Текст книги "Горничная для архитектора (СИ)"
Автор книги: Анна Ренн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 12 страниц)
Глава 33
Мысли в голове закружились. Если она обнаружит сейчас нас тут вдвоем мило беседующих, то это вызовет вопросы. Едва дверь начала открываться, как я быстро шепнула девушке, застывшей в ужасе. Неужели можно так бояться собственных родителей? Эти люди вызывают во мне все большее отторжение. Это сколько же боли надо было причинить собственным детям…
– Быстро включи стерву и начинай ругаться на меня, – прошептав, я обернулась вполоборота от нее и понуро опустила голову, будто меня отчитывают. У Вероники ушла секунда на то, чтобы понять смысл сказанного мной.
– Ну сколько можно уже учить тебя и тыкать в собственные ошибки! За что мы вообще платим тебе деньги? Никудышная уборщица, малолетний ребенок и то лучше бы справился с твоей работой! – она быстро вошла в роль, продолжая ругать меня, непутевую горничную.
Алена Альбертовна молча наблюдала за нами, пока я лепетала какие-то извинения перед хозяйкой, а она лишь сильнее распалялась. Девушка остановилась, чтобы перевести дыхание и продолжить с новой силой клясть меня на чем свет стоит, в то время как я пыталась сделать еще более виноватый вид. В момент передышки своей дочери женщина вклинилась в наш «разговор».
– Вероника, ну что ты так накинулась на бедную девочку? Она же не сделала ничего страшного, у каждого бывают ошибки. А то подумает еще, что это мы тебя такую крикливую воспитали, – когда она обратилась ко мне, заметила на ее лице весьма приятную с первого взгляда, но неимоверно лицемерную и лживую, если приглядеться, улыбку, – беги, детка, и впредь относись чуть внимательнее к своим обязанностям.
Поблагодарив женщину за проявленную доброту, я поспешила ретироваться. Хотелось напоследок кинуть ободряющий взгляд Нике, но я не стала рисковать.
До этого момента я и не знала, что могу быть такой актрисой…
Чем дольше они гостили, тем напряженнее становилась обстановка. Казалось, все готовы были взорваться в любой момент. Мы были кроликами, прячущимися в кустах, пока злые и голодные волки рыскали по округе в поисках пропитания. А вот они были абсолютно расслаблены, чувствовали себя на своей территории.
Дальше – хуже. Если в первый день они всего лишь следили за работниками, то на второй день начали уже делать какие-то замечания или давать непрошенные и зачастую весьма грубые или язвительные комментарии. На четвертый же день началось вообще немыслимое: началось массовое увольнение. Не заметил складку на форме и пошел так работать – уволен. Приступил к своим обязанностям на минуту позже, чем положено, – уволен. В первый день со всего штаба было уволено три человека, на следующий еще несколько. Поначалу Влад и Ника возмутились, попытались отстоять своих работников, но родители им очень доходчиво и ласково объяснили, что стараются для них же и это такая своеобразная забота.
Из напряженной атмосфера превратилась в удручающую. Мне думалось, что дворецкий и экономка точно останутся на своих местах, но даже они получали замечания по поводу своей работы, поэтому я начала сомневаться в их закоренелости в этом доме. Кирсановы младшие молча глотали все, выжидая чего-то. В какой-то из дней Владу удалось остаться со мной на минуту наедине. Схватил меня за руку и, не давая мне сказать ни слова, выпалил.
– Не попадайся никому из них на глаза, старайся делать свою работу там, где их нет. Если следят, постарайся делать все максимально правильно. Осталось совсем немного, – подарив мне умоляющий взгляд напоследок, быстро ушел, оставив меня со своими мыслями. Переживает обо мне? Приятно.
Буквально на следующий день после того, как он выловил меня, случилась неприятность. Когда я поливала цветы, ко мне подошел его отец, Андрей Александрович. Сразу заметила его, когда он появился в комнате. Облокотившись о дверной проем, он молча наблюдал за мной. Старалась не показывать этого, но тело сразу же напряглось. Я могу вылететь по его велению в любой момент, и любое сопротивление будет подавлено. Конечно, Алина с дядей Коликом помогут найти другую работу, но я уже как-то прикипела к этому дому и его обитателям, так что не хотелось бы расставаться со всем этим.
Услышала легкий, почти беззвучный шаг. Он направлялся в мою сторону, остановился на расстоянии вытянутой руки.
– Хорошо держишься, но меня-то не проведешь. И давно ты спишь с моим сыном? – сказал таким обыденным тоном, будто речь шла о погоде. Меня захлестнула волна возмущения. Да что он вообще себе позволяет? Может быть, я и играю роль обычной горничной, но так не позволю с собой общаться!
Резко обернувшись к нему, одарила его весьма злобным и возмущенным взглядом. Хотелось бы, чтобы ему стало стыдно, но я уверена, что это неведомое для него чувство. На секунду вновь растерялась от его поразительного сходства с сыном.
– Во-первых, да что вы себе позволяете? А во-вторых, моя половая жизнь вас уж точно не касается, – а даже если бы и спала, то какая ему разница? Сам же дал разрешение на интрижки.
– Ну не строй из себя недотрогу. Мой сын точно не стал бы отказываться от этого, уверен, он уже предлагал тебе. Или ты ему. Он же лакомый кусочек: деньги, власть… Если начнешь отрицать – не поверю, уж слишком ты похожа на его первую потаскуху. Как же ее… Ира, если не ошибаюсь.
Гадкая улыбка расползлась по его лицу, от ее вида мне стало мерзко. Рука замахнулась, чтобы дать пощечину этому гаду, но была перехвачена им же. Мне плевать, насколько он богат, властен и похож на предмет моих мечтаний, он не имеет права так общаться, выплевывать все это мне в лицо. Ладно он не испытывает никакого уважения ко мне как к человеку, но то, как он отозвался о первой любви своего сына, как нейтрально выпалил все это, вызвало во мне волну злости и негодования.
– Не доросла еще до рукоприкладства к таким состоятельным дяденькам, – слова сопровождались противной усмешкой. Он сжал мою руку сильнее, делая мне больно, но я не смела этого показывать, не хотела, чтобы он почувствовал еще большее превосходство надо мной, – если уж ты утверждаешь, что не спала с моим сынишкой, я, так и быть, поверю тебе, – и ни капли веры в его глазах. Просто издевается надо мной, – а со мной не хочешь переспать? Всегда хотел узнать, что же такого особенного в девушках, которых выбирает Влад.
Я потеряла дар речи, переваривая его слова. Мне точно не послушалось? Мерзкая улыбка на лице мужчины и похоть в глазах явно говорили о том, что нет, я услышала то, что услышала. Попыталась вновь вырвать руку, но опять тщетно.
– Если вы сейчас же не отпустите меня и не извинитесь за свои слова, я закричу. В конце концов, вы же женатый человек! Как вы вообще можете такое говорить?!
– Не переживай, я могу говорить и делать все что хочу, и моя драгоценная женушка прекрасно об этом и знает и даже разделяет мое мнение.
– Если вы же сейчас же не отстанете от меня, я на весь дом закричу, что вы пристаете ко мне, и тогда все узнают, что вы всего лишь грязное животное! – последняя попытка вырваться, прежде чем я перейду к исполнению своих угроз.
– И кто тебе поверит? Я скажу, что ты сама накинулась на меня и предложила покувыркаться, ожидая плату за свои услуги. Мое слово против твоего.
Секундное размышление. Он прав, мне никто не поверит. Власть и преимущества явно не в моих руках. Но что-то же надо придумать, пока меня действительно не принудили к тому, чего я очень не хочу.
Пока в моей голове бешено крутились шестеренки, в нашей пьесе появился третий герой.
Глава 34
– Я поверю. Руки от нее убери, – Влад быстрым шагом приближался к нам.
Я облегченно выдохнула, увидев его. Теперь этот мудак ни к чему меня не принудит. Пока он опешил от неожиданного появления мужчины, я быстро выдернула свою руку из захвата и отпрыгнула от него, наблюдая за тем, что же дальше развернется здесь.
– Сын, да ты чего? Ты не так понял, эта девка сама мне предложила…
– Я слышал все от начала до конца, просто хотел убедиться в том, что душа твоя давно и окончательно прогнила, – Андрей Александрович хотел что-то возразить, но не успел.
Подлетев к нему вплотную, Влад замахнулся и с тупым звуком вмазал собственному отцу по лицу, разбив нос. Кровь полилась, парень встряхивал руку, которой тоже пришлось явно не сладко от мощного удара.
Ударенный чудом остался стоять на месте, однако пару шагов назад ему все же пришлось сделать, чтобы удержать равновесие.
– Ты что себе позволяешь, сопляк?! – мужчина замахнулся, намереваясь дать сдачи собственному сыну, однако тот бодро увернулся, уложив затем родителя на пол парой ловких движений.
На шум сбежались и остальные жители дома, прислуга недоумевала, но явно была взбудоражена происходящим зрелищем, а вот хозяйка и остальные родители начали восклицать и сыпать вопросами о том, что случилось.
Влад прервал всех коротким жестом поврежденной руки, кратко высказавшись.
– Ты, – кивок на поверженного отца, – и вы, – кивок на мать и родителей Ники, – выметайтесь из этого дома.
Те непонимающе стали переглядываться, пытаясь понять, точно ли сын и зять в своем уме.
– Сынок, да что с тобой? Ты, наверное, устал сильно, тебе стоит отдохнуть, – сладостным, как мед, голосом Алена Альбертовна попыталась успокоить сына, сделав маленький шажок в его сторону.
– Я не желаю ничего слышать. Больше вы не сможете отравлять нашу жизнь, – Ника, видимо, поняв, в чем дело, бодро подошла к Владу, взяв его за руку, оказывая поддержку и показывая, что она полностью заодно с ним, – на это ушло много времени и сил, но сегодня все наконец-то было закончено. Все бумаги готовы, все контракты разорваны, все компроматы на вас собраны.
Те, в свою очередь, стояли в шоке, не веря услышанному.
– Ты не посмел бы… – уже отползший в сторону Андрей Александрович поспешил высказаться, но вновь был прерван сыном.
– Тебе стоит заткнуться. Я такое на вас с матушкой нарыл, что вряд ли вы из тюрьмы выйдете до конца своих дней, если я передам найденную информацию в нужные руки, – его мать в это время нервно закусила губу, решив промолчать, – вы больше никогда не будете с нами контактировать, лезть в нашу жизнь и как-то мешать нам. Вам понятно?
Родители Ники начали агрессивно высказываться и угрожать, но и они были прерваны.
– На вас я тоже много чего накопал. Тот случай на стройке, в ходе которого погибла целая рабочая бригада… Дело быстро замяли, обвинив во всем подрядчика, но он ли был виновен? – Игорь Павлович и Наталья Вячеславовна побледнели, не веря в услышанное, по их лицам было понятно, что Влад попал в точку и не на шутку напугал их, – и это не единственное, что мне удалось найти.
– Мы все равно не позволим ей оставить ребенка этого отребья, который работает вашим садовником! – мать Ники все же решила высказаться, наконец сбросив маску милой и ничего не знающей матери. Женщина косвенно призналась, что это они устроили нападение на Диму.
– А вот это тебя уж точно не касается! Вы не дали мне возможность построить мою жизнь с Игорем, но сейчас-то вы точно мне не помешаете, – Ника была полна решимости, глаза сияли от осознания, что они наконец-то смогли дать отпор этим монстрам.
– Наталья Вячеславовна, мне рассказать о том, что вы вытворили семь лет назад? Тяжело было, но улики этого дела мне все же тоже удалось найти, – Кирсанов младший не стремился раскрывать подробности, понимая, что вокруг полно свидетелей в виде работников дома, которые могут потом по-своему распорядиться этой информацией.
Ноги женщины подогнулись, она медленно осела на пол, а стоявший рядом муж не спешил ее придержать или помочь подняться, пребывая мыслями будто бы совсем в другом месте.
– А ты подготовился, паршивец… – Андрей Александрович все не унимался. К этому моменту он уже поднялся на ноги и держался в стороне, держа кровавый нос рукой, опасаясь очередной выходки сына. Никто не торопился оказывать ему хоть какую-то медицинскую помощь.
Влад подошел к нему, я успела заметить в глазах Кирсанова старшего мимолетный страх. Боится, что ему вновь накостыляют, или наконец понял, что его сын – сильный соперник, которого ему не победить?
Мой хозяин что-то быстро прошептал отцу на ухо, заставив того нервно сглотнуть и наконец-таки замолчать.
– Вон. Из. Нашего. Дома.
Выбора нет. Они ушли, буквально выплевывая обещание никогда больше не возвращаться и не лезть в жизни собственных детей, практически отказавшись от них.
А потом оказалось, что еще не всех в этом доме вывели на чистую воду.
Глава 35
Мне было очень интересно, что же такого мог нарыть Влад на своих родителей, что те все проглотили и пообещали не лезть больше в их жизнь, однако я решила не спрашивать. Понимала, что получение этой информации может привести меня к потенциальным угрозам и не только с их стороны.
В тот же день, когда чета Кирсановых и Нестеровых покинула дом, следом за ними архитектор выгнал еще одного человека. Алиса, молодая девушка, которую пару недель назад наняла себе Ника в качестве помощницы по рабочим делам, оказалась стукачом. Она запала на мужа своей хозяйки, узнала о домашних правилах и их взаимоотношениях и решила разлучить их. Знала, что может без каких-либо проблем стать любовницей Влада, но захотела быть именноженой. Каким-то образом разнюхала об отношениях Ники и Дмитрия, даже выяснила, что у них будет ребенок, и слила всю информацию родителям, поняв, что они тут те, кто действительно держит власть в руках и управляет этой семейкой. Именно с ее подачи на садовника было совершено нападение, на протяжении нескольких недель она следила за всеми и передавала информацию Кирсановым старшим и Нестеровым. Надеялась, что родители заставят развестись своих детей, чтобы потом не вызывать скандалы из-за утечки информации о том, что у Ники будет ребенок от другого мужчины. В принципе, именно это ей и пообещали. Хотя я не думаю, что они действительно стали бы исполнять это…
Пока она сама все это рассказывала (Владислав вывел ее на чистую воду и заставил во всем сознаться), я думала «Вот же стерва», а Ника, вместо того, чтобы молча стоять и слушать ее историю дальше, подлетела к ней с криками и начала выдирать волосы, пытаясь расцарапать лицо. Оно и понятно – именно из-за нее подвергся нападению ее любимый, именно из-за нее Веронику могли лишить ребенка и своего счастья. Остаться без волос и с парой царапин на лице – слишком легкое наказание, как по мне.
Никто не останавливал двух визжащих девиц, понимая, что Алиса получила по заслугам. Как только запыхавшаяся Ника успокоилась и прекратила рукоприкладство, девушка тут же вылетела из дома, а вслед за ней из ее комнаты со второго этажа полетели ее шмотки и вещи, которыми она успела обжиться. И все с подачи Кирсановой.
Когда все враги были устранены, вино для всех разлито и выпито, вся прислуга развеселилась, Влад попросил меня отойти в сторонку на разговор с ним. Было интересно, что же такого он захотел мне сказать после всего случившегося.
Мы вышли из приемной гостиной в гостевое крыло, которое сейчас пустовало.
– Прости за моего отца. За то, что он предлагал тебе… – вот оно как, а я уже даже забыла об этом в связи с последующими событиями, – я всегда знал, что он довольно мерзкий человек, у него было бесчисленное количество любовниц, и мать все прекрасно знала, но ей было плевать, она тоже пользовалась спросом у мужчин и продолжает даже в таком возрасте, но я не думал, что он осмелится предлагать кому-то подобное в доме собственного сына, причем когда рядом его собственная супруга и родители жены его сына. Я хотел вмазать ему сразу же, как только услышал, о чем он тебе говорит, но решил сдержаться и послушать дальше, стало интересно, насколько же он прогнивший. А когда он схватил тебя за руку, в моей голове и вовсе помутнело. Досчитал до десяти, чтобы успокоиться и молча не разукрасить ему лицо в ту же секунду.
Да уж, признание. Мне было приятно, что он переживал обо мне, но все же картина возможного мордобоя прямо передо мной была не особо привлекательной, рада что он успел всего лишь раз вмазать отцу, а не больше.
– Не скрою, его слова были отвратительны, я и сама хотела дать ему пощечину, но он не дал мне осуществить задуманное. Спасибо за переживание, мне приятно слышать, что вы готовы были защитить меня, – было так непривычно продолжать соблюдать субординацию, отношения подчиненной и начальника, после всего, что было между нами.
Я уже собиралась возвращаться к застолью, поблагодарив его за все, но он остановил меня вопросом.
– Николь, – вздрогнула при упоминании своего имени, давно его не слышала, – скажи честно, если бы мой отец не был таким моральным уродом, ты согласилась бы с ним… ну…
Какой ужас! Да как он вообще может спрашивать о таком? По его мнению, я согласна прыгнуть к любому богатому мужику, который не выглядит старым? Хотела разразиться тирадой, но вдруг в голове возникла одна неожиданная мысль. Они же похожи как две капли воды, может, он пытается таким образом выяснить, как я отношусь к его внешности и готова ли я на такое сним?
– Извините, Владислав Андреевич, за мой вопрос, но вы дурак? – все-таки немного не сдержалась, – конечно же нет!
Эмоции на его лице трудно было как-то интерпретировать, поэтому я решила отложить пока догадки о том, что у него на уме.
– У меня есть мужчина, который мне интересен и с которым я хотела бы что-нибудь попробовать, – не стала раскрывать все карты, но было интересно, как его лицо из удивленного становится хмурым, шестеренки в голове мужчины работают явно в усиленном режиме, пытаясь догадаться, о ком же я говорю.
– Неужели вы с Ярославом все-таки вместе? – вызывающий тон мне не очень нравился, но я удивилась тому факту, что он до сих пор помнит про него. Хотя, признаюсь, я все еще поддерживаю с ним связь, но только как друг и не более.
– Нет, речь не о нем, – специально сделала длительную паузу, чтобы подольше его помучить, – тот, о ком я говорю, намного ближе ко мне, чем Ярослав, – вновь пауза. Пыталась не рассмеяться с его уж слишком задумчивого выражения лица, – сейчас даже невероятно близко ко мне, – мы стояли на расстоянии меньше метра друг от друга, поэтому пока он пытался осознать только что сказанное мной, я загадочно улыбнулась, подмигнув ему, и быстро убежала, оставив одного.
Надеюсь, он все же поймет мой намек.
Глава 36
Жизнь дома налаживалась, Диму выписали из больницы, и теперь они с Никой не скрывали свои отношения, оба светясь от счастья. Те, кто работал тут относительно недавно, ничего не понимали: жена водится с любовником на глазах у мужа, а ему плевать! Но остальные же были рады за пару, которая наконец-таки обрела свое счастье. Влад особо не обращал на них внимания, но по его лицу было видно, что он тоже рад всему происходящему и произошедшему ранее. Им оставалось только одно: развестись, чтобы Вероника смогла вступить в брак с тем, кого действительно любит.
Отношения между «супругами» начали резко налаживаться, превратившись из пассивно ненавистных и вынужденных в целомудренно дружеские. Я думала, что Влад начнет водить к себе разных девиц после выпровождения родителей, ведь теперь-то бояться было нечего, они сами устанавливали свои правила, но ни одной не заметила за прошедшую неделю. А вот его постоянные взгляды украдкой на меня замечала и даже слишком часто.
Неопределенность между нами напрягала, однако вмешиваться я не хотела. Пусть все идет своим чередом. Судьба сама расставит все на свои места.
Пока я в очередной раз думала о наших непонятных отношениях, возвращаясь в дом Кирсановых с покупками, за которыми меня срочно отправила Вероника, произошло немыслимое. Когда я поворачивала за угол, находясь в нескольких кварталов от особняка, мне на голову что-то резко накинули, а затем в нос ударил какой-то резкий запах, почувствовала, что начинаю терять сознание, даже не успев посопротивляться и проанализировать ситуацию.
***
Приходила в себя с трудом. Голова, почему-то болела, а все тело затекло. Попробовала открыть глаза, но встретилась с непроглядной темнотой. Да какого черта происходит?!
Пошевелить конечностями тоже не получилось, что-то мешало. Веревки? Паника начала активно накатывать, помогая вспомнить последнее, что со мной случилось. От осознания начал выступать холодный пот, в горле застыл ком, не позволяя вырваться крику первобытного страха.
Так, Николь, дышим глубже. Вдох, выдох, и поспокойнее. Если ты все еще жива, значит, ты зачем-то нужна тем, кто тебя похитил. Может быть, я обладаю какой-то ценной информацией? Не думаю, конечно, но… Вдруг это кто-то из конкурентов Кирсанова? Узнали, что я там работаю, и решили выкрасть, чтобы узнать что-то?
Звучит не очень убедительно, нужны еще варианты.
Кто-то из тех, кто знал моего отца? Решил выкрасть секреты почившего бизнесмена? С опозданием, правда, но а вдруг..?
Нет, тоже не то.
А потом в голову начали забредать совсем плохие варианты.
Что, если бывший муженек все же смог отследить меня и решил отомстить, теперь уже убив наверняка?
Замотала головой, отгоняя мрачные догадки. Алина сообщила бы мне, что он направляется в страну, куда подружка меня спрятала. Ой, а если он и с ней что-то сделал, и именно поэтому она не смогла выйти на связь?
Нет-нет-нет. Она не глупая, у нее везде глаза и уши, плюс охрана, которая следит за любым взглядом в ее сторону. Лина достаточно умная и осторожная, она бы узнала раньше всех, если бы он что-то такое планировал.
Эти мысли меня немного успокоили, но вслед за ними полезли еще хуже.
А что, если это отец Влада, Андрей Александрович, решил отомстить мне за то, что отказала ему? По сути, если бы не наш разговор, его сын не убедился бы в том, какое чудовище его папочка. Может быть, он думает, что если бы тогда с моей помощью не раскрылась его настоящая сущность, то сынишка не был бы так категоричен с ними и не выгнал бы на глазах у всех? Надеюсь, что он не такой мелочный и не станет отыгрываться на мне, ведь в таком случае он, вероятнее всего, сначала изнасилует меня, а возможно, и не он один, а потом будет долго отрываться. Знаю я таких: словно сытый кот, загнавший мышь, которую и не планировал есть, до смерти ради одного лишь удовольствия. Как только зверек издаст последний писк, хищнику сразу же надоест играться с ним и он переключится на что-то другое – более интересное и живое.
Я сама же загнала себя в истерику ужасными догадками и сейчас пыталась вновь вернуть трезвый рассудок.
Нужно придумать план. Хоть какой-нибудь, выиграть себя время в надежде, что кто-то меня все-таки ищет. Интересно, а давно ли я здесь? Сколько вообще прошло времени с того момента, как меня похитили? Были бы тут хоть какие-нибудь настенные часы… Однако в этой темноте один черт ничего не разглядишь.
Начать кричать? Слишком глупо. Я насмотрелась фильмов, где жертвы своими воплями лишь привлекают своих обидчиков, которые, раздражаясь шумом, могут решить прикончить их пораньше. К тому же мне нужно побольше времени, чтобы придумать какую-нибудь стратегию.
Вновь попыталась подергать конечностями, окончательно убеждаясь в том, что они находятся в крепком плену веревки. Одежда на мне вроде была та же, в которой я уходила за покупками, как минимум радует, что меня ни во что не переодевали и не раздевали, а значит, не трогали и не видели. Голова болела от усыпляющего вещества, в остальном же собственные ощущения поведали, что я цела. Смею понадеяться, что это может свидетельствовать о том, что я нужна им целой и невредимой. Как минимум, пока что.
Вдруг в голову неожиданно пришла полезная мысль: мне нужен мой крестик! И нет, не за тем, чтобы помолиться о помощи. После того, как бывший муж пытался убить меня, я настолько сильно начала параноить, что попросила подругу найти для меня какое-нибудь незаметное и компактное средство самообороны. Лина тогда очень озадаченно на меня посмотрела, но обещала что-нибудь придумать. А через несколько дней передала вместе с дядей Коликом этот самый крест. С виду обычный символ с образом Господа, но слишком уж большой для девушки. И не просто так: внутри было встроенное лезвие, нижняя часть креста снималась, обнажая его, а верхняя служила маленькой рукояткой. Насквозь им, конечно, не прорубить, но вот множество кровоточащих дырок я наделать смогу. Осталось только придумать, как добраться до него, руки ведь все еще связаны…
Пока я проводила активные мыслительные процессы, раздался какой-то шорох, после которого мне в глаза ударил луч света. Открылась какая-то дверь.
– А, наша красавица все-таки очнулась, – мужской голос заставил вздрогнуть, фигура сделала шаг ко мне навстречу, вызвав холодный пот по всему телу.
