Текст книги "Невыносимый Дар (СИ)"
Автор книги: Анна Одувалова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Глава 11
Спускаемся в столовую, где уже сервировали стол к завтраку. Белоснежные салфеточки, фарфоровый с тонкой золотой полоской по краешку чашек сервиз, позолоченные столовые приборы. Цветочная композиция с нежными пионами в прозрачной причудливо ограненной вазе в центре стола. Ожидаемо чувствую себя белой вороной.
На Даре черная рубашка – дорогая, с серебряными запонками. Кит и Мара выглядят утонченными, словно сошедшими со страниц глянцевого журнала. На Ките бежевая рубашка и кофейного цвета штаны. На Маре кофейная блузка и бежевая юбка. Парный наряд, словно намекает, что они вместе. Может, это и правда так?
На шэхе приличный костюм – льняной, легкий, но удивительно ему подходящий. Даже Лестрат, который обычно имеет весьма потасканный и неформальный вид, сегодня в форме магполиции. Хотя, судя по тому, как он недовольно ерзает на стуле и постоянно поправляет узкий воротник – чувствует он себя неуютно. Ну, примерно, как я. Только вот причин у него меньше.
Мирс Амелия, как всегда безупречна. Лавандового цвета платье в пол. Оно с одной стороны, очень простое, может сойти за домашнее. С другой… изысканное и элегантное. И я в трениках. Огонь! Впрочем, если бы я попросила у Дара рубашку, создалось бы впечатление, что я только что вылезла из его постели. А так… мой стандартный вид – только что с татами.
– Дар, мне кажется, тебя воспитывала не я! – строго выдает мирс Амелия. – Похоже, ты рос сам и под забором!
– В чем дело, бабушка? – удивляется парень и начинает осматривать себя, но я-то понимаю. Дело во мне. Перевести эти слова можно, как «Зачем ты привел в приличное место замарашку?».
– Каро, можно тебя на минуту? – Мирс Амелия переключает внимание на меня, игнорируя ошарашенный взгляд Дара. Шэх, похоже, что-то хочет сказать, но я отрицательно качаю головой. Сама.
– Да, конечно.
Мирс Амелия встает и выходит из столовой, едва заметно кивнув мужчинам напоследок. Я следую за ней. А что мне еще остается? Будут отчитывать. Спасибо, хоть не на глазах у всех.
Но мирс Амелия молчит. Идет уверенным шагом по коридору к лестнице на второй этаж, не проронив ни слова. Я не отстаю и тоже молчу. Ну, а что я могу сказать? Начать заранее оправдываться? Зачем? Спросить: «Куда мы идем»? Тоже бессмысленно. Однозначно, куда-то в доме.
Мирс Амелия по дороге кого-то зовет, начертив перед собой небрежную руну. И перед нами открывает дверь миловидная девушка в строгом черном платье. Попадаем мы в огромную гардеробную, больше похожую на новый бутик с дорогими брендовыми вещами.
– Этель, ты разобрала наш заказ, который доставили вчера? – спрашивает бабушка близнецов, игнорируя мое присутствие.
– Да, конечно, мирс. – Этель кивает.
– Подбери какой-нибудь комплект к выходу на завтрак для нашей гостьи. Мой несносный внук не придумал ничего лучше, чем выдать бедной девочке свой спортивный костюм. Ну, такого я даже от Дара не ожидала! Неужели, не мог послать с утра тебя за приличной одеждой? Еще бы халат предложил, – возмущается мирс, а я с удивлением понимаю, что отчитывать меня не будут, и указывать на мою неуместность тоже. Похоже, бабушка близнецов переживает из-за того, что я почувствую себя некомфортно. Ей невдомек, что даже если меня одеть в лучшие шмотки, неловкость не исчезнет, и сильнее подходить к этому месту я не буду. Но за Дара становится немного обидно. Он же не специально хотел меня подставить!
– Мне кажется, он просто не подумал, – пытаюсь оправдаться я за парня, но на меня взирают предельно строго.
– В том-то и дело! – Для мирс Амелии – это не оправдание. – Он не подумал. А должен был бы! Он же мой внук, в конце концов. Не переживай, вещи абсолютно новые с бирками. Осенний гардероб. В этот раз немного опоздали с сезонной заменой, поэтому доставили накануне. Какие-то транспортные накладки. У нас с тобой, конечно, разная фигура, возраст и стиль. Но поверь, все это… – Она обводит рукой пространство, – значительно лучше, чем то, что тебя вынудил надеть мой внук. Этель, у вас двадцать минут. – Мирс переводит взгляд на свою помощницу. – И на волосы тоже. Макияж не нужен. У нее фарфоровая кожа. Для почти семейного завтрака этого достаточно. Посмотри свободное синее платье. То, в цвете которого ты сомневалась, и предположила, что оно слишком для меня яркое. Думаю, Каро будет в самый раз.
В платье приглушенно-синего цвета и выправленными волосами, которые сейчас похожи на струящийся по спине шелк, я чувствую себя все той же Каро, которой хочется находиться, где угодно, но не на светском завтраке в доме мирс Амелии.
Туфли на невысоком каблуке немного велики, а само платье, которое по задумке дизайнеров должно быть свободным, у меня облегает грудь и бедра, на талии же его приходится перехватывать тонким золотым ремешком. Надеюсь, из золота в нем только цвет, иначе меня просто накроет паника. Треугольный вырез приоткрывает ключицы, но в целом весьма скромный, приличествующий даме в возрасте, какой и была его владелица.
Когда возвращаюсь в столовую, разговор уже в самом разгаре, и я понимаю – смена наряда избавила меня от необходимости переживать еще раз вчерашнюю ночь. Лестрат практически про все знает, мне нужно просто пересказать, что предшествовало моему отравлению зельем.
Смотрю на Дара и вижу скрывшуюся в уголках губ довольную улыбку. Он что, все просчитал, негодяй?! Выдал мне свой спортивный костюм, прекрасно осознавая, что бабушка не позволит мне в нем расхаживать и отправит переодеваться? Зачем ему? Чтобы избавить меня от неприятного разговора? Но мне все равно придется поговорить с Лестратом. Еще раз бросаю взгляд на Дара, но он уже не смотрит. С задумчивым видом вылавливает крупную свежую ягоду ежевики из своей каши.
Тут даже едят непривычно! Нет, мне, как спортсменке каша на завтрак очень даже близка, но не тогда, когда в ней нарезанное тонкими слайсами манго, четвертинки клубники и крупные ягоды ежевики.
Сажусь на свое место, и появившийся за спиной дух наливает в мою чашку кофе. Вздрагиваю от неожиданности, но надеюсь, что получилось это сделать максимально незаметно.
– Каро, ты очаровательна! – делает мне комплимент Мара, а я смотрю на настороженность в ее глазах и понимаю, что девушка хотела бы спросить, как я, но, видимо, придерживается правил этикета.
Ее спасает шэх, который на многие вещи смотрит проще.
– Как ты? – спрашивает он холодно. Недоволен. Тем, что я пошла с Даром на осенний пал, тем, что произошло после, ну и тем, что с утра я у него дома. А должна была бы готовиться к соревнованиям. И не сказать, чтобы он был неправ.
– Все хорошо, – так же сухо отзываюсь я. Все же не маленькая девочка, чтобы оправдываться. Да и не чувствую себя виноватой. Ведь очевидно же, что маньяк способен найти меня везде. Если бы я не пошла на осенний бал, он просто подловил бы меня в другом месте. Он всегда на шаг впереди, а мы до сих пор даже не приблизились к пониманию – кто он и зачем ему все это нужно.
– Я изучу списки всех, кто присутствовал на осеннем балу, – говорит Лестрат.
– Я уже попросила подготовить, – поддерживает разговор Мара. – Папин помощник должен был уже привезти вас в офис. Вот где-то… – Она сверяется с наручными часами. – Сейчас.
На лице некроманта впервые мелькает заинтересованное выражение. До этого он смотрел на Мару примерно так же, как на вазу в углу комнате. То есть, едва ли заметил.
Несколько затянувшаяся пауза напрягает. Я и так чувствую себя неуютно. Даже не поешь толком. Каша закончилась, и это грустно. Все сидят с чашками и молчат, жевать на этом фоне профитроль неловко. Меня спасает Лестрат, который не стесняется жевать в одиночестве, и обладает отменным аппетитом. С радостью поддерживаю и перекладываю себе на тарелку несколько тарталеток. Еда – это прекрасно.
– Мирс Амелия, спасибо, что пришли на помощь Каро, – говорит шэх, и я с удивлением на него смотрю. Нет, я тоже благодарна и мирс Амелии, и мирс Валери, которой уже нет, и Дару. Но шэх-то, что благодарит и словно извиняется за то, что я в эти неприятности попала? Он прекрасно знает, что я не виновата.
– Гости моего внука, мои гости, – спокойно отвечает мирс Амелия. Насколько я знаю, Каро поддерживает в последнее время Дара. Умение найти подход к моему внуку в сложный для него период – дорого стоит.
– Но я не пыталась даже, – бухчу себе под нос, испытывая неловкость. Мне не нравится, что окружающие будто бы знают про наши отношения с парнем больше, чем мы сами.
– Может быть, в этом и причина? В том, что ты не пыталась. Я не сразу это поняла.
Пожимаю плечами, мечтая прекратить разговор. Все эти полунамеки не для меня.
– Каро, нам пора домой, – обращается ко мне шэх. – Не стоит слишком злоупотреблять гостеприимством.
Нет, в любой другой ситуации я бы просто задала логичный вопрос: «Ты мне, что, папочка?», но окружающий пафос не дает этого сделать, поэтому я ограничиваюсь более нейтральным.
– Я и так слишком много прогуливаю, поэтому поеду в колледж. Зачем мне к тебе?
Шэх молчит, размышляет, но потом отрывисто говорит:
– Хорошо. Отвезу тебя в колледж.
– Зачем? – спрашивает Дар. – Я отвезу. Мы все равно нужно туда же.
– А у тебя тренировка или ты забыл? Раз уж я все равно тут.
– Мы тоже в колледж. – Мара пожимает плечами. – Спокойно захватим Каро, если надо.
Все такие милые, что даже тошно!
– Если ты собирался остаться здесь, то зачем предлагал меня отвезти? – спрашиваю я шэха. – Я подожду Дара или лучше потренируюсь с вами.
– А смысл говорить, что тебе надо в колледж, если ты все равно остаешься здесь, – огрызается шэх и понимаю, что мы попали в патовую ситуацию, когда все друг другом недовольны по непонятной причине. Неловкое молчание разрушает Кит.
– А давно ли ты тренируешься? – интересуется он у брата. – Почему я не знал?
– Потому что я этого не хотел? – спрашивает Дар раздраженно и выходит из столовой, буркнув. – Я переодеваться.
– У вас, конечно, забавно, – замечает Лестрат с усмешкой, – но работа не ждет. А мне добираться на другой конец города.
– Подбросить? – интересуется Мара вроде бы нейтрально, но я чувствую, что ей интересен некромант.
– А разве тебя не повезет один из золотых близнецов? – Лестрат останавливается и смотрит на роскошную блондинку с холодным вызовом.
– Нет, – сдержанно отвечает она. – Золотой близнец поедет сам. Я его сюда привезла. Но я не настаиваю. Просто фраза про другой конец города прозвучала весьма печально. Каро никуда отвозить не нужно, а значит, в ближайшие пару часов я совершенно свободна.
– Я не отказываюсь, – наконец, подумав, отвечает Лестрат. Мара прощается с мирс Амелией и выходит, а я понимаю, что мне надо тоже переодеться. Если я хочу потренироваться. Надеюсь, меня не выгонят.
После того, как количество народа за столом заметно сокращается, напряжение, наоборот, возрастает, и я чувствую, что лишь Кит сдерживает бурю.
На меня внимательно смотрят шэх и мирс Амелия, а Кит явно чувствует себя не в своей тарелке, но почему-то не уходит. Ему интересно или он пытается защитить меня от неприятного разговора? Подозреваю, что это у него не получится, и оказываюсь права. Киту не достает упрямства и непрошибаемости Дара.
– Ну что? – не выдерживаю я, уже если хотят мне что-то сказать, то пусть говорят.
– Каро, я тебя предупреждал? – строго замечает шэх, голосом, которым он обычно взывает к порядку младшую группу.
Даже так? И чем мы с Даром так его выводим? Неужели мысль о том, что у меня, в теории, может появиться парень. Хотя Дар не мой парень. Пока. Вроде, короче не мой.
– О чем? – раздраженная в первую очередь собственными мыслями, спрашиваю я. – Ты не будешь тренировать Дара, если мы будем встречаться? Мирс Амелия, вы хотите того же? И ты, Кит, хочешь того же? Да какое вам до этого дело? Вам наплевать на меня, вам наплевать на то, что именно дают тренировки Дару, вам бы лишь влезть в чью-то жизнь по неясной причине!
– Если ты начнешь продувать соревнования, он проложить жить дальше, как ни в чем ни бывало! А ты Каро? Ты думала, что будет с тобой. Ты не в форме, и с каждым днем это ухудшается. Ты не тренировалась нормально с момента поступления в колледж, а должна была вкалывать за троих. Именно такой был уговор!
– И ты прекрасно знаешь, что вины Дара, даже косвенной в этом нет! Так в чем проблема?
– Вы уничтожите друг друга, – говорит шэх уверенно, словно это прописная истина.
– Или починят, – внезапно мирс Амелия встает на мою сторону. – Мы не можем знать этого заранее.
– Спасибо.
– Не за что. – Она пожимает плечами. – Я согласна с вашим шэхом. Вам нужно сосредоточится на гранте и спортивных достижениях, Дару – на восстановлении. У вас слишком много травм, такое непросто вынести самому, а уж поддержать находящегося рядом… вообще, вряд ли возможно. Просто мы, действительно, не знаем, что выйдет из ваших отношений. И вы точно не будете нас слушать, так какой смысл раз за разом начинать этот разговор? Время покажет. И вы достаточно взрослые, чтобы нести ответственность за свои поступки.
– У нас нет отношений.
– Ну, ты сама с этим определись. Что в вас есть, а чего нет, – жестко отвечает мирс Амелия, и от этой фразы по спине бегут холодные мурашки, только сейчас я чувствую окутывающую эту хрупкую женщину силу. – Из неопределенности точно ничего не выйдет.
– И кстати... – Я обвожу взглядом присутствующих. – Почему свои сомнения никто не высказывает Дару? Не потому ли, что реакция будет более жесткая?
Ответом мне служит тишина, и на этой ноте я разворачиваюсь и гордо ухожу. Еще бы понимать, куда. Единственное место, куда я запомнила дорогу – это комната Дара. Сомневаюсь, что тот костюм, который мне выдал Дар, и который я оставила где-то в гардеробной мирс Амелии – у парня единственный. Придется попросить еще один. Все же роскошные платья не для меня. Не стоили они того получаса, который я провела за завтраком. Тренировка явно продлится дольше.
Наверное, стоило бы постучать, но я в задумчивости толкаю дверь и буквально налетаю на Дара, который стоит в коридоре в одном лишь низко сидящем на бедрах полотенце с мокрыми волосами, с которых капает вода. Дыхание перехватывает, и единственное, что я могу из себя выдавить это:
– А зачем ты перед тренировкой принимаешь в душ?
Дар смотрит на меня изумленно и в первый момент даже теряется. Смущенно хмыкает и отступает вглубь комнаты, приглашая войти. Одной рукой придерживает ручку открытой двери, а другой – сползающее полотенце.
– Умеешь ты обескуражить Каро… – Он качает головой. – Не стой в дверях, проходи. Мне кажется, момент для стеснения упущен.
Я чувствую себя глупой и смущенной. Что Дар знает о моментах? Мои щеки пылают, и я готова сбежать. Но с другой стороны, почти обнаженный Дар, смущенная я и открытая нараспашку дверь. Тоже не лучшая комбинация. Не думаю, что мирс Амелия бежала за мной, перескакивая через ступеньку, но есть слуги. Донесут. Или я буду думать, что донесут и уровень смущения будет еще выше. Поэтому послушно захожу в комнату и закрываю за собой дверь.
Парень поворачивается ко мне спиной и идет к окну, а я залипаю на его спину. Точнее, на скорпиона, впивающегося в позвоночник. Я впервые вижу экзоскелет во всей красе. Он реально кажется частью Дара. Основное тело скорпиона, который в таком виде не так-то на себя и похож, плотными металлическими пластинами, фиксируя, обхватывает каждый позвонок, а лапы-проволоки расходятся, повторяя очертания ребер. При каждом шаге золото вспыхивает магией. Иногда искорки холодные, голубоватые, принадлежащие самому Дару, а иногда огненные – Кита.
Это зрелище завораживает. У Дара красивая спина – развитая мускулатура, ровная осанка, широкие плечи и ни грамма жира, поэтому можно видеть каждую мышцу. Ловлю себя на мысли, что со своим магическим экзоскелетом парень похож на какого-то сверхчеловека.
– Страшно? – хмыкает парень, разворачиваясь, и смотрит с усмешкой, хотя в глазах привычная боль. Как только понял, что я его изучаю?
– Красиво, – признаюсь я, ни капельки не лукавя. – Это произведение искусства. Ты не видел мой. Он был тяжелый и ужасный. Движения сковывал, натирал. А твой… это нечто совершенно иное. Его создала мирс Амелия?
– Не совсем. Такими артефактами славится Монарко. Там есть артефакторы истинные, а не наши техномаги. Именно они умеют делать уникальные вещи. Ну, а бабушка руководила, потому что она действительно понимала, что мне нужно, как должны проходить потоки силы, чтобы мне осталось хотя бы чуть-чуть магии на такие мелочи, как зажечь свет и подогреть воду.
– Не прибедняйся, – отвечаю я и делаю шаг вперед, жадно изучая парня. Грудные мышцы с четким рельефом, пресс и темную дорожку волос, спускающуюся под полотенце. – Тебе это не идет. Ты сильный. И магически, и физически. Я видела тебя на треке. Многие о таком уровне магии только мечтают.
– С поправкой на эту штуку, – поправляет парень. – Экзоскелет не дает мне забыть, каким я был и чего лишился. От моего потенциала не осталось даже трети. Но благодаря тебе… я понял, что хотя бы говорить про экзосекелет могу спокойно.
– Все проблемы у тебя в голове…
– Это применимо ко всем. Все проблемы, которые у нас есть, они, прежде всего, в голове… но… – Он тоже делает шаг навстречу и останавливается прямо напротив меня. – Но ведь это не значит, что они меньше мешают нам жить?
Глаза в глаза. Во взгляде космос и шальная решимость, которая сбивает с ног. Да, проблемы у нас в голове. И, может, настал миг их выкинуть.
Глава 12
Я не понимаю, кто делает первый шаг. Это спонтанное порывистое движение навстречу друг другу. У нас всегда так. С самой первой встречи, с первого взгляда и вздоха. Притяжение, которое не поддается никаким разумным объяснениям. Дар сумасшедше и жадно впивается в мои губы и, обняв за талию, притягивает к себе. Я отвечаю на поцелуй без сомнения, совершенно теряя голову и теряясь сама в его дикой энергетике. Он, как и я, отпускает себя. Сдается.
Мы слишком долго убеждали себя, что можем без поцелуев, без соприкосновения тел. Но для того, чтобы выжить в этом мире, пережить свои травмы, неважно физические или моральные, нам надо растворяться друг в друге.
Чувствовать вкус губ, ощущать нежные касания рук и забывать, что мы – две сломанные куклы. Не хватает воздуха, а грудь становится чувствительной до болезненности, Дар вжимается в меня возбужденным телом, и я перестаю себя контролировать. Если мы не остановимся сейчас, то, пожалуй, вообще не сможем этого сделать. Слишком мы помешаны друг на друге, слишком долго держались на расстоянии, а сейчас защитные оковы рухнули.
Мы ни о чем не говорим. Мы не подтверждаем свои намерения, но это и не нужно. Мы с Даром не про слова. Не про обсуждения. Мы – это мы. Сумасшедшие, неправильные, не умеющие любить и боящиеся казаться слабыми. У нас не будет, как у всех. Мы так не умеем и вряд ли когда научимся.
Воздуха не остается, и я отстраняюсь, чтобы сделать вдох. Дар влажно целует в щеку, скользит губами ниже, нежно прикусывает шею, и я покрываюсь мурашками.
Я заведена настолько, что хочу продолжения и наплевать на все и на всех. Не думаю о последствиях, не хочу мыслить рационально. Но внизу нас ждут. Мирс Амелия, шэх… тренировка, будь она неладна, и вряд ли наше отсутствие тактично не заметят. Скорее всего, пришлют гонца. Например, Кита…
Эти мысли возвращают в реальность, и я со стоном отрываюсь от Дара, выворачиваюсь из объятий.
– Я, вообще-то, к тебе за спортивным костюмом, – несчастно шепчу я, понимая, насколько нелепо звучит оправдание.
– А тот уже потеряла? – хрипло усмехается парень, но не делает попыток продолжить. Впрочем, и извинятся не спешит. У него шальной взгляд и тяжелое дыхание. Он весь такой... такой, что у меня снова сносит крышу, и я не хочу останавливаться, я не хочу тренироваться. Я вообще не хочу выходить из этой комнаты. Хочу остаться тут с ним, пока окончательно не испарилось волшебство между нами.
Дар понимающе улыбается. Его грудь все еще тяжело вздымается, а ниже я всеми силами стараюсь не смотреть. Слишком хорошо помню ощущение, когда к тебе прижимается сильный и очень возбужденный парень, которого щедро одарила природа.
– Лови костюм, – отзывается он с сожалением и достает еще один, похожий на утренний как две капли воды.
– Спасибо. Ты ведь не против, если я к вам присоединюсь?
Дар внимательно смотрит на меня, думает и отвечает:
– Против.
Для меня это удар, кровь отливает от лица, а сердце пропускает удар, но, прежде чем я рассыплюсь на мелкие осколки из-за категоричного ответа, который по непонятной причине выбивает из себя, парень продолжает:
– Только вот я слишком хорошо понимаю, неважно будешь ты присутствовать или нет, ничего не изменится. Мне нужно стать прежним, Каро, чтобы подпустить тебя к себе… иначе ничего не получится.
Я понимаю его, но все же это больно.
– Я буду ждать, но что, Дар, если вдруг у тебя ничего не выйдет?
– Тогда… – Он пожимает плечами. – Я не вижу смысла жить.
– Это бред.
Качаю головой и душу слезы. Как он может? Почему он настолько эгоистичен и думает только о себе? А как же те, кому он дорог? Ставлю себя на его место и понимаю, не знаю, как бы поступила я. Нам слишком принципиально быть первыми, чтобы довольствоваться жизнью на тридцать процентов.
– Нет, Каро, это не бред. Но я знаю способ, я знаю, что смогу, и я знаю, что это не затянется на годы. Мне это нужно. И хоть я не хочу видеть тебя на тренировках, это... – Он закусывает губу, то ли подбирая слова, то ли пытаясь выдавить признание. – Это унизительно. Но ты делаешь меня сильнее, поэтому присоединяйся к нам сегодня.
– Присоединюсь.
Дар
Я подозревал, что эта тренировка станет моим персональным адом. Но шэх сегодня особенно зверствует. Словно пытается дать понять и мне, и Каро – мы не подходим друг другу. Точнее, я не подхожу ей. Намек понят, но сегодня не принят. Я знаю, на что иду, когда переступаю порог этого зала.
Каро напряжена, как взведенная пружина. Я уже неплохо изучил это ее состояние, когда она сначала бьет, потом думает. Но сейчас эта скрытая и тщательно сдерживаемая агрессия направлена не на меня. Каро злится на шэха. И даже не особо пытается это скрыть. Из чего делаю вывод: когда я ушел, ей что-то сказали. Вероятнее всего, про меня. Шэх? Или бабушка, а шэх поддержал. Вряд ли я об этом узнаю. Никто из этой троицы не скажет. Хотя, с Каро, в теории, можно хотя бы попытаться.
Пока лежу на матах и пытаюсь прийти в себя, а заодно срастить парочку спиц экзоскелета, сломавшихся во время тренировки, наблюдаю за тренирующейся Каро. Я впервые вижу ее в цеуньши, и только сейчас понимаю, насколько она безупречна. Сильная, ловкая и непробиваемая. Тело и магия, одинаково хорошо ее слушаются. Жалею, что не пришел заниматься раньше, тогда же, когда начала она. Мы могли бы стать достойными противниками. Сейчас я бледная тень. Мое тело неспособно на такую гибкость, а магия тратится на поддержание работы экзоскелета. Смотрю на воплощенное совершенство и понимаю – она меня вынесет с ринга за десять секунд. Но, как ни странно, это не так сильно задевает, как раньше. Возможно, потому что я не хочу воевать с Каро. А может быть, потому что я видел Каро другой – уязвимой. И я знаю, что и железной девочке иногда нужна поддержка и на ручки, просто, как правило, ее некому подхватить. А я могу. Не скажу, чтобы без усилий, но могу. И сделаю все, чтобы хотя бы это действие было мне доступно.
Каро спарингует с шэхом. Мягко и гибко уклоняется, уходя в красивое сальто назад, вытянутые носки ног чертят ровный круг. Вижу подрагивающий воздух, повторяющий траекторию полета – ментальная волна, от которой шэх уклоняется, но с трудом, а Каро уже приземляется и идет в контратаку, закручиваясь в вихрь и приподнимаясь над полом. Черная коса извивает за спиной, как змея, а сама Каро сейчас похожа на изящную балерину.
Магия шэха другая – это черные, извивающиеся по полу ленты некроматической силы, которые бросаются Каро под ноги, пытаются сбить с траектории полета, и пару раз им это даже удается. Девушка теряет равновесие. Магия разлетается по залу не одной волной, а неприятными импульсами, которые цепляют даже меня, а Каро шипит сквозь сжатые зубы ругательства, но снова кидается в атаку. Раз за разом, не зная усталости, не отвлекаясь от процесса, с таким упорством, что перехватывает дух, заставляя меня подняться и попытаться стать хотя бы вполовину таким, как она. Тренировка с Каро вдохновляет и мотивирует. И это прекрасно. Собственная беспомощность не отзывается жгучим стыдом и досадой, как обычно – она повод стремиться за идеалом. У меня получится. Да, я никогда не достигну уровня Каро, но у меня нет такой цели, мне нужно стать не лучше ее, мне надо стать тем, кто ее достоин. Экзоскелет мешает мне чувствовать себя полноценным, поэтому я хочу избавиться от него в первую очередь, даже если придется вкалывать столько же, сколько вкалывает она или больше.
А в конце тренировки, когда измученно на матах валяюсь не только я, но и Каро, шэх безэмоционально сообщает, что со следующей тренировки я занимаюсь в общей группе. Вот это номер. Я не готов. Не физически. Эмоционально. Каро зло щурится. Она тоже. Стесняется меня? Или причина какая-то другая? Но вот, если, в теории, что произошло между ней и шэхом, я могу узнать, то ответ на этот вопрос мне точно не светит.
Каро
Я не понимаю, чего хочет добиться шэх. Не в его привычке срывать злость на учениках. Каждый его удар, каждая выматывающая тренировка – это всегда послание, но сегодняшнее я не поняла. Его он донести не сумел, что на шэха не похоже.
Хотел показать, что Дар никогда не поднимется на мой уровень? Так это и неважно. У него иные цели, мы не собираемся выходить на татами. От его побед и достижений в цеуньши не зависит ничего.
А остальное… работа на пределе возможностей, умение преодолевать сложности – все это мне близко и вызывает уважение. Он вымотал меня, Дара и лишь сильнее заставил меня укрепиться в мысли, что парень достоин моего уважения. Или целился шэх не в меня, а в него? Посыл был для Дара?
И этот категорический приказ перейти на тренировки в общую группу. К чему он? Я не понимаю и злюсь. Не понимаю, что нашло на шэха, и не хочу разбираться. Иду в душ, а когда выхожу немного успокоившаяся, тренер уже уехал. А его посыл так и остался для меня неизведанным. Я ослушалась и он злится? Что он имеет против Дара? Он же так толком и не объяснил. Решаю разобраться с этим после.
Не исключено, что шэх просто показывает свое недовольство и демонстрирует нам, что если хотим сложностей, то мы их получим, и только преодолев испытания, станем достойными свободного времени и возможности строить отношения друг с другом. Этот вариант, мне кажется самым реальным.
Дар ждет меня внизу у магмобиля. Сегодня он официально за кристаллом управления. Я знаю, что и за это пришлось воевать. Обычно парень передвигается в тайне от мирс Амелии, но сегодня, похоже, получил добро.
– Тебя можно поздравить? – Я указываю подбородком на черный матовый магмобиль, а Дар усмехается и пожимает плечами.
– Бабушка решила, что лучше разрешить управлять магмобилем и отдать кристалл, чем позволить мне и дальше гонять на осе назло запретам. Я умею добиваться своего.
– А ты? Как считаешь ты? Лучше официальный магмобиль, чем неофициальная оса?
– Я надеюсь, еще на ней погонять без боли и разрывающих мышцы спиц, – признается он и садится на водительское сиденье.
Обхожу магмобиль по кругу и ныряю в новый пахнущий свежей кожей салон. Тут роскошно.
– Бабушкин подарок?
– Да, – не спорит Дар, но смотрит настороженно, словно ждет, что я буду его осуждать.
– Он прекрасен, и я рада, что ты не на осе…
– Оса всегда останется моей любовью, но… – Дар задумчиво выруливает на дорогу. – Наверное, я доказал себе все, что хотел, поэтому могу сделать выбор в сторону комфорта.
– Та победа на треке? – предполагаю я.
– Да, мне важно было поставить точку.
– Фрост будет мстить на зале,– признаюсь я осторожно. Не хочу говорить об этом, но считаю, что Дар должен знать. – Это ты понимаешь?
– Понимаю. – Он флегматично вздыхает. – Ты станешь презирать меня за то, что размазываю кровь по татами?
– Нет. – Я усмехаюсь. – Я не стану презирать тебя. Я наваляю ему.
– Ага, и меня будет презирать вся группа. Нет уж.
– Не все такие, как Фрост. Многие у нас бывали закованы в частичные экзоскелеты – спорт-то травматичный. Они знают, что это такое.
– Мне хочется сбежать, – признает парень. – Сдаться и не приезжать в зал на общую тренировку. Я слабый и недостойный тебя. Но во всем этом знаешь, что самое главное? Я не могу тебя отпустить. Даже понимая, что недотягиваю. Знаю, это эгоистично.
– Так и не отпускай. – Я пожимаю плечами. – А с залом… Дар, если ты не готов, не ходи. Тебя никто не может заставить. А шэх и не будет.
– Он просто не станет меня тренировать вне общей группы, ты же его слышала.
– Хочешь, тебя буду тренировать я?
– Сильно обидишься, если скажу, что нет?
– Не обижусь. Шэх, и правда, лучше. И, Дар, как бы он не колзлил сейчас и не испытывал тебя на прочность, он не даст тебе пострадать.
– Я не боюсь физической боли, и ты это знаешь. Я не знаю, чего боюсь… – Он закусывает губу и на миг отвлекается от дороги, чтобы поймать мой взгляд. – Возможно, разочаровать тебя?
– Дар, неудача на татами, а это единственное, чего тебя может ждать на общей тренировке, не заставит меня разочароваться. Это бред.
– Она напомнит о моей слабости.
– О твоей силе, – упорно поправляю я. – И давай закончим этот разговор. Мне кажется, ты банально ноешь.
– Прости. – Дар усмехается. – Я действительно ною.
– Нытье меня разочарует скорее… хотя. Ты же понимаешь, не мне говорить о разочаровании. Я тоже не идеал. Грубая, нелюдимая с кучей фобий.
– Моя… ты ведь это понимаешь? Ты такая, и ты моя.
Зависаю и чувствую, как на губы наползает идиотская улыбка. Я его. Это так необычно и совсем непонятно, но откликается в душе. Я хочу быть его. Пусть это глупо, наивно и, вероятно, недолго. Но сейчас в этом моменте Дар – то, что мне нужно. То, от чего проще дышится и хочется открывать глаза по утрам. А еще его поцелуи стали для меня наркотиком, от которого отказаться не могу.
В его глазах ловлю отражение собственных мыслей и желаний и решительно выхожу из магмобиля, который останавливается на парковке перед колледжем. Опасно оставаться рядом с Даром, салон магмобиля надежно скрывает нас от людей и внешнего мира, а это чревато. Не сдержимся. Меня буквально потряхивает рядом с парнем. Кажется, скоро не смогу думать ни о чем, кроме его губ, а надо бы начинать нормально учиться. Хотя бы немного, потому что гранд, планы и шэх, который и так недоволен тем, в какую сторону свернула моя жизнь.
