Текст книги "( Не )фиктивная жена для миллионера (СИ)"

Автор книги: Анна Жукова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)

Язык Акулова коснулся моих губ и развёл их, горьким вкусом кофе растёкся во рту. Не грубо, но с напором, подчинив себе моментально. Я плыла за ним, следовала за движением его языка. Не думала о последствиях, увлёкшись процессом. Он играл моим языком, ласкал меня, а я пламенела и сгорала, влажнела и хотела его сильнее всего на свете.

Он слегка толкнул меня к постели, помогая устроиться. Его язык вновь закружил в моём рту, как и его палец на чувствительной точке. Я поддалась вперёд, буквально впечатываясь в его тело, в широкую упругую мощную грудь, пока его язык напористо орудовал у меня во рту. Выгнулась, всхлипнув, когда его палец вошёл в меня до упора.

– Молодец, детка, вся влага мне, – вынул и облизнул его, не отрываясь от меня, затем ввёл два, не переставая следить за моей реакцией, растянув настолько, что я едва могла вытерпеть, – я больше, девочка, – предупредил он, – твоя дырочка хорошо откликается, – он плотно прижал пальцы к киске и медленно начал водить туда и обратно.

Я простонала, и он тут же подхватил звук, поцеловав меня, сося язык и кусая мои губы, пока его пальцы восхитительно трахали меня. Омут его поцелуев, движение внутри и давление на клитор, и я просто уплыла. Думая, что ещё чуть-чуть, и лопну от наполненности.

Моя ладонь присоединилась к его пальцам. Босс удовлетворённо рыкнул.

– Да, девочка, смелая… давай, покажи, как тебе нравится, – я направляла движение его пальцев и прикрыла глаза.

Босс сместился к моему паху, и теперь к его пальцем присоединился язык. Горячий. Быстрые, влажные движения. Кружащие, похлопывающие, сосущие. Язык был во мне, на мне, временами перемещаясь к заднему отверстию.

– Хочу все твои дырочки, – хрипел Акулов, – кончи, девочка, мне на язык, отпусти себя, ну же… – и здесь не может не командовать.

Но это сработало спусковым механизмом: я не смогла ему ответить, меня забило в оргазме. Я хотела свести ноги, но босс не дал этого сделать. Он ласкал меня языком, а я выгибалась от накатывающих на меня волн пика разрядки.

Он подтянулся на вытянутых руках и посмотрел мне в глаза. Я провела ладонью по упругой груди, по плоскому животу и приласкала его член, проведя по нему пальчиками, дотронувшись до вздыбленной головки, отчего босс прохрипел и, склонив голову, поцеловал меня, напоследок прикусив мою нижнюю губу, потянув на себя.

Прошёлся губами по соскам, и без того остро торчавшим. Член толкался в меня, пытаясь войти. Раз, два, три…

– Тебе было хорошо? Отзывчивая дырочка, – прошептал он, – хочу её хорошенечко трахнуть. Ты же тоже хочешь? Хочешь, чтобы её как следует трахнули, м?

– Да, – прошептала я, даже не успев устыдиться, то что сейчас происходило между нами, было таким сладким, восхитительным, таким правильно неправильным.

Он неторопливо, но в то же время напористо, медленно входил в меня, растягивая, словно бы уча чувствовать удовольствие на кромке боли, на самом его дне, и находить в нём… блаженство.

Я почувствовала себя наполненной им. Полностью. Его член был весь во мне. Между нами не было и миллиметра свободного пространства.

Я впивалась в его спину ногтями, отчего Акулов периодически всхлипывал, осторожно и аккуратно раскачивая своими поджарыми ягодицами. Я находила в этом настолько много для себя приятного, что полностью расслабила бёдра.

– Сладкая, – прошептал он и, глядя мне прямо в глаза, резко, безжалостно двинул пахом.

Я не имела возможности избежать, оказавшись прижатой его телом к матрацу, и вцепилась в его спину ногтями. Акулов дал себе волю, больше не жалея. Толчки набирали скорость и глубину. Бешено. Я закатила глаза и откинула голову назад, прислушавшись к своим ощущениям. Остро, сладко... Хорошо! Я всхлипнула и больше не сдерживалась, я стонала как сумасшедшая. Он так одновременно бархатно и грубо двигался во мне, что я вновь почувствовала набирающую амплитуду напряжения внизу живота. Я сейчас кончу... кончусь от наслаждения, от того, как его мощные бёдра вминали меня в матрац. Он, как отбойный молоток, входил в меня глубокими рывками.

Толчки стали ещё более жёсткими, быстрыми. И чем громче я стонала, тем сильнее он становился несдержанным. Слишком хорошо, даже перебор!

И внутри меня взорвался тугой ком. Неистово!

– Как потекла! Сладкая девочка! Горячая! Отзывчивая! – хрипло и удовлетворённо прошептал босс.

Акулов двинул так глубоко внутри меня, что я почувствовала вторую волну оргазма. Наскоро вышел, и мой живот окатило горячей мутно-белесоватой вязкой жидкостью.

Меня уносило в сон. Сказалась усталость. Я перевернулась на живот и посмотрела на Михаила сквозь полуприкрытые веки. Он потянулся ко мне и поцеловал в лоб.

Я не успела проанализировать, чтобы это значило. А ещё я не знала, что может мне принести следующий день. Я боялась его наступления. Затем меня вырубило.

Глава 36

От лица Михаила

Я видел, как Катя борется со сном, но всё же усталость и переживания сломали её сопротивление. Как и она моё. Я хочу быть с ней, но это ни к чему хорошему не приведёт. Вообще ни к чему не приведёт. Ещё одна достойная женщина будет считать Акулова мразью и подонком. За то, что бросил…

Я себе выкопал яму, наступил на одни и те же грабли. Хотя зарекался.

Но можно ли отказаться? Идеальная ленивая линия спины, мягкая сочная попка, слегка приподнятая из-за подушки под животом, струившиеся белокурые волосы, свои русые ей пришлось закрасить, чтобы стать более похожей на…

Я погладил её по голове, убрав с лица непослушные локоны, и девушка что-то довольно промычала, вызвав у меня улыбку. Ласковая. Катя. Катёнок. С коготочками острыми.

Натянул брюки и, оставив девушку одну, прошёл в кабинет. Посмотрел на пустую стену… Даже дышать стало легче без портрета. Душил, давил. Я свыкся, что раньше не замечал, как мне неуютно находиться именно в этой комнате.

Налил в рокс крепкую выпивку и взглянул на экран смартфона. Хмыкнул и набрал номер телефона своего помощника.

– М-михаил Александрович? – мой помощник явно не ожидал моего вечернего звонка, думая, что я уже потрахиваюсь с заказанной им девкой.

– Не спишь, Виталя? – нарочито ласково спросил я.

– Ч-что-то не так? Я вроде… – начал было он.

– Скажи-ка мне, дружок, что тебе удалось узнать о матери Екатерины Волковой, о её проблемах, болезни?

– Я в-всё с-скинул вам на почту, – заикался парень.

– Повиси-ка.

– Д-да, М-михаил Александрович, – покорно замер на том конце провода, затем осторожно поинтересовался, – я что-то не так сделал? С выбором ошибся?

– Нет, девка оказалась как раз во вкусе моего друга, – пробормотал я, скользнув глазами по строчкам сухих официальных документов, – что говорят про операцию?

– Что женщина на очереди на операцию… через полгода…

– Через полгода она двинет коньками, Виталя, – задумчиво проговорил я, – деньги что?

– Послал на хер, сказал, что у них таких, как я, до жопы и все на очереди, – грустно.

– Недостаточно, значит, предлагал. Хотя они и за бабки могут долечить пациента до Валгаллы.

– Главврач – мужик принципиальный и как будто что-то боится. Могли бы вывезти за границу, но, я боюсь, женщина дороги не переживёт.

– Понял, – я пожевал губы, – ладно. Отдыхай. Завтра придёшь за документами.

– З-за какими?

– Ты уволен, голубь, а за длинный язык ответишь рублём, – без лишних сантиментов повесил трубку.

Покрутил в руках телефон и набрал номер, на который почти никогда не звонил. Иван Беркутов. Губернатор той области, откуда Волкова. Мужик принципиальный, волевой. Студент моей тёти. Мы с десяток лет даже дружили, сейчас видимся нечасто. У всех дела, работа, у Беркутова ещё и область в придачу. Как жена. Хуже жены в плане ответственности.

Позвонил. В трубку мне ответили густым басом.

– Приветствую. Не помешал? – искренне был рад услышать.

– Здравствуй, Миш. Очень рад тебя слышать. Нет, конечно, не помешал. Как тётушка? – поинтересовался Беркутов.

– Всё хорошо. Ждёт в гости.

Тёплую улыбку я почувствовал сквозь то расстояние, что нас разделяло.

– Непременно. А ты чего позвонил?

– Помощь нужна. Женщина одна в твоей области нуждается в операции. Срочной. Там ситуация непонятная с главврачом этой больницы, я бы сам позвонил, но боюсь ещё больше навредить. Сам понимаешь, нас, ма-а-а-асквичей, на периферии не особо жалуют.

– Не вопрос, а что за женщина?

– Скину информацию на твою личную электронную почту… Только огромная просьба посмотреть, как можно скорее. Там действительно всё не радужно. Это нужно мне...

– Я перезвоню. Бывай. Родным привет, – и повесил трубку.

Допил до конца и слегка поморщился, оставляя немытый рокс на столе, ушёл в спальню.

От лица Кати

Всё тело приятно ломило, и я улыбнулась, не открывая глаз. Затем потянулась и перевернулась на спину. Осмотрев спальню, замерла, заметив рядом с постелью огромную охапку белых тюльпанов в круглой белой коробке. Из середины букета торчала небольшая записочка.

Сердце прям подпрыгнуло к горлу и забилось там бешеным аллюром. Это так принято у него после секса или Акулову действительно захотелось сделать мне приятно? Как он узнал, что мне нравятся именно эти цветы?

Дрожавшими пальчиками вытянула листочек и пробежалась глазами по красивому, резкому почерку:

«Волкова, цветами любуешься? Посмотри-ка лучше внутри коробки с цветами».

Вот же чёрт? Как он мог догадаться? Я с подозрением оглядела комнату на наличие скрытой камеры, как будто могла её увидеть. Но ведь записку он написал заранее… Хищник! Все повадки изучил мои.

Я подтянула к себе букет и действительно нашла коробочку. Синюю, бархатную, продолговатую. Открыла и обомлела. Колье с двумя рядами некрупных камней. Белоснежное. С холодными камнями.

Я надела украшение и сделала фотку, отправив сообщение боссу. И он тут же перезвонил, как будто ждал.

– Вижу, что ты уже встала.

– И вам доброе утро. Как ваш подарок смотрится на мне?

– Меня больше волнует твой острый сосок на снимке, – голос бархатистый с характерной для него хрипотцой, и я мгновенно стала влажной, как будто он был тут, как будто обнял меня.

Я замерла.

– Не отвечай, и так слышу, что мурлыкаешь, как хорошо оттраханная кошечка, – он привык точно описывать то, что слышал и видел, бессовестно, но мне нравилось, – выспалась? – неожиданно нежно, аж в глазах защипало.

– Даже очень, – потянулась.

– Не торопись на работу сегодня, но водитель в твоём полном распоряжении, – и сбросил звонок.

Вот только я ухватилась за его нежность, так он снова включил своего делового Акулова.

Привела себя в порядок, позавтракала и выехала на работу. Очень хотелось видеть Михаила Александровича как можно скорее. И, сняв верхнюю одежду, поспешила в его кабинет, найдя в приёмной за столом Витали крутогрудую брюнетку с задранными на столешницу бесконечно длинными ногами в обтягивающих кожаных брюках.

Глава 37

От лица Кати

Очень хотелось видеть Михаила Александровича как можно скорее. И, сняв верхнюю одежду, поспешила в его кабинет, найдя в приёмной за столом Витали крутогрудую брюнетку с задранными на столешницу бесконечно длинными ногами.

Брюнетка с идеальным каре. Ненавижу таких. Не бывает настолько идеально ровных стрижек. Не иначе, ведьма. С огромными сиськами, грозящими вывалиться из неглубокого декольте и бесконечно длинными, стройными ногами в обтягивающих кожаных брюках.

Вначале я застыла.

– Вы к Михаилу Александровичу? – спросила деваха, шлёпнув огромными красными губами, посмотрев на меня так, что я почувствовала себя дерьмом.

– А ты кто? – спросила я в ответ.

Та смерила меня ещё более презрительным взглядом.

– Я – помощница господина Акулова. А ты кто? – она убрала ноги со стола и села так прямо, что мне показалось ей вставили в спину доску.

– Акулов на месте? – я не хотела отвечать на её вопросы, мне хотелось их задать Михаилу Александровичу, которому вздумалось покатать меня на качельках. Эмоциональных.

И подалась было в его кабинет.

– Нет его. Я его сама жду, – ответила эта дрянь.

– Виталя где? – продолжила допрос я.

– А ты кто такая? Допрашиваешь тут, – причём на лице не отразилось ни одной эмоции, боится морщинок, что ли?

Я подняла бровь, ещё раз взглянула на вход в кабинет Акулова и вышла из приёмной, хлопнув дверью.

Села за стол и включила компьютер, посмотрела на телефон, но с трудом отставила его в сторону.

Ксюша вернулась за свой стол с кружкой кофе.

– Видела новую помощницу Акулова?

– Угу. Виталя один не справляется? – мрачно буркнула я.

– Если честно, я в шоке, Акулов изменил сам себе, либо Виталя решил оставить ему такой подарочек… напоследок, – Ксюша многозначительно вскинула брови.

– В смысле? – решила уточнить я, вообще ничего не поняв.

– Виталя пришёл сегодня ко мне и уволился.

Я прижала уши, и мне стало не по себе, ведь в этом виновата я. Хоть и косвенно.

– И Акулов решил сразу на его место фифу эту поставить? – иронично спросила я Ксюшу.

Та отпила глоток кофе и чуть поморщилась, видимо, обжёгшись.

– Акулова не было ещё в офисе, могу предположить, что он даже не в курсе, девочку привёл Виталя, – она хохотнула, – решил побесить босса. Кстати, у неё неплохое резюме. Но по слухам, Настя только что рассказала, что с последней работы её выгнали.

– Почему? – заинтересовалась я.

– Ты видела её рот?

Я вопросительно подняла бровь.

– Видимо, слишком усиленно сос… Может, чьей-то жене не понравилось рвение и усердие секретарши, – кадровичка улыбнулась.

– Ксюш, дай взглянуть на её резюме, – попросила я.

Коллега вопросительно взглянула на меня, но просьбу выполнила. Я пробежалась по нему глазами и встав, надела пальто и взяла сумочку в руку.

– Ты куда? – крикнула Ксюша мне вслед.

– Исторически реконструирую кое-что.

От лица Михаила

Телефон Кати молчал, она мне не отвечала. Дома её не было, на работе тоже. Я начал переживать, но, в конце концов, она не маленькая.

Отобедав, решил вернуться в офис, хотя уже и было ближе к трём дня. Девушка заставила меня волноваться за кого-то, кроме самого себя. Впервые за десять лет.

Смартфон запиликал перед самым входом в офис, и я с некоторой долей омерзения был вынужден снять трубку.

– Добрый день, племянничек, – поприветствовал меня по ту сторону невидимых радиоволн холодный голос дяди.

– И тебе, дядя, – подчёркнуто вежливо.

Я напрягся. Родственник звонил крайне редко и всегда по делу. Чаще по неприятному.

– Вскоре нужно выполнить часть твоей сделки, инструкции ты знаешь, – он говорил со мной как с собственным рабом.

Сжал челюсть так, что прохрустел зубами.

– Я всё сделаю, как оговаривали, – ответствовал я металлическим голосом.

– Добро, – раздалось в трубку, и тут же пошёл зуммер.

Я нервно вошёл в здание, а когда появился в офисе, то увидел сидевшую за своим столом как ни в чём не бывало Волкову. Я нарочито громко поздоровался со всеми, но та даже не подумала поднять на меня глаза. А я поднял. Брови. От удивления. Мало того, она взбесила меня своим невниманием. Специальным.

Я вошёл в приёмную и увидел деваху. По-другому подумать я не мог. Сразу оценил в ней всё. Грудь, ноги, бёдра и рот. Рабочий.

Она встала и вышла из-за стола, протянув мне руку для приветствия.

– Ты кто? – вместо всего, – как зовут?

Девушка слегка замешкалась.

– Виталий уволился, рекомендовал меня вам, меня зовут Наташа, – вытянула губы, продемонстрировав толику своих возможностей.

Я выгнул бровь.

– Вот резюме, – поспешила она воспользоваться моим замешательством.

Я взял бумаги, пробежавшись по сухим строчкам делового документа. Ничего себе! У самого Королёва успела поработать! А тот мужик с опытом, абы кого не взял. Присмотреться, что ли?

– Моё расписание видела? – я кивнул на стол, где лежал ежедневник, заполненный идеально ровным почерком моего предыдущего болтливого помощника.

Девушка глазами порыскала по столу. Я хмыкнул, но тут же хитро улыбнулся. Знаю, как использовать.

– Позови-ка сюда Волкову, – скомандовал я и прошёл ждать девушку в кабинет.

Катя появилась в дверях с горевшими глазами. О, что я увидел! В них было ликование. В руках у неё торчали бумаги. Из-за спины Волковой вышла Наташа и встала в соблазнительную позу.

– Что-то ещё? – проворковала та.

– Кофе нам с Волковой, Наташенька, – ответствовал я, заметив, как сильно затрепетали от гнева ноздри Кати.

– Да, Михаил Александрович, – нежно пропела помощница и вышла, прикрыв за собой дверь.

Я снял пальто, и, бросив его на диван у противоположной стены, прошёл за стол, сев за него. Мрачно взглянул в сторону Кати.

– Почему трубку не брала? – задал вопрос я.

Девушка не ответила, подошла к столу и бросила передо мной бумаги. Я присмотрелся к ним, – это на мою новую помощницу? И что же ты мне хочешь всем этим сказать?

– Я встретилась сегодня с Семёном Степановичем… – начала было Катя.

Мои глаза округлились.

– Ты сделала… чего? – я не поверил своим глазам.

Но Катя невозмутимо продолжила:

– Наташа работала личным секретарём у его сына – Святослава Королёва. Должна вам сказать, у него репутация не очень. Бабник, прожигатель папиных денег. Мажор, одним словом. Так вот, Наташу вашу выперли со скандалом. Абсолютный непрофессионал. Да к тому же… – Катя покраснела, – очень раскованная… во всех отношениях.

Я поднял бровь.

– То есть ты хочешь сказать мне, что за короткое время тебе удалось добиться встречи с очень крутым товарищем и разговорить его, поделиться информацией о секретаре его сына?! – я не знал, что и думать: либо Волкова – полная дура, либо гений, который на многое способен в плане человеческих коммуникаций, – как?!

Волкова просияла и улыбнулась:

– У меня свои секреты. И к тому же ваша безупречная деловая репутация будет запятнана, думаю вы не один раз ещё пересечётесь с Королёвым как с первоклассным рекламодателем. К тому же, Семён Степанович крайне не рекомендовал брать эту даму на работу.

– Что ты хочешь? – я медленно поднялся из-за стола и подошёл к девушке.

Катя уверенно подняла голову и посмотрев прямо мне в глаза, проговорила:

– Уволь её.

Наташа пришла вместе с источавшими кофейный аромат двумя чашками и поставила их на стол, ожидая дальнейших распоряжений.

Я, не отрывая взгляда от Волковой, взял чашку в руку и отпил из неё поморщившись. Она даже заваривать кофе не умела.

– Наташа, ты свободна, – произнёс я.

– Чем я могу быть ещё полезна? – спросила девушка тревожно.

– Ни я, ни моё агентство больше не нуждается в твоих услугах.

– Но Михаил Александрович…? – пробовала возразить мне Наташа.

Я оторвался от лицезрения довольного, ликующего лица Кати.

– Я сказал: Наташа, собирай вещи и уходи.

Девушка психанула и вышла за дверь, через какое-то время хлопнув и дверью приёмной.

Я подошёл к Кате ближе и толкнув дверь, замкнул её. Девушка непонимающе посмотрела на меня, бросив обеспокоенный взгляд назад.

– А теперь я накажу тебя, – проговорил я осевшим до хрипоты голосом.

Глава 38

От лица Кати

Акулов подошёл ко мне ближе и, толкнув дверь, замкнул её. Я непонимающе посмотрела на меня, обернувшись зачем-то назад.

– А теперь я накажу тебя, – проговорил босс осевшим до хрипоты голосом.

– Михаил Александрович, я… я… ведь сделала всё как надо, – я вжалась в дверь и положила ладонь на его грудь, даже сквозь рубашку его тело пылало, взгляд потемнел, зрачок разлился на радужку, я видела это уже ранее, видела, насколько сильно он хотел меня.

– Да, детка, спасибо тебе за спасение моей деловой репутации, но ты заставила меня волноваться, – моё сопротивление было сломлено.

Я подняла бровь и попробовала оттолкнуть мужчину от себя, хотя всё внутри меня отзывалось на его близость.

– Я?!

– Ты не отвечала на мои звонки.

– Я объяснила… – дальше я недоговорила, потому что для меня мир перевернулся… буквально.

Акулов сгрёб меня в свои акульи объятия и мгновенно очутился на диване, а я – животом на его коленях.

– Ч-что происходит?! Что вы себе позволяете?!

– Мне надо было давно заняться твоим воспитанием, – Акулов прошептал это на ухо, – ещё в самом начале знакомства с тобой, Волкова, – он огладил мои ягодицы, удерживая одной рукой мои сведёнными сзади, и неожиданно огрел попу громким смачным шлепком, и я бы громко вскрикнула, если бы не была в офисе.

От лица Михаила

Я всегда холоден. Обычно сдержан. Но не сегодня. Не здесь. И не с ней.

Она заставила меня волноваться за неё.

У этого должны быть последствия.

– Вы с ума сошли? – прошипела Катя, – а если я сейчас заору?

– Но ты ведь не будешь кричать? – прошептал я ей на ухо, с удовольствием заметив бегущие по шее мурашки.

Одна из нас. Из хищников по жизни. Обретёт крылья, отточит коготки со временем, выпустит ноготки.

Ещё один шлепок, и эти мысли мигом испарились из моей головы. Я приласкал ягодицы, отметив, что Катя приподняла попку. Улыбнулся и задрал юбку. Член поднимался рывками, кровь бешено пульсировала в паху.

Катя повернулась ко мне и гневно проговорила:

– Отпустите меня, вы – извращенец! – ощутила моё вожделение, уткнувшееся в её пах.

Я пальцем провёл от крестца до места, где сходились её ноги. Идеальная линия… Волкова издала едва слышный вздох. Зацепил пальцем тонкую верёвочку и натянул на киске, резко отпустив. Волкова поёрзала, вызвав во мне улыбку.

Я провёл ладонью, вниз огладив бёдра в чёрных чулках. Слишком идеальна, чтобы остаться мною нетронутой. В голове пролетели пошлые картинки всего того, чтобы я хотел сейчас сделать с ней.

Палец нырнул в ложбинку межножья, и я простонал, ощутив её предельную влажность.

– Девочка течёт, – и вдарил по ягодицам, ладонь обожгло жаром, а упругая девичья попка стала красной, – Скажешь, что тебе не нравится всё, что сейчас происходит?

– Отпустите! – прошептала мне в ответ Катя и посмотрела в мою сторону, раскрасневшаяся, возбуждённая, по глазам я прочёл, что она хотела не меньше моего.

Член стоял как каменный. Пахла Катя восхитительно: тонкий яблочный запах. Она пахла соблазном. Соблазном пойти наперекор себе и своему привычному укладу жизни.

– Не сказала, – подразнил я её, прошептав на ухо, вновь заметил мурашки на её коже.

– Вы держите меня как пленницу, отпустите, и я скажу всё, что о вас думаю, – Катя прочистила горло.

– Хорошо, – ответил я, смеясь, и легко усадил её на свои колени, опустив руки Кати вниз, как и свои.

Девушка с разметавшимися волосами, тяжело дышавшая, смотрела на меня. Не иначе, воинственная валькирия.

– Я отпустил тебя, – напомнил я ей.

Она было начала вставать, но я задержал её: юбка болталась на талии, обнажив тонкие трусики-верёвочки, едва скрывавшие её лобок и кружевные кромки чулок, несколько пуговичек её белой блузки расстегнулись, и небольшая грудь с острыми розовыми сосками буквально напросилась в мой рот. Захватил сосок и втянув в себя, резко вытолкнул.

– Вы же сказали… – начала было Волкова, слегка задохнувшись от острых ощущений, затем возмутилась, – вы же не намерены меня отпускать?! Папаша хренов! – проговорила в сердцах, она вновь дёрнулась, но я усадил её опять, прижав к себе, яростно двинув членом так и рвущемуся из брюк по сильно намокшим трусикам.

Пальцы прижались к запястьям. Не только моя кровь сильнейшим аллюром путешествовала сейчас по венам, артериям и сосудам…

Мои пальцы устремились к внутренней стороне её бёдер, закружив по чувствительной точке, ощутив, как Катя задрожала.

Волкова перестала сопротивляться и предприняла последнюю попытку остановить моё безумие.

– Вы никогда ни с кем не спите на работе, Михаил Александрович, одумайтесь, а как же ваши принципы? – прошептала она и я простонал, лучше бы сказала, как обычно, толкнулся членом в её промежность, сжав стройные бёдра.

– Я готов рискнуть, я хочу тебя прямо здесь и сейчас, – прошептал я и впился в её губы так жадно, как никогда до этого.

Хочется всего в отношении этой девочки. Ой как хочется…

Катя ответила, обвив мою шею нежными руками. Сбитые дыхания встретились. Мы почти задыхались. Языки бестолково толкались, слишком горячо, чтобы пойти на попятную, слишком неправильно, чтобы остановиться. Оттянул нижнюю губу девушки до её всхлипа.

Мой палец не переставал ласкать её клитор, другой ладонью ласкал её грудь, терзая соски. Она текла на мои брюки как сумасшедшая.

– Нет, – тяжело шептала Волкова, не отпуская от себя моего расфокусированного взгляда.

– Всё, что угодно, только не это, – шептал я ей в ответ, чувствуя, что девочка вот-вот кончит, – ты же не будешь столь сурова ко мне.

– Н-но… – прошипела, получив удовольствие от трения, палец ласкал влажные складочки, – вы же были не столь снисходительны ко мне. За мою красную попу должен же кто-то ответить.

– Скажи мне да, – я как сумасшедший ласкал её промежность, – хочу в тебя.

Волкова схватилась за мои плечи. Я даже не был уверен слышала ли она меня. Её тело пробило в разрядке, такой сильной, что она сжала мои бёдра своими ногами и я готов был заскулить. Я был готов кончить прямо в брюки.

Катя откинулась на моё плечо, и тут зазвонил телефон.

– Идите на хер, – пробормотал я, каменный член в штанах мешал мыслить трезво.

– Мне взять? – спросила Катя, уже пришедшая в себя после пережитого.

– Его… да в руки, пройдись по стволу вверх и вниз, – я откинул голову, представив, как девушка это делает.

Волкова хихикнула, а телефон перестал звонить. Она поцеловала меня в лоб и сползла с меня, тут же приведя себя в порядок. Слегка охнула поморщившись, садясь небитой ягодичкой на диван. Я почувствовал укол совести.

– Давай может чем-то смажем? – предложил я, поняв, что вообще себе никак не помог, представив как я буду это делать и на какой части тела, вновь возбуждаясь.

– Пожалуй, откажусь, так мы с вами отсюда вообще не выйдем, – трезво возразила Катя.

Она была права.

Смартфон спиликал сообщением. Я, переведя дыхание, встал и укоряющим взглядом посмотрел в довольное лицо Волковой.

От лица Кати

Недовольный моим обломом его Акулов взглянул на экран смартфона и его лицо мигом помрачнело. Он кинул на меня взгляд исподлобья.

– Мы должны появиться завтра на вечеринке как Акулов и его спутница… Полина.

И это означало только одно: скоро контракт с боссом подойдёт к завершению. Я видела в его глазах отражение моей тоски.