Текст книги "Сожги мир дотла (ЛП)"

Автор книги: Анна Хаккетт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 13 страниц)

ГЛАВА 5

Нэш

Офис Бастиана был огромным.

Я вошел внутрь, разминая затекшую шею. Сегодня провел несколько учебных боев. Черт, возможно, я становлюсь слишком стар для этого.

Пол из темного дерева был отполирован до зеркального блеска, стол Бастиана – массивная плита черного мрамора с бронзовыми просветами. За ним висела мрачная картина, состоящая из серых, черных и бронзовых разводов.

– Добрый вечер. – Бастиан развернулся в своем огромном кожаном кресле. За его спиной сияли огни Вегаса. У переднего края стола стоял еще один человек в костюме с ослабленным галстуком, осушая бокал бурбона.

Ченс Тайлер допил свой напиток и провел рукой по светлым волосам.

– День выдался долгим? – спросил я.

Актер вскинул подбородок. Он красив в той ухоженной, отполированной манере, которая говорила, что у него отличный пластический хирург и превосходный стоматолог. Он выглядит как парень, которого бы утвердили на роль окружного прокурора или президента в фильме.

Он больше не ходил на пробы в кино. Вместо этого Бастиан платил ему огромные деньги, чтобы он притворялся владельцем «Авернуса». Он общался с прессой, посещал мероприятия, разыгрывал необходимый пафос.

– Была тут группа высоких ставок из Китая. Требовали, чтобы я присоединился к ним за покером, ужином и шоу.

Я фыркнул. – Тяжелая жизнь.

– Это было вчера. Я только сейчас смог освободиться. – Он провел рукой по лицу. – Я не спал уже двадцать четыре часа.

– Иди домой, Ченс, – сказал Бастиан.

Тот махнул рукой. – Пойду. Утром пресс-конференция и встреча с советом. Тяжелая работа – быть подставным владельцем казино. – Он направился к двери. – Спокойной.

Взгляд Бастиана остановился на мне.

– Похоже, и тебе не помешало бы выпить, – сказал он.

Я дернул подбородком. – Не откажусь.

Изящным движением он поднялся и прошел к черному шкафу у боковой стены. Достал бутылку чего-то, без сомнения, дорогого, и налил. Я принял из его рук хрустальный бокал и отхлебнул. Вероятно, «Паппи Ван Винкл». Он должен был быть мягким, сладковатым, с пряными нотами. Но на вкус он был словно пустота.

Я подошел к панорамным окнам от пола до потолка. Ощущение, будто стоишь на краю обрыва, с высоты птичьего полета обозревая все вокруг. Но сегодня все расплывалось, мысли метались в беспорядке.

– Тренировка прошла хорошо?

– Да. – Я покрутил бурбон в бокале. – Парочка новичков в команде – перспективные. Виден потенциал лидеров.

– Отлично. – Я услышал, как его кресло отъехало назад. – Нэш, у нас проблема.

Я повернулся и приподнял бровь. Его тон стал серьезным.

– В чем дело?

– Сегодня в игровом зале была женщина. Она искала тебя.

Обе мои брови взлетели вверх. – Она спрашивала Нэша Окли?

– Нет. Она не назвала имени. У нее было это. – Он достал из кармана мятый, сложенный листок бумаги. Развернул и разгладил его на столе.

Это было изображение, где я иду по казино. К счастью, не очень качественное.

– Я думал, с нашими изменениями, система распознавания лиц не сможет сопоставить со старыми фото.

Бастиан пожал одним плечом. – Ты стоишь почти в профиль. Вероятно, использовались другие факторы. В смысле, снимок нечеткий. Это могло быть лишь частичное совпадение, и тот, кто его нашел, должно быть, использовал чертовски мощный алгоритм, кучу времени и сил.

Кто-то разыскивал меня. Мышцы на шее напряглись еще сильнее. – Кто?

– Она сказала, что ты друг и она ищет тебя.

Черт. По мне пробежала странная дрожь. Кто бы это ни было, у меня было чувство, что она так просто не исчезнет. Я нахмурился. – Кто она?

– Не знаю. – Бастиан поднялся и обошел стол. Он постучал по клавишам своего гладкого серебристого ноутбука, затем развернул его в мою сторону.

Я мгновенно понял, что это запись с камер наблюдения. Изображение было остановлено, чтобы продемонстрировать идеальный вид на женщину, стоящую в казино.

Я шагнул ближе и притянул ноутбук к себе через стол. Она среднего роста, подтянутая, стройная, с соблазнительным бюстом, который обтягивал красный топ. Её прямые черные волосы ниспадали до линии челюсти, губы – насыщенного красного оттенка.

Я не знал ее.

На лбу у меня залегла складка.

– Понятия не имеешь, кто она? – спросил Бастиан.

– Никогда ее не видел. – Мой взгляд скользнул вдоль линии ее челюсти, и я почувствовал шепот… чего-то.

– Она могла бы быть наемной убийцей. Нанятой кем-то, у кого есть зуб на тебя. Может, у нее самой к тебе претензии.

– Мы замели следы, Бастиан. – Когда мы ушли с прежней работы, мы приняли меры. Я был известен как Натаниэль или Нейт Хейген. Очень немногие знали, что меня звали Нэш, и большинство из них мертвы. – У нас новые личности. Мы проделали работу, чтобы похоронить тех, кем были раньше.

– Возможно, кто-то умнее, чем мы думали.

Я коснулся экрана, задаваясь вопросом, кто, черт возьми, она такая.

Затем Бастиан протянул руку мимо меня и нажал клавишу на клавиатуре. – Смотри.

Какой-то тип в безвкусном костюме схватил женщину. Я нахмурился сильнее. Мудак. У меня нет ни капли терпения к идиотам, которые думают, что могут пугать женщину.

Затем мои губы тронула улыбка. Я наблюдал, как она со всей силы ударила ему по ноге, затем вывернула ему руку за спину и надрала ему задницу.

Внезапно я почувствовал прилив чего-то другого. На мгновение я ощутил электрический разряд, пробуждение. Прилив энергии.

Бастиан издал звук. – Мне знаком этот взгляд.

– Какой взгляд? – нахмурился я. – Никакого взгляда нет.

– Ты впечатлен.

– Трудно не быть впечатленным. – Я склонил голову набок. – Несмотря на некоторых пустоголовых женщин, с которыми ты спишь, я знаю, тебе нравятся с характером.

Мой друг бросил на меня нечитаемый взгляд. – Дело не во мне.

Нет, Бастиан любил совать нос в чужие жизни, но отказывался обсуждать одну определенную женщину-убийцу, которая регулярно пыталась его прикончить.

– Куда она ушла? – спросил я.

– Она совершила очень хладнокровный, контролируемый побег до прибытия охраны. Она вышла через главные двери, не торопясь, не привлекая внимания.

– Распознавание лиц дало какие-нибудь совпадения?

– Ничего. Ее раньше не было в этом казино, да и в других в Лас-Вегасе тоже.

Кто, черт возьми, она такая?

И зачем она ищет меня?

Внезапно мне очень захотелось это выяснить.

– Скинь мне изображения.

Бастиан кивнул. – Уже. Я дал указание охране следить за ней. Если она снова ступит сюда, мы сразу об этом узнаем.

Я допил свой бокал. Теперь я по-настоящему почувствовал вкус и насладился пряными нотами. – Я разберусь с ней.

На губах Бастиана заиграла улыбка. – Не сомневаюсь.

– Кролик, это Найтвижн. – Я продолжал держать мобильник у уха, заходя в свою виллу.

– Найтвижн. Давно не слышал тебя, друг.

Я представил его сидящим в темной комнате, перед ним – мерцание экрана. Без сомнения, он ерзал и поедал «Доритос». У него была серьезная зависимость и он постоянно их жевал. Кролик редко покидал свою квартиру. Он жил на одном из верхних этажей башни «Sky Las Vegas».

Мы работали вместе несколько раз в прошлом. Если нужно было что-то или кого-то найти, Кролик был тем, кто мог это сделать.

– Я отправлю тебе изображение женщины. – Я провел по телефону и отправил фото на анонимный электронный адрес. Я знал, что оно будет переправлено через множество неотслеживаемых аккаунтов и, наконец, загружено на частный облачный сервер, откуда его заберет Кролик – лучший в мире хакер.

– Тааак, Найтвижн выслеживает женщину, – протянул он.

– Не в этом дело. Это она меня ищет.

– А, возможно, она хочет тебя прикончить.

Я услышал стук клавиш. Кролик раньше служил в Военно-морской разведке, пока у него не случился срыв и он не инсценировал свою смерть.

Теперь он использовал свои навыки, чтобы делать черт знает что. Иногда он погружался в многонедельные игровые марафоны, иногда он отслеживал террористов или коррумпированных политиков. Его любимым занятием было воровать у мошенников, которые обкрадывали тяжело работающих людей, лишая их сбережений. Что угодно, что приходило ему в голову.

– Ничего особенного. – В трубке послышался хруст, и я представил, как Кролик запихивает в рот горсть «Доритос». – Имени у меня для тебя нет.

Черт. Это значит, что Кролику, возможно, потребуется несколько дней, чтобы что-то найти.

– Но, – продолжил он, – могу сказать тебе, что она сейчас идет по Южной 1-й улице, недалеко от Фримонт-стрит.

Я выпрямился. – Прямо сейчас?

– Прямо сейчас. Помогло?

– Да, это помогло. Я переведу тебе деньги сегодня же. Спасибо, Кролик.

ГЛАВА 6

Джорджи

По коже будто ползали мурашки.

Я не могла усидеть на месте, не могла расслабиться. Я ускорила шаг, лавируя между разными людьми и группами, бредущими по улице. Тут были семьи, влюбленные парочки, друзья, вышедшие хорошо провести время. Я обошла стороной парочку, обнимавшуюся на ходу, затем – толпу подростков с досками под мышками.

Сидеть в гостиничном номере было пыткой. Стены словно смыкались вокруг меня; в груди было тесно; ноги беспокойно двигались. Мне нужно было выйти и заняться чем-то.

Над головой мигали красные и зеленые огоньки. Через улицу были растянуты рождественские гирлянды.

Рождество. Вив обожала Рождество, как и наша мама. Одни из моих лучших воспоминаний связаны с рождественскими праздниками, когда Вив срывала оберточную бумагу с подарков, Эллиот дразнил ее, а мама с папой смотрели с умиляющими улыбками.

Это будет мое первое Рождество без всех них.

В горле встал ком. Ссутулив плечи, я опустила голову, но взгляд был устремлен вверх.

На мою цель.

Я надела что-то незаметное – джинсы, ботинки и черную толстовку. Мне нужно было что-то делать.

Бездействие убивало меня.

Снайдер снова прислал мне сообщение. Он отправил видео с Вив.

Желудок выворачивало от того, что с ней делали.

Боже. Я на взводе. Энергия пульсировала внутри, отчаянно требуя цели.

Я хотела причинить боль Снайдеру. Черт, я хотела причинить боль кому угодно.

Мой взгляд зацепился за Фрэнка Бруно, идущего впереди.

Он шел так, будто всем здесь заправлял. Человек, привыкший получать или брать все, что пожелает. Я вернулась к «Красному Неону» и увидела, как он уходит.

Потребовалось около двух секунд, чтобы решить последовать за ним.

Я покрутила шеей из стороны в сторону, слушая хруст позвонков, снимая напряжение. Затем просунула руку в передний карман толстовки, и пальцы сомкнулись вокруг электрошокера.

Я также купила пистолет. Он был завернут в футболку в чемодане, в моем номере в мотеле.

Какая-то часть меня еще не была готова его использовать.

Я не очень-то представляла, что планирую сделать сегодня вечером. Я просто знала, что мне нужно что-то сделать.

Бруно направлялся домой. Я знала, что у него хорошая квартира в нескольких кварталах от Фримонт-стрит.

Да, ублюдок хорошо устроился.

Он свернул в тихий переулок и я ускорила шаг, чтобы не упустить его из виду. Я следила за ним и раньше, знала, что он часто сокращает путь через этот переулок.

Энергия распирала меня изнутри. Этот человек избивал меня. Он прижимал меня, пинал, бил кулаками и получал огромное удовольствие, мучая меня рассказами обо всем, что делал с моей сестрой.

Во мне бушевало море ярости.

Я приближалась к нему. Он свернул в переулок. Здесь было темно. Не было ни фонарей, ни ярких витрин, никого вокруг.

Мне следовало бы бояться. Я знала, что он силен. Если он схватит меня…

Гнев подавил страх.

Во мне не осталось страха.

Что бы со мной ни случилось, не осталось никого, кто бы горевал по мне.

Я шагнула к нему сзади и он почувствовал меня. Он начал оборачиваться.

Быстро и резко я нанесла жесткий удар в почку.

Он рявкнул, его кулак рванулся навстречу. – Какого черта?

Он попал мне в больные ребра. Боль разорвала грудь, но я проигнорировала ее. Поздно, ублюдок.

Я приставила электрошокер ему в бок и нажала кнопку.

Он издал низкий звук, а его тело затряслось.

Боже, как же это было приятно. Я наблюдала, как его тело напрягается, а на лице искажается гримаса.

Наконец-то я не боялась. Я не позволю больше собой помыкать. На этот раз я одержу верх.

Я оглушила его снова. И еще раз.

Его большое тело рухнуло на землю. Он с глухим стуком ударился о грязный асфальт. Я опустилась на одно колено и оглушила его еще раз.

Он простонал. Я убрала электрошокер и достала из кармана шприц и флакон.

Кетамин. Доза достаточная, чтобы вырубить его.

Я быстро ввела ему инъекцию. Его темный взгляд, затуманенный и полный боли – уставился на меня. Я точно увидела момент, когда он узнал меня. Он слабо дернулся.

– Это кетамин, – сказала я. – Ты не сможешь двигать конечностями, но дыхание не остановится.

Его глаза расширились. Я увидела страх и насладилась им.

– Каково это? Быть беспомощным? – Я отвела руку назад, сжала пальцы в кулак и ударила его в живот. – Знать, что я могу сделать с тобой все, что захочу?

Из его губ вырвался воздух, но он не мог пошевелиться.

– Не очень-то весело быть в ловушке, пока тебя избивают, правда? – Я ударила его снова. – Быть во власти кого-то. – Я понизила голос. – Каково это – знать, что я могу причинить тебе боль? Как ты сделал это со мной. – Мой голос был смертоносным шепотом. – Как ты сделал это с моей сестрой.

Я достала нож, вынув его из небольшого кожаного чехла. Теперь я увидела в его взгляде панику.

– Интересно, что мне с тобой сделать дальше? Как я могу заставить тебя страдать? Как и где я могу причинить тебе боль? – Я подняла лезвие. – Что я могу отрезать.

Он издал низкий, животный звук.

– Ты заслуживаешь кастрации. Ты заслуживаешь всего этого. Ты и твой больной ублюдок-босс.

Я провела кончиком ножа по его щеке и надавила достаточно сильно, чтобы выступила кровь.

Смогу ли я убить его?

Могла ли я приставить нож к его горлу? Могу ли я переступить эту черту? Желудок мучительно сжался. Я хочу этого, но всю жизнь меня учили, что отнимать жизнь – это неправильно.

Но он это заслужил.

Хлынула ярость. Частично – на саму себя, за сомнения.

За колебания.

Вив заслуживала лучшего.

– Что-ж, похоже, ты загнала его в угол, – лениво прозвучал позади меня низкий мужской голос.

Я застыла. Я не услышала ни единого шага, он подошел бесшумно.

– И что теперь? – спросил голос.

ГЛАВА 7

Нэш

Женщина резко поднялась на ноги.

Ее макушка, вероятно, доставала бы мне лишь до плеча. Она смотрела на меня с ножом в руке, но я знал, что в темноте она не сможет разглядеть четко моё лицо. Единственный источник света – тусклый фонарь на соседнем здании – выхватывал из мрака лишь её и её жертву.

– Не подходи, – предупредила она.

Я поднял руку. – Полагаю, он это заслужил.

– Так и есть. – В ее голосе слышалась хрипота.

Я склонил голову набок. – Вы собираетесь довести дело до конца?

Она замешкалась. Она явно не обученная убийца, но я почувствовал слабый оттенок отчаяния. Я знал, что отчаяние способно толкнуть людей на поступки, на которые они не решились бы в обычной жизни.

Быть наемным убийцей значит сохранять хладнокровие, контроль, даже отстраненность. Выгодно держать эмоции в стороне.

Я наблюдал, как эта женщина оглушила и обездвижила парня на земле. Она была сама не своя от переполняющих её эмоций.

– Каков был Ваш план? Оглушить его, обезвредить, а потом…?

Она облизнула губы. У нее были очень привлекательные губы – полные, все еще окрашенные красным. Черт, давно я не обращал внимания на женские губы. И то, как она смело встретила мой взгляд, мне тоже нравилось. Она боялась, но не позволяла страху остановить себя.

– Я… не знаю. Я хочу убить его.

Яд в ее голосе заставил мои мышцы напрячься. Что этот ублюдок сделал с ней?

– Нож в ваших руках.

Ее пальцы сжались крепче. – Я… Черт. – Она посмотрела на землю.

Внезапно парень пошевелился, его пальцы обхватили ее лодыжку. Она отдернула ногу.

Нахмурившись, я шагнул вперед. В этот момент в конце переулка зазвучали сирены. Мелькнули красные и синие огни.

Лицо женщины стало пустым, затем она сунула нож в карман толстовки, крутанулась на месте и побежала в противоположную сторону.

Черт, я так и не спросил, кто она и зачем ищет меня.

Если я упущу ее сейчас, могу уже никогда не найти.

Я бросился за ней.

Она свернула за угол и оглянулась. Увидев, что я бегу следом, прибавила скорости.

Я не терял ее из виду. Я бегал, преодолевая несколько миль каждую неделю. Я могу поддерживать такой темп хоть весь день.

После еще нескольких поворотов она вырвалась на Фримонт-стрит.

Черт. Я смотрел, как она пробегает мимо огромной рождественской елки, украшенной к праздникам, и устремляется под знаменитый свод Фримонт-стрит. Уже поздно, но здесь все еще толпятся люди. Легендарный козырек над головой переливался разноцветными огнями. На нем демонстрировалась рождественская тема, заливая все вокруг яркими красными, зелеными и золотыми оттенками. Я не сводил с нее глаз. К счастью, я высокий и мог легко удерживать в поле зрения ее темную голову.

Пробираясь сквозь толпу, я почти настиг её. Огни над головой сменились на синие, усеянные снежинками. Мне нужно было поговорить с ней, но я не хотел, чтобы ей причинили вред.

Она врезалась в нескольких людей, и двое с громкими криками упали на землю. Их сумки раскрылись, кошельки, очки и ключи рассыпались повсюду.

Моя добыча чуть не споткнулась, но в последнюю секунду удержала равновесие.

– Простите, простите. – Она крутанулась и побежала дальше.

Я обошел упавших. Она свернула за угол и я последовал за ней в очередной грязный вегасский переулок.

Это был тот тип переулка, где никто не хотел бы задерживаться. Он смердел, от мусорного бака исходило гнилостное зловоние. Я слышал ее суматошные шаги впереди и легко различал ее в темноте. Я превосходно видел в темноте даже в детстве. Частично поэтому я и получил свой позывной.

– Я не причиню тебе вреда, – крикнул я.

– Так все говорят.

В ее голосе было столько боли и горечи. В груди у меня появилось непривычное чувство.

Мне захотелось узнать, кто, черт возьми, причинил ей боль.

– Я говорю только то, что думаю. – Я прибавил скорости, сокращая дистанцию между нами. Она оглянулась и начала яростно размахивать руками.

Черт, она быстрая.

Кровь бушевала в жилах и я почувствовал себя более живым, чем за последние годы. Я понял, что она немного сбавила темп и слышал ее прерывистое, тяжелое дыхание.

– Я просто хочу поговорить. Хватит бежать. Я могу так бежать хоть всю ночь, знаешь ли.

Она фыркнула. – Парни и это всегда это говорят.

Я невольно ухмыльнулся.

– Просто оставь меня в покое.

– Не уйду, пока ты не ответишь на мои вопросы.

– Нет.

Она свернула за следующий угол.

Черт, впереди была еще одна оживленная улица. Я слышал пение и смех, несомненно, доносившиеся от посетителей казино и клубов. Я не мог рисковать снова потерять её.

Я прыгнул.

Я налетел на нее и обхватил ее тело руками. Развернувшись в воздухе.

Она отбивалась, извиваясь и вырываясь.

Я приземлился на спину, воздух вырвался из легких. Она приземлилась сверху и выругалась. Затем превратилась в настоящую фурию, дергаясь и сражаясь. Она ткнула меня локтем в живот.

Я перекатился и прижал ее к грязному асфальту. Поблизости уличный фонарь озарил нас серебристым светом. Я схватил ее руки и прижал их над ее головой.

Она прошипела.

Именно тогда я понял, что ее волосы лежат неестественно.

Я нахмурился. Это не ее волосы. Она носит парик.

Из-под него проглядывали светлые пряди.

Одной рукой я сорвал его и светлые волны рассыпались. Теперь, когда я так близко, я увидел, что ее глаза не карие, как на записях с камер в казино ранее. Она, очевидно, носила линзы и вынула их, потому что теперь ее глаза были ореховыми – прекрасной смесью зеленого и коричневого.

Все во мне застыло – мышцы, сердце, воздух в легких.

Нет. Этого не может быть.

– Джорджи?

ГЛАВА 8

Джорджи

Я не могла дышать.

Отчасти потому, что мужчина, навалившийся на меня, был чертовски тяжел, а отчасти потому, что он знал мое имя.

Я уставилась в его лицо. Это суровое, грубоватое лицо.

И пронзительно-синие глаза.

Дыхание перехватило. – Натаниэль? – Мой голос был едва слышным шепотом. Взгляд скользнул по нему. – Нэш?

Я нашла его.

Он отпустил меня и одним быстрым движением поднял на ноги. Я продолжала смотреть на него, пока внутри бушевала дикая смесь эмоций. В горле перехватило.

В этом суровом, жестком мужчине я не видела и следа того мальчика, которого знала с детства.

– Это ты, – прошептала я. – Это правда ты.

Он смотрел в ответ так, будто не узнавал меня. – Это я. Теперь меня всегда зовут Нэш. Нэш Окли.

Он сменил имя. Я внезапно почувствовала холод. Не знала что и сказать.

Какая-то часть меня никогда по-настоящему не верила, что смогу найти его.

Он протянул руку, и я вздрогнула.

Он замешкался, затем нежно коснулся моего лица. Его черты исказила яростная хмурость. – У тебя синяк под глазом.

Я резко подняла руку. Черт, мой макияж, должно быть, стерся. Я сделала шаг назад.

Его рука резко метнулась и он притянул меня обратно. Он задел мои ребра и я тихо вскрикнула.

Его брови сдвинулись. Затем, прежде чем я поняла, что он задумал, он приподнял край моей толстовки.

– Эй. – Я попыталась оттолкнуть его руки.

Он резко втянул воздух.

Я отлично знала, что мои ребра все еще покрыты синяками. Зрелище не из приятных.

– Кто это сделал? – Его голос прозвучал резко, как удар кнута.

Я застыла, волосы на затылке зашевелились. Его тон был мрачным и полон таких вещей, от которых пересыхало в горле.

– Джорджи..

– Это долгая история.

Его лицо окаменело. – Тогда мы пойдем куда-нибудь и ты мне ее расскажешь.

– Я …

Он согнул колени, подхватил меня и поднял с земли. Я оказалась в его объятиях.

Рефлекторно я вцепилась в его широкие плечи, и он зашагал по переулку.

– Нэш… – Я сглотнула. – Ты так и не вернулся домой.

На его челюсти дернулась мышца. – У меня были причины.

Которые оказались важнее, чем желание вернуться. Вернуться ко мне.

Клубок боли закружился в животе. Не должен был. Мы были не больше, чем детьми. Но это и правду было больно. К счастью, я привыкла, что мне причиняют боль. Я загнала ее глубоко внутрь. – Куда ты меня несешь?

– Туда, где безопасно.

Нигде не безопасно. Я усвоила этот урок.

Монстры не всегда прячутся в темноте. Они живут на виду и люди аплодируют им за все, что они делают.

Вскоре мы вышли на оживленную улицу. Некоторые люди бросали на нас взгляды, но это был Лас-Вегас. Несомненно, они видели вещи и покруче, чем мужчина, несущий женщину на руках.

Я почувствовала, как подо мной играют его твердые мышцы. Он был гораздо крупнее и твёрже, чем я помнила. Что с ним случилось за последние десять лет?

В нем не было ни капли мягкости.

Я не удивилась, когда он свернул к входу в казино «Авернус». Подъезжали машины, к ним спешили парковщики в униформе, чтобы открыть двери.

Он кивнул охраннику у бронзовых входных дверей, затем уверенно шагнул внутрь.

– Ты здесь работаешь? – спросила я.

Нэш низко хмыкнул, что на самом деле не было ответом.

Он пересек черно-бронзовое лобби. Посреди глянцевого черного пола стояла элегантная, современного вида бронзовая рождественская елка. Он не направился к длинной стойке регистрации, вместо этого пошел к лифту в глубине зала. Это не один из главных лифтов для посетителей, он явно для персонала.

Он перехватил меня и прижал ладонь к высокотехнологичной панели. Раздался тихий звуковой сигнал и двери открылись. Как только мы зашли внутрь, лифт стремительно понесся вниз.

Когда двери открылись, он понес меня по темному коридору, затем плечом открыл дверь в комнату. Пустую комнату. Стены были темно-серыми, и единственными предметами в комнате были стол, несколько стульев и блестящее стеклянное окно. Я предположила, что это зеркало с односторонним обзором.

Он бережно усадил меня на стул, затем достал из кармана мобильник. Он ткнул в экран и поднес трубку к уху. – Тео? Мне нужна аптечка и пакет со льдом в допросный номер один. – Он сделал паузу. – Да. Спасибо.

– Я в порядке. – Я поежилась на стуле. – Это старые травмы, им больше недели.

– Тот тип ударил тебя в бок. Наверняка было адски больно.

Я вздохнула. – Ладно, ребра побаливают, но это меня не убьет.

Он опустился на колени рядом со мной и мой пульс заколотился. От него исходило тепло и свежий цитрусовый аромат одеколона. На нем одета черная рубашка и черная кожаная куртка, но мой взгляд зацепился за треугольник бронзовой кожи у выреза рубашки. Хотелось прижаться лицом к его крепкой шее и вдохнуть запах.

Тепло разлилось по животу, опускаясь ниже. Я моргнула. Я не чувствовала ни капли желания несколько месяцев. С тех самых пор, как увидела первую фотографию Вив, которую прислал мне Снайдер.

– Кто тебя избил? – спросил Нэш.

Я выпрямилась. – Неважно…

– Я хочу знать, кто это с тобой сделал, – отчетливо произнес он.

– Нэш. – Я ухватилась за возможность сменить тему. – Почему ты сменил имя?

– Я не хотел, чтобы меня нашли.

Я вздрогнула. Такие, как я, чтобы его прошлое не смогло его найти. Я перевела взгляд за его плечо на голую стену. Мне не следовало воспринимать с такой болью.

– Кто? – Слово прозвучало резко, отрывисто. – Я хочу знать имя.

Я сглотнула. – Я оставила его под седативными в том переулке.

– Черт. – Нэш резко вскочил на ноги. – Надо было сказать. Я бы с ним разобрался.

Я сжала руки. Я хотела бы этого, но больше всего я хотела сама разобраться с Бруно.

– Джорджи? – Нэш подождал, пока я посмотрю на него. – Кто он?

Я закрыла глаза. – Один из тех, кто причинил боль моей сестре.

Нэш нахмурился. – Вивьен?

Я открыла глаза и кивнула.

– Когда я попыталась помочь ей, ему приказали преподать мне урок. Он работает на того человека, кто издевался над моей сестрой и убил ее.

Нэш резко вдохнул, но его лицо осталось таким же бесстрастным, как и всегда. – Вив мертва?

– Да. – пустота охватила меня, разрастаясь, как болезнь. – Все, кого я когда-либо любила, мертвы.