Текст книги "Забытый чародей. Авария, которой не было (СИ)"
Автор книги: Анна Бахтиярова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 11 страниц)
Последнее утро каникул началось с раздражающего телефонного трезвона. Потревожила праздничный сон замредактора Галина – женщина приятная и остроумная лишь в ограниченных количествах. В объемах, превышающие пять минут, она становилась неуемной и назойливой, умудряясь принудить к нужному ей действию любого упрямца. Вот и сейчас она озадачила меня работой в законный выходной.
Написать имиджевую статью изначально поручили моей соседке по «парте» Фариде Ибрагимовой. Встреча планировалась во второй рабочий день. Но клиенту приспичило сегодня вечером на неделю покинуть пределы родины, а Фарида тряслась в поезде, прибывающем в город глубокой ночью.
– Текст он из Германии согласует, главное, встреться, – бодро вещала Галина. – Страна не забудет. Как-нибудь уйдешь пораньше…
Ага, конечно, десять раз. Двадцать! Как часто в редакциях рабочий день заканчивается преждевременно? Да ни в жизнь! А вот задержаться на час-другой – милое дело.
Но выбора не предлагалось, пришлось настраиваться на встречу. Навела деловой марафет, почитала в интернете о клиенте и его предприятии. И только на пороге обнаружила неприятный сюрприз, вызвавший приступ паники. Я совершенно забыла про куртку, в которой самозабвенно веселилась в ледяном городке вместе с Диной и ватагой мальчишек. Теперь та имела вид далекий от презентабельного: покрылась разводами и срочно нуждалась в стирке.
С тоской глянув на Яськины «шкурку» и пальто, я протянула руку к собственной шубе, которую не собиралась одевать в ближайшее время. Увы, вещи тощей сестренки отличались от моих на два размера и на талии не желали сходиться категорически. С другой стороны, и таксистка, и я сама видели меня в меховой одежде возле «травмированного» форда в темное время суток. Сейчас полдень. Успею обернуться засветло, а, чтобы снизить вероятность встречи с безумным автомобилем, ноги суну в сапожки на плоской подошве.
Но и этому плану не суждено было воплотиться в жизнь. «Собачка» предательски застряла на полпути, а потом и вовсе вывалилась, когда я пыталась привести в порядок разошедшийся замок. Я вынужденно натянула на ноги обувь на шпильках и растерянно посмотрела на себя в зеркало. Не придумав, ничего лучше, нахлобучила на только что вымытые волосы лыжную шапочку. Прическу испорчу, без сомнений, зато внесу явное несоответствие в опасный облик!
Увы, день и дальше пошёл не по сценарию. Приехав в офис клиента в Кировском районе около часа дня, в кабинет прошла ближе к трём, ибо владелец компании застрял на другой встрече в центре города. Пришлось сидеть в приемной, читать глупые сплетни в журналах и отказываться от кофе, злясь на настойчивость секретарши. Не люблю, знаете ли, потом разыскивать «дамскую комнату».
Но и переступив порог кабинета, начать беседу не получилось. Взвинченный клиент кивнул на стул и решил провести несколько телефонных переговоров. Обсуждая дела, он упорно игнорировал мой яростный взгляд. Терпеть не могу подобной наглости. Но, как говорится, кто платит, тот и ведет себя по-свински. Самое противное, потом словоизвержение бизнесмена внезапно иссякло, пришлось вытаскивать информацию клещами. Рекламодатель оказался из нелюбимой журналистами и копирайтерами категории: «Напишите что-нибудь, а я потом гляну».
Пыточный процесс усложнял мобильник клиента, извергающий один хит из радийной десятки за другим. Под конец отличился и мой скромный сотовый – протрубил веселый марш, поставленный на неопознанные номера. Три раза подряд. Пришлось выключить звук, чтобы абстрагироваться от неизвестного, но крайне настойчивого абонента. Закончить отвратительное интервью было важнее, чем выяснять, кому не терпится со мной пообщаться.
На улицу я вышла в глубоких зимних сумерках, чувствуя, как пылают щеки от злости за бесполезно потраченный день. Ну, Фарида! Должна будешь!
По заледеневшей дороге вяло катились редкие машины, грустно подмигивая фарами – большинство горожан предпочитало проводить вечер в теплых домах. Краснобусов на горизонте не наблюдалось, и настроение испортилось окончательно. До дома ехать не меньше часа. Даже по пустым улицам. Разгоряченное лицо обдал холодный ветер, взметнув волосы волной.
Волосы?! Я коснулась ладонью затылка и ахнула. Пресловутая лыжная шапочка осталась в приемной бизнесмена. Ну, всё! Вот теперь картина из сна – маслом!
Пока я уговаривала себя, что мой внешний вид – глупое совпадение, в сумке завибрировал мобильный. И сразу пронзительно заверещал, сигнализируя, что аккумулятор вот-вот прикажет долго жить. «Дом» – поспешно высветил экран. Принимая звонок, я пообещала себе, что, если Ярик попросит денег на такси для встречи маман в аэропорту, прокляну всё семейство! Помнится, маг говорил, что сотворить подобное способен любой среднестатистический человек в гневе.
– Ян, тут такое дело, – зазвучал растерянный голос брата под аккомпанемент предупреждающего писка, – это… в смысле, того…
– Не тяни! – взмолилась я, услышав нехарактерные младшенькому тревожные нотки. – Телефон умирает!
– Э-э-э… – продолжил тянуть время братец. – Яська звонила. Странная. Говорит, тебя набирала, но ты не взяла. Её в машине заперли, мобильник отобрали. Но сдуру забыли свой. На приборной панели.
– Кто запер? Зачем? Она же дома была, когда я уходила! – голова соображала плохо, не давая мозгу уловить главное.
– Как была, так и ускакала на помеле. Ей кто-то позвонил. Марафет часа полтора наводила. Сказала, такого веселья не пропустит. А потом звонит в истерике. Твердит, что сидит в серебристом форде возле парка Горького. Запертая. И трубку бросила. Только крикнула, что «он» возвращается. Игорь что ль её похитил? Я не понял. Но у него же нет машины…
Вот тут мне поплохело.
– В серебристом форде... – шепнули онемевшие губы. Перед глазами встало покалеченное авто, придавленное столбом. Не мифическое. А вполне реальное.
«Яна, умоляю! Не дай ему убить меня!» – пронеслось в голове. Теперь по-настоящему – голосом Ярославы.
– Что делать-то? Ян? – попытался вернуть меня в действительность брат. – Не полицию же вызывать? Вдруг и Яську заметут? Игорь же не просто так беснуется!
«У парка Горького?» – стучало в мозгу.
Святые угодники! Один поворот, и начинается памятная улица Вишневского. Две остановки, и спуск с горы. А внизу она – та самая неустойчивая световая опора. Никакая полиция не успеет. Никому не добраться до места аварии быстро. Не остановить водителя. Кроме…
– Перезвоню, – огорошила я Ярика, сообразив, что телефон продолжает разряжаться с бешеной скоростью.
Ноги одеревенели, окаменели или заледенели, я точно не знала. Стали, как два обездвиженных столба. К счастью, правая рука продолжала действовать, перелистывала недавно набранные номера, в поисках телефона мага. Только бы успеть! Только бы дозвониться прежде чем мобильный отключится!
Мерзкое пеликанье в ухе, и, наконец, пошёл вызов. Один длинный гудок. Другой.
А потом был отчаянный писк. Самый громкий, характерный для предсмертной агонии. И вот, я стою посреди пустой улицы на ветру и широко распахнутыми от ужаса глазами взираю на погасший экран. Не веря, что всё может так глупо закончиться из-за незаряженного вовремя телефона!
Я второй раз в жизни чувствовала себя столь испуганной и беспомощной. Куда бежать?! У кого просить сотовый? И кому звонить? Я не помнила номер Устинова! Глупая! Не верила, что в проклятом небом форде окажется небезразличный человек. Неужели, мне на роду написано терять близких из-за чьей-то злой воли?!
Я помнила, будто это случилось вчера, отчаянье, которое испытала, зайдя с мороза в темную квартиру, где нашла мертвыми Антона и Йоду. Те, кто перевернул наше жилье вверх дном в поисках лёгких денег, не захотели пощадить даже больного кота, которому жить оставалось недолго. Тогда я ничего не могла изменить. Была бессильна повернуть вспять безжалостное время.
Но Ярослава ещё жива! А я снова ничего, абсолютно ничего, не в состоянии противопоставить обезумевший судьбе!
– Яна!
Он стоял за моей спиной в зимнем пальто. Без головного убора. Смотрел с тревогой, щуря зеленые кошачьи глаза. Светлые волосы теребил неуемный ветер.
– Форд! – выпалила я, задыхаясь от радости. Маг откликнулся! Нетривиальным способом, материализовавшись прямо из воздуха. Но разве имеет значение, как он сотворил подобное?! – Это уже происходит! Сейчас! Пассажирка – моя сестра!
Устинов не стал задавать вопросов. Понял по моему лицу, что времени не осталось.
– Одевайте перчатки. Быстрее.
Я подчинилась, догадавшись, что только так Алексей Данилович сможет взять меня за руку, не причинив вреда. Не погружая с головой в чужой кошмар.
– Закройте глаза.
Меня обдало жаром. Не обжигающим, но очень мощным, словно дракон дыхнул. Остановочная платформа, к которой я вышла после встречи с бизнесменом, исчезла. Мы оказались недалеко от входа в метро «Суконная слобода». Вниз убегали ступеньки. Слева располагался скверик с высокими сугробами вдоль дорожки, где в новогоднюю ночь я познакомилась с Кляксой и Иваном. А в нескольких метрах возвышался несчастный столб, которому скоро предстояло стать убийцей. Безумие, но я за секунду была перенесена через полгорода. Или, как минимум, через четверть.
– Что произошло? – Устинов внимательно посмотрел на меня, проверяя, стою ли на ногах после «путешествия».
– Ярослава не дозвонилась до меня, набрала брата, – быстро отчеканила я, с тревогой вглядываясь в гору, откуда полагалось нестись серебристому автомобилю. – Сказала, её заперли в машине, в той самой. Но не договорила, вернулся похититель. Только я не поняла: это Ясин бывший парень Игорь – он на неё очень зол – или кто другой… Ой! Смотрите! Он!
О, да! Это «колесное недоразумение» я бы узнала и через тысячелетия. Автомобиль летел с пронзительным свистом, как в самом первом сне, прибавляя и прибавляя скорость. Водитель не волновался ни о собственной жизни, ни о тех, кто находился рядом – на пассажирском сидении и на пути. Это я поняла отчетливо. Он жаждал закончить историю. Здесь и сейчас. На своих условиях.
Мои ноги вросли в снег, язык приклеился к гортани. Боже, на что я надеялась, прося помощи Устинова? Как ему остановить разогнавшуюся машину? Не по мановению же волшебной палочки!
Но, оказалось, Алексею Даниловичу не требовались дополнительные приспособления. Он умел творить глобальные чудеса голыми руками. Почище перемещений в пространстве и наполнения пустых чашек божественным напитком. Почудилось, маг остановил само время. Или сжал его в пружину. На целую вечность из мира исчезли все звуки, кроме гула, издаваемого фордом, в котором хотели убить мою сестру.
А, может, не вся улица претерпела изменения, а только мы? Маг, я и взбесившийся автомобиль оказались в вакууме, отделенном от остального мира прозрачной пеленой, будто целлофаном, чтобы Игорь (или другой доведенный до ручки Ясин кавалер) не совершил непоправимое.
С выражением непробиваемого спокойствия на лице Устинов вытянул руку ладонью вперед, и визжащее авто начало замедляться. Не остановилось мгновенно, но с каждым метром бешеная гонка прекращалась. Я смотрела на машину, как во сне. Или в кино со спецэффектами, где возможно немыслимое. Воздух наэлектризовался и заколыхался. Я чувствовала, как водитель борется против воли мага, жмет на газ. Но разве простому смертному по силам победить волшебство?
Машина остановилась в метре от столба, и я кинулась вызволять Ярославу. Впрочем, сестренка и сама не собиралась оставаться внутри. Пассажирская дверь распахнулась, взлохмаченная пленница в шапочке набекрень вывалилась в снег и ползком попыталась ретироваться прочь.
– Яська! – задохнулась я. – Стой! Погоди!
Она обернулась. Глянула исподлобья, как смотрят на зеленых чертиков в разгар мега-удавшейся вечеринки. Заметила Устинова, тихо охнула и попятилась, как чёрт от ладана.
– Да остановись ты! – приказала я, хватая сестру за плечи и вдавливая в тот самый столб, который чуть не оборвал её короткую жизнь.
– Он… он… светится, – пролепетала Ярослава, показывая пальцем на мага, как ребенок.
Я глянула на Устинова, но ничего потустороннего не заметила.
– А вот это интересно, – протянул Алексей Данилович, подходя к Яське. Та задергалась, глазища сделались огромными.
– Что происходит? – яростно осведомилась я у чародея.
– Помимо того, что ваша сестренка заигралась с черной магией? – Устинов грубее, чем следовало, взял Ярославу за подбородок, внимательно осмотрел лицо, пока та зажмуривалась крепко-крепко. – Ну-ну, узнаю работу Риммы. Сто раз говорил старой перечнице, чтобы не злоупотребляла чарами. Неудивительно, что девочка беду притянула. Побочных эффектов никто не отменял. Яна, не смотрите волком. Я помочь пытаюсь. Отойдите.
В облике мага сквозила та-а-акая мощь, что я не посмела ослушаться. Отодвинулась, внимательно следя, как ладонь Алексея Даниловича ложится на лоб сестры. Под длинными пальцами мелькнул огненный всполох. Яська охнула и часто задышала.
– Спокойно! – приказал маг мне, заметив краем глаза, как я вздрогнула. – Сейчас всё закончится, и вы получите глупышку-сестру целой и невредимой.
Так и вышло. По телу Яси прошла волна света. Мне почудилось, что младшенькая стала лёгкой, как перышко, и чуть не воспарила. Но через мгновение всё вернулось на круги своя, и Ярослава распахнула глаза.
– Полегчало? – спросил Устинов, пока сестра нервно поправляла шапочку.
– Да, – кивнула она, ресницы затрепетали. – Я… я…
– Пообещаете, что больше не переступите порог ни одной знахарки, – по своему закончил фразу маг. – О чём Римму просили? Чтобы жениха найти помогла? Ну-ну, – усмехнулся Алексей Данилович, сделав правильный вывод, когда щёки Ярославы залила краска. – Старая обманщица не способна подарить настоящую любовь. Лишь сделать вашу внешность притягательнее. Мужчины с легкостью попадали под чары, но их не интересовала ваша личность, а только лицо и фигура. А тот молодой человек, что управлял фордом, любит вас по-настоящему. Но новая «способность» и отповедь (вы ведь объявили, что ему ничего не светит, не так ли?) заставили юношу потерять голову. Он решил с горя убить и себя, и вас.
– Сказал: не доставайся ты никому…. – всхлипнула Яська.
– Игорь в неё влюблен? – переспросила я, ничего не понимая. Не забыла, как паразит мне руки в подъезде выкручивал.
– Причем тут Игорь? – отмахнулась сестра. – С ним в машину я б не села… Это… это…
Но я уже вскочила и заглянула в форд, сообразив, что за время, пока маг «колдовал» с Ярославой, водитель не подавал признаков жизни. Это было, по меньшей мере, странно, если не сказать – зловеще.
Там, и впрямь, оказался не Игорь. На водительском сидении с закрытыми глазами полулежал парень возраста близнецов – упитанный и розовощекий. Темно-русые волосы были аккуратно зачесаны назад, поэтому я сразу не узнала мальчишку, когда-то обивавшего наш порог. Но потом увидела пухлые губы, оставшиеся почти детскими.
– Бублик...В смысле, Сёмочка…
Вот, блин! Он же приехать собирался! Чтоб с Ярославой увидеться! На машине. Яснее ясного! Когда парень позвонил, злючка-сестрица решила устроить себе развлечение.
– Яська, ты – свинья! – не постеснялась я в выражениях.
Мне всегда нравился Сёмочка. Несмотря на град насмешек в школе и во дворе, он продолжал оставаться приличным человеком. Не озлобился, не делал гадостей в ответ.
– Знаю, – отозвалась Ярослава, продолжая сидеть на снегу у столба.
– Вы знакомы? – просил подошедший к машине маг. Поправил темно-серый шарф.
– Да. Он жил в нашем доме. Потом в Москву перебрался. Сёмочка с детства по Яське сох, а она нос задирала от важности. Жив, надеюсь?
– Разумеется. Я решил: пусть поспит, пока мы не решим, как быть дальше.
Я внимательно посмотрела на сосредоточенное лицо Устинова. Дальше? А ведь хороший вопрос, учитывая, что мощная магия была применена на глазах у посторонних.
– Предлагаю подчистить молодому человеку память, чтобы он не запомнил сегодняшний вечер. Собственное поведение и грубость любимой девушки. От трепетных чувств, увы, не излечу. Здесь даже время не всегда помощник. Что касается вас, барышня, – Алексей Данилович повернулся к Ярославе. – При других обстоятельствах я бы и с вашей памятью поработал. Но, забыв произошедшее, вы не получите урока и приметесь за старые глупости.
Я не была уверена, что до Яськи дойдет важность слов Устинова, однако ж она стыдливо опустила глаза и пролепетала неожиданно искренне.
– Простите.
Но маг не смотрел на Яську.
– Заходи, не стой, как не родной.
Я не заметила, как он появился – удав с пронизывающими стальными глазами. Глеб Вениаминович, названный Кляксой ищейкой, стоял по ту сторону грани, где продолжался вечер выходного дня, ехали машины, шли редкие прохожие, не замечая нас внутри странного кокона. Услышав приглашение мага, мужчина, словно штору, раздвинул пространство и шагнул внутрь.
– Добрый вечер, – поздоровался он со всеми сразу, ни капли не удивляясь увиденному.
– Я «попросил» Глеба приехать, едва мы переместились сюда, – объяснил Устинов мне. – Его помощь и поддержка всегда неоценимы. Глеб, мне нужно закончить здесь. Отвези сестер Светловых к Марселю. Им необходимо что-нибудь горячее. Или горячительное. Я «подъеду» позже.
Ищейка по-джентльменски протянул руку Ярославе. Сестра вопросительно глянула на меня. Я кивнула. Мол, не трусь. Сейчас я была готова выполнить любое распоряжение Устинова. Даже рвануть на край света, не заезжая домой за вещами. Кажется, он заслужил моё доверие.
Часть 12
Глеб Вениаминович привез нас в небольшое кафе на центральной пешеходной улице. Я была там однажды – на дне рождения подруги. Место не отличалось изысканностью и лоском, но атмосфера царила по-домашнему теплая. И кормили вкусно. А ещё, помнится, хозяин лично выходил узнать, довольны ли мы едой и обслуживанием, хотя никто из нас не являлся vip-клиентом.
Сегодня посетителей было немного. Парочка у окна, да компания девушек, устроившаяся за большим столом. Вряд ли последние что-то отмечали. Скоре, протянули с дружескими посиделками в праздники и решили наверстать упущенное перед началом рабочих будней. На столе стояли бокалы с красным вином. Одна из подруг показывала остальным фото на планшете.
Помощник Устинова явно был здесь частым гостем. Едва мы переступили порог, официанты вытянулись струной, администратор шепнул что-то рыженькой миниатюрной сотруднице и, широко улыбаясь, шагнул навстречу. Нас провели в отдельную комнату. Стол в мгновение ока начал ломиться от закусок. Перед Ярославой поставили заказанное белое вино. Рядом со мной появился горячий чай с лимоном и шоколадное пирожное. Кому как, а мне сладкое отлично помогает снимать стресс.
– Уверены, что не хотите чего-то покрепче? – спросил удав, помешивая кофе со взбитыми сливками. Он был за рулем и от спиртного воздерживался.
– Нет, и так в голове молот стучит. А завтра на работу.
– И то верно.
Зато Ярослава не стала медлить. Выпила бокал залпом и попросила добавки.
– Не торопись, – велела я, заметив, что то же самое сестренка вознамерилась проделать со второй порцией вина. – Сегодня маман приезжает, не забыла? Увидит пьяной, решит, из-за Игорька. Солировать до поздней ночи будет. Готова объясняться?
Яська испуганно кашлянула, в красках представив мамино выступление, и принялась обильно наполнять тарелку едой. А потом громко охнула, стукнув себя по лбу.
– Игорь! – простонала она, словно упомянутая личность нарисовалась на пороге с топором наперевес. – Завтра первый рабочий день! Кляуза начнет путь наверх. Блин!
– И будет новый штурм нашей жилплощади, – констатировала я, отламывая ложечкой кусочек пирожного – там, где крема побольше. – О! – я улыбнулась внимательно слушающему нас Глебу Вениаминовичу. – Мстительность семейства Светловых иногда зашкаливает.
Я вкратце поведала о Ясиных с Игорьком взаимоотношениях и планах, выстроенных совместно с Викусей. Сестренка сидела бордовая, в тон штор на окнах, водила пальцем по краю бокала и не смела поднять глаз.
– И в этом вся печаль? – удав взглянул с озорством.
– Ярославина зазноба только в обычные дни упивается нарциссизмом и не представляет угрозы. Но в моменты гнева с Игорем лучше не пересекаться. Это я усвоила на собственной шкуре. Кстати, он теперь и на меня зол. Я его перед соседями геем выставила. Сказала, он брата достает.
Рядом звякнула вилка.
– Только попробуй Ярику рассказать, – пригрозила я сестре. – Попрошу Алексея Даниловича наколдовать тебе свиной пятачок.
Мужчина расхохотался от души.
– Да, дамы. С вами не соскучишься, – объявил он, вытирая заслезившийся от смеха глаз. – Но я могу решить проблему. Отозвать бумагу. Данные назовите.
Пока Ярослава записывала информацию об Игоре и кляузе на листке, вырванной из моего блокнота, и звонила Викусе, чтобы вспомнить точную дату отправки доноса, Глеб Вениаминович вопросительно посмотрел мне в глаза.
– А вы свою «личную» войну закончить не хотите?
Я улыбнулась, отодвигая пустое блюдце, измазанное шоколадным кремом. Ничего-то не скроешь от этой компании. Следят за моими злоключениями.
Впрочем, как вскоре выяснилось, не слишком пристально.
– Хочу. Но, боюсь, противники не успокоятся. Особенно после последней атаки моего подкрепления.
Видя недоуменно приподнятые брови собеседника, я поведала историю о Дине, Алене и макаронах в соусе. Помощнику мага было невероятно смешно, однако ж профи остался профи, не позволил себе насмехаться над позором дамы.
– Я наведаюсь к вашему бывшему, – пообещал мужчина, глянув на часы. – Объясню, что портрет с траурной лентой под дверью – серьезный повод заинтересовать следственные органы. Гарантирую, больше ни ему, ни молодой леди беспокоить вас не захочется. Главное, чтобы и вы остановились.
Я глубоко задумалась.
– А можно про фотографию Алены не рассказывать? Пускай висит. Это же шедевр!
– Что за фото?
Давясь смешком, я рассказала про работу Самойлова, вызвав веселый блеск в глубоких стальных глазах.
– Не стану этому препятствовать, – вынес вердикт Глеб Вениаминович. – В конце концов, вы не обязаны знать обо всех выставках в городе.
Мне ужасно хотелось расспросить мужчину, как он познакомился с Устиновым. Но я молчала. И дело было не только в Ярославе, ушам которой не следовало слышать множество магических вещей. Задавать личные вопросы было рано. Потом. Когда мы с удавом подружимся всерьез. А в том, что это произойдет, я не сомневалась.
...Алексей Данилович объявился, когда мы с его помощником допивали по третьей чашке безалкогольных напитков, а Яська «уговорив» второй бокал белого вина, заказала виноградного сока.
– Проблем не возникло? – поинтересовался Глеб Вениаминович, едва маг устроился за столом и отхлебнул спешно принесенный официантом чай.
– Молодой человек не вспомнит о произошедшем. Будет считать, что встреча с Ярославой не состоялась. Но учтите, барышня, – Устинов назидательно посмотрел на мою горе-сестру, – в следующий приезд в город Семен снова вас навестит. Помните, ваше влияние на него может оказаться разрушительным.
Яська поспешно закивала, демонстрируя полное понимание и сотрудничество.
– Яна, – обратился маг ко мне, пока удав развлекал Ярославу предположениями, какая бы кара постигла Игоря, если б кляуза дошла до адресата. – Нам нужно поговорить. Но не сегодня. Сможете уделить час-полтора в субботу днём?
– Думаю, да. При условии, что в городе ничего не взорвется. С моей профессией непросто строить планы.
– Тогда жду вас в магазине к двум часам.
А потом мы с Яськой полусонные ехали домой в такси, глядя, как город готовится проститься с праздниками. У подъезда по закону жанра была припаркована ещё одна машина с шашечками. Из аэропорта прибыли маман с Яриком. Братец трудился в поте лица, с несчастным видом выгружая из багажника чемоданы родительницы. Та стояла рядом и ни на минуту не закрывала рта, давая сыночке ценные указания. Сверху за умопомрачительным балаганом, дымя сигаретой, наблюдала Мартыновна.
– А я чё? Я ничё! – уверял маман Ярик. – Янка вообще кошку завела, которая на приличных людей охотится.
– Исключительно на неприличных, которые возвращаются не вовремя, – припечатала я, ткнув братца в бок локтем, да перестаралась.
От неожиданности, Ярослав не удержал чемодан и, что ещё хуже, умудрился прицельно приземлить его маман на ногу. Загулы Ярика и поселившаяся в нашей квартире Жозефина-Симона оказались забыты. Родительница исполняла танец туземцев на одной конечности, брат многословно извинялся, сестра пыталась подхватить маму, пока та не рухнула в сугроб. А я… Я просто помахала хмыкающей на четвертом этаже бабке.
В общем, жизнь возвращалась в привычное русло…
****
Первая рабочая неделя, начавшаяся со среды, прошла на редкость нудно. Чем меньше дней до выходных, тем длиннее они кажутся. Тянутся, будто прилипшая к полу жвачка. Самым мерзким делом оказалось написание рекламы, на которую я ездила накануне выхода. Зато настроение у народа было пристойное. Не успели превратиться в зомби, уткнувшихся в мониторы.
В пятницу позвонила Дина, напомнить об обещании, которое мы дали пацанам в ледяном городке под воздействием взрывного веселья.
– Они придут, не сомневайся. К четырем, как и договаривались, – вещала подруга, пока я сонно теребила прядь волос, лежа в кровати. Туда я забралась с новой книгой в электронной читалке, уверенная, что меня никто не потревожит. – Не хорошо детей обманывать. И вообще, в прошлый раз тебе понравилось.
– Ладно, – проворчала я, вспомнив, какой снежный обстрел устроила мальчишкам. – Постараюсь успеть. В два у меня встреча.
– Опять работаешь в выходные?
Я отчетливо представила, как Дина закатывает глаза, и соврала.
– Да. Интервью. Рекламное.
А что было делать? Достаточно, что в магические дела втянули родную сестру. Кстати, о Ярославе. После вечера открытий и потрясений, она вела себя спокойно, в истерики не впадала. Со мной о минувших событиях не заговаривала. Но вела себя так, будто у нас появилась тайна вселенского масштаба. Оно, конечно, так и было. Но, к счастью, ни маман, ни Ярик не замечали её заговорщицкого вида.
Утром в субботу у меня состоялся серьезный разговор с Кляксой, получившей от главы семейства разрешение на постоянное проживание. Непостижимым образом питомица сумела с первого вечера найти общий язык с моей родительницей. Маман умилялась на кису, знающую лоток и не разбрасывающую еду по кухне. А Жозефина-Симона оповестила меня, что «эта дамочка» – сама адекватность по сравнению с близнецами.
Осталось выяснить, не собирается ли Клякса съехать.
– Ещё чего? – взъерепенилась кошь, едва я заикнулась о переезде к Устинову, коли тот предложит. – Нас и тут неплохо кормят. И вообще, не намерена я заменять волшебнику моего безответственного папашу. У меня своя хозяйка есть. Не съеду!
– Ладно. Только, чур, больше мне в ноги не ложиться. Думаешь, приятно, когда посреди ночи в пятки впиваются?
– А тебя никто ворочаться не заставляет, – проворчала Клякса, но стало понятно, что и этот вопрос решен…
****
В магазине встретили Руфина и Ольга Алексеевна. Гадалка подарила теплую лукавую улыбку, словно говоря: теперь ты одна из нас. Родственница мага поприветствовала сдержано. Без лишних предисловий проводила в кабинет Устинова, где было свежо, как после проветривания, и ненавязчиво пахло хвоей, напоминая о волшебстве прошедшего праздника.
Просторная комната сильно изменилась с моего последнего визита. Со стен исчезли картины, уступив место нескольким старинным светильникам – уменьшенным копиям уличных фонарей из позапрошлого века, которые я видела в кино. Темно-бежевые легкие шторы сменил зеленый бархат. Преобразился и диван – обзавелся жесткой спинкой и изогнутыми ножками.
Впрочем, я не была уверена, что перемены произошли взаправду. Вдруг маг не заказывал ремонтные работы в кабинете и даже не щелкал пальцами, меняя всё вокруг магическим способом? Я бы не удивилась, окажись новая обстановка иллюзией. Может, Алексей Данилович обновляет декорации в зависимости от настроения?
– Вчера у меня был разговор с Жозефиной-Симоной, – оповестила я, присаживаясь за накрытый к чаю стол. – Кошь просила передать, что жить останется у нас.
Я специально использовала множественное число, желая продемонстрировать, что Клякса теперь наша общая собственность. Но Алексей Данилович и не ждал иного исхода.
– Знаю, я не впечатлил Жозефину-Симону, – он досадливо развел руками. – Но я не собирался её забирать. Раз вы встретились и нашли общий язык, значит, так должно было случиться.
– Какие у вас планы на мою нескромную персону?
– О! – маг засмеялся, но по-доброму, не желая обидеть. – Я не стану привлекать вас к нашим магическим делам. Однако хочу понять, откуда вы получили способность понимать особенную кошку, и при каких обстоятельствах в вашу жизнь вторгался Вольдемар Литвинов. Этот человек ничего не делает просто так. Особенно в последние десятилетия. Раз он выбирался из норы, рискуя встретиться со мной, на то была веская причина.
Меня словно наотмашь ударили по лицу. Я и думать забыла об антиподе Устинова и о его вероятном интересе ко мне. После спасения Ярославы стало казаться, что магические происшествия остались в прошлом.
– Как он выглядит? Литвинов? – спросила я хрипло. – Возможно, я смогла бы его узнать.
– Не думаю, – изрек маг мрачно. – Вольдемар отлично умеет подчищать чужую память. Проведя с ним весь день, вы не вспомните об этом, если он захочет. К счастью, магические следы своего присутствия стирать никто не способен. А на вас сразу два отпечатка темного вмешательства. Фото я всё же покажу. На всякий случай. И Литвинова, и двух его прихвостней. Но чуть позже. Пока же хочу задать вопрос и очень прошу ответить честно. Яна, кроме снов об аварии форда, в вашей жизни не случалось ничего необычного?
Я задумалась, покусывая нижнюю губу. Вспомнилась жуть, увиденная в обмороке после прикосновения мага при первой встрече. Юная девушка, назвавшая себя Настей. Участливый мужчина, склонившийся над ней. И запредельная боль.
– Помните, как я потеряла сознание при нашем знакомстве?
– Разумеется. Вы что-то увидели тогда?
– Да, – призналась я и пересказала кошмар, включая собственные жуткие ощущения. – Я была той девочкой. Чувствовала, как уходит жизнь. Это напугало до ужаса! Сначала я пыталась сопоставить ту историю с фордом. Я почти уверена, что треснувшее стекло, которое увидела Настя, было лобовым. Но кое-что не сходилось. В моих снах о машине Семочки всегда был вечер. А тут светило солнце.
Маг принялся нервно барабанить пальцами по столу.
– Думаете, это еще одна будущая жертва, нуждающаяся в помощи? – с тоской поинтересовалась я. Мне не улыбалось вновь и вновь становится локатором для чужих призывов. Одно дело – родная сестра, другое – всё остальное человечество.
