444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Анна Рейнс » Делай свой ход, королева (СИ) » Текст книги (страница 17)
Делай свой ход, королева (СИ)
  • Текст добавлен: 8 ноября 2026, 16:00

Текст книги "Делай свой ход, королева (СИ)"


Автор книги: Анна Рейнс



сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 23 страниц)

– Главное, чтоб не сдохла, а то денег от папаши не дождемся… – Мерзко ухмыльнулся второй, сжимая ткань ее платья в кулак. Отвратительные намерения стали очевидными.

Сознание Эйдена заполнилось такой яростью, равной которой он не испытывал. Ему хотелось их уничтожить. Раздавить, словно тараканов. Темное всепоглощающее чувство завладело им, заставляя в тот же миг ринуться в атаку.

Девочка повернула к нему лицо, и этого мгновения оказалось достаточно, чтобы он ее узнал. Глаза не такие темные, да и в целом черты более мягкие, детские. Однако это, несомненно, была уменьшенная копия его пленницы. И дабы не дать в его душе прорасти и капли сомнений, из ее тела вдруг вырвалась темная волна, заставившая одного из мужчин упасть на землю.

Миг – и второй сгибается от удара между ног. Его голова отлетает, встретившись с мечом Эйдена. Почти сразу фигура Ассии скрылась между деревьев, оставив принца завершить начатое. Лишь когда оба тела оказались на земле в луже собственной крови, что быстро впитывалась в мягкий мох, он наконец-то успокоился.

Включилась рациональная его половина. От тел нужно избавиться, но сначала – проследить, чтобы наследница арронда добралась домой в безопасности. Он последовал за Ассией на расстоянии, испытав облегчение, лишь когда на опушке ей попался поисковый отряд.

Он смотрел им вслед, пока яркие точки факелов не поглотил мрак. Еще одна строчка пророчества обрела смысл: тьма вложила себя в его руки, стала оружием.

И все, что ему сейчас необходимо – сделать так, чтобы это оружие верно слушалось его руки.

Эйден вернулся в убежище спустя несколько дней, твердо решив придерживаться выбранной стратегии. Только вот незадача: он жаждал контроля, но как же стремительно сам его терял.

Темное нечто ворочалось внутри, наполняя неправильными желаниями. Ведьминский взгляд резал острее ножа, но Эйден никак не мог перестать ловить его. Ядовитые слова проникали в кровь, но ему хотелось больше отравы. Ему вдруг стало мало всего.

Закованная в цепи, подчиненная клятвой, Ассия не принадлежала ему. Он мог протянуть руку, коснуться нежной кожи. Мог причинить боль, подарить удовольствие. Мог приказать ей все что угодно.

Но это все не имело значения, потому что этого. Было. Недостаточно.

Это осознание сводило с ума, выжигало разум. Эйден держался за собственные убеждения, словно за соломинку в бушующем океане.

Она – ведьма, враг, лишь инструмент в его руках. Она – плачущая девочка в лесу. Она – женщина, пробуждающая невозможные желания. Темное благо, что спасет всех, а его погубит.

Мысли закручивались в одну точку, приводя к моменту, которого он больше всего боялся и предвкушал. Его руки на бледной коже. Стонущее под ним тело. Ее взгляд, полный страсти, презрения, ненависти. Искусанные губы, которые ему не дозволено целовать. Ядовитые слова, которые вызывают волну странной, бессильной ярости.

На пару ночей сгодишься, младший принц.

Эйден должен был чувствовать удовлетворение, но все, что он ощущал – падение в ненасытную бездну. Она не принадлежала ему ни секунды: ни когда он жадно пробовал ее на вкус, ни когда входил в податливое тело.

А затем она исчезла. На долгие восемь лет.

Точнее, та ее версия, которую ему еще предстояло сотворить.

***

Иногда Эйдену казалось, что все произошедшее – какой-то дурной сон. Жизнь текла своим чередом: все так же светило солнце, все так же зеленела трава. Все так же братья считали его потерянным для Аэлорского престола.

Поэтому, когда спустя год он вернулся в королевский замок, почти не удивился, что Ксандр сам завел разговор.

– Ты верный слуга своего королевства, а потому должен понимать: Аэлории нужен кто-то более… надежный, чем принц, живущий месяцами в лесу.

– И что ты предлагаешь? – Медленно спросил Эйден, почти предвкушая ответ.

– Будет правильнее, если мы договоримся обо всем уже сейчас. Ты не станешь претендовать на трон, когда придет время. – Ксандр говорил холодно и уверенно. Холеные руки держали фарфоровую чашку строго согласно этикету. Спина прямая, взгляд решительный – должно быть, он целыми днями только и репетирует, как будет сидеть вот так перед верными подданными с короной на голове.

Наглость предложения поразила Эйдена до глубины души, но спорить он не стал. Пожалуй, так будет даже проще. Для братьев он станет невидимкой. Рукой, держащей меч, а не голова, которую нужно отрубить, чтобы ей не досталась корона.

– А что я получу взамен? – Эйден сделал вид, что предложение брата его заинтересовало.

– Ты станешь главой Инквизиции. – Покровительственно ответил Ксандр. – Разумеется, столь важную для королевства организацию ждет щедрое финансирование. Слышал, отец считает это пустой тратой денег, однако я с ним не согласен. Твое дело очень важное и нужное для всех нас.

Младший принц тонко улыбнулся.

– Ты мне льстишь, брат. А что же Лестер? Ему ты тоже сделал подобное предложение?

Ксандр замялся, и прямо на вопрос не ответил. Но Эйден знал ответ и так: Лестер просто не способен составить конкуренцию. Ему даже предлагать ничего не нужно – он сойдет с дистанции, едва на нее ступив.

– Я дам ответ позднее. – Наконец, обнадежил он брата. – Знаешь, я и сам думал об этом. Роль короля совсем не для меня.

Внутри Эйдена разворачивалась темная бездна – она заставляла его желать власти сильнее, чем когда-либо. Он всегда считал себя достойным, но сейчас эта уверенность перешла на новый уровень. Для Ксандра быть королем – красивая мечта. Толкать возвышенные речи, улыбаться придворным дамам, размышляя, которую из них позвать в свою постель.

Что он сможет противопоставить нападению? Как будет вести войну? Ведь боги вложили оружие не в его руки…

Эйден покидал замок с чувством полного удовлетворения. Цепочка событий, что должна привести его в указанное Ассией будущее, уже запущена. Ему нужны связи, преданные люди, репутация и определенная слава – без всего этого он останется лишь эксцентричным младшим принцем без права на престол.

Шаг за шагом он шел к своей цели, чувствуя, как пружина сжимается в груди все сильнее. Он пытался ослабить ее, найти забвение. Но вино не пьянило. Женщины не давали и сотой доли эмоций, что вызывала в нем ведьма одним только взглядом.

В какой-то момент он ощутил, что ему просто необходимо ее увидеть. Эйдену казалось, что иначе мучительное ожидание сведет его с ума. А ведь прошло всего два года из обещанных восьми…

И он направился в Дисгат.

Ассии четырнадцать. Немного угловатая, но уже обещающая стать невероятной красавицей. Он увидел ее почти сразу – гуляющей в одиночестве по улицам окружающей замок деревни. Из одежды – простое платье, в котором девушку легко можно было принять за селянку.

В груди Эйдена, который в этот момент стоял в отдалении, что-то тревожно кольнуло. Как наследница арронда может быть столь беспечна? Ее ведь могут снова похитить. Могут сжечь на костре, если обнаружат всплески темной силы. Могут… он не успел проиграть в голове все сценарии, потому что Ассию вдруг кто-то позвал.

– Госпожа! Там… колодезная цепь оборвалась! – Спешила к ней пышногрудая женщина, в чьих рыжих волосах отчетливо проглядывала седина. Лицо изрезано глубокими морщинами, но взгляд живой и внимательный.

Эйден нахмурился, пытаясь предугадать развитие событий. Ассия позовет кого-то из стражников? Отмахнется от просьбы?

– Сейчас иду, Кейли. – Раздался звонкий девичий голос. Подойдя к колодцу, ведьма заглянула в темное нутро, наклонившись так низко, что Эйден едва не дернулся ее вытаскивать. – Вижу ведро.

Она выпрямилась, сдула с лица упавшую на него прядь волос, а затем сделала взмах кистью. В ладони появился кинжал —

небольшой, обоюдоострый, явно предназначенный для женской руки.

С возрастающим удивлением младший принц наблюдал, как юная Ассия делает аккуратный надрез на ладони, проливая кровь на каменный бортик колодца. Несколько секунд, и ведро взмыло в воздух вместе с обрывком цепи.

Вместо того чтобы с воплями броситься врассыпную, жители поселения смотрели на свою госпожу с явным одобрением. Оно было настолько неправильным, что никак не могло уместиться у Эйдена в голове.

– Спасибо! – Кейли суетливо поклонилась, и от этого движения к ее лицу прилила кровь. – Госпожа Ассия, я… это… пироги сделала, с вишней, ваши любимые. Может, заглянете? А заодно…

Эйден не слушал, что произошло дальше. Ноги сами несли его в сторону леса – туда, где он оставил лошадь. Увиденная картина заставила его сомневаться в собственном рассудке. Кажется, с появлением Ассии в его жизни, это стало обычным делом.

Неинициированная ведьма почти свободно распоряжалась своей силой. Делала это без какого-либо опасения, словно точно знала, что за ней не явится отряд инквизиторов. Помогала безвозмездно, одаривая окружающих легкой улыбкой, от которой в груди что-то сжималось.

Вспомнился ее взгляд, полный презрения. Ядовитая усмешка.

Он пытался свести два образа в один, но никак не получалось. Ассия в настоящем выглядела обычной девчонкой, что была лишь немногим старше его собственной сестры. Ассия из будущего – тугой клубок ненависти и противоречий.

Должно быть, мне повезло. – Подумал он. – Просто повезло наткнуться на ведьму в хорошем настроении. Она уже использует тьму – это не может пройти бесследно. Тьма отравляет разум. Иначе и быть не может.

Но он вернется через полгода и убедится, что был неправ. Затем еще раз. А затем и сам не заметит, как его визиты станут регулярными, а их периодичность все более частой. Случайный путник с маской на лице. Член инквизиторского отряда, на который Ассия даже глаза поднять не хочет. С каждым разом он будет подбираться все ближе, пытаясь найти хоть что-то… разочаровывающее.

Он приставит к ней наблюдателей, которые будут слать регулярные отчеты. И каждый прочитает с улыбкой, словно получив письмо от старого друга. Будет ощущать неясное чувство в груди – словно непроходящий нарыв, отравляющий его кровь.

Будет рассматривать портрет – на нем восемнадцатилетняя Ассия выглядит почти так же, как и в его воспоминаниях. Вот только темно-карие глаза смотрят лукаво, выражение лица спокойное, расслабленное.

И впервые за долгие годы он задумается… будет ли оно все того стоить?

Но тут же отбросит эти мысли в сторону, потому что его отец наконец-то согласится подписать новый законопроект, касающийся ведьм. А ему самому предстоит завоевать Эмили Даррен. Возлюбленную его дорогого брата, Ксандра, что так самоуверенно просил Эйдена отказаться от “Турнира Достойных”. Долгожданный ключик к аэлорской армии, находящейся в подчинении ее отца.

Дни полетели с головокружительной скоростью, приближая Эйдена к моменту первой настоящей встречи с Ассией. Ему казалось, что он знал о ней все: распорядок дня, привычки, даже присущие ей одной жесты. Как она ухмыляется, как наклоняет голову, как выразительно закатывает глаза, когда думает, что никто не видит.

Он был готов. Но лишь в день того самого бала понял, насколько это чувство было ошибочным. Наследница арронда спускалась по широкой лестнице в бальную залу, и от ее красоты перехватывало дыхание.

Эйден на пару мгновений прикрыл глаза, представляя, что между ними нет ничего: ни темного пророчества, ни нависшей над королевством угрозы, ни нежеланной невесты. Нет ни его инквизиторского прошлого, ни ее ведьминского будущего.

Ему внезапно так сильно захотелось, чтобы это стало правдой, что он ощутил странный укол в груди. Не испуг, не сомнения —

словно острый коготь пронзил его сердце, причиняя боль. Пружина сжалась еще сильнее, если это вообще было возможно.

Вздохнул, беря себя в руки, и вновь поднял взгляд. Он не может позволить себе даже секундную слабость. Чертово колесо событий уже крутится, и с него не сойти. Ассия исполнит свое предназначение, станет его оружием, а затем он найдет способ изменить ведьминское пророчество.

Судя по тому, как замерло пространство вокруг – не у него одного вздох застыл в горле. Эйден знал, что Севран Дисгат объявил о желании выдать свою дочь замуж, и взгляды, направленные на нее, были жадными, алчными, хищными. Ассия стала желанным трофеем, а бал – чертовым турниром, где каждый стремился завоевать первенство. Абсолютно любым способом.

Они кружили вокруг наследницы точно стервятники, вызывая в Эйдене холодное желание уничтожить каждого. Они покушались на то, что принадлежало ему, и эта мысль выворачивала наизнанку. Окруженный другими женщинами, он чувствовал себя словно в ловушке и мечтал только об одном – чтобы этот бал поскорее закончился.

Уже совсем скоро она окажется в полной его власти. Только почему эта мысль не успокаивает, а лишь сильнее распаляет его ледяную ярость? Почему кажется, что терпение закончилось уже восемь лет назад, когда они впервые встретились?

Сейчас он желал лишь одного: ускорить события, даже зная, что последует следом. Верных людей уничтожат наемники – он сам выбрал каждого, кого повел на смерть. А Ассия станет полноценной ведьмой, подверженной порокам, похоти, ненависти. Не будет больше этого лукавого взгляда и мягкой улыбки. Будет чудовище, усмиренное холодным человеческим разумом.

В конце концов, ее жертва не так уж и велика. Она неотвратима. Рано или поздно Ассия прошла бы инициацию.

Ну а пока… ничто не мешало ему насладиться обществом юной девушки, о которой он знал так много. Или, как оказалось впоследствии, слишком мало. Потому что ни один отчет не смог бы передать то выражение лица, возникшее, когда он рассказал про свое инквизиторское прошлое. Наблюдая со стороны, он бы никогда не стал объектом этого кокетливого взгляда, направленного точно на него.

Она не была похожа ни на одну из версий, с которыми он уже сталкивался, и это сбивало с толку. Пробуждало новые желания и инстинкты. Она была на расстоянии вытянутой руки, но все равно слишком далеко. Уже знакомое темное нечто оживало в присутствии Ассии. Скребло изнутри, словно пыталось выбросить когтистую лапу и схватить ведьму.

А она словно не чувствовала опасности. Смотрела на него своими пронзительными глазами и видела… кого? Принца, что сгодится на пару ночей? Бывшего инквизитора, от присутствия которого приятно щекочет нервы? Брата потенциального жениха?

Видела ли она просто Эйдена, когда смотрела на него?

Почему-то это казалось ему чрезвычайно важным. Потому что в ее взгляде он вдруг увидел просто Ассию. Ту, которой безумно хотел обладать.

***

Нападение, клятва, преследование, и снова нападение – дальнейшие события были разыграны, как по нотам. Растерянная, испуганная, обессиленная, зависимая – ему нравилось видеть ее такой. Нравилось быть ее единственной защитой и опорой, единственным путем к спасению.

Даже ее силы мог правильно инициировать только он.

Все совпало идеально. Он смотрел на ее лицо, ощущая себя так, словно прощается. Насколько она изменится? Как сильно тьма повлияет на ее разум?

Он ковал ее, как оружие, уже заранее осознавая, что оно станет слишком острым. Нанесет ему рану – от которой, возможно, он не оправится никогда. Эйден попытался отстраниться от любых эмоций и сомнений, но Ассия не оставила ему выбора.

– Даже не поцелуешь? – Сорвалось с тех самых губ, к которым она восемь лет назад даже не позволила прикоснуться.

Темное безумие расцветало внутри, овладевая каждой частицей его души. Словно это с его чудовища только что сняли оковы.


Глава 19.

Его

одержимость

Девять дней. Они казались ему абсолютной вечностью.

Девять дней, к концу которых он уже начал сомневаться, что все сделал правильно.

Девять дней, прежде чем проклятая тьма сдалась и вернула ему Ассию, подарив ей облик, преследовавший его все последние годы.

Его оружие стало еще прекраснее, еще совершеннее. В ней узнал бы ведьму даже слепой – не может у обычной человеческой женщины быть столь пленительный голос. Этот факт не изменить, не спрятать. Остается только принять.

Наследница Дисгата не нарушила ни одного закона, а, значит, у отца просто не останется иного выбора, кроме как признать ее. Но перед этим до замка необходимо добраться, желательно не выдав себя врагам. Ведь младший принц так и не выяснил, кто стоит за этим нападением.

Он ожидал, что дни в компании Ассии превратятся в нескончаемую пытку, и это отчасти оказалось правдой. Вот только причиной стала вовсе не ведьма, как он предполагал, а сам Эйден. Слишком много противоречивых мыслей и эмоций. Слишком настойчиво она пыталась добиться ответов, не гнушаясь использовать свое очарование.

То дразнила, то огрызалась, то преданно смотрела в глаза – настоящая ведьма.

И чем дольше это длилось, тем сильнее хотелось перешагнуть через невидимые границы, что он сам же и провел. Ведь, в конце концов, та пара ночей ему причитались по праву – и Эйден намеревался этим правом воспользоваться.

Возможно, их же и хватит, чтобы утолить жажду, и тогда он потеряет всякий интерес? Да, нужно просто взять ее тело… забраться в голову, мысли, приковать к себе всеми возможными способами, присвоить, поглотить, сломать и вылепить заново… – темная воронка закручивалась в голове против воли. Ни логики, ни здравого смысла, лишь обнаженные инстинкты и желания.

Словно ее тьма взывает к чему-то внутри него самого – еще более темному и непроглядному.

И в последний день перед прибытием в столицу он этому зову поддался. Смотрел в черные глаза, наполненные желанием и попросту не смог заставить себя отстраниться. Ему нужно было ощутить ее обнаженное тело, заклеймить его – даже если это будет означать его собственную слабость.

Он был намерен идти до конца, но внезапная мысль обожгла сознание. Что, если отвар, что он принимал для блокировки нежелательных последствий близости, не сработает с ведьмой? Что, если Ассия попадет в прошлое, беременная его ребенком?

В то самое прошлое, где он будет ее пытать, а после держать на привязи.

Он не готов был так рисковать. Но и отказаться был уже не в силах. Ассия лежала под ним – такая желанная, такая податливая, и он внезапно подумал, что вообще никогда не сможет отказаться.

В конце концов, почему он вообще должен это делать? Если Эйден все правильно рассчитал, то именно он станет следующим королем. А разве короли отчитываются, кого собираются трахать? Даже перед собственными женами.

Впереди замаячил выход из этого беспросветного туннеля, и Эйден с радостью ринулся к нему. Почти не обращая внимания, что запах становится все более тяжелым и затхлым, а тьма непроглядной.

***

Возвращение в столицу и внеочередное собрание Совета прошли без затруднений. Ассию приняли, признали и дозволили занять свое место подле отца. Придворная жизнь накладывала свои обязательства, а потому Эйден больше не мог быть рядом. Не имел права.

Это осознание злило, но и оно же помогло наконец-то понять одну очень важную вещь. Ассия должна принадлежать ему не только наедине, но и в глазах остальных. Это стало особенно очевидно на последующем балу, когда Севран выставил дочь на всеобщее обозрение, точно породистую лошадь.

Вьющиеся вокруг нее мужчины вызывали у принца бесконтрольное раздражение. Эмили, что стояла рядом и кидала влюбленные взгляды, раздражала не меньше. Это место – рядом с ним, должно было принадлежать другой.

Темные волосы, коварная улыбка, чарующий взгляд.

Казалось, у нее есть все, в чем он нуждался. Она была ответом почти на каждый вопрос. Кроме одного: ведьма не сможет стать королевой. Не подарит власть, к которой он так долго стремился. Она его обманет и предаст. Возненавидит. Проклянет.

Но даже зная это, он не мог сойти с выбранного пути. Особенно в тот момент, когда Ксандр решил, что может присвоить ее себе. А глаза Ассии зажглись как-то по-новому – словно предложение брата присоединиться к отбору наполнило ее существование смыслом.

Ему хотелось наказать их обоих. Ксандр планировал сделать то, на что не мог решиться даже Эйден, считая недальновидным поступком. Беспечность брата впервые стала поводом для зависти. Ревности. Злости.

Ассия же с готовностью приняла правила игры, вознамерившись отобрать то, что он желал больше всего. И если верить пророчеству, ей это удастся. Не с помощью ли его дорого братца?

Он пришел в покои Ассии той же ночью, желая заполучить хотя бы ее тело – кажется, то единственное, что ведьма вообще готова была ему дать. Напомнить, кому она принадлежит на самом деле.

Его воля вложила в ее руки оружие.

По его приказу она им искромсала платье.

Он жадно смотрел на открывающееся его взору тело, пока вдруг не осознал, что Ассия плачет. По-настоящему. Что ее хрупкие плечи вздрагивают от холода, ноги поджаты. Что во взгляде затаилась боль и непонимание. Что она не притворяется и не играет – ей действительно плохо.

Такая Ассия ломала все его выстроенные барьеры. Ради нее хотелось вывернуть невозможное наизнанку, воплотить его в реальность. Быть может, единственный способ обмануть судьбу – действовать на опережение? И если Эйден сам отдаст ведьме власть, то и забирать у него будет нечего?

Вот только захочет ли этого она, после всего того, чему еще предстояло случиться?

Пружина сжималась в груди Эйдена все сильнее, отсчитывая дни до нападения. Все было готово. Он использует его для проведения разведки и будет знать наверняка, как отразить атаку. Верные люди будут действовать так, как он им прикажет. Отец падет жертвой заговора. Мятежников поймают – ловушки расставлены, и он уже сейчас знает каждого поименно. Генерал Даррен станет первым, кто поддержит его восхождение на престол.

А Ассия… вернется. Потому что цепи клятвы будут тянуть ее к нему. Даже если ее ведьминское сердце будет переполнено ненавистью и презрением, у нее просто не будет другого выбора.

И тогда он найдет способ удержать ее рядом. Даже ту ее темную версию, что будет отравлять своим существованием каждую минуту его жизни. Словно уничтожающее заклинание отложенного действия, что вложено прямо в его сердце. У Эйдена тоже не будет другого выбора. Никогда не было.

Он знал, что поступает правильно. Выбирает меньшее из зол.

Вот только откуда такое чувство, что он теряет намного больше, чем написано в его идеальном плане? Возможно, из-за того,

как она смотрела в его глаза, когда он по-настоящему ей овладел?

Так, словно видела в нем просто Эйдена. Так, как не посмотрит больше никогда.

***

День нападения часто снился ему в кошмарах. Его родовой замок, оплот королевской власти, рассыпа́лся словно карточный домик волей Дэмиана Алмара. Страшно представить, на что еще способен человек, обладающей столь разрушительной силой. И человек ли?

Далмарийцы проникли под покровом ночи, уничтожая те крохи сопротивления, что еще оставались после удара по западному крылу. Не щадили ни слуг, ни солдат, ни аристократов – это даже не захват, а уничтожение. Плененных согнали в один зал, выставляя абсолютно абсурдные ультиматумы. Передвигаясь по тайным проходам, Эйден слышал, как в итоге они планировали этот зал поджечь вместе со всеми, кто остался внутри.

Он слышал крики Эмили – она звала его, плакала. Этот звук выворачивал его наизнанку. Он не любил ее, как женщину, но все равно чувствовал ответственность, желание защитить, как и любого в этом замке.

Оставалось только радоваться, что Иви удалось уйти: услышь он ее голос, Эйден вряд ли бы удержался. Вступил в неравную схватку и, возможно, погиб. Учитывая, что магия Ассии на него не действовала, вряд ли бы он получил второй шанс.

А потому приходилось терпеть. Копить ярость. Наблюдать. Анализировать. Пружина сжималась все сильнее, раскаляясь добела, когда он увидел, что Дэмиан Алмар пытается забрать Ассию.

В тот момент, когда он вступил в неравный бой, принц уже не знал, за что именно сражается: за свое драгоценное оружие… или за женщину, которую любит? Которую уже не может отпустить – особенно туда, где она познает боль и отчаяние.

Но Брианна была права.

Будущее невозможно изменить… как бы он того ни желал.

Когда она упала с крыши, этот крик еще долго стоял в его ушах. Он боялся услышать удар о землю, но его не последовало.

Ассия попала в прошлое, прямо в его руки. И сейчас она вернется… Сейчас…

Сейчас…

Ничего не происходило. Нагретая добела пружина продолжала жечь его внутренности так сильно, что, казалось, он чувствовал запах горелой плоти. Ассия, что должна была вернуться, по его расчетам, в тот же самый момент, попросту исчезла.

Пять минут… Десять…

Каждая секунда ожидания растягивалась на бесконечность. Прибывали гости на королевский бал. Где-то там готовилось нападение. А он продолжал стоять на крыше в полном оцепенении. Тьма оставила его, как и было обещано. Но где ложь? Где предательство? Что, если она вернулась, но не к нему? Что, если она выбрала Дэмиана Алмара?

Эйден крепко сжал зубы, пытаясь взять себя в руки. Предотвратить нападение – дело первостепенной важности. Он разберется со всем позднее. В конце концов, у него есть артефакт, что приведет его к Ассии, где бы она ни находилась.

Просто сейчас он не может покидать замок.

Артефакт жег его палец, когда Эйден спускался в свои покои. Сменить одежду, привести себя в более-менее приличный вид. Отдать соответствующие приказы. Арестовать предателей, как только появятся очевидные доказательства вины. И не сметь думать о ведьме.

Казалось, все обстоятельства складывались против последней установки. Эмили устроила сцену ревности, пробуждая в нем состояние ледяной ярости. Генерал Даррен потребовал арестовать дочь предателя до выяснения обстоятельств. Эйден отдал приказ найти Ассию – втайне надеясь, что она и в самом деле прячется где-то в замке.

Но ведьма исчезла. Артефакт превратился в бесполезный кусок мусора и никак не реагировал на попытки его активировать.

Долгожданный триумф поблек, стал лишь очередной ступенькой плана. Тяжелая корона бременем возлегла на его голову.

Бремя, которое он вознамерился нести с честью и достоинством, осознавая, что никто другой с ним бы не справился.

Ассия словно забрала его способность что-либо ощущать, оставив лишь пустую оболочку, способную выполнять определенные действия.

Допросить пленных?

Эйден лично занялся этим, полагаясь на ментальные способности Айса. Копаться в голове Севрана было мерзко, но вскоре выяснилось все недостающие детали последних недель. Король, наконец, узнал, что за нападением на его отряд стоял Дэмиан Алмар, людей которого лорд оре Дисгат сам пустил на свои земли.

Его целью была не только Ассия, но и сам Эйден. К сожалению, конкретных причин бывший советник не ведал, но вытащенных сведений хватило бы на дюжину смертных казней. Эйдену было жаль, что Севран может умереть только раз – из отчетов он знал, как правитель арронда обращался с собственной дочерью.

Следом остро встал вопрос о свадьбе с Эмили. Положение Эйдена было еще слишком шатким, чтобы отказываться. Да и к тому же, какая разница, кто именно станет следующей королевой? Если все они одинаково… не Ассия.

***

– Ведьма появилась, Ваше Величество. На крыше, как вы и сказали. – Произнес слуга спустя две недели после нападения.

Пружина, что все это время выжигала его нутро, слегка ослабла, давая Эйдену сделать вдох.

Его рука не дрожала, выводя строки, зато все тело вибрировало от нетерпения. А когда он увидел ее, то показалось, словно мир вновь пришел в движение. Обрел цвета, запахи, звуки. Он поглощал ее всем своим существом, будто лекарство от неизлечимой болезни. И точно знал, что теперь не сможет ее отпустить... Как и то, что удерживать тоже не сможет.

Айс уже доложил о намерениях ведьмы – все они полностью совпадали с пророчеством. Она хотела мести, хотела власти.

А он хотел ее – добровольно. Но на его условиях. И потому он сделал предложение, от которого она не смогла бы не отказаться. Снял клятву. Дал свободы. Выжидал. Наблюдал.

Выдержка почти изменила ему всего лишь раз, когда Ассия предложила Ксандра в качестве собственного супруга. Не давала покоя мысль: что она видит в нем: оружие мести, или… нечто большее?

Именно в тот момент он принял решение избавиться от брата. Ссылка в Дисгат казалась лучшим выходом: либо она, либо Ксандра ждала бы темница. Эйден готов был простить те смехотворные покушения на собственную жизнь, но не попытки присвоить его женщину.

Как раз в этот момент он осознал, что выжидание ничего не даст. Нужно действовать.

Нападения стали последней каплей в чаше в его выдержки. Сначала змей Алмара, потом генерал Даррен, который чудом лишь не прикончил обессиленную девушку. Эйдена трясло, когда он представлял, что бы случилось, если бы он не успел…

Его позвала сама тьма. Разбудила тихим шепотом ее имени. Или это было его нутро, что каким-то образом чувствовало Ассию? Тот необратимый рок, что связал их и неизменно притягивал друг к другу.

Он долго пытался понять причины, почему это произошло, но изобретение советницы дало подсказку. Ведь он четко видел, как стрелка, определяющая наличие тьмы, повернулась к нему, стоило ведьме отдалиться. Получается, в нем тоже есть… тьма? Это бы объяснило, почему он не реагирует на яды или то яростное желание уничтожать других ведьм. Всех, кроме Ассии.

Про антимагов было известно так мало, но Эйден дал себе обещание выяснить природу этой силы, даже если ради этого придется приставить к стенке богов. Но не сейчас.

Пружина в его груди сжалась в одну точку невозврата, когда он принял окончательное решение. Оно наполнило его таким облегчением, словно он только что разгадал все тайны мироздания. Только Ассия станет его королевой. Родит ему детей, будет всегда на его стороне и никогда не оставит. Ведь именно такую клятву он от нее потребует.

Только она достойна. Кровавая Королева и Эйден Защитник звучит, как начало новой великой эпохи, верно? Он готов потратить всю жизнь, чтобы добиться своей любимой женщины. А она не сможет предать – клятва не позволит.

Как тебе такое, Брианна? Ему казалось, что он обманул судьбу.

Вот только…

– …я видела свою смерть. Я умру в этом чертовом платье… и с короной на голове.

– Повтори, что ты сказала.

– Кто-то должен воткнуть мне кинжал прямо в сердце. А я даже до сих пор не уверена, что это не ты.

И в этот момент все начало вставать на свои места. Тьма заберет у него Ассию – ту, что он желал больше всего, но упорно отказывался себе в этом признаваться. Чья это будет тьма? Не его ли?

Почему она вообще согласилась выйти за него замуж, если знала, что это ее погубит? Зал содрогнулся словно от удара, но Эйден едва ли обратил на это внимание. Его внимание было приковано к ее глазам, в которых плескалась боль, обида, обреченность, страх, решительность, борьба… и что-то еще.

Там, где раньше была пружина, образовалась дыра. Жгла изнутри, словно кислота, уничтожала. Ассия знала, что умрет, но не сбежала.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю