Текст книги "Пепельный рассвет (СИ)"
Автор книги: Антон Демченко
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
Глава 6
Стук в дверь заставил Дима оторваться от чтения отчёта исследовательского отряда. Он поднял взгляд и, тяжко вздохнув при виде целого вороха бумаг расползшегося по столу, поднялся с кресла. Бросив тетрадь поверх остальных документов, молодой человек повёл плечами, покрутил головой и, услышав тихий хруст позвонков, недовольно поморщился.
– Войдите.
– Мессир, – боком протиснувшись в аскетично обставленный кабинет хозяина дома, Гилд остановился посреди комнаты, – у меня странные новости, мессир.
– Вот как? И что же такого успело произойти за те три четверти часа, что прошло с твоего утреннего доклада? – улыбнулся Дим.
– Очередной браконьер пришёл. Только странный какой-то, – отозвался вассал, вот уже три месяца исполняющий обязанности мажордома в новом и почти необжитом пристанище бывшего ходока и пустынного егеря, а ныне, полноправного барона Гумпа.
– И много шкурок у него изъяли? – поинтересовался Дим.
– Пятьдесят шесть, – с готовностью ответил Гилд.
– Немало, – присвистнул хозяин кабинета, но тут же нахмурился. – Подожди. Но набить столько выдр, да потом ещё и шкурки из них выделать… это ж сколько времени он на Гумповой речке просидел? И как его наши поисковики не заметили?
– Не могу знать, мессир, – развёл руками вассал. – Как и было приказано, на первый раз мы его отпустили, конфисковав все шкурки, ну и я намекнул, что если вдруг возникнет желание, пусть приходит за разрешением и заказом, а не браконьерит в баронских землях.
– И намёк был сделан, как я понимаю, в твоём стиле, да? – с усмешкой произнёс хозяин кабинета.
– Если не дурак – поймёт, – индифферентно пожал плечами великан. – А если дурак, то зачем нам такой охотник нужен?
– Иногда меня поражает твой философский взгляд на вещи, – покачав головой, протянул Дим, но тут же вернулся к основной теме беседы. – Жаль, что ты его толком не расспросил. Теперь, ищи этого "браконьера" по всем окрестностям. А если он где-то в Пустошах своё гнездо выдр отыскал, а не на наших угодьях пасся?
– Так… нет же в округе других выводков. На неделю пути во все стороны проверили! – вскинулся Гилд и, чуть помявшись, договорил: – и… это, если браконьер не врал, то найти его проще простого. Он сказал, что будет ждать в корчме Биггена вашего посыльного, или лично вашу милость.
– Лично? Барона? – удивился Дим и, потерев ладонью гладко выбритый подбородок, покачал головой. – Чудно.
– Так, а я о чём! – Гилд даже кулаком о раскрытую ладонь хлопнул от избытка эмоций. – Этот же браконьер говорил, что вас знает по Ленбургу. И меня с женой откуда-то… тоже знает.
– По Ленбургу? – переспросил барон.
– То про вас, мессир. А откуда он про меня и Дарину знает, не сказал.
– Та-ак, – протянул Дим. – Это уже интересно. Значит, говоришь, будет ждать моего посыльного в корчме Биггена, да?
– Или вас лично, мессир, – кивнув, прогудел мажодом.
– Что ж, проведаем толстяка. Дарина, конечно, готовит выше всяких похвал, но можно же иногда и в кабаке пару кружек вина пропустить, под хорошую закуску? Что скажешь, Гилд?
– Так, с превеликой радостью, мессир! Приказ, есть приказ! Дарина возражать точно не будет, – весело улыбнувшись, поддержал сюзерена Гилд, явно не имеющий ничего против одного-двух кувшинов вина… в отличие от его супруги, пристально следящей за хозяйством особняка вообще, и количеством алкоголя в бочках, что спрятаны в одном из подвалов дома, в частности.
– Вот и замечательно, – Дим глянул в окно и, с наслаждением потянувшись, подмигнул своему вассалу. – Погода нынче замечательная, солнечная, а мы тут в бумажки зарылись. Собираемся?
– Э-э, может чуть попозже? Браконьер тот говорил, что, вроде как ему после Пустошей ещё в храм заглянуть надобно. А там, вот-вот служба начнётся. Можем и не застать его в корчме.
– Да, для ходока после выхода, храм первое дело… после бани и чистки экипировки, – согласно пробормотал хозяин кабинета и, покосившись на заваленный бумагами стол, махнул рукой. – И ладно. Вели накрывать к обеду, а после пойдём, по городу прогуляемся. Жирок растрясём, в бронные ряды заглянем, а там можно будет и к Биггену наведаться. Ну, что стоишь?
– Будет исполнено, мессир, – довольно ухмыльнувшись, склонил голову Гилд и почти моментально исчез за дверью. Только дверной замок щёлкнул. Тихо и деликатно.
Проводив взглядом спину вассала, Дим усмехнулся, вспоминая, как тот радовался и потирал руки, когда нанятые подёнщики закатывали в подвал только что отстроенного дома, бочки с вином. А какая физиономия была у бедолаги, когда ключ от заветного помещения навек перекочевал в кармашек передника его супруги. С тех пор, Гилду едва ли пару раз удалось пригубить вина из тех бочек. Ну да, именно, что пару: первый раз, когда праздновали новоселье в этом доме, а во второй, когда принимали в гостях Томвара с его рыцарями.
И ведь, не то что бы сам Гилд был таким уж охотником до выпивки, вовсе нет. Но ведь любому человеку нужно иногда расслабляться, а у мажордома барона Гумпа пока слишком много дел, чтобы он мог позволить себе даже короткий отдых. Дом, контора, найм слуг и контроль казны, составление карты баронства, планирование строительства замка-владения, переговоры-договоры с поставщиками и строителями… Бедолаге и вздохнуть-то некогда. Неудивительно, что он так обрадовался возможности пропустить кружку-другую вина в компании с сюзереном, пусть даже этот процесс и будет лишь сопутствовать переговорам со странным ходоком.
Да, Дима этот незнакомец заинтересовал. Не так часто в Горном вдруг объявляются ленбургские коллеги. А кроме того, Гренадёра беспокоил факт знакомства гостя с Гилдом и его женой, которые появились в окружении на тот момент будущего барона Гумпа, значительно позже его отъезда из Ленбурга. Да, даже дед до сих пор не знает имени супруги первого вассала своего внука, хотя бы потому, что старого алхимика такие "мелочи" просто не интересуют. Так, откуда бы это знать другим жителям имперского города, тем же пустынным егерям, например? Если только отец Тон просветил… Хм, посланец Его преосвященства? Вполне может быть. Но к чему такая конспирация? Впрочем, к чёрту! Хочется церковнику поиграть в шпионов, пусть его. Подыграем и, если выводы верны, узнаем, что вдруг понадобилось протопресвитеру Меча от барона из приграничного захолустья.
Как и рассчитывал Дим, в корчму Биггена они с Гилдом и парой охранников из бывших "мулов", вошли аккурат к закату, когда зал был уже битком набит. В тишине, повисшей в корчме, как только посетители рассмотрели котты с гербом единственного в городе местного барона, красующиеся на вошедших, Гилд коротко огляделся по сторонам и, явно высмотрев, что искал, кивнул на стоящий в уголке и ломящийся от яств стол, за которым с комфортом расположился один-единственный человек.
Встретившись взглядом с незнакомцем, Дим вздрогнул. На миг ему показалось, что в слабом свете алхимических ламп, глаза предполагаемого посланца Церкви по-кошачьи сверкнули зелёными отсветами. Но Гренадёр тряхнул головой и, отбросив сомнения, шагнул к столу своего недавнего гостя.
– Доброго вечера, господин барон, сударь Гилд, господа, – ничуть не смутившись от вида четырёх вооружённых людей застывших перед его столом, произнёс мужчина, даже не соизволив оторвать свой зад от лавки. Впрочем, ходоки никогда не отличались широкими познаниями в этикете… а если и знали таковой, то предпочитали его игнорировать.
Именно поэтому, Дим лишь коротко кивнул в ответ и, ничтоже сумняшеся, устроился за столом, напротив спокойно наблюдающего за ним и его "свитой", постояльца. Гилд недовольно посопев, присел рядом, а охранники лишь сделали шаг назад, закрыв собой стол и сидящих за ним людей от любопытных взглядов посетителей.
– Итак, коллега, – выделив голосом обращение, произнёс Дим, – зачем вы хотели видеть меня?
– Хм, коллега… мне нравится как это звучит, – не размыкая губ, усмехнулся тот, но мелькнувшие в его глазах искры веселья почти сразу потухли, – Сразу определяет акценты в предстоящей беседе, не так ли, сударь Дим?
– А если не ходить вокруг да около? – приподняв бровь, произнёс Гренадёр.
– Согласен, к чему финтить, коллега… – с энтузиазмом отозвался незнакомец, совершенно не реагируя на наливающегося лютой злобой Гилда, который, кажется, уже готов был вцепиться ему в горло. – Собственно, вопрос вот в чём… Не желаете вернуть мою собственность, или заплатить за неё, как того требует закон?
– Собственность? Вы имеете в виду добытые вами браконьерским способом шкурки гумпов, битых в моих охотничьих угодьях? – уточнил Дим, с лёгким недоумением рассматривая сидящего перед ним человека.
– Не браконьерским способом, а самым, что ни на есть, честным образом, добытые мною в Проклятых Пустошах части тел искажённых тварей, – уточнил тот.
– Не в Пустошах, а в землях моего баронства, – прищурившись, произнёс Дим, холодно глядя на собеседника.
– Вашего баронства… – протянул незнакомец, ничуть не отреагировав на изрядно потяжелевшую атмосферу. – А баронство по имперским законам, если память мне не изменяет, есть освящённый феод, владение, подтверждённое духами-хранителями. Ваши земли освящены, барон?
– А я тебе говорил, что больше пары раз твоя идея с браконьерством не пройдёт, – неожиданно обратившись к Гилду, коротко хохотнул Дим. Мажордом скривился.
– Да кто бы знал, – буркнул он.
– Ну, как видишь, кое-кто знает, – похлопав вассала по плечу, проговорил Гренадёр и вновь повернулся к недавнему гостю его дома. – А теперь, поговорим серьёзно, господин хороший. Кто вы, откуда, и зачем искали встречи со мной?
– М? – На миг в глазах незнакомца мелькнуло удивление, но тут же пропало. – Вижу, баронская корона не отдавила вам мозги, господин Дим. Соображаете вы по-прежнему быстро.
– И… – прищурившись, перебил его Гренадёр. – Что понадобилось от меня Церкви на этот раз?
– Ц-ц, поспешил с выводами. Оба поспешили, – вздохнул его собеседник и пояснил, заметив, что Дим уже начал раздражаться. – Я не имею отношения к Церкви, равно, как и к любой другой организации или государству. Кто я? На данный момент: бездомный свободный ходок. Откуда? Из Проклятых Пустошей. И встречи с вами я не искал. Пока не искал. Сегодняшнее столкновение с вашими людьми было случайностью, не больше. Хотя и удачной, не могу не отметить.
– Кончай морочить нам головы, ты… – не выдержав, зарычал Гилд, уже начиная подниматься из-за стола, но был остановлен сюзереном, с силой надавившего ладонью на плечо гиганта, тем самым вынудив его грузно опуститься на лавку.
– Вот что с людьми власть делает, а был такой покладистый слуга, – покачал головой невозмутимый незнакомец.
– Та-ак, – Дим потёр ладонью лоб. – Я вижу, нормальная беседа у нас с вами не получается, сударь.
– Отчего же? – развёл руками тот. – Хорошо же общаемся… а, да! Прошу прощения, забылся! Не желаете составить мне компанию за ужином? Повар Биггена просто замечательно готовит! Никогда не ел ничего подобного… в этой жизни, во всяком случае.
– Чем же вы питались, если готовка обычного корчмаря кажется вам такой великолепной? – старательно сдерживая эмоции, спросил Дим.
– Не поверите, коллега, в основном, мясом искажённых тварей. Тех же гумпов, бредней, чёрных кабанов… да и то, лишь в последний год, а до того, и вовсе, можно сказать на голодном пайке сидел, – со вздохом пожаловался незнакомец, одновременно разливая вино из кувшина по кружкам, только что принесённым служанкой. Та хотела было сама обслужить гостей, но постоялец отправил её прочь одним увесистым хлопком по упругой заднице. Девица тихонько взвигнула и исчезла из виду. – Ну да что мы всё обо мне? Как поживает ваша Дарина, сударь Гилд? Ждёте ли пополнения в семье, или уже можете похвастать наследниками? Молчите? Что ж… а вы, коллега? Помнится, у вас был жаркий роман с некоей баронессой. Не сочтите за вмешательство в вашу личную жизнь, но… имел ли он продолжение? Или…
– Мессир, я его сейчас уе… – тихим, совершенно равнодушным тоном сообщил Гилд.
– Понял-понял, прошу прощения за непозволительное любопытство, – подняв руки вверх ладонями к собеседникам, тут же протараторил незнакомец. – Ну… уж о здоровье уважаемого Вурма-то я могу спросить? Почти два года с ним не виделся!
– Может, и о самочувствии отца Тона поинтересуетесь? – еле удержав взбешённого вассала от исполнения данного только что обещания, проговорил Дим.
– Вот что-что, а здоровье этого мозгоклюя меня совершенно не волнует, – фыркнул тот, но, заметив, как вытянулись лица барона и его мажордома, тихо вздохнул, – ладно, шутка затянулась. Признаю.
Миг, и на стол перед Димом опустился небольшой кошелёк, открыв который, тот застыл, словно пыльным мешком ударенный. Мир вокруг крутанулся и поплыл, размываясь. И только содержимое матерчатого кошеля Дим по-прежнему видел отчётливо, до последней царапины на стекле флакона до боли знакомой формы и блика на серебряной цепочке обмотавшей матово-белую карту, размером в полладони. Кое-как оторвав взгляд от содержимого мешочка, бывший свободный ходок медленно перевёл его на сидящего напротив незнакомца.
– Как-как, говорите, ваше имя? – хриплым голосом, от которого даже Гилд удивлённо дёрнулся, спросил он.
– Без понятия, сосед, веришь? Я его так до сих пор не вспомнил, – с весёлой усмешкой ответил тот.
– У тебя всегда была дырявая голова, – расплываясь в ответной, хоть и слегка кривоватой улыбке, откликнулся Дим, неверие в глазах которого постепенно сменялось каким-то диким восторгом.
– Но-но, это была не моя голова, если помнишь! Так что, все претензии к носителю! – развёл руками его собеседник и, заметив, что барон поднимается с лавки, встал следом.
Обогнув стол, Дим остановился в шаге от собеседника, замер на миг и, вдруг взревев раненым медведем, облапил незнакомца так, что тот невольно крякнул от боли в сдавленных рёбрах.
– Живой! Мерзавец доставучий! Живой! – не прекращая хлопать бедолагу по спине ладонью, почти неслышно прохрипел барон, тихо настолько, что лишь изумлённый поведением сюзерена, Гилд смог расслышать эти слова. Как и ответ незнакомца.
– Я ж тебе говорил, не торопись на тот свет, глядишь, ещё на этом свидимся, – отозвался тот.
– Но, чёрт возьми! Как?! – отстранившись от него, воскликнул Дим, не обращая никакого внимания на любопытные взгляды некоторых посетителей, привлечённых вознёй у углового столика. Впрочем, стоило одному из охранников барона демонстративно щёлкнуть эфесом фальшиона, как неуместное любопытство тут же иссякло.
– Элементарно, Ватсон, – подталкивая Дима к лавке, рассмеялся его собеседник. – Но корчма явно не место для этого рассказа, не находишь?
– Точно, сосед, – непонятно высказался сюзерен, приземляясь за стол, но Гилда его слова всё-таки успокоили. Что за сосед, какой-такой сосед не важно, главное, что барон его знает, и знает хорошо. Значит, можно расслабиться… хотя кулак так и чешется пересчитать зубы этому выдумщику!
Тьма! А ведь теперь, похоже, действительно, придётся меха возвращать! Пятьдесят шесть штук отлично выделанных шкурок гумпов, да это ж… это ж, не меньше тысячи ста монет получится! Золотых монет! У-у! Разоритель!
* * *
Узнал, всё же. Пусть и с помощью ключа и флакона из-под «чёрной благодати», но ведь узнал! Честно говоря, я и сам не предполагал, что буду настолько рад видеть своего бывшего носителя. Но вот ведь… действительно обрадовался. Причём настолько, что чуть не согласился на немедленный переезд в его городское владение с продолжением банкета уже там. Вроде как без лишних ушей, среди своих. Хотя, какого банкета?! Пьянка это была бы. Натуральная пьянка до полной отключки. Что я, своего носителя не знаю? Да у него же на лбу было написано желание нажраться… сразу после как задаст всю ту тысячу вопросов, что бегущей строкой писалась на том же лбу. И всё ко мне. Не-не-не… у меня на окончание этого вечера совсем другие планы. Обещал же отомстить? Обещал! А обещания надо держать.
Впрочем, это не помешало нам досидеть в корчме до самого закрытия. Правда, пришлось Диму вместо выслушивания моей истории, рассказывать свою. О получении баронства, вроде как, за своевременное донесение об осаде Горного ниеманцами, а на деле, за историю с Граммоном, в которой сам Дим, как я и предполагал, оказался натуральным червячком на крючке, наживкой, то бишь. О строительстве города-форта на месте легионерского лагеря, и о том, как с помощью ушлого Гилда удалось всего за полгода построить собственный каменный дом-владение. Об открытии конторы по приёмке тех же гумповых шкурок и бодании с приезжими торговцами за свою монополию. О наборе людей для будущей стройки замка на Гумповой реке и о создании собственного баронского копья. О невозможности вырваться из Горного на сколько-нибудь долгий срок, так что даже до Ленбурга не доехать, и о недавнем визите Томвара, с которым они всё это время заочно бодались за строителей и поставщиков материалов. Бедолаге-то, оказывается, от щедрот императора и Великого магистра ордена, отвалилось целое ландкомандорство в награду… новенькое, с иголочки, одноимённое с городом Горным, то есть, по сути, кусок каменистой пустоши, на которой ещё нужно построить резиденцию ордена.
Но всё когда-нибудь заканчивается, подошли к концу и наши посиделки. Бигген собрался закрывать заведение и уже, фактически, выгнал всех гостей, кроме единственного местного барона, само собой. Ну а как же, ему ли, корчмарю указывать титулованному дворянину на дверь?! А ведь хочется, по глазам видно. М-да, это всё же, не Ленбург. Там, любой кабатчик двери своего владения запирает, не спрашивая посетителей, какая у них корона в гербе и сколько земли в наделе. Сказал "баста", и потянулись гости на выход. Ну да, ничего. Будет у него ещё время осознать, чем свободный город от доменного отличается. Тем более, приграничный!
Я толкнул в плечо Гилда и, указав ему на тихо посапывающего Дима, кивнул в сторону входной двери, у которой тут же нарисовался хозяин заведения. И как заметил-то?
В четыре руки растолкав утомившегося барона, мы всё же подняли его на ноги и свита потащила сюзерена до дому, лишь на минуту задержавшись в дверях корчмы, пока Дим заплетающимся языком требовал с меня обещание завтра явиться в его городской дом. Обещал, конечно.
Всё! Ушли. Лия, где ты есть, радость моя?!
Часть 2. Темней всего под пламенем свечи
Глава 1
М-да, радость от беспроблемного визита в храм и пьянка с Димом явно не пошли мне на пользу. Или в этом виновато разыгравшееся либидо? Впрочем, одно другого не исключает. Будь иначе, и я бы вряд ли додумался оставлять озорную девицу в своей постели на всю ночь. С моим то и дело норовящим исчезнуть в темноте телом… о-очень мудрый поступок, конечно. Нет, я не опасался исчезнуть из виду своей любовницы, прямо во время процесса, так сказать, но вот позже… Хорошо ещё, что вымотавшаяся во время нашего «марафона», Лия уснула беспробудным сном, и не могла видеть выкрутасов подарка «чёрной благодати». Да и до рассвета оставалось всего полчаса, так что мне не пришлось долго бороться со сном, чтоб уже наверняка избежать такого конфуза. Но, с другой стороны… по сравнению с тем, как я провёл ночь, это всё такие мелочи!
Проснулся я, едва почувствовав, как аппетитное тело Лии выскользнуло из моих объятий. Приоткрыв один глаз, я проследил за тем, как девица, осторожно, можно сказать, скованно двигаясь, скрылась за дверью ванной комнаты, и невольно ухмыльнулся. Мне всё же удалось сдержать обещание, данное самому себе после позавчерашнего "банного приключения". Конечно, служанка Биггена может воспользоваться продукцией здешних зельеваров, чтоб вернуть походке привычную плавность, но… кто сказал, что это была наша единственная ночь? Ха…
Да, меня накрывает. Я это понимаю, осознаю, но, ничего поделать с этим не… хочу. И точка. Имею я право вволю насладиться всем спектром ощущений, что дарует собственное физическое тело? Вот и буду иметь и наслаждаться. В меру всей своей пошлости. И плевать мне на мнение всяческих ханжей, ни дня ни минуты не бывших в моей шкуре, а потому не способных оценить всю ущербность существования в разуме молодого и ни черта не благочестивого юнца, знающего по именам всех девок Весёлого квартала Ленбурга! Про год с лишним жизни отшельником в подземном склепе, я и вовсе молчу. Хотя… тогда всё же было полегче, чем в бестелесном состоянии. Эх!
Приведя себя в порядок, Лия немного покрутилась по комнате, но, так и не решившись меня разбудить, вскоре покинула её. На удивление бесшумно, надо заметить. Дождавшись, пока девушка выйдет за дверь, я с наслаждением потянулся и, с трудом избавившись от ленивого желания поваляться в постели, поднялся. Зарядка и контрастный душ выбили из головы остатки лени и сонной одури, и уже через полчаса, я сидел за своим столом в обеденном зале корчмы, в ожидании позднего завтрака тихо мурлыкая под нос прилипчивый мотивчик, услышанный вчера на рынке. И ждать мне пришлось недолго. Жареная на сале глазунья из пяти яиц, пара огромных ломтей ещё тёплого, чуть кисловатого на вкус хлеба и небольшой кувшин молока успешно избавили от голода, проснувшегося едва ли не раньше меня. Расплатившись за завтрак, я поднялся из-за стола и, послав воздушный поцелуй выглянувшей из подсобки Лие, направился к выходу. Время уже за полдень, и Дим, наверняка, уже ждёт моего визита.
Холодный ветер хлестанул по лицу, едва я вышел за порог корчмы. Близость гор определённо даёт о себе знать в этом городке. Не сказать, что ощущение было приятным, но пока для меня оно было всего лишь ещё одним подтверждением того, что я жив, а потому не вызвало ничего кроме улыбки. Впрочем, уже через несколько минут неспешной прогулки по улочкам Горного, я всё же вынужден был признать, что продувающий до костей холод, и жаркие объятия женщины дают ощущения совершенно разного порядка и полярности, и, поёжившись, всё же извлёк из заплечника короткую куртку, сшитую мною из шкурок гумпов. Надев её прямо поверх колета, я сразу почувствовал, что согреваюсь и, с облегчением вздохнув, продолжил свой путь по извилистым улицам Горного. Вот же люди… ну казалось бы, строите вы НОВЫЙ город, имеете возможность заранее определить его планировку, расчертить кварталы и улицы… Так зачем же плодить вот такие вот вихляющие из стороны в сторону проулки? Что, трудно заранее определить участки под застройку и проследить за тем, как жители возводят на них свои дома? И ладно бы эти загогулины образовывались из-за временных построек, так ведь некоторые ушлые горожане умудрились поставить постоянные дома точно на том же месте, где недавно стояли их же снесённые халупы-времянки. И хоть бы кто из городских чинуш почесался! Не понимаю.
Так, чертыхаясь, я пробирался через незнакомый мне район города, лежавший, если верить моему внутреннему компасу, аккурат между корчмой Биггена и домом Дима. И закономерно нарвался. Ну да, с первого взгляда было понятно, что это место отнюдь не является культурным центром Горного, но чего я точно не ожидал, так это оказаться в местном аналоге столичных Больших Трущоб, какими их запомнил мой бывший носитель. Да и откуда бы взяться такой клоаке в фактически новорожденном городке? А вот поди ж ты!
Ну и конечно, где трущобы, там и их обитатели. И нет, я говорю вовсе не о бедняках, которым, в общем-то, в Горном пока просто неоткуда взяться, а об иных любителях запутанных и тёмных закоулков.
От летящего в затылок болта с глиняным шаром вместо жала, я увернулся на одних рефлексах. Уж очень звук спущенной тетивы напомнил один из элементов тренировки, которые когда-то устраивал старый Вурм своему внуку. А вот от влетевшего в бок ножа, я защититься уже не успел. Но с этой задачей неплохо справилась куртка. Мех гумпов тем и ценен, что пробить его можно лишь арбалетным болтом или тяжёлым рубящим ударом. Нож же отлетел от спружинившего меха и зазвенел по мостовой. Перекат.
Рванувшиеся в мою сторону, противники словно сами влетели под удары фальшиона. Жалеть нападавших я не стал. Первый удар пришёлся в горло метателя ножей, и тот рухнул наземь, в двух шагах от меня. Второй, смазливый белобрысый паренёк, сжимающий в руке какое-то странное короткое копьё, оказался чуть шустрее, но не умнее. Он шарахнулся в ту же сторону, куда после удара понесло инерцией мой клинок и, не сумев толком воспользоваться своим оружием, буквально напоролся на длинный рассекающий удар, вспоровший ему бок. Отпустить рукоять, чуть довернуть тело и перехваченный другой рукой, тяжёлый фальшион, мгновенно меняя направление движения, вонзается под лопатку уже падающего противника. Копьё выпало из его руки и покатилось по дороге, жалобно звеня несуразно длинным наконечником о камни. Два-ноль, но бой ещё не окончен. Где-то рядом затаился ещё один боец. Я его не вижу, не слышу, но чую. Это словно слабый, тонкий, но вполне ощутимый аромат, в котором смешались угасающий азарт, нервный тремор и капелька страха.
Замерев на месте, кручу головой, стараясь разглядеть среди "лесов" строящихся домов и остатков разломанных лачуг, хотя бы намёк на присутствие того самого третьего… арбалетчика-ловца живой дичи. Ветер взмётывает пыль с мостовой и доносит до меня тихий скрип плохо смазанного натяжного механизма. Удачно.
Резкий шаг в сторону, под навес небольшого деревянного балкона, нависающего над улицей, и ещё один назад. Вовремя! На этот раз противник не стремится взять меня живьём, о чём прямо свидетельствует болт, вонзившийся в деревянную балку по самое основание бронебойного игольчатого жала. Оказавшись в начале извилистого переулка, под прикрытием угла дома, я оглядываюсь по сторонам и, не заметив вокруг лишних глаз, ныряю в тень. Её здесь вполне достаточно, чтобы укрыть меня от взгляда охотника.
Поторопился мерзавец. Выдал себя поспешным выстрелом. Цепляясь за удобные балки фахверка, я взлетел вверх по стене дома и, оказавшись на крыше, огромными прыжками помчался вперёд. Перепрыгнуть через узкую улицу, для меня нынешнего не проблема, хотя в прошлой жизни я бы так точно не смог. Ещё один прыжок, скользнуть вниз по крутому скату крыши двухэтажного домика… и вот я уже стою перед ошалевшим от такого сюрприза противником. Фальшион тяжело обрушивается на арбалет и искусно выделанная, явно недешёвая машинка разлетается на куски. Охотник тянется за ножом. Медленно, слишком медленно! Удар "корзиной" эфеса отправляет неудачника в забытье. Надеюсь, я не перестарался… Хм, дышит. Хорошо.
Почему я не отправил его вслед за подельниками? Потому что, если подумать, происшедшее здесь мало походило на попытку ограбления. Нет, поначалу-то действия нападавших вполне соответствовали работе хорошо подготовленных бандитов. Оглушающий болт из арбалета вырубает жертву, после чего её быстро потрошат на предмет ценностей и оставляют в ближайшей куче строительного мусора… просто, быстро, и без "мокрухи". Но вот следующие их поступки напрочь выпадают из этой канвы. Вместо того, чтобы повторить попытку оглушения или просто оставить в покое жертву, оказавшуюся слишком хорошо подготовленной, они ринулись в прямую атаку, причём явно норовили отправить меня на тот свет. Об этом говорит и бросок ножа, и атака копьём, и следующий выстрел арбалетчика. Глупость же! Причём несуразная, а я не люблю несуразности. Они у меня вызывают подспудное недоверие и будят мирно спящую паранойю, которая требует немедленно разобраться в происходящем, чтоб не огрести проблем в будущем. А я могу разобраться в данном случае? Самый очевидный вариант – допрос уцелевшего нападавшего.
А вот теперь вопрос. Один из, если быть точным. Как с ним поступить сейчас? Тащить через полгорода к Диму в контору? Не вариант. Здесь, в этом гадюшнике, может быть никто и не обратит внимания на мою ношу, но стоит сунуться в нормальные кварталы, как первый же патруль меня и примет. Значит, нужно допросить его, не сходя с места, благо на этой недостроенно-заброшенной улице лишних ушей и глаз в помине нет. Хорошее место для нападения выбрали охотнички.
Найти среди полуразрушенных и недостроенных зданий укромный уголок, стащить туда трупы и беспамятное тело выжившего арбалетчика, труда не составило. А вот с допросом… с основательным допросом пришлось чуть-чуть повременить, ограничившись лишь короткой беседой-знакомством с кое-как приведённым в сознание горе-стрелком. Большего в его состоянии я просто не смог добиться. Отключается, зараза, в самый неподходящий момент. Переборщил я с ударом. Пришлось переигрывыть план, тщательно связывать неудачливого охотника и, обобрав его самого и тела подельников, мчаться к дому Дима с надеждой, что у того найдётся телега, в которую можно будет погрузить арбалетчика и так доставить его в один из разрекламированных Гилдом подвалов для обстоятельной беседы, когда незадачливый охотник всё же очухается.
И ведь почти получилось. По крайней мере, телегу и возчика, которым вызвался быть всё тот же вездесущий Гилд, бывший носитель выделил мне без всяких вопросов. Но когда мы добрались до места, где я оставил тела бандитов и оглушённого языка… там нас ждал грандиозный облом. Вместо двух трупов, мы теперь имели целых три. Я поначалу даже подумал, что кто-то добил языка, но никаких ран на его теле, кроме солидного кровоподтёка, оставленного эфесом моего фальшиона, ни я, ни Гилд не обнаружили.
– Скопытился, – констатировал Димов мажордом, после чего окинул взглядом тела и, сноровисто срезав мои путы с трупа, забросил кожаные обрезки куда-то в кучу мусора. – Всё, здесь нам делать нечего, сударь. Возвращаемся?
– Может, стоит вызвать стражу? – нехотя спросил я, на что Гилд только рукой махнул.
– Смысл? Хотите неделю в камере провести, пока вас мессир в суде на поруки не возьмёт? Не стоит, право слово, сударь. Не стоит.
– А тела? – мотнул я головой, указывая на трупы.
– А что тела? – пожал плечами мажордом. – Их, не сегодня, так завтра отыщут местные, обчистят до нитки, да в ров скинут. И страже забот никаких, и крысы голодными не останутся. Так что, поехали, сударь?
– Да, наверное, – вздохнул я и, бросив последний взгляд на своих бывших противников, полез в телегу. Рядом почти тут же оказался Гилд и, схватив вожжи, несильно хлестнул ими по крупу тяжеловоза. Огромные копыта ударили по камням мостовой и телега, дёрнувшись, со скрипом покатила вниз по улице.
– Вы, сударь, не печальтесь, – прогудел мажордом Дима, спустя несколько минут. – Вряд ли эти разбойнички рассказали бы что-то толковое. Да и не из профессиональных разбойников они, так, пустые людишки. По глупости да лени, от безденежья в грабители пошли.
– С чего ты взял, Гилд? – отвлёкся я от размышлений.