Текст книги "Крадущая время (ЛП)"
Автор книги: Анна Хэкетт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 6 страниц)
Глава 6
Стоя посреди спальни, Бэй ждала, когда охладятся пылающие щеки. Инстинкт кричал бежать. Бежать от Шона Арчера и его неотразимых серых глаз.
Она схватила оставленную Мэттом одежду. Вещи оказались великоваты, но в данный момент других не предвиделось. Арчер тонул в гневе, чувстве вины и горе. Однажды они прорвутся даже через его самоконтроль военного и станут смертоносными.
Ох, и все же Бэй могла его понять. Она уронила руки вдоль тела. Она уже побывала на месте Шона, да и все еще была там. Жила и дышала в ожидании шанса заставить виновного поплатиться.
Конечно, они два сапога пара.
«Ничего ты не знаешь». Шон имел в виду то, что она подумала?
Бэй позволила своим порывам взять верх. Этот мужчина, определенно, тянулся к ней. Неважно, воровка времени она или нет.
Она потеребила кромку полотенца. Даже сейчас от одной только близости к Шону и воспоминаний о его ласке грудь налилась, а соски сжались.
«Одевайся, Бэй. Оставь Арчера наедине с его демонами». Она покусала губу. Бэй просто не могла бросить Шона. Причин было много, но лишь одна стояла на первом месте. Впервые за долгие годы Бэй хотела чего-то только для себя.
Позволив полотенцу упасть, она направилась в ванную. Маленькую комнатку заволокло паром, но через стекло душевой кабинки вырисовывался мощный силуэт. Опершись одной рукой на кафельную стену, Шон склонил голову, подставляя тело струям горячей воды.
Когда Бэй шагнула внутрь, он резко посмотрел на нее.
Глаза цвета штормового облака широко распахнулись, но Шон не проронил ни слова. Он скользнул взглядом вниз по ее голому телу, иногда останавливаясь и заставляя кожу пылать от жажды прикосновений.
Но Шон к Бэй так и не притронулся и даже не приблизился.
Поэтому приблизилась она.
Когда Бэй сделала еще один шаг, ее обдало горячими брызгами. Она долго рассматривала закаленное боями тело. Жесткие мышцы были обтянуты загорелой кожей, на которой выделялось несколько белых старых шрамов и один совсем свежий, розоватый, на груди. Широкие плечи уравновешивались узкими бедрами с четко очерченным прессом над ними. А между ног выпирала твердая эрекция.
– Я нужна тебе, – сказала Бэй.
– Но я тебе не нужен, – его руки сжались в кулаки. – Ты должна отдыхать.
– Я знаю свои силы, Шон. Все в порядке, – она провела пальцем вниз по его груди, коснувшись рубца шрама. – Почему бы нам ненадолго не забыть обо всем?
Лицо Шона перекосило.
– Ты просто хочешь потрахаться? Как кролики? – он до сих пор пытался ее оттолкнуть.
– Нет. Я хочу прикоснуться к тебе и доставить удовольствие. Напомнить, что существует нечто большее, чем ненависть и гнев, – жилы на его шее натянулись. – Я делаю противозачаточные инъекции, – ни за что на свете Бэй не рискнула бы впутывать в свою сумасшедшую жизнь ребенка. – И я здорова.
Шон сделал долгий глубокий вдох.
– Я тоже здоров.
– Ты должен сказать «да», – она не собиралась сдаваться ему так легко. – Скажи мне «да», Шон.
У него заиграли желваки, а костяшки побелели. Но затем в глазах вспыхнул огонь.
– Да.
Бэй хотелось рвануться к нему, схватить и выпустить на волю плавящее желание. Она всегда восхищалась внешностью Шона, даже когда он был охотником. Но теперь Бэй знала, что за суровым обликом скрывается израненный человек.
Поэтому она на него не набросилась. Ей хотелось дать ему что-то значимее и хоть ненадолго облегчить его боль.
А заодно и свою собственную. Бэй приблизилась к Шону, прижимаясь мокрой кожей к мокрой коже, и на них обоих полилась горячая вода. Бэй запустила пальцы в его золотисто-каштановые волосы.
Он прижался губами к ее виску и, спустившись по щеке, предъявил права на губы.
Застонав от удовольствия, она провела руками по его бокам. Шон в ответ схватил ее ногу и приподнял, чтобы обвить вокруг своего бедра. Бэй в живот настойчиво уперлась эрекция.
– Как твое плечо? – озаботился Шон, но теперь уже в собственных интересах.
– Прекрасно.
– Чувствовать тебя так приятно, – его руки скользнули Бэй под ягодицы. – Я много раз фантазировал о твоих гибких ногах.
– Я низкая, – голос вышел хриплым.
Когда Шон прижал ее к стене, контраст прохладного кафеля и соприкасавшегося с ней горячего мужчины шокировал.
– Ты такая, какой должна быть, – он придвинулся ртом к ее уху. Сначала прикусив чувствительную мочку, Шон прихватил зубами сухожилия шеи.
Ощущения захлестывали, и Бэй повернула голову, чтобы предоставить ему доступ.
– Я хочу больше, – глубоко и прерывисто сказал он.
Когда Шон отстранился, она протестующе вскрикнула.
– Я хочу тебя трогать. Свести с ума.
Стоило ему мозолистыми ладонями обхватить ее груди, как у нее из головы вылетели все мысли. Он потеребил большими пальцами соски.
– Ты уже сводишь меня с ума. Но больше всего мне хочется тебя попробовать. Всю тебя.
Это было единственным предупреждением, прежде чем Шон упал на колени и совсем не нежно подтолкнул ее ноги в стороны.
Тогда он припал к Бэй ртом.
Она откинула голову на кафельную стену. Через все ее тело с ревом проносилось удовольствие, горячее и сильное, заставлявшее задыхаться. Шон не был ласковым или робким. Он облизывал Бэй, вынуждая возноситься выше и выше.
– Шон, – чтобы устоять, она схватила его за плечи.
У нее подкашивались ноги, а в животе покалывало. Бэй чувствовала, как мышцы напрягаются, а контроль ускользает.
Она никогда не позволяла себе терять контроль.
– Отпусти, Бэй. Я тебя поймаю.
Она глянула вниз на жестокое лицо Шона. У него пылали глаза. Для нее. Сейчас он не думал о том, кем она является или не является, о прошлом или настоящем. Здесь и сейчас между ними было только желание.
Этот мужчина спас ее сегодня – больше одного раза. Он знал, через что она прошла. Они были почти незнакомцами, но Бэй с потрясением осознала, что уже доверяет ему.
Позволив мышцам расслабиться, она отдалась Шону.
Еще одна смелая ласка его рта, и Бэй разлетелась на части. Через нее прокатывался восторг – горячий, плавящий, опьяняющий. Когда у нее подкосились ноги, Шон поймал ее, как и обещал.
***
Шона потряхивало.
Он бывал в меньшинстве в боях, прыгал с самолетов на низкой высоте и боролся за свою жизнь столько раз, что и не сосчитать. Но ни разу не терял хладнокровия, как сейчас.
Эта женщина имела власть поставить его на колени и вызвать острую нужду.
По ним обоим все еще лилась вода. Погладив Бэй по здоровому плечу, Шон смотрел, как ее веки затрепетали и поднялись. Взгляд зеленых глаз был немного рассредоточенным, но она улыбнулась.
– Мы еще не закончили, – прорычал Шон.
Бэй улыбнулась шире.
– Надеюсь, что так. Я хочу тебя внутри.
Она воспламеняла его словами. Схватив ее, он вскочил на ноги. Больше всего на свете ему хотелось потеряться в ней.
Когда Бэй провела рукой вниз по его животу, Шон судорожно втянул в легкие воздух. Она обхватила член, скользя пальцами по чувствительной головке и заставляя Шона стонать.
Он приподнял Бэй, и она обхватила его ногами. Прижимая ее к стене, Шон принял на себя вес небольшого тела, не желая причинять ей боль.
Бэй терлась о него бедрами, пока член не уперся туда, где ее тело было уже раскрытым и скользким. Шон потерял остатки шаткого контроля и, глядя на нее, толкнулся внутрь.
Наполняя Бэй, он смотрел на блики в ее глазах.
– Бэй…
– Прекрати думать, – она впилась пальцами в его плечи. – Просто люби меня.
Не в силах остановиться, Шон сделал то, о чем его просили. Он толкнулся в нее. С тихими криками, эхом разносящимися между кафельных стен, Бэй выгнулась ему навстречу, приглашая взять все, что могла предложить.
Наслаждение напоминало сильный удар в живот. Она была дьявольски красива – идеальное искушение. Если бы Шону представился шанс создать женщину своей мечты, ею была бы Бэй. Сильная, стройная, подтянутая, с гипнотизирующими зелеными глазами и стальной волей. Храбрее закаленного боями морского пехотинца.
То, как Бэй сжимала Шона, посылало по его телу горячие импульсы. В основании позвоночника завязывался узел, сообщая, как близко падение в забвение.
Ногтями уколов плечи Шона, Бэй бедрами подалась ему навстречу, не просто приветствуя, а нуждаясь в большем.
Подхватив ее под ягодицы, он попятился. Шон налетел спиной на стену, крепко прижимая к себе Бэй. Она поняла, чего он хочет, и начала двигаться на нем вверх и вниз быстрыми рывками, от которых напряглась каждая мышца в теле.
Разрядка чуть не сбила Шона с ног. Он взревел, вжимаясь в Бэй и чувствуя, как она его стиснула перед тем, как, содрогнувшись, упала в собственный оргазм.
Лишь только вернув способность мыслить, они осели на пол душевой. Бэй держалась за Шона, устроив голову у него на плече. Ему нравилось ощущать на себе вес ее тела. Он мог бы привыкнуть к тому, что она лежит сверху.
Вода стала холоднее, и Шон, потянувшись, повернул кран.
Бэй не шевелилась.
– Эй, спящая красавица. Пора вытираться.
– Я не в состоянии двигаться.
Тихий шепот вызвал у него улыбку. Перехватив ее удобнее, Шон поднялся.
Он выбрался из душевой и, поставив Бэй на ноги, прихватил с полки махровое полотенце. Начиная с ног, он осторожно высушил ее кожу. Шон вытер голени и поднялся к коленям. Быстро вдохнув, она прижала ладонь к его руке. Он водил тканью по тренированным бедрам, вытирая каждую найденную каплю воды. Когда Шон провел у Бэй между ног по месту, защищенному завитками светлых волос, она схватила его за запястье.
– Остальное я могу вытереть сама.
Он посмотрел в ее сонные глаза.
– Знаю, что можешь, но хочу сделать это сам.
Бэй еще секунду смотрела на него. Она выглядела такой молодой. Но затем опустила руку.
Он поднимался все выше, тканью лаская безупречную кожу. Когда Шон дошел до груди, дыхание Бэй стало прерывистым.
– Ты сведешь меня с ума, – сказала она.
– Таков мой план, – он вытер ее влажные волосы. – Думаю, я был бы счастливым мужчиной, находя все способы свести тебя с ума.
Прежде чем Бэй опустила взгляд, в ее глазах промелькнул намек на уязвимость.
– Никто не вытирал меня с тех пор, как я была маленькой девочкой.
Шон взял лежавшую на раковине расческу.
– Повернись.
Когда она послушалась, он начал водить расческой по ее длинным прядям. Шон заметил, как контрастирует его рука с ее бледной кожей. Его тело было темным, покрытым шрамами, а тело Бэй – гладким и чистым.
Он размеренными четкими движениями распутал несколько прядей.
– Спасибо.
– За что? – Бэй склонила голову.
– Ты не дала мне сорваться, – Шон знал, что без нее мог утонуть. Захлебнуться в зияющей пучине боли.
Повернувшись, Бэй прижала ладони к его груди.
– Я могла бы сказать, что с моей стороны это было большой жертвой… – наклонившись, она поцеловала его в область сердца, – …но не стану врать. Мне с тобой хорошо.
Притянув ее к себе, Шон положил подбородок ей на макушку. Он сожалел, что они не могут остаться здесь навечно, запертые вдвоем в их маленьком мире, далеком от жизни, от которой оба пытались сбежать.
Вот только Шон уже чувствовал, как его затягивает реальность. Кровь, смерть и ненависть возвращались и просачивались в душу. Его сердце вновь билось для мести.
Словно ощутив произошедшую перемену, Бэй вздохнула и отступила.
– Проголодался?
С удивлением Шон обнаружил, что не отказался бы поесть.
– Да.
– Почему бы нам не подкрепиться тем, что оставил хозяин дома? – она обернула свою тонкую фигурку полотенцем. Шон едва сдержался, чтобы не сорвать с нее все покрытия. Уходя, Бэй бросила через плечо: – И ты сможешь рассказать мне, что мы украдем.
Шон смотрел ей вслед. Как только она скрылась из вида, он почувствовал себя очень одиноким. Опершись руками на раковину, Шон посмотрел в зеркало. Жажда возмездия вспыхнула к жизни, искривленная безудержным гневом и горем.
Казалось, держать Бэй в объятиях помогло их прогнать, но они быстро вернулись.
Шон сжимал пальцами керамику, пока не побелели суставы. На секунду возник соблазн схватить Бэй и сбежать. Найти тот пляж, о котором она мечтала, лежать на песке и крепко ее обнимать.
Тряхнув головой, Шон потянулся за полотенцем. О чем он думает? Оказаться от возможности отомстить ради женщины.
Особенно когда сама женщина никому не позволит встать на пути ее мести.
Глава 7
– Мы собираемся украсть какую-то старую пыльную книгу?
Бэй наморщила лоб, и Шон счел это очаровательным, хоть и подозревал, что подобное выражение было для нее привычным. Он гадал, как же она выглядит с искренней улыбкой, если вообще когда-нибудь улыбается.
– Больше, чем просто книгу. Это оригинальная рукопись под названием Liber Legis. Книга закона. Ее написал Кроули.
Потянувшись к стоящей между ними тарелке, Бэй отщипнула виноградину.
– Снова Кроули?
– Оккультист верил в то, во что хотел, игнорируя все моральные нормы. Даже положил начало религии, основанной на своей вере.
– Боже, – прошептала она. – Прямо как Ливен.
– Ты много знаешь о его прошлом?
– Я так и не смогла ничего о нем найти, – покачала головой Бэй.
Шон кивнул.
– Он хорошо замел следы, но перед тем, как я…начал на него работать, один мой друг с навыками взлома провел для меня кое-какой поиск.
Она поерзала, сосредоточив взгляд на нем.
– И?
– Ливен – урожденный Джон Габриэль Браун из небольшого города в Канзасе.
– Даже не предполагала, – покачала головой Бэй.
Шон помолчал, размышляя, как много стоит ей рассказывать.
– Мой друг нашел амбулаторные карты.
Она моргнула.
– Карты?
– В возрасте четырех лет Ливен поступил в больницу с переломами руки и ребер, тяжелыми кислотными ожогами и зараженными ранами после того, как его приковывали цепью, – Бэй судорожно вдохнула. – Когда Ливену было десять, его отец задушил мать до смерти. На глазах у сына.
– Господи, – она прижала руку к животу. – Я не хочу слушать дальше, – Бэй тряхнула головой. – Это неважно. Не все настрадавшиеся дети превращаются в садистских маньяков.
– Я его не защищаю, – Шон смотрел, как противоречивые эмоции на ее лице сменяют друг друга. – После того, как отец попал в тюрьму, Джон Браун исчез…а шесть лет спустя на Чикагской преступной арене появился Габриэль Ливен.
– Просто замолчи.
– Слушай, я рассказываю это, чтобы ты поняла его одержимость Кроули. Ливен не подчиняется ничьим правилам, кроме своих собственных.
Бэй вскинула голову.
– Просто расскажи мне о книге.
– Ливен выложил за нее целое состояние на частном аукционе. Для него это сродни Библии, – Шон помнил, как этот парень говорил о книге. Цитировал ее. Жуть. – Кроули утверждал, что этот текст надиктовало ему существо по имени Айвасс в Египте. Сам текст очень загадочный, и Ливен считает, что Айвасс был вором времени.
Она выпрямилась.
– И в книге есть данные о ворах?
– Да.
– Мы должны ее уничтожить. Где он ее хранит? – Бэй позабыла о виноградине в своих пальцах. – Запер в каком-нибудь хранилище?
– Нет. Он хранит ее здесь, в Колорадо, – Шон прижал к ее губам кусочек фрукта, – в своем коттедже в горах.
Она сделала укус, а ее глаза заблестели.
– И даже не под замком?
– Не обольщайся. Коттедж хорошо охраняем, и ни в чем не уступает особняку. Камеры, собаки, передовая система безопасности и охранники. Войти будет нелегко, – он закинул себе в рот крекер.
– Легко, если ты – вор времени, – ослепительно улыбнулась Бэй.
Улыбнувшись в ответ, Шон накрутил на пальцы несколько прядей ее волос.
– И как я мог забыть о твоем полезном таланте?
– Не сомневаюсь, ты никогда не забудешь, на что я способна, – ее улыбка увяла. «Нет». Именно способность Бэй разрушила его жизнь, его душу. Он опустил руку. Шон никогда не смог бы забыть. Бэй потупила взор и напряглась всем телом. – Ты считаешь меня монстром.
«Молодец, Арчер».
– Бэй, я не считаю…
– Иногда даже я сама считаю себя чудовищем, – ее слова были разрывающим сердце шепотом.
– Ты показала мне, что есть плохие воры времени и хорошие, точно так же, как есть хорошие и плохие люди.
– Не будь у меня этого чертова отклонения…проклятия…моя семья была бы жива.
– Эй, – он приподнял ей голову за подбородок. – В их смерти виноват Ливен, и больше никто. Сожаления о том, что ты родилась собой, а не кем-то другим, ничего не изменят.
В ее глазах плескалось так много боли. Шону хотелось притянуть Бэй в объятия и спрятать от всего мира, но он сомневался, что она примет утешение от кого бы то ни было.
Возможно, стоит попытаться ее отвлечь.
– Когда ты узнала, что можешь управлять временем?
Бэй откинулась обратно на подушки.
– В тринадцать. Кажется, способность не проявляется, пока не начинается половое созревание, – с ее губ сорвался смешок. – Будто у подростков и без того мало трудностей.
– Должно быть, узнать о таком стало шоком.
Другой смешок. Заметив, как у нее на лбу разглаживаются морщинки, Шон обрадовался.
– Да. Впервые время остановилось, когда я поругалась со своей мамой, – Бэй покачала головой. – Шок не описывает и толики моих эмоций. Я перепугалась.
– Это понятно.
– Способность вызвана видоизмененным геном.
– Да. Ливен говорил об этом. Ты рассказала родителям?
– В конечном счете. После того, как украла время на вечеринке по случаю дня рождения Синди Хилти. Она была веселой маленькой блондинкой и флиртовала во Стиви Алленом. А я по нему сохла, – она тепло улыбнулась. – Синди до сих пор не знает, как так вышло, что она пролила колу на свое красивое вечернее платье.
– Как отреагировали родители? – Шон попытался представить, как такое признание восприняли бы его мама и папа. Они были фермерами в четвертом поколении и счастливо возделывали землю в Висконсине. Скорее всего, родители не очень-то обрадовались бы сверхъестественным способностям сына, однако они приехали навестить его в больнице, когда он вернулся из Афганистана. Им хотелось, чтобы Шон на время выздоровления вернулся домой.
Возможно, стоило дать им шанс помочь ему. Бэй поерзала на подушках.
– Мама и папа были замечательными. Поначалу они не поверили, но потом приняли меня такой, какая я есть. Они не делали вид, будто ничего не происходит, а учили использовать способность во благо, – она словно не видела Шона, потерявшись в своих воспоминаниях. – Учили меня ответственности.
Ей повезло.
– Не сомневаюсь, они бы тобой гордились.
– Не знаю, – Бэй зачесала волосы назад. – Они велели никому не рассказывать, на что я способна, – у нее надломился голос. – Но в пятнадцать лет я захотела произвести впечатление на мальчика. Так меня и нашел Ливен.
И она потеряла все. Шон положил руку поверх ее ладони.
– В этом вина Ливена, не твоя. И я думаю, твои родители были бы рады узнать, что ты не продала свою способность тому, кто предложит самую высокую цену.
– Возможно. Но порой так было бы легче.
– Наверное, тяжело подростку жить в бегах.
Бэй повела плечом.
– Я выживала, как умела. Никогда нигде не задерживалась надолго и устраивалась на работу, за которую платили наличными, – горькая улыбка. – Из меня вышла отвратительная официантка.
– Надо думать.
Она шлепнула его по руке, как сделал бы некто лучший в своем деле.
– Потом я накопила достаточно денег и стала адским биржевым маклером. Теперь мне не нужно так много работать, – умная и находчивая. Его тип женщины. – Хватит обо мне, – сказала Бэй. – Что насчет командующего Шона Арчера?
Он широко развел руки в стороны.
– Что ты хочешь узнать?
– Откуда ты родом?
– Висконсин.
– Как оказался в военно-морском флоте?
– Не хотел становиться фермером. Воевать за свою страну казалось куда более геройски.
Она помолчала, теребя край наволочки, но потом резанула Шона взглядом зеленых глаз.
– Расскажешь мне о своей команде? – он вскочил на ноги и неосознанно начал вышагивать по комнате, чувствуя, как давят стены. – Прости. Мне не стоило спрашивать.
Ему не хотелось говорить о них – все равно, что срывать коросту с незажившей раны.
Начиная с похорон, Шон ни разу ни с кем не поднимал эту тему.
Но разве много почтения в том, чтобы отмахнуться от воспоминаний о друзьях и их жертве только потому, что больно произносить имена?
– Макнейл был моим лучшим другом и самым крепким сукиным сыном из всех, кого я знал, – Шон сжал свои часы.
– Ты скучаешь по нему.
– Каждый день. Он славился благородством и совершенно не умел шутить. Крис Батлер был самым молодым. Тот еще идеалист. Мы работали над избавлением его от этого, – да, было больно вспоминать времена, когда они с командой смеялись, дразнили друг друга из-за женщин, работы или жизни в целом. – Рик Санчес был техасцем с очень медленной речью. И дьявольски хорошим снайпером, – закрыв глаза, Шон позволил словам свободно течь. – Он всегда рассказывал о жене Тессе и об их троих детях. Рик был потрясающим отцом. И Лукас «Везунчик» всегда шел последним. Был надежным, как швейцарские часы, хотя предпочитал, чтобы все думали, будто он полагается исключительно на везение.
Но в конце везение подвело и его. Шон продолжал говорить, разделяя истории о своих друзьях, и видел на лице Бэй улыбку. Вернувшись к ней, он сел, бедром задев ее тонкую ногу. Рассказывать о парнях было больно, как попасть в ад, но Шон с удивлением обнаружил, что боль становилась светлой. Было радостно вспомнить друзей.
Бэй положила голову ему на плечо.
– Мне жаль, что ты потерял их.
– Мне тоже, – он прижался лбом к ее макушке. – И я заставлю Ливена поплатиться.
– Мы заставим. И начнем со сжигания его драгоценной рукописи.
Шон кивнул.
– Завтра отправимся в его коттедж. Мэтт одолжит нам пикап. Нужное место в двух часах езды отсюда. Лучше всего будет выехать на закате, чтобы потом сбежать в темноте, – он ощутил в крови знакомое кипение.
– Сначала мы все разузнаем. Количество охранников, собак, входов и выходов, – тело Бэй напряглось, как перед сражением. – А потом я остановлю время.
– Как долго ты можешь его удерживать?
– Когда как, – пожала она плечами. – Зависит от того, насколько я расслаблена, – Бэй улыбнулась. – К тому же нельзя измерить время, когда оно стоит.
– Это да, – улыбнулся он в ответ.
Она глянула на губы Шона, но тут же принялась смотреть поверх его плеча.
– Ты знаешь, где Ливен хранит книгу?
– Она может быть в двух местах. Либо наверху в кабинете, либо в выставочном зале внизу. Охранники говорили мне, что он перекладывает ее в зависимости от своего настроения.
Бэй положила руку ему на бедро.
– Как только мы проникнем внутрь, разделимся. Я проверю кабинет, а ты обыщешь первый этаж.
Шона абсолютно не устраивал план, в ходе которого она окажется одна и без защиты.
– Мы должны идти вместе.
– Все вокруг замрет. Войдем и выйдем. Это легко.
Опыт подсказывал ему, что миссии никогда не бывают легкими. Однако Бэй умела сама о себе позаботиться.
– Войти и выйти.
– Есть ли шанс, что Ливен окажется в коттедже?
– Минимальный. Он редко туда ездит, а если и ездит, то только по выходным. Деловые отношения и…бизнес занимают его на всю неделю.
– Как утомительно быть преступником, – поднявшись на ноги, Бэй начала вышагивать. – Я сожгу эту проклятую книгу и пошлю ему пепел.
Вот и вернулась прежняя Бэй, вечно в бегах и пытающаяся выжить.
– Уже поздно. Нам нужно немного поспать.
– Ты ложись, – она повела плечом. – Я пойду посмотреть телевизор или найду себе другое занятие.
Шон посмотрел на ее напряженные плечи, гадая, как много ночей она провела без сна, нервничая перед нападением.
– Что-то не так?
– Все в порядке.
– Универсальная фраза женщины, у которой в голове что-то творится.
– Мои мысли, моя голова.
«О, нет». Бэй опоздала его отталкивать. «Да пошло оно к черту».
***
Мышцы Бэй были тверды, словно камень, а ум носился кругами. Она никогда не засыпала прежде, чем реализует план.
– Эй, – Шон положил ей ладонь на плечо. – Ты напряглась.
Бэй хотелось прислониться к нему, окунуться в его тепло и позаимствовать часть грозной силы.
Но вместо этого она скинула руку со своего плеча.
– Немного нервничаю, вот и все.
– Бэй, – Шон обвил рукой ее талию. – На этот раз ты не одна.
Когда она оказалась прижатой к мускулистой груди, ее нервозность превратилась в гнев.
– Знаешь, несмотря на то, что произошло ранее, мы все равно друг друга не знаем. Поэтому отпусти меня.
Шон обдавал шею Бэй теплыми выдохами.
– На самом деле мы более чем знаем друг друга, – он прикусил ее ухо. – Быть может, ты и рвешься оттолкнуть меня или сбежать, но не думаю, что твое желание искреннее, – Шон снова прикусил мочку. – Верно?
Бэй судорожно вдохнула и задрожала всем телом.
– Ты понятия не имеешь, чего я хочу.
– Правда? – он прижал раскрытую ладонь к ее животу. – А вот я думаю, ты настолько поглощена поиском способа наказать Ливена, что игнорируешь собственные желания.
Она попробовала издевательски рассмеяться, но смех получился пустым.
– Месть – это все, чего я хочу.
– Месть согревает тебя ночами? – Шон притянул ее ближе, вжимая в свои жесткие мышцы. – Обнимает тебя? – у нее перехватило дыхание. Он ощущался так приятно. Такой жесткий и сексуальный, Шон касался ее кожи, играя с поясом позаимствованных шорт. – Делит с тобой завтрак? Целует? Улыбается тебе? – развернув Бэй, он ухватил ее за подбородок и въелся в нее взглядом серых глаз. – Месть тебя любит?
– Я ничего не знаю о любви, – она смотрела на его грудь. – Я потеряла способность любить уже давным-давно.
Шон уткнулся лицом ей в волосы и вдохнул. Закрыв глаза, Бэй затосковала.
– Тогда узнаем вместе, – он провел губами по ее виску.
– Я не знаю, как это – вместе, – она обняла Шона.
– Разреши мне показать тебе, – он обвил ее обеими руками. – Положись на меня. Совсем немного.
Бэй была так напряжена. Она слишком увлеклась поиском возмездия, ставшего для нее наркотиком, и никогда не сдавалась. Шон был чем-то неведомым, замечательным, тем, что Бэй слишком боялась потянуться и взять.
Он провел языком по ее сомкнутым губам и проник между ними. Как бы она ни приказывала себе отстраниться, но лишь подалась вперед. Шон подхватил Бэй на руки и, положив на матрас, провел ладонями у нее под футболкой.
– Жаль, что твоей кожи касается футболка Мэтта, а не моя, – пробормотал он. Шон обхватил ее груди, и она выгнулась навстречу прикосновению. Никакие слова не шли. – Я люблю на тебя смотреть, – с помощью Бэй он приподнял футболку и стянул через голову, – и касаться тебя, – Шон сжал ее здоровое плечо и размял сустав. – Перевернись.
Изучив его суровое лицо, она перевернулась. Он погладил ее вдоль спины, сначала вниз, потом обратно, и поцеловал.
– Как твое самочувствие?
Ей потребовалась секунда, чтобы сформулировать ответ.
– Уже лучше.
Стянув с себя футболку, Шон оседлал бедра Бэй и принялся массировать ей шею, разминая твердые мышцы. Она чуть не застонала. Он двинулся к лопаткам, будучи осторожным с травмированной половиной тела.
– У тебя кожа, как сливки, – спускаясь ниже, Шон проследил пальцами каждый позвонок. Мышцы начали расслабляться, пока ладони не добрались до ягодиц. Однако Шон размял напряженное тело и там. – Расслабься, – тихо велел он.
– Легко сказать.
– Просто у тебя мало практики.
Бэй рассмеялась. Из-за покрывала звук вышел приглушенным.
– Когда пытаешься спасти свою жизнь, не так уж много времени остается на расслабление.
Шон замер.
– Прости за то, что с тобой сотворил Ливен. Прости, что он сделал меня частью этого.
Она прижалась щекой к кровати, доверяя ему в том, что он чувствует себя виноватым.
– Это не твоя ошибка.
Наклонившись вперед, Шон прижался губами к ее затылку. Спустившись поцелуями вниз по плечу, он прихватил его зубами.
Прежде чем Бэй поняла, что происходит, Шон отстранился и перевернул ее. Положив ладонь ей на грудь, он потеребил сосок, поддразнивая, пока тот не стал твердым. Шон поцеловал грудь снизу, а затем переключился на вторую, уделяя ей такое же внимание.
– Шон, – Бэй беспокойно поерзала под ним.
– Нет, – на его шее натянулись мышцы. – На этот раз никакой спешки.
Пока он спускался вниз по ее телу, она цеплялась за покрывало. Бэй развела ноги шире, и когда Шон погрузил кончик языка ей в пупок, запустила пальцы в золотистые волосы. Она сильно потянула.
– Ты мне нужен.
Шон поднял взгляд. В серых глазах пылал огонь. Для нее одной.
Уже через несколько секунд Шон скинул позаимствованные джинсы и, сдернув с Бэй великоватые шорты, покрыл ее тело своим. Ухватив ее за бедра, он развел их вверх и в стороны и, не отводя взгляда, погрузился между ними.
Шон двигался медленно, дюйм за дюймом. Бэй впилась ногтями в его крепкие плечи, не в силах думать ни о чем, кроме него. Ее веки затрепетали и опустились.
– Нет, не закрывай глаза.
Близость смотреть друг на друга, пока он наполнял Бэй, стала для нее открытием. Секс всегда был быстрым и приятным, а не эмоциональным и крадущим душу.
Она еще ни разу не чувствовала себя настолько связанной с кем-то. Шон полностью уместился внутри, длинный и толстый, полностью ее заполняя. Она приоткрыла рот. Когда Шон начал двигаться – медленно и дразняще – Бэй прикусила нижнюю губу.
В животе от изумительного трения начала скручиваться спираль. Бэй хотелось помчаться к финалу, найти жесткое удовольствие сильного оргазма. Но Шон не спешил, держа свое желание в узде, отчего на его теле подрагивали мышцы.
– Шон, – она оцарапала его плечи. – Пожалуйста…
Склонившись, он покусывал ее губы.
– Пожалуйста, что?
– Двигайся, – Бэй погрузила ногти глубже. – Сейчас же.
Шон так и сделал. Ускорил темп, подгоняя обоих ближе к краю. Но потом снова замедлился.
Ей хотелось закричать. Шон повторял свою пытку – быстро, медленно, потом снова быстро и снова медленно – пока Бэй не забылась в удовольствии.
Вскоре собственные поддразнивания заставили Шона потерять контроль. Он проиграл сражение и начал вбиваться в Бэй.
– Кричи мое имя, – прорычал Шон.
Она изо всех сил пыталась сосредоточиться.
– Что?
– Мое имя. Я хочу слышать, как ты кричишь его, когда кончаешь.
Он походил на первобытное божество, требовательное и властное. Бог, которого не забыть простой смертной и о чьей любви она будет мечтать до конца дней своих.
Бэй напряглась, все мышцы в теле натянулись. Запрокинув голову, она выгнулась на постели и выкрикнула имя Шона.
Потерянная в нахлынувшей волне, она слышала, как он стонал от освобождения, изливаясь внутри нее.
Когда Бэй, наконец, сумела собраться с мыслями, она уже лежала, окутанная теплом его тела. Шон прижался к ней так крепко, как только смог. Будто никогда не позволит ей уйти.
Она зажмурилась. Бэй хотелось вообразить, что он никогда ее не оставит. Представить себе, что она всегда сможет на него опереться и просыпаться вместе с ним. Что когда суровая реальность станет чрезмерной, Шон будет рядом и поймает Бэй, если она споткнется.
Вдыхая его аромат, она вернулась к своей маленькой мечте о пляже. Белый песок перед домом, берег омывают волны. Впервые в жизни Бэй была там не одна. Там был Шон, его сильное покрытое шрамами тело, выныривающее из волн. Широкая улыбка, только для нее одной, а тени покинули его глаза. И Бэй, в мире со своими демонами.
