Текст книги "Туман – Опасная зверушка (СИ)"

Автор книги: Андрей Абабков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

– Ну, код «Д»… И зачем так орать? – основательно уставший за время ночного дежурства полковник поморщился от действий подчиненного, а затем враз сбросил с себя всякий намек на расслабленность, – Как код «Д»? Ты хоть понимаешь, что это значит? Надеюсь, это розыгрыш?

– Никак нет, господин полковник! Приказ пришел из Штаба. Ошибка тоже исключена. Я все проверил.

– И где? – жалобно спросил резко побледневший командир.

– Архангельск, господин полковник.

* * *

– Великий государь! Срочная информация!

– Такая срочная, что стоит кричать в моем кабинете, Ярополк?

– Виноват, великий государь!

– Что там у тебя? – поморщившись, поинтересовался Царь.

– Мои люди закончили обследование места обнаружения туманных алмазов.

– Так-так, – заинтересовался правитель Руси, еще не забывший, как из-за Туманного Зверя лишился весьма ценной добычи.

– Мне стыдно сообщать о подобном, великий государь, но на месте взрыва обнаружены следы древнего вампира. Он их скрывал, собственно, сам взрыв и был частью мероприятий по введению следователей в заблуждение, но я отправил на место лучших ищеек, и они голову дают на отсечение, что в домике некоторое время пребывал древний вампир.

– А стыдно тебе потому что этот древний вампир Ефим? – Царь пристально посмотрел на родича, что чувствовал себя не в своей тарелке, но храбрился.

– Да, великий государь. Сомнений нет. Это Ефим, и он в Архангельске.

– Ты же утверждал, что он на Кавказе.

– Еще вчера вечером я был уверен, что это так, великий государь.

– Уверен? – зло проговорил Царь, – У тебя в Тайном приказе есть целый стол, единственной обязанностью сотрудников которого является следить за Ефимом. Я даже помню бюджет этого стола. Миллион рублей в год. А знаешь, почему я помню, сколько тратит один из столов твоего приказа? Потому что эти деньги идут им из моего кармана! Миллион рублей. И у них есть только одна служба. Только одна работа. Они должны каждую минуту своей жизни знать, где сейчас находится Ефим! И ты приходишь ко мне и говоришь, что еще вчера вечером ты был уверен, что Ефим сидит на Кавказе, в то время как неделю назад он точно был в Архангельске.

– Все так, великий государь, – князь опустил глаза, не выдержав взгляд деда, а после быстро произнес, – И есть подозрение, что Ефим находится в Архангельске уже несколько лет.

Царю понадобилось долгих две минуты, чтобы успокоиться. За это время его кабинет претерпел некоторые изменения. В частности все стеклянные предметы декора просто разлетелись в клочья, стоило могущественному магу выпустить наружу лишь часть своей силы.

– Подробности! – уняв эмоции, потребовал мужчина.

– После получения отчета следователей из Архангельска я провел небольшое расследование. Выяснилось, что стол, в обязанности которого входит следить за Ефимом, уже несколько лет подает ложные доклады. Служащие стола уже давно воспринимают свое место как синекуру и вместо работы демонстрируют лишь ее видимость. И делают это очень качественно. До вчерашнего дня у меня не было причин сомневаться в их компетентности.

– А бюджет? На что они тратили миллион рублей в год?

– Бюджет стола разворовывался, великий государь.

– Весь? – получив подтверждающий кивок, Царь сверкнул глазами, – Отчаянные храбрецы у тебя служат, Ярополк. У меня воровать не каждый рискнет.

– Служили, государь. Сегодня ночью по моему приказу все служащие семнадцатого стола и все связанные с ними люди были арестованы и казнены.

– Следы заметаешь?

– Наказываю виноватых, государь. С себя ответственности я также не снимаю и готов принять любую расплату.

– Наказал всех?

– Сегодня ночью у меня стало на одного заместителя меньше, великий государь. Наказаны все, кроме меня.

– Я подумаю над твоей виной, Ярополк, – Царь глазами указал внуку на стул, и тот поспешил сесть, – А теперь вернемся к Ефиму. Деятельность семнадцатого стола должна быть восстановлена в кратчайшие сроки. Это не обсуждается.

– Уже делается, государь. Люди подобраны и входят в курс дел.

– Деньги нужны?

– Нет, государь, – князь позволил себе намек на усмешку, – Часть наворованного добровольно возвращена виновными в казну Тайного приказа.

– И много вернули?

– Пока пятьдесят миллионов, государь. Тати искренне раскаялись когда узнали, чьи деньги они крали, и поспешили компенсировать свои проступки.

– Доведешь сумму до сотни миллионов рублей, и я подумаю, чтобы тебя простить, Ярополк. Зачем Ефиму туманные алмазы – выяснить удалось? И почему он их не использовал, а хранил?

– Работаем, государь. В Архангельск отправлены лучшие люди.

– Лучшие люди дают результат, – проворчал Царь и хотел высказать еще несколько замечаний, но в дверь кабинета раздался стук, и на пороге возник верный секретарь, – Что там?

– В Архангельске объявлен режим по коду «Д», государь.

– Просто «Д»? Биологическая опасность высшей категории?

– Так точно, государь.

– И что за напасть?

– Гнилосвет, государь. Им заражены все окрестности города на много верст вокруг.

– А вот и Ефим сделал свой шаг, – пробормотал Царь и посмотрел на главу Тайного приказа, – Говоришь, казнил всех?

– Да, государь.

– Это ты поспешил, внук. Легко отделались.

* * *

Как быстро стало известно, код «Д» это действительно задница, причем максимально большая и круглая.

Сам приведенный в действие главой Туманной Стражи код означал биологическую опасность высшей степени, то есть вполне соответствовал ситуации, но вот задействованные в связи с ним протоколы действий являлись той самой часть организма любого человека, которая обычно поминается сугубо в негативном ключе.

Начать стоит с того, что Архангельск с окрестностями был объявлен карантинной зоной и полностью заблокирован подошедшими из центральных уездов военными частями, что понастроили три линии контрольно-пропускных пунктов, мимо которых ни проехать, ни пролететь было решительно невозможно. Огонь открывали без предупреждения.

То же самое происходило и в лесах, которые были наводнены егерями, отстреливающими всех желающих покинуть зону «Д». При этом сами военные, осуществляющие карантин, также считались находящимися под ним и соответственно никуда двинуться не могли, а тех, кто пытался, уничтожали уже армейские части внешнего контура охранения. Иными словами, на границах зоны карантина было «весело».

Не лучше обстояли дела и на самих территориях, попавших под карантин. Военные патрули, блок-посты, проверки, запрет на свободное перемещение и очень много работы. Последняя была принудительное и не оплачиваемой. Военные просто хватали людей на улицах и обрисовывали фронт работ. И хорошо хоть инструменты давали.

Все это время специальные команды рыскали по округе и искали гнилосвет, а найдя начинали долгую процедуру уничтожения сорняка. Для последнего вот военные и привлекали бесплатную рабочую силу в лице обычных горожан и гостей города, которым не повезло застрять в Архангельске.

Естественно, все это вызвало недовольство населения, которое очень быстро переросло в выступления против властей. Но подавили эти выступления быстро и самым жесточайшим образом – так, как не подавляли даже во время недавнего мятежа.

У нас в Северодвинске ситуация была чуть лучше соседей. Крепость Охотников подразумевает наличие большого количества вооруженных людей, умеющих этим самым оружием пользоваться, а потому переброшенные к нам армейские части вели себя куда более корректно, чем в Архангельске. Но лишь корректно. Работать все также приходилось бесплатно и много.

Впрочем, делать все равно было нечего, так что принудительный труд во благо страны иногда даже был в радость. Сидеть в четырех стенах надоедало даже вампирам. Хорошо хоть Туман вносил свою лепту в разнообразие жизни на карантине. Без Тумана все было бы совсем тухло.

Но для меня такое вот ничегонеделание было даже к благу. Возможность просто посидеть и подумать над тем, куда я двигаюсь, да и просто поковыряться в себе, оказалась очень кстати. Ибо именно на фоне этого бытового спокойствия вокруг я заметил, что внутри я ни разу неспокоен. Да что там «не спокоен»! Отдельные посещавшие меня мысли и желания скорее подходили какому-нибудь маньяку.

Идеи пойти и кого-нибудь разорвать всплывали в моей голове с пугающей частотой. А когда я был, вроде бы, спокоен и адекватен, из меня так и перло высокомерие. И в такие моменты я бывал более неадекватен, чем в минуты, когда хотел кого-нибудь растерзать. Что там говорить, если в один момент я поймал себя на мысли, что я построил отличный дом. Это я про нашу базу, к строительству которой я вообще никакого отношения не имел и разве что деньги на него давал. Но в своих фантазиях все это построил именно я, причем своими руками!

Надо ли говорить, что, обнаружив у себя подобное, я буквально пересрался?

Прежде всего я подумал о том, что обращаюсь в Тварь. Плевать, что шестисот лет не прошло, у меня же все и до этого шло быстрее – так почему бы мне и не стать Тварью меньше чем через год? Тем более что с моим происхождением много всего непонятного. Вампир я неправильный, под остальные шаблоны тумаников тоже не подхожу, зато Тварь я почти эталонная. И хорошо что «почти», оно-то меня от монстров и отличает.

Поняв, что в одиночку я это все не вытащу, позвал к себе на разговор Павла. Молчаливый Гуль выслушал меня, мои проблемы, и просто вывел на листке бумаге одно слово – Наплюй.

Помог называется!

Хотя, помог. Я действительно немного успокоился. Раз уж человек, что был на той стороне и являлся Тварью по факту, говорит тебе «наплюй», значит у него есть на это основания. И, видимо, мои проблемы лежат совсем не в плоскости становления местным монстром.

Но, с другой стороны, проблема никуда не делась, и я, как и прежде, в одни моменты времени был высокомерен, как киношный вампир перед крестьянами, а в другой момент времени мне хотелось пойти куда-нибудь и разорвать парочку живых существ. И хорошо, что все это шло как бы на фоне, а на переднем плане это все еще был старый добрый я.

Но проблема была и с ней надо было что-то делать. Вот только идей у меня не было.

* * *

– Совет Семей выбрал Архонта.

– Что-то в этот раз быстро, государь. В прошлый раз, помнится, выборы затянулись на полгода.

– В прошлый раз я не уничтожал Совет, – хмыкнул Царь, – Угощайся, Сереженька, специально для тебя приказал принести ихора.

– Благодарю за щедрость, государь, – Сергей Геннадьевич осторожно взял стоящую на столе бутылку и плеснул серебристой жидкости себе в кубок.

– Гость должен быть сыт. Не спросишь, кто стал новым Архонтом?

– Не думаю, что это кто-то лояльный Весам. А на прочих мне плевать. Я не играю в эти политические игры, государь.

– Мне можешь не врать. Играешь. И получаешь от этого удовольствие. И мне его доставляешь. Твой последний трюк был очень хорош. Порадовал.

– Благодарю, государь.

– Новым Архонтом Совета Семей избран мастер Аркадий Панкратович Ложка.

– Четыреста лет, Тверской уезд, был заместителем Главы Семьи. Боец.

– Хорошая у тебя память, Сереженька. Но ты забыл добавить, что лично у тебя с Аркадием Панкратовичем давние разногласия. Почти вражда.

– Тот участок земли достался Весам абсолютно честно и законно.

– Не сомневаюсь. Я ведь его тебе подарил. А Ложки тогда потеряли… напомни!

– Два миллиона рублей, государь.

– Хорошая у тебя память… Помирись.

– Это невозможно, государь. Вампиры мелочные и…

– Помирись! Найди способ.

– Да, великий государь.

– Теперь перейдем к тому, ради чего я тебя позвал.

– Исследования крови будут ускорены в самое ближайшее время.

– Не торопитесь. Спешить в таких делах не стоит. Денег хватает?

– Более чем, государь.

– Это хорошо. Византийские изыскания изучил?

– Все, что мы получили от Мухиных, государь.

– У них было все, что знаю я. А теперь я хочу, чтобы ты понял почему это важно.

– Внимательно слушаю, государь.

– Когда в мире появился Туман, первыми, кого он изменил, были люди. Сначала появились маги.

– Да, государь.

– Так вот, это ложь. Красивая сказка. Первыми были вампиры. Очень сильно первыми, Сереженька. Несколько месяцев были только они. И лишь потом Туман стал порождать других. Об этом быстро забыли. Времена были такие, что об этом никто не думал.

– Выживание важнее всего, государь.

– Да. Но пару сотен лет назад византийцы вспомнили, что изначально Туман породил одних лишь вампиров. Вспомнили и стали активно изучать кровь. Результаты тех исследований потом повторяли многие ученые мужи, и в результате в твоей лаборатории появилась забавная зверушка. Искусственный вампир, созданный без Тумана. Информация об этом событии всколыхнула такие силы, что ты даже не представляешь. Знаешь сколько иностранных агентов, искавших твоего птенца, поймал Тайный приказ?

– Много?

– Больше двух тысяч, Сереженька. И это только те, кого поймали. Твой птенец интересен всем. Всем, кроме меня.

– Но…

– Дослушай!

– Виноват, государь.

– Я не могу заинтересоваться твоей зверушкой. Официально не могу. Ведь тогда мне придется делиться ей с моими восточными друзьями. А я этого не хочу. Ты понимаешь меня?

– Да, государь. Но разве ханьские исследователи крови не зашли в своих изысканиях дальше ромеев.

– Что происходит в Китае – остается в Китае. Они свои секреты хранить умеют. Но, насколько известно мне, все занимавшиеся этим исследователи были убиты, а результаты их трудов уничтожены.

– Это официально или…

– Или. Это результат тщательного тайного расследования. Великие китайские архимаги очень внимательно следят за успехами подчиненных друг друга, а их наемные убийцы лучшие в мире.

– Я все понял, государь. Безопасность птенца и исследований будет повышена.

– В Северодвинске будет хорошо всем. Документы на земли получишь у секретаря. Что касается исследований… Византийцы добились успеха и показали путь, но пройти по нему не смогли. Но сам путь остался, и по нему надо пройти. Ты должен быть первым. Неудачу я не прощу. Делай что хочешь, но приоритет в твоей жизни отныне есть только один.

* * *

– Ты опять потерпел неудачу.

– Предусмотреть в своих планах карантин целого уезда не могу даже я.

– Я плачу тебе не за оправдания, а за результат. Которого нет.

– Могу вернуть аванс, и забудем о нашем знакомстве навсегда.

– Не суетись. Мне нужен этот вампир. На меня уже косо смотрят в Ордене.

– Это твои проблемы. Сроки исполнения заказа мы не оговаривали.

– Помню, но и ты помни, что еще одна неудача – и заказчика у тебя больше не будет. Поторопись, иначе может случится так, что платить тебе будет некому.

– За меня не волнуйся. Как только вампир окажется в моих руках, под моей дверью будет стоять очередь из желающих его получить.

– Пока это лишь слова.

– Как только завершится карантин, слова превратятся в дело. Так что, готовь деньги и хватит скулить. Радуйся, что я вообще работаю с тобой и твоим Орденом.

* * *

– И вы позволите этому ничтожеству так с вами говорить, господин?

– Таких специалистов слишком мало. И он прав. Как только вампир окажется у него, к нему выстроится очередь. И деньги будут предлагать совсем другие, чем мы договорились.

– Мне подготовиться, господин?

– Да. Жаль терять такого специалиста, но это дело у нас последнее.

* * *

– О чем говорили с государем, господин?

– О разном. Мне сделали столько намеков, что голова болит.

– Для меня задание есть?

– Да. Подними всю историю вампиров, какую сможешь достать. Всю. Официальную, неофициальную, выдуманную, альтернативную. Всю. Пусть библиотекарь ее изучит.

– Что искать, господин?

– Совпадения. Мне нужны совпадения, которых нет.

– Я не понимаю…

– Вот и я не понимаю. А так быть не должно.

Глава 26

Глава 26

– Где последние данные разведки?

– Новая разведка местности не проводилась.

– С чего вдруг?

– Вчерашние результаты были весьма оптимистичны, и я решил, что некоторая экономия средств нам не повредит. Лимиты на топливо и сверхурочные давно превышены. Проверяющие из Штаба обязательно оценят нашу бережливость и отметят ее во время инспекции.

– Немедленно послать разведку!

– Но лимиты…

– Мне повторить приказ?

– Никак нет, ваше превосходительство! Я немедленно отправлю разведку, – офицер вскочил на ноги и быстро покинул совещание.

– Идиот, – раздалось ему в спину, но он этого уже не слышал.

– Но он прав, командир. Мы исчерпали все возможные лимиты. Топливо для самолетов приходится покупать в долг, а на расписках долго не полетаешь.

– Воровать надо меньше! Привыкли работать мало, а получать много. Вы, дегенераты, вообще ситуацию не чувствуете? Вы понимаете, что если наша структура провалится с текущей миссией, нас с вами отправят не в отставку, а в тюрьму? Лимиты у них закончились! Из своих карманов оплатите! Кредиты возьмите! Жен и дочерей в бордели продайте! Но топливо в самолетах должно быть, и они должны летать!

– Но, командир, данные разведки указывают на сокращение зараженных гнилосветом площадей. Можно уже расслабиться. Мы справились.

– Справитесь вы тогда, когда я скажу, а государь подтвердит! Расслабились они! Так я напрягу! Мне не сложно! Что с виновниками?

– Не выявлены, командир. У смежников тоже все глухо. А ведь у Тайного приказа здесь лучшие люди работают. Я капитана Знаменского видел. Он у тайнюков ныне лучший. А от Разбойного приказа капитан Томин работает.

– Не слышал.

– Расследование в тупике, командир. Откуда взялся гнилосвет – выяснить не получилось. И, скорее всего, уже не получится.

– Плохо! Значит не такие вы лучшие! Ладно. Что по выявленным очагам заражения?

– Все уничтожено, командир.

– То есть, у наших боевых групп целей больше нет?

– Так точно!

– И в таких условиях вы позволили этому идиоту не отправлять разведку?

– Мы подумали, что некоторый отдых бойцам не повредит.

– Идиоты.

* * *

– Господин командующий, силами вверенного мне подразделения…

– Не ори в трубку. Я тебя хорошо слышу.

– Виноват, господин командующий!

– Что у тебя там?

– Ваш приказ выполнен!

– Да не ори ты!

– Виноват, господин командующий!

– С гнилосветом покончено?

– Так точно. Данные последней разведки очагов заражения в окрестностях Архангельска не выявили.

– И ты радостный побежал докладывать. А что у тебя перерасход топлива ты знаешь?

– Так точно, господин командующий!

– И чего ты радуешься?

– Не могу знать, господин командующий.

– Болван.

– Так точно, господин командующий.

– Значит новых очагов нет?

– Не обнаружено, господин командующий.

– И топлива у тебя больше нет. Долговыми расписками самолеты разведчики заправляете. А казна – она не бездонная! Бюджеты экономить надо!

– Так точно, господин командующий!

– Значит, слушай приказ. А Архангельске формируется постоянная боевая группа твоего подразделения. Это будет новая штатная единица. Бюджеты на нее выделят. Теперь на Севере будет постоянное присутствие твоих людей. Ты рад?

– Так точно, господин командующий. Рад служить!

– Молодец. Снимаем карантин. Готовь наградные списки.

* * *

– Наше нынешнее экстренное собрание посвящено очень скверной ситуации, сложившейся для нас на Севере, – невысокого роста мужчина выделялся густой растительностью на лице. Казалось, что его борода начинала расти прямо из под глаз, что создавало очень необычную картину, но все собравшиеся были привычны виду своего предводителя и не обращали на это никакого внимания.

– Я так понимаю, Архангельск для Организации ныне уже потерян? – щуплый мужчина, сидящий дальше всех от босса, встрепенулся, и всем собравшимся стало ясно, что он дремал.

– Поэтому мы и собрались все вместе, – кивнул лидер.

– Государь разыграл все как по нотам, – проворчал еще один участник собрания, – Сначала довел дело до бунта, сделав его неминуемым. Затем мастерски его подавил, ударив по нашим ключевым фигурам в уезде и ликвидировав их – по сути поставил точку в наших притязаниях на город.

– Позволю себе заметить, что мы должны были реагировать именно на этом этапе событий, – резко включился в беседу сидящий справа от главного мужчина, с ярко выпяченной вперед мощной челюстью, – Но ничего подобного не произошло. Мы плыли по течению и доплыли до нынешней ситуации. Это полный провал разведки и аналитиков, за которым должны последовать неминуемые системные перестановки, иначе Организация рискует…

– Наказывать виновных мы будем позже, – прервал выступающего лидер собрания, – Сейчас надо исправлять ситуацию.

– Это невозможно. Вне факта того, что мы потеряли многие нити влияния на ситуацию, государь полностью переиграл нас, когда отправил в Архангельск Стальную Богиню. Шансов заключить прежние договоренности, когда за спиной князя стоит эта сука, не было изначально. Фактически все переговоры с нами ведет Толстая, а все присутствующие знают, как она искренне «любит» нашу Организацию. Но даже этого шага государю показалось мало, и он ввел карантин, полностью лишив нас возможности влиять на происходящее и сделав сторонними наблюдателями там, где недавно мы были хозяевами.

– Не демонизируйте Царя и его возможности. Карантин настоящий. Я проверял.

– Это уже не важно. Посадили ли этот гнилосвет по приказу Царя, или он вырос сам. Совершенно не важно. Мы полностью потеряли контроль над Архангельском. И если не предпринять самые решительные меры, то все понимают, чем это для нас закончится.

– Из Палат поступило требование согласовать кандидатуры нового руководства Организации Охотников в Архангельске, – сообщил лидер собрания, подлив масла в огонь и вызвав среди подчиненных шум.

– Государь потребовал от нас согласовать с ним фигуры тех, кого мы назначим? Такого не было никогда! Вы понимаете? Никогда!

– Мы не шавки Царя!

– Пусть в Палатах утрутся! Охотники свободны!

– Если мы подчинимся раз, больше нас из хватки не выпустят!

– Я не понимаю ваших возмущений, господа. Повторю: нас очень ловко обыграли. Эта битва уже проиграна. Надо отступить и начать новую.

– Предлагаешь поделиться частью нашего суверенитета? – на выступившего с непопулярным предложением ополчились все собравшиеся.

– Можно не делиться, оставим все себе – и тогда государь с радостью объявит нас мятежниками и создаст новую Организацию. Ручную. Этого вы хотите?

– Охотники никогда не предадут свою свободу! Это наша идея!

– Напомню, что прежде всего Охотники зарабатывают деньги. Царю надо будет лишь сделать чуть лучшие условия по разделу добычи – и вот уже пороги новой Организации будут осаждать толпы желающих. А Царь может выставить лучшие условия без каких-либо финансовых потерь. Централизованная скупка всей добычи. Слышали о таких инициативах и идеях, гуляющих в Палатах? Если их реализовать, казна получит десятки, если не сотни миллионов рублей дополнительной прибыли. В таких условиях новая Организация может пойти на некоторые финансовые уступки Охотникам. И кто тогда вспомнит про некие мистические свободы Охотников и все прочее, если речь зайдет о его кошельке?

– Подчиняться Царю и иметь больше денег – или подчиняться нам и быть беднее… Если ставить вопрос так… Соглашусь. В таких условиях у нас нет шансов. Архангельск надо сдавать. Временно этот город потерян для Организации.

– И ты⁈ Архангельск это половина всех наших доходов!

– Оставшаяся половина лучше, чем ничего. А именно столько нам оставит Царь, если мы не подчинимся.

* * *

– Ваше величество, в Париже мятеж. Жители Двора Чудес* выступили против повышения налогов. Полиция не справляется.

(Двор Чудес – в Средние века так называли несколько кварталов Парижа, населенных нищими, бродягами, беглецами, проститутками и другой подобной публикой.)

– Проклятые ублюдки! Что им еще надо? Я сделал Францию великой, а им все мало. Пошлите мой личный полк, пусть они втопчут этих оборванцев в мостовую. И не бойтесь крови. Шлюхи рожают быстро. Надеюсь, новое поколение будет более благодарным.

– Будет исполнено, ваше величество.

– Что еще?

– Осмелюсь напомнить вашему величеству, что ромеи…

– Помню!

– Если мы не выполним их требования, поставки материалов будут прекращены.

– Проклятие! В последнее время константинопольские старцы раздражают меня даже больше, чем все остальные.

– Наглость в крови ромеев, ваше величество.

– Поставки, поставки, поставки… Где нам взять материалы? Что у нас в колониях? Почему я давно не слышал о караванах оттуда?

– Осмелюсь напомнить, ваше величество, что наши колонии были в очередной раз уничтожены.

– Да? А почему мне об этом не сообщили?

– Это было в докладе, ваше величество.

– Да… Припоминаю. Значит без Византии нам не обойтись.

– Вы чрезвычайно проницательны, ваше величество.

– Помолчи, Филипп, иначе я решу, что ты издеваешься.

– Не смею, ваше величество.

– Ты понимаешь, что эксперименты с кровью это не шутка?

– У русских все получилось, ваше величество.

– У русских есть маг седьмого ранга, и более чем хватает магов шестого. А у нас? Бедная Франция… Впрочем, ты и так все знаешь! Если все пойдет не по плану, нас никто не защитит. Даже византийцы не рискуют проводить такие эксперименты на своей территории, а у них сил куда больше, чем у нашей многострадальной Франции.

– Ваше величество, но ведь ради силы мы это и делаем. Если все получится, мы перестанем зависеть от внешних поставок и получим в свои руки достаточно могущества, чтобы решать проблемы так, как это делают русские и китайцы.

– Да. Если все получится, – французский король закусил губу, что бывало лишь в моменты когда он очень нервничал, – Ладно, передайте ромеям, что мы согласны. Будет им лаборатория и подопытные. Но пусть все это будет как можно дальше от Парижа. Не хочу быть первым, кто пострадает, когда все пойдет не по плану.

* * *

Все время карантина Лапа вела себя демонстративно безупречно. Стоило ей всего раз сказать, что в ближайшие дни никто никуда с базы не выйдет, как муравьед тут же успокоилась, перестала виться у моих ног и требовать вкусняшки. И даже на охоту не звала.

Впрочем, карантин не мешал мне время от времени снимать маскировку и подзывать к базе всяких охочих до моего тела монстров. Так за время карантина мы не только Лапушку подкормили, но и проверили работу нашего «свечного заводика» по переработке тел Тварей. Удивительно, но все функционировало как часы, и прошедшее сквозь невзгоды мятежа оборудование работало без нареканий, выдавая продукцию в нужном объеме и качестве.

Так что теперь у меня есть свой почти бесконечный источник пластин концентрированного Тумана. Да и разделка на Органы теперь куда проще и легче, чем была. Все-таки автоматизация творит чудеса не хуже магии.

Закинув тушку очередной Твари, что позарилась на меня и сама прибежала к базе, в раструб приемника, я посмотрел на часы и побрел ко входу на базу. Минуты через две Туман рассеется, и очередная ночь будет позади. Пожалуй, сегодня я даже немного посплю. Увидев, что я направился к дому, Лапа засеменила за мной следом. Умная животина давно просекла, что я вижу Тварей издалека, и раз я иду домой, то это значит, что вкусняшки закончились и надо ждать следующего Тумана.

– Электрик! Только что объявили, что карантин снят, – на базе меня встретила довольная и до безобразия бодрая Нина, – Войска уходят!

– Видимо что-то крупное сдохло, – проворчал я, игнорируя радость моего штатного финансиста, которая теперь вновь сможет развернуть свою деятельность по зарабатыванию мне денег на полную мощь.

Но вообще странно это. Сначала резко объявили довольно жуткий карантин, во время которого расстреляли кучу гражданских, а теперь вот так же внезапно все отменили. Уничтожили весь гнилосвет?

Ой, что-то сомневаюсь я в этом!

В Азии его уже который век извести не могут, а у нас одной левой! Ага. Три раза.

Нет, войск-то в город нагнали мама не горюй. Но именно, что в город. Я не видел, чтобы местная авиация очень уж сильно утюжила окрестные леса. Бывали дни, когда я вообще не видел в небе самолетов. А без них искать гнилосветы вообще безнадежная задача. Сверху эти сорняки не всегда видно, а уж с земли их и подавно не найти.

Так что кажется мне, кто-то опять решил схалтурить. Опасность новая, реальную угрозу гнилосветов можно почувствовать лишь на своей собственной шкуре. Так что могли вояки и наплевать да доложить о исполнении приказа. Отчеты писать – не с Тварями воевать, бумага она все стерпит.

* * *

– Электрик, я говорил тебе, как тяжела была моя служба, когда я был обычным и никому не нужным поручиком? – вместо приветствия глава Туманной Стражи Архангельска озадачил меня нелепым вопросом.

Я аж замер на месте и задумался. Огнев был поручиком? Хотя, да, этого звания редко кому удается избежать. Желающих занять офицерские должности хватает, а вот самих мест нет. Так что даже представители первейших Родов носят пустые офицерские погоны прежде чем стать лейтенантами.

– Меня тогда так сношали! – не дожидаясь моей реакции, продолжил молодой офицер, – Естественно, в переносном смысле, – очнулся от воспоминаний полковник.

– Естественно, – подтвердил я, даже и не подумав воспринимать слова мага как-то иначе.

– Так вот, все эти воспоминания мятежной молодости не идут ни в какое сравнение с тем, что я пережил за последние десять дней. И мне еще повезло, что я и мои люди никакого отношения не имеем к тому, что было здесь ранее. Будь все иначе – и я бы уже о переносном смысле своей фразы не заикался.

– Все так плохо?

– Ты и представить не можешь! – но развивать свою мысль Огнев не стал.

– Я многое представить могу.

– Не сомневаюсь. Тебя, кстати, следователи видеть хотели.

– А чего они сами в гости не заглянули? – несмотря на тот факт, что гнилосвет обнаружил и начал всю эту катавасию именно я, популярностью моя фигура у местных не пользовалась.

– Вот и спросишь у них. Ко мне у тебя какое дело?

– Заглянул просто. Давно не виделись. Хотел узнать, как дела.

Заглянул я естественно не по своей воле, а по наставлению и рекомендации Нины. А все из-за Сергея Пантелеймоновича, которого с треском выпнули из кресла Главы местного отделения Организации Охотников и, по слухам, арестовали. Так что, если раньше у меня были связи с двумя важными городскими фигурами, то ныне их количество сократилось ровно вдвое, и остался лишь полковник Огнев, с которым мне и поручили поддерживать хорошие дружеские отношения. А это требует визитов и всего прочего, что герой одного сериала называл «социальным протоколом». Вот этот протокол я и старался соблюдать.

Пока получалось не сильно хорошо.

– Нормально у меня дела. А если еще и Туман пару дней обычным побудет, то совсем хорошо все будет, – отмахнулся от меня Огнев.

– Тогда не буду отвлекать вашу особу, – я откланялся и поспешил покинул кабинет полковника.

Тем более, что в городе у меня было еще одно дело, и оно было куда важнее поддержания хороших отношений с сильными мира сего. И да, я говорю о Зубе. Разборку с этим бандитом мне вновь пришлось отложить, так как все праздничные мероприятия в городе были перенесены на неопределенный срок. Так что мне надо было выяснить у детектива, чем все закончилось, и на какой стадии находится ныне, ну и продлить наше сотрудничество. Ведь Зуб все еще жив, а значит мне все еще надо знать о нем все. Вот пусть детектив и продолжает за ним следить. Лишним это точно не будет.