Текст книги "Стервятники пустоты (СИ)"

Автор книги: Антон Русич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)

Глава 3
Разнарядка

Бот плавно набирал ускорение. Набитый людьми до отказа отсек наполнился стонами и судорожным кашлем. Ускорение порождало перегрузку, прессуя пассажиров, которые не смогли закрепиться, в хвостовую переборку. Слава богам пустоты, длилось оно не долго и уже спустя пару минут можно было вздохнуть свободно и насладиться невесомостью, приносящей облегчение после нескольких минут откровенной давки. Хорошо, что магнитные подошвы скафандров надежно держались за металлический пол. В противном случае при торможении без травм бы не обошлось. По любому нашлась бы парочка ротозеев, влетевших бы в носовую переборку в момент изменения вектора тяги.

Полет продлился не больше двадцати минут. Похоже его цель находилась в поле обломков. Как я это понял? Все просто. Маневр торможения наш пилот выполнил плавно, а вот маневрировал при этом активно. Так что помотало нас прилично. Но наконец бот развернулся и замер. В хвостовой переборке открылась дверь и нестройной толпой мы двинулись в грузовой отсек. Погрузочная аппарель была уже открыта, позволяя увидеть нашу сегодняшнюю цель.

Бот находился слишком близко к борту корабля и опознать его класс сходу не получилось. Сквозь грузовой люк была видна лишь пробоина в бронеплите с торчащими наружу словно зубья чудовища рваными кусками металла. Мне пришлось подойти к аппарели и выглянуть наружу. Местная звезда находилась с левого сбоку и в ее лучах на фоне бесконечной космической черноты, усыпанной мириадами звезд и туманностей, висел антарский1 малый транспорт поддержки. Не смотря на градацию «малый», транспорт просто подавлял своими размерами на фоне крохи грузового бота и в тоже время завораживал совершенством плавных линий. В отличии от той же Благочестивой Эриты, напоминавшей угловатую беременную гусеницу из-за подвешенного на несущую раму между двигательным и носовым отсеками, здоровенного кирпича грузового трюма, военный транспорт имел цельнометаллический корпус с плавными обводами. Что было вполне оправданно. Рациональные углы наклона броневых листов служили дополнительной защитой от кинетических и плазменных зарядов. Формой транспорт был похож матку насекомого с раздутым яйцекладом. Сходства добавляли сегментированный корпус, круглые наросты пусковых шахт грузовых дронов по его бортам и усики антенн сенсоров в носовой части.

Самое же удивительное было то, что корабль оказался цел. Нет, две здоровенные пробоины в носовой и комовой частях присутствовали. Орудия систем ПКО2 были выбиты под чистую и сейчас казались уродливыми шипами на спине гигантского насекомого. Эмиттеры силовых щитов от запредельных температур при пиковых нагрузках растеклись оплавленными кляксами по металлокерамике брони. В общем следов боя хватало, но не было следов последующего разграбления корабля мусорщиками. Интересно кого дядюшка Ури убил за координаты этой тушки. Наглость, с которой Ушрус притер бот к самому борту антарского транспорта говорила о том, что он был уверен, что корабль мертв и нас внутри не ждет БРК3 противоабордажной секции.

Пока я разглядывал цель будущей мародерки, вокруг кипела работа. Ушрус стабилизировал скорость и угол осевого вращения бота и транспорта так, что казалось, что корабли висят неподвижно в пространстве. Магнитные гарпуны протянули тросы к самой крупной из пробоин, образовав мягкую сцепку. К тросам воспитанники цепляли пустые контейнеры для добычи и отправляли их к пробоине. Тройка Черного встречала их на борту транспорта и крепила внутри его корпуса. В общем шла привычная рабочая суета. Как только с отправкой контейнеров было закончено, тройки воспитанников последовали за ними.

Накинув карабин страховочного троса на сцепку, я мягко с пружинил ногами и одновременно с толчком отключил магнитные подошвы. Инерция понесла меня к борту мертвого корабля. К сожалению, выданный нашими «опекунами» хлам называемый скафами не имел системы стабилизации в пространстве и приходилось действовать так. Долго и довольно небезопасно.

Достигнув борта транспорта, активировал магнитные подошвы и поторопился отойти в сторону освобождая место для Ириски. Как только вся тройка была в сборе мы поспешили внутрь пролома. Аккуратно перебравшись через вывернутые наружу рваные куски металла, судя по всему последствия внутренней детонации, мы оказались обширном отсеке со следами воздействия высоких температур. Потекшие словно воск балки внутреннего каркаса говорили о том, что тут когда-то бушевала звездная плазма.

Тройка Черного, принимавшая и крепившая приготовленные к погрузке контейнеры, установила так же несколько прожекторов, разогнавших тьму отсека. Судя по всему, раньше тут было несколько смежных помещений, но после детонации пробившего внешнюю обшивку боеприпаса тонкие внутренние переборки перестали существовать. Получился довольно обширный зал с несколькими выходами, очень удобный для наших целей.

Основная масса воспитанников уже собралась и все ожидали Ушруса. Ракшас влез в пролом последним и сразу начал командовать:

– Так Хомо4! Как вы видите в этот раз нам достался достойный приз, а не ободранное до несущего каркаса корыто. Поэтому действовать мы будем иначе, а те, кто принесет самую ценную добычу получат офицерские пайки на ужин.

В канале раздался восторженный гомон. Ну еще бы, ведь по слухам в офицерских сухих пайках есть шоколад. Но это только слухи. Сомнительно что кому-то из собравшегося здесь стада оборванцев приходилось пробовать это лакомство.

– Заткнулись Хомо! – рявкнул ракшас, требуя тишины в канале.

Его взгляд за прозрачным забралом шлема слегка расфокусировался, Ушрус работал с внутренним интерфейсом нейросети.

– Так вы – обозначенные ракшасом тройки получили сообщение на визоры шлемов и засуетились – берете две гравиплатформы и двигаетесь на палубу С. Ваша цель склады боеприпасов и энергоячеек.

Полтора десятка воспитанников отделились от основной массы и в сопровождении парящих на магнитной подушке платформ двинулись в самый левый проход.

– Вы – еще три тройки встрепенулись – берете последнюю гравиплатформу и следуете так же на палубу С. Ваша цель склады пищевых концентратов и ремонтного оборудования.

Еще девять человек ушли в левый коридор. Остались три тройки. Черный с подружкой и шестеркой Штырем. Мы и тройка Алиэль. Алиэль еще одна счастливая обладательница полноценного рабского ошейника на корабле дядюшки Ури и полноправный асур. Результат смешения крови человека и илаянки, она была очень красива. Высокая стройная блондинка с изумрудно зелеными глазами и нежно-голубой кожей.

Раса Илаев в отличие от других относилась резко отрицательно к своим полукровкам. В большинстве случаев женщину, запятнавшую себя связью с хомо убивали вместе с ребенком и неважно, что послужило причиной этой связи порочная страсть, любовь или банальное изнасилование. Приговор был всегда один: смерть. Если же факт удавалось скрыть и тайно рождался полукровка, то мамаши обычно выкидывали младенцев на окраине Сферы миров или продавали работорговцам. Тем самым, как они считали, давая ребенку шанс на выживание. Хоть зачастую подобная жизнь крайне сомнительное удовольствие с учетом отношения к «синекожим ублюдкам» представителей других рас.

Рождённые от илаев дети очень дорого ценились на невольничьих рынках. Так что такие опустившиеся изгои как тот медтехник, что встретил меня у мед капсулы, когда я очнулся на торговой станции, зачастую приторговывали своим семенем и делали на этом неплохие деньги. Но это был рискованный бизнес. Агенты СБ империи Илиат отлавливали и показательно придавали жуткой смерти посмевших замарать «Великую расу» ради наживы.

Так что Ури подарил Алиэль своему сын в тот день, когда он прошел посвящение и стал мужчиной. Для повернутых на ритуалах и древних обычаях ракшасов это был достойный и довольно дорогой подарок.

– Черный бери своих и двигайтесь на палубу В. Ваша цель жилой сектор. Меня интересуют ценные личные вещи, чипы с кредами5 на предъявителя и так далее. Сильно не затягивайте там, вернетесь сюда и организуете погрузку. Все ясно?

Чернокожий бугай вежливо поклонился и пробасил:

– Да господин Ушрус, мне все ясно! – развернулся и двинул в один из центральных выходов.

За прозрачным забралом рожа Черного расплылась в довольной улыбке. Еще бы, ведь им не придется потеть, таская массивные контейнеры с пищевыми концентратами или боеприпасами. Прошвырнуться по каютам экипажа собирая ценную мелочевку, а потом вернуться сюда. Не торопясь, выберут из того, что принесут другие самое ценное и выдадут за свою добычу, как это было уже не раз, и будут вечером жрать пайки. Твари хитрожопые!

Стоило тройке скрыться в проходе ракшас произнес:

– Так вроде все⁈ А нет! Наш Аристо, я про тебя совсем забыл – произнес он и показал свой фирменный оскал сквозь прозрачное забрало шлема легкого боевого скафа – вам досталось самое интересное. Палуба D, двигательный отсек.

Я четко расслышал как скрипнули перчатки Барта на сжатых от злости кулаках.

Блохастый тем временем продолжил злорадствовать:

– И толь попробуйте вернуться с пустыми руками. Посажу в карцер на неделю всю тройку. Тебе понятно А-Р-И-С-Т-О! – последнее слово он буквально выплюнул мне в лицо.

На визоре скафа появилась полупрозрачная схема транспортника с выделенным маршрутом и нашей зоной ответственности. Мельком взглянув на нее, я склонил голову. Именно, не подобострастно поклонился, а лишь чуть склонился как равный равному. Оскал сполз с лица ракшаса. Шею и позвоночник стегануло болью, но я, превозмогая, развернулся и зашагал к самому правому выходу. Моля богов пустоты лишь об одном, чтобы мне хватило сил дойти до арки темного коридора и не свалиться с ног на глазах этого блохастого. Именно за подобные выходки меня и дразнили аристо, но я не мог ничего с собой поделать. Такой у меня характер, как хороший клинок. Чем больше его сгибают, тем сильней он старается распрямится.

Боль исчезла стоило мне войти в коридор и исчезнуть из поля зрения Ушруса. Я остановился и прижался спиной к стене хватая ртом воздух словно выброшенная на берег рыба, а по моему лицу катились крупные капли пота. Прошел по самому краю. Унижать ракшаса на глазах его постельной рабыни и ее служанок не самый мой умный поступок, но дурацкая натура не позволяла поступить по-другому. Эти мохнаты ублюдки, возомнившие себя хозяевами вселенной, просто бесили.

Пока я пытался отдышаться и прийти в себя меня догнали друзья.

– Вот и на хрена тебе Ар понадобилось бесить этого блохастого!!! – накинулся на меня Барт, перейдя на приватный канал нашей тройки – Он и так засунул нас в самую жопу, так нет тебе надо еще по выкобениваться. Мы из-за тебя без жратвы остались, а теперь еще и в карцер законопатят!

Ириска ничего не сказала, но взгляд ее карих глаз говорил, что в этот раз она полностью согласна со здоровяком.

– Барт угомонись! – прервал я друга – Все будет. Обещаю ужинать ты сегодня будешь пайками, а не пищевым концентратом.

– Да с чего вдруг⁈ – не успокаивался Барт – Что такого ценного ты решил найти в двигательном отсеке. Один из маршевых снимешь или парочку манёвровых открутишь и притащишь этому мохнатому уроду.

Я отлип от стены и положил руки ему на плечи успокаивая.

– Дружище успокойся, не кипятись. Поверь мне все будет!

– Ну-ну! – проворчал он и развернувшись двинулся в глубь темного коридора.

Антарский синдикат – объединение из двенадцати звездных систем, находящихся под властью двадцати крупных корпораций. Данное объединение не имеет официального государственного статуса, но заставляет с собой считаться все политические силы Сферы миров аккуратно лавируя на точках пересечения интересов игроков. А боевые флоты корпораций, объединившись в случае угрозы, способны нанести не приемлемый ущерб даже Конгломерату старших.

ПКО – противокорабельная оборона. В ПКО входят разнообразные средства обнаружения и поражения – включая ракетные комплексы, лучевую и кинетическую артиллерию.

БРК – боевой роботизированный комплекс. Один или звено боевых дроидов, управляемых ИИ (искусственным интеллектом) или оператором.

Хомо – оскорбительное, унизительное название человеческой расы, распространённое в Сфере миров.

Кредит или кред – электронная денежная единица Сферы миров. Не имеет материального носителя, вместо наличных используются обезличенные чипы.

Глава 4
Первые странности и западня

Глава 4 Первые странности и западня

Лучи нашлемных фонарей резали чернильный мрак коридора. Гравитационные генераторы не работали и внутри транспорта царила невесомость. Такие понятия как верх и низ теряли актуальность, а плотно облегающий скаф чувствовался мешком, в котором тебя топят в толще воды. Хотя элементы внутренней отделки, выхватываемые из мрака лучом света, позволяли понять, что мои магнитные подошвы цепляются именно за пол коридора, а не за его потолок. Противное чувство подвешенности не отпускало и сжимало спазмом нутро.

Мелкий мусор и вездесущая пыль парили в пространстве сильно сокращая обзор. Коридор, по которому мы двигались пролегал вдоль внешней обшивки корабля и вел в его кормовую часть. Он проходил мимо основных грузовых отсеков, не имея выходов в них и предназначался для перемещения технического персонала судна. Таким образом инженеры создали условия при которых техники и технические сервы не мешались в основном транспортном коридоре при погрузке или разгрузке корабля.

Луч фонаря Барта неожиданно высветил уродливую темную тушу перекрывшую половину довольно широкого коридора. Я прекрасно понимал, что корабль давно мертв и нечего кроме промороженного до абсолютного нуля металла и возможно трупов экипажа нас тут ждать не может, но сердце все равно ухнуло в пятки, а по спине скатились капли липкого пота. Не знаю кем нужно быть и каким самообладанием владеть чтобы не вздрогнуть, когда луч света выхватывает из темноты темную тушу похожую на уродливое насекомое размером с гравиплатформу.

– Дерьмо песчаного курхута! – выругался Барт, похоже тоже струхнул от неожиданности – Чертов серв, напугал!

Присмотревшись, я убедился, что друг прав. А Ириска отлипла от моей спины, куда сиганула словно заправский заяц.

Мы приблизились к перегородившему коридор среднему техническому серву. Высокотехнологичная паукообразная машина была безжалостно изуродована. Два из шести опорных манипулятора были начисто срезаны высокоэнергетическими импульсами и плавали невдалеке от туши. Сегментированный корпус имел десяток пробоин с оплавленными краями, а головная часть с расположенным в ней кристаллом искина и сенсорным блоком размножена чем-то тяжелым. Последнее было сделано явно уже после гибели машины и смысл этих действий мне был совершенно не понятен.

– Да, кто-то хорошо тут поразвлекся⁈ – произнес Барт, ухватив серва за стальную лапу и медленно проворачивая вокруг оси, позволяя осмотреть его со всех сторон – Может он им в баре кают-кампании все спиртное перебил пока пищевой синтезатор чистил вот они и обиделись⁈

Отпустил не очень удачную шутку товарищ.

– Ага! Еще скажи, что он сортиры хреново чистил за что и был показательно наказан! – иронично парировала Ириска, ковыряя пальцем, обтянутым тканью, приличную дыру в боковой переборке – Экипаж так обиделся на грязные толчки, что принялся лупить по серву из крупника прям посреди корабля не жалея боеприпасов.

И я был склонен согласиться с подругой. Картина произошедших здесь событий не укладывалась ни в какую логику. Чем мог так напугать экипаж корабля обычный технический серв, что они буквально изрешетили безобидную машину. И не только ее. Многочисленные следы на стенах коридора говорили о том, что огонь велся панический. Экипаж в ужасе не жалел боеприпасов, буквально заливая коридор плазмой и кинетикой. Хорошо хоть тяжелое вооружение не догадались использовать.

В конечном итоге технический серв превратился в решето, но команде этого показалось мало и они для верности раздолбали его блок управления. Словно боялись, что он восстанет из мертвых. Какой-то техно зомби апокалипсис на отдельно взятом космическом транспортнике.

– Странно! – произнесла Ириска.

– Согласен.

– Да че тут странного⁈ Пережрали Антарци, вот и устроили охоту на отдельно взятого серва. От скуки в длительном рейсе можно и не такое устроить! – выдал версию Барт в своем стиле.

– Да я не об этом – отмахнулась от него девушка – В канале тишина…

И правда общий канал подозрительно молчал.

– Похоже что-то случилось, нужно возвращаться – голос Ириски стал встревоженным.

Я был склонен с ней согласиться. На душе скребли кошки. Обстановка мне откровенно не нравилась. Не разграбленный военный транспорт посреди сектора космоса, который мусорщики уже лет двести мелкой гребенкой просеивают в поисках любой ценной железяки. Его съехавший с катушек экипаж отстреливающий собственных технических сервов. Тишина в канале… Все это начинает откровенно дурно пахнуть.

Пауза затянулась и Барт понял, что я готов согласиться с предложением Ириски. Здоровяк всплеснул руками.

– Да вы что панику то разводите! В карцер захотели! Поди ретранслятор накрылся и всего делов-то. Этот скупердяй Ури скупает всякое барахло, которое ломается постоянно, а криволапый крыс Бронт потом чинит при помощи говна и палок! Вот окажется, что этот гребаный ретранслятор накрылся, а мы будем бегать туда-сюда пока остальные добычу таскают, тогда нам не неделю, а две карцера блохастый впаяет. Или что? Увидели дохлого серва и в комбез напрудили? К мамочке захотелось! Я вообще не удивлюсь если этот гребаный ракшас нас специально от канала отрубил. Или Ириска ты не знаешь, как он любит нашего Ара. Не скупердяй папаша, так он его просто бы в шлюз выбросил.

С последним доводом друга я согласен не был, но версия с поломкой ретранслятора имела место быть. Да и столь длинная речь в исполнении немногословного Барта произвела на нас впечатление. Пришлось мне задушить собственную чуйку кричащую, что я сую голову в полное дерьмо и согласиться двигаться дальше.

– Ладно двигаем дальше – произнес я не очень уверенным тоном – И так задержались.

Ириска выдала длинную витиеватую непечатную фразу о глупых мальчишках, вечно сующих свой нос самую глубокую жопу, что встречается им на пути и зашагала следом за нами.

Метров через пятьдесят коридор закончился. Мы уперлись в опущенную аварийную переборку. Пока друзья выбирали обходной маршрут привычно переругиваясь и споря удобстве перемещения между техническими кабельными каналами и вентиляционными колодцами. Мой взгляд зацепился за какую-то странность, я подошел к металлической плите ближе осветив ее налобным фонарём по периметру. Металл по краям плиты сменил цвет и слегка посинел, а краска запеклась и обгорела. Похоже кому-то показалось мало просто опустить десятисантиметровую плиту из композитной стали и ее проварили по контуру для пущей надежности. Странное и бесполезное решение. Если корабль брали на абордаж, что мало вероятно, при внешнем осмотре с бота я не заметил вскрытых шлюзов. Но предположим, все абордажные боты заходили с другого борта, полная хрень конечно, но только предположим. Абордажной группе нет смысла лесть по коридору для тех персонала от слова совсем. Транспорт снабжения – это не линкор. На его борту в лучшем случае пара БРК да три десятка прикомандированных техников, плюс человек пять команды. Абордажники в тяжелой броне при поддержке пары погонщиков боевых сервов смяли бы защитников за десяток минут и двигались бы по центральным коридорам судна, а не лазили бы по пыльным техническим тоннелям. Да и не висел бы этот корабль посреди окраины Мертвых миров. Слишком он ценная добыча даже для ВКС или корпорантов. Взяли бы на жесткую сцепку или буксир приперли, но утащили бы столь ценную добычу целиком. Так от кого заваривали аварийные переборки члены экипажа? Странно и не понятно! Я начинал себя чувствовать героем голофильма про ужасных космических чудовищ. Вот же ересь лезет в голову.

Отлипнув от созерцания переборки, я пробежался по схеме корабля предоставленной Ушрусом и озвучил свое решение:

– Так возвращаемся на пятнадцать метров и вскрываем вентиляционную решетку. Там как раз магистральный воздуховод. Он, конечно, узковат, но на карачках пролезть можно.

– А почему не по кабель-каналу⁈ Вот же рядом проходит энерго-шина, что питает маршевые двигатели от реактора. Там сечение такое, что можно рядом пройти, не нагибаясь – попытался втянуть меня Барт в их с Ириской дискуссию.

– Все просто Барт. В энерго-магистралях через каждые десять метров стоят фиксаторы, которые эти энерго-шины держат. По факту это решетка из полимерной стали, которую ты устанешь плазменным резаком кромсать. У тебя есть плазменный резак. Правильно! Нету! Так, что топаем к вентиляционной решетке.

– Да откуда ты это знаешь⁈ – возмутился здоровяк, Барт не любил проигрывать даже в таких мелочах – Ты что техник, у тебя технические базы изучены⁈

– Понятия Барт не имею! Ты же знаешь, что я не помню ни хрена!

– Странная Ар у тебя амнезия. Тут помню, а здесь не помню! Имени он своего настоящего не помнит, а вот про фиксаторы в энерго каналах помнит… – ворчал товарищ, но двигался следом.

С решеткой пришлось повозиться сказывалось отсутствие подходящего инструмента. Сбегав к туше дроида, притащил один из его манипуляторов. Используя его в качестве лома, решетку вскрыть получилось. Хорошо, что в вакууме звуковые волны не распространяются, а то грохот стоял бы на весь корабль.

Лаз был узкий и ползти приходилось на четвереньках, что не очень удобно. На наше счастье, до самой цели нам не встретилось не одного препятствия в виде приточных вентиляторов или еще чего-то. Ползти обратно задницей вперед не хотелось, а развернуться тут бы не получилось. Но мы добрались и Барт шедший первым уперся в очередную решетку.

– Ар мы на месте. Вот же… – выругался он и резко попятился, упираясь своей задницей в мое лицо.

– Барт ты что охренел⁈ – возмутился я – Ты что там такого увидел страшного, что аж обделался.

Товарищ вновь выругался и лег на ребристую поверхность воздуховода освобождая мне место. Втиснувшись в освободившееся пространство, я выглянул сквозь решетку. От мокрых штанов меня спасло то, что я ожидал чего-то подобного. Просто не представлял, чего именно Барт там мог увидеть, что даже этого толстокожего асура пробрало. Разогнав мрак луч моего фонаря выхватил из темноты обрубок тела. Кто-то или что-то перерубило человека от правого плеча наискосок. Осталась левая рука, плечо и голова в прозрачном шлеме. Из раны вывалились внутренности и труп походил на кошмарную медузу, парящую в воздухе. Он висел напротив решетки и, казалось, смотрел прямо на меня промороженными, широко распахнутыми от ужаса глазами.

Сглотнув вставший в горле ком, я произнес:

– Ладно, что ты трупов не видел.

– Да он просто выскочил неожиданно… – попытался оправдаться Барт.

– Ну вообще-то он тут и раньше был, это ты на него выскочил. Так что он может тоже напугался, надо бы извиниться всё-таки некрасиво получилось! – попытался пошутить я не к месту и осознав на сколько не к месту, поспешил свернуть тему – Ладно проехали, давай решетку выдавим.

                                      

Барт – нейросеть.