Текст книги "Сожги мир дотла (ЛП)"

Автор книги: Анна Хаккетт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

ГЛАВА 9

Нэш

Один из членов службы безопасности принес аптечку. Я поставил ее на стол и открыл. Сверху лежал гипотермический пакет.

Я повернулся, держа пакет в руке.

Смотреть на нее было все равно, что получить удар в грудь.

Джорджи. Джорджи Линден прямо здесь, передо мной.

Затем появились другие эмоции. Она стала слишком худой, на ее гладкой коже расцвели синяки и она выглядит уставшей.

Все, кого я когда-либо любила, мертвы.

Моя рука сжала пакет со льдом. Она должна была жить своей счастливой, благополучной жизнью. Она не должна была быть избитой и сгорбленной в кресле, с видом измученной девушки.

И все же мой взгляд жадно пил ее, будто я был жаждущим, а она – чистой, прохладной водой. Она больше не была девочкой или юной девушкой на пороге взросления.

Она стала настоящей женщиной.

Ее светлые волосы – все того же цвета звездного света, что я помнил, – рассыпались по стройным плечам. Ее лицо было бледнее, чем должно быть, но веснушки все также украшали нос.

И эти прекрасные ореховые глаза.

Они сейчас настороженно наблюдали за мной. У нее острые скулы и полные губы.

Я представил, как целую их и резко отбросил свои мысли. Она ранена, придурок.

Подняв гипотермический пакет, я указал на ее толстовку.

Она тяжело выдохнула. – Как я и говорила, раны заживают..

– А сегодня тебя снова ударили. Поверь, это поможет.

С фырканьем она подняла толстовку вверх.

Я увидел нижний край простого черного бюстгальтера и те уродливые синяки, которые пятнами покрыли ее ребра. Челюсть сжалась, но я отметил стройный, почти хрупкий торс и еще больше ее гладкой кожи.

Я приложил гипотермический пакет к ее боку и она вскрикнула от боли. Затем я достал антисептические салфетки и опустился рядом с ней на колени. Осторожно я протер небольшую ссадину на ее виске и лучше разглядел синяки, так как макияж уже стерся.

Ярость может вскипать, но она может быть и холодной, режущей. Она поднялась во мне, расползаясь, как трещины по льду.

Тот ублюдок бил ее. Много раз. Она была крошечной по сравнению с ним, но он явно не сдерживался. Не мог сдерживаться, ведь ее синяки все еще так заметны спустя неделю.

Насколько же все было плохо в тот день, когда ее избили?

Кто позаботился о ней? Кто помогал ей, когда ей было больно?

– Ты получила медицинскую помощь после того, как это случилось?

Она кивнула. – Я очнулась в больнице.

Трещины углубились. Этому парню пришел конец. Он просто еще не знает об этом.

– Что случилось с Вив? – тихо спросил я.

Джорджи помолчала мгновение, затем сглотнула. – Она была всем, что у меня осталось. Сначала умерла мама, потом Эллиот, потом папа.

Эллиот. Боже, я до сих пор скучаю по своему другу. Он был хорошим, порядочным парнем. Он всегда был готов к приключениям или оказать помощь.

Когда он умер, всю свою скорбь по его утрате я вложил в работу. В то, чтобы стать лучшим, самым эффективным наемным убийцей, каким только мог бы быть. Часть меня хотела почтить его жертву.

Мой взгляд остался прикованным к лицу Джорджи и я увидел, как она ушла куда-то вглубь себя.

– Вив обожала петь. Она была талантлива и хотела стать звездой. – Ее голос прозвучал пусто. – А потом появился Дин Снайдер.

Имя показалось смутно знакомым.

Ее взгляд метнулся в мою сторону. – Он владелец клуба здесь, в Лас-Вегасе.

Ее глаза наполнились ужасом. Мне захотелось протянуть к ней руку, но я остановил себя.

Она не моя. Я ей не пара. Она и так настрадалась, ей не нужно, чтобы на нее свалили еще больше дерьма.

– Он продавал ей мечты. Говорил, что сделает ее звездой. Она начала петь в его клубе и он заманил ее обещанием контракта на запись альбома. А еще он затащил ее в свою постель.

Я оставался неподвижным. Я знал эту историю. Я знал множество самовлюбленных ублюдков, которые использовали свою власть и деньги, чтобы получить желаемое.

– Он подсадил ее на наркотики. Заставлял делать все, что он хотел в сексуальном плане. Он удерживал обещанный контракт на запись. – Печаль наполнила ее лицо, плечи опустились. – Затем он начал делиться ею с другими мужчинами. Со своим ближайшим кругом, клиентами, друзьями. Он снимал это на видео.

Черт побери. Я взял ее руку. Ее пальцы были ледяными. – Мне жаль, Джорджи.

– Я приехала сюда, чтобы спасти ее. Мне удалось вырвать ее у него. Я провела несколько дней с ней, пока она корчилась на полу ванной в отеле, переживая ломку.

Сейчас на лице Джорджи была пустая маска и это ранило, потому что я знал как много боли за ней скрывалось.

– Наконец она начала чувствовать себя немного лучше. Я вышла за едой. Он написал ей, что у него есть кое-какие ее вещи, чтобы отдать. – Джорджи потерла лоб. – Когда я вернулась в отель, ее уже не было и вскоре после этого он прислал мне фото, где она под кайфом, голая, с двумя мужчинами. Я пошла в клуб, чтобы спасти ее…

И вот тогда ее и избили. – Что было дальше?

– Я очнулась в больнице. Спустя несколько часов тело Вив сбросили в переулке в квартале от Стрипа. У нее случилась передозировка. Никому не было дела до того, что он с ней сделал. Для полиции она была просто очередной наркоманкой.

– Мне жаль, Джорджи. Мне жаль, что ты потеряла ее.

– Боль не утихает. – В ее глазах не было слез, но было так много тоски. – Я потеряла все.

– А что насчет работы? Дома? – Мой желудок сжался. – У тебя есть мужчина?

– Нет. У меня нет ничего из этого. Все, чего я хочу, – это месть. – Теперь в ее глазах вспыхнула искра и она выпрямилась. – Снайдер делает это снова. Соблазняет новую певицу. И я уверена, Вив была не первой и не последней. Он и его громилы, которых он держит вокруг, нужно остановить.

– Как ты собираешься это сделать?

– Я собираюсь убить их.

Что-то внутри меня сжалось. – Убивать не легко, Джорджи. У тебя был шанс сегодня вечером, но ты не смогла им воспользоваться.

Она гордо вскинула подбородок, излучая упрямство. – Мне просто нужно лучше подготовиться. Мне нужно тренироваться и все спланировать. Я остановлю их. – Она сделала паузу. – Эллиот как-то сказал мне, что ты можешь напугать кого угодно. – Она облизнула губы. – И что ты можешь помочь мне.

ГЛАВА 10

Джорджи

Лифт доставил меня на первый этаж казино.

В груди все сжалось, глаза горели огнем. Казалось, я вот-вот разревусь, но слез не было. Я прикрыла лицо ладонью. Я так давно не плакала.

Не плакала, когда умер отец. Не плакала, когда Нэш не вернулся. Не плакала даже, когда потеряла Вив.

Я пробиралась сквозь шум казино, сквозь оглушительный звон и гудение игровых автоматов. Нервы натянуты до предела после всего, что случилось сегодня. Казалось, стены просто смыкаются вокруг.

Напрасно я пыталась найти Натаниэля... Нэша. Он больше не Нэш. Этот опасный, холодный человек – не тот юноша, которого я знала. В которого, как мне казалось, была влюблена.

Ты недостаточно сильна. У тебя не хватит духа.

К черту. Я выдержала все удары, которые наносила мне жизнь. И не позволю сломать себя сейчас.

Я ускорила шаг, почти побежала через зал и вырвалась на улицу, жадно глотая ночной воздух.

У входа красовались два «Феррари» и «Ламборгини». Мимо проходили смеющиеся люди – кто в джинсах, кто в смокингах и вечерних платьях. Казино радушно принимало всех, кто жаждал развлечений и был готов проиграть свои деньги.

Все они жили своей жизнью, и понятия не имели о чужой боли. Мне некуда возвращаться. Я не могу просто уехать – не только потому, что мне некуда идти, но и потому, что знаю: Снайдер и его головорезы продолжат калечить других женщин.

Их нужно остановить.

В следующий раз я не буду колебаться.

Я докажу Нэшу, что у меня хватит духа.

Я вышла на тротуар и расправила плечи. Мне нужен план – такой, чтобы прикончить Снайдера и Бруно и, желательно, не попасться.

Я знаю их распорядок. Знаю, что они покидают клуб около трех почти каждую ночь.

Они часто ужинают в «Воробье и Волке», в одном из самых известных ресторанов Лас-Вегаса, а затем едут вместе в клуб. Проводят там большую часть ночи, а около трех отправляются обратно в особняк Снайдера.

Вот тогда я и нанесу удар. Когда они будут сытые, уставшие и пьяные.

Мною овладела решимость.

Я сделаю это. В одиночку.

Нэш мне не нужен. У меня есть я.

Я осторожно зарядила пистолет.

Я смогу это сделать.

Ради Вив.

Засунув оружие в сумку, я бесшумно выскользнула из машины.

Меня обдало прохладным ветром, и я плотнее затянула куртку. Меня все еще поражает насколько в этом городе холодные ночи зимой. Даже в три часа утра Вегас не спит. Огни мигают со всех сторон, а в воздухе витают выкрики, смех и глухие удары музыки.

Я не позволяю себе думать о Нэше.

Есть только ты. Ты можешь рассчитывать только на себя.

Доставая телефон на ходу, я включила сохраненное сообщение от Вив.

«Привет, Джорджи. Я просто… просто хотела сказать, что люблю тебя».

Я дослушала запись до конца. – Надеюсь, ты потягиваешь розовое шампанское, Вив, – прошептала я.

Мне было уже все равно, что со мной случится. Если я выживу и покончу со Снайдером и его стервятниками, я сяду в машину и уеду. Как можно дальше.

Я вспомнила могилу Вив на местном кладбище.

Я там не была. Меня выписывали из больницы, когда ее хоронили. Я так и не смогла заставить себя пойти взглянуть на ее надгробие.

Не важно. Ее там уже нет. Она свободна.

Я выпрямила спину. Чем ближе я подходила к «Красному Неону», тем громче становились глухие удары музыки. В это время очереди у входа ещё нет. Я затаилась в тени напротив и стала ждать.

И точно, словно по часам, машина Снайдера – дорогой седан BMW – подъехала и замерла у обочины.

Я глубоко вдохнула. Скоро он выйдет.

Я достала пистолет и он казался непривычно тяжелым. Мои пальцы сжали его.

Меня всегда учили, что отнимать жизнь – неправильно. Что нужно верить в закон. Меня также учили, что плохих парней всегда настигнет расплата.

К сожалению, я узнала, что эти убеждения – ложь.

Двери клуба открылись. Я увидела, как наружу вывалилась группа хихикающих, подвыпивших посетителей: девушки шли под ручку, смеясь.

Такие беззаботные.

Они скрылись внизу по улице, а секундой позже дверь снова распахнулась.

На пороге появился Бруно.

Сердце колотилось о ребра. Он оглянулся через плечо, он не улыбался, но казался невредимым после моей недавней проделки. Если не считать перевязанной ссадины на щеке. Я почувствовала всплеск удовлетворения.

За ним вышел Олден.

А потом – Снайдер.

Кирпичная стена колола мне в спину, а прохладный воздух обжигал разгоряченную кожу. Он стоял, одетый в безупречный костюм и широко улыбался.

Певица прильнула к нему под руку.

Мое сердце стучало, как часы.

– Давай, детка, продолжим веселье у меня, – протянул Снайдер.

Шэнди заколебалась. – Уже поздно…

Он поднял руку, убрал прядь ее светлых волос за ухо. Затем склонился и слегка прикусил ее губы.

Ярость захлестнула меня. Вив едва ли не перевернулась в гробу.

– Фрэнку ты очень нравишься. – Он кивнул Бруно, и тот шагнул вперед и подошел к девушке сзади, слишком близко. Положил свои большие руки ей на бедра.

– А я люблю смотреть, – добавил Снайдер.

Она вздрогнула. – Дин… Ты мне нравишься.

– И ты мне, детка. Очень. Ты же хочешь меня порадовать, да?

С меня довольно.

Я навела пистолет на Снайдера и его лицо исказила ярость, но я уловила и проблеск страха.

– Теперь только ты и я, Снайдер, – процедила я.

И тут его взгляд скользнул за мою спину.

Затем я заметила движение – и это было моим единственным предупреждением.

Мощные руки обхватили меня и оторвали от земли.

Нет! Я забыла про последнего из банды Снайдера. Дзанотти.

Я боролась. Лягалась и вырывалась. Пистолет выпал из моих рук и со звоном ударился о тротуар.

– Большая ошибка, Джорджиана, – поднялся Снайдер, отряхиваясь. Он кивнул Бруно.

Бруно встал передо мной. Он поднял свою тяжелую руку, и яростно ударил меня по лицу.

Было больно. Боль взорвалась в черепе, глаза наполнились слезами. Я почувствовала вкус крови.

– Она теперь дерзкая. Нападает на меня. Отравляет меня. – Его следующий удар пришелся по моим больным ребрам. Я вскрикнула. От боли меня затошнило. – Стреляет в нас. – Он протянул руку, схватил меня за пулевое ранение на руке и вдавил в него палец.

Я прикусила губу, чтобы не закричать. Эти ублюдки не услышат мой крик.

– Я предупреждал тебя – не появляйся больше здесь, – прорычал Бруно. – Но ты не усвоила урок.

Снайдер приблизился с усмешкой. – А сейчас мы преподадим тебе очень болезненный урок: связываться со мной – плохая идея. – Он вцепился в мой подбородок и грубо задрал голову. – В этот раз ты не выживешь.

ГЛАВА 11

Нэш

Черт.

Сон не шел. Я сбросил простыню с голого тела. Резко поднявшись с кровати, натянул джинсы и длинную футболку-поло, сунул ноги в ботинки.

Я чувствовал себя… напряженным и нервозным. Я уснул ненадолго, но сон был прерывистым и беспокойным.

Мне снилась Джорджи.

Ее милое лицо, синяки, глаза, полные боли.

Все, кого я люблю, мертвы.

Я сжал кулаки, мышцы напряглись. Я изо всех сил старался не вспоминать выражение ее лица, когда она уходила. Опустошенное.

Я опустил голову. Не могу поверить, что она потеряла всех. Она так отчаянно боролась за сестру, пострадав в этой борьбе, и все равно ее потеряла.

Она совсем одна.

Если бы не мои товарищи-наемники, я тоже был бы одинок.

Я стиснул челюсть и провел рукой по волосам.

Это я вынудил ее уйти. Я не хотел втягивать ее в свой мрак. Она заслуживает лучшего, куда большего, чем бывший киллер.

Если бы она знала, чем я занимался большую часть десятилетия, то бежала бы от меня без оглядки.

Ей кажется, что она жаждет мести. Но стоит переступить эту черту, отнять жизнь, и пути назад уже не будет.

Я не хочу для нее такой участи. Поэтому и держался все эти годы в стороне.

Это не твое решение, придурок.

Я прошел через темную виллу. Внутри все клокотало – безымянные, невыносимые чувства.

Она уедет из Лас-Вегаса. Вернется в Элк-Фолс. Сможет двигаться дальше, залечит раны.

С глухим рычанием я открыл дверь и направился по тропинке к оранжерее.

Внутри темно. Насыщенный аромат зелени, и сладкое благоухание цветов окутали меня. Это напомнило о ней. От нее всегда пахло сладко, как от весеннего луга.

Но та женщина сегодня вечером не была милой. В ней чувствовалась стальная жила, а двигали ею лишь горечь, да остатки сил.

Я провел рукой по глянцевым листьям орхидеи, пытаясь прочистить мысли. Пытаясь вытеснить из них Джорджи.

Годами я представлял ее счастливой, здоровой, улыбающейся.

Но это не правда. Она застряла в боли и тьме. Ее травмировали, она стала слишком худой, она не спала.

Она заслуживает куда большего. Она заслужила того, кто позаботится о ней, станет ее щитом.

С рычанием я пнул верстак, заставив пустые горшки задрожать. Глубоко вдохнув, я попытался обрести хоть какое-то спокойствие.

Быть спокойным сейчас просто чертовски тяжело.

Не тратя времени на размышления и резко развернувшись, я вышел и направился к казино.

Теперь я волновался за нее. Если она снова пойдет против Снайдера и его людей...

У нее никого нет.

Нет, это неправда. У нее есть я.

У меня есть навыки, чтобы помочь ей, защитить ее, уберечь.

Мне нужно найти ее.

До поста охраны я добрался за считанные минуты. Распахнув дверь плечом, я едва взглянул на стену с мониторами и людей сидящими за ними.

Один из сотрудников оторвался от экранов. – Эй, Нэш. Поздновато для тебя.

Я кивнул. – Мне нужно кое-что проверить, Мишель. – Мой взгляд скользнул по оживленным мониторам. – Все спокойно?

Она ответила слабой улыбкой. – Пока ночь тихая. Всего один карточный шулер, пара студентов, пытавшихся жульничать с гаджетами, четыре пьяных драки, один вор-карманник и один эксгибиционист. Ещё вся ночь впереди, есть время подкинуть нам проблему.

Я кивнул. – Я буду в кабинете, если что.

Я вошел в небольшую комнату, которую иногда использовал как офис. Рухнул в кресло за столом и тронул мышку, чтобы включить компьютер. Введя пароль, я быстро начал печатать на клавиатуре, чтобы получить доступ к системе распознавания лиц.

Все в казино ей пользовались. Это помогает отсеивать мошенников, преступников и нарушителей порядка.

Я загрузил фотографию Джорджи. Ту самую, из моего кошелька. Ее лицо, конечно, изменилось по мере взросления, но ключевые черты остались прежними.

Я провел большим пальцем по снимку. Этой беззаботной улыбке уже давно не было места в ее жизни.

Кто, черт возьми, такой Дин Снайдер?

Я подумал о том, как этот человек причинял ей боль, издевался над Вив и ярость закипела во мне. Пока система работала, я нашел информацию о Снайдере.

Он выглядит как самодовольный ублюдок. Красивый, считающий, что ему все дозволено. Появилось множество его фото на вечеринках и мероприятиях Вегаса, на нескольких – Вив рядом с ним. Она была немного похожа на Джорджи, но волосы у нее были более кудрявые, а фигура – пышнее.

Черт. На первых снимках Вив выглядела красивой и полной жизни, в коротких сверкающих платьях. Но на более поздних фотографиях она выглядела худее, изможденной, с пугающим взглядом.

Ничего явно криминального о Снайдере в открытом доступе не было. Его ночной клуб выглядит легально. По крайней мере, на первый взгляд. У парня есть небольшая власть и деньги и я подозревал, что он использует это для манипулирования женщинами.

Ладно, теперь я чувствую себя обязанным с ним разобраться.

Компьютер пискнул.

В казино Джорджи не обнаружилась.

Я на секунду заколебался, затем снова нажал клавиши. Я внес в систему несколько модификаций – это позволяло получить доступ ко всем публичным камерам видеонаблюдения в Лас-Вегасе.

Это незаконно, но мне плевать.

Меньше чем через секунду вышли совпадения.

Я наклонился вперед и увидел запись с уличной камеры. Я нахмурился. Место смутно оказалось знакомым – клуба Снайдера, «Красный неон».

Внутри у меня все застыло. Джорджи. С пистолетом в руке.

Она шагала через улицу к группе мужчин и я узнал Снайдера.

Она выстрелила и люди бросились врассыпную.

Чего она не заметила, так это ублюдка, подкравшегося сзади.

Когда этот человек схватил ее, мое тело оцепенело.

Когда другой здоровяк поднялся с корточек и ударил ее по лицу, я уже вскочил на ноги и бежал.

ГЛАВА 12

Джорджи

Я перестала сопротивляться.

Я не просто чувствовала боль – я сама была болью. Пульсирующим, живым ее сгустком.

Мы все еще были у входа в «Красный неон». Некоторые посетители пытались выйти из клуба, но, открыв дверь и увидев происходящее, поспешно ретировались обратно.

Никто не собирался помогать.

Я почувствовала вкус крови. Один глаз заплыл так, что не открывался.

Бруно все еще бил меня, а другой охранник держал так, что я не могла пошевелиться.

Снайдер стоял рядом и все время наблюдал с улыбкой.

Я так сильно его ненавижу.

Почему? Почему таким плохим людям сходят с рук такие ужасные вещи?

Жизнь несправедлива.

Бруно нанес еще один удар в живот и я застонала, меня накрыла волна тошноты. Я долго не продержусь.

Они убьют меня. Бросят в переулке, как мусор, как они сделали с Вив.

Никто обо мне не вспомнит. Никто не будет меня оплакивать.

У меня не было ничего и никого, кому я была бы небезразлична.

Это ранило сильнее любых ударов.

Внезапно я услышала резкий хруст.

Я моргнула, ошеломленная. Может, они сломали мне кость?

Затем я упала.

Снайдер что-то кричал, слова я не не разобрала. Я ударилась о тротуар, но боль оказалась слишком сильна, чтобы пошевелиться. Потом поняла, что охранник, который держал меня, Дзанотти, тоже на земле. Я осторожно повернула голову. Он лежал совсем неподвижно, а между его темных бровей – аккуратное отверстие.

Что?

Мой затуманенный мозг попытался это осмыслить. Затем я краем глаза заметила, как Снайдер поспешно пополз, а Бруно прикрыл его собой. Снова послышались хлопки. Выстрелы. Они звучат медленно. Сосредоточенно. Методично.

Бруно вздрагивает, и на его рубашке расплывается алое пятно. Он размахивает пистолетом, стреляя наугад, вслепую.

Они оба ныряют на заднее сиденье машины.

Еще несколько пуль впиваются в металл. Машина, взревев двигателем, срывается с места, виляя задней частью.

Затем остается только звук моего прерывистого дыхания и всепоглощающая боль.

Я слышу быстрые шаги. Тело напрягается. Еще один охранник?

Потом вижу лицо Нэша.

– Черт, милая. – Его пальцы на мгновение касаются моего лица. – Они ушли. Я с тобой.

Я пытаюсь заговорить, но губы в крови, и слова не складываются. У меня получается лишь низкий хрип.

– Тсс. Тихо. – Он осторожно просунул руки под меня и поднял.

Боль вспыхнула повсюду. Из груди вырвался тихий стон.

– Знаю, милая. Прости, я знаю, что больно. Мне нужно унести тебя отсюда.

Я закрыла глаза. Нэш несет меня. Это похоже на сон.

Потом я почувствовала, как он остановился. Мы стали в тени и я смутно слушала его голос. Проходит секунда, прежде чем я понимаю, что он говорит по телефону.

– Лэндон, это я. Мне нужна твоя помощь.

Я проваливаюсь в забытье и снова возвращаюсь. Мне нравится низкое звучание его голоса. Такой глубокий, сексуальный.

– Ее сильно избили. Можешь приехать за нами? Мы на углу…

Я вдыхаю его запах. Смутно понимая, что он, должно быть, пришел сюда пешком. До «Авернуса» далеко.

– Хорошо, спасибо, друг. Скоро увидимся. Поспеши.

Он осторожно поправил меня на руках.

– Н-Нэш.

– Да, Джорджи. Я здесь. Я о тебе позабочусь.

– Ты… пришел.

– Да. Я понял, что у тебя неприятности. Прибежал так быстро, как только смог.

Мне показалось, я услышала дрожь в его голосе.

– Черт, если бы я опоздал хоть на немного… – Он издал низкий звук. – Я буду заботиться о тебе и охранять. – Он сделал паузу. – У тебя был шанс уйти, но ты им не воспользовалась. Теперь придется иметь дело с последствиями.

Я не поняла о чем он говорит.

Я то проваливалась в забытье, то возвращаясь, слушая под ухом его ровное сердцебиение. В его объятиях мне было тепло. И не одиноко. Боль, казалось, отступала.

Я не представляла, сколько времени прошло, но рев двигателя вернул меня в реальность.

– Наконец-то, – пробормотал Нэш.

Захлопнулась дверца машины. – Черт. Что с ней случилось? – произнес низкий мужской голос.

– Ее избили. Пулевое ранение в руку. К счастью, сквозное. – Он был очень злым.

– Прикончил того ублюдка, который это сделал?

Голос другого мужчины тоже был полон гнева, но звучал чертовски сексуально – с легкой хрипотцой.

– Одного из них, – ответил Нэш. – Остальные сбежали, но я их найду.

В его голосе слышалась мрачная, смертоносная уверенность. Я содрогнулась.

– Тихо, Джорджи. – Его тон смягчился.

Следующее, что я осознала – меня осторожно уложили на заднее сиденье внедорожника.

Я не смогла сдержать стон. Все болит.

– Знаю, милая. – Чья-то рука коснулась моих волос. – Скоро все будет хорошо. Есть обезболивающее?

– Я взял с собой аптечку. Введу ей что-нибудь. У нее есть аллергии?

Нэш наклонился ко мне. – Милая, у тебя есть аллергия на что-нибудь?

– Нет…

Затем я почувствовала легкий укол в руку.

– Нэш, это же…? – тот мужчина издал странный звук. – Это ее фотография у тебя в бумажнике?

– Да. – Нэш проговорил сквозь стиснутые зубы.

– Черт, ясно. В клинику?

– Нет, ко мне.

Последовала долгая пауза. – Ладно, но если я заподозрю переломы или внутреннее кровотечение, ей придется поехать в клинику.

– Хорошо, но она останется со мной. Где я смогу о ней заботиться. Где я смогу ее защитить.

Его слова не имели смысла. Никто обо мне не заботился. Это я заботилась обо всех остальных и терпела неудачу за неудачей. Все они умирали.

Это была моя последняя мысль, прежде чем боль отступила, а за ней исчезло и все остальное.