает правду, если, конечно, отец счёл нужным сообщить её дочери.

Пальцы дрожали, разворачивая свиток, а сердце стучало от предвкушения раскрытой тайны. Пропустив начало с длинными церемониальными приветствиями, поискала взглядом нужные строки. Выдохнула – отец не стал ничего скрывать.

Но, вчитавшись в острые, угловатые буквы, Дан Би побледнела. Отец утверждал, что её муж, император Аннё, не человек, а оборотень. Лисица с девятью хвостами – кумихо.

И ещё отец писал, что тогда, пять лет назад, он хотел забрать лисью бусину. Неужто он верит в старую легенду? Смешно! Хочет обрести тайные знания? Или предсказывать будущее?

Дан Би кивком головы отослала служанок, а потом поднесла свечу к бумаге. Пламя стирало строчки одну за одной, и скоро пепел хлопьями осыпался на пол.

Императрица встала у окна, вспоминая слова супруга. «Но он не знал, что эту вещь я всегда ношу с собой», – так он сказал. Но под одеждой её точно нет, уж Дан Би-то знает.

Она не услышала шагов императора и вздрогнула, почувствовав руки на животе. Тэ Хо прижался к ней возбуждённым телом и прошептал на ушко:

– О чём так задумалась, Дан Би? Расскажешь?