Текст книги "Стервятники пустоты (СИ)"

Автор книги: Антон Русич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 13 страниц)

Глава 5
Рой

Выдавить решетку из с этой стороны оказалось проще, хоть и не очень удобно. Стоило металлической сетке отвалиться в сторону, освободив проход, я дотянулся до мертвеца и толкнул его к потолку. Не стоит Ириске видеть подобного. Кошмарная медуза медленно уплыла во мрак.

Сейчас мы находились в центральном зале машинного отделения корабля. Подковообразное помещение обхватывало грибовидные шапки встроенных в корпус пилонов маршевых двигателей. Подобная конструктивная особенность позволяла проводить мелкий ремонт и диагностику «на ходу». Военные всегда стремились к практичности и увеличению живучести своих кораблей. Работы же в пустоте космоса связаны с риском тем более в ходе боя.

Здесь же располагались модули хранения они же зарядные станции технических сервов. Это и было моей целью. Ушрус дал нам самый, по его мнению, бесперспективный сектор транспортника. Найти здесь ценное оборудование, дорогостоящие запчасти без спец инструмента сложно, тем более обычным подросткам без нейросетей и изученных технических баз. И он был прав, но я не был обычным. В моей голове хранилась куча разрозненной информации, зачастую самой неожиданной. Например, я знал, что базовая комплектация технических комплексов корпорации «Антаир-технолоджи» поставляющей свою продукцию в боевой флот синдиката, включает в себя малый ремонтный комплект. Небольшой кейс на задней стенке модуля хранения с набором запасных энергоячеек, малых сервомоторов и сменных насадок для манипуляторов. Удобная опция повышающая конкурентоспособность продукта корпорации в центральных мирах и ценнейший товар здесь на окраине Сферы миров, где вечно не хватает запчастей для сервов. Осталось их найти в окружающем нас бардаке и мраке. Тогда офицерские пайки будут наши, а тройка Черного удавиться от злобы.

Выбравшись из воздуховода, мы оказались чуть выше и левее от входа в отсек. Повернув голову, я осветил настоящую баррикаду его перегородившую. Оборудование, малые грузовые контейнеры, предметы мебели все это обгорело и оплавилось. Здесь, судя по всему, шел настоящий бой. Последний рубеж, где местные техники стояли до конца.

Подойдя ближе, мы молча выглянули в коридор. Самые мрачные мои догадки тут же получили подтверждение. В темном тоннеле застыли сервы. Четыре технических и два легких «Тарантула» из противоабордажной секции. Чуть дальше стена коридора была разворочена взрывом. Именно там проходил кабель-канал энергопитания маршевых двигателей, похоже сервы пришли по нему, но нарвались на мину, заложенную экипажем. Взрыв уничтожил не всех, а дальше в отсеке началась резня. Что могли противопоставить боевым сервам техники в легких комбинезонах без брони, боевых баз, специализированных нейросетей и боевых имплантов. То, что им удалось уничтожить двоих тарантулов уже подвиг.

– РОЙ!!! – произнесла Ириска словно приговор.

– Что⁈ – переспросил Барт, еще не осознавший в какую задницу мы угадили.

Что такое Рой, ученые Сферы до сих пор спорят о его природе. Одни считают, что это вирус на основе кристаллической формы жизни, другие утверждают, что это энергетический паразит, обладающий коллективным разумом. Но все это неважно. Важно только то, что эта форма жизни, принесённая в Сферу миров одним из автоматических дальних разведчиков несколько сотен лет назад, не вступает в контакт и стремиться уничтожить любые биологические формы жизни. Словно чума она поражает и захватывает искинов, а потом атакует их хозяев.

Именно благодаря Рою и появился пояс Мертвых миров. Как гласит официальная история объединённому флоту Сферы пришлось сначала объявить карантин в системах, граничащих с лавинообразно распространяющимся очагом заражения инопланетной заразой, а когда это не помогло были приняты радикальные меры. Флот безжалостно выжег орбитальными бомбардировками больше пяти десятков обитаемых миров вместе с жителями и всей внешней инфраструктурой. Превратив в радиоактивную пыль все, что имело хоть бит вычислительной мощности и могло стать очагом заразы роя. Врата же ведущие в мертвые системы блокировали. Любое судно, приблизившееся к ним, подлежало уничтожению, а тем более если, что попытается проникнуть из вне.

Но не смотря на все принятые меры, на окраине Мертвых миров нет нет да всплывали спящие очаги этой заразы. Вот такие корабли призраки как этот Антарский транспорт. Лекарство, применяемое в подобных случаях за сотни лет тоже, не изменилось. Плазменная торпеда в борт ржавой лоханке и нет проблем. Так что глубину задницы, в которую мы угодили благодаря непомерной жадности этого толстого кота Ури, сложно переоценить.

– Нет, подожди! Ар если бы здесь был улей роя мы все были бы уже мертвы. Да нас еще при высадке покрошили бы на фарш! Разве не так? – выдал Барт, отказывавшийся поверить и осознать безвыходность ситуации, в которую мы попали.

– Нет Барт ты не прав. Нам просто повезло.

– Да с хрена ли⁈

– Вот же тупица! – вставила шпильку Ириска.

– Ир не начинай! – поспешил я пресечь зарождающуюся перепалку – Все просто Барт. Нам повезло, что Ушрус от правил именно нас в двигательный отсек.

– Почему? – спросил все еще не догоняющий друг.

– П-ффф! – фыркнула Ириска, но наткнувшись на мой взгляд, сделала вид, что изучает окружающий нас отсек.

– Все просто. Рой паразитирует на сложных вычислительных системах – сервы, искины отдельных автономных систем и кораблей. Таким системам нужна энергия, без нее они просто мертвое железо. Реакторы современных кораблей в холостом режиме могут тлеть веками.

– Ар я не идиот! – перебил меня друг – Не надо мне словно ребенку объяснять такие простые вещи. Я и без тебя знаю, что рой может сотни лет сидеть, облепив такой реактор.

– Вот и я о том же Барт! Именно облепив… Похоже экипаж корабля перед гибелью взорвал к чертя рубку вместе с корабельным искином, тем самым лишив рой возможности управлять внутренними системами. Именно поэтому при высадке мы и не подверглись нападению. Рой просто не знал о нашем появлении, ведь системы наблюдения и контроля окружающего пространства мертвы. А вот когда кто-то из наших нарвался на сидящего на живом энерго-порте юнита роя резня и началась, но мы в этот момент уже тащились в двигательный.

Я вроде закончил, а Барт перестал спорить, но судя по его глазам так и не понял почему мы все еще живы. Я ткнул пальцем и осветил лучом своего фонаря замеченную ранее дыру в стене.

– Да все просто Барт. Энерговод взорван и здесь нет ни капли энергии. Юнитам роя тут жрать нечего и только поэтому мы еще живы, но не расстраивайся скоро они закончат с теми, кто пошел в грузовой и жилой отсеки, а потом наступит и наш черед.

– И что делать? – спросил тихо и растеряно здоровяк, до которого наконец дошло.

– Ты можешь разгерметизировать свой скаф и сдохнуть быстро, чтобы не мучаться как этот парень – вступила в диалог Ириска, привлекая наше внимание.

Мы обернулись в ее сторону. Лучи наших фонарей осветили девушку, склонившуюся над трупом и обламывающую его промороженные пальцы, что все еще сжимали штурмовую винтовку.

– А я лично постараюсь подороже продать свою жизнь! – закончила фразу наша валькирия.

Глава 6
Планы и стволы

Наша Ириска, как всегда, в своем репертуаре. Невысокая, довольно субтильная, с тонкими чертами и коротким ежиком черных волос она казалась мне похожей на милого чертенка. Огромные зеленые глаза смотрели на окружающий мир с подозрением и не доверием, а алые губы были постоянно вытянуты в напряженную нитку и никогда не улыбались. Она не любила говорить о своем прошлом, но было понятно, что ее жизнь не баловала. На корабле дядюшки Ури Ириска появилась на неделю позже меня. Мгновенно сориентировавшись в сложившейся обстановке внутри немногочисленного по сути сообщества малолетних ублюдков, вынужденно присоединилась к нашему с Бартом дуэту отвергнутых, но не сломленных. Альтернативой был гарем Черного под управлением Рут, но не в ее характере было становиться подстилкой за лишний кусок питательного концентрата.

                                      

Мне девушка пришлась по душе. Немногословная, но в тоже время довольно острая на язычок, в ней чувствовался стальной характер. Барт попытался подкатить к ней свои шары, но получил такой отпор, что был вынужден с позором капитулировать. Ириска же отказывалась отпускать свою жертву и при любой возможности старалась поддеть любвеобильного здоровяка, иной раз доводя его бешенства. Эта парочка зачастую пыталась втянуть меня, в качестве арбитра в свое соревнование «у кого больше виртуальные причиндалы», но я как мог уклонялся от этой роли и отказывался принимать чью-то сторону.

Обе идеи нашей валькирии мне не понравились, да и Барту похоже тоже. Пробурчав себе под нос несколько ругательств, здоровяк развернулся и принялся обшаривать отсек. Ну, а как, у этой пигалицы пушка есть, а у нашего могучего потомка безбашенных Орусов нет. Не порядок! Решив, что идея обзавестись оружием вполне здравая, я присоединился к мародёрке.

На обыск отсека с верху до низу, чему способствовала невесомость, у нас ушло двадцать минут. Нашей добычей стали три кинетических штурмовых винтовки с шестью магазинами по тысяче игл в каждом, два плазмогана и десяток стандартных энергоячеек из тех самых ремонтных наборов.

Если винтовки были вполне работоспособны, лишь энергоячейки посажены в ноль, то плазмоганы превратились в бесполезный хлам. Емкости с рабочим телом плазмообразователя протухли за те годы, что транспорт болтается в пустоте и заменить их было не чем. От куда у подростков подобные знания о стрелковом оружии, да все просто. Барт оказался маньяком, он с таким блеском в глазах рассказывал нам характеристики и объяснял, как обращаться с доставшимися нам электромагнитными штурмовыми комплексами «Шагал – 4», что я засомневался в его адекватности. Немногословный здоровяк заливался соловьем, заслушаться можно, а ведь обычно из него десяток слов вытянуть сложно. Вот же ходячая энциклопедия по стрелковому вооружению.

Ну, а когда я протянул ему два ребристых металлических шара с ярко красным сенсором активации, снятых с пояса нижней половины кошмарной медузы, Барт впал в священный экстаз.

– «ПГ-2Н» наступательная плазменная граната второго поколения. Задержка активации программируемая, по умолчанию две секунды, каждое последующее нажатие на сенсор активации добавляет секунду. При подрыве создает два кубометра высокотемпературной плазмы – прошептал Барт с фанатичным блеском в глазах, прижав гранаты к груди словно дитя.

– Гребаные Боги пустоты! Да ты же маньяк! Ар отбери у него гранаты, пока он нас не спалил! Пироман хренов!

Отбирать игрушки у друга я не рискнул, хоть и был отчасти согласен с Ириской. Время утекало сквозь пальцы и сейчас я уже думал, что ковыряться здесь полчаса было не лучшей идеей. Вполне возможно, что пока мы тут искали эти игрушки, ракшас слинял с корабля на грузовом боте и лишил нас последнего шанса на спасение.

Подхватив свою винтовку, не задумываясь выщелкнул из приклада разряженную энергоячейку и вогнал на ее место новую до щелчка. Над оружием вспыхнула голографическая рамка коллиматорного прицела. Короткий тест и она приняла зеленый оттенок сообщая что оружие в порядке и готово к стрельбе. Индикатор боезапаса показывал остаток в магазине триста бронебойных игл. Сменил магазин на полный под одобрительно-удивлённым взглядом Барта. Ну да, мои движения были скупы и профессиональны.

– «Да, дружище, сам в шоке и с удовольствием бы узнал, где я так научился обращаться с оружием» – подумал я, но вслух произнес совсем иное.

– Так ОТРЯД слушай мой план!

Прозвучало нарочно пафосно конечно, но нужно разрядить обстановку. Не смотря на уверенность, что придает ствол в руках, на лицах друзей читается откровенный страх. Ну это и понятно. От перспективы схватки с сателлитами роя у бывалых космодесантников яйца инеем покрываются, а что говорить о пятнадцатилетних подростках.

– Излагай командир – поддержал Барт.

– Слушаем Вас Ваше Сиятельство – произнесла Ириска и сделала книксен.

Вышло это у нее так легко и непринужденно, что я выгнул бровь от удивления, а Барт выдал удивленно:

– Охренеть принцесса!

– Ладно, отставить разговорчики! Я думаю, действовать будем так. Сейчас тихо и максимально аккуратно возвращаемся по своим следам. Дожидаемся Ушруса у контейнеров и убеждаем его забрать нас с собой и высадить на ближайшей пустотной станции – закончил я на позитивной ноте.

Все воспитанники приюта дядюшки Ури мечтали дать деру. Жизнь в трущобах торговых станций окраины не сахар, но подростки всегда ищут свободы.

– А если Ури не согласиться? – спросил Барт с сильным сомнением в голосе.

– У нас есть убойные аргументы! – произнес я нарочно уверенным тоном и продемонстрировал ему винтовку.

Глупо, конечно, думать, что Ури нас так легко отпустит. Попытайся мы угрожать ракшасам и парочка противоабордажных сервов размажут нас тонким слоем по стартовому столу летной палубы «Благочестивой Эриты». Можно, конечно, забаррикадироваться в грузовом боте угрожая гранатами, но долго мы там просидим без еды и воды. Короче хрень это все, но друзьям нужна надежда, да и сам я старался гнать от себя дурные мысли.

– Угу если будет их кому предъявить! – мрачно произнесла Ириска.

Верить в то, что этот блохастый котяра сдох в коридорах этого проклятого корабля мне не хотелось, но подобную вероятность исключать нельзя. На этот случай у меня был резервный план, правда он мне очень не нравился.

Глава 7
Экосистемы и с чем их едят

До памятной туши серва мы добрались без проблем. Она все так же висела, перекрывая значительную часть коридора. Нагнувшись, я пролез под ней и взглянул на арку выхода. Прожектора все еще работали и был виден свет в конце темного тоннеля, но что-то изменилось.

Использовать голосовой канал я не рискнул и поднял вверх руку привлекая внимание друзей, а затем поднес палец к забралу шлема типа не шумим. С учетом того, что в вакууме звук не распространяется это выглядело немного глупо, но они меня поняли. Темные силуэты замерли, погасили фонари и подняли оружие изготовившись открыть огонь. Блин лишь бы палить не начали, а то нашпигуют мою спину иглами.

Косплея крутого спецназовца я по стеночке добрался до выхода из коридора и заглянул в отсек, да так и замер с открытым ртом от увиденной картины. Рядом статуей застыла Ириска.

Половина стоек с прожекторами были сорваны со своих мест и плавали в метре от пола медленно вращаясь. Эта светомузыка и привлекла мое внимание. На полу копошился десяток уродливых мелких сервов, выковыривавших из скафандров тела воспитанников. Они небыли похожи ни на что виденное мной ранее. Казалось, безумный инженер слепил их из подручных материалов. Понатыканные куда попало манипуляторы конвульсивно тряслись и дергались. Отсутствие симметрии лишало их равновесия и движения уродцев были дергаными.

Вот один из сервов выбрался из-за контейнера, закрепленного к ребристому металлическому полу. Его пять опорных манипуляторов с магнитными фиксаторами пробуксовывали. Искры летели из-под них во все стороны, похоже его ноша за что-то зацепилась. Кто-то из младших пытался спрятаться, но у него не получилось и твари его нашли. Серв поелозил мгновение и отпустил тело. Мелькнула вспышка плазменной горелки и шлем жертвы отделился от тела вместе с головой в нем. Уродец с жуткой добычей рванул в один из коридоров ловко лавируя между пытающимися его перехватить сородичами.

А вот два урода перехватили парящее в пространстве тело и потянули его в разные стороны. Горелок в их арсенале не было и они применили более простой способ. Не узнать жертву было сложно, лишь одна особа в нашем гадюшнике имела столь явные вторичные половые признаки. Рут была еще жива и дико задергалась в стальных лапах. Одна ее нога была явно сломана и сейчас болталась словно сломанная ветка на ветру. Ткань скафандра натянулась, сервы заскребли уродливыми лапами порождая новые снопы искр. Сверхпрочная ткань поддалась, а она была прочнее плоти. Шлем Рут с лохмотьями нано-ткани и ее красивой головкой оказался в лапах одного из сервов, а бьющееся в агонии тело в лапах другого. Тугие струи крови брызнули во все стороны, но космический холод мгновенно превратил их в уродливый алый бутон. Частицы крови попали на серва и метал его корпуса покрылся бурыми пятнами.

С трудом сглотнув вставший в горле ком я подумал, что нам пора отсюда убираться и сделать это нужно очень тихо. Слишком много тварей копошилось среди контейнеров. Если заметят, задавят толпой, но оказалось уже поздно. Из-за плеча остолбеневшей от увиденной картины Ириски высунулась голова Барта, что прикрывал тылы и заинтересовался какого хрена мы встали столбом.

– Черную дыру мне в маршевые дюзы!!! – услышал я в канале и инстинктивно приготовился к непоправимому – Вот же ублюдочные твари!!!

События рванули резко вскачь! Меткая очередь, выпушенная другом, легла точно в цель. Уродливого дроида с зажатой в манипуляторах головой первой красавицы нашего приюта бронебойные иглы разорвали на куски, что шрапнелью разлетелись по отсеку. Броуновское движение в свете вращающихся прожекторов замерло на мгновение, а потом твари синхронно развернулись в нашу сторону и стальной волной понеслись на нас. Ступор прошел, мы открыли шквальный огонь чертя стволами косые линии. Уродов было до хрена и промахнуться было сложно.

Сервы не имели брони и похоже раньше были обычными бытовыми дроидами. Выпущенные винтовками иглы прошивали по несколько тварей насквозь, прежде чем потерять убойную силу и завязнуть в нежных электронных потрохах. Перед аркой нашего коридора начал образовываться завал из дергающегося и искрящего метала. В ушах стучала кровь, а по сосудам раскаленной лавой бежал адреналин. В азарте боя мелькнула мысль, что мы справимся, но нет я ошибся.

– … … – выругался Барт судорожно меняя опустевший магазин.

Через завал проскочило несколько тварей, воспользовавшихся снижением интенсивности огня. Ириска мазанула по ним стволом, срезая сервов, но при этом половина зарядов ушла в молоко, дырявя переборки и трупы. Я скосил глаза на индикатор боезапаса. Цифра 65 не внушала оптимизма, а ведь у подруги еще меньше, нужно что-то делать. Принять решение мне помогла здоровенная туша, выскочившая из дальнего коридора. Рассмотреть ее я не успел, слишком уж быстро тварь перемешалась, но размеры внушали.

– Барт гранату!!! – заорал не своим голосом.

Ребристый кругляш устремился к врагу помаргивая красным огоньком активированного индикатора.

– Ходу, ходу!!! – проорал я и рванул по коридору стараясь оказаться подальше от готового вот-вот разверзнуться огненного ада.

За спиной вспыхнуло маленькое солнце. Светофильтры шлема были откровенное дерьмо, и я словил засветку сетчатки. Потеряв на мгновение ориентацию в пространстве, чуть не грохнулся, запнувшись о парящий над полом кусок металлического мусора. Слава богам пустоты не упал. Благодаря этой заминке я из фаворитов нашего спринтерского забега перешел в аутсайдеры. Мимо пронеслись друзья, я судорожно оглянулся.

– Твою же мать!!! – вырвалось у меня.

Нам наступала на пятки туша среднего сервисного серва, ну или когда-то она им была. Полутораметровый в холке стальной паук сменил мультифункциональные насадки рабочих манипуляторов передней полусферы на метровые зазубренные клинки. Корпус машины подвергся кустарному бронированию. Корявые листы метала были приварены то тут, то там без всякой видимой логики. На опорных манипуляторах появились кривые шипы и когти дополняя кошмарный образ. Плазма не обошла его стороной оплавила корпус и жуткие лапы, что теперь сгибались с трудом. Он значительно потерял в резвости и догнать нас шансов не имел, но за его спиной уже мелькали силуэты новых действующих лиц.

Отключив магнитные подошвы, я рыбкой нырнул под ставшую почти родной тушу серва перекрывающую коридор. Прыжок вышел не очень удачным и меня закрутило вокруг собственно оси. Магнитных фиксаторов на ладонях мой скаф не имел, а в коридоре, как назло, не за что было уцепится. Положение спас Барт, ухвативший меня за эвакуационную скобу на спине и вздернувший мою тушку на ноги.

Мы оказались прямо под демонтированной вентиляционной решеткой от куда уже торчала симпатичная попка Ириски. Преследователь последовал за нами втискивая громоздкое тело в зазор между тушей и стеной, но зацепился одним из шипов. Туша серва провернулась, зажимая тварь. Лапы стального паука заскребли, сдирая остатки декоративного пластикового покрытия со стен и медленно проталкивая его тело. Мы с Бартом вскинули стволы и дали пару коротких очередей, впрочем, без видимого результата.

Заметив, что Ириска уже скрылась в воздуховоде, я мотнул головой на дыру другу. Он, не раздумывая отключил магнитные подошвы и в прыжке ввинтил свое тело не такую уж и широкое отверстие. Вот же акробат хренов. У меня подобный трюк повторить не получится, хватит, на кувыркался уже. Так, что стоило Барту забраться в воздуховод, я рванул ножками по стене поливая очередями прорвавшегося через преграду сателлита роя. Несмотря на то, что снаряды в основном рикошетили от брони, мне все же удалось повредить что-то важное. Два левых опорных манипулятора стального паука окончательно потеряли подвижность, но упертая тварь настырно ползла ко мне. Счетчик боеприпасов показал сиротливый ноль, я отстегнул опустевший магазин и сдернул с пояса новый.

Тем временем на поле появилось новое действующее лицо. Луч моего фонаря выхватил из мрака стремительную серую молнию. Адская, мать его, сороконожка по-другому это чудовище и не назвать. Непропорционально большая, относительно основного тела, голова жуткой твари когда-то была малым техническим сервом, а пятиметровое тело состояло из сцепленных между собой нескольких десятков уродливых туш виденных уже ранее бытовых сервов. Похоже к нам на огонек пожаловала мамка того зерг раша, что мы покрошили в швартовочном отсеке.

Пока я трясущимися от страха руками пытался вогнать новый магазин в приемное гнездо винтовки, сороконожка застыла на потолке подняв переднюю часть корпуса словно приготовившаяся к атаке змея. Десяток красных светодиодов оптических датчиком сверлили меня взглядом, тварь выбирала жертву. Но похоже сегодня удача поцеловала меня в губы. Стоило магазину защелкнуться, а индикатору боезапаса сменить цвет с красного на зеленый, серая молния выстрелила в тушу раненого стального паука. Обвила кольцами его тело, лишая подвижности и маневра. Мой палец свело судорогой на сенсоре открытия огня. Серповидные жвала, бывшие когда-то давно рабочими манипуляторами технического серва, озарились вспышками плазменных горелок и вгрызлись в броню жертвы. Паук забился в агонии, но стальная сколопендра держала крепко. Я же, застыв истуканом, следил за развернувшейся схваткой титанов.

От созерцания эпической битвы, ну или скорее избиения, меня отвлек хлопок ладошки по шлему.

– Эй Ар ты что застыл? – спросила Ириска, высунувшая голову из воздуховода – Шевелись давай пока эта тварь не закончила с паучком и не решила закусить на десерт одним амнезийным идиотом.

Решив, что ее замечание вполне справедливо, я поспешил убраться подальше от места схватки. Забег по узким воздуховодам на четвереньках и гуськом, то еще удовольствие, но несмотря на это за следующие полчаса мы удалились довольно далеко от места схватки. Лишь окончательно выбившись из сил, устроили привал в одном из тупиковых ответвлений.

Тяжело дыша, я прислонился спиной к стене сложив руки на согнутые колени.

– Что мать его это было? Почему эта членистоногая хрень напала на своего, а не на меня? – адреналин не хотел отпускать и мой голос дрожал.

– Слышь Ар мне показалось или ты остался недоволен! – нервно с хохмил Барт – Нужно было подождать немного, думаю тебе бы тоже уделили внимание!

Отвечать на подколку я не стал, а вот к Ириске прислушался.

– Когда-то в детстве я смотрела документальный голофильм о Рое. Если верить его создателям, то споры роя поражаю искины. Чем мощней зараженный искин тем более опасная тварь получается. Если заражению подвергается корабельный искин и экипажу не удается погасить реактор, мы получим боевую матку роя. Ограниченные ресурсы автономного корабля, за редким исключением, не способствуют лавинообразному размножению, и матка начинает эти ресурсы искать, атакуя любые доступные объекты. А вот если споры заражают станционный искин или искин производственного комплекса с полным циклом добычи – вот тогда мы получим полноценный Улей. Выжигать который придётся как минимум силами ударной эскадры ВКС.

– К чему эта лекция по ксенологии? – перебил девушку нетерпеливый Барт – Каким боком это объясняет тот факт, что твари роя на этом корыте жрут друг друга?

– Барт заткнись! – осадил я нетерпеливого товарища – Дай Ириске закончить.

Девушка бросила убийственный взгляд на здоровяка и продолжила.

– В нашем случае похоже экипажу удалось перед своей гибелью уничтожить искин корабля и рою достались лишь тупые сервы. Их блокам управления до полноценного искина как на внутрисистемнике до Альфы-Тауры. Вот и получилось стадо агрессивных тварей, умственными способностями не отличающихся от обычных животных, которые жрут друг друга за крупицу энергии или кроху кристаллического процессора. Этакая уродливая, замкнутая экосистема, постепенно эволюционирующая в условиях жесткой конкуренции.

– Разве рой не обладает коллективным разумом? – озвучил я то, что не давало сложиться мозаике в моей голове окончательно.

– Обладает – согласилась Ириска – но, по сути, он функционирует на основе наших сетей и каналов связи. А на этом транспорте где-то стоит автономный армейский подавитель. Не зря же стоило нам разойтись и общий канал связи отрубился.

– Вроде похоже на правду! – согласился я и задумался.

Первоначальный план накрылся медным тазом. В суматохе скоротечного боя мне удалось вычленить главное, проломе обшивки я не увидел грузового бота. Похоже блохастому все же удалось, слинять бросив ребятню на борту и тем самым выиграв себе время. Но это не удивительно. Ракшасы, илаи да даже курхуты призирают людей или хомо как они нас называют. Человечество в Сфере считаются безродным отродьем, давно забывшим, где их дом. В любом из государств входящем в Сферу миров люди поражены в правах. На многие обитаемые миры нам просто закрыт доступ. Так что не стоит удивляться, что Ушрус не задумываясь бросил на растерзание тварям несколько десятков ребятишек. Мы для него всего лишь разумные животные. Но это все лирика, сейчас нужно решить, что делать дальше. План Б у меня имелся, но, прежде чем приступить к его выполнению нужно решить текущие проблемы.

Индикаторы системы жизнеобеспечения на забрале моего шлема окрасились в оранжевые и красные тона. Последние пару часов выдались насыщенными, а попечители всегда экономили на расходниках и ремонте наших скафов. Если ничего не предпринять, то через час или два мы банально задохнемся в собственных скафандрах. Сняв с магнитного фиксатора на поясе универсальную энергоячейку, открыл на левом боку блок энергопитания и заменил почти разрядившуюся. Один из индикаторов сменил цвет с красного на зеленый. Ну вот, с энергией теперь порядок, осталось найти и сменить расходные картриджи системы жизнеобеспечения.

Как оказалось подобные мысли в голову приходили не только мне.

– Да хрен с ними с тварями! Этот ублюдок Ушрус слинял и увел бот! – произнес Барт – Так, что мы застряли на этом чертовом корыте, а у меня дыхательная смесь на двадцати трёх процентах. Часа полтора и все, можете меня списывать со счетов. Ар ты у нас командир, что делать будем?

Друзья повернули головы в мою сторону. Их налобные фонари слепили, а светофильтры дерьмо. Я прикрылся рукой и отвернулся.

– Барт прав в первую очередь нам нужны расходники. Слава богам пустоты это транспорт обеспечения, а не рудовоз так, что думаю, тут проблем не будет. Я поставил метку на карте. Палуба С отсек С-18 – там должен быть склад обеспечения мобильной пехоты. Их стандартный комплект обеспечения действий на пустотных объектах и непригодных для жизни планетах включает в себя двухнедельный запас универсальных картриджей – выдал я очередной блок информации хрен знает от куда взявшийся в моей голове.

– Спрашивать откуда тебе известны такие подробности не буду – произнесла Ириска – Хорошо мы найдем картриджи, а дальше что? Будем прорываться к спасательным капсулам⁈

Я вертел перед глазами схему корабля и так и этак поэтому ответил не сразу.

– Да. Других вариантов выбраться от сюда нет – ответил я.

От Барта не укрылись печальные нотки в моем голосе, и он спросил:

– Ар, а в чем проблема? Если есть шанс выбраться из этого ада, то почему я не слышу в твоем голосе оптимизма?

– Барт взгляни на схему…

– И что я в ней должен увидеть? – не сообразил товарищ в чем причина моего фатализма.

– Все просто. Сейчас мы находимся на палубе С, так сказать в подбрюшье корабля. Спасательные модули для экипажа расположены на его спине, на палубе А. Между ними палуба В на которой расположен арсенал и реакторный отсек… – дал я другу подсказку.

– И?

– Барт, а как ты думаешь, где ошиваются самые опасные местные хищники? – не выдержала Ириска и прошипела на здоровяка – Все что мы видели до этого момента бывшие технические и бытовые сервы. Как ты думаешь куда делись сервы БРК противоабордажной секции⁈

– Вот же дерьмо!!! – сообразил наконец товарищ суть проблемы.

– Да, я с тобой полностью согласен! Ну да ладно. Седеть на заднице тоже смысла нет – подвел итог я – давайте будем решать проблемы по мере их поступления. Двигаем за картриджами, а там посмотрим…