Текст книги "Когда началась и когда закончилась Вторая мировая"

Автор книги: Андрей Паршев

Соавторы: Виктор Степаков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 49 страниц) [доступный отрывок для чтения: 20 страниц]

Первый документ генерала Маркоса гласил:

«Приказ №1

Главное командование партизан

Протокол №1

Жестокое преследование борцов и демократического народа со стороны раболепствующих перед англичанами монархофашистов и их органов, заставившее тысячи демократов уйти в горы, чтобы защищать свою жизнь, привело к нынешнему бурному развитию партизанского движения. Учитывая, что созрела необходимость создания координационного органа для руководства всей партизанской борьбой, решено:

создать Главное командование партизан, которому будут подчинены командования партизан Македонии, Фессалии, Румелии и Эпира.

Командный пункт Главного командования партизан.

26.X.1946 г.

Маркос»89.

Однако готовность ДАТ к проведению скоординированных, дерзких операций, сдерживалась нерешенностью вопроса о материально-технических поставках из-за рубежа.

На этот раз местом переговоров была выбрана Болгария, а посредником между КПГ и руководителями Советского Союза выступал Г. Димитров. В начале ноября 1946 года встреча сторон состоялась в Софии. Димитров отвечал на вопросы представителей греческой компартии Иоаннидиса и Русоса, весьма уклончиво. Его мнение сводилось к тому, чтобы «воздержаться от усиления партизанского движения в условиях зимнего периода и складывающегося международного положения. Одновременно ставилась задача перенести центр тяжести на массовую народную политическую борьбу и гибко использовать законные возможности, а также поддерживать связь партии с массами»90.

Из Софии представители греческой компартии возвращались в полнейшей растерянности от противоречивости позиции Кремля в греческом вопросе.

Между тем отсутствие принципиального решения Советского Союза относительно собственных интересов в Греции было продиктовано стремительно меняющейся ситуацией в большой политике. Процитируем историка А. А. Улуняна:

«Международные условия, главным элементом которых была прямая вовлеченность Великобритании и стоявших за ней США в греческие дела, не позволяли Сталину и его окружению допустить втягивание СССР в конфликт на европейском театре, где позиции Москвы цементировались создавшимся блоком народно-демократических режимов. К тому же участие Советского Союза в гражданской войне в Китае на стороне местной компартии сдерживало советское руководство, которое опасалось "распыления сил" от борьбы на два фронта. Таким образом, Москвой фактически была выбрана тактика "раскачивания маятника" в Греции с помощью наиболее сильного ее северного соседа – титовской Югославии»91.

В свою очередь осенью 1946 года димитровские инструкции для КПГ оказались уже явно запоздалыми. В Греции все сильнее разгоралось пламя гражданской войны. К тому же в сентябре этого года США направили в греческие территориальные воды ударную группу своих авианосцев. «Таким образом, Греция занимает первое место в новой внешней политике США.

Это следует из их решения послать по рекомендации министерства иностранных дел американские военно-морские силы во главе с крупнейшим авианосцем "Франклин Рузвельт" в греческие воды, чтобы поддержать английские силы в Греции», – так пояснило агентство Рейтер появление американского флота92.

ДАТ, несмотря на свою малочисленность и недостаток опытных офицерских кадров (в августе большинство видных военных бывшей ЭЛАС во главе с главнокомандующим С. Сарафисом были арестованы жандармерией), развернула боевые действия. В ноябре-декабре 1946 года отряды ДАТ в районах Скра, Архангелос, Спарты, Войо, Синяцико, Бурно, Грамос, Хасия и Антихасия нанесли поражения карательным отрядам и частям правительственных войск. Успехи партизан привлекли в их ряды много новых бойцов, что позволило значительно пополнить существующие части и приступить к формированию новых. Главнокомандование ДАГ выпустило воззвание, в котором, в частности, говорилось:

«Воля греческого народа задушена, и Греция в результате британской оккупации, поставившей у власти монархо-фашистов, лишилась свободы, демократии и национальной независимости. Жизнь, честь и имущество народа в опасности. Бойцы национального Сопротивления не могут спокойно жить и трудиться над восстановлением страны. Это обстоятельство и необходимость защитить жизнь заставила нас уйти в горы. На наших знаменах написано: "Свобода и демократия, целостность и независимость страны"»93.

Пополнение рядов и тактика избранная ДАГ – стремительные рейды, в ходе которых партизаны наносили внезапные удары по противнику, помогли провести дерзкую операцию. В конце года в северных районах страны партизанский отряд численностью свыше 2 тыс. человек, внезапной атакой захватил города Контса и Флорину. Целью операции являлось создание «освобожденной зоны», где могло бы находиться оппозиционное коммунистическое правительство страны. Но под давлением превосходящих сил противника партизаны были вынуждены отойти на территорию Югославии. Тем не менее, захват сразу двух городов продемонстрировал боевое умение и растущую силу ДАТ.

Однако партизан ожидал неприятный сюрприз. 31 декабря 1946 года И. Иоаннидис, находившийся в Белграде, получил шифровку от Г. Димитрова, в которой прямо говорилось: «В настоящий момент вы не должны рассчитывать на требуемую помощь и должны подождать»94 . Иоаннидис предложил Захариадису еще раз обратиться напрямую в Кремль, чтобы окончательно решить все вопросы, как политические, так и материально-технические. Это же предлагали сделать и югославы, «понимавшие, что Москва хочет переложить все бремя вооруженного конфликта на Белград, выступая лишь, как гарант ненападения на народно-демократические страны»95 . Кроме того, Иоаннидис решил обратиться к Димитрову, Готвальду, Торезу и Тито с просьбой, чтобы они поддержали обращение Захариадиса к Москве.

Тем временем противник готовил крупную военную операцию против ДАТ. В конце декабря 1946 года по решению англоамериканского объединенного штаба и под руководством главы английской военной миссии в Греции генерала Роллинса был разработан план операции «Терминиус». Операция преследовала две цели: первая – окружить и уничтожить партизан в центральной части Греции, вторая – если уничтожить партизан не удастся, то их следовало вытеснить в северные районы страны, что «должно было создать дипломатическую основу для доказательства агрессии против Греции извне»96.

Согласно плану операции боевые действия распространялись почти на всю территорию страны, за исключением Пелопоннеса и островов центральной и южной Румелии. Операция делилась на этапы. Основными из них были три, под кодовыми названиями «Аэтос» (Орел), «Иэракс» (Сокол) и «Коракс» (Ворона). Наступление планировалось развернуть вдоль Главного Пиндского хребта, протянувшегося от границы Албании до Коринфского залива. По подсчетам одного из разработчиков операции генерала Д. Зафиропулоса, площадь, контролируемая ДАТ, достигала в этих местах 26 тыс. кв. км.

К проведению операции привлекалось три армейских корпуса, жандармерия и полиция с тяжелым вооружением – танками, артиллерией и минометами. Боевой состав наступающих достигал 60 тыс. человек. Для поддержки наступления было выделено несколько авиасоединений.

Начало «Терминиуса» было намечено на весну 1947 года.

Наступивший 1947 год ДАТ встретил активизацией боевых действий, особенно в северной части Греции и Эпире. К этому времени силы греческих партизан насчитывали 23—25 тыс. человек, из них примерно 20 процентов составляли женщины97.

Начало года был отмечено многочисленными диверсиями на стратегически важной железнодорожной магистрали Афины-Салоники. Партизаны неоднократно взрывали железнодорожное полотно и мосты, нападали на станции. В результате диверсий отдельные участки дороги оказались надолго выведенными из строя. Продолжалась и излюбленная партизанская тактика – стремительные рейды и внезапная атака объекта. Так, в ночь на 13 февраля 1947 года отряд ДАТ численностью в 150 человек атаковал Спарту, захватил городскую тюрьму, где освободил 176 приговоренных к казни коммунистов, среди которых было 6 женщин.

Кроме того, с начала этого года ДАТ стала получать материально-техническую помощь по линии братских компартий. В январе были получены 100 тыс. фунтов стерлингов от английской компартии. К началу февраля пришла финансовая помощь от болгарских коммунистов. Компартия Югославии содействовала в создании в Белграде конспиративной радиостанция «Свободная Греция» и устройстве нелегального ЦК КПГ (в начале апреля 1947 года в Белград прибыл Н. Захариадис, но партийная пропаганда еще долгое время поддерживала слух, что он скрывается в Афинах). Помимо этого югославы приступили к активному снабжению партизан оружием и боеприпасами. Из Югославии «поставлялось по большей части советское оружие: автоматы, минометы, огнеметы, полевые артиллерийские и зенитные орудия. Партизаны имели в своем распоряжении несколько сторожевых кораблей и даже подводную лодку итальянского происхождения, доставлявшую им грузы военного назначения»98 . В свою очередь КПГ продолжал настойчиво «бомбардировать» Москву просьбами о материально-технической помощи. В начале января Н. Захариадис вновь направил на имя Сталина специальное послание, в котором просил оказать скорейшее содействие партизанам, обосновывая это тем, что «борьба имеет в действительности большое значение для демократической борьбы всех народов»99.

В новом году противостояние заметно активизировалась и на политическом фронте. Действия отрядов ДАТ с баз расположенных в Югославии, артиллерийские обстрелы греческих городов, производимые партизанами с сопредельной территории, вынудили Афины еще в декабре 1946 года, обратиться в Совет Безопасности ООН с жалобой на вмешательство во внутренние дела Греции соседних стран, прежде всего Югославии. В жалобе утверждалось, что они «поддерживают ожесточенные партизанские действия, ведущиеся в настоящее время в Северной Греции»100 . Совет Безопасности принял решение о создании специальной комиссии для изучения вопроса.

В конце февраля английское министерство иностранных дел, уступив напору американцев, информировало Вашингтон о «согласии Великобритании передать США оказание помощи Греции»101.

12 марта 1947 года президент США Г. Трумэн направил конгрессу послание, в котором выдвинул программу военной и экономической помощи Греции и Турции. В своем послании он, в частности, заявил:

«Самому существованию греческого государства угрожают сегодня многие тысячи вооруженных людей, которые под руководством Коммунистической партии Греции игнорируют власть правительства в некоторых частях страны. (…) Греческая армия мала и плохо вооружена. Чтобы восстановить власть правительства на всей территории Греции, нужно обеспечить ее оружием и боеприпасами. Необходимо действовать немедленно и решительно»102.

Однако за идеологическим обоснованием, по образному выражению историка А. А. Улуняна, «смены караула», стояли и другие причины американского вмешательства в дела третьих стран. Прежде всего, столкновение геополитических интересов США и Москвы в горячих регионах Европы и Азии. И поэтому в случае с Грецией от Вашингтона требовалось активизация действий по скорейшему подавлению коммунистического восстания.

Началом усиления антипартизанских акций стали успешные действия полиции и жандармерии по разгрому законспирированного коммунистического подполья в ряде городов в центральной части страны. Например, 15 марта в Ларисе полиция вышла на след и обезвредила группу подпольщиков, занимавшихся диверсиями на железной дороге. В Афинах и Салониках прошли массовые аресты сторонников ЭАМ.

Свои действия активизировали также и политические организации монархического толка. 20 марта боевиками монархических военных организаций в Салониках был убит кандидат в члены Политбюро ЦК КПГ Я. Зевгос. 20 мая того же года при загадочных обстоятельствах смерть настигнет еще одного видного деятеля компартии – Г. Сяндоса. Одновременно с убийством Зевгоса в городе Гитион боевики проникли в тюрьму, где жестоко расправились с 33 политзаключенными. 29 марта в Салониках боевики ворвались в типографию коммунистической газеты «Агонистис» и выстрелами в упор убили 3 и ранили 7 работников газеты.

В конце марта правительство М. Максимоса, пришедшее к власти в январе 1947 года, провело успешную операцию по стратегической дезинформации. В ряде центральных афинских газет появилось вымышленное интервью И. В. Сталина, в котором открыто, говорилось о поддержке Советским Союзом народно-демократических стран в деле расчленения Греции103 . На подобную провокацию Советское правительство ответило тем, что немедленно отозвало в Москву почти весь персонал своего посольства в Афинах, включая посла Родионова.

1 апреля 1947 года умер король Георг II. Молодого престолонаследника Павла I впервые показали публике на похоронах его дяди. Новый монарх произвел впечатление человека решительного и бескомпромиссного. Его твердая фраза, произнесенная над гробом родственника: «Коммунистов не потерплю!» была с восторгом воспринята всеми, кто присутствовал на печальной церемонии.

После королевских похорон, правительство Максимоса приступило к реализации оперативного плана «Терминиус».

5 апреля в северной части Румелии начался первый этап – операция «Аэтос». Правительственные войска заняли исходные позиции для наступления. В город Волос, где находился греческий оперативный штаб для координации действий прибыли английский генерал Грей, американские морской и военный атташе. 9 апреля войска перешли в наступление, стремясь окружить части ДАТ, насчитывающие около 10 тыс. человек. Авиация противника, поддерживая наступление, активно обстреливала и бомбила возможные места скопления и предполагаемые лагеря партизан. Бомбардировкой с воздуха было полностью уничтожено село Трикокя в районе Дескати. Однако окружение не удалось. 11—12 апреля партизаны, находившиеся в междуречье Ахелос и Мегдовы, совершили успешный маневр, и вышли в район Рентина, оказавшись в тылу, наступающего противника. Частям ДАТ оперирующим в районе горного массива Козякаса также удалось избежать окружения. Успешным действиям партизан против правительственных войск, в значительной мере способствовали удары отрядов ДАТ в других районах страны, нанесенные по приказу генерала Маркоса. Нападения и диверсии партизан были проведены в Рентине, Румелии, Пелопоннесе, Фракии, Восточной и Западной Македонии. Таким образом, операция «Аэтос» не достигла поставленной цели. Успех партизан был вынужден признать и противник. Генерал Д. Зафиропулос отметил:

«Отряды партизан точно выполняли приказы своего командования, успешно применив методы партизанской тактики, состоящие в том, что когда враг наступает, партизаны отступают, когда же враг отступает, партизаны нападают»104.

1 мая 1947 года правительственные войска приступили к выполнению операции «Иэракс», второго этапа плана «Терминимус». На этот раз удар наносился по районам Гревены, Хасии и Антихасии в Западной Македонии, где по подсчетам греческой разведки, находилось около 2,5 тыс. партизан. 11 мая войска перешли в наступление. Замысел операции был прежний – уничтожить или отбросить партизан к албанской границе.

Отряды партизан, действовавшие в районах Хасии и Антихасии, под командованием А. Ипсилантиса и Палеологу (3. Димитриос), сдерживая заслонами, продвижение противника, постепенно отступали на запад, в глубь горного массива Орлякас. Этот труднодоступный горный массив был идеальным местом для ведения партизанских действий и выход из окружения здесь не представлял больших затруднений. 20 мая партизаны с боем прорвали вражеское кольцо, и вышли в свободный от противника район Войон.

Однако приказа на оставление районов, вследствие недостатка надежных радиосредств, эти партизанские отряды не получили, а действовали в соответствии с обстановкой. Командующий войсками ДАГ в Западной Македонии С. Протопапас (Кикицас) пришел в неописуемую ярость, когда узнал об отступлении отрядов. Он считал оставленные районы крайне важными для дальнейшей вооруженной борьбы партизан. «Только ослы не могут хорошо сражаться в горах!» – в гневе заявил генерал (эта генеральская фраза быстро стала «крылатой»). Пропопапас приказал командирам отступивших отрядов возвратиться в районы Хасии и Антихасии и надежно удерживать их.

Подчиняясь приказу оба отряда, совершив многодневный, трудный переход через горные массивы Войо, Синяцико и Бурино, вышли в район Хасия, где были плотно обложены правительственными войсками близ села Эмилианос. Ожесточенный бой длился целый день. Только с наступлением ночи партизанам, понесшим значительные потери убитыми и ранеными, удалось вновь прорваться из окружения и отступить в район Амарбей. Отсюда остатки отрядов, совершив героический переход через горные массивы Пиерия, Вермион и Кайманселан, лишь в начале июня достигли района Грамоса, где соединились с частями ДАГ.

В середине мая, когда правительственные войска действовали против отрядов Ипсилантиса и Палеологу, в Румелии и ряде других мест, части ДАГ нанесли противнику серию сильных ударов. Так, в Румелии соединения под командованием Диамантиса и Белиса в ходе наступательной операции, нанесли противнику потери и захватили большое количество оружия, в том числе 22 миномета, 372 ручных пулемета, а также много боеприпасов, снаряжения и продовольствия.

По времени, начало проведения операции «Иэракс», совпало с приездом в Москву Н. Захариадиса. 13 мая он подготовил специальную записку «К положению в Греции». В ней приводились «ориентиры руководства КПГ на ближайшую перспективу: внутреннее положение в Греции благоприятно для победы ДАГ, которая в состоянии мобилизовать до 50 тыс. человек; задача вооруженной борьбы заключается в установлении народно-демократического режима; помощь Советского Союза греческим партизанам станет гарантией их победы»105 . Записка Захариадиса была предоставлена для прочтения И. В. Сталину, В. М. Молотову, А. А. Жданову, Л. П. Берия, А. И. Микояну, Г. М. Маленкову и Н. А. Вознесенскому.

В 20-х числах мая состоялась встреча Захариадиса со Сталиным. Иосиф Виссарионович принял гостя тепло. Беседа была довольно обстоятельной, но непродолжительной. На ней Захариадис изложил Сталину стратегическую цель ДАГ: создание в Македонии военно-политического плацдарма и объявления его государством, аналогом «Свободной Греции» периода гитлеровской оккупации. «Свободная территория не в глухой горной местности, а в одной из основных, с точки зрения политико-экономического значения, области. Это будет сильнейший удар по монархо-фашистам и их англо-американским хозяевам!» – горячо говорил Генсек КПГ. «Македония, насколько мне известно, приграничная область, – отозвался Сталин.

– Как посмотрят на создание такого государства Югославия и Болгария?» – «В апреле я разговаривал на эту тему с товарищем Тито. В принципе он не возражает. Думаю, что со стороны болгарских товарищей возражений тоже не последует», – ответил Захариадис. «Хорошо», – помолчав, сказал Сталин. Беседа завершилась обсуждением вопросов военной и политической поддержки греческих партизан со стороны СССР.

На этот раз поездка Генсека КПГ в Москву дала большой результат. От Кремля были получены гарантии военных поставок и политической поддержки. В шифровке экстренно отправленной членам Политбюро КПГ, находившимся в Греции, значилось: «Кукос (Захариадис – Авт.) встретился со Стариком (Сталин – Авт.), во время встречи окончательно обсудили наши вопросы. Результатами этих обсуждений мы должны быть полностью удовлетворены»106 . Как пишет историк А. А. Улунян: «в это время Москва рассчитывала, что греческая компартия сможет сковать англо-американцев в Европе, не допустив их активного вмешательства в китайский конфликт на Дальнем Востоке. Более того, сам факт гражданской войны на европейском континенте повышал престиж Сталина, который не допустил подобного в советской зоне ответственности в Восточной Европе»107.

После переговоров в Москве Захариадис вернулся в Белград, где имел обстоятельную беседу с руководством Югославии. В шифровке, направленной в ЦК ВКП(б), он отмечал, что «я обсуждал с югославскими товарищами проблему связанную с транспортировкой материалов. Они обещали устроить это дело. Имейте в виду, чем быстрее мы получим этот материал, тем будет лучше»108 . В начале июня 1947 года вопрос о поставках греческим партизанам «материалов» стал предметом специальной встречи министра иностранных дел СССР В. М. Молотова и секретаря ЦК Коммунистической партии Югославии (КПЮ) А. Ранковича. На встрече Молотову была вручена просьба КПГ, о поставках из Советского Союза 50 млн винтовочных патронов, 15 млн автоматных патронов и 20 горных орудий. Кроме того, Ранкович прямо заявил о том, что Югославия больше не в состоянии снабжать греческих партизан оружием и боеприпасами за счет резервов собственной армии, поскольку они на исходе109.

Следующим шагом Н. Захариадиса стало усиление политической работы в ДАГ, направленное на укрепление воинской дисциплины и исправления существующих недостатков в военном деле. В начале лета соответствующие директивы им были направлены на имя генерала Маркоса и Л. Стрингоса, ответственного за политработу в ДАТ. В одной из своих директив Захариадис в категорической форме требовал искоренить в рядах ДАТ дух партизанщины, применяя для этого любые меры воздействия, вплоть до расстрела виновного. «В военном деле дисциплина одна из составляющих победы», – писал «Неистовый Никос», выполняя свое обещание, данное товарищу Сталину (стоит сказать, что со стороны партизан факты грабежей и насилий в отношении местного населения, были не таким уж и редким явлением).

«Указанные недостатки будут преодолены по мере усиления политической и военной работы, а главным образом развития операций на основе более широких штабных планов. К числу недостатков относится также наличие некоторых нехороших традиций ЭЛАС (линейная оборона, стягивание сил, отступление)», – в ответной шифровке заверил Захариадиса Л. Стрингос110.

В конце июня 1947 года руководство КПГ заявило о необходимости создания Временного демократического правительства Свободной Греции. Это заявление было сделано членом Политбюро ЦК КПГ М. Порфирогенисом на съезде Французской коммунистической партии в Страсбурге. Вслед за тем в Греции стало известно, что уже начата подготовка к сформированию кабинета правительства на свободных территориях. Об этом объявил командующий ДАТ генерал Маркос. Сам же Н. Захариадис в эти дни находился в Софии, где обсуждал с одним из секретарей болгарской компартии вопросы, связанные с усилением вооруженной борьбы. На встрече был, затронут вопрос об участии в боевых действиях интернационалистических формирований. Лидер КПГ рассчитывал добиться решающего успеха уже к середине 1947 года.

Неудачи военных операций «Аэтос», «Иэракс» и угрожающие заявления видных деятелей КПГ, вызвали соответствующую реакцию в официальных афинских кругах. Правительство Д. Максимоса прибегло к превентивным мерам – арестам лидеров, активистов и сторонников КПГ, ЭАМ и вообще левого блока. 8 июля только в одной лишь столице полиция арестовала 2613 человек. Среди задержанных были секретарь ЦК ЭАМ М. Парцалидис, его жена, член ЦК ЭАМ К. Гавриилидис, лидеры Социалистической партии Илепулос и Алексиу, общественный деятель Я. Кардатос и др. К 17 июля в Афинах и Пирее число арестованных достигло 7 тыс. человек. В других городах за решетку было брошено еще 8 тыс. левых и их сторонников.

Продолжались и военные операции против партизан. 22 июня 1947 года состоялось специальное военное совещание под председательством короля Павла I. Греческий генералитет, присутствующий на нем, лишний раз смог убедиться в решительности молодого монарха и его крутом нраве. Король обрушился с резкой критикой на предыдущие действия военных, назвав их «неуклюжими», «робкими», «лишенными настойчивости и напора». При разносе высших военных чинов больше всех почему-то попало генералу Д. Зафиропулосу, управление войсками которого Павел I сравнил с «игрой на скрипке мужицкой сандалией». Свою гневную речь монарх завершил фразой, ставшей, к этому времени, широко известной всей Греции. «Только ослы не могут хорошо сражаться в горах!» – заявил Павел I, видимо, не подозревая, что авторство фразы принадлежит его заклятому врагу.

На совещании было решено бросить против партизан все наличные силы. Пристыженные генералы заверили монарха, что с помощью поступившего из США тяжелого вооружения, прежде всего новейших самолетов, быстро разгромят «банды красных негодяев».

26 июня начался третий этап плана «Терминиус» – операция «Коракс». Наступление правительственных войск, располагавших тяжелой артиллерией, танками и крупными силами авиации, развернулось в районе Грамоса, где теперь находилась основная база ДАТ.

С первых же дней наступления войска встретили упорное сопротивление партизан. Бои приняли ожесточенный характер.

В начале июля положение частей ДАТ заметно ухудшилось. Начал сказываться численный перевес сил противника и его вооружение. Вражеская авиация безнаказанно бомбила позиции партизан, громила населенные пункты в их тылу. Атаки правительственных войск становились все настойчивее.

Партизаны начали отступать. Вскоре возникла опасность полного окружения. Чтобы вырваться из кольца командование ДАТ провело блестящую операцию, под названием «Эпирский маневр».

8 июля 6 партизанских батальонов получили приказ начать атаку в направлении Эпира. Прорвать кольцо окружения в районе горы Змоликаса удалось лишь батальону под командованием Барбаляса. Затем партизаны, совершив ночной марш, скрытно переправились через реку Сарантапоро и в районе горного массива Грамос, присоединились к основным силам ДАТ.

Попытки прорыва оставшихся 5 батальонов были отбиты. Противник, встревоженный активными действиями партизан в этом районе, спешно перебросил сюда крупные силы, ослабив другие участки. Но именно эту задачу – ввести противника в заблуждение, и ставило перед собой командование ДАТ, чей план предусматривал нанесение главного удара в противоположном направлении и имел целью коренным образом изменить весь ход военных действий111.

Ночью 12 июля две партизанские группировки – Западномакедонская и Эпирская, одновременным ударом прорвали оборону врага в районе города Коница. К утру 13 июля они вышли в тыл противника в районе Загори. Это позволило им практически беспрепятственно начать движение в направлении Янины – центрального города Эпира. Днем партизаны находились от него на расстояние 20 км. Власти Янины охватила паника. Начальник местной полиции Гондонолупос, первым вскочил в автомобиль и с криком: «Красные идут!» резво укатил из города. Встревоженный Павел I, узнав о приближении партизан к Янине, связался по телефону с командующим 2-м армейским корпусом генералом Калогеропулосом, и испытал настоящий шок, когда получил подтверждение, что действительно городу угрожает серьезная опасность.

Успешно проведенный «Эпирский маневр» партизан, по признанию генерала Д. Зафиропулоса, «опрокинул планы национальных сил в момент их решительной попытки. Ибо продиктовал вынужденную ориентацию сил, с одной стороны, в направлении Эпира для предотвращения нависшей над Яниной угрозы, а с другой – в направлении г. Гревена для усиления его гарнизона и обеспечения этого важного стратегического центра»112.

Действительно, для защиты от партизан двух важных стратегических центров греческий Генштаб был вынужден начать переброску войск из занятых в ходе осуществления плана «Терминимус» районов Вайо, Грамос, Змоликас.

После переброски войсковых частей эти районы немедленно перешли под контроль ДАТ. Тем самым буквально в один день, были перечеркнуты все результаты, которых добились правительственные войска в ходе проведения операций «Аэтос», «Иэракс» и «Коракс».

Однако выйдя на оперативный простор группировки ДАГ не сумели использовать благоприятную обстановку для дальнейших наступательных действий. Вместо захвата Янины, а также города Коницы, они ограничились сосредоточением в указанных командованием районах, отделились друг от друга, потеряв возможность наступать объединенными силами.

Как оказалась, это был крупный просчет партизан. Генерал Зафиропулос писал:

«Развитие событий доказало, что одна лишь угроза, нависшая над местными военными объектами, заставила генштаб армии отозвать в срочном порядке войска из главного района операции – Грамоса и сосредоточить их в Эпире. Нет сомнений, что результаты этого маневра (т.е. «Эпирского маневра» ДАГ – Авт.) были бы более решительными и их влияние на общее развитие боевых действий больше, если бы этот наступательный маневр перерос в наступление против Коницы и Янины, ибо их гарнизоны были ничтожными, и командование партизан имело точные данные о них, полученные от пленных.

(…) Маневры крупными силами в большой глубине не должны быть ограничены лишь угрожающими движениями в тылу врага, основная их цель – атака против объектов, имеющих наибольшее военное значение»113.

По существу к такому же выводу впоследствии пришло и командование ДАТ.

22 июля 1947 года операция «Коракс», не выполнив поставленной задачи, была завершена. В ходе ее проведения правительственные войска потеряли убитыми, ранеными и пленными свыше 3 тыс. человек. Потери ДАТ составили 554 бойца, в том числе убитыми – 77114.

Таким образом, весь план «Терминиус» потерпел полный провал. Причиной этого, по мнению одного из руководителей американской военной миссии в Греции полковника Миксона, стал низкий уровень командования, отсутствие дисциплины и наступательного духа в правительственных войсках. Генерал Д. Зафиропулос также признал, что их командный состав оказался «не в состоянии понять тактику ДАГ», в частности «связь между отдельными действиями партизан»115 . Подтверждением этим выводам служит «чистка», устроенная в греческой армии после завершения операции «Коракс». Она коснулась не только командиров многих частей и подразделений, но и высшего звена офицерского состава. В отставку были уволены командиры 8-й и 15-й дивизий, генеральный инспектор министерства обороны и т.д.

В свою очередь, план Н. Захариадиса добиться решающего успеха к середине 1947 года, тоже остался нереализованным. Ввиду того, что правительственные войска имели превосходство десять к одному в живой силе и технике, ДАГ оказалась не в состоянии нанести им сокрушительного поражения. Нехватка сил особенно четко заявила о себе в конце июля. Воспользовавшись провалом очередной операции правительственных войск, партизаны решили сами перейти в наступление. Командование частями ДАТ в Западной Македонии получило приказ об овладении городом Гревена. Наступление обернулось неудачей. Малочисленные отряды партизан были с потерями отбиты гарнизоном города.