Текст книги "Займемся с... самбо? (СИ)"

Автор книги: Анна Лисовская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 31 страниц)

Глава 94. Выпивошки

Арина

– П-привет, малыш, а я – пчела! – заплетающимся языком пропела Мила, пританцовывая под дверью с огромными баулами.

– О-о-о, вижу– все плохо, – констатировала факт.

Мила, как гончая, вскинула голову в мою сторону и расплылась в пьяненькой улыбке:

– Рин, ну что так долго?! Я тут чуть не околела и с порожком не сроднилась! – пожаловалась. – На вот – ма-а-ленький оперетивчик! – всунула мне тяжеленные пакеты в руки и, пошатываясь, ввалилась в дом.

– Мармеладка, ты где так назюзюкалась? – спросила обеспокоенно, закрывая дверь. Если мы с ней и собирались выпить – то только по хорошему поводу и в компании друг друга. Если она пила одна– что-то случилось.

– На свидании была! – всплеснула руками и плюхнулась на стул. – Тащи пакеты сюда. Считай– у нас девичник! – стала нетерпеливо перебирать пальчиками.

– Что здесь? – недоуменно покосилась на два пакета.

– Все самое необходимое! – заверили меня. – Антистресс! – пояснила подружка, вытаскивая из звенящего пакета шампанское, две бутылки белого полусладкого, какие-то коктейли и затесавшееся среди них пиво. – А ты здесь как оказалось? – моргнула Мила. Пиво никто из нас не любил. – Это – несанкционированное проникновение в чужую сумку! – погрозила бессовестной жестяной банке.

– Мил, мы же умрем! – оценила катастрофу.

– Неа. Закусь тоже есть! Я старательно обнесла всю кондитерку: там торт, два ведра мороженого и шоколадная паста. А кто не с нами-тот против нас! Кстати, еще должна быть палка сырокопченой колбасы! Я ею грозила охраннику, который посмел двоиться в моих глазах! ИК!

– Оглоблюшка, что случилось? – присела за стол, откупоривая первую банку мороженого. Девчонкам надо!

– Я с этим говнюком две недели в чате переписывалась. Мы не видели друг друга, но по общению он мне понравился. И тут он приглашает на свидание, дарит мне букет, рассыпается в комплиментах. Мы поужинали, приятно поболтали и попрощались, назначив следующую встречу…,– шмыгнула носом.

– Но ведь это же хорошо, – осторожно вставила.

– Плохо! – отчеканила подруга, зверски откупоривая бутылку вина и прихлебывая прямо из горла. – Я вернулась!

– Куда?

– В ресторан, блин! Помаду случайно в туалете забыла, когда носик пудрила. А он там уже с другой, представляешь?! И слово в слово все комплименты ей повторяет, скотина! Выучил стишок, гад! Знаешь, что он сказал в свое оправдание?! Что это всего лишь перестраховочка! Зачем два раза на свидание бегать, когда можно всего один раз из дома выйти?!

– Он еще дышит? – по-деловому осведомилась.

– Как паровоз, мать его! Я всего лишь опрокинула стол, сдернула скатерть и закатала его в рулетик. Ведь я же нежная…

Со стороны лестницы хрюкнули, не сдержав смешок. Осуждающе посмотрела на двухметровую «хрюшку», зажимающую себе рот, и покачала головой. Никакого сострадания к ближнему!

– Потом я заявила, что такой, как я, у него никогда не будет и гордо удалилась! – закончила историю.

– Зай, а выпить ты когда успела?

– Ах, это?! Прихватила из ресторана бутылку шампанского в качестве компенсации за испорченый вечер. Они все равно уже не собирались ее пить…

– Ясно, – вздохнула, не зная, что сказать. Да и что тут скажешь?!

Я все ждала, когда же Мила заметит Феликса, который не сильно-то и шифровался. Ближе не подходил, но и наверх не поднимался, удобно устроившись на ступеньках.

Пока я занималась поиском бокалов для вина, Мила подцепила ложкой слишком большой кусь мороженого и отправила в рот, истошно замычав:

– Дуй, дуй! – широко открыла рот, замахав при этом руками, как пропеллером.

– Зачем дуть? Оно же холодное. Мил, выплюнь! – подставила ей свои ладони.

– Вот еще! Мое! – зажадничала подружка, самостоятельно справляясь с клубничной проблемой. Координации в пространстве у мармеладки не наблюдалось, и она сшибла на пол пиво, стоящее на краю стола.

– Упс! – повинилась. – Не боись, я все подниму! – пошла за укатившимся к лестнице пивом. Подняла банку, осмотрела вольготно вытянутые ноги Феликса, задержала взгляд на его ухмыляющемся лице и в ступоре уселась рядом. – Знаешь, к какому выводу я пришла?! – задала мне вопрос.

– И к какому? – настороженно отозвалась.

– Шампанское мы пить не будем! – радостно возвестила.

– Почему? – не поняла.

– Кажется, палёнка! Я после него вижу то, чего не должна видеть! Хочешь знать? – прошептала заговорщически. – По левую руку от меня сидит Феликс! – сделала выразительные глаза. – Хорошенький до ужаса и смеет улыбаться.

– И тебе привет! – засмеялся Феликс.

– Я его сейчас пальцем тыкну… – начала примеряться подружка.

– Мил, не надо никого никуда тыкать! – выпалила. – Он настоящий. Мы…живем вместе…,– раскрыла все карты, – так что идите за стол.

Лицо от признания бросило в жар, будто я сделала что-то постыдное или предосудительное, и я поспешила улизнуть в ванную под предлогом вымыть руки.

– Это в корне меняет дело! – обрадовалась Мила. – Шампанскому быть! – громко провозгласила, протягивая Феликсу банку пива. – Это, похоже, тебе, не зря захватила.

– Спасибо. Но я не любитель пива, – все же забрал банку из ее рук, внимательно рассматривая.

– Вином не делюсь! – пошутила Мила, склоняясь к Феликсу. – Судя по тому, что ты смог попасть в ее дом – ты делаешь успехи, – довольно шепнула.

– А мне кажется, что я – неудачник, раз за разом терпящий поражение, – парировал.

– Неудачники не живут с объектами своего воздыхания.

– Приветик! У нас гости? – заинтересованно спросила Лелька, спускаясь с лестницы.

– Какая прее-е-елесть! – умилилась Мила, рассматривая миниатюрное воздушное создание в цветочном платьице. – Это что за куколка?

– Моя сестра. Лелька.

– А ты решительно настроен, как я погляжу! – оценила. – Даже сестру к девушке привел, – восхитилась нечеловеческой наглости. – Зачет! Дать пять, мужик! – треснула Феликса по ладони и направилась к столу. – Лелька, значит?! – подмигнула девчонке. – Феликс, открой девчонкам шампанское. Выпьем за знакомство!

Глава 95. Бабские сплетенки

Арина

Вечерние посиделки вышли очень веселыми и душевными. Мила общалась с Лелькой так, словно сто лет была с ней знакома. Феликс много шутил и смеялся вместе со всеми. Это было непривычно, так как обычно он выглядит неприступной глыбой льда с отсутствующим чувством юмора и преобладающим желанием нагрубить.

Лелька не выдержала нашего алкогольного марафона и уже через час сонно клевала носом.

Удивительно, но Мила отчего-то стала трезвее. Такое вообще возможно? Мы выпили все, что было в наличии и чрезмерно облопались сладостей.

– Феликс, извини, конечно, но с самого начала намечался девичник. Ты не мог бы уложить Лельку спать и дать нам с Ариной пьяненько пощебетать, а? – заискивающе попросила мармеладка.

– А если я повяжу на голову платок и присоединюсь к вашей беседе «типа, они все козлы, так им и надо!», что скажете?! Я не прочь погреть уши и поучаствовать в дискуссии, – ухмыльнулся.

– Нет – нет! Всё, что с яйками – за дверь! – жестко обломала его Мила.

– Ладно, понял, – не огорчился. – Ухожу, – бросил на меня смеющийся взгляд и повел Лилю наверх.

– Рассказывай! – во все глаза уставилась на меня дознаватель– Мила.

Ох, нет! Так вот что ее разбудило?! Неуемное любопытство.

– Тогда спрашивай, – дала отмашку, скрывать нечего.

– Как давно он у тебя живет, где этот восхитительный субъект спит и на чем вы остановились?! – посыпались вопросы. – Выкладывай все, как есть!

– Ты будто о коте спрашиваешь. Боже, и кому я разрешила задавать вопросы! – шлепнула себя рукой по лбу.

– Арин, я слишком хорошо тебя знаю, – улыбнулась Мила. – Все еще держишь дистанцию?

– Пока да, – выдавила ответную улыбку.

– Но ведь он мужчина. Ты хоть обращала внимание на то, как он на тебя смотрит? Даже не представляю, на что он пошел, чтобы ты впустила его в дом.

– Да, это было непросто, – вспомнила, как он задыхался в зале после погони. Разве могла я поступить по-другому?

– Явно без жертв не обошлось, еще и сестру с собой притащил. А теперь прикинь, что перед котом поставили сметану и запретили котику жрать! Осознаешь трагедию? Не доводи мужика, иначе на сторону станет поглядывать, – учила жизни одна одинокая девушка другую, такую же одинокую. – Арин, что тебя тревожит?

– Много чего, – уставилась в одну точку, фокусируясь лишь на ней. – С самого начала мы договаривались о временном соседстве, которое вскоре закончится. Он обещал уйти, – сделала глоток вина из своего бокала, единственного наполненного до краев.

– Так не уходит же! – подруга ободряюще сжала мою руку.

– Но и не говорит, что останется со мной, понимаешь?

– Так спроси, если тебе нужно услышать, чтоб допетрить! Ты нравишься ему, я точно знаю. Но ведь и ты к нему неравнодушна, так? – Мила взяла бразды правления в свои руки, прикидываясь психологом.

– Так, – хмыкнула, отпив еще половину содержимого бокала. – Знаешь, таких наглых продуманов, как он, я еще не встречала, – призналась. – Он бесцеремонно ворвался в мою жизнь, в мой зал, в мой дом, иногда выводил меня из себя и я мечтала о дне, когда он свалит подальше. Не знаю, как я это допустила, но он пробрался и в мою постель. И что самое странное– я больше не хочу его прогонять.

– ЧТО?! – воскликнула Мила, сразу затыкая себе рот колбасой. – То есть, вы еще и спите вместе? – спросила, прожевав.

– Да. Точнее, просто рядом и в одежде.

– Ты еще и садистка! – припечатала мармеладка. – Охренеть, какой стойкий экземпляр тебе достался. Я бы не стала так мучить парня, тем более, если самой он нравится. Даже если ничего не выйдет, воспоминания останутся, а не сожаления, что ты не была к нему ближе, – Мила высказала свою точку зрения и резво вскочила со стула. – А вот он чего тянет?! Закинул бы тебя на плечо и унес в свою пещеру!

– Ты куда? – тоже попыталась встать, но какая-то неведомая сила притянула меня обратно.

– Мне пора домой, в кроватку. Такси уже подъезжает. Эх, хорошо посидели, – потянулась Мила, разминаясь, и стала обуваться. – Лельке привет, когда встанет!

– Мил, ты можешь и у меня переночевать. Уже поздно. Феликса отправим к Лельке, а ты поспишь со мной, – предложила разумный вариант.

– Ну уж нет! Завтра еще и на работу, нужно будет переодеться и принять душ, – перечислила скороговоркой. – Пока, моя хорошая, – чмокнула меня в щеку и, махнув рукой, захлопнула за собой уличную дверь.

Мила – просто ураган! Пришла, смела всех ударной волной, заставила пить полночи, а потом быстро смылась, как ни в чем не бывало. Гадай теперь, не превиделось ли?!

Встала из-за стола и нетвердой походкой направилась к себе. После алкоголя мне всегда хочется спать.

Мила села в такси и хитро посмотрела на окно Арины на втором этаже. В комнате горел свет, а это значит, что Феликс не спит. Может, сегодня у них что-то получится? Может, сегодня они сблизятся?

Глава 96. Щепотка храбрости

Феликс

Уложил хихикающую сестру в кровать, накрыл пледом и зашел в комнату Арины. Эх, прогнал бабсовет с посиделок, не дал поподслушивать. Чем бы заняться?!

Никаких фильмов одному смотреть не хочется, спать без нее – тем более. Может, почитать что-нибудь? Давно ничего умного не читал.

Прошел к полкам с книгами и осмотрел корешки с названиями: какие-то романы, пара книг фэнтези, словарь по-английскому и детектив на английском, книга по боевому самбо, еще какие-то учебники, и…словарь корейского. А это ей зачем? Неужели говорит по-корейски?

Арина протиснулась в свою комнату, стараясь прикрыть за собой дверь без скрипа, и выключила свет.

– Вы уже все? – улыбнулся, глядя, как она пытается ровно дойти до кровати.

– Я бы сказала, что мы «совсем всё»! – прыснула и неловко бухнулась на кровать. – Мила домой уехала.

– Понятно. А пить ты, как оказалось, не умеешь, – констатировал факт.

– Угу, пьянею быстро, – пробубнили в кровать.

– Очень жаль, – хмыкнул своим мыслям. – А зачем тебе словарь корейского? Говоришь на нем?

– Неа, – повернула голову в мою сторону. – Я свободно говорю на английском, но с корейским-засада. Отец заставлял учить, часто брал с собой в Корею для участия в соревнованиях по самбо и тхеквондо. Он долго бился надо мной, но понял, что я безнадежна. Я могу читать и писать по-корейски, в принципе понимать, что мне говорят, но хоть убей, не могу говорить сама. До меня просто не доходит, куда вы ставите ударения и как строите предложения.

– Могу помочь, – охотно предложил. У меня в этом свой интерес.

– Учту, – сонно прикрыла глаза.

– А что в навесном шкафу? – поинтересовался, разглядывая шкаф, до которого еще не дотянулись мои руки.

– Не смей его открывать! – запретила Арина, грозя пальчиком с кровати. – Убьет!

– И как теперь после этого удержаться?! – ухмыльнулся, взявшись за ручку и потянув ее вверх. Образовалась небольшая щель, но в темноте не разберешь, что там лежит.

Что-то дзынькнуло и больно ударило меня по голове. Арину в миг смело с кровати, и вот она уже захлопывала надо мной шкаф, неосознанно прижимаясь всем телом.

– Фух, – выдохнула мне в ключицу, поспешно отстраняясь, и ее щека на миг соприкоснулась с моей. – Чем ты слушал, когда я говорила про «убьет»? – повело ее в сторону. Придержал Арину за плечи и притянул к себе, заключая в кольцо рук. Почувствовал, как она напряглась, а потом легонько уперлась руками в мою грудь, удерживая на расстоянии.

– У тебя даже ящики дерутся?! – усмехнулся. – Что там?

– Это, кхм, полочка позора, – замялась.

– Это как?! – рассмеялся.

– Ну…я туда складировала все кубки и медали, полученные на соревнованиях.

– Тогда почему позора, а не почёта?

– Там есть медаль по самбо за третье место, – созналась. – Получила в восемь лет.

– Ты серьезно? – тихо рассмеялся.

– Более чем, брр. Занять третье место для меня было также постыдно, как и слушть критику Вадима. Ох, видел бы ты взгляд отца, – прошептала.

– И много у тебя наград?

– Поверь, ящик без каски лучше не открывать. Если один из кубков звезданет по темечку-мало не покажется.

У Арины качнулась голова, и она испуганно дернулась, хватаясь за мою футболку.

– Последний бокал вина был лишним, – сморщилась, ожидая, когда комната перестанет «вращаться».

Осторожно усадил самбистку на кровать и снял с нее носочки.

– Ты что делаешь? – поджала под себя ножки.

– Помогаю тебе лечь спать, – отозвался невозмутимо.

– Феликс, переночуй сегодня у Лельки. Пожалуйста, – жалобно попросила.

– Почему? – нахмурился.

– Не хочу наделать глупостей.

– Я никуда не уйду. Обещаю не приставать. В смысле, больше, чем обычно, – исправился.

– Хорошо, – вздохнув, легла на свою половину кровати и укрылась одеялом.

Устроился рядом и взял ее за руку:

– Почему ты не дала шанса Денису? Ты ведь знаешь о его чувствах.

– Потому, что дорог. Я не могу потерять его и Милу, если что-то пойдет не так. Если наши отношения не сложатся – останется неловкость, недосказанность, обида…не будет так, как прежде. Мы не сможем открыто улыбаться друг другу и оставаться вместе, что бы ни произошло. Мы отдалимся. Для меня это будет очень болезненно. Лучших друзей мне не найти.

– Надеюсь, то же самое не коснется меня. Я не хочу быть твоим другом.

– Посмотрим на твое поведение, – пожала плечами.

– Почему начала встречаться с Вадимом? – закидывал вопросами, пока она была готова искренне отвечать.

– Денис стал настойчивее. Пока он набирался храбрости, я представила Вадима, как своего парня. Мы довольно долго общались, он казался милым и адекватным. Особо трепетных чувств я не испытывала, но делала все, чтобы он был счастлив со мной. Но он не был…

– Арин… – позвал.

– Умм?

– А что сказал твой отец?

– Мой отец…он всегда мне говорил, что надо выбирать парня, который сможет уложить меня на лопатки, – процитировала. – Я ослушалась, когда выбрала Вадима. Кстати, Динь-диню тоже никогда не удавалось победить меня в спарринге, – положила голову на мое плечо и обняла, со счастливым вздохом прошептав «соломинка». Обнял ее одной рукой.

Забавный у нее отец.

– Арин, – еще раз позвал.

– Что?

– Каждый год примерно в это время приезжают мои родители. Они не задерживаются надолго, – медленно поглаживал ее по спине, выводя узоры на футболке.

– И? – не поняла намека.

– Ты познакомишься с ними? – задержал дыхание. Для меня это важно.

– Хорошо, – просто кивнула.

Обычно девчонки ломают голову, что же надеть на встречу с родителями или понравятся ли они им.

– Даже не спросишь, в качестве кого я тебя представлю? – вздернул вопросительно бровь.

– Подруга или тренер по самбо? – спокойно предположила.

– Будешь моей девушкой? – прошептал ей в губы.

Глава 97. Горячо

Феликс

– Будешь моей девушкой? – прошептал ей в губы.

Я задал вопрос, который еще никогда никому не задавал. И никогда с таким нетерпением и замиранием сердца я не ждал ответа.

Арина приподнялась на кровати, внимательно рассматривая мое лицо, и села, поджав под себя ноги.

– Я не шучу, – сел напротив нее. Протянув руку, нежно провел большим пальцем по ее щеке. Она даже не моргнула, продолжая все также сверлить меня глазами.

– Насколько ты со мной честен? – спросила глухо.

– Даже если я и врал тебе, то не о своих чувствах.

О чем она думает? Мне не по себе от ее пронизывающего взгляда.

– Не двигайся, – тихо прошептала и наклонилась ко мне. Закрыв глаза, осторожно коснулась моих губ поцелуем. Вряд ли это невинное касание можно считать поцелуем, но в крови нежность вперемешку с адреналином забурлили диким коктейлем.

– Должок, – с улыбкой пояснила.

– Можно считать, что это «да»? – уточнил.

– Учись читать между строк, – произнесла на грани слышимости.

– Коллектор Феликс не так взыскивает долги, это во-первых. Во-вторых… я никогда не забываю про проценты, – притянул Арину к себе и завладел ее мягкими губами. Она больше не сопротивлялась и не пыталась меня оттолкнуть. Обвила мою шею руками и приоткрыла рот, позволяя углубить сладкий поцелуй. Наши языки нежно переплетались, сердце заходилось, как сумасшедшее, от восторга. Я не мог оторваться от моей вкусной самбистки.

Пересадил ее к себе на колени и продолжил терзать податливые губы. Все кратковременные отношения, которые были до нее, померкли. Ничто не сравнится по остроте ощущений с поцелуем любимого человека, если только жесткое самбо с ней же. Влюблен? О, да! И это прекрасно!

Оторвался от ее манящих губ и рассмеялся.

– Что-то не так? – спросила обеспокоенно. – Почему ты смеешься? Не умею целоваться, да? – приняла на свой счет.

– Смеюсь, потому что счастлив, – снова потянулся к ней за продолжением безумия.

Арина охотно ответила на поцелуй, а потом, отстранившись на секунду, сдернула с меня футболку через голову.

– Что ты делаешь? – тяжело задышал.

– Сегодня поспишь без футболки, – откинула ненужный предмет в сторону и стала пальчиками изучать мое тело, спукаясь от шеи вниз. – Ты когда успел такой пресс накачать? – чувственно оглаживала рельефный торс.

– Он и раньше у меня был, ты просто не обращала внимания, – выдавил хрипло.

– Может, из-за кровоподтеков…, – предположила и опрокинула меня на спину, оказавшись сверху. Стиснул зубы, чтобы не наброситься на нее. В штанах давно было тесно и боевой товарищ просился на свободу, обижаясь на чрезмерное воздержание. Держим себя в руках…и в штанах!

Арина чмокнула меня в губы, озорно лизнула и проложила цепочку из страстных поцелуев к шее, спускаясь ниже. Почувствовав некоторый дискомфорт, поерзала на моих бедрах.

– Арин, не играй со мной, – шумно выдохнул.

– Даже не думала.

– Нам нужно остановиться, пока я еще могу контролировать себя. Я обещал не пользоваться твоим нетрезвым состоянием, – напомнил.

– Я не просила останавливаться…не сейчас… – подняла руки над головой, терпеливо ожидая моих действий.

Мне дали зеленый свет?! Я так долго этого ждал, а теперь торможу, боясь ее обидеть. Тем не менее, руки уже проникли под ее футболку, неверяще оглаживая спину. Не увидев и капли сомнения в ее глазах, спустился к бедрам и стиснул руками упругие ягодицы, все это время коварно увиливающие.

Сейчас стопудово даст по морде! Но ничего не случилось.

– Не шутишь? – спросил еще раз, боясь поверить в сказку.

– Никаких шуток, – качнула головой и снова подняла руки, искушая продолжить.

Стянул с нее футболку, залюбовавшись стройным телом, тонкой талией. Под футболкой оставался спортивный топ, подчеркивающий аппетитную грудь.

– Можно? – спустил с плеча белую лямку лифчика, спрашивая дальнейшее разрешение.

Арина проследила взглядом за свисающей лямкой и слезла с моих бедер, оставив в замешательстве. Завела обе руки за спину и расстегнула на себе лифчик, ловко избавляясь от ненужного предмета.

О, боги! Сквозь черно-бежевый топ угадывались возбужденные горошины, всецело приковывающие внимание. Опустился на колени рядом с ней и притянул за узкую талию ближе, впиваясь в ее губы. Арина доверчиво обняла меня, тая от поцелуев и горячих рук, блуждающих по ее телу. Оторвавшись для вдоха, легонько прикусил ее шею, и она усмехнулась, запуская руку мне в волосы. Опустил мою самбистку на подушки и перешел к сексуальному животику, покрывая поцелуями каждый миллиметр ее бархатистой кожи.

Снимать ее топ не стал. Думаю, ей все же будет немного неловко. Позже, когда привыкнет ко мне и перестанет стесняться. Открыто трогать ее грудь тоже поостерегся. Я не подросток в пубертатный период, чтобы вести себя, как зверь или торопышка.

Немного приподняв ее грудь снизу, припал к чувствительной горошинке, нежно посасывая сосок прямо через топ. Арина выгнулась и протяжно застонала, смущенно прикрывая себе рот. Что же ты делаешь со мной?!

Накинулся на ее губы, нависая сверху, и расстегнул пуговицу на коротких шортах, справляясь с молнией. Арина приподняла бедра, помогая снять с себя шорты. Белые трусики – шортики избавили меня от необходимости дышать, наполовину демонстрируя сногсшибательные ягодички. Моя кровь, словно расплавленная лава, бурлила внутри. Кажется, что могу задохнуться от переизбытка эмоций и накала страстей.

– Безумно красивая, – прошептал между поцелуями и ее губы растянулись в смущенной улыбке. – Обойдемся без динамо?

– Никакого обмана и кидалова, – прошептала. – Раздевайся.

Вскочил с кровати, срывая с себя остатки одежды, сохраняющей разум. Уровень возбуждения зашкаливал, требуя продолжения банкета с желательной развязкой. Ибо нам придет трындец.

За спиной неразборчиво что-то прошептала Арина, и я поспешил вернуться к моей вкусной девочке, целуя ее припухшие губы, разжигая новый огонь. Что-то не так.

Почему она не реагирует?!

– Арин? – позвал, а в ответ тишина. – Девочка моя, открой глазки, – попросил, оглаживая нежную попку.

– Ты…спишь?! Сейчас?! – опешил. – Ты же обещала не обманывать, – чуть не заскулил, как щенок. – Ты не можешь так со мной поступить, – уже понял, что будить бесполезно. Она же говорила, что спать хочется.

Влез обратно в штаны и рассмеялся.

– Я люблю тебя, моя садистка! – прошептал ей на ушко и чмокнул в щеку. Похоже, она все равно не слышала.

Укрыл одеялом и хмуро уставился на дико стоящий агрегат, невообразимо выпирающий из штанов. И вот что теперь делать с этим набалдашником?! Пойду приму холодный душ и, может, еще чем займусь…

Настроение отличное.