Текст книги "Всплеск силы (СИ)"

Автор книги: Анна Минаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

Колдун провёл ладонью мне по спине, вызывая мурашки:

– Мы завтра отправляемся в столицу. Нужно проинформировать обо всём короля и Ложу. Мёртвая Богиня сможет вернуться вновь. А этого нельзя допустить.

– Беон говорил о каком-то артефакте, – вспомнила я. – Он собирался напитать его кровью жертв и тогда смог бы получить «прикосновение хаоса».

– Я знаю, о чём ты говоришь, – подтвердил мужчина. – Почувствовал. Но сейчас сил на его уничтожение у меня нет. Для этого и отправимся в столицу. Нам нужно много людей для того, чтобы провести зачистку.

– Стало быть, практика завершится многим раньше? – усмехнулась я, стараясь отогнать от себя пугающие мысли и образы. Уверена, они ещё придут ко мне в ночных кошмарах.

– Да. Только на праздник задержимся.

– Праздник? – я вскинула голову, заглядывая колдуну в глаза.

– Мы спасли их. Вытащили мальчишку из лап чудовища. Сегодня в нашу честь будет праздник в Восточном Хастоу. Так что приводи себя в порядок, сегодня ты почётный гость.

Я лишь качнула головой:

– Совершенно нет настроения. Празднуйте без меня.

– Если согласишься, я расскажу тебе все, что узнал, – хитро улыбнулся мужчина.

Я лишь тихо фыркнула. Саган знал, что я не откажусь от подобной сделки.

– И что ты узнал?

– А ты обещаешь пойти со мной на праздник?

Его голос обволакивал, завораживал и противостоять этому чувству было безумно сложно.

– Пойду, – согласилась я, понимая, что условия «веселиться» в нашем уговоре не было. А значит, я вполне смогу сбежать, только придя на него.

– Я узнал, почему ты выжила, – проговорил Арусаган, прижимая меня к себе. – Когда-то давно была такая чародейка по имени Инлис. Она участвовала в рейдах зачистки от приспешников Мёртвой Богини, состояла на службе у короля, имела своё поместье в столице. Но потом она просто пропала. Её иногда видели в разных городах королевства, но нигде она подолгу не задерживалась. Как ты уже знаешь, она остановилась в Восточном Хастоу, вышла замуж за местного старосту и родила дочь.

Я молчала, вслушиваясь в этот рассказ. Что-то было в нём такое, что мне уже не нравилось, хотя ничего нового я, по сути, ещё не узнала.

– Это официальная версия, – объяснил мне преподаватель. – Сегодня я узнал всю правду о чародейке Инлис. На одном из рейдов ей явилась Аймери. Моя сестра предложила ей могущество взамен на силу бога. Я не знаю, зачем Инлис нужна была такая мощь, но она согласилась. В тот момент могущественная чародейка перестала существовать, её сознание оказалось в плену, а телом управляла та другая, изгнанная. Аймери, заполучив человеческое тело, постаралась в столице начать вербовку магов, желающих завладеть хаосом. Моя сестра собирала себе армию для отмщения. О том прознал тогдашний король и объявил колдунью в розыск. Её должны были найти и убить за измену. Но она сбежала.

Я слушала это с замирающим сердцем. Два предателя в семье. Бабка и отец.

– Она нашла себе новый дом тут. Но так как тело Инлис было в розыске, она родила себе дочь. Ей повезло, Маливика унаследовала искру.

Я понимала, к чему клонит Саган, но хотела это услышать от него.

– Она хотела вырастить из дочери сильную чародейку. А потом заполучить её тело. Именно поэтому твоя мать не была зарегистрирована в Палате Магии, никто не знал, что у неё есть магический дар. Аймери пропала, она создавала артефакт, который помог бы ей уничтожить искру внутри человека и заполнить её место хаосом. А потом начала похищать людей. Их кровь напитывала этот артефакт. Это была своего рода проверка.

– Но она не успела завладеть телом матушки, – ахнула я, понимая, что её спас всего лишь удачный случай.

– Да. Не успела, – согласился мужчина. – Прибыла из столицы чародейка, которая отыскала её и постаралась уничтожить. Но вместо этого попала под её влияние.

Я закусила губу, вспоминая беловолосую женщину, которую мы встретили там. Неужели это была она?

– Но держать её при себе Аймери не стала. Она отправила колдунью обратно, чтобы та смогла завербовать новых людей. Там в Ложе эта женщина познакомилась с Беоном Селинером, который жаждал власти и силы, больше чем чего-либо. И по счастливой случайности в Восточный Хастоу опять вызывают колдуна. Им оказался твой отец, – Саган вздохнул. – Там он встретился с Аймери, которая дала ему новое задание. Тело Маливики больше не подходило, омолаживать его в планы моей сестрицы не входило. И тогда она предложила Беону сделку: он создаёт для неё новое тело, а за это получает силу и власть.

Несколько пунктов не совпадало.

– Почему тогда он увёз и Нириит, и Маливику? Зачем позволил первой родить ему сына? И исчез, не забрав меня…

Мужчина вздохнул:

– Сомневаюсь я, что беременность Нириит входила в его планы. Но насколько мне известно, то если бы не этот фактор, Маливика никуда бы не поехала с ним. А вдали от дома он спокойно мог провести ритуал над беременной женщиной и сделать так, чтобы будущий ребёнок точно стал магом.

– Допустим, – протянула я, отворачиваясь к реке. – Но он пропал и не воротился за мной. Если Аймери так нужно было тело…

– Не поверишь, – усмехнулся чародей. – Ты разрушила их планы в свои семь лет, когда продала искру. Беон перестал чувствовать тебя, так как сделал привязку на искре воды. Он и предположить не мог, что ты решишься продать ее. Потому у Аймери опять не вышло заполучить новое тело, она верила своему приспешнику и думала, что ты умерла. Ведь никто не выживал. Этим поступком, Шерил, ты спасла не только свою семью от нищеты, а и себя от ужасной участи, – он провёл пальцами по моим волосам.

– Но они ведь могли приехать, проверить, – неуверенно протянула я.

– Нет, Шер. Такие существа доверяют только магии, силе. Если магия сказала им, что твоё тело больше не годно для подобного ритуала, значит, так оно и есть. Так что это тоже спасло тебя.

– Но ведь прошло столько лет, неужели Аймери не могла найти себе новое тело?

– О, – хохотнул колдун. – Она искала. Но никто не мог выдержать ее силы. Я не знаю, что такого было в Инлис Нокри, но она единственная смогла принять и выдержать силу Мёртвой Богини. Потому моя сестрица бросила попытки отыскать новое тело. И начала действовать в открытую. До этого она хотела подорвать всех магов изнутри, завербовать тех, кто мог ей подойти, но после того, как Инлис Нокри стала её последним шансом, Аймери начала набирать союзников другим путём.

Я покачала головой. Все это было так сложно и так запутанно, что мне даже не хотелось вникать. Мне хватало только того, что мой отец никогда не любил матушку и не любил свою дочь. Он всего лишь хотел подарить новое тело своей богине.

– Ты сказал, что знаешь, почему я выжила при изъятии искры, – напомнила я Сагану, боясь того, что он сейчас продолжит рассказывать мне все то, что мне знать совершенно не хотелось.

– Да, моя маленькая полубогиня, я знаю, – рассмеялся он, прижимая меня к себе и прикасаясь губами к макушке.

– Что? – я дёрнулась, ударив его в подбородок, и отстранилась. – Что ты только что сказал?

Арусаган широко улыбался:

– Инлис родила Маливику уже будучи Аймери. Но из-за того, что искра осталась при твоей матери, это никак на ней не отразилось. Она осталась простым человеком. Но не ты. Пожертвовав искру, ты пробудила «прикосновение хаоса», передавшееся тебе от Мёртвой Богини, но не стала магом запрещённой стихии. Ты перенесла это как болезнь и благодаря этому выжила. Ты не простой человек, Шерил, я ошибся. И я безумно рад, что ошибся уже во второй раз.

Я вздрогнула, пытаясь понять все то, что на меня только что вылилось. Этого не может быть! Просто не может! Когда в семь лет я предлагала продать искру и помочь своей семье, я и предположить не могла, что через столько лет это обернётся для меня такими знаниями. Во мне течёт кровь простых людей и сила богини. Как это, вообще, возможно?

– Но, – заикнулась я и тут же осеклась, – ведь тогда выходит, что мы с тобой родственники, Арусаган.

– А вот и нет, – мужчина ослабил свои объятия. – А если мне не веришь, поговори об этом с Драфоком. Он расскажет тебе, чем отличается переча сил от передачи генов. Ты получила только часть её мощи, но не то, что связывает её и меня. Именно потому ты не можешь считаться полноценным богом. Но ты не простой человек, Шерил Селинер. И даже не могущественная чародейка, которой мечтала стать.

– Саган, – задумчиво протянула я, – а ведь Ложа знала обо всём, что тут творится. Или хотя бы подозревала. Они ведь не искали его.

– Возможно, и знала, – отозвался Старший Бог. – Но разве это сейчас важно?

– Сейчас? Нет. Я только не могу понять, если они знали обо всём, тогда почему написали в письме правду? Это ведь опасно отправлять студентов Академии в такое место.

– Опасно, – согласился мастер, – но у них не было другого выбора. Это была клятва Совета. Они обязаны были наградить победителя Состязания Стихий.

– И сделали это, – усмехнулась я, устраиваясь поудобнее в таких уютный мужских объятиях.

Глава 21

В тот вечер я все же пошла с Саганом на праздник, который устроили в Восточном Хастоу. Рекой лилась выпивка, горели на площади костры, звучали песни, а в воздухе витало счастье. Жрецы Храма Старшего Бога радовали людей магией, которая то осыпала танцующих светящейся пыльцой, то взрывалась в небе яркими цветами, а то и вовсе становилась полупрозрачными мотыльками, кружащимися вокруг костров.

Небо давно было бархатно-чёрным, когда меня поймала мама.

– Вы ведь завтра уезжаете.

– Сегодня, – поправила я её, бросая взгляд на тонкий серп луны. – Скорее всего, сразу после праздника. Нельзя тратить время. Почему ты отказалась?

Мой вопрос прозвучал с вызовом, а Маливика отвела взгляд:

– Я не могу отправиться с вами. Не могу бросить отца. Хоть ты мне скажи, что там было? Почему Беон так поступил?

Я вздохнула в ответ:

– Если бы я знала, мама. Если бы я только знала…

Она обняла меня, а рядом поленьями затрещал огромный костёр. Матушка не должна была почувствовать моей лжи, я наложила секундный блок на её искру. Не должна она знать всей той правды, что свалилась на меня. Она не переживёт. Не поймёт.

– Я вернусь за тобой и дедом, – пообещала, отстраняясь от мамы. – Ты ведь всегда хотела побывать в столице, – я подавила улыбкой надвигающиеся слезы, – я вам покажу Формэред. Это самый волшебный город.

– Нет, малышка, – она погладила меня по волосам, которые теперь навсегда останутся тёмно-синими, – мой отец не выдержит этого. Позволь ему дожить свой век тут, в его доме, где он и по сей день ждёт ту, что любит.

– Любовь не может быть такой жестокой, – бросила я и прикусила язык.

Мама грустно улыбнулась:

– Хорошо, что ты так думаешь. Я этому очень рада.

А голос её был таким грустным, что выдавал все её чувства: она тоже ждала. Ждала до тех пор, пока не перестала чувствовать его в живых. Может, и дед чувствовал, что Инлис жива?

Нет, я не хочу в это вникать.

Праздник продолжался. Люди, живущие столько лет в страхе, пели песни, пили эль и радовались тому, что опасность отступила. Нет, она не испарилась, но прибывшие чародеи подарили временное затишье. Как когда-то это сделала чародейка и колдун из Ложи.

Я даже танцевала. То хороводы с женщинами деревни, где всех в пляс вела моя матушка, то медленные танцы с Драфоком и Саганом под тихий плач лютни.

К утру, когда горизонт окрасился в мягкие оттенки розового, запели первые птицы, а люди засобирались по домам, будто хотели поспать несколько часов перед тем, как выйти в поле или покормить скотину.

А мы остались на площади вместе со старостой, его сестрой, которой оказалась та самая сухонькая остроносая старушка, и дочерью. Они вызвались проводить нас.

Вещи, собранные ещё до начала праздника, ждали нас в доме старосты. Саган с Драфоком вынесли сумки во двор и сгрузили возле небольшой покорёженной временем яблоньки.

Пока Саган разговаривал с главой деревни, а Бристиа что-то шёпотом втолковывала другу, мама подошла ко мне.

– Обещай, что будешь осторожна, – проговорила я до того, как она открыла рот.

– Вы ведь победили монстра, – на последнем слове её голос надломился.

Ей было очень тяжело.

Знать, что любимый человек жив, но не знать, где он. Прожить год недалеко от него, а потом узнать, что он умер от руки собственной дочери.

А мама будто услышала мои мысли. Она шагнула ко мне, обняла и прошептала на ухо:

– Я не виню тебя, дочка. И верю, что все, что вы сделали, было правильно. Просто мне тяжело, прости меня за эту слабость.

Я обняла её в ответ, зарылась носом в распущенные волосы, чувствуя тонкий аромат парфюма, которым она пользовалась в Табрунге:

– Чародейки плачут, мама, тебя обманула твоя мудрая знакомая. Слезы помогают справиться с болью. Приглушат её, а время вылечит.

Её плечи вздрогнули, но Маливика Селинер умела держать лицо. Она лишь тихо вздохнула, отстранилась и улыбнулась мне.

– Ты тоже будь аккуратна, – попросила меня она. – А ещё пиши, теперь ты знаешь, куда отправлять письма.

Я лишь кивнула и мысленно пообещала себе, что заберу её отсюда или в Табрунг, или в столицу при любой удобной возможности.

Староста договорил с Саганом, отвесил ему поклон до земли и повернулся ко мне:

– Ну что, внучка, не так много мы смогли поговорить, как того хотелось бы. Иди сюда, я хочу запомнить, как ты выглядишь.

Смутившись, я шагнула к родственнику, которого знала меньше двадцати дней.

Старик протянул ко мне руку с тонкими узловатыми пальцами, а в его глазах заблестели слезы:

– Ты унаследовала её взгляд.

Я коснулась его ладони пальцами и легонько сжала. Я откуда-то знала, что больше не увижу его. Не потому, что не приеду в Восточный Хастоу, а потому что Инлис больше нет. А это значит, что и его тут ничего не держит.

О Братья-Близнецы, если вы не соедините их пути там, где нет места живым, вы совершите огромную ошибку.

Саган лишь одобрительно кашлянул у меня за спиной, будто соглашаясь с моими мыслями.

– Был рад с тобой познакомиться, внучка, – улыбнулся староста и провёл рукой по своей щеке, пряча слабость.

– Я тоже была этому рада, дедушка, – я смогла произнести это слово вслух, хотя было очень непросто.

– Солнце уже встало, – старик отвернулся к восходу. – Вам стоит поторопиться, если хотите все успеть.

– Спасибо за гостеприимство, – я присела в глубоком реверансе, придерживая пышные светло-зелёные юбки платья. Обнять его на прощание мне не хватило смелости.

– Приезжай ещё, внучка, – улыбнулся он, – тебе тут будут всегда рады.

Несмотря на то, что хотелось бы до бесконечности продлить эту душещипательную сцену прощания, нам и вправду нужно было спешить. Чем быстрее мы оповестим короля и Ложу о том, что тут произошло, тем быстрее будут приняты необходимые меры. И тем меньше шанс, что кто-то из этой живописной деревушки ещё пострадает.

Бристиа и Драфок подошли к старосте после меня, отвесили ему поклоны и реверансы, поблагодарили за все и поспешили забирать свои вещи, оставленные под яблоней. Что удивительно, колдунья даже не возмутилась, когда друг подхватил вместе со своей сумкой и её. Естественно, с помощью левитации.

Обнявшись ещё раз с мамой, я отошла к огненному порталу, зависшему в воздухе у дома старосты.

– Драфок, первый. Три шага вперёд, один влево.

Целитель лишь коротко кивнул и нырнул в магический переход. Бристиа не стала дожидаться команды, последовала за ним.

– Дай мне руку, – тихо проговорил Саган, протягивая мне ладонь. – Ещё не хватало, чтобы тебе опять стало плохо при телепортации моей стихией.

Я без лишних слов протянула ему руку и обернулась. Мама обнимала за плечи своего отца. Завидев то, что я бросила на них взгляд, оба помахали мне и как-то синхронно вздохнули.

Чувствуя, что если задержусь тут ещё на секунду, то точно никуда без них не уйду, первая шагнула в портал.

Мужчина сжал мою ладонь в своей, искра света начала своё воздействие, помогая мне вынести эту пытку стихией огня.

Три шага вперёд. Один влево.

Лёгкие только-только начали гореть пламенем, когда все закончилось. Мы стояли на белоснежных ровных плитках, вдоль стен тянулись тонкие рельефные колонны, у их подножия возвышались светлые горшки с живыми цветами и небольшими деревцами. По левую руку через огромное витражное окно попадали первые лучи солнца. Драфок выглядывал через разноцветные стёклышки на улицу и что-то громким шёпотом рассказывал колдунье, которая стояла рядом и улыбалась.

– Где мы? – я ещё раз осмотрелась, но место не узнала. – Это королевский дворец?

– Да. Там покои правителя, – мужчина указал на гладкую белоснежную стену. – Подождите меня тут, пока я с ним побеседую.

– Разве это правильно, вламываться в такую рань лично в покои короля? – усмехнулась я, чувствуя всю ту усталость, которая скопилась в моем теле за последние длинные и тяжёлые сутки.

– Нет. Но времена нынче такие. Подождите меня тут, а потом я переправлю вас в Академию. Нужно поговорить с ректором, а потом отправляться в Ложу.

– Не проще ли собрать всех в одном месте?

– Может, и проще, но пока всех оповестишь, – фыркнул Арусаган. – Ждите тут. Я скоро.

Если я и услышала слова мужчины, который направился к стене, взмахнул рукой и вошёл в появившуюся из ниоткуда дверь, то друзья – нет. Они были так увлечены беседой, что я не стала их прерывать.

Подхватив наши с мастером сумки, дотащила их до низкой мраморной лавки, находящейся возле одной из колонн, и с тихим вздохом на неё опустилась. Прислонившись спиной к горшку с высоким зелёным деревом, я прикрыла глаза и, кажется, задремала.

Точно помню, что перед тем, как открыть глаза, думала о том, что теперь будет между нами с Саганом. Ведь после того откровения на берегу безымянной реки он словно пытался показать мне, что теперь все не так плохо, как он думал. Но никаких решительных шагов от мужчины я не дождалась. А самой… Честно говоря, я жутко устала делать первые шаги к нему навстречу.

– Шерил Селинер, какая встреча!

Надо сказать, что это было самое ужасное пробуждение из всех тех, что были у меня за двадцать лет. Если, конечно, делать поправку на то, что я всё-таки задремала.

Голос наследного принца резанул по ушам, и пусть глаза у меня были приоткрыты, мне все равно показалось, что кто-то насильно выдернул меня из самого уютного и приятного сна.

– Светлых путей, ваше высочество, – я заставила себя встать с лавки и присесть в реверансе. Подавить зевок оказалось сложнее, но я справилась.

– А что вы тут делаете? – Рамунт усадил меня обратно, сел рядом. – Разве у вас не практика сейчас?

Я бросила взгляд на друзей, которые затихли и прислушивались к нашему разговору.

– У нас произошло кое-что непредвиденное, и потому мы сейчас тут, а мой мастер на аудиенции у его величества.

– У отца? – принц подскочил с лавки, словно собирался с разбега ворваться в покои короля.

– Ваше высочество, давайте не будем им мешать, – мой голос прозвенел так, будто сталь скрестилась со льдом.

– Вы правы, Шерил, – Рамунт выдохнул и вновь опустился рядом, его рука оказалась у меня за спиной, а я пожалела, что выпрямилась и потеряла такую важную стратегическую опору – горшок с деревом. – Так что, говорите, произошло на практике?

Я сцепила зубы, чувствуя, как неприязнь и злость смешиваются в один тугой клубок. Какое, вообще, его дело что и где произошло? Он не правитель, не председатель Палаты или Ложи. Он практически никто в нашем королевстве.

Стараясь не грубить, я улыбнулась:

– Увы, всех тонкостей я не знаю. Возможно, ваш папенька после разговора с мастером Саганом сможет раскрыть вам все происшествия под правильным углом.

– В таком случае я зайду к нему позже. Шерил, а почему бы нам с вами не прогуляться по замку? Я покажу вам все его красоты, – его рука скользнула вниз по моей спине. – Уверен, что вам понравится. Я умею удивлять.

От моего эмоционального всплеска принца спасла открывшаяся с грохотом дверь. В зал вышел Саган и сразу же повернулся в сторону лавочки, на которой сидела я в объятиях наследного принца.

О Братья-Близнецы, все выглядит сейчас намного хуже, чем есть на самом деле.

Арусаган усмехнулся, уловив эти мысли, и, чеканя шаг, направился к нам.

– Светлых путей, ваше наследное высочество, – на губах колдуна застыла еле заметная улыбка. – Как продвигается ваша практика в родных стенах?

– Благодарю за заботу, – сквозь зубы отозвался парень, но руки так и не убрал, – хорошо. А вот у вас, вижу, что-то вышло из-под контроля.

– Из-под контроля, Рамунт, выходите только вы, – холодно бросил мужчина, глядя на него сверху вниз. – Убедительно прошу встать и отойти на десять шагов от моей ученицы.

– Она вам всего лишь ученица, – хищно усмехнулся наследный принц. – Вы не учли того факта, что я обнимаю свою невесту.

Я закашлялась и постаралась отодвинуться от Рамунта, но он не позволил мне это сделать, обвив рукой талию.

– А мне почему-то кажется, что Шерил не в курсе этого статуса, – усмешка вновь проявилась на губах чародея. – Вы бы хоть спросили у девушки, согласна ли она на подобное.

– А что, неужели, Шерил, вы против? – наигранно удивился принц, поворачиваясь ко мне лицом.

Сейчас я ненавидела их обоих. Одного за наглость и уверенность в себе, а второго за то, что делает из всего этого спектакль для застывших у окна Бристии и Драфока. Показушники.

– Пора с этим покончить, – всего за мгновение до моего эмоционального взрыва проговорил Саган, поднял руку и выпустил с пальцев ярко-алую искру, которая угодила в плитку у мягких сапожек принца. – Ваше высочество, принц Рамунт, я вызываю вас на магическую дуэль.

Все мы знали, что отказ от подобного пятнает имя рода. Будущий король не мог этого допустить. Но я уверена, что до этого он никогда не сражался на магических дуэлях. Разве что только с подставными противниками.

– Если вы проигрываете, – колдун сделал многозначительную паузу после этих слов, – то оставляете госпожу Шерил Селинер в покое. Если же одерживаете победу, то я отказываюсь от ставки мастера в Академии Двух Богов.

– Весьма заманчиво, – этот самонадеянный ублюдок, ох, кажется, я слов у Бристии нахваталась, отпустил меня и медленно встал. – Я не могу отказаться от столь выгодного предложения. На когда назначим дуэль? Завтра? Три дня?

– Сейчас, – усмехнулся мужчина.

Я зажала рот ладонью, чтобы не выдать вздох удивления. Все происходящее казалось мне сейчас нереальным. Таким, что никогда не могло бы произойти на самом деле. Но тем не менее Старший Бог вызвал на магическую дуэль королевского сынка. И призом была я. Шикарно!

– Для «сейчас» нам потребуется независимый чародей, – выпятил нижнюю губу парень. – Кто-то, кто проследит за чистотой и честностью сражения.

– Если вы позволите, им могу побыть я, – низкий и слегка грубоватый голос отвлёк всех от назревающей дуэли. В дверях своих покоев стоял король и с пренебрежением смотрел на своего отпрыска. – Никто не против?

– О, это будет огромная честь для нас, ваше величество, – кивнул Саган. – Рамунт, вы согласны на кандидатуру вашего отца?

– Не боитесь, что он мне подсудит? – скривился наследный принц, а я заметила, как Бристиа что-то быстро шепчет Драфоку с таким выражением лица, будто прямо сейчас вернёт все то, что съела и выпила на празднике в Восточном Хастоу.

– Нет, ваше высочество, я верю в благородство вашего отца, – пустив яду в слова, проговорил мой преподаватель.

– В таком случае победителем окажется тот, кто первым уложит своего противника на лопатки, – мужчина, купивший своему сыну мою искру, взмахнул руками, расчерчивая на полу еле заметные полосы, ограждающие импровизированную арену. – Я объявляю начало дуэли!

Рамунт практически подпрыгнул на месте, взмахнул руками. С его пальцев посыпались искры, застучали по полу. Плитка пришла в движение, превращаясь в ужасного монстра, пытающегося ухватить преподавателя за ноги острыми бело-серыми зубами.

Саган лишь усмехнулся

Всего одно слово – и пол возвращает себе былой вид. Даже поломанные магией плитки не выглядели испорченными.

Наследный принц окинул взглядом зал и что-то прошептал.

Из ближнего к преподавателю горшка высунулся толстый корень невысокого цветущего кустика и устремился к арене. Я чувствовала, как его напитывают магией воды и усиливают стихией земли.

За те доли секунды, которые потребовались отростку, чтобы достичь Сагана, он разделился на несколько корней и растолстел раза в три.

Но мастер не позволил им и коснуться себя. Волна огня с треском уничтожила растение, оставив на его месте лишь кучку пепла.

На лице Рамунта промелькнул испуг, а затем вновь сменился превосходством.

Вот только сделать больше ничего парень не смог.

Арусаган со скучающим видом взмахнул рукой, волна воздуха ударила его оппонента в грудь и выкинула за пределы импровизированной арены.

– Поздравляю с победой, – усмехнулся король. – Что должен был получить победитель?

– Внимание этой девушки, – колдун в несколько шагов оказался возле меня и подал руку.

Я лишь улыбнулась и вложила свою ладонь в ладонь моего спасителя. Только что этот мужчина выполнил просьбу, которую я произносила на балконе королевского замка. Он победил, а значит – Рамунт больше не посмеет ни со мной заговорить, ни ко мне прикоснуться. А уж тем более не станет называть прилюдно меня своей невестой.

– Ещё раз примите мои поздравления, Саган Дорайн, – добродушно усмехнулся монарх. – А ты, сын, проследуй за мной. У меня к тебе есть серьёзный разговор.

Лишь когда дверь захлопнулась за представителями королевской семьи, мы все выдохнули. Боковым зрением я увидела, как Бристиа в порыве чувств обнимает Драфока и, судя по всему, рассказывает о том, как её раздражает наследный принц.

– Теперь ваше внимание полностью в моем распоряжении, – напомнил о себе Саган, сжимая мою ладонь в своей.

– Вы выиграли его без моего согласия, – хмыкнула я, чувствуя, как от усталости начинает кружиться голова.

– Мне требуется ваше внимание, Шерил, всего на несколько мгновений. Я хотел бы попросить помощи у сильной чародейки, которая обещала мне её взамен за то, что я спас ей жизнь.

У меня вырвался смешок, который я тут же подавила.

Это ещё что за номер?

– И чем я могу вам помочь? – наклонив голову вбок, поинтересовалась я.

– Так вы согласны выполнить это обещание? – уточнил Арусаган.

– Чародейки должны держать своё слово.

– В таком случае, чародейка Шерил, мне нужна ваша помощь на довольно долгосрочный период. Вы не откажетесь разделить со мной жизнь?

Я нахмурилась, пытаясь понять, шутит он или серьёзен.

– Что ты задумал? – прошептала я, бросая взгляд на друзей, которые, кажется, позабыли о том, где находятся и кто их окружает.

– Стать счастливым, – он приблизился, провёл тыльной стороной ладони по моей щеке. – И я все ещё жду ответа.

– Я ведь дала своё слово, – усмехнулась я и вцепилась пальцами в его рубашку.

Мужчина улыбнулся:

– Тебе так сложно просто сказать «да»?

– Точно так же, как было сложно тебе, – хмыкнула я.

– Не усложняй.

Парировать мне не позволили. Наклонившись, колдун меня поцеловал.