Текст книги "Старшая школа Серебряного клыка (СИ)"

Автор книги: Ангелина Мурина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 8 страниц)

Глава 11

Каждый человек в чём-то находит свою отдушину. Для кого-то это пение, для кого-то игра на музыкальном инструменте, для кого-то танцы, для кого-то спорт, а для кого-то рисование. На холст и бумагу я выплёскиваю всю свою жизнь, все свои переживания. До моего поступления в школу оборотней, я окончила художественную школу, но там я не любила рисовать. Я вообще не могу ничего делать, когда на меня давят, даже школьная литература всегда казалась мне скучной и неинтересной, когда меня заставляли её читать, но когда спустя время я прочитывала эти произведения по своему желанию, мне они казались жутко интересными и познавательными.

– Лера, сможешь пойти со мной в студию? – спросила Кира, когда закончился последний урок.

– Конечно, – ответила я и пошла с ней в студию.

Студия – это специально сделанная комната для занятий музыкой, где стоят музыкальные инструменты, микрофоны и усилители. Все ученики школы, которые занимаются музыкой просто в восторге от этой комнаты, хотя и не только те, кто занимаются музыкой. Зайдя за мной в студию, Кира заперла за нами дверь. Было видно, что она чем-то очень взволнована и меня это насторожило.

– Будешь моим первым слушателем? – очень робко спросила она, что за ней я никогда не наблюдала, ведь Кира очень сильная и смелая личность.

– Конечно, – сказала я и села на пуфик.

Кира благодарно мне улыбнулась и, к моему большому удивлению, взяла виолончель. Я очень сильно удивилась, ведь она занимается в хоре, а не учится играть на виолончели.

– Я в тайне занималась, – объяснила она, увидев моё удивление, – всегда мечтала научиться и ты первая, кто услышит мои успехи в этом деле.

Я кивнула, а она приставила смычок к струнам и закрыла глаза. Неожиданно для меня по всей комнате разлился мягкий и нежный звук. Я не смогла отвести глаз от Киры, которая полностью отдалась музыке: с закрытыми глазами она покачивалась в такт музыке, и я посмотрела на неё под другим углом. Она очень сильная девушка, лидер любой группы. Я знаю, что она всегда может поддержать и сострадать человеку, но не показывает этого чужим, но то, что она настолько нежная, я увидела только сейчас, когда она с таким трепетом и любовью играла произведение. Когда она закончила играть и открыла глаза, я зааплодировала, потому что это было очень красиво.

– Ты большая молодец, – сказала я, подойдя к подруге.

– Это произведение Камиля Сен-Сан «Лебедь», – сказала мне подруга, а я улыбнулась.

– Запишись на уроки виолончели, – посоветовала я, когда мы шли в нашу комнату.

– Думаешь? – спросила меня подруга, а я одобрительно кивнула. – Тогда, я побежала, потому что у них сейчас будут проходить занятия, – сказала подруга и побежала в класс музыки, я кивнула и зашла в нашу комнату.

В комнате я не обнаружила Анику, и поняла, что она сейчас на тренировке Андрея и Пети. Надев своё клетчатое коричневое пальто и обув коричневые ботинки, я намотала вокруг шеи нежно-розовый шарф, взяла скетчбук с пеналом и пошла на задний двор школы, чтобы порисовать. На улице было холодно, но это меня не остановило и, сев в беседке, я открыла на чистом листе скетчбук и начала рисовать осенний лес, на который мне открывался потрясающий вид: деревья с опадающими желтыми, оранжевыми и красными листьями, пасмурное небо, улетающие птицы. Вроде так просто, но есть в этом пейзаже какая-то романтика, которая пленила меня. Я растворилась в рисовании и даже не заметила, как пришёл Артур. Я заметила его, когда повернулась к пеналу, чтобы достать цветной карандаш.

– Долго ты тут? – растеряно спросила я парня.

– Где-то двадцать-тридцать минут, – ответил Артур и сел рядом.

– Почему не сказал ничего? – удивленно спросила я.

– Мне понравилось, как ты увлечено рисовала, и я решил тебя не тревожить, – объяснил мне парень и посмотрел на мой рисунок. – Очень красиво.

– Спасибо, – поблагодарила я, и между нами повисло молчание, которое меня, очень напрягало, но его, видимо, нет.

– Ты будешь не против, если я ещё понаблюдаю за тем, как ты рисуешь? – спросил парень, а я удивилась.

– Давай в следующий раз, а то я замерзла уже, – сказала я, складывая свои вещи.

– Хорошо, – улыбнувшись, ответил Артур и поднялся со скамейки. – Давай, я помогу донести? – спросил он, а я, кивнув, отдала ему скетчбук и пенал.

На пороге школы нас встретил директор, который позвал меня в свой кабинет. Конечно же, я не могла не пойти, хотя мне не очень хотелось туда идти и прерывать беседу с Артуром, но выбора у меня совсем не было. В кабинете меня ждал не только директор, но и его и мой отцы.

– Здравствуйте, – поздоровалась я со всеми и развязала шарф.

– Привет, малышка, – поздоровался папа и обнял меня.

– Мы посовещались и решили, что тебе пора узнать всё, – сказал Деймон.

– Наконец-то, – ответила я и, расстегнув пальто, села на кресло.

– Дочь, я сын ведьмы и вампира, – начал папа, а я, чтобы не сдать директора, не стала говорить, что знаю об этом, – я знаю, что твой друг рассказал тебе легенду о моём рождении, – я кивнула, а папа продолжил. – Бог, когда узнал, что появились вампиры и оборотни, заставил ведьму, проклявшую оборотней, сделать так, чтобы те, кто несёт в себе кровь двух видов, смогли иметь потомство только с теми, кто несёт в себе кровь или таких же видов или является одним из этих видов.

– Я поняла, то есть, волк-человек, только с волком-человеком или с человеком, или с волком, – проще объяснила я, а папа кивнул.

– Но природа удивительна и я влюбился в твою маму, и у нас родилась ты, – сказал папа и, посмотрев в мои глаза, улыбнулся, – единственная отрада моего сердца, – добавил он, и я улыбнулась.

– И из-за сильной любви твоего отца и матери, проклятие ведьмы не сработало и сейчас перед нами оборотень, ведьма, вампир и человек, ещё и потомок самой могущественной ведьмы, – сделал итог Деймон.

– Отец, она бы сама поняла, – зло сказал директор.

– Ты родилась в красную луну, и она забрала твои силы, но в день твоего семнадцатилетия, она вернёт тебе твои силы, увеличив их, – сказал папа, взяв в свои ладони мои.

– Поэтому у меня такой запах? – спросила я.

– Да, – ответил отец, – но это ещё не всё.

– Отступники готовят план, чтобы похитить тебя, – сказал директор, смотря в окно.

– Кто такие отступники? – спросила я, – и зачем я им нужна?

– У короля вампиров есть брат, заточённый в зеркальную тюрьму, – сказал Деймон, – а отступники – вампиры, которых он создал, прислуживающие ему.

– Мне рассказала Аника, что тот хотел убить своего брата и стать новым королём, – сказала я.

– А ты знаешь, что король вампиров твой дедушка? – язвительно спросил Деймон и получил гневный взгляд от папы.

– Сразу видно – дьявол, – усмехнувшись, сказала я, и Деймон одобрительно посмотрел на меня.

– Лер, мы позвали тебя, чтобы ты знала, что тебе грозит большая опасность, – сказал директор, – будь внимательна к тем, кто рядом с тобой. Лучше будь рядом с друзьями, – предупредил директор, а его отец хмыкнул.

– А это нормально, что мне снится чёрный волк с зелёными глазами? – спросила я, а Деймон и папа переглянулись.

– Лера, тебе пора на ужин, – сказал директор, а я непонимающе посмотрела на него, – будет не хорошо, если ты опоздаешь, и твои друзья будут переживать, – объяснил директор.

– Как всегда, – закатив глаза, сказала я и, попрощавшись с папой и Деймоном, вышла из кабинета директора.

Занеся пальто со скетчбуком и пеналом в комнату, я пошла в столовую. Там я рассказала всё друзьям. Конечно же, друзья испугались за меня, но меня удивило, что они сразу же составили график того, кто и когда будет выходить со мной на улицу, чтобы я рисовала. Мне грел душу тот факт, что, не смотря на все проблемы, мои друзья рядом со мной и готовы мне помочь любой ценой. Это было очень приятно и придавало силы и уверенность в себе, ведь с такими друзьями ничего не страшно, а бояться есть чего.

Глава 12

Спустя два месяца, с начала занятий, я, наконец-то, начала понимать, о чём идет речь на уроках французского и даже начала отвечать. Да, мне ещё сложно и я выполняю упрощённые задания, которые мне даёт учитель, но прогресс ощутим, и из-за этого я часто задумываюсь о том, что было бы со мной, если бы я сейчас не училась в школе «Серебряного клыка», а продолжила обучение в своей школе и перешла в одиннадцатый класс. Возможно, я бы до сих пор не знала своего отца или вообще была похищена отступниками, хотя я не очень понимаю, зачем они охотятся на меня с сентября, если до моего семнадцатилетия ещё почти полмесяца, и сил у меня нет.

– После ужина приди в мой кабинет с вещами, чтобы выйти на улицу, – сказал директор, забирая выполненные мной задания, а я просто кивнула, погружённая в свои размышления, и вышла из класса.

– Сегодня со мной ты идёшь? – спросила я, когда вышла из комнаты одетая в пальто и красные шапку и палантин.

– Верно, – ответил Коля, беря мой пенал и скетчбук.

Когда мы пришли в беседку, я долго думала, что нарисовать. Из-за размышлений не было вдохновения, но оно ко мне пришло, когда я посмотрела на задумчиво читающего Колю. Я начала рисовать друга. Коля очень проницательный толи из-за множества книг по психологии, которые он прочитал, толи это его талант с рождения. Он всегда поймёт, если ты что-то скрываешь или обманываешь его. Он просчитывает всё на два-три шага вперёд, что меня очень удивляет. Он всегда на своей волне, но с нами. Всё это я пыталась передать на бумаге. Ещё, не могу этого не заметить, ему очень идут очки. Он их надевает, к моему сожалению, только тогда, когда читает или сидит на уроках.

– Неужели, ты рисуешь меня? – не отрываясь от книги, спросил друг.

– Угадал, – ответила я и улыбнулась.

– Покажешь? – подняв глаза, спросил Коля.

– Как закончу, обязательно покажу, – ответила я и снова принялась рисовать.

Мы так просидели до того, пока не начало темнеть, и пошли в школу, немного замерзнув, хотя, я совсем не ощущала холод, пока рисовала. Придя в комнату, я обнаружила только Анику, а потом вспомнила, что Кира на занятиях игры на виолончели. Из-за того, что сильно замёрзла, я сразу же сняла холодную форму и надела джинсы и футболку.

– Что ты сегодня рисовала? – с интересом спросила Аника.

– Потом покажу, – улыбнувшись, ответила я, завалившись к ней на кровать.

– Чувствую, – зайдя в комнату, сказала Кира, – твоя кузина меня скоро убьёт.

– Что опять случилось? – спросила я и села.

– Эта змея была сегодня на уроке, – переодеваясь, начала Кира, – решила попробовать себя в качестве оперной певицы.

– Но у неё действительно хорошие вокальные данные, – сказала Аника.

– Да, но слушай, – надев джинсы и рубашку, сказала она и села на стул напротив нас, – она спела, ей сделали несколько замечаний, и эта змея сказала, что всё из-за нашей плохой игры.

– Ну а ты что? – сгорая от любопытства, спросила я, зная, что моя подруга просто так это точно не оставила.

– Сказала, что из-за её пения у меня виолончель расстроилась и играть не хотела, – пожав плечами, ответила Кира.

– Ты при всех оскорбила её голос? – удивленно спросила Аника, а Кира довольно кивнула. – Она тебе этого никогда не простит.

– Главное, что я сама себе простила, – ответила девушка, и мы рассмеялись.

– К вам можно? – спросил Петя, войдя в комнату.

– Сначала стучат, потом спрашивают, а потом входят, – заметила я, смотря на парней.

– Мы рушим систему, – сказал Андрей.

– Пошли в столовую, – сказал Петя и потянул нас с Аникой за руки, чтобы мы поднялись.

– Сейчас, обуюсь, – сказала я и обула свои коричневые ботинки.

– А почему ты обуваешь ботинки? – удивилась Кира.

– Директор попросил после ужина прийти в кабинет в верхней одежде, – объяснила я. – А ещё сегодня же полнолуние, хотя, я не знаю, зачем мне уходить, ведь все же уже привыкли ко мне, – сказала я, и мы вышли из комнаты.

– Кто с кем идёт на бал Красной луны? – спросила Аника, когда мы уже сидели за столом.

– Я с тобой, милая, – сказал Андрей, смотря на Анику.

– Я с Самантой, – довольно сказал Петя, а я посмотрела на него, подняв одну бровь.

– Она всё-таки согласилась, – недоверчиво спросила я, а парень кивнул.

– Я с Яном, – улыбаясь, ответила Кира.

– Я так и знала, что у вас что-то намечается, – сказала Аника, улыбаясь. – Коля, ты с кем? – спросила она Колю, а тот потупил взгляд.

– Я пойду с Любой, – сказал друг, а я с удивлением посмотрела на друзей.

– А я одна, – сказала я, подперев голову рукой.

– Лера, – сказал кто-то позади меня, а когда я обернулась, то увидела Артура, – ты не хотела бы пойти со мной на бал? – мы с удивление переглянулись с друзьями, и я снова посмотрела на парня.

– Можно, – ответила я и улыбнулась.

– Отлично, – обрадовавшись, сказал парень и ушёл к своему столу.

– Вот бы все мои проблемы так решались, – вздохнув, сказала я, а друзья рассмеялись.

После ужина я в комнате взяла пальто, шапку и палантин и пошла к директору, гадая, зачем мы пойдём на улицу. В голове было множество идей, но одна была глупее другой, что в принципе меня не удивляло. Когда я зашла в кабинет, то удивилась ещё больше. Директор был в кроссовках, серых спортивных штанах, серой толстовке, чёрной куртке и синей шапке, хотя он даже в город с нами ездил в брюках и рубашке.

– Значит, всё-таки на улицу идем, – себе под нос сказала я и надела пальто.

– Не замерзнешь? – спросил директор, когда я надела шапку.

– Намана, – ответила я и, завернув шею и лицо в палантин, показала класс.

Директор улыбнулся и повел меня на улицу. «И зачем в такую темень и холод идти на улицу? Там же совсем не месяц май», – рассуждала я, идя за директором. Выйдя за ворота школы, мы подошли к машине чёрного цвета, и директор открыл её.

– Садись, – сказал директор и обошёл машину.

– Это похоже на похищение, – сказала я, вспоминая детектив, который недавно прочитала.

– Зачем мне тебя похищать? – спросил директор, подняв брови.

– За тем же, зачем и отступникам, – пожав плечами, ответила я.

– Если бы у меня была такая цель, то я бы это сделал перед твоим днём рождения, – сказал директор и открыл дверь машины. – А теперь садись, – скомандовал он и сел в машину.

– Ему нужно было не в педагогику идти, а в армию, потому что команды отдавать очень любит, – сказала я и, открыв дверь машины, села на переднее пассажирское сиденье.

После часа езды мы остановились, но осмотревшись, я ничего не увидела, кроме леса, что очень насторожило меня.

– Вы решили меня убить и похоронить в лесу? – спросила я директора, который заглушил мотор машины и открыл свою дверь.

– Не неси чепуху и выходи, – сказал он и вышел из машины.

– Да, я понимаю, что это решит многие проблемы, но вас посадят, – выйдя из машины сказала я.

– Пошли, – сказал директор и направился в лес.

– Вот так и умрет человек, который несёт в себе четыре вида крови, – сказала я, идя за директором по лесу.

Шли мы не долго, но когда мы вышли на поляну, я чуть не упала. Мы вышли на ту самую поляну из моих снов, с маленькими ночными цветочками красного цвета. Полная луна освещала поляну, и казалось, что вся трава синяя. Всё было в точности, как в моём сне, что я даже не могла понять, сон это или реальность. Я пошла вглубь поляны и удивленно посмотрела на директора.

– Как вы узнали? – удивленно спросила я и осмотрелась вокруг. – Только чёрного волка не хватает, – шутя, сказала я и резко обернулась на директора. Он и есть тот чёрный волк. Всё сходится: и цвет глаз, и цвет волос, и даже голос. – Как я могла быть такой дурой и не понять, что это вы?

– Думаю, ты хочешь объяснений, – сказал директор, а я кивнула. – Мой дед попросил меня приглядывать за тобой, когда твои бабушка и дедушка решили отправить тебя в школу. Чтобы было легче защищать тебя и учеников, мой дедушка сделал меня директором.

– Значит, вы являлись ко мне во снах, но не говорили, – сделала вывод я.

– Да, – сказал директор, – Если честно, я думал, что ты поняла, что это я, но когда ты спросила у моего и своего отцов, понял, что это не так и решил тебя привести сюда.

– Зачем вы мне снились? – не понимала я.

– Чтобы ты перестала бояться оборотней, узнала о том, что ты сверхъестественная, потому что не мог тогда сказать тебе об этом, так как обещал, но ты должна была знать, – ответил директор. – Я и раньше приходил к тебе во снах. Как только ты родилась, я стал твоим стражем. Сначала я являлся к тебе во снах неосознанно, потом научился это контролировать.

– Я никогда не запоминала сны, – сказала я и удивленно посмотрела на директора, – это ваших рук дело?

– Нет, я тут ни при чём, – сказал директор, а я посмотрела на небо, моя дурацкая привычка с детства: я всегда смотрю на небо, когда в моей жизни что-то не так.

– Но оборотни так не умеют, – вспомнила я.

– Во мне есть сила отца, – объяснил директор. – Лера, я твой защитник и страж. Я всегда буду защищать и оберегать тебя.

– Поэтому наши семьи подружились? – спросила я.

– Нет. Мой дедушка и твой очень долго дружат, как и мой отец с твоим. На свадьбе моих родителей познакомились и твои родители, – рассказал мне директор.

– А почему именно эта поляна? – неожиданно спросила я, даже не подумав.

– Здесь мы впервые познакомились, после чего я стал, не контролируя, являться в твои сновидения, – сказал директор и посмотрел вдаль. – Тебе и года не было, когда твой дедушка привёл тебя сюда, мой тоже привёз меня сюда. Так мы и встретились. Ты была очень маленькая, но до жути милая.

– А потом я стала вас…тебя дразнить? – улыбнувшись спросила я.

– Да, и перестала быть милой, – сказал директор. – Пора тебя возвращать в школу, а то друзья будут переживать.

– Ага, – сказала я, и мы пошли назад.

Когда я легла спать, я задумалась о том, что же уготовила мне судьба, если у меня есть хранитель, который может говорить со мной телепатически и посещать мои сны. Мысли об этом очень пугали и в голове рисовались картинки, развития сюжетов моего будущего и каждый новый, был ужаснее предыдущего. Я чувствовала, что должно что-то произойти, но ещё надеялась, что это просто моя фантазия.

Глава 13

«Чтобы бороться с врагом, нужно всегда знать кто он, чем живёт и о чем думает», – прочитала я в одной из умных книг Коли и начала действовать. На меня охотятся отступники, которые служат брату короля вампиров, этот брат заточён в зеркальной тюрьме, следовательно, мне нужно узнать всё о зеркальной тюрьме и об этом брате. За информацией я, после ужина, пошла в библиотеку, потому что книги точно дадут мне ответ. Набрав целую стопку книг, я разместилась за столом и стала искать информацию о своём двоюродном дедушке. Оказалось, что его зовут Луонол, и заточили его в зеркальную тюрьму из-за того, что он истребил целый город и покушался на своего брата Леона. Его хотели убить, но он спрятал своё сердце в зеркале матери, поэтому его тоже заточили в зеркале. Но даже после заточения Луонола, его прислужники – отступники, не теряют надежду освободить своего господина и ищут силу, которая смогла бы освободить его.

– Прикольно, – себе под нос сказала я и перевернула страницу.

Далее я нашла очень интересную информацию о том, что освободить сверхъестественного из зеркальной тюрьмы можно двумя способами. Первый – если его вытащит кто-то сильнее, чем ведьма, заточившая его в эту тюрьму. Второй – если его вытащат ангел и демон объединившись, что вообще невозможно, потому что ангелы и демоны никогда друг с другом не сотрудничают.

– Что делаешь? – спросил меня Коля, садясь напротив меня.

– Узнаю своего врага, – ответила я и посмотрела на друга.

– И как успехи? – поинтересовался друг.

– Я нужна отступникам, для того, чтобы вытащить Луонола из тюрьмы, – сказала я.

– Значит, мы не дадим отступникам приблизится к тебе, – заверил меня друг, а я улыбнулась ему. – Не забудь, что завтра мы един в город, поэтому не сиди тут допоздна, – предупредил меня Коля и ушёл.

Посмотрев на время, я поняла, что сижу здесь два часа, поэтому взяв с собой пару книг, я пошла в комнату, где ещё посидев полчаса за книгами, вместе с подругами легла спать.

Вокруг очень темно и холодно. Осмотревшись вокруг, я не увидела ни одного источника света, и мной овладела паника. Я слышала чьи-то шаги, от чего мне становилось ещё страшнее. Сразу стало казаться, что все мои кошмары кроются в этой темноте, от чего мной начала овладевать паника.

– Кто-нибудь! – крикнула я. – Здесь кто-нибудь есть?

В ответ я только услышала чей-то смех.

– Директор? – спросила я, но в ответ только снова зловещий смех, который точно не принадлежал ему.

«Директор! Рудольф! Спасите меня!» – про себя умоляла я, и по моим щекам побежали слезы.

Меня всю затрясло и меня начало бросать то в жар, то в холод. Вдруг надо мной зажегся свет, и я увидела, что стою в какой-то красной жидкости. Мне стало немного легче, но когда я вытерла слезы с щёк и посмотрела на пальцы, то увидела, что я плачу не слезами, а кровью.

– Рудольф! – закричала я, что есть силы.

– Он не поможет тебе, – сказал чей-то незнакомый голос, – тебе никто не поможет. Ты останешься совсем одна и от безысходности сама придешь ко мне.

– Нет! – крикнула я и почувствовала, что мне поцарапали руку. Я хотела посмотреть, но свет надо мной пропал, а я почувствовала, что теперь я стою по колено в этой жидкости, и она поднимается, – Рудольф! – со всей силы крикнула я и сильнее заплакала.

Я кричала и пыталась пошевелить ногами, но они не сдвигались с места, будто были приклеены к полу. Жидкость поднялась уже до пояса и паника вовсе меня одолела. Вдруг я почувствовала, что меня начали трясти за плечи, и я резко открыла глаза.

На моей кровати сидел испуганный директор, держа меня за плечи, а возле кровати стояли не менее испуганные Аника и Кира. Я вытерла пальцами щеки от слез и от испуга запищала. Мои пальцы были в крови.

– Тише, – сказал директор, обняв меня, – всё хорошо, я услышал тебя.

– Почему так долго? – спросила я плача.

– Я пытался проникнуть к тебе в сон, но у меня это не получилось, – объяснил директор, отстранившись, – и я сразу же побежал проверить в порядке ли ты.

– Нет, не в порядке! – крикнула я и заплакала сильнее.

– Лера, – испуганно сказала Аника, – твоя рука!

Я посмотрела на свою руку и на плече увидела парез. Я вспомнила, что во сне мне кто-то или что-то порезало именно эту руку и именно это место.

– Мне это сделали во сне, – тихо сказала я и посмотрела на директора.

– Расскажи всё до малейших деталей, – строго сказал директор, и я рассказала то, что мне приснилось.

Директор и девочки внимательно меня слушали. Аника периодически ахала, а Кира ели сдерживалась, чтобы не выругаться. Директор же слушал меня с очень серьёзным видом, не перебивая. Когда я закончила рассказа, директор молча вышел из комнаты, а девочки сели рядом и обняли меня. Спать я больше не хотела. Не знаю, может это из-за того, что я боялась снова увидеть этот сон.

Мне удалось немного поспать, когда мы ехали в автобусе в город. Парни очень испугались за меня, когда услышали о моём сне. Петя всю дорогу держал меня за руку, и когда мне снилось что-то неприятное, говорил, что всё хорошо и он рядом, это очень мне помогло. Когда мы приехали в торговый центр, то сразу же пошли в бутик, где я купила себе платье на осенний бал. Девочки были в восторге от выбора, как и я сама. Я выбрала себе серо-розовый костюм и пошла в примерочную. Костюм состоял из топа с открытыми плечами, вырезом воронкой и узором вышитым камнями и из пышной юбки из розового и серого батиста с поясом вышитым камнями. Я посмотрелась в зеркало, и мне понравилось, как я выглядела, но вдруг на зеркале появилась красная надпись: «Мы скоро встретимся». Я сначала не поверила своим глазам, но когда зажмурилась и снова открыла глаза, я закричала вы вылетела из примерочной. Друзья и продавец удивленно на меня смотрели, а меня всю затрясло.

– На зеркале было написано, – кое-как сказала я.

– Всё хорошо, – сказал Петя и обнял меня.

Андрей пошёл в примерочную, но когда вышел с удивлением посмотрел на меня. Он открыл шторку примерочной, но на зеркале ничего не было. Я посмотрела на друзей и из моих глаз побежали слезы.

– Там правда была надпись, – сказала я.

– Я верю тебе, – сказал Петя и прижал меня к себе.

– Этот порез тебе оставили, во сне? – спросил Андрей, смотря на мою руку, а я кивнула.

– Возможно, что тебя поцарапали чем-то ядовитым или проклятым, чтобы ты видела то, что другие не видят, – сказал Коля, – хотят играть твоим сознанием, чтобы сломить тебя.

– Нужно казать директору Рудольфу, – серьёзно сказала Кира.

– Я вчера всё рассказала, – сказала я и сделала глубокий вздох.

– Но он же не знает про галюцинации, – сказал Петя.

– Если повторится, я ему расскажу, – заверила я друзей и отстранилась от Пети. – А сейчас,

как я вам? – спросила я и покружилась на месте.

– Очень красиво, – сказала Аника, рассматривая меня.

– Она его берёт, – сказала Кира, а я улыбнулась подруге.

Переодевшись и оставив платье на кассе, я стала помогать подругам искать платья для них. Анике мы выбрали розовое платье в греческом стиле на лямках и со спадающим рукавом, полностью сделанное из розового батиста. Ей очень шли такие милые и воздушные платья, потому что сама Аника мягкая, нежная и добрая. Кира же себе выбрала синее платье кроя труба из гипюра, который был поверх бежевой ткани, что смотрелось очень эффектно и элегантно, без рукавов. Довольные своими покупками, мы пошли мучать своих друзей и Яна, который отважился пойти с нами и очень влился в нашу компашку.

– Ян, а давай ты придёшь в кимоно, – предложил ему Петя, завязывая галстук.

– Только если ради того, чтобы на тебе показать приёмы, – ответил ему Ян, и мы засмеялись.

– Пора бы уже привыкнуть, Ян, что у Пети язык без костей, – усмехнувшись, сказала я. – Ох, бедная Саманта, – с наигранным сочувствием сказала я.

– Как минимум, я не оттопчу ей ноги, как это сделаешь ты Артуру, – сказал Петя, а я ему показала язык.

– Противный, – тихо сказала я, но знала, что он услышит.

– И я тебя люблю, – ответил мне друг.

Вернулись мы в школу с очень хорошим настроением и кучей вредной еды для пижамной вечеринки, на которую были приглашены только наша компания и Ян с Любой. Артура я не решилась пригласить, потому что тогда было бы неудобно и ему и друзьям, ведь с Яном и Любой мы учимся в одно классе и знаем друг друга. Мы смеялись, играли в правду или действие и просто разговаривали. Как-то и получилось, что мы все уснули на полу друг на друге, что очень помогло мне.