Текст книги "Баланс черного (СИ)"
Автор книги: Анна Владимирова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
– Райан! Точку! Куда угодно! – вскричала Раффи, и он повиновался на автомате.
Одна. Вторая. Тут же слетела та, что удержала от первого падения, и его крепко приложило о стенку.
– Что происходит? – вскричала она.
Хотел бы он знать! Руки заскользили по гладкому стеклу стены, сердце набрало обороты, щедро плеснув адреналина. Раффи оказалась рядом и помогла развернуться к стене спиной:
– Кто-то сбрасывает твои точки… – выдохнула она изумленно, осматриваясь в стремительно сгущающихся сумерках.
Они едва успели зацепиться взглядами друг за друга, когда слетела предпоследняя точка, и глупая девчонка обхватила его руками, как будто это могло удержать. Он быстро поставил еще две точки, чувствуя обреченность: бесполезно! Выступы, за которые можно было физически схватиться, были далеко. В клипсе царил хаос, поднятый его людьми, пытавшимися разобраться в ситуации.
– Райан… – отчаянно выдохнула Рафаэль, и он вдруг осознал, что она тоже поняла бесполезность его попыток отсрочить неминуемое: его сбросят. Но терять времени не стала. Райан растернно моргнул, когда она в мгновение ока обхватила его ногами и перецепила на него свой хамелеон в дополнительную ячейку на поясе. Ее короткий отчаянный взгляд выбил из его легких весь воздух, когда до него дошло. Но стало поздно. Рафаэль со всей силы оттолкнулась ногами от стены за его спиной, и только тогда он вскинул руки… но поймал лишь пустоту…
Глава 10
Как же он ненавидел больницы! Обычно. Сейчас же запахи антисептиков и препаратов казались сравнимы разве что с запахами рождества в детстве. Она была жива…
Райан в который раз сжал ее чуть теплые пальцы и прикрыл глаза, чтобы снова пересмотреть подборку жутких кадров: Раффи летит в бассейн с чудовищной высоты, он практически падает за ней следом на «хамелеоне»… Даром, что ни черта не слушал – «хамелеон» Рафаэль подчинился ему безоговорочно, и уже через пять минут Райан был внизу. Он влетел в воду и в три больших гребка оказался рядом с ее неподвижным телом…
Раффи не дышала чудовищно долго… Райану казалось, из него вытянули остатки жизни те минуты, которые он беспомощно наблюдал за реанимацией. И теперь чувствовал, как оживает вместе с ней…
– Райан, – в дверь заглянул Ричард.
– Проходи… – севший глухой голос показался чужим.
– В прессу не ушло. Никто не в курсе.
Райан рассеянно кивнул.
– По поводу нее… – Ричард бросил быстрый взгляд на Рафаэль. – Никому не сообщать?
По-хорошему, надо было позвонить Эрику. Но Райан не собирался быть хорошим с этим киборгом.
– Нет.
– Хорошо, – с неприкрытым одобрением отозвался Ричард. – Мистер Ямакато обещал дать комментарий с минуты на минуту. Пока никто не понимает, как стало возможным произошедшее…
– Зато она поняла сразу…
Повисла пауза. Это могло означать все, что угодно.
– Не доверяешь ей?
– Она чуть не умерла, спасая меня… – огрызнулся Райан.
– Я знаю… – бесстрастно заметил помощник.
В тишине кабинета показалось, что в уши вгрызался шум его собственного пульса, неумолимо напоминая о том, чего он себе никогда не сможет позволить…
– Нет… – выдохнул Райан.
Дверь в палату бесшумно открылась, и внутрь без церемоний прошел довольно молодой врач, цвет личного бейджа которого, тем не менее, указывал на высокий статус.
– Райан, можно тебя? Это важно… Приветствую, – он протянул руку Ричарду. – Ронан Вайленхил.
– Ричард Дэвис.
– Оставите нас, Ричард?
Помощник вопросительно глянул на Райана, тот одобрительно кивнул. Когда они остались одни, Ронан протянул Райану планшет:
– Я провел все возможные исследования, как ты и просил…
Райан выпустил пальцы Раффи и взглянул на нескончаемые шизофренические графики, от цветов показателей которых после бессонной ночи зарябило в глазах.
– Что с ней? – раздраженно потребовал он.
– Общее состояние стабильное, перелом лодыжки, множественные ушибы и сотрясение… но не это я тебе хотел показать. Смотри… – Ронан перелистал пару закладок. – В крови синтезируются необычные антитела, Райан, – горячо заговорил он, косясь на спящую девушку. – Их сейчас так мало, что я их еле засек!
– И?
– Такие же антитела вырабатываются у тебя на импланты, только в более высокой концентрации. Может, потому что имплантов у тебя больше, или потому, что ты мужчина – черт знает. А может, она тоже получает плановые инъекции, и как раз недавно прошла курс, и поэтому антител почти не осталось.
Райан болезненно поморщился, пытаясь осознать услышанное. Все казалось просто сном.
– Ты хочешь сказать, она – киборг? – выдавил он изумленно.
– Вряд ли, – пожал плечами Ронан. – Скорее, такая же, как и ты…
Райан медленно поднялся на ноги, глядя перед собой.
– Когда она могла пройти плановую инъекцию для такого уровня показателей? – как во сне проговорил он, моргая. Он готов был услышать о ней все, что угодно! Но только не это…
– Два дня – не больше.
– Это невозможно, мои люди за ней следят… – покачал Райан головой, но уверенности в своих словах не было. – Ричард! – позвал помощника по смарту.
Это бы объяснило многое. И не важно было сейчас, как она умудрилась выскользнуть из-под носа его охраны, он все равно с этим разберется. Главное, что его сейчас радовало – от повреждений через два дня не останется и следа… Она выкарабкается.
* * *
Уж не знаю почему, но я решила, что вся моя жизнь мне приснилась, а на самом деле я все так же лежу, подключенная к медицинским приборам, благодаря которым и живу. Едва открыв глаза, я навела резкость на первом из них… и одним сильным движением сбила его с полки. Боль резанула по венам руки, но это только больше разозлило. Я выгнулась дугой, разом почувствовав каждую мышцу и небывалую силу. Где-то на задворках сознания другая я испугалась и съежилась, но силы вдруг прилило столько, что захотелось непременно пустить ее против такого неприемлемого стечения обстоятельств.
Только кто-то вдруг выдохнул мое имя совсем рядом, и в горле разом пересохло. Я застонала и забилась, но этот кто-то уселся сверху и придавил собой, перехватив запястья.
– Рафаэль… – толкнулось жаркое на ухо. – Раффи! – и громкое в сторону: – Все вышли!
Я хватала ртом воздух, словно рыба без воды, но больше не боролась. Меня словно парализовало от знакомого горьковато-терпкого запаха, сильные руки притянули в объятья, сплетаясь на спине в надежный замок. Голова безвольно мотнулась и уперлась в шею мужчины, а волосы упали на глаза, застилая и без того мутный взгляд. В воцарившейся тишине я слышала его глубокое тяжелое дыхание и чувствовала странное напряжение, от которого даже рот наполнился слюной. Я подняла слабые руки и положила ему на плечи, бесцеремонно пробравшись пальцами под рукава футболки, с удовольствием отмечая, как он задержал дыхание.
Не то, чтобы мне было все равно, кто он… просто я была уверена, что знала его. А еще мне казалось, что нам точно можно все… Этот мужчина был моим. И я смело скользнула носом по его вкусно пахнущей шее, проследовала тем же путем языком, чем совершенно сбила его дыхание. Сильные пальцы взметнулись вверх и вплелись в волосы, оттягивая мою голову чуть назад, и меня втянуло в жесткий поцелуй. Его язык толкнулся между сухих губ, умело справился с моим собственным и властно прижал его к моему небу. Терять инициативу мне было почему-то непривычно, но любопытно. Голова закружилась, и я сделала вид, что сдалась, расслабив губы, но тут же обвила напряженные мужские бедра ногами. Стоило раз прогнуться, сильнее прижимаясь к нему, и он зарычал, сдавая позиции. Его язык обескураженно замер, а между нашими бедрами уже возникла явная угроза целостности ткани его и моих штанов. Он зарычал еще более угрожающе и толкнул меня на спину. Пряди волос скатились с глаз, и я, наконец, сфокусировалась на лице… Райана.
Губы растянулись в вызывающей улыбке, но в памяти вдруг вспыхнули сотни разрозненных кадров недавних событий: он, я, стенка здания и голубая вода далеко внизу… По телу прокатилась волна мурашек. Я тяжело сглотнула и прижалась к нему сильнее. Он не сводил с меня блестящего взгляда и явно старался дышать реже, чем требовалось.
– Ты – моя, Рафаэль… – выдохнул вдруг в губы.
– А ты?
Райан замер, напряженно всматриваясь в мое лицо, и я подумала, что он капитулирует. Губы уже дрогнули в злой усмешке, когда он меня опередил:
– И я…
– Мой? – ошалев от неожиданности, раскрыла изумленно глаза.
– Твой, – опасно улыбаясь, кивнул он, прожигая меня искрящимся довольным взглядом.
Меня все же оглушило его ответом. Было чувство, как будто он подсунул мне чужие показания, а я в них расписалась кровью. Воспользовался моим отсутствием тормозов по полной! Я выпучила глаза и откинулась на подушку, а он слез с кровати и нажал панель вызова:
– Ронан, можно…
Метнувшись взглядом к Райану, я удивленно отметила, что он здесь, со мной, в обычной домашней одежде, хотя это явно была клиника. Но тут в дверь стремительно вошел мужчина в халате и направился прямиком ко мне:
– Ложитесь, Рафаэль, расслабьтесь… голова кружится?
Он бросил неодобрительный взгляд на перевернутый монитор системы контроля жизненных показателей и повернулся ко мне.
– Простите, – прошептала я, – не сразу поняла, где я…
– Ничего, сейчас поменяем капельницы.
Пока доктор осматривал меня, Райан ликвидировал последствия моего погрома. Потом мне поменяли капельницы и принесли еду.
– Сколько я тут? – спросила Райана, вошедшего со вторым подносом.
– Сутки почти.
Я заметила, что на журнальном столике у стены стоял портативный компьютер.
– Ты здесь… что, все это время? – приподнялась я на руках, глядя, как он направляется ко мне.
– Да, – поставил он поднос на кровать и сел рядом.
– Зачем? – поймала его взгляд.
– Хотел быть здесь, – с обезоруживающей честностью ответил он. – Ешь.
– А Эрик в курсе? – встрепенулась я.
Райан скривился так, словно ему пересолили эспрессо.
– Нет.
– «Нет, ты его не пустил», или «нет, он вообще ни о чем не знает»?
– Никто ни о чем не знает, – кажется, я поняла, почему Райан начал с кофе: отчаялся поесть в условиях жесткого допроса. Я вздохнула с облегчением и опустила взгляд на поднос.
– Рафаэль, спасибо… – услышала напряженное, но глаза поднимать не спешила.
– Я легче, ты бы не выжил… – закусила смущенно губы и последовала его примеру, взяв чашку с кофе.
– Меня никогда еще никто так не пугал…
Пришлось все же поднять на него глаза, и меня захлестнуло отчаянием, что плескалось в его взгляде:
– «Хамелеон» все же уникальная штука, – усмехнулся Райан, – думал, шею себе сверну, но он меня не уронил…
– Ты что же, сам на нем спустился? – открыла я рот, едва не пролив кофе.
– Скорее, упал, – улыбнулся Райан шире.
– Кошмар, – обреченно покачала головой и закатила глаза, – и к чему бы тогда моя жертва была? Ненормальный…
– Я быстро учусь… – многозначительно усмехнулся он.
Мы замолчали, допивая кофе. Я задумчиво повела лодыжкой в фиксаторе:
– Удачно я отделалась… – протянула задумчиво. – Перелом?
– Просто ушиб, – покачал он головой, пристально глядя на меня. – Да, удачно. Завтра тебя уже отпустят…
– Ух ты! – воскликнула радостно и улыбнулась. – Может, сегодня? Чувствую себя отлично…
Но под его стремительно темнеющим взглядом осеклась.
– Я бы тебе советовал хорошо поесть и выспаться, Раффи… – он растянул губы в хищной улыбке.
Смотрел при этом так, словно уже загнал меня в угол, и теперь ему осталось только решить, что именно со мной сделать. Его взгляд мог быть разным. Он одновременно подтверждал им свои слова, и в то же время ждал моего решения, отмечая каждую эмоцию. Сглотнув, я опустила глаза на поднос. Пожалуй, пришло время следовать умным советам. Хотя бы до завтрашнего вечера…
* * *
Задуманное удалось легко – я уснула. Не без помощи капельниц, как я подозреваю, потому что точно помню, как удобно устроилась с намерением нахально рассматривать главу безопасности империи у себя в палате за работой. Я только успела подумать, что Райану, чтобы выглядеть впечатляюще, костюм не был нужен. Даже в штанах и футболке он мог повелевать сотнями людей своей службы одним движением пальцев и парой слов. А утром я его в палате уже не обнаружила.
Приборы вокруг меня безмолвствовали, игла в вене отсутствовала. Я пошевелила ушибленной ногой и слезла с кровати.
Стоило выйти из ванной, услышала надрывное жужжание своего гаджета.
– Доброе утро, – голос с легкой интимной хрипотцой из моего смарта раздавался впервые. – Как себя чувствуешь?
– Хорошо, – улыбнулась я. Райан напоминал мне многослойный алкогольный коктейль. Но каким бы ни был очередной глоток, он неизменно обжигал… Верхний слой льда едва не заморозил, зато теперь я наслаждалась раскаленной изысканной сердцевиной, грозящей спалить меня к чертям.
– Что делаешь?
Раздумываю над тем, как быстро и, главное, как далеко ты планируешь зайти.
– Только проснулась…
– Поужинаешь со мной сегодня?
– А мне точно можно? – протянула с улыбкой. На мне все заживало, как на пангаре, но чувствовать себя хрупкой женщиной было приятно.
Он усмехнулся:
– Поужинать – точно…
– Хорошо, – улыбнулась я. Скорость меня устраивала.
– Веди себя хорошо, – подытожил Райан. – До вечера.
– До вечера.
Раздумывать, раскачиваясь на кровати, стоит ли так широко улыбаться, мне тоже приходилось впервые. Мне целых двадцать шесть лет! А веду себя, как десятилетний киборг!
Времени было валом, и я решила использовать его с умом: мне предстояло назначить встречи всем участникам фотопроекта «Люди года». С планшета зайти в систему своего рабочего кабинета в «Кранберриз» не составило труда, и вот уже на меня смотрели все эти люди… Насколько же они были разными! Молодыми и старыми, мужчинами и женщинами… А заслуги так вообще разнились невообразимо: от разработки навигационной системы для боевых ракет до выдающейся оперной постановки…
Листая со скучающим видом номинантов, я все больше утверждалась в мысли отдать организацию встреч на долю своего агента. В имидж стервозного эпатажного фотографа прекрасно впишется тот факт, что я не назначала никому встреч лично. Это поможет дистанцироваться и не давать поводов заводить со мной более близкие знакомства. Но чем больше я листала файлы с фото и описанием заслуг, тем больше крепла в моей голове идея совершенно нового концепта проекта.
Из года в год идейные личности предстают в проекте пусть и в разном свете (А когда-то и без света вовсе! Майкл Лирейн сделал съемку людей в темноте, обозначив лишь их силуэты. Смело. Но на мой взгляд бездушно.), но всегда свысока, неизменно пафосно и стильно. Свадьба же Чиана и Миа подала мне идею впервые «спустить» этих "звезд" на землю. Я представлю новый концепт несколькими пробными работами. Знакомый Райана станет первым.
Выбрав нескольких кандидатов на роль первопроходцев, я вдруг задержалась взглядом на очередном файле: полковник Фри Эйл Адамс. Номинант за выслугу лет, выдающийся военный, герой освободительных действий на Шевве, Ниполисе, Крипте, Ридли…
Ридли…
Я подтянула к себе планшет и всмотрелась в фото полковника. А что, если Роберт плохо искал? А вдруг есть те, кто видел, знают и помогут получить хоть какую-то информацию о моих близких?
Глубоко вздохнув, я открыла весь файл. Ничего интересного, сплошные военные заслуги. А о самом человеке словно забыли. С таким успехом я могла бы фотографировать просто форму на вешалке!
В груди стало горячо при мысли о том, что моя семья может быть жива… Невообразимо, но если… Как ни одергивала себя, мыслеобразы неслись вскачь: я представляла родителей, брата, сестру, ведь они могли у меня быть!.. Наш дом.
– Твою мать!
Как можно было заставить себя смириться?
Никак.
Весь день, пока мой агент расписывал на ближайшие дни встречи с номинантами, я собирала базу данных «фондов памяти». В них хранились записи о населении Ридли, беженцах и их дальнейших судьбах. Странное удушающее чувство безнадежности всех усилий било по рукам словно током, но я не могла не попытаться. А вдруг? И с полковником я встречусь первым делом.
Уже начало темнеть, когда ко мне зашел Ронан с осмотром-выпиской.
– Хорошо выглядите, – похвалил он с порога.
Но не успел приступить к осмотру, как зазвонил мой смарт.
– Раффи, ты где? – сурово гаркнул Кроу вместо приветствия. – Ты мне срочно нужна…
Я бросила тревожный взгляд на доктора:
– Что случилось?
– Мы ведем переговоры с каким-то чокнутым, он заблокировал двери в одной из башен развлекательного центра «Радужные ворота», – быстро чеканил Говард. – Тварь, не подобраться с воздуха! Нужна ты!
Я судорожно вздохнула, уже мысленно прикидывая примерные высоты: «Радужные ворота» – самый удаленный от поверхности развлекательный центр Арциуса, тем и знаменитый.
– Там дети, Раффи, – выдохнул вдруг Кроу и тем самым решил вопрос моего участия.
– Скоро буду, – завороженно ответила я и обернулась к Ронану.
Надо ли говорить, что без ведома Райана мне не было дозволено покидать больницу? Закатив незаметно глаза и прострелив взглядом доктора насквозь, я еле дождалась, когда он свалит.
– Позвоните ему. Если он разрешит – я вас отпущу, – пожимал широкими плечами Ронан уже у двери. – Ну вы же сами знаете, Раффи, какой он у вас!
Мои круглые от изумления глаза очевидно были не тем, что доктор ожидал увидеть. Деликатно кашлянув, он удалился, а я порывисто вдохнула и застыла.
Это вы, доктор, не знаете, какая я у вас…
Запрещать человеку, умеющему пролезть куда угодно, выходить из больницы, когда у стены лежит его рюкзак с полной экипировкой, глупо. Достать планировку здания больницы через свой стандартный вход в систему службы расследований заняло у меня шесть минут. Когда смарт принял файл с планшета, я уже была одета…
* * *
Они знали, что первый этап голосования обернется пробой противостояния. Оппозиция выворачивалась наизнанку, но для службы безопасности все оставалось прозрачным. Они знали каждый этап «шоу-программы» Джонсона, призванной сорвать встречу. Ровно по графику «на разогреве» у основной программы сработала заварушка мотоциклистов в западном центре. Их разгребли за двенадцать с половиной минут. Основной массовый беспорядок грянул в деловом квартале города под стенами дома голосования. Здесь уже работали более ювелирно, но все также решительно. Люди стенали про безработицу, про упадок военной мощи Арциуса, про «отсутствие характера» настоящей власти. Все точно по сценарию, по которому, как в опере, можно было водить пальцем.
– Что, пока перерыв? – усмехнулся президент Дэвис, кивая Райану в сторону балкона.
Холл внизу гудел от голосов собравшихся. Количество горячих споров росло пропорционально их бессмысленности. Оппозиция кучковалась особняком. Мужчины с удовольствием сбежали на свежий вечерний воздух. Райан традиционно извлек сигарету, напряженно щурясь вдаль.
– Что дальше у Джонсона по плану? – серьезно спросил Дэвис.
– Ничего, – пожал плечами Райан, продолжая сминать сигарету. – Но мы все равно в полной боевой готовности.
– Хорошо, – кивнул Дэвис. – По голосам все стабильно, балансируем на краю. Но все люди, чьи голоса котируются один к трем, на нашей стороне.
Он помнил. Таких людей было очень немного. И он входил в их число.
– Тогда вообще не вижу больше проблемы, – попытался озвучить очевидное Райан, но ни одно слово нигде не откликнулось: какая-то проблема была. Вибрировала в воздухе, диссонируя с царящим в округе спокойствием.
– Как твой фотограф? – ехидно улыбнулся Дэвис, явно стараясь расслабить Райана. – Идет на поправку?
Райан никому не сказал об имплантах Рафаэль. Ему сначала самому нужно было разобраться в этой тайне, но факт наличия у девушки имплантов вел прямой дорожкой в сторону только одного человека – Роберта Грина, и здесь спешить не хотелось.
– Хорошо, – все же позволил он себе легкую улыбку. – Поправляется…
– Это радует. Смотри, такую женщину никому нельзя отдавать…
Райан усмехнулся, но тут же помрачнел.
– Не отдам… – с отрешенностью стороннего наблюдателя достал он вибрирующий смарт, уже зная, что что-то случилось. И это что-то сейчас, наконец, прольет на их с президентом головы ушат знатного дерьма… – Да.
– Мистер Вайс, у нас чрезвычайное второго класса.
– Докладывайте.
– Террорист и заложники. Дети… – в этом месте Райан болезненно поморщился. – Развлекательный центр «Радужные ворота». В башне. Все отделы уже там. Готовят операцию с высотниками, иначе не подобраться.
Ему нельзя было бросать голосование. Иначе его голос не засчитают. Райан медленно выдохнул и прикрыл глаза. Он сможет руководить всем отсюда.
– Райан? – обеспокоенно выдохнул президент. Он уже получал отчеты о происходящем на планшет.
– Дети… – прорычал тот, с силой стиснув смарт. – Мы можем перенести голосование?
Дэвис покачал головой. Райан грубо выругался и принялся за работу прямо на балконе, опустившись на корточки. Через несколько секунд его окружали голограммы схем улиц и здания, перед глазами послушно строилась схема дислокации подразделения и имена людей. Их было несколько десятков, и он сначала не поверил глазам, когда вдруг взгляд выцепил среди имен то самое. Президент удивленно вздернул брови, услышав столь отборную ругань.
– Кроу! – заорал Райан, едва его звонок приняли. – Откуда у тебя в исполнителях сейчас Неро?! Она в больнице!
– Я ничего не знал про больницу. Неро уже в здании, мистер Вайс…
– Я требовал согласования со мной! – угрожающе процедил Райан. – Какого черта ты не имеешь привычки исполнять мои приказы?!
– Но вы же сейчас на голосовании, – хмуро возразил Кроу, – а у нас ситуация за гранью…
– Отстранен!!!
Перед глазами мельтешило и темнело, когда он набирал Рафаэль. К счастью, она ответила быстро.
– Райан…
– Назад, – рявкнул он.
– Только я могу их спасти! – крикнула девчонка.
– Я сказал «назад», Рафаэль! Это приказ!
В трубке стихло, и он чудом не разбил свой смарт в ответ.
– Райан, езжай, – услышал вдруг над ухом. – Ты ничего не решишь отсюда. Дети важнее… – Дэвис сейчас был мрачен и собран. Коротко сжал плечо Райана и добавил: – Это приказ.
* * *
Игуро не раз говаривал мне, что нужно держать голову холодной, иначе на высоте делать нечего. Не думать о том, что случится, когда я спущусь, было непросто. Я каждый раз вздрагивала, когда оживала моя клипса с указаниями и докладами по обстановке.
Меня и моего ассистента высадили на одной из башен центра «Радужные ворота», но прогуляться до нужной нам не удалось. Подходы просматривались без труда, поэтому пришлось подбираться к башне сбоку. К тому моменту, как мы выбрались на прямой подъем, я уже порядком выдохлась.
Моя задача до конца мной так понята и не была, и сводилась большей частью к «занять точку доступа». Мой маленький бластер Кроу выдернул у меня из рук, когда я собиралась, и сунул внушительный и тяжелый. Оставалось надеяться, что Райан не завернет меня с полпути. Это было бы глупо. А из нас двоих глупой была я.
Переговоры не двигались. Об этом мне сообщали каждые десять минут. Псих закрылся в игровой комнате с самыми маленькими детьми, всего их было десять. Он требовал каких-то свобод, за что уже даже не раз сидел, но мне было все равно. Пусть политика остается на совести политиков, а детей надо было спасти.
– Раффи, – ожила снова клипса привычным голосом моей техподдержки, – сколько тебе еще?
– Минут двадцать до окна… – сощурилась я на закат.
– Хорошо, ждем тогда тебя. Ребята с флайсами наготове.
– Слушай, неужели им… не подлететь? – пропыхтела я, подтягиваясь.
– Детьми не хотим рисковать. Флайс можно заметить, тебя – нет.
И не поспорить. Башенка была почти полностью с панорамными окнами, и только одна из двух колонн позволила мне протиснуться на ее крышу незамеченной. Последний выступ мне дался особенно тяжело. Если Райан не станет меня спускать, тут и останусь… А если станет – сил на трепку от него уже точно не останется.
Осторожно выглянув в окно, я задержала дыхание, стараясь не давать волю эмоциям. Мужчину с бластером я увидела сразу. Он очень эмоционально разговаривал с кем-то по смарту. При этом ублюдок таскал с собой за руку скулящего ребенка, который, скорее всего, уже боялась плакать. Остальные дети, очевидно, были заперты в спальне.
Я достала бластер и сжала его в руках. Никто особо не задумался, что я ни разу не была на боевом задании и… не убивала людей! Но тут же отвлеклась от мыслей о своих слабостях: стекло было слишком толстым для оконного. Его делали просто для доступа света.
– Какой идиот вывел меня к стеклу толщиной с голову?! – зашипела я.
На том конце повисло неловкое молчание.
– Ты разве не можешь его прострелить? – насторожилась моя техподдержка.
– Первым выстрелом! – взвыла я, не таясь. Через такое стекло даже раскатов грома не будет слышно. – Думаешь, мудак будет ждать, когда я прицелюсь второй раз?!
– Черт!
Прищурившись, я без труда наблюдала за происходящим внутри. Мужик паниковал, ребенок кричал в его руках, а меня начинало мелко трясти. Хорошо, не слышала звуков, а лишь догадывалась о них по картинке, иначе меня бы сорвало. Я не могла отвести взгляда… Кажется, мне что-то говорили в клипсу, но я не слышала. Ублюдок ударил малыша по лицу, и тот отлетел к стенке.
Я не задумываясь активировала индикатор точки «хамелеона», легко найдя решение своей задачи.
Время замедлилось… Я вся обратилась в своего «хамелеона», жадно улавливая каждую судорогу захватчика. Он еще пару раз шлепнул ребенка, но я уже знала, что это – последнее, что он сделает в своей жизни. И вот когда он уставился на сидящего у своих ног малыша, переводя дыхание, я вскинула бластер… и со всего маха стукнула ручкой по центру круглого отверстия. Да, этого недостаточно было, чтобы разбить. Но мне этого и не было нужно.
Мужчина вскинул лицо на звук, и «хамелеон» поставил «точку»… на его жизни, пройдя лучом через глаз прямо в мозг.
