Текст книги "Развод. Стать мамой вопреки (СИ)"

Автор книги: Анна Женс

Соавторы: Лия Амадей
сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)

ГЛАВА 5

Бросив мою руку, он развернулся и пошёл к ней. Навис над диванчиком Марины, как грозовая туча.

Марина вся побледнела, сжалась, стала тенью самой себя, хотя и до этого не была слишком яркой. Даже чему-то напомнила котёнка из моего сна.

– Как ты посмела встретиться с моей женой? – выдавил он из себя, задыхаясь от злости.

– Но ты не оставил мне выбора! – пыталась защитить себя Марина, прижимая к себе сумочку. Её голос дрожал.

– Я запретил тебе приближаться к нашей семье! Почему ты не сдержала слово? – мой муж неумолимым взглядом смотрел на неё.

Было заметно, что ему всё равно, что она чувствует. Если бы она сейчас умерла, он бы и глазом не моргнул. Чем заслужила эта женщина такое отношение?! Хуже, чем к отребью!

– Николай, ты ведь отец, ты должен забрать Оленьку к себе! Кто пожалеет бедного ребенка? – умоляла моего мужа Марина, пытаясь его разжалобить.

Я всё ещё не понимала до конца, что тут происходит, но кое-что начало доходить. Они не просто знакомы. Марина и Коля… близки.

Стиснув зубы, я схватилась за спинку диванчика, со всех сил стараясь удержаться на ногах и не показать слабости.

Мой муж изменял мне. Как давно? А имеет ли это значение? Год за годом мы становились друг другу чужими, как сожители.

Но все равно больно. Когда-то давно мы любили друг друга. Были ближе всех на свете.

Предательство больно жалит, но больнее неведение, когда о нём становится известно на смертном одре.

Я знала, что сказанные Мариной слова не будут простыми, но и подумать не могла, что это настолько коснется моей семьи!

Наклонившись над столом, Марина схватила меня за руку, и смотрела полными слёз глазами, игнорируя даже злость Николая, и его приказ закрыть рот.

– Таня, прости меня, ведь я смертельно больна! Не оставляй Олю! – кричала она, и горько плакала.

– Олю… – выдохнула я, стараясь рассмотреть хоть что-то перед собой, потому что голова шла кругом.

Оля, которую выбросили, как ненужного щенка умирать на холоде. Оля…чья она дочь?

Не мысль, а приговор, пролетевший стрелой в голове алым знаком. Последнее, что помню, как подкосились ноги, и я потеряла сознание.

Пришла в себя дома, в своей кровати. Возле меня сидела Соня, и пристально смотрела на меня. Как только я открыла глаза – она гавкнула, и стала вилять хвостиком. Моя верная подружка!

В комнату вошел Николай.

– Живая? – спросил он, пристально вглядываясь мне в лицо, и присев на край кровати.

Я с ним не то, что разговаривать… Я видеть его не хотела.

Оказывается, что мой муж очень хорошо знал Марину, и они были любовниками.

Олечка была плодом любви моего мужа и Марины. Моего! Мужа! МОЕГО!

Я же, ошарашенная такими новостями, не могла произнести и слова. Сердце сжимало железным кольцом. Меня бросало то в жар, то в холод. Я отказывалась верить в реальность происходящего!

Хотелось умереть, а через секунду хотелось жить, но чтобы умер он.

Обида и разочарование окутали моё сознание. Предательские слёзы бежали по щекам. Мы не смогли родить ребёнка… И его Коле родила другая. Только как его дочь оказалась выброшенной на улицу?!

– Уйди. Мне больно тебя видеть, – попросила я его, и уставилась в окно. Такой боли и обиды я не испытывала никогда в жизни.

Николай вышел из комнаты, а через какое-то время я услышала, как хлопнула дверь, и к нам кто-то пришёл. Я прислушалась, но ничего не было слышно. Тогда я тихонько приоткрыла дверь, и выскользнула в коридор. Разговаривали трое – мой муж, и ещё двое мужчин.

– Вы плохо сделали свою работу. Девочку надо было отвезти в другой город, – говорил Николай своему собеседнику.

– Мы боялись, что нас заметят с ребёнком. Поэтому бросили её там, под кустом. Надеялись, что так быстро её не найдут, – ответил незнакомый мужской голос, явно волнуясь.

– Мы долго уговаривали Марину отдать ребёнка, пообещали, что вы будете её опекать, – ответил ещё один голос тише остальных.

У меня закружилась голова, и я, боясь снова потерять сознание, пошла обратно в комнату.

Муж знал, что Оля его дочь. Знал, знал, знал…

Хотелось бить кулаками подушку. Я чувствовала себя роботом, в которого поселили человеческую душу, обреченную на вечную боль.

Коля знал, что Оля его! И в то же время он так плохо к ней относился! Он буквально зверел, стоило мне лишь упомянуть её имя.

Вместе со своими помощниками они придумали хитрый план…

Забрав девочку у матери, и пообещав о ней позаботиться, его прислужники бросили малышку под кустом.

Николай надеялся, что девочку поместят в дом малютки, и никто о ней не узнает. Он думал, что вся эта история останется в тайне. Но все тайное становится явным.

Я всё узнала, но пока решила не рассказывать, что я слышала этот разговор.

Моё отвращение к мужу достигло немыслимой отметки. Выдумать такое… Совершить такое! Выбросить собственную дочь, как мусор! Как я только жила с этим человеком столько лет?!

Через какое-то время я немного успокоилась, и взяла себя в руки.

Снова Николай наведался ко мне уже через пару часов. Я стояла у окна, выглядывая на улицу.

– Коля, я требую объяснений. Почему ты не хочешь забрать свою дочь? – при этом мои ноги подкосились, и я присела на стул.

Разговаривать с ним всегда было непросто.

Коля фыркнул, упершись плечом о дверной косяк, и скрестив руки на груди.

– Я ненавижу детей. Они маленькие, мерзкие, вечно орущие создания, – рыкнул он, глядя мне прямо в лицо. Его даже не мучила совесть!

– Нельзя оставлять такого маленького ребёнка! Её могли загрызть собаки! Подобрать какие-то бандиты! Что тогда было бы с крохой?! – пыталась донести это до его ума, но он не слышал, или делал вид, что не слышит.

– А что мне оставалось делать? Притащить к нам в дом нагулянного ребенка? У меня был договор с Мариной, что я их содержу, а она не лезет к нам в семью. Все было бы хорошо, и ты бы ничего не узнала, если бы она не заболела. Я не хотел этого ребёнка, но Марина рогом упёрлась, и отказывалась делать аборт. Она надеялась, что я тебя брошу, а женюсь на ней. Но ты отличная хозяйка, в отличие от неё. Мне с тобой очень удобно.

Он говорил, не давая вставить мне и слова. Я по голосу слышала, что Коля нервничает. Он любит всё контролировать, а сейчас и понятия не имеет, чего от меня ожидать.

Я и сама не знала. Мне хотелось вцепиться в него, и выцарапать глаза.

– Так нельзя поступать. Бог тебя накажет, – наконец-то, сквозь слёзы, смогла вставить слово и я.

Я плакала. Мне не хотелось верить словам мужа. Но всё было очевидно – он не любит меня. И свою маленькую доченьку не любит тоже. Моё сердце сжималось от боли и страданий.

Но что ещё хуже – он вообще ненавидит детей. Я вышла замуж за чудовище! Что заставило его стать таким бесчеловечным?

– Николай, подумай о своей старости. Кто тебе стакан воды подаст? Оля будет нашей помощницей, – говорила я, уже ни на что не надеясь.

– Я буду пить коньяк. Мне не нужна вода, – отрубил он и посмотрел в окно, давая мне понять, что я ему ужасно надоела.

В следующий раз, когда я пришла к Олечке, мне сообщили печальную новость. Олина мама, Марина, умерла.

Мне было искренне жаль эту женщину. Она, так же как и я, была обманута Николаем. Подлым человеком с чёрной душой! И кто знает… Может, это именно он свел её в могилу, отняв у неё ребёнка, и не оказав помощи в нужный момент! Но больше всего в этой ситуации мне жаль Олю. Невинный ребёнок, который в начале своего жизненного пути уже так много пережил.

Мне передали маленький свёрток, который оставила для меня Марина. Внутри свёртка что-то лежало. Сначала я хотела его выбросить, а потом подумала, что ради памяти о ней, и о том, как она заботилась об Оле в последние дни жизни, надо взглянуть.

Я открыла сверток.

ГЛАВА 6

«Татьяна, Вы извините меня. Я не знала, что Николай подарил мне Ваше кольцо. Я всё поняла, когда увидела, как Вы на него смотрите. Берегите Олю. Прощайте», – говорилось в записке.

Рядом с запиской лежало кольцо и тест ДНК подтверждающий отцовство Николая по отношению к Оле.

Они действительно родные по крови и теперь никто не мог в этом усомниться.

Мой Коля родной отец Олечки – это странно было осознавать. Больно, что он так многое от меня скрывал, изменял мне, но с другой стороны, Олечка – лучшее, что со мной случалось. Ради нее я готова вытерпеть всю эту боль.

Когда она мне улыбается, я забываю обо всем мире. Все невзгоды проходят.

– Я сохраню это колечко для Оли, – шептала я, словно Марина могла меня услышать. Хотя, кто знает? Может, она в лучшем мире и отсюда наблюдает за нами с Олечкой.

Глаза наполнились слезами. Мне казалось, что я ненавижу эту женщину, но оказалось, что это не так. Мне ее было безгранично жаль. Такую тяжелую судьбу даже злейшему врагу не пожелаешь.

А Марина даже не была моим врагом, она оказалась даже более несчастной жертвой, чем я.

По крайней мере, я до сих пор жива, но даже если бы и оставила этот мир, как Марина – Николаю все равно было бы плевать на мою смерть.

Кажется, он не способен любить по-настоящему. Ни женщину, ни ребенка, даже своего. Его сердце сделано из камня.

Я думала о том, что Оля – несчастный ребенок. Нет у нее мамы и папы. Нет. С самого рождения она была обречена расти без заботы родителей. Отцу она не нужна, и мама ее оставила, пусть и не по своей воле.

Олечка еще ничего не понимает, но мне кажется, что иногда в ее ясных глазках появляется грусть. И тогда мое сердце разрывается от боли.

Одиночество – это худшее, что может произойти с человеком. Тем более, с такой крохой. Ей же обязательно нужно человеческое тепло! Особенно в таком нежном возрасте.

Но потом я осознала, что Оля не одинокая. У нее есть я.

И я готова на все, чтобы подарить ей счастливое детство, просто потому что судьба почему-то решила, что Олечка этого недостойна.

Я с этим не согласна. Если нужно, я готова переписать ее судьбу!

Этот маленький ангелочек вырастет в любви.

Я долго качала ее на ручках, и шептала ей в маленькое розовое ушко, что обязательно ее заберу. Такая чудесная девочка должна непременно жить в любящей семье.

Олечка будто понимала меня, крепко прижималась и обнимала меня маленькими ручками…

А потом все по новой… моя скверная жизнь начиналась с плохих событий каждое утро.

Николай с самого утра был не в духе.

– Я запрещаю тебе выходить из дома! Хватит тебе бегать по всяким подкидышам, – заявил он мне, даже не смотря в мою сторону.

– Коль, я больна, и мне нужно показаться доктору. Последнее время сердце так и хочет выпрыгнуть из груди. Я записалась к врачу, а из-за твоего запрета я не смогу его посетить, – просила я, гладя его рубашку.

У меня действительно с сердцем творилось что-то не понятное. Оно болело чаще обычного.

– Вечно у тебя какие-то проблемы. Зачем мне больная жена? Хорошо, иди, только долго не задерживайся. Знаю я тебя – опять в дом малютки побежишь! – Николай с презрением посмотрел на меня.

В сердце словно ужалила змея. Я покачнулась и сползла на пол. Николай, посмотрев на меня, развернулся и ушел.

«Разбирайся сама со своими проблемами» – наверняка подумал он. Ему на меня плевать.

В понедельник утром я взяла такси и поехала в поликлинику.

– Опишите мне свои симптомы, – попросил доктор, барабаня костяшками пальцев по столу.

– Сердце то вылетает из груди, то его вообще не слышно, – рассказывала я, держась рукой за сердце. Я боялась, что с ним что-то серьезное.

Если я заболею, то не смогу ходить к Олечке.

Лучше мне быть здоровой.

Доктор взял стетоскоп и долго, методично прослушивал мою грудную клетку.

– Такое бывает, если сильно нервничать. Я пропишу Вам успокоительное, и через две недели все пройдет. – Сказал он, выписывая мне рецепт и кивая головой с очками в толстой роговой оправе.

Выйдя в коридор, я почувствовала сильную боль в груди. Упершись рукой в стену, я попыталась устоять на месте.

Все перед глазами плыло. Казалось, что сердце стучит где-то в горле с такой неуемной силой, словно собралось за раз выплеснуть всю свою силу и остановиться навсегда.

Вскоре ноги перестали удерживать тело, меня повело в бок, и я потеряла сознание.

Очнулась уже в больничной палате. Возле меня бегали и суетились молоденькие медсестрички, постоянно поглядывая в какие-то бумаги.

– У Вас сильное нервное истощение, – сказал молодой приятный доктор и, словно невзначай, подмигнул, прокашливаясь в кулак.

Я смутилась. Почувствовала, как щеки вспыхнули жаром.

– Как долго мне придется лечиться? – спросила я и голова у меня закружилась. Пришлось ненадолго прикрыть глаза и забыть о всяком смущении.

– Останетесь здесь на несколько дней. Надо сделать дополнительные анализы. Будем лечить Вашу нервную систему, – ответил доктор и дождавшись моего вялого согласия, вышел из палаты.

Я целую неделю лежала в больнице. Доктор сказал, что сказывается нервное напряжение последних месяцев жизни. Мне ставили капельницы и кормили таблетками.

В больнице было скучно. У меня не было ни любимых книг, ни работы, чтобы отвлечься.

Хорошо, что проведывать меня приходили мама и подруга детства Наташа.

Сколько себя помню, мы с Наташей всегда были вместе.

В детстве она была веселой болтушкой с большими глазами. Мы с ней постоянно встревали в какие-то неприятности, и еще у Наташи вечно были израненные коленки и ладошки, потому что она любила лазать по деревьям.

Во взрослой жизни она превратилась в настоящую красавицу с шелковистыми волосами и улыбкой, из-за которой на щеках появляются ямочки.

– Доченька моя, как же так? Я очень за тебя волнуюсь, – причитала мама, вытирая слезы платком.

Я вдруг заметила, что на ее лице появилось больше морщин и сердце сжалось. Мама всегда очень за меня переживала.

– Все будет хорошо, – отвечала я ей и гладила ее дрожащую руку.

Мама кивала и улыбалась мне сквозь слезы.

– Если что надо – звони, я мигом примчусь, – Наташа ерзала на стуле. Ей явно здесь не нравилось. Наташа никогда не любила больничную атмосферу.

– Обязательно позвоню, – улыбалась я ей.

Муж так ни разу и не пришел. Я думала, что не стану ждать его, но в глубине души надеялась, что у него появится хоть капля совести.

Не появилась.

Мне прописали успокоительное еще на две недели и выписали домой, взяв с меня обещание, что я не буду нервничать.

Я очень обрадовалась выписке, и решила съездить к Оленьке. Накупила кучу памперсов, с десяток игрушек и платье. Помчалась к своей маленькой принцессе, ничего вокруг не замечая.

Я знала, что Оля меня ждёт. А когда я прихожу, то она очень радуется. Тянет ко мне ручки, и улыбается. Прижимая её к себе, я чувствую себя нужной. Моя жизнь становится наполненной! В ней появляется смысл. Я начинаю по-настоящему жить, а не существовать!

Я хочу стать для неё настоящей мамой. Заботливой и любящей. Такой, как эта девочка заслуживает!

– Моя миленькая, малышка, ты у меня красавица, – говорила я, наряжая её в платьице. В этом розовом наряде она была похожа на цветок ароматной розы, который по ошибке посадили не на ту клумбу.

Оля очень спокойный и милый ребенок. Сидя возле кроватки этого маленького чуда, я мечтала забрать ее домой. Представляла, как мы будем гулять в нашем чудесном парке, как буду читать ей много замечательных книг.

Так, думая об Оле, и о ее нелегкой жизни, я потихоньку дошла домой. Медленно подошла к двери, долго рылась в сумочке и, наконец, достав ключи, открыла дверь.

В прихожей было темно, окна везде зашторенные, но на втором этаже горел приглушенный свет. Слышался голос Николая.

Я поднялась по ступенькам, и заглянула в комнату…

ГЛАВА 7

Моим глазам открылась картина, в которой мой муж лежит в постели с другой женщиной. Он нежно её обнимает, и что-то говорит на ушко. Она громко смеётся, и берёт со столика бокал красного вина.

Сначала я замерла, не понимая, как мы могли дойти до такого. Такое крысятничество… В нашей постели! Выше всего допустимого!

– За твой развод, – говорит девушка, и второй бокал подает Николаю. Они пьют вино и целуются.

Мне всё более чем понятно.

«Это его очередная любовница!» – пролетает у меня в голове, и моё сердце замирает от боли.

Земля покачнулась под ногами, но я устояла. Я так надеялась, что он образумится. Думала, что у него осталась хоть капля совести. Но я жестоко ошибалась.

Состояние было такое, словно я с головой ушла под ледяную воду, а потом меня ошпарили кипятком.

Такой наглости от мужа я не ожидала. В глазах темнело, и мне казалось, что я вот-вот потеряю сознание.

Я тихо ушла в свою спальню. Маленькими глоточками вдыхала воздух. Мир словно рушился у меня под ногами. Плакала я очень долго, и только под утро мне удалось уснуть.

Проснувшись утром, я надеялась, что все, что было вчера – это всего лишь страшный сон. Но увы – всё было жестокой правдой жизни. Уйти из дома мне было некуда. Да и работы у меня не было. Я зависела от Николая, и мне было очень горько это осознавать.

Если бы я только знала, что все так сложится, я бы с первого дня замужества вышла на работу. И никто бы не переубедил меня в обратном.

Утром муж ушёл. Он не собирался мне ничего объяснять и извиняться. Он даже не смотрел в мою сторону, и от этого было ещё больнее.

В обед к нам в дом пришла девушка, с которой я успела познакомиться ещё вечером. Она, по-видимому, со мной нет. Так как я убежала, не засвидетельствовав им своего присутствия.

– Меня зовут Ирина, – её грудь вываливалась из декольте.

– Что тебе от меня надо? – недовольно спросила я.

Отвернувшись от нее, пошла на кухню.

Она увязалась следом за мной. Высокая, стройная блондинка в платье, обтягивающем все её прелести, с ярким и броским макияжем. Выглядела она крайне вульгарно. Отвратительно!

– Мы с Коленькой любим друг дуга. Ты должна уйти. Здесь будем жить мы, – чуть ли не пропела мне девица.

Я почувствовала, как брови от удивления поползли на лоб, а сердце замерло на короткий миг, а потом рвануло с бешеной скоростью.

– Мы с Николаем всё ещё женаты, – ответила я и посмотрела ей в глаза.

– Это ненадолго. Он разведется с тобой, и ты будешь жить на улице, – швырнула мне в лицо Ирина.

– Надеюсь, ты знаешь, где выход, – резко ответила я.

– Что? – она изумленно захлопала ресницами. Видимо, она такого от меня не ожидала.

– Проваливай, и больше не попадайся мне на глаза, – я уничтожающим взглядом смотрела прямо на нее.

– Но как же? – от моих слов она не могла прийти в себя.

– Два раза повторять не буду, – я угрожающе шагнула в её сторону.

Ирина зло улыбнулась. Развернувшись на своих каблучках она, виляя бедрами, пошла к двери.

В душе у меня было полное отчаянье. Я понимала, что она пришла сюда с разрешения Николая. Без его ведома она не посмела бы и порог переступить, не то, что меня из дома выгонять.

Я решила искать себе работу. Начала просматривать объявления и ходила на биржу труда, но ничего подходящего не было.

Чувствовала я себя плохо и морально, и физически. Душевного спокойствия не было, я не знала, что делать. Для того, чтобы развеяться решила проведать маму. Она жила совсем недалеко. Взяв Соню с собой, мы отправились гулять по вечерним улицам.

Шли мы медленно, не хотелось ни о чем думать, но мысли, как назойливые мухи, лезли в голову.

«Может, я всё придумала, и Николай не знает, что Ирина приходила и выгоняла меня из дома?» – я пыталась успокоить себя. Но в эту версию мне совсем не верилось. «Найду работу, сниму квартиру, заберу Олю, и заживём мы с ней дружной семьёй», – мечтала я, но для меня сейчас и этот вариант был нереален.

Главное в этой цепочке – найти работу, а меня никуда не брали. В этой ситуации свет в конце тоннеля я не видела. Помочь мне также было некому

«Был бы жив мой папа – всё было бы по другому», – подумала я, и слёзы застили мне глаза.

Дорога заняла около часа. Я медленно шла и наслаждалась свежим воздухом. Соня бежала рядом и весело махала хвостом. Она очень любила такие прогулки.

Я шла и думала о том, что наши судьбы с Олей очень похожи, ведь и я, и она, в столь юном возрасте оказались в доме малютки. И я не знаю, как сложилась бы моя жизнь, если бы не мои папа с мамой.

Скорее всего, всё было бы не так красочно и радостно. У меня не было бы поддержки любящих людей. И вообще, я была бы совершенно одна в таком большом и страшном мире. Где всем было бы не до меня. А я не знала бы, что мне делать, и как жить.

Я так была занята своими мыслями, что никого вокруг себя не замечала. Неподалёку от маминого дома меня окликнул мужской голос…

ГЛАВА 8

Обернувшись, я увидела высокого, широкоплечего, с хорошей фигурой молодого человека. Он был одет по последней моде, а его часы вызвали бы зависть даже у моего мужа. От него веяло достатком и уверенностью. Мужчина – хозяин жизни. Он широко улыбался и махал мне рукой.

Внимательно присмотревшись, я чуть не потеряла сознание. В молодом человеке я узнала Артёма – свою первую школьную любовь.

Красавец Артём, за которым бегали все девчонки нашего класса, стоял рядом со мной.

– Танюша, ты ли это? – улыбаясь, говорил он. Его голубые глаза светились радостью.

– Да. Я, – из-за шока я ничего не могла сказать. Лишь стояла и вглядывалась в его лицо. Если бы он знал, что за внешним спокойствием у меня в душе бушует буря.

– Здравствуй, Танюша. Ты где пропадала? – сказал Артём, и, посмотрев мне в глаза, потянулся и поправил выбившийся у меня из прически локон.

Когда-то он всегда так делал.

«Не забыл. Он помнит», – подумала я и отступила на шаг.

– Здравствуй, Артём, – заметно волнуясь, ответила я.

– Пойдём в кафе, кофе попьем, поговорим, – предложил Артём и показал рукой в сторону ближайшего заведения.

– Спасибо, но я очень спешу, – ответила я, стараясь удержать дрожь по всему телу.

– Я очень рад тебя видеть, – глубоким баритоном ответил Артём. Было заметно, что он волнуется.

– И я… рада, – почти шепотом ответила я. И мое сердце так сильно забилось, что я испугалась, как бы его не услышал Артём.

– Ты такая же красивая, как когда-то, – сказал мне Артём.

А я вспыхнула, щеки горели, но мне было очень приятно, ведь я давно не слышала комплиментов.

– Очень рада знать, что ты так думаешь, – я отвела глаза в сторону, а на душе было радостно.

Извинившись за то, что спешу, я торопливо попрощалась, и ушла. Артём пристально смотрел мне вслед. И мне показалось, что он стал очень грустным…

Я медленно шла по тихому пустому переулку. Эмоции переполняли меня. Буря чувств хотела вырваться наружу, но я держалась. И лишь по щекам бежало два ручейка горючих слез.

Немного дальше виднелся не большой дворик. Там было шумно и оживленно. Детишки бегали, играли и смеялись. Я вошла во двор, подошла к дому и зашла в подъезд. Подойдя к двери маминой квартиры, я нажала на звонок. За дверью послышался звук быстро приближающихся шагов. Открыла мама.

– Привет, мамулечка. Я так сильно соскучилась! – я порывисто обняла маму, и поцеловала в щёку.

– Здравствуй, родная. Почему не предупредила, что к нам собираешься? Я бы подготовилась, – сказала мама, и пошла на кухню ставить чайник.

– Хотела сделать сюрприз, – ответила я и пошла следом за мамой.

Её квартира – мой маленький мир, моя вселенная. Здесь я провела всё своё детство и юность. На стенке висит фото, где я стою с бабушкой, которая, к сожалению, умерла много лет назад. На подоконниках разместились мамины любимые цветы – фиалки.

Отчим был дома. Лежал на диване и смотрел телевизор.

Уже через несколько минут мы пили чай с шарлоткой. Я расспрашивала маму о ее здоровье и рассказывала ей о своем. Тут к нам решил присоединиться отчим. Он некоторое время слушал наш разговор.

– А почему ты одна? Где Николай? У вас что-то случилось? – будто чувствуя неладное, спросил он.

– Нет, у нас всё хорошо, – ответила я и ладони мои вспотели.

– И правильно. Николай хороший мужик. Ты без него – ноль без палочки. Так, что держись за него, – отчим учил меня как правильно жить.

Вечер был испорчен. Даже не наговорившись с мамой, мы с Соней отправились в ненавистный мне дом, который раньше я так любила.

Войдя в дом я заметила, что мужа дома нет. Он не явился до самого утра. Так что эту ночь мы с Соней провели вдвоем. И я этому была даже рада.

Всю ночь я не спала, а думала о своей жизни. Казалось, что весь мир вокруг меня плывет и шатается, хочет опрокинуть меня, либо размазать о стену. Я думала о том, что, к большому сожалению, бывает так, что те, кого мы любим, причиняют нам много боли и страданий.

У меня впереди вся жизнь, а мое сердце уже изранено муками и переживаниями. Я поняла, что в моем муже нет ни любви, ни преданности, а жизнь без любви теряет всякий смысл. Это не жизнь, а убогое существование.

У меня открылись глаза. Я поняла, что мой муж навязывал мне свое мнение. Он считал меня глупой дурочкой, которая пропадет без него. Вот почему он вел себя так нагло и думал, что я всё буду терпеть.

– Всему свое время, – сказала я и сама себе улыбнулась.

Незаметно наступил сентябрь. Уже чувствуется приход осени. Жаркие дни остались в прошлом.

Я шла по аллее и думала об Оле. Только рядом с ней я чувствовала себя нужной. С ней я могла морально отдохнуть, забывая о домашних неприятностях.

Мы нужны друг другу. Оля дарит мне минуты счастья и радости. Рядом с ней моё сердце поёт и радуется. Я не представляю жизни без неё. Моей девочки…

Она получает от меня заботу и любовь. То, чего в доме малютки детям сильно не хватает. Мы с Олей – отличная команда! Где я занимаю место мамы, а Оля дочери.

Но сегодняшний день оказался огромным испытанием для меня. Моему горю не было предела…