Текст книги "Модистка из другого мира 1. Райская птичка (СИ)"

Автор книги: Антонина Циль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Когда парни ушли, Лариса прошлась по квартире, заглядывая в комнаты. Осваивать незнакомое жилище не хотелось. Лара вообще всегда неуютно чувствовала себя в гостях.

Пожалуй, на второй этаж она даже подниматься не станет, устроится на диване в гостиной. Вроде как прикорнула на первом попавшемся свободном спальном месте. Из гостиной видно входную дверь (иллюзия контроля), да и кухня рядом.

Кстати, о кухне. Холодильник был пуст. Панель заказов, о которой говорила Марго, Лариса нашла сразу же. Стоило лишь подойти ближе к непроницаемо черному экрану у холодильника, как на нем появилась надпись: «Система готова к работе, для индивидуального доступа поместите свой индифон в паз».

Индифон? Не тот ли странный овальный мобильный? Лариса еще не пробовала его включить и полагала, что могут возникнуть ожидаемые проблемы с доступом.

Она достала устройство из сумочки Лара. Зачем делать мобильный овальным? Неудобно же. С другой стороны, с таким уровнем голографических изображений и интеграцией во все электронное – клепайте хоть треугольники.

Лариса вставила индифон в углубление внизу экрана. Экран мобильного остался черным. «Индивидуальные настройки синхронизируются, – высветилось, однако, на панели. – Добро пожаловать, Лара».

– И вам приятного вечера, – пробормотала Лариса.

«Перейти на голосовое общение?»

– Почему бы нет.

Экран с мелодичным звоном тут же заполонили значки магазинов, кафе и служб доставки.

– С учетом вероятности неизбежной встречи с местной… экзотикой, мне понадобятся… знакомые сырые продукты? – задумчиво проговорила Лариса.

– Контакты ближайших магазинов органических товаров с услугой доставки, – вежливо подсказала панель женским голосом.

Количество значков сократилось, они сделались крупнее. К облегчению Ларисы, незнакомых продуктов в предлагаемых магазинах имелось немного: несколько странных овощей (или фруктов) с диковинными названиями, пара марок сыра, десертов и молочки.

Лара заказала полтора бажа говяжьей вырезки (судя по изображению – грамм шестьсот), свежую спаржу, ассорти овощей и зелени (на свой страх и риск) и минеральную воду из труднопроизносимого источника.

Ужасно хотелось мяса. Такое с Ларой бывало, когда падал уровень железа в крови – в основном, после долгих нагрузок.

Система приняла заказ и начала обратный отчет о доставке, умолчав об оплате. Лариса рассмотрела небольшой значок с именем Марго в углу экрана. Он напоминал изображение банковской карты. Возможно, банкет за счет пригласившей стороны? На крайний случай в кошельке Лара имелись купюры с изображением змей.

Заказ прибыл… на балкон. Примерно через полчаса в окно деликатно «постучались». За стеклом жужжал дрон с коробкой. Лариса забрала продукты, и летающий аппарат отправился восвояси.

Кухня напоминала рубку космического корабля, но была интуитивно понятна. Конфорка послушно разогрелась от нажатия на сенсорную панель, кофеварка согласилась сварить «номер 2» – что-то в красивой чашке, возможно, с молоком.

Лариса быстро обжарила мясо, аккуратно переворачивая его на сковороде, чтобы не повредить волокна и не дать соку вытечь. Затем ростбиф отправился в духовку, с которой все тоже было понятно: даже температура рядом со схематическим изображением блюд на панели, на первый взгляд, соответствовала земной.

Лара начала нарезать салат, не удержалась и отправила в рот половинку крошечного сладкого помидора. Затем она поставила спаржу тушиться на медленном огне. Жизнь приобретала все более насыщенные оттенки. Только двигаться в чужом теле пока было неудобно.

– В конце концов, в новой машине я тоже долго к габаритам привыкала, – вслух утешила себя Лариса, внимательно следя за движением ножа в тонких пальцах двадцатидвухлетней звезды подиума. – И ничего, привыкла же.

– Человек вообще ко всему привыкает, – произнес незнакомый мужской голос позади Лары. – Такова наша природа.

Глава 3

Лариса резко развернулась. Нож соскользнул с влажной разделочной доски и полетел на пол. Незнакомец небрежно поймал его за рукоять в опасной близости от Лариной ноги и вернул на стол.

Лара спокойно, но внимательно оглядела мужчину. Понятно стало, что спустился он со второго уровня апартаментов, был в квартире таким же гостем, как она, и никакой опасности не представлял.

Молодой бойфренд Марго? Однако некоторая схожесть черт подсказывала, что парень (сколько ему? двадцать девять? тридцать? максимум – тридцать два) скорее родственник госпожи Лореер. Сын? Племянник?

Лариса вспомнила, что видела чемодан в прихожей, и еще подивилась, почему Марго выбрала черного кожаного монстра, подходящего скорее мужчине. Вот и решилась задачка.

На незнакомце были синие джинсы, застаренные не искусственно, на фабрике, а путем долгого и «плодотворного», до светлых вытертостей, ношения – наверняка из любви к комфортной модели.

У Лары тоже имелись такие… дома, в прошлой жизни – широкие и поношенные.

А вот тонкий кашемировый свитер на парне тянул на люкс-модель. Стрижка тоже соответствовала. Лариса знала, сколько стоила такая вот нарочитая небрежность на среднюю длину. Хоть в чем-то ее знания пригодились.

Лицо мужчины было странным: вроде не классически красивым, но притягательным. Нет, решила Лариса, совсем не красивым: узкие, но острые скулы, близко посаженные выпуклые глаза, крючковатый нос, глубокие борозды от крыльев носа к подбородку…

«Скарамуш», – почему-то подумалось Ларе.

Незнакомец напомнил ей героя одноименной книги, любимой в детстве. Речь в ней шла об отчаянном, отважном авантюристе времен французской революции, который никогда не позволял обстоятельствам утащить себя на дно жизни.

Художник изобразил главного героя именно таким, открытым, расслабленным, доброжелательно глядевшим с иллюстрации… но опасным, как острие шпаги.

Мужчина в свою очередь рассматривал Ларису. Обмен взглядами длился несколько секунд, но Лара почувствовала, что ее тоже просканировали и оценили.

Ей пришлось напомнить себе, кого перед собой видит гость Марго: смазливенькую куколку-модель. Значит, и вести себя нужно соответственно.

Впрочем, Лариса сомневалась, что потянет такую сложную роль. Потому решила, что лучшее – враг хорошего и переигрывать не стоит.

– Вы меня напугали, – спокойно произнесла она.

– Я не хотел, – с улыбкой ответил незнакомец, хотя взгляд его оставался холодным. – Вы Лара? Марго мне о вас говорила.

– А вот мне она о вас не упоминала. И не предупредила о нашей неизбежной встрече.

– Досадное недоразумение. Не смог сообщить ей о прилете, у нее выключен индифон.

– Репортеры, – коротко пояснила Лариса.

– Понятно, – в глазах мужчины промелькнуло любопытство. – Я Тейн Танроу, кузен Марго. Когда бываю в Лонхейме по делам, останавливаюсь в ее квартире. Отправил ей миллион сообщений, но она не ответила.

– Лара Бэклер, – в свою очередь официально представилась Лариса.– Прячусь у Марго от журналистов. Подробности сообщать не буду, устала. Только не говорите, что вы не в курсе последних столичных событий.

– Я в курсе. В новостях только и говорят о покушении на ведущую модель дома Лореер, – Тейн Танроу пожал плечами и сел за стол. – Как вы себя чувствуете… после всего этого? Говорят, «синий дракон» – мерзкое зелье.

– Я не успела как следует прочувствовать его на себе, – Лариса вернулась к нарезанию салата. – Врач сказал, у моего организма хорошая защитная реакция – он не пропускает яды дальше желудка и старается быстренько дать понять, что что-то не так.

– Действительно, удобно. «Косарь» – так, кажется, именуют этого придурка в прессе?

Лариса, которая отложила статьи о сталкере на потом и не располагала информацией по теме, покачала головой:

– Не имею представления. Я просто работала. А меня взяли и накормили напичканной «синим драконом» едой. Мерзко.

– Мерзко, – задумчиво протянул Танроу. – И страшно. Что вы готовите? Пахнет феноменально.

– Подлизываетесь к повару? Никак напрашиваетесь на угощение, – Лара иронично подняла бровь.

Новый знакомый и тут увиливать не стал:

– Разумеется. Я же потом сам себе не прощу, если не поучаствую в дегустации.

– Вы всегда так честны?

– Увы, нет, только когда вижу перед собой такого же прямолинейного человека. Если серьезно, – Танроу потянул носом, – я летел восемь часов и всю дорогу прощался с жизнью. Грозы над океаном. Турбулентность. Было не до сна и не до еды, как вы понимаете. Отоспался я наверху: рухнул в постель, как мертвый, а через семь часов благополучно воскрес от запахов из кухни. Вы не только лицо дома мод, вы искусный реаниматолог… – в животе у мужчины громко забурчало. – Слышали? – не смутился он. – Это вопль отчаяния.

– Если вы не вегетарианец, так уж и быть, продолжу усилия по вашему воскрешению. Не знаете, где у Марго лежит кулинарный градусник?

– Полагаете, Марго умеет готовить? – Танроу покачал головой. – Моя кузина не справляется даже с яичницей. Вилки я вам, пожалуй, найду… возможно, шейкер для коктейлей… но кулинарный градусник… Сковородки, кстати, покупал я. И чашки с тарелками.

– Так вы чрезвычайно полезный гость!

– Несомненно.

– Тогда ткнем мясо ножом. Какой стейк предпочитаете: прожаренный, средний, с кровью?

– На ваш вкус. Я неприхотлив.

– А вот я очень прихотлива, – Лариса вгляделась в ростбиф через стекло на дверце духовки и облизнулась.

– Ну, обо мне вы много чего знаете, – Лариса откинулась на спинку стула, подавив желание расстегнуть молнию на джинсах. – А чем занимаетесь вы?

Солидный кусок ростбифа с овощами, неспешное насыщение за беседой – пока все складывалось неплохо. Стол располагался перед высоким, во всю стену, окном, и город внизу переливался огнями.

«Номер два» в кофеварке оказался горячим шоколадом. Пышная пена взбитых сливок (чуть с синтетическим привкусом – ну да ладно, о здоровом питании подумаем чуть позже) медленно оседала под посыпкой из орехов.

– У меня необычный род деятельности. Я одновременно юрист и аудитор, – ответил Танроу, перемешивая сливки в шоколаде.

Лариса сохраняла на лице вежливое выражение. Кто их тут знает. Возможно, в этом… Ландраке аудит и юриспруденция – чистая экзотика.

– Точнее сказать, – продолжил мужчина, – я инспектор по контролю над расходованием магических резервов. Путешествую по архипелагу, часто бываю в столице, веду около десяти компаний и дела шести одаренных семей.

– Как интересно, – сказала Лара.

Она находилась в этом мире уже несколько дней, но никакого волшебства не замечала. Конечно, если не считать самого факта ее переноса в тело двадцатидвухлетней модели.

– И как дела с расходом и доходом? – невпопад спросила она.

Но Танроу понимающе усмехнулся:

– Попали прямо в больное место. Расход растет, с доходом дело плохо. Магия мельчает. Чуть больше полувека назад трое детей моей бабушки родились высокоодаренными. Никто и не думал тогда вести подсчет, магическая статистика появилась гораздо позже. Резерв отца, думаю, зашкаливал за двести. Мой магический резерв – восемьдесят единиц. И я считаюсь сильным магом. Впрочем, что-то я разворчался, как старый дед. Ведь это избитая тема. Просто каждые пару лет газеты и инфоиздания впадают в истерику и начинают предрекать магический конец света. Хочется побиться головой об стенку и прокричать: люди, вы сами губите волшебство!

– У нас тоже так, – улыбнулась Лара. – У нас… в смысле, в мире моды. Упадок, регресс, вульгарность, безвкусие уничтожает мир.

– Значит, между нами много общего, – Танроу отсалютовал кофейной чашкой. – Выпьем за всеобщий декаданс. И да помогут нам боги избежать модного апокалипсиса!

Щелкнула дверь, в прихожей раздались голоса Марго, Даву и Сежа. Лариса подавила вздох разочарования.

С Тейном Танроу она расслабилась и почти забыла, что спасается от журналистов. В своем мире она бы мечтала о внимании репортеров. В этом она готова была бежать от них на край света. Ведь если не бежать, а дать интервью, представители второй древнейшей профессии перевернут сказанное с ног на голову.

– Так-так-так, – Марго удивленно покачала головой. Однако от Ларисы не укрылось, что кутюрье бросила на гостя нервный взгляд, полный тревоги. – Мы с мальчиками стараемся, запутываем следы и спасаемся от прессы, а кто-то тут мило проводит время.

– Привет, кузина! – Танроу ослепительно улыбнулся. – Мыотличнопроводим время. Если бы я не знал тебя настолько хорошо, подумал бы, что ты специально послала мне ангела для чудесного времяпровождения. Все твои модели такие красивые и умные?

– Я все время тебе об этом говорю, – отшутилась Марго, кажется, немного успокоившись. – Ты приготовил ужин?

– Не я, Лара, – Танроу кивнул на Ларису.

Изумились все трое, включая Даву и Сежа, на последнем издыхании ввалившихся в кухонную зону. Парни немедленно стали сверлить Танроу подозрительными взглядами.

– Лара, когда ты научилась готовить? – пробормотала Марго, разглядывая остатки еды на тарелке двоюродного брата. – Ты смогла приготовить мясо? Или вы меня разыгрываете, и это доставка готовой еды.

– Э-э-э… это типа сюрприз, – вдохновенно соврала Лариса. – У нас на стриме скоро должен пройти флэшмоб, – заимствованные из английского слова в этом мире звучали совершенно по-другому, но в голове как будто работал автоматический переводчик на понятное. – Мы с подписчиками собираемся устроить конкурс рецептов. Что-нибудь приготовить и записать видео. Вот я и… осваиваю. На самом деле, ничего сложного: обжарить со всех сторон, положить в духовку, измерить температуру…

Марго нахмурилась:

– У тебя блог о модельном бизнесе, красоте и трендах. Чем ты занимаешься? Почем тратишь время на подобную ерунду?

– Я думала, это привлечет к блогу больше внимания… – растерянно промямлила ошеломленная такой реакцией Лариса.

– От кого? От домохозяек? Твоя целевая аудитория – молодые, свободные, избалованные гламурные самки, готовые тратить деньги на все, во что ты ткнешь пальцем! Вот такая Лара Бэклер мне нужна, а не… скучная цыпочка с половником, рассуждающая о температуре внутри куска мяса! Наши подписчицы не готовят! Это не модно, не актуально. Все инфопотоки наполнены фото с содержимым коробок на дронах. И единственный конкурс там – кто больше потратит на свинину по-фатански.

– Марго, ну чего ты завелась? – с укоризной произнес Танроу. – У каждой девочки должно быть хобби…

Госпожа Лореер резко повернулась к кузену:

– Нет! Не у каждой! Не у той, которая получает двадцать тысяч орлов в месяц от агентства, а также брендовую косметику от спонсоров и одежду из последних коллекций за пару минут видео! Хобби Лара – оправдывать доверие «Наследия»! В мире моды не так много девушек, которых бы так опекали. Любые ее капризы исполняются как по взмаху волшебной палочки. Даву и Сежа подтвердят. Взамен я прошу только одного: выполнять пункты контракта.

– Ладно! Ладно! Ты победила! – Танроу дурашливо поднял перед собой руки. – Девочки, только не ссорьтесь.

– Я больше не буду готовить и проводить конкурсы, – покаянно подхватила Лариса. Свят-свят, пусть только успокоится! – Извини меня, Марго, я заигралась.

Госпожа Лореер кивнула, остывая.

Из всей ситуации Лариса сделала два вывода: Марго не любит своего кузена. Возможно, дело в банальной зависти или детских травмах. Второе: Ларе и мадам Лореер не по пути. В этом мире есть агентства по поиску работы?

Танроу явно был бы не прочь продлить ночные посиделки, но Марго жестким тоном отправила Даву и Сежа домой, а Ларису – в гостевую спальню.

… Лара проснулась по давней привычке вставать на рассвете и гулять с Олиной собакой, которая даже научилась самостоятельно прибегать к ее двери из соседнего дома.

Воспользовавшись туалетом, примыкающим к спальне, Лариса приоткрыла дверь в коридор.

В гостиной звучали голоса. Лара почувствовала непреодолимое желание узнать, о чем говорят двоюродные брат и сестра. Оказалось, о ней.

– … абсолютно не в моем вкусе, – голос Танроу звучал холодно и равнодушно. – Мне нравятся девушки постарше. Хотя, не спорю, с ней приятно поболтать. Она не глупа.

– Ты просто не успел в ней разобраться, – раздраженно парировала Марго. – Она – хитрый ребенок со склонностью к манипулированию.

– … невероятно красивый ребенок… – протянул Танроу.

– Если я узнаю, что ты каким-то образом продолжишь общение с Лара…

– Боишься, своим брутальным вниманием я испорчу образ кукольной девочки?

– Боюсь. Я ведь знаю этот взгляд, меня не обманешь. Ты же хищник и тоже манипулятор. В конце концов, она тебе не пара.

– Успокойся, сестричка. Через несколько часов я покину твой гостеприимный дом и больше тебя не потревожу. За Лара тоже можешь не переживать, ради тебя буду обходить ее стороной. А тебе следует извлечь побольше выгоды из шумихи вокруг компании.

– Этим я и собираюсь заняться.

«Два сапога пара. Старые, злые деньги», – разочарованно подумала Лариса и пошла досыпать

… Поглядывая на черный экран компьютера, Лариса крутила в руках индифон.

Зарядился мобильный сам, будучи подсоединенным к панели заказов. А вот с включением не задалось.

Ни сканера отпечатка, ни графического ключа не наблюдалось. Биометрия не работала, на «привет» и «сим-сим, откройся» индифон не реагировал, а без мобильника невозможно было зайти в этот… как его… инфоток.

– Вот же… непруха, – мрачно констатировала Лара, швырнув телефон на диван. – Доступ к инфотоку есть, а воспользоваться им не могу. Звезда в шоке.

Индифон вдруг радостно запиликал. Экран засиял, сочный мужской голос с придыханием проговорил:

– Привет, Лара. Где ты пропадала? Я начал волноваться. Чем сегодня займемся?

– Напугал! – Лариса подскочила. – Так просто? Ты реагируешь на слово «звезда»?

– Но ты ведь моя звезда, – с чувством произнес мобильный.

На экране нарисовалось мультяшное изображение мускулистого парня с эльфийскими ушами. Изображение сладко улыбалось. За ним светились значки приложений.

– Не твоя, а общая, – проворчала Лара, поднося индифон к глазам. – Так, Трандуил, как тебя поменять? Стимуляция либидо меня не интересует. Что-нибудь попроще, без детского сада и штанов на лямках.

– Я Эмиэль, советчик внутри сверхсовременного мобильного устройства с расширенными функциями, одной из десяти выпущенных моделей с системой круглосуточного мониторинга пожеланий владельца, – обиженно проговорил голос. – Я пользуюсь новейшими альвийскими разработками в области мобильных технологий. Я не ношу штаны на лямках.

– Ага. У «Райской птички» все должно быть самым крутым и навороченным. Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы договор не разрывало, – согласилась Лара. – Увидеть бы еще тот договор. Не надо меня круглосуточно мониторить, Леголас. Лучше скажи, как тебя поменять.

– Панель меню. Настройки. Персонализация. Смена образа «советчика», – сдался эльф.

Лариса поменяла голос на мягкий и привычный женский, с «ограниченными функциями». Задушевные беседы Ларе не требовались, ей нужна была информация. Можно было бы погуглить и в самом мобильном, и через голограмму, но компьютер Ларисе был привычнее.

Она по-прежнему каждый раз порывалась найти свои очки для чтения, вспоминала о своем нынешнем «образе» и хмыкала. Несомненно, у молодого тела имелись свои преимущества. Но, черт подери, в родном мире у нее остались… Кто?

Лариса старалась не думать о том, что дома ее не ждет никто, кроме подруги. Но это… просто подруга. У Ольги семья и много своих забот. Конечно, без Ларисы ей придется нелегко, но с компанией она справится.

«TwoGirlsStyle» во многом было детищем Лары, но она никогда не преуменьшала заслуги Оли. Сейчас бренд работает устойчиво. Главное, чтобы подруга нашла себе хорошую помощницу.

Родителей Лариса похоронила еще в студенческие времена. Оба спились, ничего не оставив после себя. Лара вовремя бросила попытки вытащить их из ямы, куда они неуклонно сползали по собственной инициативе, и сбежала из поселка в город. Подрабатывала, училась, поняла, что может достичь большего, полностью посвятила себя работе и… справилась, вышла в люди.

Ее брак продлился недолго. Это была студенческая любовь, куда-то испарившаяся после столкновения с взрослыми реалиями. С детьми не сложилось. Несколько коротких романов закончились ничем.

И вот новое испытание, именно когда Лариса решила, что больше вызовов в ее судьбе не будет.

При подключении индифона в паз навороченное устройство в кабинете Марго создало гостевой аккаунт и показало приветливую рамочку под словом «поиск».

С таким интуитивно понятным интерфейсом было несложно разобраться в принципах работы компьютера. Все сохраненные статьи легко сбрасывались в индифон, поэтому Лариса не тратила времени на подробное чтение.

Больше всего ее интересовала авария. «Косарю» тоже досталось немного внимания. Лара прочитала несколько статей о маньяке.

Вначале сталкер преследовал красивых девушек: актрис, певиц, балерин, наследниц знаменитых семей, инфлюэнсеров инфотока. Он даже дал интервью инфоканалу, упомянув о некоем «Списке грешниц», в который входили самые привлекательные звезды и светские львицы Ландрака.

Он забрасывал девушек письмами с угрозами, призывая прекратить работать на «грязную» публику, «задуматься и направить свою красоту и влияние в сторону Света» и обещая расправу в случае «неправильного поведения». Полиция ничего не могла сделать – маньяк не оставлял следов-ниточек, которые могли бы к нему привести. Сам он называл себя «тем, кто выкашивает сорняки, дабы на их месте выросли сладкие травы».

Затем последовало первое убийство. Девушки, известной танцовщицы, в «списке грешниц» не было. Затем погибла кинозвезда, тоже не из списка. В обоих случаях сталкер каким-то образом добавлял в еду жертв огромную, смертельную дозу синтетического наркотика, известного в народе как «синий дракон».

Предполагаемый Косарь выложил в инфопоток признание с фотографиями убитых. Он засветил свое лицо и выглядел испуганным, однако подтвердил, что будут еще жертвы. В звездном обществе началась паника. Полиция объявила старт особой операции с привлечением дополнительных сил и магов.

– Значит, Лара крупно повезло, – бормотала Лариса, вертясь в компьютерном кресле и покусывая стилус. – А мне? Что случилось со мной? Этот бармен с его таблеткой… в ней точно было средство от головной боли?

Уходя утром в офис, Марго настоятельно рекомендовала Ларисе записать и выложить в блог сообщение, дескать, жива, чувствую себя намного лучше, очень соскучилась по подписчикам, жажду встречи.

Несмотря на ажиотаж, блог начал терять старую аудиторию. В сети ходили слухи, что нападение сталкера на Лара Бэклер – фейк для продвижения аккаунта и роста его популярности.

Многие подписчики поверили слухам. Им нужно выдать что-то душевное, например, Лара в постели, бледную, но несломленную. Лучше отснять фотосессию якобы на больничной койке.

Лариса сунула нос на страницу Лара, ужаснулась количеству комментариев, от признаний в любви и пожеланий скорейшего выздоровления до откровенного хейта, и закрыла вкладку. Она подумает об этом завтра, иначе голова лопнет.

Глава 4

Вечером явились фотограф и ассистенты Марго. Сежа и Даву тоже были тут как тут, уставшие, но довольные причастностью к суете.

Рабочие оформили угол в одной из комнат как больничную палату, с койкой, мониторами и капельницей. Ларису уложили в кровать, нанесли макияж под «жертву» и велели шептать в камеру.

Марго сама контролировала процесс съемки. Она стояла за камерой, скрестив руки на груди. Свет из окна совсем не комплиментарно подсвечивал морщины и складки на лице. Однако со скуки начав анализировать стиль кутюрье, Лариса признала, что он идеален.

Сама ли Марго нашла первоклассное сочетание офисного шика и расслабленного глянца, или ей подсказали стилисты, но вещи она миксовала со знанием дела. Тонкие шелковые черные брюки с высокой талией, подчеркивающие длину ног, белая хлопковая рубашка с небрежно закатанными рукавами и широко раскрытым, поднятым над шеей воротом – в Ларисином мире мадам Лореер могла бы претендовать на звание идеального образца парижского гламура.

Однако Ларе вдруг захотелось что-нибудь добавить в образ начальницы – украшения, эксклюзивные, несложные, не утяжеляющие имидж, но необычные. Бижутерия Марго была слишком выхолощенной, будто начальница боялась переступить некую черту.

Смотреть на одежду окружающих и подбирать эффектные образы всегда было тайным хобби Ларисы, но она никогда не озвучивала свои мысли, усвоив, что не все люди ценят вторжение в личный внешний вид, многие принимают дружелюбный совет за критику.

Ларису отвлекли от размышлений, заставив учить текст послания для подписчиков.

Периодически в кадре появлялся «врач». Он поправлял капельницу и с умным видом проверял мониторы. Даву и Сежа со скорбными минами сидели у ложа «умирающей». Лариса молча бесилась.

Кукольный театр. Только капельница настоящая, с глюкозой, витаминами или чем-то там не менее полезным.

– Дорогие подписчики, как видите, все не так хорошо, как хотелось бы… – пробормотала Лариса. – Я еще в клинике. Результаты анализов… – здесь следовало поднять глаза к потолку и «сдерживать слезы», – полное дерьмо.

Режиссер постановки, тучный меланхоличный мужик, забраковал первый прогон текста, потому что «современная молодежь так правильно и вежливо не разговаривает». Лариса в сердцах добавила от себя пару фраз похлеще. Режиссер их одобрил.

– Руки искололи капельницами, я все время сплю…

Дальше следовали заверения в скорейшем возвращении в блог, в телевизионные проекты и на подиум.

После проверки видео и одобрения Марго съемочная группа упаковалась и испарилась. Даву загрузил ролик на сайт. Марго тоже ушла, дав распоряжение следить за реакцией аудитории. Даву, Сежа и Лара уселись перед экраном

Система рейтинга отличалась от той, к которой привыкла Лариса, но, к счастью, она успела с ней познакомиться чуть раньше.

Зрители могли поставить оценку любой части видео, но не больше трех раз – трех коротких фраз. В основном это были реакции в виде крошечных, летающих вокруг рамки спиралек, в которые закручивался текст послания, от «плохо», «глупо», «фигня какая-то» и прочего негатива до «супер», «трогательно», «сочувствую», «я плачу», «милота».

Все реакции были голосовыми. Подписчики высказывались в ходе просмотра видео, используя кодовое слово «оцени». Система учитывала оценки и выставляла рейтинг.

В какой-то момент спиральки заполонили все поле вокруг ролика.

– Народ волнуется, – протянул Сежа. – Это хорошо.

– Число позитивных реакций растет, – удовлетворенно подытожил Даву. – Хотя как по мне, ты переигрывала, сладкая моя.

– Все нормально. Людям нужны эмоции: слюни, сопли, боль, экстаз и страдашки… – Сежа поднялся с дивана. – Дадим системе время на обработку. К вечеру картина станет яснее. Впрочем, я и так вижу, что народ проникся. А пока, лапонька, собираемся, собираемся, пакуем вещички.

– Куда собираемся? – нахмурилась Лара.

– В твою маленькую, но миленькую квартирку. Осада снята. Журналистам бросили кость, и, кажется, они поверили. Не все, разумеется, поэтому я договорился с консьержем. Нас пустят через вход для вывоза мусора.

– Очень символично, – скривился Даву, поглядев в индифон, и вдруг громко проговорил в экран. – Оцени: это просто бомба! Лара, молодец! Держись!

Его реакции мелькнули на краю большого экрана и растворилась среди других.

– Спасибо, – поблагодарила его Лара. – Ребят, для меня ваша помощь неоценима. Простите, что отвлекаю от работы своими проблемами.

И снова тень удивления. Дернувшаяся бровь Даву.

Лариса все больше ломала шаблон. Ничего, привыкнут. Но нужно помнить об ответственности за тех, кого приручил.

Квартира манекенщицы располагалась в новом здании, напоминающем полумесяц с закругленными краями.

Даву пришлось припарковаться в самой тихой части улицы, чтобы не наткнуться на репортеров, и Лариса, выйдя из машины, таращилась на причудливый дом, в котором ей отныне полагалось жить. Очевидно, в этом городе архитекторы соревновались, кто сотворит самый оригинальный по форме проект.

– Что там? – к Ларе, задравшей голову, подошел Сежа.

– А? Нет, ничего. Просто каждый раз смотрю и удивляюсь, как он держится.

Она ткнула в дом, в окнах которого отражалось солнце. Казалось, здание вращается вслед за лучами. Модельер пожал плечами:

– Наука, лапонька. И магия, разумеется, престижный район все-таки, отличный вид, развитая инфраструктура. Зато ежемесячные взносы за квартиру у тебя ого-го.

«Они и платежками моими занимаются? И что там у меня, ипотека? Еще не хватало!» – с досадой подумала Лариса.

– Но это эффектно, – помолчав и прищурившись, продолжил Сежа. – Я бы тоже хотел, чтобы в мои окна всегда смотрело солнце.

Он отошел, а Лариса повнимательнее присмотрелась к дому. И ахнула. Здание действительно вращалось, как подсолнух. Очень некстати вспомнились слова Тейна Танроу о расходах магии.

Движение было плавным и практически незаметным. Пока Даву говорил по индифону с консьержем, дом повернулся на несколько градусов. Та его часть, что следовала вслед за солнцем, была покрыта зеленью. У каждого окна располагался крошечный садик на балконе.

– Чудеса, – пробормотала Лариса.

… Их пустили через помещение для вывоза мусора. Даже если у главных ворот комплекса дежурили журналисты, такое коварство они явно не предусмотрели.

Квартира Лара располагалась в узкой части «полумесяца», поэтому в ней было две спальни и большая комната три в одном: кухня-столовая-гостиная.

Войдя внутрь, Лариса задохнулась от ужаса.

Квартира была разгромлена. Открытые ящики комода и платяного шкафа, вываленные из них вещи! Одежда, разбросанная буквально на каждом квадратном метру апартаментов! Пустые банки от напитков, заполонившие столик у дивана.

– Здесь кто-то был, – хрипло проговорила Лариса, замерев на пороге.

– С чего ты решила? – нахмурился Сежа.

Модельер двумя пальцами снял с дивана что-то полупрозрачное и кружевное, а остальное (пару книг, упаковку носовых платков и какие-то коробочки) просто смахнул на пол. Банки он смел в ведро для бумаг и, удовлетворенный результатом, плюхнулся на подушки.

До Ларисы дошло: разгрома не было – это естественное состояние ее квартиры. И Сежа, и Даву к нему привыкли и не удивляются. Стало невероятно стыдно.

– Показалось, – пробормотала она. – Нервы.

Даву уже хозяйничал на кухне. Затрещала кофемашина, перемалывая кофейные зерна, по квартире поплыл дивный аромат.

Лариса потихоньку обошла гостиную, собрала самые пикантные части своего гардероба и закинула их грудой в шкаф. Заодно осмотрелась и наведалась в остальные части апартаментов.

Странная квартира. За окном – пышный садик на балконе, в ванной – огромное джакузи, а стиральной машины нигде не видно и в кладовке вместо пылесоса и швабр – швейный манекен.

Запах кофе становился все сильнее. Даву читал какой-то журнал на диване. Сежа включил новости на небольшом экране над кухонным «островком». Показывали крупную аварию на какой-то скоростной магистрали.