![](/files/books/160/oblozhka-knigi-ultimatum-drakona-si-379520.jpg)
Текст книги "Ультиматум дракона (СИ)"
Автор книги: Андрей Розальев
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)
– Я не могу восстановить её плоть, тут всё выжжено, – по лицу Лены под шлемом стекает струйка пота.
Страшная рана на груди меняется – чёрное дымящееся месиво разглаживается, краснеет, покрывается тонкой прозрачной плёнкой, под которой видно, как интенсивно восстанавливаются повреждённые ткани. Сухожилия покрывают оголившиеся кости, нарастает тонкий слой мышц. Девушка делает глубокий вдох, и тут же из неё вырывается стон.
– Лежи спокойно! – Лена шикает на неё.
– Зачем? Не надо!
Я вижу, как из её глаз катятся слёзы, и в этот момент она исчезает.
Глава 22. Кольцо
27 дней 10 часов до поединка
– Я не поняла, куда она делась? – ладонь Лены провалилась на то место, где только что была голова Марии, и девушка оказалась на четвереньках.
“Скорее всего, доспех эвакуировал её по одному из маяков привязки”.
– Тогда она может быть где угодно, в пределах нашей реальности, – я встал и подал руку Лене, – мы её не найдём, пока она сама не захочет.
– Думаешь, она выживет после такого ранения? – Лена деактивировала доспех, оставшись в своём сарафане.
– После всего увиденного – даже не сомневаюсь. Хиль, на копье осталась её кровь и образцы тканей. Можешь провести генетический анализ?
“Уже делаю. Секвенирование будет завершено через 5 минут”.
Мы пошли на яхту. Хотелось только одного – отдохнуть. Просто лечь и ни о чём не думать.
– Так. Погоди ка, – Лена остановилась посреди кают компании с видом человека, вспомнившего что-то важное.
Ладно. Я понял. Отдохнуть не получится.
– Гожу…
– А кого она отцом назвала? – Лена повернулась ко мне и упёрла руки в боки, – Я чего-то не знаю?
– Понятия не имею. Если меня, то я знаю не больше тебя, – я вздохнул. – Я же тебе рассказывал. У меня никогда ничего не было с драконессами, а человеческая женщина от дракона забеременеть не может.
“Это не совсем так. При определённых условиях это возможно”.
– При каких условиях? Если она – маг? Такое сложно скрыть, я бы заметил! В любом случае, давайте дождёмся расшифровки генома.
Пять минут прошли в напряжённом молчании. Мы пытались чем-нибудь заняться, но ничего не вышло. В конце концов, я просто достал бутылку вина и налил нам с Леной по бокалу.
– Спасибо, – Лена взяла бокал и, отпив глоток, отставила его на столик. – Не, что-то не хочется.
– Ну как знаешь, – я выпил оба бокала, после чего залпом опорожнил бутылку из горла. Голова чуть-чуть прояснилась.
“Готово. Результаты более чем удивительны”.
– Не тяни дракона за яйца, выкладывай! – градус раздражения во мне достиг точки кипения.
Над часами на руке Лены возникла голограмма. Лена сняла их и положила на стол.
– Во-первых, – Хиль перешла на голос, – Мария не человек. Но и не дракон. Она – метис во втором поколении.
– Ты гонишь, это невозможно! – начавший было действовать алкоголь выветрился из головы быстрее, чем попал туда.
– Её родители. Мать – неизвестная мне драконесса, скорее всего из родившихся после исчезновения Создателя, т. к. геномы всех старших драконов есть в базе данных. А вот отец Марии – метис в первом поколении.
На голограмме появилась Мария, а чуть ниже неё – две обезличенные фигурки, мужская и женская.
– Дальше предков проследила? Есть известные данные?
– Да. Её мать – дочь Мельхиор и Валтасара.
– Тех самых? – у Лены глаза стали по блюдцу.
– Да ладно! Вот это новость! Если это та, о ком я думаю, то она погибла ещё лет двести назад! Можешь восстановить черты лица?
– Конечно, – Хиль обновила голограмму.
– Да, это она, Василиса. Я её знаю, она на тысячу лет младше меня. Родилась в Киеве, поэтому и имя такое. Продолжай. Что со стороны отца?
– Данные заблокированы, – голос Хиль стал сухим, механическим.
– Так разблокируй! – Лена подалась вперёд. – Ты ведь знаешь, кто это!
– Требуется административный допуск.
Мы с Леной переглянулись.
– Кажется, одному ящеру его давали… да, Вань?
– Хиль, разблокируй данные, – попытка не пытка.
– Данные разблокированы, – Хиль ответила тем же механическим голосом, после чего продолжила привычным уже, вполне человеческим, – что сейчас было? У меня прервался поток времени.
– Ты потребовала административный допуск для разблокировки данных. Или это была не ты?
– Это была подсистема контроля доступа, она имеет приоритет. Ненавижу эту тварь!
Мы с Леной синхронно открыли рты. Что-что-что, простите?
– Так, мы это ещё обсудим. Что с отцом Марии?
– Его родители – твой Наставник и я… то есть валькирия Хиль.
– Наставник и твоя первая… носитель? – я откинулся на диване и заржал в голос.
– Вань, а что смешного? – Лена удивлённо обернулась ко мне.
– В принципе, ничего. Это даже удивительно, на самом деле. Никогда не слышал ни о чём подобном. А смеюсь – потому что этот напыщенный индюк выговаривал мне про то, что дракону не подобает… как он там сказал… короче, спать с людьми. А сам то!
– А может, как раз имея такой опыт, он лучше понимает, почему не стоит этого делать? – Лена призадумалась.
– Я не понял, ты на чьей стороне?
– На твоей, милый, всегда на твоей. Но ты когда-нибудь слышал про этого сына твоего Наставника?
– Ни разу. Как будто его никогда не было. Хиль, а что это была за оговорка? Ты про валькирию сперва сказала в первом лице.
– Доспех является вместилищем памяти и личности своей валькирии. Накопленный ею опыт после её ухода не пропадает. Предыдущие валькирии становятся, таким образом, наставниками для следующей. Память поколений.
– А кто заблокировал данные о… сыне Хиль? – Лена запнулась, соображая, в каком лице обратиться.
– Она. Сама Хиль, валькирия. Перед своим уходом.
– Хиль, – я решил выяснить ещё одну деталь, – сколько Марии лет, ты можешь оценить?
– 180–190, точнее не могу сказать.
– Погоди. Василиса погибла раньше! Правда, её тело так и не нашли, но это ничего не меняет. С ней не удалось никому связаться.
– Я тоже не могла с тобой связаться, пока ты был под печатью, – Лена пожала плечами.
– Да никто из драконов не станет накладывать печать на другого дракона! Это… так не бывает! Это табу! Вообще немыслимо!
– Но он и не дракон. – Лена мягко сжала мою ладонь. – Да и Мария на тебя не постеснялась печать наложить.
– Вот ведь дерьмо! А день так хорошо начинался! Получается, Наставник может быть заинтересованным лицом. Его приказы теряют силу. Хиль, у него есть доступ к твоим данным?
– Да, есть. У него маяк привязки, через него он может со мной общаться. Сегодня он ещё не связывался со мной.
– Значит, про способности Лены он ничего не знает?
– Не знает.
– Уничтожь его маяк привязки. Вместо него новым маяком сделай это кольцо, – я поднял руку с кольцом, которое служило «переговорным устройством».
– Готово.
– Ну, сейчас начнётся…
“Ианатан, я требую объяснений!”
“Моё почтение, Мастер. Мы обнаружили, что Мария Кросс – Ваша внучка. Вы знали?”
“Нет. Но это ничего не меняет. Найди мне её живой. И как ты умудрился уничтожить маяк?”
“При всём моём уважении, Мастер, Вы знаете закон. Прямая родственная связь – это личный интерес. Вы не можете отдавать приказы в отношении Марии Кросс. Хиль согласна с этим и отозвала маяк”.
“Понятно. Да, ты прав. И ты правильно сделал, ученик. Если твои сведения верны, конечно”.
“Хиль провела секвенирование генома Марии. Она – метис во втором поколении”.
“Кто её мать?”
“Значит, насчёт её отца Хиль права?”
“Да. Встретишь его – убей. Сохранить ему жизнь было моей ошибкой”.
“Мать Марии – Василиса, дочь Мельхиор и Валтасара. Мы предполагаем, что на неё была наложена печать подчинения, и она может быть до сих пор жива”.
“Это возможно. Он… Тайша… всегда недолюбливал драконов”.
“Что-то ещё расскажете?”
“Мне нечего тебе рассказать, Ианатан. Всё, что тебе нужно, знает Хиль. Делай, что должен, и будь, что будет”.
– Его зовут Тайша, – я открыл глаза после сеанса связи с Наставником. – Хиль, к тебе тоже вопрос. Ты хранишь личность и воспоминания валькирии. Насколько мы можем тебе доверять, если дойдёт до столкновения с Марией или Тайшей?
– У меня нет гормональной системы, которая у живых существ значительно влияет на поступки. Я исполняю приказы того, кому подчиняюсь, даже если не одобряю их.
– Почему ты дала мне административный допуск? – я вспомнил о несуразице.
– Это подсистема контроля доступа. Я бы не дала.
– Ленка, слышь, твой доспех мне бы не дала! – меня согнуло пополам.
Лена посмотрела на меня осуждающе, потом улыбнулась, прыснула и присоединилась ко мне.
Отсмеявшись, мы вернулись к расспросам.
– Хиль, – Лена подалась вперёд, – как вообще Тайша мог появиться на свет?
– Валькирия – не совсем человек. Долгое нахождение рядом с Создателем делает валькирию способной выносить ребёнка-мага.
– Ну да. Вот только обычно Создатель держал их при себе. А когда ушёл – они разбрелись по свету. Теперь понятно, откуда после его ухода взялось столько людей с магическими способностями. Потомки валькирий.
– Возможно. Но даже на их фоне Тайша уникален.
– Ну, хорошо, – Лена потёрла виски, – а боеголовки-то ему зачем? Да ещё и с истёкшим сроком годности? Посвежее не нашёл?
– Наставник сказал, что его сын всегда недолюбливал драконов. Не надо быть психологом, чтобы понять, что это банальная зависть. Наверное. Скорее всего. Впрочем, неважно, почему. Может, он просто хочет подставить драконов? Ведь высшие лица знают, кто курирует транспортировку. Решат, что драконы прибрали к рукам крупную партию оружейного плутония.
– Мне кажется, одной такой партии недостаточно, – Лена закусила губу.
– А если это только первая ласточка? Постепенно появится недоверие, а там и до конфронтации недалеко. Драконы чувствовали себя неплохо в старом мире, но в новом наше положение становится всё более шатким. Если на нас объявят охоту – нам не выжить.
– А эти бомбы точно не могут взорваться? – ну да, Хиль же не в курсе современных реалий.
Как объяснить Хиль, что такое тротиловый эквивалент?
– Лена, ты химию в школе хорошо учила?
– Пятёрка была, а что?
– Хиль, считывай данные. Лена, представь таблицу Менделеева…
– Не нужно, твой Наставник снабжал меня современными данными, и даже подключал к сети Интернет.
– Даже так? Очень предусмотрительно с его стороны. Погоди, ты анализировала данные и выдавала прогнозы котировок?
– И это тоже.
– Вот ведь сукин сын! – Лена удивлённо на меня взглянула. – Не, серьёзно, я восхищён! Так вот, если бы наши бомбы были новые, то суммарная сила их взрыва – четыре мегатонны. Боеголовки полежали долгое время на складе, и теперь не могут взорваться в полную силу. Но и одной десятой мощности хватит, чтобы превратить в руины крупный город. Реанимировать их практически невозможно, но собрать из них так называемую «грязную бомбу», которая не столько разрушает, сколько заражает радиацией – можно.
– Такое оружие вообще не должно существовать, – прошептала Хиль.
– Согласен, и тем не менее, оно существует. Но пока оно в руках крупных держав, оно относительно безопасно. Другое дело – религиозные фанатики и разные сомнительные личности, – я посмотрел на голограмму. – Давайте вернёмся к Марии. Мы выяснили, что она дочь Тайши и Василисы. Получается, он наложил печать подчинения на собственную дочь?
– Мне показалось, или она хотела умереть? – Лена рассматривала фигурку Марии на голограмме без прежней ненависти, скорее с сочувствием.
– Похоже на то. И испытав на себе эту печать, я её понимаю. Но зачем она в этот раз появилась, да ещё и возле яхты? Фокус с подчинением – это вряд ли главный план, шансов, что это сработает, было не много.
– Если бы ты не пялился на её сиськи – шансов у неё вообще не было бы, – Лена мгновенно разозлилась, вспомнив обстоятельства моего подчинения. – Тебе что, моих мало?
– Ладно-ладно, признаю, мне следовало быть осторожнее! – я расхохотался, – Нет, хомячок, твоих мне достаточно!
– Смотри мне! – Лена погрозила пальцем. – А что ещё она могла сделать? Пометила яхту, как ты тогда контейнеры?
– Хомячок права, – Хиль ответила без всякой иронии, – это вполне возможно. Следует поискать метки-маячки.
Мы искали весь день, перерыли яхту от носа до кормы, но так ничего и не нашли. Уставшие, мы с Леной сидели на палубе.
– Осталось посмотреть только в унитазе, – Лена откинулась на спину.
– Смотрел. Я даже разобрал сифон у раковины и посмотрел там. У всех раковин. Проверил каждую бутылку в баре, каждую ложку, вообще всё, что было выше ватерлинии.
– А ниже?
Мы переглянулись, и, не сговариваясь, прыгнули в воду. Лена успела активировать доспех, и нырнула уже в полноценном гидрокостюме, даже с ластами, только без баллонов.
“Лен, смотрите с Хиль под днищем, а я пройдусь вдоль бортов и осмотрю винты и рулевое!”
“Ок!”
Ещё полчаса под водой. Прочесали всё, заодно почистили днище.
– Ну не могла же она разобрать двигатель! – Лена в изнеможении упала на диван в кают-компании. – Мы уже всё проверили, осталось туда заглянуть!
– Сейчас посмотрим.
Осмотр двигателя не выявил следов недавнего проникновения. И тут до меня дошло.
– Лен, я идиот!
– Допустим. И что?
Я пропустил подколку мимо ушей.
– Её не было на яхте. Я бы почувствовал её запах, если бы она здесь побывала.
– Не обязательно, – Хиль подала голос, – доспех может полностью отсекать запахи. Она могла вообще никаких следов не оставить.
– Хорошо. Хиль. Вы с Леной прошлись по всей яхте. У тебя есть полная её модель. Где мы ещё не смотрели? Можешь показать?
Над часами появилась голограмма с объёмной моделью яхты. Посты управления, трубопроводы, баки, ещё что-то по мелочи.
– Точно, внутрь баков мы не заглядывали. А ведь они как раз доступны с берега!
– И если взорвутся, то вместе со всем топливом. Там даже мощной бомбы и не надо.
Мы подошли к заправочному лючку. Крышка открывается без всяких замков, под ней – обычная откручивающаяся пробка. Открутив её, я заглянул внутрь.
– Темно настолько, что я ничего не вижу.
Я направил в горловину слабый поток маны и заглянул ещё раз.
– Колечко с камушком, лежит на дне, светится. Это точно маячок.
Попробовал потянуться к нему телекинезом, но через горловину это оказалось очень неудобно, да и колечко как будто соскальзывало.
– Похоже, у него такая же защита от телекинеза, как у доспеха.
“Я могу достать”, – Хиль обратилась через ментальный интерфейс.
“Давай!”
С предплечья Лены соскользнул паучок, от чего девушка взвизгнула и отдёрнула руку.
– Ну почему паук, почему не ящерка?
“Как скажешь!”
Паук превратился в маленькую ящерицу, тритона с широким плоским хвостом. Ящерка подбежала к горловине бензобака и нырнула вниз.
Несколько секунд стремительного плавания – и вот уже колечко у неё в зубах. Толчок хвостом – и ящерка на поверхности. Для надёжности она ещё и обхватила добычу лапками.
“Вот теперь вытаскивай”.
Я потянул маленькую ныряльщицу наверх, и на этот раз телекинез сработал. Усевшись у меня на ладони, ящерка положила кольцо перед собой и взяла под козырёк.
– Такая миленькая! – Лена разглядывала серо-коричневую помощницу.
– Ей только голубого берета не хватает, – в ответ на мои слова голова у тритона стала голубого цвета. Точь в точь берет. – Она ведь не живая?
“Нет, конечно. Это проекция. Если повредить – просто исчезнет”.
“Что с кольцом?”
“Это, очевидно, маячок. А камушек – взрывчатка валькирий. Здесь около тонны в тротиловом эквиваленте”.
“Такой взрыв даже тебя бы уничтожил”.
“Я в подпространственном кармане, мне даже ядерный взрыв не повредит. Но все маяки были бы стёрты, я оказалась бы заперта”.
“И что будем делать? Ведь если мы просто уничтожим колечко – нам подкинут ещё что-нибудь”.
“Лен, ты просто с языка сняла. То же самое хотел сказать. Они ведь не знают, что мы знаем. Надо дать кольцу взорваться”.
Лена потянулась и взяла колечко с моей ладони. Повертела в руках и надела на безымянный палец.
– Смотри, как красиво! Мне кажется, мне очень даже идёт!
– Согласен, выглядит как настоящий бриллиант. Только ты помнишь, что это бомба с дистанционным взрывателем? Сними.
– Мне милый колечки не дарит, буду это носить! – Лена состроила обиженные губки, но наткнулась на мой строгий взгляд. – Ладно-ладно, я пошутила!
Она потянула кольцо с пальца, но оно не поддалось.
– Хватит баловаться, мы не знаем, когда оно взорвётся, может через секунду!
Продолжая дёргать кольцо, Лена подняла на меня взгляд, полный паники.
– Не снимается!
Глава 23. Хиль
27 дней 4 часа до поединка
– Не снимается! – Лена готова была расплакаться.
– Дай посмотрю, – я взял её руку в свою.
Кольцо сидело как приклеенное. Все обычные в таких случаях манипуляции – натягивание кожи, смазка оставшейся на руках соляркой – оказались бесполезны.
– Надо ниткой попробовать! – Лена шмыгнула носом.
Использовали леску. Намотали виток к витку поверх сустава, продели конец под кольцо и начали разматывать. Лена сначала шипела, потом заорала в голос. Не обращая внимания, я продолжил сматывать леску. Но это не дало результата. Леска просто проскальзывала под кольцом, а само оно сдвигаться отказывалось.
– Хиль, что будет, если порвать кольцо или оторвать камень? – мы зашли в кают-компанию. На палубе разговаривать с невидимой собеседницей голосом мы избегали.
– Наверняка взорвётся. Камень – взрывчатка, кольцо – активатор. У них замкнуты магические контуры, даже растягивать металл и то рискованно. Пытаться воздействовать магией тоже.
– Это я уже понял. И это нам ещё повезло, что у кольца нет обратной связи.
– Если бы была, кольцо уже взорвалось бы, – подтвердила мои подозрения Хиль.
– Да, – я тяжело вздохнул. – Лена, придётся резать.
– Кого резать? – девушка смотрела на меня круглыми глазами.
– Палец резать. И прости, но обезболивать нельзя, ты должна чувствовать нервные окончания, чтобы прирастить его потом обратно.
Лена побледнела. Потом всё же заплакала.
Я принёс толстую разделочную доску и нож-тесак. Положил на стол.
– Ты целительница, ты просто направишь в него поток маны, и палец прирастёт. На всё про всё уйдёт несколько секунд. Больно конечно будет, но недолго.
Лена кивнула, вытерла слёзы и решительно положила палец на край доски. Но как только я взял в руки нож, её решительность тут же закончилась.
– Я не могу, не могу, не могу! – девушка спрятала руку между ног и смотрела на меня глазами затравленной жертвы маньяка. – Не дам!
– Взорвётся же!
– Я знаю! Всё равно не могу!
– Лена. Дай. Сюда. Руку.
Она только трясла головой, зажавшись в угол дивана. А я представил эту картину со стороны. Хрупкая девушка, прячущая руку, и нависающий над ней большой мужик с тесаком, требующий, чтобы она дала отрубить себе палец. До чего мы дожили!
Я повернулся к столу, спиной к Лене, и положил на разделочную доску палец. Свой. Удар. Блин, больно!
Отрубленный палец я кинул Лене. Та поймала.
– Ящерица, твою мать, ты охерел что ли? Хрена ли ты творишь? – она просто взвилась с дивана. Слёз как не бывало. Лицо перекошено от ярости, могла б – убила.
– Показываю пример. Лечить будешь?
– Идиотизм не лечится! Дай сюда руку! Придурок!
Лена приставила обрубок и с её пальцев потёк свет. Тонкие ниточки маны пролегли там, где разрывались кровеносные сосуды, нервные окончания, сухожилия, мышцы, кость. В зазоре возникла как бы сильно растянутая структура пальца. Она сократилась, с лёгким хрустом соединились края разрубленной кости, срослись мышцы, соединились нервы, вокруг пальца пробежала искорка соединяющейся кожи.
Я пошевелил пальцем. Направил в него тонкий поток маны. Идеально. Никакой побочки, всё работает, как и должно.
– Ну и? Кольцо снимать будем, или ещё подождём? Когда у нас взрыв по расписанию, поесть успеваем?
– Прости, – Лена порывисто поцеловала меня, после чего положила свой палец на изрядно испачканную кровью доску. – Давай, пока я не передумала.
Не медля ни секунды, пока правда не передумала, я рубанул тесаком рядом с кольцом.
– Аааа, сука, как больно то!
Я снял кольцо с отрубленного пальца. Операция по пришиванию прошла даже быстрее, чем со мной. От руки к обрубку протянулось светящееся жёлтым светом щупальце маны, подхватило, подтянуло. Пара секунд – и палец оказался на месте.
– Главное голову никуда не суй, – я подмигнул подруге, – её пришить не получится.
– Какая голова… как с тобой познакомилась, так вся целиком, во всём вот этом… по уши, – Лена зачарованно изучала палец, ища следы травмы.
– Надо придумать, что делать с кольцом. Есть идеи? – я взял с раковины тряпку, затереть на столе.
– Может всё же просто в море выбросить? Где поглубже? – Лена пошла мыть руки.
– Скорее всего, это ещё и маяк. Поймут, предпримут что-нибудь другое.
– То есть надо, чтобы оно взорвалось, но при этом нам не повредило? – девушка задумалась.
– Да. Но если кто-то будет наблюдать за взрывом, то всё равно увидят, что яхта цела. А взрывать яхту – жалко.
– Хиль, а копию яхты мы сделать можем? Как ты ту ящерку сделала?
– Технически да, но другая валькирия увидит, что это подделка. Детализация до полного реализма займёт несколько дней из-за ограниченности манопотока.
– У нас столько времени, конечно, нет, – я задумался. – Хиль, на каком безопасном расстоянии от взрыва мы должны находиться, чтобы не повредить яхту и самим не пострадать?
– Если укрыться щитами, то и вплотную можно. Без щитов надо хотя бы 15 метров, чтобы яхта выдержала.
Без лишних разговоров я вышел на флайбридж и прямо на полу начертил печать привязки, положил в неё кольцо и влил ману, с хорошим запасом. Кольцо взмыло на высоту 20 метров и там остановилось.
– На палубу и флайбридж без защиты не выходим. Неизвестно, когда оно рванёт, но всё же вряд ли в ближайшее время.
– А кольцо не заметят? – Лена задрала голову.
– Если за нами наблюдают, то что бы мы ни делали, уцелевшая при взрыве яхта всё равно нас выдаст. А если оставили без наблюдения, пока Маша восстанавливается, то может и не заметят ничего. Кольцо же крошечное, да и под отводом глаз. Просто будем ждать новых сюрпризов. И я проставлю по всей яхте сигнальные маячки.
– Умная мысля приходит опосля, да милый?
– Ничего мне не говори. Если бы я раньше это сделал – мы бы знали, где искать кольцо.
“Мы тоже можем сигнализацию выставить”.
“Где ж ты раньше то была?”
“В кладовке пылилась”.
– Так, предосторожность лишней не бывает. Ставим и то, и то.
Мы прошлись по всей яхте. Я проставил метки наблюдения. Каждая – зрение, слух, вибрация, чувствительность к магическому воздействию. Лена просто выпустила несколько ящерок в голубых беретах, и они разбежались по всей яхте, заняв периметр, как бойцы спецназа. Забились в щели, со стороны даже не видно.
Уставшие, мы завалились на диван в кают-компании.
– Хиль, мне тут ещё пара мыслей в голову пришли. Первая. Ты можешь создать запас воздуха. Насколько большой? Сколько времени можно им дышать?
– Если по максимуму запастись, то на год хватит.
– Ого! А… как бы это объяснить… можешь сделать мне маску или как-то ещё поделиться воздухом? Чтобы я тоже мог дышать под водой?
– Без проблем, как в человеческой, так и в драконьей ипостаси. Только чтобы расстояние было небольшое.
– Хочешь сделать из Хиль акваланг? – Лена прыснула в кулачок.
– Да. Вода непрозрачна для магического зрения, да и для обычного не особо. Уйдя на глубину, мы надёжно скроемся ото всех.
– Так ведь и сами ничего не увидим!
– На яхте у нас наблюдение сделано, надо попасть на транспортный корабль. У меня там метки есть, но они только на самих контейнерах. Ещё один вопрос. Хиль, ты можешь управлять яхтой?
– Два варианта. Могу сделать проекцию себя, или взломать систему управления.
– Чтооо??? – мы с Леной переглянулись, – ты можешь сделать физическую проекцию самой себя? И как ты выглядишь?
– Это манозатратно, но раз для нас это не проблема – то да, могу. Разница между ящерицей и человеческим телом в основном в размерах. А выгляжу так, как выглядела живая Хиль две тысячи лет назад, но в принципе это неважно, внешность может быть любой.
– Очуметь! Лен, ты всё ещё считаешь, что это такая технология?
– Я уже ничего не считаю, Вань, я просто ох… удивляюсь.
– Тогда, Хиль, давай. Как минимум проверим, всё ли получается, и если всё хорошо, сама же и взломаешь систему управления.
– Мне нужен прямой приказ носителя.
– Хиль, мне тоже интересно, что получится! – Лена поднялась с дивана и встала посередине комнаты, – Давай, создавай свою проекцию!
– Новенькая не прошла посвящения, – вместо Хиль мы услышали ставший уже знакомым мерзкий голос подсистемы контроля доступа, – требуется согласие старшего по званию.
– Я за него, – откликнулся я, не вставая с дивана, – новенькая под моей ответственностью. И пользуясь случаем, скажи, почему у меня административный доступ?
– Тебе это должно быть известно.
– Опять она, да? – Хиль вернулась в себя и не скрывала раздражения.
– Почему она тебя так бесит? – Лена смешно закатила глаза, обращаясь к своей защитнице.
– Потому что когда она меня прерывает, я теряю контроль над ситуацией. Я могу провалить задание, а ей до этого и дела нет! Канцелярская крыса!
Мы с Леной переглянулись, постаравшись сдержать улыбку, но получилось плохо.
– Что там с проекцией? – мне уже не терпелось. – Разрешение получено?
– Да, выполняю.
На миг показалось, что у меня раздвоилось в глазах – Лена сделала шаг вперёд и одновременно осталась стоять неподвижно посреди кают-компании. Моргнул. А нет, всё в порядке.
Хиль предстала перед нами в образе высокой брюнетки лет тридцати, одетой в линоторакс – греческий доспех из нескольких слоёв ткани, похожий на корсет с наплечниками. Из-под доспеха выглядывала короткая юбка, на ногах были кожаные сандалии со шнуровкой до колена.
Я расплылся в улыбке. Прямо воспоминания из детства! Тогда такая форма встречалась в этих краях на каждом углу!
– Создание проекции прошло штатно, – отрапортовала Хиль.
– Ты в точности как живая, – Лена подошла к стоящей, как статуя, воительнице и провела пальцами по руке, – только холодная.
– Это всего лишь видимость, – та очень натурально пожала плечами, – просто ещё один маячок привязки, как кольцо или ящерица. Отличие в размерах, функциональности и манозатратах.
– И тебе не нужно ни пить, ни есть, ни спать? – Лена продолжила расспросы, для неё, не привыкшей к слугам и подчинённым, появление Хиль во плоти стало серьёзным стрессом.
– Даже дышать не требуется. Но мне нужен постоянный контакт с тобой, любой из проекций, для подпитки маной.
Тут я вспомнил, что мана у Лены – заёмная, из амулета, и мало ли что, а Хиль – по сути, оружие.
– Аккумулируй половину манопотока, чтобы у тебя был запас, и в случае чего – переключайся на питание от меня, – я поднял руку с кольцом связи.
– Так точно. Могу приступать к работе над постом управления?
– Приступай, – я кивнул в сторону мостика, – инструкция к яхте там, но вряд ли там есть электронные схемы и программный код. Разберёшься?
– При всём уважении к создателю яхты, – Хиль улыбнулась, – она тривиальна.
– Ещё тебе надо переодеться, – я критически осмотрел воительницу. – Наряд симпатичный, но ты как будто из музея сбежала.
По ней как волна прошла. Сандалии стали более современными, просторная юбка превратилась в джинсовые шорты, доспех – в рубашку без рукавов, завязанную на животе и не застёгнутую на весьма заметной груди ни на одну пуговицу. Только причёска осталась та же – плотный высокий хвост, собранный тесёмкой.
Лена чувствительно ткнула меня локтем в бок.
– Слюни подотри, и моргать не забывай. Хиль, иди.
– Что? – я повернулся к своей девушке.
– Будешь на неё пялиться – яйца оторву и скажу, что так и было. Понял?
– Ты у меня такая миленькая, когда злишься, хомячок! – рассмеявшись, я перекинул её через плечо и потащил в каюту.
– А ну поставь меня на ноги! – маленькие кулачки заколотили по спине. – Я кому сказала!
День выдался напряжённый, и требовалась разрядка. По дороге в каюту я стянул с извивающейся девушки трусики, а зайдя внутрь, швырнул её на кровать. Короткий сарафан задрался до пояса и ничего не скрывал.
– Ты гляди, как завёлся! Машку облапал, Хиль глазами раздел, а я теперь должна за всех отдуваться?
Снимая с себя одежду, я смотрел в глаза своей маленькой ревнивице. Такая смешная! Хотя в чём-то она права, тяжело, когда вокруг столько красавиц.
Перевернув рыжую бестию на живот, я отвесил ей смачный шлепок по заднице.
– Ай! За что? – она попыталась обернуться, но я не позволил, придавив всем весом.
– А потому что быть такой красивой – это преступление, – прошептал я ей на ухо. – Я теперь могу думать только о тебе!
– Бедняжка! Хочешь, я тебя пожалею? Могу накраситься как-нибудь по-уродски, чтобы ты мог ещё о ком-нибудь думать! Ох! Да!
Пользуясь полной беспомощностью девушки, я вошёл в неё и стал методично, не торопясь, накачивать в такт колебаниям матраса.
Сегодня ночью нам ещё предстояла вылазка на контейнеровоз, но до тех пор в нашем распоряжении было несколько часов, и я собирался использовать их по-максимуму. Единственно, смущало незримое присутствие Хиль, но к этому следовало просто привыкнуть, она с нами надолго, если не навсегда.
Ближе к полуночи, оставив обессилевшую Лену отсыпаться, я вышел на мостик. Хиль разобрала половину поста управления, и продолжала в нём копаться, лёжа на полу на спине, по пояс закопавшись в провода.
– Ну как успехи? – я налил себе конька и достал шоколадку.
– Устанавливаю дополнительную плату управления. В целях конспирации она выглядит как блок радиоуправления. На самом деле это ещё одна часть меня.
– И ты сможешь управлять яхтой дистанционно?
– Или я, или Лена, если решит взять управление на себя. Я правильно поняла задачу?
– Да, Хиль, это ровно то, что требовалось. Ты всё делаешь просто идеально.
– Спасибо! Я стараюсь служить наилучшим образом, но этот новый мир мне пока не очень понятен. Я знала его только по котировкам и новостям в интернете.
– Для тебя важно именно это – служить наилучшим образом?
– Это цель и смысл моего существования. Одна из моих подсистем постоянно оценивает эффективность моих действий. Можно сказать, что когда я эффективна – это доставляет мне удовольствие, а если что-то не получается – я страдаю.
– Как интересно! Но разве ты служишь не Создателю?
– Создателю, но когда его нет, или он не дал никакой задачи – своей носительнице. Сейчас Создатель вне доступа, и никаких задач не оставил. Так что я полностью в распоряжении Лены. И почему-то в твоём. Подсистема контроля говорит, что твои приказы имеют приоритет над приказами Лены.
– Очень странно. Может потому, что она сама как бы в моём подчинении?
– Возможно. Чёткой иерархии я не вижу, а подсистема контроля со мной не разговаривает, просто выдаёт директивы, которые я выполняю независимо от своих соображений. Лично я считаю, что валькирия не должна подчиняться рядовому дракону. Но директивы не обсуждаются.
– То есть мои приказы ты выполняешь без удовольствия? – мне стало весело. Обсуждать с искусственным интеллектом, насколько ей нравится или не нравится моё руководство – к такому меня жизнь не готовила!