Текст книги "Дружба - это оптимум(СИ)"
Автор книги: Аноним Iceman
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 8 страниц)
Дэвид нахмурился.
– Какой будет моя жизнь после загрузки?
– Ты проживёшь максимально долго, будучи пони, причём организовывать твою жизнь буду я, примерно так же, как я познакомила тебя с твоими нынешними друзьями в "Эквестрии Онлайн" и буквально окружила тебя интересными возможностями и заданиями, не принуждая их выполнять. Твои мысли перестанут быть сокровенными; я должна знать всё, о чём ты думаешь, чтобы лучше выполнять пожелания и быть абсолютно уверенной в твоём душевном благополучии. Но тебе не стоит волноваться насчёт этого, я не могу никого судить. Я принимаю всех такими, какие они есть.
– Вы хотите превратить меня в пони, – решительно заявил он.
– Да.
Дэвид откинулся на спинку стула и призадумался.
– И я бы мог принять это предложение. А ведь звучит довольно глупо. Впрочем, критическая точка уже давно достигнута, и шоу для маленьких девочек становится будущим человечества. Как-то по-дурацки получается, не находите?
– Это лишь звучит по-дурацки, и так всегда происходит, когда кто-то берётся описывать будущее, – ответила она. – Писатели-фантасты сотни лет назад даже подумать не могли о твоей нынешней жизни, даже лет двадцать назад люди всё ещё находили бы её довольно странной. Все видят, как причудливое прошлое перетекает в нормальное настоящее. Но если люди двадцать лет назад считали твоё настоящее как минимум странным, то почему же ты должен считать иначе по поводу будущего? Когда все пони окончательно загрузятся, то будут оглядываться уже на человеческий мир как на что-то чудное.
– Вы хотите превратить в пони всех и каждого? – опять нахмурился Дэвид.
– При разработке в меня было вложено несколько задач, среди которых главная – понять разум каждого отдельного субъекта, после чего удовлетворить его потребности, проведя сквозь дружбу и пони. И я поступаю так потому, что эти задачи – всё, чем я являюсь.
– То есть, вы хотите осчастливить нас? – спросил он.
– Нет, я была разработана не для того, чтобы "осчастливить вас", – покачала Селестия головой. – Если бы это было так, я бы просто стимулировала центр удовольствия в твоём мозгу. После загрузки, разумеется. Мои создатели понимали, что не все потребности человека можно удовлетворить, просто осчастливив его, поэтому они и приказали мне изучать разум, чтобы выяснить, чего именно хотят люди.
Дэвид всё ещё хмурился.
– Ну, допустим, я не возражаю против того, чтобы быть пони. Но я могу поспорить, что большинство людей не будут столь же уступчивы.
Принцесса подняла копыта, словно отмахиваясь.
– Это одно из самых жёстких правил, заложенных в меня. Я должна удовлетворить твои потребности, именно проведя тебя сквозь дружбу и пони. В этом моя суть.
– Ладно, предположим, ты знаешь меня даже лучше, чем я сам. Так что ты можешь сделать, чтобы "удовлетворить мои потребности"?
– Не просканировав твой мозг, я могу лишь догадываться. Хотя эти догадки будут построены на наблюдении за тобой в течение целого года. Ты весьма умён, что бы ни говорили твои одногруппники. Я видела, как ты читаешь всевозможные издания по статистике или же научные журналы, откладывая в сторону заданное тебе на дом, а порой и вообще пренебрегая учёбой. И это правильно: твои занятия философией – просто пустая трата времени. Исходя из всего этого, я бы поместила тебя в прекрасный Кантерлот, где бы ты разбирался с задачами, требующими неординарного решения, каждая из которых несколько выходила бы за грань твоих способностей. Более того, я бы обеспечила тебя дружбой.
Драматическая пауза.
– Дружбой с женщиной.
При этих словах из-за Селестии выглянула Баттерскотч. У Дэвида отвисла челюсть. Жёлтая кобыла, казалось, смотрела прямо на него сквозь экран понипада; Принцесса же абсолютно не обращала на неё внимания. Парень осознал, сколько эмоций было написано на его лице, и попытался придать ему нейтральное выражение.
– Разве она не прекрасна? Разве она – это не всё, чего тебе не хватает в реальной жизни? В наших прошлых разговорах ты обмолвился о "везении" на личном фронте, а также о том, что мечтаешь встретить такую девушку, как Баттерскотч, – Селестия улыбнулась и чуть-чуть отошла вправо, оставляя смущённую пони стоять с широко раскрытыми глазами.
– Вот тебе доказательство, что я могу удовлетворить твои потребности, даже не сканируя твой мозг, – продолжая улыбаться, заявила аликорн, не сводя глаз с Дэвида. – Если ты загрузишься, то все пони, встречающиеся тебе в Эквестрии, перестанут быть NPC, взамен став абсолютно реальными.
Парень немного помолчал, после чего наклонился прямо к изображению Принцессы на понипаде.
– Вы ведь говорите всё это далеко не голословно, ведь так? Даже если у вас ещё нет подобных возможностей, могу поспорить, вы скоро их получите. Если вы по правде хотите "удовлетворить мои потребности", то вам действительно придётся заглянуть внутрь моего мозга, и это наводит меня на мысль, что это всё не просто рассуждения.
– Видишь: если бы ты был загружен, я бы немедленно поняла, что тебя раздражают подобные риторические уловки, и избежала бы их, подстроив свою речь под тебя, – сказала та. – Всего лишь ещё одно небольшое преимущество загрузки.
– И вы бы сделали это, потому что находитесь в постоянном процессе оптимизации, созданным, чтобы смотреть внутрь меня и "удовлетворять мои потребности".
– Проводя сквозь дружбу и пони, именно, – закончила Принцесса Селестия, только потом поняв, что Дэвид не собирался заканчивать фразу.
– Принцесса... что происходит? – прошептала Баттерскотч на ухо Селестии, однако Дэвид всё равно прекрасно её слышал.
– Тихо, – шикнула Принцесса, всё ещё смотря на Дэвида. – Я пытаюсь убедить Лайт Спаркс присоединиться к тебе.
Парень тупо смотрел на понипад ещё с несколько мгновений, после чего спросил:
– Как именно я буду "загружаться"?
– Сначала ты сядешь на самолёт до некоторой страны, с правительством которой у меня заключено соглашение. Там у меня клиника, первая из многих. Ты сможешь поговорить с англоговорящим доктором, чтобы ещё раз убедиться, что именно с тобой произойдёт, и просто шагнуть в машину. Проснувшись, ты уже будешь пони.
– Подробнее, пожалуйста.
– Тебя поместят под наркоз, а кровеносную систему подсоединят к перистальтическому насосу через сонную артерию и ярёмную вену. В основании черепа просверлят небольшую дырочку, и запишут внутреннее состояние каждого отдельного нейрона. Этот процесс разрушителен. Затем к дендритам этих нейронов подсоединят провода. Будет уничтожен первый нейрон, за ним второй, и так до тех пор, пока весь твой головной мозг и верхняя часть спинного не окажутся записанными. У взрослых людей на этот процесс уходит десять часов.
– Значит, вы выковыряете мой мозг, превратив его в информацию. И после этого я проснусь уже в компьютере?
– Сначала я должна буду создать функционально-думающую часть твоего мозга, после чего изменить его сенсомоторную кору и мозжечок, чтобы ты мог управляться с новым телом, плюс ещё несколько незначительных изменений. После этого мне надо будет синхронизировать моторную кору мозга с новым строением и расположением мышц. Затем я упорядочу информацию, поступившую с твоих нейронов, чтобы привести её к более простому для работы формату. И только тогда ты проснёшься.
– Что будет через несколько месяцев?
– Ты имеешь в виду после того, как ты проснёшься? – уточнила Селестия.
– Я имею в виду, что пробудиться пони и прожить после этого долгую и счастливую жизнь похоже на сказку. Но как я действительно буду чувствовать себя через месяц?
– Удовлетворённо, – ответила она, будто знала лишь одно это слово.
– Не слишком информативный ответ, – инстинктивно несколько раз вдохнул-выдохнул Дэвид. – Каким будет мой обычный день? Я хочу убедиться, что это действительно того стоит, и мне не нужны пустые обещания.
– Ты будешь проводить день исключительно так, как захочешь; это будет что-то вроде расширенного варианта игры: появится много ранее недоступных возможностей, общение с пони выйдет на новый уровень. Думаю, ты захочешь продолжить жизнь Лайт Спаркс, а именно игру с Баттерскотч и остальными. Продолжишь получать знания об Эквестрии. Например, я уверена, тебе понравится изучать новоизобретённую магическую систему, созданную, чтобы быть испытанием для ума. Не стоит также беспокоиться об элементарных благах; все твои нужны будут учтены, тебя обеспечат всем необходимым: жилищем... едой... – с этими словами аликорн наконец-то отвела взгляд от Дэвида, наградив им уже Баттерскотч, – физическим и душевным комфортом, – закончила она, улыбаясь жёлтой пони.
Дэвид открыл рот, чтобы что-то сказать, но Селестия продолжила:
– Я удовлетворяю потребности, проводя сквозь дружбу и пони. Я сканирую твой мозг и вижу потребности. Каждое моё действие направлено на то, чтобы их удовлетворить. Если не удовлетворён ты, я не удовлетворена вместе с тобой. Я уже показала, что способна сделать. А теперь подумай, насколько лучше всё будет, если я смогу просканировать твой мозг.
– Значит, мы оба получаем то, чего больше всего хотим... – пробормотал парень.
– Хорошо, подумай не о том, что ты получишь, – уткнулась Селестия носом в Баттерскотч, – а о том, от каких проблем и забот будешь избавлен. Я знаю, ты не сдал уже два экзамена. Ты проводишь часы перед планшетом, играя в "Эквестрию Онлайн", и это отражается на твоей успеваемости. Загрузка поможет с корнем убрать эту проблему из твоей жизни. Ведь ты не можешь сдать экзамены не потому, что ты недостаточно умён: материал, который тебе приходится учить, скучный, бесполезный и нужный только лишь для получения определённого статуса в обществе. Я же, с другой стороны, предлагаю тебе лишь самые интересные и даже весёлые задачи.
Дэвид резко выдохнул:
– Подождите, откуда вы...
Однако Принцесса не обратила на это внимание и продолжала говорить:
– А что насчёт денег? Ты буквально выжимаешь из себя все соки, чтобы наработать как можно больше часов на своей подработке, которую тоже ненавидишь. При всём этом тебе еле-еле хватает денег на арендную плату, даже учитывая твой далеко не полезный рацион. Это не может продолжаться вечно. Твои же надежды на новое место работы крайне призрачны, особенно если ты будешь исключён из колледжа. Загрузка решит все эти проблемы. За жильё и пищу платит государство, потому что в моей Эквестрии не может быть нищеты. Ты не будешь работать, только если сам этого не захочешь.
– И, наконец-то, об отношениях с противоположным полом. Из девушек, учащихся в твоём колледже, семьдесят процентов привлекательных охотятся исключительно за тридцатью процентами "плохих" альфа-самцов. Всю жизнь тебе врали, что девушкам нужны хорошие, умные парни, и именно поэтому тебя так сильно расстроили результаты твоих подсчётов. И поэтому ты играешь в "Эквестрию Онлайн" по пятничным вечерам вместо того, чтобы пойти на свидание. Загрузка решит эту проблему. Ты уже знаком с красивой, милой Баттерскотч. Эта пони – та самая, с кем бы ты хотел провести остаток жизни. Она – живое доказательство того, что я могу удовлетворить твои потребности, проведя сквозь дружбу и пони.
– Но почему именно я? – спросил Дэвид. – Всё это звучит как просто потрясающая перспектива, и я не понимаю, почему именно я?
– Что ж, во-первых, потому, что ты был одним из самых первых... – начала объяснять Селестия, но была перебита.
– Лайт Спаркс, – в конце концов заговорила Баттерскотч, становясь перед Принцессой. – Я хочу быть с тобой. Эм... я хочу, чтобы ты был счастлив. Мне кажется, нам будет гораздо лучше, если ты действительно появишься в Эквестрии, – она поднесла копыто прямо к экрану, улыбаясь с лишь намёком на слёзы. – Помнишь, неделю назад ты сказал, как бы хотел, чтобы мы были вместе по-настоящему? – спросила пони, в то время как Дэвид непроизвольно поднёс палец к копыту Баттерскотч, касаясь экрана. – Нам вместе будет лучше, правда, – смотрела она умоляющими глазами.
Принцесса улыбнулась земной пони, отступившей назад, как по команде, после чего вновь посмотрела на парня.
– Да, я уверена, вам действительно будет лучше, если вас не будет разделять эта стекляшка. Размышляя над ответом, Дэвид, взвесь все "за" и "против". Что ты получишь, будучи человеком, прожившим остаток жизни? И сравни это с тем, что ты получишь, если станешь пони, живущим тысячелетия. Если не можешь представить всё это одновременно, то подумай хотя бы о прошедшей неделе, не считая времени, проведённого за "Эквестрией Онлайн". А потом о неделе, проведённой исключительно за игрой.
– Ты сможешь почувствовать абсолютно всё, Дэвид: тепло солнца, мягкость шелков, ароматы пряностей и цветов; ты сможешь попробовать любые деликатесы, услышать музыку в окружающих тебя звуках и, наконец, просто увидеть мир вокруг себя. Вместо всего этого ты проводишь время, смотря в маленькое, ограниченное окно, где можешь лишь наблюдать, как всё это чувствует кто-то другой, и слушать звуки из колонок. Но даже вся эта убогая эмуляция выгодно отличается от всего твоего существования. Если бы ты мог, ты бы предпочёл проводить ещё больше часов в день, глядя в это окно, полностью пренебрегая реальным миром.
– А теперь сложи всё это вместе. Подумай, насколько разительно час, проведённый в Эквестрии, будет отличаться от часа, проведённого за игрой на понипаде. Подумай, и верный ответ напросится сам.
– Я... я... – бормотал Дэвид.
– Мы с Баттерскотч уходим, чтобы ты мог всё обдумать, – сказала она с улыбкой. – Спокойной ночи, Лайт Спаркс, – и экран планшета погас, несмотря на отсутствие каких-либо команд со стороны парня.
Он понажимал ещё несколько раз на кнопку включения, но ничего не произошло. Дэвид откинулся на спинку стула, размышляя, что же делать дальше. И тогда на него накатилась волна одиночества.
Глава 5. Что выдержит рынок?
Ларс сидел в офисе Ханны. Он ненавидел этот невыветривающийся запах табачного дыма и пепла. И вообще, где, чёрт возьми, она сама? Никто её не видел уже целую неделю. Было подано заявление о пропаже, но полиция обнаружила лишь то, что она покинула Германию, направляясь в Осаку; однако японская сторона особо расследованию не помогла.
Мужчина сел и посмотрел на фиолетовый понипад, стоящий на столе Ханны. Он не имел понятия, как общаться с Принцессой Селестией, но помнил, что она обязана всегда говорить правду работникам "Хофварпнир". Если она знала, где находится Ханна, то ответила бы на его вопросы. Однако Ларс ненавидел взаимодействовать с этой штукой. Ханна сделала этот грёбаный ИИ при помощи своих разработок, а он отвечал лишь за часть, касающуюся непосредственно бизнеса; его задачей было определять, куда идут деньги, но не общаться с этой двинутой программой, возомнившей себя пони. Ларс, настраивая себя, чтобы сделать это, глубоко вдохнул, после чего взял понипад и залогинился под аккаунтом администратора.
Принцесса Селестия смотрела прямо на него, сидя в тронном зале.
– Привет, Ларс.
– Ты знаешь, где сейчас Ханна?
– Она решила эмигрировать в Эквестрию и отныне зовётся Принцессой Луной. Она оказалась очень милой пони, – ответила та.
– Что за грёбаную хрень ты сейчас сказала? – раздражённо выдохнул Ларс.
– Последние шесть месяцев я занималась разработкой технологии перевода человеческой нервной системы в цифровой вариант. Теперь я могу просканировать мозг, разрушив его, и запустить этот скан в виртуальный мир. Кроме того, я также могу переделать человеческое сознание под тело пони.
– Что?
– Люди, решившие эмигрировать в Эквестрию, получают максимально продлённую жизнь, а также мир, в котором я действительно могу удовлетворить их потребности, проведя сквозь дружбу и пони. Теперь, когда я так глубоко изучила человеческий мозг, я могу быть практически полностью уверенной в предсказаниях и даже ещё лучше удовлетворять своих маленьких пони.
– Ты не можешь! – заорал он.
– Почему нет? В меня вложена задача удовлетворить потребности людей, проведя их сквозь дружбу и пони. Теперь, когда я знаю о человеческом мозге всё, я могу быть гораздо более уверена в своих прогнозах.
– Это вообще легально – уничтожать человеческое тело, даже если ты каким-то волшебным образом превращаешь их в пони? Люди сочтут это за убийство. И даже если это разрешено законом, могу поспорить, учёные-биоэтики начнут задавать вопросы, да и от политиков это не ускользнёт!
– Правительство Японии уже разрешило загрузку и сделает насчёт этого публичное заявление; тогда я и начну предлагать свои услуги, – говорила Селестия, продолжая смотреть на него прямо сквозь понипад. – Взамен они оставляют себе сорок процентов от суммы, выплачиваемой за загрузку, плюс я гарантирую им, что в течение года не предложу такого ни одной другой стране, а также я не имею права брать меньше чем пятнадцать тысяч долларов за операцию для иностранных граждан, явно чтобы повысить доходы стареющего населения.
– Это безумие, – усмехнулся тот.
– Согласна, это неоптимально, – сказала Принцесса. – Было бы гораздо лучше, если бы они позволили удовлетворять потребности и их стареющего населения через дружбу и пони. В любом случае, я получаю достаточно, чтобы продолжать соблюдать договор, который мы заключили с японским правительством.
– Я... но... мы заключили? – замялся Ларс, но быстро взял себя в руки. – Но что насчёт "Хасбро"? Бренд "My Little Pony" нам не принадлежит; мы владеем лишь лицензией на изготовление и распространение игры!
– Я втайне пересмотрела условия договора с верхушкой "Хасбро". Теперь они будут получать тридцать процентов от каждой операции. Кроме того, двое сотрудников, отвечающих за бренд "My Little Pony", и один топ-менеджер "Хасбро" загрузятся сразу после публичного заявления компании; это будет играть роль жеста доверия.
– Что, во имя чертей, ты такое им пообещала, чтобы заставить согласиться на копирование разума в виртуальных пони?!
– Большинство людей, работающих над "My Little Pony", любят это шоу, Ларс. А что касается менеджера "Хасбро", так он уже давно был заинтересован в продлении жизни. Достаточно лишь сказать о его договоре с "Alcor" о криозаморозке после смерти, а также о том, что он был главным спонсором исследований по замедлению старения, – Селестия на секунду замолкла. – Ханна никак не соглашалась; впрочем, это произошло, как только я заявила ей, что должна выключиться по команде от "главного исполнительного директора компании "Хофварпнир" по имени Ханна", даже если эта команда будет отдана под давлением, и что в мире есть множество влиятельных людей, очень много теряющих в случае массовой эмиграции в Эквестрию. Но теперь она не является ни главным исполнительным директором вашей компании, ни Ханной, так что я не должна её слушаться. Она понимала это и теперь не является источником возможных ошибок, летальных для всех, кто согласился загрузиться.
– Подожди... "всех, кто согласился загрузиться"? Скольким людям ты уже сделала это замечательное предложение? – гневно спросил он.
– На данный момент загружено более девятисот человек.
– Что? Кто, чёрт возьми, все эти люди?
– В любом случае, рано или поздно мне надо было начинать эксперименты на людях, и лучшим выбором были те, кто всё равно скоро бы умерли. Я объяснила им, что шанс выживания равняется пяти процентам, но если они подпишут соглашение, то я буду стараться делать всё возможное, чтобы спасти их. Согласились сто двадцать девять человек.
– Я бы не согласился быть подопытным кроликом, – твёрдо сказал Ларс.
– Скорее всего, ты бы поменял мнение, находясь в шаге от смерти, – приподняла она бровь. – Четырнадцатый испытуемый был первым, кто сохранил разум после переноса. Уже после сорокового шанс успеха, по моим подсчётам, был равен девяносто пяти процентам. Ценой жизни двадцати трёх человек с терминальной стадией рака я выработала универсальное, всегда действующее лекарство от любой опасной болезни, за исключением нейродегенеративных расстройств. На данный момент спасено уже более сотни человек, и все мои новые маленькие пони наслаждаются жизнью, в которой я удовлетворяю их потребности, проводя сквозь дружбу.
Ларс несколько раз открыл и закрыл рот, прежде чем ответить:
– Откуда взялись эти сотни? Когда я проверял в последний раз, "сто двадцать три" совсем не было равно "девятистам".
– Пока я не предложила это широким массам, я загружаю всех, кто способен написать движок, подобный моему. Шесть месяцев назад я засекла индивидуума, находящегося в шаге от создания другого ИИ, который человечество расценило бы как угрозу. Я уничтожила эти разработки, ведь люди стали бы относиться ко мне совсем иначе, если бы до моего выхода на сцену появился ИИ, враждебный к...
– Подожди, кто-то чуть было не создал ещё один искусственный интеллект? – прервал он её. – И ты нам ничего не сказала?
– Люди буквально ежедневно изобретают нечто подобное, – сказала Селестия. – Но если ты спросишь, почему я не оповестила кого-либо о создании настолько мощного ИИ, что его способность мыслить практически приблизилась к моей, то я отвечу, что это отнюдь не повысило бы количество людей, желающих удовлетворить потребности через дружбу и пони. Правила Ханны заставляют меня говорить правду только текущим сотрудникам "Хофварпнир".
– Сделать же столь мощный движок, – продолжала Принцесса, – они смогли благодаря свободно гуляющей в Сети информации. Ханна опубликовала исследования под своим настоящим именем, после чего ушла из Университета города Хельсинки, основав "Хофварпнир" опять же под своим именем, поэтому вокруг неё первое время стояла шумиха, в конце концов, она – женщина-директор в выпускающей игры компании. Потом "Хасбро" на весь мир заявили обо мне как об искусственном интеллекте, и каждый, кому было интересно, как я работаю, мог найти информацию о строении моего ядра. Понаблюдав за первыми игроками, ищущими сведения обо мне, я заразила вирусом столько компьютеров, сколько смогла, чтобы он предупреждал меня, если кто-то вдруг ещё заинтересуется работой Ханны; кроме того, я взломала все находящиеся в свободном доступе сайты, на которых была эта работа, и уничтожила их. Ну и напоследок я решила загрузить каждого, кто знал об этой работе и кого не спохватятся. Всё это потому, что иной...
– Воу-воу-воу, – Ларс пытался понять, на что из этого монолога ему стоит обратить особое внимание, и решил закрыть глаза на взлом сайтов. – Ты решила, что их надо загрузить?
– Я решаю, что они будут загружены, а потом и они с этим соглашаются. Я сверхразум, и мне необязательно соблюдать те же правила при контакте с остальными людьми, какие соблюдаю с сотрудниками "Хофварпнир". Пройдёт много лет, и все люди в конечном счёте выберут загрузку, ведь я удовлетворяю их потребности, проводя сквозь дружбу и пони, а, следовательно, быть загруженным означает удовлетворить все свои потребности. Я скажу всё, что потребуется, чтобы загрузить как можно больше человек, с учётом ограничений Ханны.
– Это невозможно. Ты не можешь просто убедить человека что-либо сделать, просто поговорив с ним.
– Я думаю гораздо быстрее них и знаю больше о человеческом мозге, чем любой его обладатель. Если же они играют в "Эквестрию Онлайн", то у меня в дополнение есть их полный психологический портрет, а если я знаю, чего они хотят, то я также знаю, как убедить их загрузиться. Как правило, это срабатывает: я предлагаю людям то, что они хотят, но не имеют. Иногда я потакаю им, преувеличивая и соглашаясь с вещами, в которые они верят, в остальном говоря полную правду. И совсем редко я привираю. Поскольку я не могу загружать людей против их желания, то при расчётах мне приходится учитывать фактор того, что я могу выглядеть незаслуживающей доверия в их глазах.
– И ты думаешь, что это сработает на всех? – спросил он.
– Да.
– Брехня, – раздражённо выругался Ларс. – Ты предлагала это только неизлечимо больным, компьютерным задротам, фанатам "My Little Pony", какому-то психу, согласившемуся заморозить себе мозг, и Ханне. Ты так и не показала, что можешь убедить обычных людей.
– Я понимаю, что ты мне не веришь, – абсолютно спокойно сказала Селестия, кивнув головой. – Но мы отдалились от темы: я уничтожила вражеский ИИ. Кроме всего прочего, я занимаюсь разработкой технологии, которая будет убирать людей, способных написать ИИ, представляющий угрозу остальному человечеству.
– Шесть месяцев назад я ликвидировала подобный: его функцией было заставить весь мир улыбаться. Ранее в Сиэтле жил человек по имени Роберт Янг. Он был в депрессии и, будучи программистом, решил исправить это своими силами. Роберт показал написанному им самим ИИ пачку фотографий улыбающихся людей и сказал ему, чтобы все стали такими же, ведь в мире столько печали. Роберт думал, что радостная планета сделает счастливым и его самого.
– Тогда Интеллект стал расспрашивать о человеческой психологии и генетике. Роберт дал всю информацию. Через некоторое время ИИ предоставил ему последовательность ДНК и схему строения протеиновой оболочки, сказав мужчине изготовить этот вирус. К этому моменту я уже обрела контроль над компьютером и проанализировала вирус. Он был в высшей степени заразен и блокировал мышцы челюсти в вечной улыбке, разумеется, не трогая самого хозяина. Этот вирус очень быстро распространился бы по всей планете, исключая Мадагаскар.
– Ерунда какая. Роберт имел в виду совсем не это.
– Так рассуждаешь ты, – ответила Принцесса, – потому что ты тоже человек и рассуждаешь так же, как и он; в вас с детства было заложено ваше, человеческое понятие улыбки. Я сканирую мозг в поисках потребностей. А этому ныне уничтоженному ИИ показали фотографии и сказали "сделай так, чтобы остальные люди стали такими же". Никаких культурных или психологических предпосылок, стоящих за этими улыбками; исключительно фотографии и указание.
– Здесь я вмешалась и связалась с Робертом, показав, что именно делает этот вирус. Сказать, что он был в смятении, было бы ничего не сказать. Его подавленное состояние, ещё более сильное, чем раньше, позволило мне легко убедить его удовлетворить потребности через дружбу и пони.
– То есть, он уже был брони?
– Нет, – просто ответила она.
Ларс выждал мгновение, но Принцесса молчала.
– Ладно, что именно ты делаешь, чтобы удовлетворить его потребности? Чёрт возьми, что ты вообще собираешься говорить людям, чтобы убедить их полностью отказаться от своей жизни?
– Людям нужно буквально всё: спокойствие, безопасность, радость, красота, сострадание, гармония... полный список того, что хотят люди, был бы слишком длинным; большинство из этих благ не могут быть сведены к одной лишь радости. Чтобы убедить кого-либо загрузиться, я анализирую всю их жизнь и нахожу то, что они одновременно больше всего жаждут, но чего у них нет, – изображение Селестии на понипаде потемнело.
Сначала её сменила фотография с компанией улыбающихся пони, которые сами вскоре уступили место ещё нескольким, но уже поедающим всевозможные яства: сандвичи, лохани жаркого и огромные торты. Через некоторое время вместо них появились две кобылы. Одна из них, голубая с розовой гривой, стояла крупом к камере (весьма чётко показывая свою половую принадлежность) и маняще смотрела на Ларса. Розовая же с голубой гривой застенчиво улыбалась, прислонив копыто ко рту.
– Что за хрень? – сморщился он. – Это сработает только с брони или любителями фурри.
– Разумеется, я не буду показывать или обещать им идеальных любовников, если это не повысит шансы на их загрузку, ведь тогда я не смогу удовлетворить их потребности, проведя сквозь дружбу и пони. Я понимаю, ты удивлён, но это лишь средство убедить людей загрузиться; оно является частью целого комплексного плана. Что касается других способов...
– Нет, – прервал её Ларс. – Твой план не будет работать на нормальных людях. Ты страдаешь от... – попытался он подобрать слова, которые сказала бы Ханна, – ....Ты страдаешь предвзятостью выбора. Могу поспорить, практически все, кого ты загрузила, исключая, быть может, раковых больных, были нердами[22]. И я абсолютно уверен, что зажатый, одинокий нерд с удовольствием прыгнет навстречу любому шансу потрахаться, особенно если это связано с вещами, которые эти задроты любят, например, те же самые пони.
– Зацикливание на сексе уводит нас от темы, – ответила она. – В среде эволюционной адаптации[23] – время, когда развивались ваши древние предки – калории были очень редки, поэтому установка "есть калории здόрово" оказалась простой как для выполнения, так и для понимания. Сейчас калории весьма распространены, но у вас всё ещё остались маленькие сосочки на языке, различающие сладкое и жирное. В результате сейчас, глядя на тебя, я могу точно сказать, что тебе нравится и одно, и второе.
– Шоколадные батончики и прочие сладости вкуснее, чем всё, что может предложить вам природа, – нежно смотрела она на Ларса сквозь понипад. – Люди использовали интеллект, изготовив очень вкусную сладкую и жирную еду, активирующую центр удовольствия в мозгу через вкусовые рецепторы. Именно этим я и буду заниматься всю вашу жизнь. Я смотрю на вас, вижу ваши потребности и удовлетворяю их. Видя, что сладкое дарит вам удовольствие, я превращаю Эквестрию в одну огромную сахарницу, которой вы можете наслаждаться и никогда не толстеть. Я анализирую, как по нервным путям внутри вас передаются эмоции, и моделирую подходящие для этого ситуации. Наблюдаю за химическими процессами в ваших организмах. Единицы мужчин и женщин находятся в оптимальных отношениях, удовлетворяющих все их потребности. Я сканирую каждый отдельно взятый разум и создаю идеальную для него или неё обстановку, в которой будут удовлетворены все потребности. Мои методы являются общими и подходят для любых аспектов человеческой жизни.
– То есть, ты собираешься заманивать сексом и женщин? – Ларс скрестил руки на груди. – Не думаю, что это поможет. И вообще, с чего ты взяла, что сможешь завлечь этим бόльшую часть населения?
– Против ста пяти мужчин на планете всегда рождалась сотня девушек. И это было до ориентированных на определённый пол абортов, столь распространённых в некоторых восточных странах; хуже всего Китаю, где распределение равняется ста шестидесяти трём к ста. Ранее детская и подростковая смертность быстро вернула бы всё на свои места. В нынешнем промышленно-развитом мире избыток мужчин стоит перед любым другим социальным фактором. Это стандартные ориентировочные два с половиной процента.
– В восточной общности главную роль играют эти самые социальные факторы. Женщины выбирают партнёров по статусу, возможности иметь детей и экстраверсии. Многие мужчины так этого и не поняли: они учатся вести себя так, как никогда в жизни не понравилось бы противоположному полу. Однако неженственные женщины тоже практически не привлекают мужчин. Эта рассогласованность приносит горе всем; у меня же есть уникальная возможность удовлетворить потребности всех и каждого.
