Текст книги "Горничная для архитектора (СИ)"
Автор книги: Анна Ренн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 12 страниц)
Горничная для архитектора
Анна Ренн
Глава 1
Я экстренно собирала вещи, так как вот-вот в мою квартиру должны были ворваться головорезы, которым заплатил мой бывший муженек. Как оказалось, он был не таким уж и невинным. А когда я застукала его с любовницей, хотя мы даже года в браке не прожили, с улыбочкой, все еще не вытаскивая свой член из этой потаскухи, заявил, что ему придется меня убить.
Вот с тех пор прошло больше суток, а он свое слово сдержал. Вчера меня чуть не выловили четверо хмырей. Пришлось запрыгнуть в первую же маршрутку, а после ходить оглядываясь, избегая темных углов.
Мне надо срочно сматываться из города, а желательно из страны и поменять имя. У меня, конечно, были подозрения, что он замешан в темных делишках, но он всегда отшучивался, притупляя мою бдительность.
– Черт, да возьми ты наконец трубку! – моя подруга Алина, единственный человек, который мне может сейчас помочь, не отвечала уже на пятый вызов.
Наши семьи дружили, так как обе вращались в высших кругах. Первым же делом я обратилась к ней. Оказалось, что муженек мой долго продумывал план о том, как избавиться от меня, забрав себе все мое наследство, оставленное родителями после их кончины. Они попали в аварию около двух лет назад, тогда же я и познакомилась с Антоном. Только сейчас я осознала, что это не было простым совпадением. Он выслеживал меня, поджидая подходящей возможности, зная о родителях и счетах, которые они мне оставят. И как вовремя – мне нужна была поддержка, кто-то рядом, и как раз он подвернулся. Гад.
– Слушаю, – ну наконец-то.
– Все готово? Лин, я уже каждого шороха боюсь и не спускаю глаз с двери, ожидая, когда ее начнут выбивать.
Подруга приютила меня в одной из своих пустующих квартир на сутки, разбираясь с моими документами. Она даже купила мне билет на самолет. Вот только куда – не стала говорить мне во имя конспирации. Все мои счета записаны на мужа, у меня осталась одна лишь кредитка, на которой едва наберется десять тысяч.
Я чувствовала себя слепым котенком, который не знает, что делать с этой жизнью. Все мое дальнейшее существование зависит только от Лины.
– Да, все сделано, извини за задержку, улаживала последние вопросы. Ты собрана? – ответила, сопроводив это нервным кивком головы. – Хорошо. Через десять минут я заеду за тобой на такси, оттуда в аэропорт.
Отлично. Чем быстрее я свалю отсюда, тем лучше. Выключила телефон и принялась смотреть в окно в ожидании машины.
Спустя пару минут мое сердце остановилось от ужаса. Пару секунд на то, чтобы прийти в себя. Те самые головорезы, которые гнались за мной вчера, терлись сейчас у моего подъезда. Быстро опустившись на корточки, я принялась лихорадочно думать о том, что мне делать. Они наверняка уже вычислили квартиру, сейчас ждут, пока какая-нибудь добродушная соседка откроет им. Рывком поднялась, схватила сумку и рванула к двери. Чемодан придется оставить тут. Плевать, все самое важное все равно было в сумке, а остальное можно купить.
Трясущимися руками закрыла дверь на ключ и поднялась выше на пару этажей. Лестничный пролет позволял видеть небольшое пространство на моей лестничной площадке, оставаясь незамеченной. Я затаила дыхание, услышав громкие, грузные шаги поднимающихся мужчин. Они остановились прямо у моей двери. Пару раз позвонили в звонок ради приличия, затем, не церемонясь, принялись вышибать дверь. Благо в квартире несколько комнат и им потребуется время, чтобы все обыскать.
Как только последний мужчина скрылся внутри, я двинулась на выход. Лифта не было, но сейчас четыре этажа казались невероятно короткой дистанцией. Не оборачивалась, боясь встретиться взглядом с одним из моих убийц.
Едва выскочила на улицу, как в это же время подъехала Лина на такси. Не помню, как запрыгнула туда. Сразу же завопила, напугав подругу:
– Гони!
Глава 2
Уже в аэропорту узнала, что Лина отправила меня на другой конец земли – в США. Хотя кому-кому, а не мне точно сейчас возмущаться. Там Антошеньке точно будет тяжело до меня добраться. Как раз английский свой подтяну. Вспомнила маму, которая заставляла ходить меня на курсы иностранных языков. Боже, как же я сейчас была благодарна ей за это!
Девушка сказала, что меня будет ждать проверенный человек, который расскажет о дальнейших действиях. Она даже уже нашла для меня работу и договорилась обо всем. Мне нужно будет какое-то время не высовываться, чтобы бывший ослабил свою хватку и поиски. А потом мы каким-то образом должны будем придумать план, чтобы засадить этого гада и вернуть все мои счета. Я потеряла бдительность и не замечала, как постепенно все мои денежки, компании, бизнес переходили ему. Какая же я была дура. Сколько же мне теперь придется разгребать все это?
– Суворова Елизавета Игоревна? – высокий худощавый мужчина обращался ко мне. До меня не сразу дошло, что он назвал мое новое имя. Придется привыкать. Кивнула ему.
– Вы от Алины? – он повторил мое движение головой.
– Пройдемте, такси уже ждет.
Я не знала, куда мы сейчас поедем, можно ли вообще ему доверять, но выбора у меня особо не было.
Остановились у гостиницы, мужчина щедро заплатил таксисту, поблагодарив его на английском, затем сопроводил меня в заранее снятую комнату.
Только после того, как я уселась на кровать, позволила себе наконец расслабиться.
– А вы не сильно поменялись, – мужчина, казалось, тоже стал более спокойным. Но я не понимала, о чем он. Вопросительно уставилась на него, ожидая продолжения.
– Не помните? Мы часто виделись с вами в детстве. Я был водителем отца Алины и его хорошим другом, так что часто привозил его к вашим родителям и нянчился с вами.
До меня начало доходить.
– Дядя Колик? – я действительно вспомнила мужчину, правда в моих воспоминаниях он был куда моложе. Сейчас же его лицо избороздили морщины, он стал чуть осунувшимся. Помню, как он подбрасывал меня в воздух. Даже отец не мог так высоко, как он. – Извините. Николай Васильевич, если не ошибаюсь? – только сейчас осознала, что назвала его так, как в детстве. Не солидно и не подобает возрасту. Поняла, что в аэропорту он делал вид, что впервые меня видит, чтобы не вызывать подозрений.
Бывший водитель улыбнулся, морщины на лице немного разгладились. Он явно был рад тому, что я его вспомнила.
– Да что ты, зови так, как привыкла. И мне так больше нравится, если честно.
Мы провели несколько часов за разговорами, ностальгией. Узнала, что отец Алины тогда, увидев больший потенциал, чем просто вождение автомобиля, предложил Николаю руководство в одной из своих компаний. Тот нехотя, но согласился. А после ему пришлось переехать в Штаты, так как бизнес семьи Крыловых рос. Сейчас, правда, его начальник Алина, но ему это ни капли не мешает.
Мужчина поведал мне, что завтра я выхожу на работу к одной довольно богатой русской семье. Буду горничной. Также дядя Колик убедил меня, что это хорошие люди и вреда мне не причинят, а платить будут щедро. Но было одно немного странное условие – закрывать глаза на все, чему я стану свидетелем. Однако обещали без какого-то криминала. Я сгорала от любопытства и немного от страха. В голове из-за недавних событий эта семья рисовалась мне разными маньяками.
Все мои документы были готовы. Правда, поддельные, но все же.
Дядя Колик утром привез меня в богатый район русских эмигрантов. Все дома выглядели просто роскошно, в каждом не меньше двух этажей, ухоженные газоны, но вот один все же выделялся. Он выглядел дворцом среди них, хотя и размер у него был средний, и этажей лишь два. Каково же было мое удивление, когда мужчина указал на него и сказал, что я буду там работать.
Да там же потеряться можно!
– Семья Кирсановых. Владислав Андреевич – известный архитектор, – слишком знакомое имя… Точно, вспомнила. Я очень часто видела его в газетах с заголовками о успешных грандиозных проектах. Если не ошибаюсь, он переехал в Америку несколько лет назад. Вел дистанционно дела с моими родителями, но лично я его никогда не видела, так что особо не знала, что он из себя представляет. – Его жена Вероника Игоревна. Говорят, та еще стерва, так что будь осторожнее.
Только вредной сучки мне сейчас еще не хватало…
– И лучше не лезь в их дела, – в воздухе возник вопрос. Я же вроде и не собиралась, – разговоры их не слушать; не ходить, куда не просили; вещи, само собой, не брать, – он что, все еще за ребенка меня принимает? – Извини, просто очень волнуюсь за тебя. Ты же мне не чужая все-таки. И делай вид, что тебя вообще не существует, пока к тебе не обратятся. За последний месяц они поменяли около девяти горничных.
Что за условие такое странное? Понимаю, конечно, что некоторые богачи прислугу за людей не считают, но не настолько же? У меня какое-то плохое предчувствие.
Глава 3
Дядя Колик уехал, оставив меня на волю судьбы. Меня встретил, как я поняла, дворецкий и проводил к кабинету хозяина.
– Ожидайте здесь, Владислав Андреевич вас позовет, когда освободится, – высокий худощавый мужчина покинул меня.
Я нервно крутилась на месте, по третьему разу рассматривая обстановку. Как я поняла, у Лины не было запасного плана на случай, если меня здесь не примут. Тогда мне придется очень туго. Как я смогу без работы, денег и всего того, что отобрал бывший, выжить в чужой стране?
– Елизавета Суворова? – из раздумий меня вытянул низкий голос мужчины, показавшегося из кабинета. Только и успела сглотнуть слюну, прежде чем кивнуть. Никогда бы не подумала, что фотоснимки в газетах так плохо передавали его красоту. Да это же настоящий альфа-самец! Его могучие плечи и широкая грудь показывали непревзойденную мужественность. Гладкие, атлетические формы тела словно были высечены из мрамора, выражая силу и грацию одновременно, одежда на нем едва прятала все эти прелести, плотно облегая каждую мышцу. Выразительные черты лица, подчеркнутые четким овалом, делали его внешность еще более эффектной. Почти черные глаза сверкали отрешенной властью, излучая могущество. Его темные волосы, небрежно причесанные, волнисто обрамляли его лицо, добавляя загадочности и притягательности к его облику. От него прямо фонило мужской харизмой.
– У вас проблемы со слухом? Или мне нужно позвать вас на языке жестов? – терпение хозяина особняка очень быстро начало иссякать. Блин, дура, залипла на красавчика! Так и работу, на которую меня еще не приняли, можно упустить.
Последовала за ним в кабинет. По нему сразу было видно, что это рабочее место целеустремленного, педантичного человека: стол и стулья совершенно идеальны – они расположены так, что он может свободно и легко контролировать пространство перед собой. Все предметы расположены с поразительной аккуратностью, каждый находится на своем месте, неукоснительно соблюдая порядок и систематизацию рабочего процесса.
Интерьер отражает его целеустремленность – яркие, насыщенные цвета стен и аксессуаров соответствуют его страсти к работе и достижению целей. Мебель и декор создают впечатление уравновешенности и мощи, что подчеркивает его лидерские качества. Размещенные на полках и столе книги и документы расставлены по порядку, отражая систематичность и аккуратность его работы.
Свет в кабинете сбалансирован и функционален, обеспечивая комфортное освещение для работы. Дизайн помещения выражает его властные качества, уверенность и педантичность, что делает это место идеальным для фокусировки, принятия решений и достижения поставленных целей.
Словила ностальгию, вспомнив, что кабинет моего отца выглядел почти также. Он тоже очень любил свою работу. Помня правила этикета, ждала, когда мне предложат присесть. Мужчина заметил это, успела увидеть легкую и быстро исчезнувшую улыбку на его лице. Он указал на кресло, куда я и уместилась. А затем начался шквал вопросов, на каждый из них Владислав требовал развернутый ответ. Никогда бы не подумала, что устроиться на работу горничной так сложно.
Спустя полчаса пыл его все же остыл, допрос был окончен, а я уже выдохлась к этому моменту. Он не выдавал свою реакцию на мои ответы, заставляя меня теряться в догадках. Вот и что сейчас значит его нахмуренное лицо? Он думает, как мне сообщить о том, что я им не подхожу, или наоборот размышляет о том, как обрадовать меня новостью о принятии на работу?
Если это продлится еще хотя бы минуту, то я взорвусь от волнения и нетерпения.
– Вы приняты. На работу выходите завтра. Жить будете на втором этаже в гостевом крыле, – вот этого я не ожидала. Думала, что и до первой зарплаты буду снимать гостиницу, а потом верну Лине все затраты на меня, – Петр Тимофеевич вас проводит и все покажет. Испытательный срок – неделя. Однако если вы внимательно читали договор, то видели пункт о том, что мы имеем право уволить вас в течение первых семи дней, – родители приучили внимательно читать все, что требует моей подписи, поэтому об этом условии я помнила, однако выбора у меня все равно не было. Лучше так, чем никак.
Мужчина, сразу же принявшийся изучать какие-то бумаги, поднял на меня вопросительный взгляд.
– Вы еще тут? – хам какой-то, даже минуты не прошло после того, как он закончил говорить!
Молча вышла из комнаты под его тяжелым, осуждающим взглядом.
Дворецкий уже ждал меня, будто все это время подслушивал у двери. А затем начался длительный обход особняка, сопровождавшийся комментариями буквально по каждой попадавшейся нам на пути вещи: как, чем и когда осуществлять уборку.
К концу нашей долгой прогулки у меня было ощущение, будто я за час решила повторить всею школьную программу, в общем, голова гудела от обилия полученной информации.
Глава 4
Хоть я и знала, что входит в работу горничной и в детстве часто помогала нашим работницам по дому, первый рабочий день выдался достаточно тяжелым. В основном вся сложность состояла в том, что я еще не успела запомнить расположение всех комнат, а также мне часто приходилось писать Петру Тимофеевичу в мессенджер, отправляя различные фотографии предметов с вопросом «А это можно трогать?». Думаю, бедный мужчина едва сдерживает себя, чтобы не заблокировать горе-работницу.
Как я успела выяснить, жена Владислава прилетит из командировки завтра, к этому времени я должна убрать ее комнату. Этим и занялась в середине рабочего дня.
– Ты еще кто такая? Муженек решил устроить мне сюрприз и вызвал проститутку? Всегда знала, что у него не очень с чувством юмора. Мог бы выбрать получше тогда, – длинноногая блондинка стояла в дверном проеме, скрестив руки на груди и смотря на меня с напускным презрением.
Как эта кукла разговаривает со мной? Могла бы поздороваться ради приличия. Внутри начал подниматься гнев, а в такие моменты мне очень тяжело сдерживать свой язык. Родители твердили, что однажды мне обязательно придется отвечать за это.
– А потом, видимо, решил заказать еще одну, но приехала тоже не очень…
А потом до меня дошел смысл услышанного. Она сказала «муженек». Черт, первый день еще не закончился, а я уже нагрубила хозяйке. Теперь меня точно выгонят.
Женщина, вопреки моим ожиданиям, лишь улыбнулась.
– Языкастая, как я посмотрю. Вижу, с каждым разом Влад выбирает уборщиц все хуже и хуже. Тебя не учили не дерзить хозяевам? Глазки в пол и делаешь вид, что тебя тут не существует.
Боже, ее слова совсем не вяжутся с эмоциями на ее лице, как мне вообще ее понимать? Она знает, что я горничная, но решила специально унизить меня. Хотела на реакцию посмотреть? Это проверка, или она просто хотела выпустить пар?
А затем и «муженек» показался, появившись непонятно откуда. И давно он тут?
– Вероника, опять решила поиздеваться? Чего прицепилась?
– А ты слышал, как она разговаривает со мной?
– Ага. Впервые хоть кто-то смог тебя на место поставить и не побоялся высказаться.
А вот это, казалось, задело блондинку. Ноздри вздулись, грудь начала вздыматься чаще, в меня метали молнии.
– Я хочу, чтобы ты уволил ее. Сегодня же.
Ой-ей, этого мне точно не надо. Может, извиниться, пока не поздно?… Моя злость сошла на нет, разум вытеснил ее, заставив думать логически. Эту работу мне точно терять никак нельзя.
– Нет, дорогая, я не буду этого делать, – мне показалось, или он улыбнулся?
– Спишь с ней? – женщина разгорячилась еще сильнее, а я не понимала, что мне делать, молча следила за ними.
– А ты разрешаешь? – я видела по его лицу, что он специально ее дразнит. Вот только зачем тыкать палкой в и так разъяренную хищницу? Поняв, что довел жену до точки кипения, он все же решил сбавить обороты, – давай успокоимся. Я просто пошутил. Соскучился, наверное, – он слегка улыбнулся, женщина, вроде бы, смягчилась, услышав это. Мужчина явно знал нужные рычаги воздействия на жену. – Я просто думаю, что нам надо дать шанс хотя бы одной горничной, иначе они так и вовсе закончатся, и придется тогда доплачивать крупную сумму Петру Тимофеевичу за услуги уборщицы.
Вероника перевела взгляд на меня, оценивая несколько секунд, затем устало выдохнула.
– Хорошо-хорошо, только я хочу, чтобы она ушла отсюда. Потом закончит свою работу. И в ее интересах сделать это очень хорошо, – брошенный надменный взгляд. Что было дальше, я уже не знаю, так как очень быстро покинула комнату, услышав ее пожелание. Проходившая мимо экономка, видимо, услышала конец разговора, сочувствующе мне подмигнула. Ну, хорошо хоть, что с другими жителями дома повезло, не то что с хозяевами.
Какая же странная семейка…
В конце рабочего дня я отправилась на уборку в кабинет Владислава. Мужчина встретил меня очень слабой ухмылкой, а мои щеки сразу же вспыхнули алым, когда я вспомнила его фразу, произнесенную днем: «А ты разрешаешь?». Так, срочно прогнать эту мысль…
– А ты хороша. С Никой давно так никто не говорил, – это похвала или какая-то уловка? – вот только бы лучше тебе впредь держать себя в руках. Если ей покажется, что ты на меня глаз положила, то тебе придется туго…
Чего?! Да даже в мыслях не было! Индюк напыщенный. Думает, что все девки по нему текут?
– Вообще-то, этовыу своей жены спрашивали разрешения переспать со мной, – румянец от стеснения заменил гнев, кулаки сжались, стремясь вмазать этому высокомерному архитектору.
– Думаешь, это я унееспрашивал?
Приплыли….
Глава 5
Я вылетела из кабинета под смешок мужчины, услышав вдогонку «А как же уборка?». Только и успела что ответить:
– Сами справитесь, руки у вас рабочие! – если уволит после этого, то к черту. Пускай. Совсем обнаглели. Что он, что его женушка.
Я бушевала, расхаживая по выделенной для меня комнате. Работа закончилась, делать мне было больше нечего, поэтому раздумывала обо всем произошедшем. Спустя час гнев мой поутих, я начала придумывать дальнейшую линию поведения. Поразмыслив логически, пришла к выводу, что ничего страшного не произошло. Богачи, конечно, разные бывают, но чаще всего попадаются именно такие – грубые, бесцеремонные и надменные. Так что подобного стоило ожидать. А чтобы меня не выкинули с этой работы, нужно просто научиться игнорировать это и не лезть туда, куда не следует.
На утро следующего дня в мою комнату зашла Вероника, пока я готовилась к работе, и налетела на меня.
– Почему в моей комнате еще не прибрано? – это что за манера такая – обязательно нагрубить кому-то утром? И дверь нараспашку оставила. Хочет, чтобы все слышали очередную попытку моего унижения? Видимо, захотела самоутвердиться за чей-то счет.
– Потому что мой рабочий день начинается через двадцать минут, а перерабатывать я не собираюсь.
– Тебе бы лучше не дерзить хозяйке, а то выкину. По-моему, тут я решаю, когда начинается твой рабочий день, – а блонда все не унимается. Расправив последние складки на постели, устало вздохнула и ответила ей.
– А по-моему, это решает договор, который я подписала. Если вас что-то не устраивает, вы можете сами заняться уборкой в вашей комнате. Или навыков не хватает?
Та, гордо вздернув уже напудренный носик, вышла, бросив что-то напоследок. Чувствую я, что эта выдра не даст мне спокойно жить…
Выполняя свою работу, старалась не пересекаться с хозяином особняка. Не потому что боялась или что-то еще, просто не знала, как себя вести с ним после тех его слов. Он шутил или нет?
Пока он покинул дом, уехав на какую-то встречу, я решила воспользоваться этим и прибраться в его кабинете. Старалась после влажной уборки класть все на свои места, силясь запомнить, где что лежало. Мне казалось, что любое несоответствие может вызвать в нем раздражение, а мне этого только не хватало. Тогда точно явится ко мне, чтобы все высказать, и придется столкнуться с ним лицом к лицу.
Когда я сметала пыль с очередной дорогущей картины, полотно решило упасть.
– Вот черт, – только хотела поднять ее, чтобы вернуть на законное (или нет?) место, как заметила врезанный в стену сейф, – примитивненько. Отец всегда говорил, что если ты хочешь, чтобы твой сейф нашли побыстрее – прячь за картину.
Только повесила ее обратно, как услышала за спиной:
– И что же за отец такой был у обычной горничной, что о таких вещах ей говорил? – ой, надо избавляться от привычки комментировать что-то вслух.
Мужчина вернулся раньше, чем я планировала. Нужно как-то ретироваться отсюда.
– Уж не взломщиком ли? – ой, дядь, знал бы ты, что когда-то лично ему руку пожимал и благодарил за неоценимую помощь в бизнесе…
– Он был всего лишь производителем этих ваших сейфов. Любил иногда мне рассказывать о работе, – поверит?
Тот лишь хмыкнул, подойдя ко мне ближе, заставляя меня отступать к стене.
– Стало быть, много знаешь об этом? Может быть, мне стоит его переместить в другое место? А то кто тебя знает, еще и выкрасть решишь что-то…
Он это серьезно сейчас? Как смеет подозревать в чем-то? Я даже никаких поводов еще не подавала!
– А ты собиралась? – я что, мысли вслух сказала? Не заметила, как мужчина подобрался ко мне почти вплотную, – вот и проверим сейчас твою верность. Восемь, четыре, один, девять.
Я не понимала, к чему он назвал эти цифры и чего хочет от меня. Мы играем в какую-то игру? Владислав уже практически вжимал меня в стену. Взяла за подбородок, заставив в ту же секунду покрыться румянцем, затем опустился к моему уху. Перешел на шепот, заставляя бегать по всему телу мурашек своим горячим дыханием. Казалось, ноги, которые и так уже были ватными, скоро вот-вот откажут.
– Это код от сейфа. Так я смогу проверить твою преданность. Если оттуда что-то пропадет, или эта информация попадет кому-то еще, то я сразу буду знать, кто к этому причастен, – я пыталась сосредоточиться на том, что он говорил, но в это время его рука легла на мою талию, окончательно выводя меня из себя. Пришлось сделать глубокий вдох, чтобы вернуть самообладание. Да и на кой черт он мне свой шифр разболтал?
Отбросила его руку и направилась к выходу, не оборачиваясь. Он говорил что-то вслед, но я не слышала, теряясь в самых разных мыслях и чувствах.
Ко мне пристает женатый мужчина.
Или играется со мной.
И все это усложняется одной единственной мыслью, которая посетила меня в это время.
Мне это нравится и меня безумно тянет к нему.
