![](/files/books/160/oblozhka-knigi-ultimatum-drakona-si-379520.jpg)
Текст книги "Ультиматум дракона (СИ)"
Автор книги: Андрей Розальев
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)
Глава 8. Посредник
48 дней 12 часов до поединка
– Я знаю, куда они едут! Полетели!
Лена буквально взвилась мне на шею, как заправская кавалеристка, и мы поднялись в воздух.
– И куда мы летим?
– В Астрахань. Теперь понятно, куда и к кому побежали наши беглянки.
– В Чечню? – Лена ответила мгновенно, видимо, уже размышляла об этом.
– Признаться, поначалу и я так думал. Но Астрахань вообще-то в другую сторону. Это глядя с Урала они где-то рядом. Чечня к югу от нас, а Астрахань почти на восток.
– Это ведь портовый город, кажется?
– Да, и может быть только одна причина везти туда груз – переправка через Каспий.
– И куда? Рассказывай, что я из тебя клещами тяну? Только имей ввиду, с географией у меня туго!
Хм, чтобы подробно объяснить, тут карту рисовать надо. А впрочем…
– Каспийское море – это вообще-то озеро, у него нет прямой связи с мировым океаном. Каспий со всех сторон окружён землёй. На северо-западе это Россия, на западе Азербайджан, на юге Иран, на востоке Туркмения и на северо-востоке Казахстан. Думаю, боеголовки хотят вывезти через Туркмению в Афганистан.
– Афганистану-то они зачем?
– Там сейчас штаб-квартира Аль-Каиды. Слышала про таких?
– Что-то слышала. Там у них бородатый такой, священной войной Америке грозится. Но разве можно просто так взять и провезти через целую страну опасный груз? Пограничники, таможня – разве не должны будут задержать?
– Должны, конечно. Они и наркотики останавливать должны, а между тем из Афганистана через Туркмению их везут только что не фурами. А всё потому, что наркотрафик «крышует» МНБ – министерство национальной безопасности. Да что МНБ, когда сам «отец туркменского народа» в сделке.
– Откуда ты столько всего знаешь? – Лена слушала, открыв рот.
– Это часть моей работы – всё знать. Драконы обмениваются между собой значимой информацией, мы мониторим все новости со всех уголков Земли. Это позволяет иметь целостную картину мира, да и неплохо зарабатывать. А то, что высшее руководство Туркмении напрямую сотрудничает с Аль-Каидой – не секрет даже среди людей. Думаю, они и боеголовки «по дружбе» не откажутся переправить.
– Да уж, фраза «скажи мне, кто твой друг» заиграла новыми красками! И что мы будем делать?
– Дождёмся, пока они погрузят все боеголовки на корабль и выйдут в море. Там им от нас не скрыться. На тот глиняный муляж, который везут наши приятели, я «маячок» поставил. Ты когда-нибудь была на восточном базаре?
* * *
Спустя пару часов, пролетев около сотни километров, мы долетели до Астрахани. Лена с интересом разглядывала с высоты птичьего полёта раскинувшийся под нами город, а я выискивал знакомые очертания Кутума, притока Волги. Приземлились в малолюдном месте неподалёку от Красной мечети, и я сразу обратился в человека. Отвод глаз снял, в толчее он будет только мешать. Вряд ли мы встретим здесь кого-то знакомого.
Большие Исады, старейший в Астрахани рынок, или, как здесь чаще говорят, базар, встретил нас многоголосым гулом, тысячами разных запахов и неисчислимым количеством самых разных товаров. Здесь продавали всё и отовсюду. Мы зашли со стороны птичьего рынка, и, бродя между торговыми рядами, понемногу продвигались в сторону Пассажа. Есть пока не хотелось, а времени вдруг оказалось в избытке. Зачем бегать за боеголовками, когда похитители столь добры, что привезут их все в одно место?
– Вань, а что мы здесь делаем? Что-то ищем? – Лена с интересом крутила головой во все стороны.
– Кого-то. Пока не знаю, кого именно, но нужный нам человек где-то здесь.
– Интуиция подсказала? – девушка скептически приподняла бровь.
– Внутренний компас. Я чувствую здесь поблизости маячок Посредника, человека, который помогает решать вопросы на месте.
Компас привёл в магазинчик со спецодеждой. Кажется, нам придётся выходить в море? Что ж, лучше одеться соответствующе. Замёрзнуть нам не грозит, но и промокнуть не хочется.
– Отец, – обратился я к пожилому продавцу, – нам бы для выхода в море приодеться.
Уважительное обращение возымело своё действие. Пожилой торговец, по виду черкес, расплылся в улыбке.
– Это вы правильно зашли! У меня всё есть, а для такой красавицы, – продавец слегка поклонился Лене, – найдём и то, чего нет!
Старик огладил седую бороду, и тут-то я и увидел маячок. Перстень. Самый обычный, вроде как серебряный, почерневший от времени.
– Уважаемый, нам не для красоты, мы с друзьями на их лодке пойдём. Нам надо одеться обычно, как все, а не как ряженые попугаи. В идеале – нам бы вообще что-то ношеное, с чужого плеча. Я заплачу как за новое. Но надо сегодня, мы торопимся.
Я потянулся мысленно к перстню и влил в него толику маны. Перстень вспыхнул короткой вспышкой, а у торговца широко распахнулись глаза. Отлично, сработало. Главное, чтобы не начал в ноги падать. Однако старик быстро справился с собой, внимательно осмотрел нас с Леной с головы до ног и продолжил обычным спокойным голосом.
– Интересная у вас просьба, ко мне с таким впервые обратились. Да для хороших людей чего не сделаешь! У меня сын с женой рыбачат понемножку, вам как раз должно подойти. Они сейчас дома, тут неподалёку. Аслан! – крикнул он куда-то вглубь лавки, и тут же к нему подскочил чернявый пацан. – Поторгуй пока, я с дорогими гостями домой схожу. Только вы не обессудьте, – обратился он уже к нам, – боюсь, раз вы торопитесь, со всем подобающим почётом принять не успеем.
Ну конечно! Гостеприимство для черкесов – священно, даже и без условных знаков в виде разливающегося от перстня ощущения блаженства. А этот немолод, и, похоже, традиции чтит. Для него гость как родной брат, которого надо накормить, развлечь, помочь с любыми делами. А уж когда гость особый… Старик сейчас, вероятно, в замешательстве. Считает, что обязан оказать нам царские почести, но на это требуется какое-то время. А я сказал, что мы торопимся.
– Отец, по нашим традициям, – я выделил «нашим» голосом, – в гости с пустыми руками не ходят. Не возражаете, если мы по дороге в мясные ряды зайдём?
– Желание гостя – закон!
Лена во время нашего разговора только глазами хлопала, переводя взгляд с меня на старика и обратно. Я ей незаметно подмигнул и кивнул, мол, всё идёт по плану.
Мы зашли в Пассаж, и я пошёл по рядам, принюхиваясь к мясу. У одного прилавка с разнообразным фаршем я с удивлением остановился.
– Собачатина?
Продавец побледнел и замахал руками.
– Э, ты что такое говоришь? Говядина, конина!
– Как скажешь, тебе виднее.
Мне уже не интересно, чем он торгует, но вот продавец, лоснящийся пузан небольшого роста, счёл себя оскорблённым.
– Ты зачем неправду сказал? Теперь люди подумают, что я их обманываю! Я мясо не продам, у меня дети голодные будут!
Со всех сторон послышались смешки, которые только разозлили пузана ещё больше. Пора завязывать, конфликт мне тут ни к чему.
– Прости, друг, ошибся, – я положил руку ему на плечо, вложив в этот жест немного спокойствия и умиротворённости, – здоровья твоим детям, процветания твоей семье.
Продавец как будто сдулся, вся его воинственность мгновенно улетучилась.
– А, да, спасибо, ничего страшного, подумаешь, ошибся, с кем не бывает.
Когда мы отошли, Лена тихонько спросила:
– А у него правда собачатина?
– Да, подмешана в фарш, – я ответил также вполголоса.
– Ужас какой!
– То есть коров не жалко, а собачек жалко?
– Нууу… – Лена не нашлась, что ответить.
Обойдя все ряды, я, наконец, нашёл нормальную баранину, запах которой меня устроил. По дороге наш новый знакомый немного помолчал, а потом удивил меня вопросом.
– Мне про него говорили, не брать у него мясо, мол, они с братом бродячих собак промышляют. Но как ты об этом узнал?
– По запаху, отец. И мясо у него правда лучше не бери, мало ли какая зараза попадётся.
– Меня Баше звать.
– Меня Иваном, а мою жену Леной.
Баше сперва поклонился Лене, после чего протянул мне руку ладонью вверх. Крепкое, совсем не стариковское, рукопожатие.
– Жена? – Лена удивлённо подняла бровь и спросила даже не шёпотом, а одними губами. Я в ответ только подмигнул.
В доме нас сразу провели в гостиную, посадили за стол, Лену слева от меня, хозяин сел справа. Вскоре зашла хозяйка, красивая и статная, несмотря на возраст, принесла чай, фрукты, какую-то сырную нарезку. При её появлении мы с Баше синхронно встали со своих мест. Я с поклоном передал хозяйке купленное мясо.
– У нас принято приходить в гости со сладостями, но никакие покупные сладости не сравнятся с тем, как у вас готовят баранину.
Хозяйка ответила мне улыбкой.
– Спасибо на добром слове! Вот уж правда, гостя в дом сам Аллах посылает!
За неторопливой беседой мы степенно пили чай. Хозяин не торопился с делами, а я не мешал ему наслаждаться своей ролью хозяина, соблюдающего все каноны гостеприимства. Лена, не знавшая, как себя вести, благоразумно в беседу не лезла.
То ли радушие Баше так подействовало, то ли нервное напряжение, в котором мы прибывали всё это время, наконец, отпустило, но мы даже не заметили, как прошёл час. Только когда хозяйка принесла большое блюдо с жареным мясом, я понял, что прошло уже прилично времени. Но в любом случае, прежде чем обсуждать дела, надо поесть.
Отдав должное кулинарным способностям хозяйки, мы, наконец, заговорили о деле. Сына и невестки хозяев дома не было, но старик заверил меня, что они будут счастливы уважить просьбу гостя. Уверенности у меня в этом не было, но, в конце концов, какое мне дело?
Хозяева принесли нам вещи. Штаны и штормовка оранжевого цвета, на вид из брезентухи с пропиткой. Пятна, какие-то разводы, потёртости. Да уж, это явно не новая одежда!
Когда мы остались одни, Лена сразу набросилась на меня с вопросами, впрочем, шёпотом.
– Жена? И зачем нам это барахло?
– Так проще, а барахло – больше повод. Нам надо было оказаться с Посредником наедине.
– Так он и есть этот посредник? – Лена хмыкнула. – По нему не скажешь, обычный старик. А какое главное дело, и почему мы его не обсуждаем?
– Сейчас всё узнаешь. Просто здесь дела не принято обсуждать, пока не поешь, и я показываю уважение к их традициям. Хозяева – приятные люди, не находишь?
– То, что приятные и учтивые – это согласна. А ещё я так вкусно никогда не ела!
– Обязательно скажи об этом хозяйке, этим ты не просто сделаешь ей приятно, а окажешь огромную честь. Черкесы – удивительный народ. Сами голодом сидеть будут, но гостей накормят до отвала!
– А их не обидело то, что ты мяса купил?
– Ты правильный вопрос задаёшь. Я поэтому и настоял, что приходить в гости с дарами – наша традиция. Черкесы чтят свои традиции и уважают чужие. Захотел гость закупить продукты – это странно, но это его право. Тут важно не что сделать, а как сделать, и что и как при этом сказать.
– А под «нашими» ты чьи традиции имел ввиду? – Лена хитро на меня взглянула. – Я на четверть ирландка, ты вообще родом из легенд.
Я рассмеялся. Да уж, весело получилось!
– Неважно, чьи традиции я имел ввиду, главное, как хозяин понял. Поверь, спрашивать нас об этом не будут. Если бы мы сами не представились – у нас даже имена бы не спросили. Давай обновки примерять.
Одежда пришлась впору. Тяжёлая и грубая, даже жёсткая ткань, но зато в ней никакой ветер или дождь не страшны. А погода менялась, у меня было подозрение, что к вечеру совсем испортится.
Самым сложным оказалось убедить гордого старика принять оплату, как договаривались. Для него не имело никакого значения, что я с самого начала говорил, что заплачу за вещи как за новые. Гость и всё тут!
– Ну хорошо! Сдаюсь! – я понял, что обижаю Баше своим упрямством. – Но может быть, Вы поможете нам с ещё одним делом? К обоюдной выгоде, разумеется.
– Что за дело? – хозяин сразу успокоился, а в глазах появился интерес. Кажется, он понял, что шмотки были лишь поводом уйти с рынка.
– Я хочу купить седельный тягач с рефрижератором. Выход в море это так, друзья решили экскурсию организовать. А вообще-то мы приехали закупить партию свежей кильки. Говорят, её сейчас так мало, что купить можно только на месте.
Старик кивнул головой.
– Да, как нефть начали разведывать, так вся килька кверху брюхом и всплыла. Южнее ещё ловится, но там и без нас рыболовов хватает. Купить рефрижератор не проблема, я слышал, знакомый моего знакомого продаёт, уезжает из этих мест. Да и не он один.
– Мы здесь никого не знаем, поэтому я и прошу помощи. Мне нужна добротная машина, чтобы до Москвы доехала без проблем. Планирую ехать без остановок.
– Правильно жена сказала: гостей в дом Аллах посылает. Мне потребуется немного времени, чтобы всё организовать.
– А мне – снять наличку в банке. Баше, Вам будет удобно, если мы встретимся у Вас дома?
– Для меня это будет честью!
Мы обсудили примерную стоимость грузовика и разошлись. Как в том анекдоте, Баше пошёл искать товар, а мы – деньги. Можно было не сомневаться, свой процент со сделки черкес получит.
* * *
– Вань, а кто такие эти посредники? Ну, откуда они вообще берутся? Ведь не по объявлению в газете?
Мы шли к банку, и по дороге Лена засыпала меня вопросами.
– Бывает, что и по объявлению. А бывает, случайно попадаются. Оказал человек помощь случайному путнику, а путник оказался драконом. Если я вижу, что человек надёжный, то могу оставить ему метку, маячок, по которой другие драконы поймут, с кем в этом городе надо иметь дело.
– То есть, Баше знает, кто ты такой?
– Скорее всего, нет. Для него мы просто путники. Я сам не раз таких Посредников оставлял в разных частях света. Обычно в качестве маячка используется какая-то вещь. Перстень или другое украшение, оружие.
– А зачем Посреднику это нужно? В чём его выгода?
– Да самая обычная выгода. Иногда просьбы бывают пустяковыми, но сделка в любом случае окажется выгодной для Посредника. Чаще всего деньгами. А один раз я ребёнка вылечил, сама понимаешь, это дороже любых денег.
* * *
– Сожалею, но мы не можем выдать Вам три миллиона наличными без предварительной заявки.
– Вы хотите нам помочь! – я добавил в голос нотки убеждения.
– Я очень хочу Вам помочь! Но если бы Вы хотя бы вчера позвонили! У нас просто нет в нашем филиале таких денег! Понимаете?
Девушка-блондинка, служащая банка, готова была расплакаться. Её разрывало между императивным требованием сделать для нас всё возможное, и невозможностью что-либо сделать.
– А в каком филиале есть?
Девушка зависла. Очевидно, сообщать такую информацию она не имела права, даже если знала. Но и отказать в помощи не могла.
– А может, Вы позовёте управляющего? Это ведь Вы можете сделать?
– Управляющего? – девушка моргнула. – Конечно! Сию секунду!
Она выглядела так, как будто у неё груз с плеч упал. Теперь это не её проблема, она сделала что могла.
Через пару минут пришёл управляющий. Тут я уже не стал церемониться, и загрузил его внушением по полной программе. Только увидев нас, он тут же изменился в лице.
– Молодец, что позвала меня, – обратился он к блондинке, – подумать только, мы могли таких уважаемых людей обслужить недостаточно хорошо!
– Что Вы, я прекрасно понимаю, сумма большая, и я должен был согласовать выдачу. Но деньги мне очень нужны, и обязательно сегодня. Вопрос государственной важности, если Вы понимаете.
Под внушением управляющий понимал всё. И понимал буквально. Государственной – значит государственной. На этот случай у него резерв был. Неприкосновенный запас, для особых людей, которые не могут ждать в силу своего положения. Правда, хранился у него «почему-то» дома.
Не прошло и часа, как деньги уже были у нас, пересчитаны и сложены в Ленин рюкзачок, отчего тот немного припух.
– Может быть, выделить Вам охрану? – управляющий очень беспокоился за дорогих клиентов.
– Не стоит. Лучшей гарантией нашей безопасности будет, если Вы просто забудете, зачем мы приходили.
Я щёлкнул пальцами. Управляющий и блондинка моргнули.
– Зачем ты меня позвала? – управляющий недовольно посмотрел на подчинённую.
– Простите, тут вот молодые люди хотели снять три миллиона, а у нас лимит на выдачу закончился.
Управляющий перевёл взгляд на нас.
– Выдача наличных свыше ста тысяч рублей производится только по предварительной заявке. Сожалею, но я ничем не могу помочь! Пожалуйста, оставьте заявку и приходите завтра!
– Извините за беспокойство, – я постарался придать лицу выражение досады, – мы тогда попозже зайдём.
Мы вышли из банка.
– Ваня, у меня уже язык затёк молчать! Это что сейчас было? Мы что, банк ограбили?
– Почему ограбили? Честно сняли деньги с моего счёта. Просто у них могут быть знакомые среди криминальных личностей, а я не хочу оставлять после себя трупы.
– И что, они ничего не вспомнят?
– О, это самое весёлое! Ты знаешь, что в банке никто не уходит домой, пока баланс не будет сведён до копейки?
– Теперь знаю.
– Представляешь, сегодня он у них разойдётся на три ляма! Они выдали на три ляма больше, чем было в кассе! И никто ничего не помнит!
– Получается, мы их подставили? – Лена остановилась и строго на меня посмотрела.
– Да не переживай, выкрутятся. Не думаю, что у управляющего это кровные, по-любому у него рыльце в пушку.
– Да у кого оно не в пушку. Все несут с работы что могут. Кто бумагу и ручки, кто купюры…
До дома Баше мы добрались без приключений. Уже смеркалось. У ворот стоял трёхосный КамАЗ с полуприцепом-рефрижератором, с надписью «Астраханский пингвин» во весь борт полуприцепа. На вид в отличном состоянии. Недолго думая, я наложил метку и на тягач, и на полуприцеп.
Прежде чем позвонить в ворота, Лена спросила меня:
– Вань, и ты вот так запросто можешь потратить такую огромную сумму, только чтобы было в чём везти груз? Или это «подотчётные»?
– Нет, мои личные. Да и не такая уж большая эта сумма, всего около ста тысяч долларов. Задание в любом случае в приоритете. Я просто не могу его провалить, чего бы мне это ни стоило.
Лена замолчала, а я нажал на кнопку звонка.
Глава 9. Захват
48 дней 8 часов до поединка
– Лена, Иван, проходите, дорогие гости! – Баше встретил нас лично и сразу провёл в гостиную.
Навстречу нам поднялся мужчина лет сорока пяти, вполне славянской внешности. Он прямо выглядел, как дальнобойщик – коренастый, с широкими ладонями. Наверное, гайки на 52 без ключа откручивает.
– Алексей, – мужик протянул руку, глядя мне прямо в глаза.
– Иван, – я протянул свою. Ощущение, что рука попала в тиски. Пришлось поднапрячься даже, чтобы ответить. Короткий поединок окончился вничью, к огромному удивлению Алексея.
– Друзья, давайте к столу! – хозяин обратил на себя внимание. – Уважьте старика, окажите честь!
Стол в гостиной стоял другой, круглый. И он просто ломился от явств. За прошедшие пару часов семья Баше подготовилась к встрече так, как иные готовятся к свадьбе. Гостиная сияла чистотой, даже занавески на окнах висели другие. Да уж, в стремлении услужить гостям черкесы воистину не знают границ!
Весь смысл замены стола раскрылся, когда хозяин начал нас рассаживать. Первой он предложил место Лене, галантно пододвинув ей стул. Уважение, даже не уважение, а почитание женщин у этого народа в крови. Хотя обычно женщины за один стол с мужчинами не садятся, тем более деловые вопросы решать. Но хозяин принял во внимание различие культур.
Справа от Лены он предложил сесть мне. Так, это понятно. Женщина сидит справа от мужчины, на почётном месте, но жена слева, так принято.
Алексею он предложил сесть напротив меня, а сам занял место между нами, напротив Лены. Каков молодец, однако! Всё учёл! Теперь никто не мог бы сказать, что к нему не проявили уважения!
Баше тем временем разлил вино в бокалы и встал. Ох, эти длинные цветастые тосты, которые слушаешь-слушаешь, и под конец уже не помнишь, с чего он начинался! Но нет, хозяин оказался на удивление лаконичен!
– Я хочу выпить, друзья, это замечательное вино за прекрасную даму, озарившую этот вечер своим огненным присутствием!
Лена зарделась от смущения, в тон своим красно-рыжим волосам, а мы с Алексеем по примеру хозяина, поднялись из-за стола. За дам ведь пьют до дна, так?
Как бы намекнуть хозяину, что сегодня нас ждут ещё дела, и злоупотреблять алкоголем никому не стоит? А вино и правда замечательное! И ведь налил не из бутылки, а из кувшина. Неужели домашнее?
Впрочем, следующий тост, за хозяина, мы уже лишь пригубили. Алексей тоже, судя по взгляду, брошенному на кувшин, серьёзные вопросы предпочёл бы решать на трезвую голову.
За непринуждённой застольной беседой познакомились. Алексей, проведя двадцать лет за баранкой, решил сменить род деятельности, заняться тарой. Увидел свободную нишу и решил в неё влезть. Нашёл станки, помещение под Москвой. Что сказать, молодец! Я дал ему свой e-mail, попросил написать потом, когда раскрутится, пообещал свести с полезными людьми. Связи – это всегда полезно. Никогда не знаешь, какая когда и зачем понадобится.
Но сегодня у нас другая задача. Судя по маячку, машина, перевозившая мой глиняный муляж, благополучно добралась до Астрахани, немного по ней покрутилась, а дальше характер движения изменился. Похоже, контейнер перегрузили на какое-то судно, и сейчас это судно двигалось вниз по Волге. Пора нам выдвигаться.
Воздав должное ужину и хозяевам, мы перешли к делам.
Я попросил Алексея честно рассказать про машину, вложив в просьбу ментальное внушение. Теперь он не смог бы нас обмануть, даже если бы захотел. Но он, похоже, вводить в заблуждение и не собирался. Спокойно, без всякого напряжения, рассказал как о достоинствах, так и о недостатках. Критичных для нас недостатков не было. Даже резина была достаточно свежая, протектор ещё ни разу не углубляли. Умеренного перегруза машина тоже не боялась. За всё удовольствие Алексей хотел два с половиной миллиона.
– Алексей, а ты можешь напоследок перегнать машину в порт Оля?
– Да не вопрос. Там планируешь грузиться?
– Да, сегодня выдвигаемся с друзьями на рыбалку, а груз для нас уже готов. Там бы встретились.
– Хорошо, – Алексей что-то мысленно прикинул, – только прости, сразу предупрежу, туда доеду, дальше нет. У меня планы.
– Принял. И ещё. У тебя есть знакомые на хладокомбинате? Мне надо загрузить двадцать тонн льда, любой фракции, без тары, просто навалом.
– Ого! А ты не мелочишься! Только не рассказывай, что планируешь везти, меньше знаю – меньше смогу рассказать. И так понятно, что не кильку в томатном соусе. Лёд организую. Когда всё это нужно?
– К утру, до рассвета.
– Это многое объясняет… Договорились!
Мы оформили на машину генеральную доверенность на моё имя. Обменялись телефонами. Деньги я отдал сразу и все, оставив себе немного на соляру.
– Это за машину, лёд, перегон и возможное беспокойство, если вдруг придётся доказывать, что машину ты мне честно продал. Полагаю, между собой Вы договоритесь без меня, – я приложил руку к сердцу, слегка поклонившись хозяину.
– Не переживай, Иван, я свидетель, что сделка состоялась! А если кому интересно будет, я найду, что ответить.
– Ответь мне на один вопрос, – Алексей почесал в затылке, глядя мне в глаза, – почему ты мне настолько доверяешь?
– Ты рассказал мне даже о таких недостатках машины, о которых спокойно мог промолчать. Ты честный человек.
Когда мы распрощались с гостеприимным хозяином и отошли по переулку, Лена заметила:
– А ещё этот честный человек никак не сможет тебя обмануть или кинуть, потому что ты наложил на него заклятие, да?
– И это тоже. Но мне кажется, он и так не кинул бы.
Ветер усиливался, и мне это очень не нравилось. Летать в шторм в мои планы не входило.
Я накрыл нас отводом глаз, и мы переоделись в спецовку прямо на улице. Кого стесняться, когда ты невидимка? Ещё минута – и вот мы уже в небе. Я посоветовал Лене вздремнуть, пока есть возможность. Впереди нас ждало неспокойное ночное море.
* * *
Лена проснулась, когда я активно заработал крыльями, гася скорость. Корабль, на который погрузили мой муляж, оказался утлым судёнышком, траулером-рефрижератором. Похоже, бандиты всё-таки были в курсе перегрева боеголовок, просто не нашли иного выхода, кроме как везти их до порта без охлаждения.
Мы облетели судно кругом.
– «Сокол тысячелетия», серьёзно? – Лена разглядела надпись на носу и рассмеялась.
– Ну а что, то корыто тоже заводилось с толкача и перевозило контрабанду! Так что всё соответствует!
Корабль выглядел так, что без слёз не взглянешь. Но прислушавшись к ворчанию дизеля, я понял, что внешняя запущенность судна – фарс. Ходовая была в полном порядке, и не удивлюсь, если реальная скорость судна превышает паспортную.
– Давай, – Лена погладила меня по шее, – прежде чем соваться на корабль, хорошенько всё кругом осмотрим? И что там в пикапе?
– А в пикапе ничего, он остался в Астрахани и никуда не поехал. На месте бандитов я бы от него избавился. Командир наверняка на борту судна, насчёт остальных не знаю. Ноутбук тоже в Астрахани, а вот кейс с винтовкой на судне, недавно присоединился.
Судно уже миновало порт Оля и по Волго-Каспийскому каналу шло к морю. Я посматривал по сторонам, а вот Лена больше внимания обращала на судно.
– Вань, а это не командир ли случайно, вон там, с биноклем?
Обернулся к судну и увидел его. Действительно, с биноклем. Да не с простым!
Я свечкой взвился вверх, на безопасную высоту.
– Ого! Куда ты так резко?
– У него бинокль с ночным видением. В него нас видно, правда, не как дракона, а как очень яркий прожектор. Надеюсь, он нас не видел. Вроде, смотрел в другую сторону.
– И что будем делать?
– Дождёмся, когда они выйдут в море. Это гарантирует, что все боеголовки на борту.
– А как-то послушать, что на судне происходит, не получится?
Если бы драконы умели краснеть, я бы сейчас залился краской по самые уши.
– Да блин, мне надо было все метки ставить с прослушкой, а я только на пикап такую поставил и на муляж. Так что сейчас послушать не получится. Когда муляж погрузили, я слышал, и после этого ещё погрузки были, рядом с этим контейнером положили ещё три. Но были это первые контейнеры или последние, или может они по трюмам, их тут три штуки должно быть, распределили груз, я сказать не могу.
– То есть мы даже не можем быть уверены, что все боеголовки на борту?
– Только спуститься и проверить.
Наши ожидания оказались не напрасны. Уже возле самого выхода в море судно нагнал какой-то катер. И с него перегрузили ещё один контейнер. Я осторожно спустился пониже.
Командир и пара человек суетились на палубе. Люк трюма закрыли, и в этот момент из рубки высунулся ещё один, видимо, капитан корабля, и прокричал командиру боевиков:
– Ну что, это последняя?
– Да! – командир показал растопыренные веером пальцы. – Все десять в трюме!
Капитан скрылся в рубке, дизель взревел, и судно начало набирать ход.
Пора действовать!
– Лен, я сейчас всех их положу спать, после этого идём на посадку. Качка очень сильная, как окажешься на ногах – сразу цепляйся за что-нибудь и, не отпуская, иди в рубку.
– Поняла!
Убедившись, что прямо по курсу судна нет никаких препятствий, я потянулся сознанием к людям внизу. Небольшое усилие – и все они упали там, где стояли.
Зайдя с борта, я приземлился на палубу, глубоко вонзив когти в деревянный настил, чтобы удержаться. Качка ещё больше усилилась. Захват корабля? Легко!
Сразу обратился человеком.
– Лен, держись, и пошли в рубку!
Капитан спал на полу, уютно свернувшись калачиком, и даже похрапывал. Надо всех отнести в каюту и запереть. Хотя гуманнее было бы прямо сейчас выбросить их за борт, ибо вряд ли их ждёт курорт за провал операции. Но пусть пока живут. Может, им потом удастся скрыться.
Только сперва надо остановиться, а то прём в открытое море на полном ходу.
– Ты знаешь, как этим управлять? – Лена как раз растерянно смотрела на штурвал.
– Да здесь ничего сложного. Зачем нужен штурвал и так понятно, а вот это, – я показал на единственный большой рычаг рядом, – ДАУ, дистанционное автоматизированное управление главным двигателем. Джойстик, как в компьютерной игре. Двигаешь вперёд – судно набирает ход. Двигаешь назад – плывёт кормой вперёд. Только корабль большой, и у него огромная инерция. Да просто приноровиться надо.
Я выставил холостой ход.
– Пойду, приберусь на палубе, экипаж пусть отдохнёт. И не переживай, убивать никого не собираюсь.
– А почему ты решил, что я буду из-за этого переживать?
– Хотя бы потому, что это нормально. По крайней мере, первые разы.
– Ты прав. Наверное, я просто об этом не думала.
Подхватив грузного капитана на плечо, я отнёс его в одну из кают, куда потом стащил остальных морячков.
Остался бородач, командир боевиков. Он лежал посередине палубы, как и капитан, в позе эмбриона. Я нагнулся поднять его, и в этот момент тело пронзила острая боль, а по ушам ударил грохот автоматной очереди. Трансформироваться!
Перекинуться в дракона я не успел. Всё случилось слишком внезапно.
* * *
Удивительнее всего было прийти в себя живым. Видимо, выпустив в меня полный рожок в упор, бородач счёл меня достаточно мёртвым. Что ж, у него был шанс отделить мне голову, он им не воспользовался. Второго шанса у него уже не будет.
Бородач оставил меня лежать на палубе. Попытался встать. Тело не слушается, голова вот-вот взорвётся, в ушах вата, перед глазами красная пелена. А кого тут стесняться? Я трансформировался. И тут же вновь обретённым слухом услышал истошный вопль Лены.
Она же так и осталась на мостике! В этот раз с ней церемониться не будут, просто пристрелят.
– Да хватит орать! – я услышал голос бородача, – или пристрелю!
Я осторожно поднялся на ноги, выпрямившись во весь рост, чтобы заглянуть в окно рубки. И встретился глазами с бородатым. Увидев меня, он улыбнулся от уха до уха.
– Тварь, только дёрнись, и я пристрелю твою сучку!
Левой рукой бородач держал штурвал, а правой автомат, дуло которого упёр Лене в грудь. Да, если выстрелит, шансов у неё маловато.
Я потянулся к его сознанию, и неожиданно наткнулся на барьер.
– Сказал же, без фокусов! – бородач затряс головой. – Тебе меня не достать, а вот мне стоит только нажать на курок!
– Ты же понимаешь, что ты уже мёртв?
Если нельзя воздействовать на сознание стрелка – можно на его оружие, на его тело… Телекинезом я аккуратно заблокировал спусковой крючок автомата.
– Дед моего деда был охотником на драконов! Я знаю, что ты такое, и знаю, как тебя убить!
– У тебя была возможность, почему не убил?
– Вот из-за неё! – бородач зло ткнул в Лену автоматом, – эта дура начала штурвал крутить, нас бы волной перевернуло.
– Сам дурак! – Лена по-детски показала ему язык.
– Ладно, мне это надоело. У тебя есть два варианта. Хороший – ты перестаёшь упираться, я стираю тебе память, и ты идёшь ко всем остальным в каюту отдыхать. Обещаю никого не убивать. Плохой – ты умираешь.
– Сперва я пристрелю твою девку! Что, любишь побольше, зоофилка? – он обратился к покрасневшей Лене. – Коня мало стало, под дракона легла?