Текст книги "Трон Костей (СИ)"

Автор книги: Антон Агафонов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)

Глава 23. Голова

Самина словно была под водой, в течении огромной необъятной реки, из которой невозможно выплыть. Все, что она могла делать, это смотреть наверх, видеть солнце и тянуться к нему, не в силах приблизиться.

Так она и дрейфовала по течению, наблюдая странные образы, что накатывали на неё словно волны. То ей пять лет, и она наблюдает за тем, как отец и мать ругаются на кухне. Маленькая Самина в тот момент не понимала, что происходит. Почему мама и папа не могут не ссорится?

А в следующий миг ей уже пятнадцать. Генриэтта что-то весело рассказывает, держа её за руку, а Самина в ответ смеется и кивает. Сердце в груди бешено колотится, ведь они идут к комнатам для разрядки фурий. Это будет её первая разрядка.

Но картина обрывается, и вот Самина стоит на месте преступления, закуривая сигарету и пытаясь унять нервную дрожь. Рядом её старшая коллега говорит что-то вроде «ты поступила правильно», «это самооборона». Но перед глазами Самины лишь юная фурия, лежащая на тротуаре с двумя ранами в груди. Она убила своего парня во время секса, не удержав контроль, а когда на место прибыли легисты из Зеленого Этажа, то попыталась сбежать. Самина догнала её, и та, поняв, что оказалась в ловушке, решила напасть. И вот итог…

И вновь Самина ещё ребенок. Ей десять, и мать как обычно уходит на работу в Домен Правосудия. Фурия обещает дочери отвести её на выходных в аквапарк, но этому не суждено будет случится. Ещё до заката к ней домой придет женщина из Зеленого Этажа и сообщит, что мать убили на службе.

Картина блекнет, но лишь затем, чтобы смениться новой.

Самина уже в своей постели, и над ней возвышается Патрик – её бывший парень, с которым она какое-то время даже всерьез думала завести семью. Это была их первая ночь. Мужчина старался, по его лицу и мускулистым плечам капал пот, а Самина стонала и извивалась под ним, изображая несказанное удовольствие, но на деле фурии было лишь немного приятно. Она не ощущала в нем ни крупицы Иного, не могла коснуться его души так же, как касалась души Генриэтты во время разрядки.

В тот момент она ещё тешила себя надеждами, что у них может что-то получиться.

На смену ночи с мужчиной пришел вечер одиночества. Они с Патриком расстались вот уже как неделю, и Самина ещё никогда не чувствовала себя такой одинокой. Она думала о Генриэтте, но та только вступила в должность Управляющей Школы и не могла помочь своей подруге. Поэтому Самина пила. Напивалась до бесчувственного состояния, засыпая, где придется. И лишь благодаря регенерации она могла как ни в чем не бывало приходить утром на работу.

И когда это моя жизнь превратилась в такое дерьмо?

Следующая картина больше походила на злую насмешку. Это был выпускной их группы из Школы. Самине тогда было девятнадцать, она уже знала, что получила направление в Домен Правосудия, прямиком на Зеленый Этаж. Самина, Генри и ещё четыре девчонки отправились на какой-то удаленный пляж, чтобы пить и веселиться. Закончилось это все жаркой оргией шести фурий.

Тогда они были молоды и полны жизни. Одна из тех девчонок стала коллегой Самины, но её убили на второй год службы. Ей не повезло столкнуться с Опустошителем раньше, чем подоспела ударная группа.

Но уже через миг и это исчезло, унесенное волнами, оставляя после себя лишь пустоту и разочарование в собственной жизни. Самина, смотря на собственное прошлое, уже и не знала, есть ли там хоть что-то, за что можно было бы цепляться?

Словно отвечая на этот вопрос, перед взором фурии предстал Теон. Их первая встреча, когда он играючи расправился с двумя боевыми фуриями из Магистериума. В тот момент она не верила, что этот человек действительно Владетель, но очень скоро все изменилось.

Нападение на ДерманТех, побег из Черного Этажа, взрывы в центре города, устроенные фанатиками, создание Домена Власти… Знакомство с Руннэт, которое полностью перевернуло её жизнь. И все это произошло за последние несколько месяцев. Столько событий, что для кого-то хватило бы на целую жизнь.

Самина долго не понимала, почему решила следовать за ним, почему не ушла, плюнув на все. Боязнь кары Арбитража? Отчасти, но было и что-то ещё. Раньше Самина особо об этом не задумывалась, просто двигалась по течению и делала все, что от неё зависело, но сейчас, находясь в этом потоке, она стала понимать, в чем именно было дело.

Теон Альдрим совершенно внезапно придал смысл её существованию, дал ей цель гораздо большую, чем она сама. Смог заполнить пустоту внутри, как духовную, так и физическую.

С ним она вновь почувствовала, что живет, а Руннэт показала, что она может гораздо больше, чем кажется на первый взгляд. Даже будучи сломленной Тусклой, она продолжала сиять и отдала жизнь за то, во что верила, в попытке искупить собственные ошибки.

И все же… как я тут оказалась?

Ах, да…

В памяти тут же всплыли новые образы.

Поцелуй смерти от Шлюхи и жар её рук.

– Стой, – в последний миг прошептала Самина.

Джасмаэль остановилась, её рука все ещё лежала на горле девушки.

– У меня есть последняя просьба. Раз уж ты меня убьешь, то не откажи, будь добра.

– И что же ты хочешь? – улыбнулась богиня.

– Ты же собираешься отрезать мне голову, чтобы я не восстановилась, я права?

Та кивнула.

– Отправь её Теону.

Джасмаэль усмехнулась, поглядывая на фурию со смесью любопытства и подозрения.

– С запиской, что именно ты это сделала. Хочу, чтобы он точно знал, что со мной и кто мой убийца.

– Если надеешься восстановить тело, то даже не надейся, – предупредила Джасмаэль. – Все основные каналы управления силой находятся в теле, ни одного нет в голове. Ты не регенерируешь. Можешь даже не надеяться.

– Тогда… тебе точно нет причин мне отказывать.

* * *

– Как её состояние? – поинтересовался Теона.

– А сам как думаешь? – огрызнулась Фэри, заработав хмурый взгляд от Зиммера, но Владетель не обратил внимания на это. В конце концов, Фэри была весьма полезна для Зиммера, а следовательно, и для Домена Власти. – Она голова! Конечно, все дерьмово.

Голова Самины, подключенная к целой прорве трубок, в данный момент плавала в массивной стеклянной колбе, и на первый взгляд не верилось, что она действительно жива, но это было так.

То, что отрезанная голова Самины подает признаки жизни, первой заметила Вестра, и это напугало её ещё сильнее. А вот Теон мгновенно соорентировался и приказал Зиммеру, как человеку, имеющему самое большое техническое оснащение, предпринять все необходимое, чтобы сохранить ей жизнь.

– Не стоит волноваться, мы поставим её на ноги, – хмыкнула женщина в белом халате, подмигнув мужчине.

Сьюзан Фог, новенькая. Фурия-лекарь, которая должна была прибыть в Домен ещё несколько недель назад, но случилось это лишь накануне отбытия отряда Самины. И именно эта дама была причиной плохого настроения Фэри. Увидела рядом со своим мужчиной соперницу.

Несмотря на внешнюю красоту и привлекательные женственные формы, Теону она не нравилась. Слишком агрессивный макияж с темными тенями и черной помадой, слегка режущий уши низкий голос с хрипотцой, и в довершение вульгарный до невозможности стиль одежды. Под медицинским халатом было лишь дорогое кружевное белье с чулками. И всем было бы плевать на это, но женщина практически никогда не застегивала свой халат более чем на две пуговицы, а порой и не застегивала вовсе.

Завершала образ роковой сексуальной докторши её манера говорить. То, как она подбирала интонации, то, с каким придыханием произносила слова. Она словно заигрывала со всеми вокруг, но её «доступность» была обманчива. За те несколько дней, что фурия провела в Домене, она никого близко к себе не подпустила, и даже с Теоном дальше легкого словесного флирта дело не зашло.

Но она была настоящим профессионалом, так что подобную эксцентричность можно было простить. В конце концов, именно благодаря её помощи Теон уже успел восстановить руку, хотя рассчитывал, что на это уйдет ещё как минимум несколько дней.

– А она молодец, – похвалила Самину Сьюзан. – Я впервые сталкиваюсь с чем-то подобным. Морф и регенератор такого уровня – это нечто невероятное.

– Как она смогла выжить? – Теон до сих пор этого не понимал.

Сьюзан хотела ответить, но в итоге переложила эту работу на Зиммера, а сама поспешила по какому-то срочному делу.

– Вот же шлюха, – проводила завистливым взглядом «соперницу» Фэри.

– Перестань, – укорил её Зиммер. – Она отличный специалист. Куда лучше, чем я, отчего даже немного грустно.

– Мне она не нравится, – буркнула девица.

– Вы мне ответите? – Теон спросил мягко и тихо, но эта парочка от его тона вздрогнула, а Зиммер даже голову в плечи втянул.

– Извините, Владетель. Она жива, потому что замкнула свой организм. Это настолько просто и гениально, что я не могу поверить в реальность подобного. Она создала внутри своей головы сердце, маленькое, размером с фалангу большого пальца, но этого достаточно, чтобы гонять кровь в нынешнем виде, а затем изменила структуру слизистой носа, добавив туда легочные пузыри, и в итоге получилось что-то вроде мини-легких!

– Но есть она не может?

– Нет, разумеется. Сейчас все вещества поступают в готовом виде через трубки. Ни о какой полноценной жизни в виде головы речи не идет. Но она смогла сохранить себя настолько хорошо, насколько это возможно, чтобы дать нам возможность вернуть её к жизни. Но есть проблема…

– Я слушаю.

– Она фурия, а все узлы, которые позволяют им использовать силу Иного, находятся в теле.

– Она не может регенерировать без них, – понял Теон.

– Именно. Похоже, что все изменения она успела сделать до того, как отсекли голову, скорее всего в последний миг, но восстановить себя из отрезанной головы для неё невозможно. Её регенерация сейчас на уровне обычного человека.

Теону было больно это слышать. Это значило лишь то, что несмотря на все её попытки спастись, в итоге девушка будет умирать долго и мучительно в виде одной лишь головы в банке.

Сможет ли помочь Сьюзан? Спорно… В конце концов, и у целительной магии есть свой предел.

Лиамара… Вот кто точно смог бы помочь, но после событий на студии она отстранилась. На попытки Теона убедить её помочь та отвечала твердым отказом, считая, что и так вмешалась больше, чем нужно. Но проблеск надежды был. Вестре удалось подобраться к Вершительнице ближе всего, возможно, та сможет переубедить Длань.

Но до этого момента Самине придется продолжать существовать в банке.

– Значит, мы ничего не можем сделать, – вздохнул Теон. Он терпеть не мог это гнетущее чувство бессилия.

– Не совсем так, – вмешалась в разговор вернувшаяся Сьюзан. – Если бы речь шла про кого-то другого, то я бы этот вариант даже не рассматривала, но учитывая особенности её силы…

– Какой вариант? – заинтересовался Теон.

– Мы можем найти для неё новое тело.

– Ты в своем уме? – огрызнулась Фэри. – Невозможно пересадить человеку голову! Там слишком много нейронных связей, не говоря уже об отторжении. Малейшая ошибка будет стоить Самине жизни!

– Уж лучше так, чем существовать рыбкой в аквариуме.

– И все-равно я против.

– Фэри, ты не врач, – осторожно отметил Зиммер и тут де поежился под гневным взглядом помощницы.

– Значит, вы можете пересадить её голову на чужое тело?

– Тело фурии, – поправила Сьюзан. – Нет смысла использовать донора-человека. Нужно, чтобы у тела изначально были узлы для управления энергией Иного. Ну и, само собой, тело должно быть свежим.

– Свежее тело… – задумался Теон.

– Эй, – нахмурилась Фэри. – Вы же не собираетесь сейчас убить какую-нибудь фурию?

Сказать, что Теон отвергал этот вариант, значило бы соврать.

– Если тело будет принадлежать фурии, то Самина Лэмфорд сможет коснуться Иного через него и вернуть себе силы.

– Это не доказано, – возразил Зиммер. – До этого не было удачных операций по переносу узлов. Мы понятия не имеем, как Самина будет взаимодействовать с чужими узлами. Возможно, она вернет свою силу, а может будет использовать чужие дары! Точно сказать нельзя. И если случится последний вариант, то ничего из нашей затеи не выйдет.

– Решение за нашим боссом, – напомнила фурия-лекарь. – Мы можем оставить все как есть, а можем рискнуть.

Теон вновь посмотрел на Самину и нехотя отметил для себя, что не хотел бы её потерять. Если вначале их знакомства он считал её лишь пешкой, которую в любой момент можно убрать с доски, то теперь все было иначе. Он не мог признаться даже самому себе, что полюбил эту девушку, уж слишком больно ему сделала Руннэт в прошлом, чтобы открываться кому-то ещё. Но и отрицать, что сейчас все его мысли были заняты состоянием Самины, было глупо.

Руннэт…

Мысли о старой возлюбленной не уходили, но Теон пока никак не мог понять, почему. Что-то в его сознании зацепилось за воспоминание о Королеве Шипов и теперь не хотело отпускать.

– У меня есть свежее тело фурии.

– В смысле? – удивился Зиммер.

– О, значит он пойдет кого-то убивать. Как хорошо, что я не фурия, – ухмыльнулась Фэри.

Теон подошел к ближайшему столу и с помощь силы убрал с него все, что там было. Инструменты, бумаги и прочий мусор полетели на пол, а в следующий миг тень под ногами мужчины ожила и переползла на стол.

– Уа-а-а-а! – испугалась Фэри, когда увидела это, а вот Сьюзан подошла поближе и даже попробовала потрогать тень, но тут же отдернула руку, когда возникший во тьме рот чуть было не оттяпал ей палец.

– Лучше не трогай. Он голоден и раздражен. Сложно контролировать Банрата, когда он снаружи.

Когда тьма полностью заполнила поверхность стола, оттуда стало что-то подниматься.

– Это же… – охнул Зиммер.

– Руннэт, – тихо подтвердил Теон, смотря на тело свой бывшей возлюбленной. Её лицо и руки обгорели, глаза отсутствовали, как и большая часть волос, но тело ни капли не изменилось с момента битвы при больнице.

– Боюсь, господин Теон не совсем правильно понял слова насчет «свежего», – осторожно уточнил Зиммер. – Королева Шипов мертва уже не одну неделю.

– Внутри Банрата время не идет. Она мертва меньше получаса.

– Тогда есть не плохие шансы, – оживилась Сьюзан и, подойдя к телу Руннэт, принялась снимать с неё одежду и прощупывать. Кончики пальцев фурии вспыхивали зеленым при касании. – Да, она действительно довольно свежа, но уж очень много повреждений. Одно легкое пришло в негодность. А вот сердце… сердце в порядке. Хороший знак.

– Фэри, что ты творишь?!

– Я не позволю тебе смотреть на других голых баб!

– Я не могу работать с закрытыми глазами…

– А я не могу позволить тебе пялится на огромные сиськи мертвой бабы! Хочешь пялится, пялься на мои!

– У тебя их нет!

– Ах ты…. А вообще, это твои проблемы, а не мои.

Теон даже не смотрел на их перепалку, сосредоточившись на действиях лекаря. Действовала Сьюзан быстро, ведь каждая минута промедления ухудшала состояние тела и делала его менее пригодным для трансплантации.

– А теперь узлы… разрушен… Тц… а этот… разрушен… разрушен… Ох, а вот этот цел. Немного поврежден, но цел.

– Значит, все может получится?

– Да, – немного помешкав согласилась та. – Но оговорюсь, тело в плохом состоянии. Шансы на успех не то чтобы велики.

– Погодите-погодите, – оживилась Фэри, перестав пытаться закрывать глаза Зиммеру. – Вы реально собираетесь сейчас пересаживать голову Самины Королеве Шипов?

– Если босс даст добро.

– О… – протянула она, но тут же нахмурилась. – Погодите. Но ведь Самина и босс того, – она изобразила пошлый жест с помощью указательного пальца и круга. – и Руннэт была его женщиной в прошлом. И если операция пройдет успешно, и они будут вновь кувыркаться в постели, то босс будет спать со своей нынешней или со своей бывшей?

– Фэри! Раскол! Что ты такое спрашиваешь?!

– Но мне правда интересно…

– Это смотря с какой стороны посмотреть, – на удивление серьезно начала размышлять об этом Сьюзан, но тут же помотала головой. – Это обсудим потом. Чем быстрее мы проведем операцию, тем больше шансов на успех. Так что, Теон, ты даешь добро?

* * *

Коготь Мерфиона без особого труда рассек кожу на груди Лейвы, заставив женщину сладко застонать не то от боли, не то от наслаждения, но скорее от всего сразу. Прежде чем рана успела закрыться, он слизнул кровь, а вместе с ней испил и силу, что сочилась из раны.

Крупицы по меркам этой женщины, но для Мерфиона сопоставимые с какой-нибудь слабенькой фурией.

Толчок. Толчок. Толчок.

Лейва извивалась под ним, наслаждаясь тем, как двигается внутри лона его член.

Ещё один разрез, чуть более глубокий.

В прошлом она не позволяла делать с собой подобное, но времена меняются. Раньше за подобное Мерфион провел бы месяц в карцере, теперь же он мог резать её, сколько душе заблагорассудится. Мог даже снимать с неё кожу, а она при этом будет стонать, как похотливая шлюха.

– Да, Мерфион! Да!.. А-а-а-а-ах!..

Опустошитель хорошо успел изучить пристрастия и повадки своей хозяйки, так что мгновенно понял, что она дошла до пика. Его всегда забавлял этот момент. Она становилась такой податливой, такой хрупкой. Сам Мерфион был лишен всего этого. Он не получал никакого удовольствия от этого процесса, если не считать получаемой «пищи».

Он тоже «кончил», впрыснув немного своего сока, отчего Лейва забилась в экстазе.

– Дай… – взмолилась она, когда удовольствие стало сходить на нет.

– Разумеется… – мягко произнес он, заглядывая в затуманенные глаза. Он поднес свой член, точнее то, что она принимала за член, к её губам и она присосалась к нему, жадно глотая выделяемый сок.

– Лейва, ты меня слышишь? – он отстранил её, решив, что достаточно. Если дать слишком много токсина, то она отключится, и весь эффект сойдет на нет.

– Да…

– Хочешь ещё?

– Да! – она уже потянулась рукой, но он не позволил. – Тогда вначале ты должна кое-что сделать для меня.

– Все, что угодно!

– Вот так, умница, – похвалил он её, погладив по волосам. – Дарвин. Вы с остальными хотели его разбудить.

– Да…

– Ты можешь сделать это одна?

– Да…

– И знаешь где он?

– Да…Дай ещё…

– Не сейчас, – покачал он головой. – Не раньше, чем мы его убьем.

– Зачем нам убивать Дарвина? Он… он поможет убить Альдрима.

– Нет. Альдрима убью я, – Мерфион оскалился, обнажая свою нечеловеческую суть. – И для этого мне нужна сила. Твоя, его, всех вас…

Глава 24. Сестры

– Где я? – тихо спросила Самина, ни к кому толком не обращаясь.

Она шла вдоль столиков небольшого кафе с витринными окнами, выходящими на улицу. В дальнем углу официантка в короткой юбочке обслуживала очередного клиента, со стороны кухни доносились приятные ароматы жаренного мяса. Самина тут раньше не была.

Казалось, ещё минуту назад она переживала свои прежние воспоминания, не слишком приятные, но свои, а уже сейчас она находится в месте, которое её не известно.

– Это было мое любимое кафе, – от внезапно зазвучавшего знакомого голоса Самина вздрогнула и резко повернулась. За столиком у окна сидела та, кого тут точно быть не должно.

Руннэт. Но сейчас она выглядела немного непривычно. Самина запомнила её Тусклой, бледной тенью себя самой, но сейчас в этой женщине словно бурлила жизнь.

– Присядешь?

Самина немного помедлила, а затем села на диванчик напротив.

– Как это возможно? Ты же…

– Мертва?

– Да…

– Так и есть, – улыбнулась она. – Но и ты в шаге от этого. Можно сказать, что мы обе с тобой «приведения». Разница лишь в том, что ты ещё можешь вернуться, а я уже нет. Да и не слишком хочу, если говорить прямо.

– А может ты просто галлюцинация, которую создает мой умирающий мозг?

– Может и так, – Руннэт улыбнулась краешками губ. – Если ты думаешь, что я собираюсь тебя в этом разубеждать, то ошибаешься. Решай сама, что это, встреча двух душ на границе жизни и смерти или галлюцинация, вызванная предсмертной агонией.

Самина нахмурилась, все вокруг казалось таким реальным, но одновременно невозможным.

– Твой сын… он у Галатеи.

– Да, я знаю, – улыбка исчезла с лица Руннэт. – Джойл… Видят боги, я не хотела для него такой судьбы, но сама обрекла его на это.

– Что между вами произошло? Тобой, Галатеей, отцом Пир…Джойла. Она сказала, что ты убила прошлого Алчущего.

Рунннэт отвела взгляд и вздохнула.

– Это сложно объяснить. Ты ведь знаешь, что я была бесплодна?

Самина кивнула.

– Во времена, когда я была с Теоном, нам казалось, что дело только в нем. По крайней мере ни одна из женщин, что были с ним в итоге не забеременели, даже Галатея, хотя у Дарующей жизнь уж точно никогда не было проблем с деторождением. Но когда его не стало, то оказалось, что я тоже неспособна зачать. Сотни лет безуспешных попыток, и я уже оставила на это надежду, но, примерно сорок лет назад Галатея сама пришла ко мне и предложила выход. В тот момент я уже начала вынашивать планы по возвращению Теона, но отказываться не стала. Я слишком сильно и долго этого хотела. И в итоге на свет появился Джойл, – Самина никогда не видела, чтобы Руннэт говорила о чём-то с таким сильными эмоциями. Она действительно любила своего сына, больше всего на свете. – Но спустя десять лет Галатея рассказала о своем плане. Способе «починить» мир. Она хотела сделать из Джойла нового Алчущего. Его отец был слишком слаб, пробыл на троне около ста лет, и вряд ли он протянул бы ещё достаточно долго.

– А Галатея? Её сила…

– …она не работает на том, кто стал Алчущим. Такова цена этой силы. Галатея изначально предложила эту сделку для того, чтобы Джойл стал новым Алчущим.

– Почему именно ты?

– Потому что я была самой сильной фурией, а это, как не странно, очень важно в выборе кандидата. Что же до её самой, то по злому року у неё почти всегда рождаются девочки. Но я не могла позволить ей получить Джойла и посадить его на трон, даже если в итоге это спасло бы мир.

– Эгоистично, но… я бы поступила так же.

– Я знаю. Спасибо, что пыталась его спасти.

– Пытаться недостаточно, – покачала головой Самина. – Он все ещё в её руках.

Руннэт кивнула.

– Галатея не сможет спасти мир, Самина. Возможно, сейчас ей и впрямь движут благие намерения, ведь в этот мир вернутся мужчины с силой, но так быть не должно. Такие, как Джойл, не восстанавливают баланс, а лишь ломают весы, которые и без того готовы сломаться.

– О чем ты?

– Хотела бы я сказать, но не могу. Это знание не принадлежит мне. Просто запомни, что если мужчин вроде Джойла станет больше, то все рухнет. Ни один мужчина не должен быть зачат на Троне Костей.

Самина невольно вспомнила про девчонку-телепорта, Шион, но тут же выбросила это из головы. К этому моменту Галатея могла привести к Пирсону уже целую толпу фурий.

– И что мне делать?

– Остановить её.

– Я не смогу! Она же Шлюха! Одна из Старых Богов!

– Я и не прошу тебя её убивать. Думаю, Теон сам с этим справится.

– Тогда что?

– Просто спаси моего сына, Самина. Если получится, уничтожь Трон Костей, созданный Таргароном во время самых темных своих порывов. Взамен я поделюсь с тобой своей силой.

– Силой? – нахмурилась фурия. – Как? Ты же мертва…

– Похоже твои друзья каким-то образом сумели использовать один из моих узлов, чтобы вернуть тебе дар. Именно поэтому я тут, с тобой. Немного задержалась, чтобы попросить об услуге подругу.

– Подругу…

– Да… думаю, это уже не совсем правильное слово, учитывая, кем мы станем в итоге. Думаю, лучше сказать… сестра?

Самина улыбнулась и кивнула.

– Мне нравится. Но… как твой узел могут перенести мне? Разве они не были выжжены при Отсечении?

– Свет. Когда я открыла темницу Могдина, то восстановила их. Восстановила, но практически сразу и выжгла. Видимо, один уцелел, и благодаря этому ты сможешь жить дальше, Самина.

Руннэт подалась вперед и протянула фурии открытую ладонь.

– Если ты возьмешь меня за руку, то вся моя сила перейдет к тебе. Ты станешь новой Королевой Шипов. Взамен я прошу лишь одного.

– Спасти Пирсона.

Руннэт кивнула.

– Я бы сделала это даже без твоей просьбы.

– Я знаю, поэтому и готова отдать тебе то, кем я была. Возможно, эта сила в твоих руках принесет гораздо больше пользы, чем в моих.

Самина протянула руку, чтобы коснуться руки бывшей возлюбленной Теона, но в последний миг замерла, услышав её слова.

– И ещё кое-что. Это не менее важно. Вряд ли такое случится, но… Теон ни за что не должен садиться на Трон Костей…

* * *

– Ты нервничаешь, – совершенно внезапно сказала Вестра, даже не смотря на Теона. – Очень необычно видеть тебя таким. Но мне от этого становится легче. Раз уж даже Владетель нервничает, то и мое волнение вполне нормально. Я едва могу унять дрожь в руках.

Они оба стояли в смежной с операционной комнате и наблюдали за тем, как Сьюзан и Зиммер проводят трансплантацию головы на новое тело. Операция была сложной и кропотливой, но пока что проходила без каких-либо проблем. По крайней мере особых сложностей со стороны Теон не заметил.

Когда манипуляторы автодока, которым управлял Зиммер, начали отделять голову Руннэт от тела, Владетель почувствовал дрожь и в своих руках.

– Все нервничают, – в конце концов изрек он. – Мы все-таки люди, а не боги.

– Боги тоже нервничают, боятся и сомневаются, – не согласилась Вестра. – Лиамара полна сомнений и страхов. Она кажется такой… сломленной и потерянной, что не верится в то, кем она является на самом деле.

– Лишь в легендах герои безупречны, – Теон сложил руки за спиной, не отводя взгляда от механических рук, соединяющих сосуды головы Самины с новым телом.

– Ох, кажется, они сейчас будут пытаться запустить сердце…. – охнула Вестра, прикрывая рот руками. Это был один из самых важных моментов операции. Если сердце не запустится, то есть огромный шанс, что Самина умрет, так и не придя в себя.

– Все будет хорошо, – сказал ей Теон, но в его голосе едва ли была слышна уверенность.

– Да…

К груди Руннэт переместился один из манипуляторов со шприцом. Укол будет произведен прямо в сердце, после чего Сьюзан попытается запустить его с помощью своей силы. Теон затаил дыхание, но позади него внезапно открылась дверь, и на пороге появилась Нефис.

– Теон! Срочный звонок.

– Не сейчас, – отмахнулся он. Кто бы не звонил, Теон считал, что должен быть здесь.

– Это Кригер.

Мужчина замер в нерешительности. Он не хотел уходить, хотел наблюдать за операцией от начала до конца, но едва ли можно было проигнорировать такое известие.

– Иди, – сказала ему Вестра. – Если что-то случится, я немедленно тебя найду.

Сердито цокнув языком, Теон поспешил за Нефис.

– Он что-нибудь сказал?

– Нет. Не захотел со мной говорить, – сердито ответила серебряноволосая фурия. Её гнев был вполне понятен, ведь судьба её сестры все еще неизвестна. – Потребовал тебя, чтоб этого урода опустошители сожрали…

Теон буквально вбежал в свой кабинет и поднял трубку стационарного телефона, на который и был перенаправлен звонок.

– Да, – бросил он в трубку.

– Это я.

– Мне уже сказали. Где ты?

– В полудне пути от Бонхарда.

– Какого хрена ты там забыл, и почему выходишь на связь только сейчас?

– Все из-за Зарима, – ответил Кригер и коротко рассказал о случившемся в пансионе. О том, что они с Саминой разделились, что де-Йорг оказалась одной из дочерей Галатеи, о скоротечной схватке и том, каким образом оказался за тысячи километров от Риндерона.

Гнев Теона, который вспыхнул с новой силой, когда он только услышал голос кузнеца, стал стихать. Кригер сделал все, что было в его силах в той ситуации.

– Ты должен вернуться как можно скорее.

– Работаю над этим. Я в настоящей глуши, здесь даже машину взять негде. Как только доберусь до Бонхарда, попробую найти корабль или самолет.

– Скажу Зиммеру, чтобы отправил за тобой флаер.

– Так будет даже лучше, – согласился Кригер. – Следующая цель Галатея? Пришло время разобраться с Дарующей?

– Да, – сухо подтвердил Теон. Если раньше Галатея была далеко в конце списка тех, с кем нужно покончить раз и навсегда, то теперь она его возглавила.

– Займусь.

На этом разговор закончился. Смысла обсуждать что-то ещё Теон больше не видел. Теперь все зависело от состояния Самины. Если операция пройдет удачно, и она очнется, то поведает больше о том, что именно произошло в том проклятом пансионе.

* * *

Бонхард считался одним из самых древних городов мира. Жемчужина юга, вотчина Держателя Скал. Лейва любила этот город. В конце концов, именно она его и построила почти две тысячи лет назад, ещё до своего заточения. Всего за пару десятилетий она превратила обычную рыбацкую деревеньку в процветающий торговый городок, который в свою очередь разросся в полноценное королевство.

Но, к сожалению, за последние семь сотен лет город пришел в упадок. Он все ещё оставался третьим по величине городом континента, но времена, когда через порты Бонхарда проходило больше трети мировой торговли, остались далеко в прошлом.

И тем не менее она его любила таким, каков он есть, с его маленькими узкими улочками, десятками базаров, раскиданных то тут, то там, с величественными наскальными дворцами, нависающими над портовыми трущобами.

– Ты знал, что Этажи пошли именно отсюда, Мерфион? – спросила она у своего слуги. – К примеру, Зеленый Этаж располагался вон там, – Лейва указала пальцем на нижний уровень наскальных дворцов. – Там жили легисты. Были их дома, казармы, оружейные. А черные, это подземные этажи, там, где находились тюрьмы и прочее. Люди, что оказывались там не видели солнца.

Лейва собиралась поведать спутнику про красный и синий этажи, но заметила, что тот её даже не слушает.

– Тебе совсем не интересно?

– Это бессмысленно, – ответил он. – Просто названия.

Он не был таким раньше.

С момента схватки с Теоном и восстановления от ран Мерфион стал грубее и злее. Особенно она чувствовала это в постели, когда он делал ей больно. Делал это специально, а она не могла сказать ему «нет».

Сейчас Лейва понимала, что полностью находится в его власти и сделает все, что угодно, стоит ему только попросить. Раньше она держала его на поводке, но теперь хозяин и питомец поменялись ролями. Но самое ужасное в том, что Лейва была не против.

Он мог бы даже нацепить на неё поводок и водить её с собой на четвереньках голышом, и она бы это сделала, лишь бы вновь оказаться с ним в постели. Мысли об этом приводили ей в неописуемый ужас, но стоило женщине посмотреть на мужчину подле себя, как этот страх забивался куда-то глубоко в подсознание и затихал. Она была не в силах ему перечить.

Лейва с Мерфионом спустились в нижний город, такой же грязный и многолюдный, как и сотни лет назад. Обновились здания, появились машины и электричество, но нижний город как был трущобами при Держателе Скал, таким оставался и при Арбитраже.

Уже через полчаса они подошли к одному из укреплений легистов, стоящих на страже подземных этажей города. Доступ туда был строго ограничен, но не для Лейвы. Их задержали всего на пару секунд, проверили бумаги и поспешили пропустить.

Чтобы попасть в нужное место, им пришлось преодолеть ещё два блокпоста и пройти по целой сети тоннелей и коридоров, то и дело натыкаясь на закрытые электронным замком двери. У Лейвы был доступ к каждой из них, так что это были лишь маленькие заминками к их цели.