Текст книги "Многослов-1: Книга, с которой можно разговаривать"

Автор книги: Андрей Максимов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 33 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

МУДРОСТЬ

Нам представляется, что мудрость – это нечто глубокое, значимое, очень серьезное. Нам кажется, что мудрый означает много поживший, много передумавший и непременно добрый человек.

Того, кто употребляет свой ум на недобрые дела, мы называем хитрым, пронырливым. На добрые советы – мудрым. В нашем понимании мудрец не должен действовать, он обязан размышлять и учить других, как жить.

Мудрец – кто-то, живущий над нами и при этом умеющий правильно, точно и добро оценивать нас и нашу жизнь, которая слишком часто нам представляется нелепой.

То есть каждый из нас (и я в том числе) убежден: мудрец – это кто-то другой, а не я.

Любой из нас, в каком бы возрасте он ни находился, может заявить и себе, и другим: я недостаточно знаю жизнь, я недостаточно умен, наконец, у меня так мало времени, что я вынужден действовать больше, чем размышлять. Вывод? Конечно, я – не мудрец.

Человек легко может сказать о себе: я – сильный или я – умный; чуть сложнее произнести: я – талантливый, чуть проще: я – профессиональный.

Но никто не решится сказать о себе: я – мудрый.

Мы убеждены, что мудрый – это тот, кто хорошо изучил жизнь и ее законы. Признаться самому себе в таком знании довольно трудно. Поэтому, когда мы ищем мудрость, мы стараемся отыскать ее где-то на стороне.

Человек хочет найти мудрость у других, потому что не знает, как отыскать ее в самом себе.

При этом каждый из нас хотел бы быть мудрым, уже хотя бы потому, что спокойный и мудрый взгляд на мир облегчает жизнь. Но возможно ли достичь цели, если ты изначально убежден, что не достигнешь ее никогда?

Мне кажется, есть критерий мудрости, который способен обрести любой человек.

На мой взгляд, мудрость – это умение отличать те жизненные препятствия, на преодоление которых нужно тратить только физические силы, от тех, на устранение которых нужно потратить еще и силы душевные.

Если мы не подключаем душевные силы на преодоление жизненных препятствий, то самое страшное, что может нас ожидать, – это физическая усталость, которая легко лечится отдыхом.

Но как только для уничтожения проблемы мы подключаем душевные силы, здесь и начинаются страдания. Где не подключена душа, там не может быть страданий.

Ребенок получил в школе двойку. Продавщица обхамила в магазине. Вас уволили с работы, но вы – молоды, полны сил и у вас масса перспектив...

Да, Боже мой! Есть множество примеров жизненных неурядиц, которые можно либо вовсе не замечать, либо преодолевать с помощью понятных физическихдействий.

С ребенком поговорить для собственного успокоения, прекрасно понимая, что двойка в школе – это не трагедия. От продавщицы отойти. Немедленно начать искать новую работу. И так далее.

Есть, конечно, возвышенное понимание мудрости, о котором один философ сказал, что это «есть познание истинного добра и любовь к нему», а другой, что это «есть искусство смотреть на вещи со всех сторон».

Спорить с подобными философскими сентенциями бесполезно, равно как весьма бессмысленно разбираться в том, как такой мудрости достичь.

Я не претендую на звание философа. Мне кажется, что в практической жизни необходимо понимать, что душевные силы, с одной стороны, беспредельны, но с другой – любая трата их очень существенно отражается на человеке.

Не подключать свои душевные силы в тех ситуациях, когда этого не требуется, – значит сохранить их для каких-то других, значительно более важных дел.

Душевные силы дает нам Бог. И когда говорят: не надо, мол, поминать Господа всуе, мне кажется, имеется в виду не только то, что не надо Его все время упоминать, но гораздо более важное: не надо Его постоянно тревожить и просить о помощи.

Мудрость – это умение жить так, чтобы Богу не было стыдно за твою жизнь.

Это трудно. Это включает огромное количество поступков и «не поступков».

Но главный шаг к этому, на мой взгляд, понять, что в жизни важно, а что – нет, и на что следует тратить свою душу, а что этого не достойно.

Мне представляется, это может сделать каждый человек. Во всяком случае,любой способен к этому стремиться.

Поэтому мудрое отношение к жизни может быть свойственно и молодым, и пожилым. Хотя пожилые люди чаще бывают мудрыми, потому что им помогает обрести мудрость опыт. Но, если мы почитаем ранние стихи великих поэтов – того же Пушкина или Лермонтова, – мы убедимся в том, что мудрость – вовсе не прерогатива возраста.

И уж в чем я совершенно уверен: мудрыми могут быть и мужчины, и женщины.

Мужчина и женщина –неплохое словосочетание для обсуждения. Продолжим наши беседы?

МУЖЧИНА И ЖЕНЩИНА

Эта глава написана лишь для грустной констатации безусловного факта: мы живем в мире, где различия между мужчиной и женщиной не просто размыты, а отсутствуют вовсе.

Различия стирались постепенно. Долгое время мужчина был охотником, добытчиком, женщина – хранительницей домашнего очага. Такой традиционный взгляд существовал веками.

Но потом цивилизация развилась до такой степени, что женщине понадобилось доказывать свое равенство с мужчинами. В меньшей степени она делала это в области науки, литературы и искусства, в большей – в области революционной борьбы и любви.

В своей борьбе женщина преуспела. Скажем, современников Льва Толстого в романе «Анна Каренина» поражала не только сама по себе любовная история, но и то, что женщина, оказывается, может иметь право на собственный выбор. На знаменитый вопрос Достоевского: «Вошь ли я дрожащая или право имею?» – женщина веками отвечала: «Вошь». Мол, сделана из ребра – и знай свое место.

Сегодня женщины сравнялись с мужчинами, что называется, «по всем статьям», однако с каким-то подозрительным упорством они продолжают бороться за свое равенство. Хотя, куда уж равнее, если даже женщина-президент никого не удивляет?

В борьбе различий полов последними сдались физиологические отличия. Казалось бы, уж против Бога, против природы не попрешь. Куда там! Операции по изменению пола постепенно становятся столь же привычными, как вырезание аппендицита.

Мы живем в мире, где между мужчиной и женщиной нет никакой разницы.

Можно, конечно, говорить о том, что это – ужасно, что это – против Бога: мол, раз Господь создал нас разными, значит, так тому и быть.

Можно много разных слов произносить, однако, как писал мой любимый Григорий Горин, такой вывод – это хуже, чем правда, так оно и есть на самом деле.

Мы много говорим о тех непоправимых изменениях, которые принесла цивилизация в области экологии, вооружений и так далее. Между тем уравнение полов – изменение куда более серьезное. Последствия, к которым оно приведет, может быть, внешне и не так заметны, но могут оказаться губительны.

На мой взгляд, уравнение полов – это как раз признак того, что изменения, которые принес прогресс, – необратимы. Мы не просто меняем жизнь, мы меняем самих себя.

Удивительно, но в такой ситуации стойко держится любовь,не переставая, как мы уже сказали, быть самой собой. Есть в этой хрупкой любви некая сила, которая позволяет ей не меняться, что бы вокруг ни творилось.

Разумеется, есть люди, которые живут, исходя из того, что мужчина и женщина – это, как говорится, две большие разницы. Но, во-первых, их становится все меньше. А во-вторых, что самое удивительное, – все больше становится тех, кто живет, исходя из того, что такой разницы нет.

Понятно, что наш мир становится все менее романтичным, и тех, кто не видит разницы между полами, будет становиться все больше и больше.

Куда это все приведет и чем дело кончится, мы знать не можем. Думать – пожалуйста.

Думать вообще никому не возбраняется. Например, о том, что значит «думать».

Помыслить о мысли –неплохое занятие, не так ли? Приступим.

МЫСЛЬ

Мысль – это открытие.

Там, где банальность, повтор общеизвестных формул, там нет мысли.

Открытие – это то, что позволяет по-другому, по-новому взглянуть на дорогу нашей жизни или на людей, которые сопровождают нас в этом пути.

Всем нам известный вскрик: «Хорошая мысль!» – рождается именно тогда, когда необходимо что-то изменить: либо в своем восприятии жизни, либо в своем движении по жизни.

Субъективно говоря, мысли не бывают великие или мелкие. Любое открытие, которое человек делает – пусть даже только лишь для самого себя, – может оказаться достойным нашего внимания.

Поэтому нельзя смеяться даже над забавными открытиями, которые делает ребенок. Важно не то, насколько велика и оригинальна его мысль, главное – она есть, маленький человек мыслит!

Любой мыслящий человек заслуживает уважения.

Однако, объективно говоря, есть мысли, которые являются открытием лишь для данного конкретного человека, и те, что являются открытием для многих людей.

Человечество движется мыслителями, то есть – открытиями.

Если угодно, мысли – это те колеса, благодаря которым движение человечества не останавливается. Представьте себе, что у людей перестали рождаться мысли, которые являются открытиями не для одного человека, а для многих. Человечество застопорится, остановится. Ему не на чем будет двигаться.

Если человек рождает мысль для самого себя, то ему совершенно необязательно уметь ее формулировать.

Если же эта мысль – открытие для других, то очень важно уметь ее сформулировать. Любое открытие погибает, если человек не умеет его объяснить.

Тем не менее есть люди, которые столь ловко и красиво научились говорить, что собеседник может принять за мысль абсолютную банальность.

Умение мыслить можно сымитировать с помощью слов.

Понять: мысль перед вами или ее имитация – не так уж сложно. Нужно отбросить словесную шелуху и задаться вопросом: «А есть ли во всем этом потоке слов и эмоций открытие лично для вас?»

Лев Толстой заметил: «Все дело в мыслях. Мысль начало всего. И мыслями можно управлять. И потому главное дело совершенствования: работать над мыслями». Работать над мыслями! – это поразительно правильные и мудрые слова! (Приятно ведь, правда, между прочим похвалить гения?)

Однако есть одно «но». (Не менее приятно, не правда ли, хоть чуть-чуть полемизировать с гением?)

Мыслить, как и самосовершенствоваться, не обязательно.

Если человечество движется мыслями, то есть открытиями, то у каждого отдельного человека – свой способ передвижения.Есть множество людей, которые всю жизнь пользуются чужими открытиями и прекрасно себя чувствуют.

Мы еще поговорим о том, что умным человекомбыть довольно трудно. Дуракам легче. Однако все равно все хотят быть умными, то есть мыслить – рождать открытия.

Ну что ж, тогда нужно слушаться Льва Николаевича. (Послушаться гения – занятие уж точно замечательное, не так ли?) И заниматься не только своей карьерой или собственным телом, но и своими мыслями.

Н

НАВЯЗЧИВОСТЬ

Как вы отнесетесь к человеку, который попытается вас изнасиловать?

Глупый вопрос, не так ли? Всеми силами попробуете от него отбиться, при этом будете справедливо убеждены, что против насильника хороши любые средства. А если силы не равны, постараетесь убежать.

Следующий вопрос: что такое навязчивость?

Навязчивость – это насилие над вашим временем, умом, нервами.

Почему же к навязчивым людям мы относимся гораздо более терпимо, нежели к насильникам?

Конечно, насилие над телом – зримо, оно, так сказать, видно невооруженным глазом. Но разве насилие над временем, умом и нервами менее опасно?

Еще вопрос: если человек пытается вас изнасиловать, то кто будет определять – насилие это или нет: он или вы? Насильник или жертва?

Опять же, соглашусь, вопрос – не больно-то разумный. Разумеется, вы. Даже если насильник станет утверждать, что таким образом хотел проявить к вам свои самые пылкие чувства, вы все равно дадите ему отпор и будете правы.

Почему же столь часто мы хотим оправдать навязчивых людей? Ведь навязчивость процветает в нашем мире только благодаря нашей терпимости.

Навязчивость – это насилие. А от насильника надо либо убегать, либо оказывать ему сопротивление.

Третьего, как говорится, не дано. Уговаривать насильника – значит потакать ему. И если в рассуждениях о насилии физическом этот вывод не безусловен (известны случаи, когда женщины уговаривали насильника отпустить их), то когда речь идет о навязчивости, вывод безусловен и однозначен.

С людьми, которые кажутся вам навязчивыми, разговаривать не надо.Навязчивым людям не надо оставлять никакой надежды.

А кому – надо?

Сейчас о надеждепоговорим и выясним.

НАДЕЖДА

Надежда – это спасительная рука, которую протягивает нам Господь, когда нам кажется, что мы утонули в житейском море.

Афоризм «надежда умирает последней» говорит именно об этом: понятно, что помощь Бога «умереть» не может вовсе.

Когда нам кажется, что житейское море поглотило нас вовсе, что еще мгновение, и мы просто захлебнемся в его водах, появляется Бог и как бы спрашивает нас: не забыл ли ты, человек, – все, что делается в этом мире, делается по Моей Воле? Что ж ты отчаиваешься?

Надежда – от Бога, а не от людей или от обстоятельств. Поэтому нет ничего более нелепого, чем анализировать надежду и проверять ее на прочность.

Надежда не принадлежит реальности, она дается нам как знак того, что мы в этом мире не одни и есть Высшая Воля, Которая за нами следит.

Надежда – поддержка для души, а не для разума. И она не имеет ничего общего со словом «план».

Когда человек составляет план действий, даже план выхода из сложной ситуации, вера в Бога ему, конечно, помогает, но надеяться он должен только на самого себя.

Но вот когда надежды на себя уже нет, и кажется, что море поглотило тебя с головой, тогда-то и появляется настоящая надежда.

Надежда успокаивает нас, а не подвигает к чему-то.

Надежда – не шанс, а лекарство.

Шанс мы должны дать себе сами. А уж потом уповать на надежду.

Когда болен близкий человек и мы сделали все для его выздоровления, что нам остается? Надеяться на то, что либо Бог даст выздоровление, либо Он подарит нам встречу в другом мире.

Когда, затевая какое-то сложное предприятие, мы сделали все, чтобы оно получилось, нам остается только надеяться на помощь Высших Сил.

Но стоит ли стараться самому, если можно положиться на Бога? Так ли уж права пословица: «На Бога надейся, а сам не плошай»?

Здесь, как и вообще в жизни, рецептов нет: каждый делает выбор сам.

Но, когда вы надеетесь только на Господа, не надо удивляться, что Он вам не помог, – Он ведь не обещал вам помогать. Не лучше ли все-таки попробовать самому?

Когда мы заявляем, например: «Есть надежда на то, что наши футболисты выйдут в следующий круг соревнований», – мы лукавим, мы как быперекладываем на Бога то, что должны делать спортсмены.

Когда человек говорит: «Я надеюсь, что у меня хватит бензина доехать до бензоколонки», – он как быперекладывает на Бога ответственность за собственное разгильдяйство.

Если водитель такси говорит вам: «Я надеюсь довезти вас до нужного места без аварии», – не надо садиться к нему в машину. Водитель должен быть уверен, что вас довезет.

Режиссер спектакля или фильма должен верить, что у него будет успех, то есть в первую очередь – верить в собственные силы.

Верующий человек в помощь Бога верит всегда, а вот надеется на помощь в конкретной ситуации, когда его собственный ресурс исчерпан.

Не случайно мы так часто употребляем вместе слова: надежда и вера. Значит, эти слова – не синонимы. Значит, они обозначают разное.

Верить можно в Бога, можно в собственные силы, можно – в удачу, можно во все это вместе.

Надеяться – только на помощь Господа.

Если мы сделали не все возможное для того, чтобы выйти на дорогу, ведущую к счастью, надежда может нас расхолаживать.

Если мы сделали все, надежда будет нас поддерживать.

Поэтому, как мне кажется, надеяться не всегда не вредно, а только в тех ситуациях, когда действительно больше ничего другого не остается.

Так что надежда только притворяется таким приятным словом, иногда она расхолаживает.

А вот следующее слово явно очень противное. Или нет? Поговорим о наказании.

НАКАЗАНИЕ

Скажу честно: я долго мучался над тем, как определить это слово. Не потому, что смысла не понимаю, а потому, что звучит определение уж больно некрасиво.

Мучался, мучался... Красиво не получилось. Получилось вот как.

Наказание – это зло, которое мы сознательно приносим тому человеку (или людям), которые принесли зло нам, чтобы они свое зло лучше запомнили и больше не повторяли.

Вона как!

Наказание не столько борется со злом, сколько его множит.

Особенно ясно это видно на примере государственной системы наказаний. Вы совершили то, что государство считает злом. Оно поймало вас за руку и на ваше зло ответило своим, лишив вас свободы. Конечно, есть люди, которых тюрьма исправила. Однако не меньше (если не больше) тех, кого тюрьма испортила окончательно.

Мы знаем, что и в реальной жизни наказание совсем не всегда помогает человеку осознать его проступок. Очень часто оно вызывает обиду и озлобление.

Так что, отменить, что ли, все наказания, раз они зло множат?

Невозможное дело. Люди так устроены, что, если они не будут бояться расплаты за зло, которое совершают сознательно, мир просто рухнет.

Прожить жизнь, ни разу никого не наказав, невозможно.

Как же быть?

Понимая, что наказание множит зло, – относиться к его применению осторожно и в государственных делах, и в личной жизни.

К сожалению, мы привыкли к тому, что наказание – штука совершенно естественная, и готовы наказывать всех подряд, не особо задумываясь над смыслом наказаний: своих детей и посторонних, ближайших родственников, подчиненных... В общем, если у человека есть возможность кого-то наказать, он, как правило, не преминет ею воспользоваться.

Логика наша при этом такова: нам кажется, что, если человек совершил проступок и понес за него наказание, он больше такой проступок не повторит.

Эта логика верна при следующих условиях:

1. Если человек действительно совершил проступок. То есть мы его предупреждали, что так делать нельзя, а он все равно сделал.

Если нет договоренности, то есть законов жизни государства ли, двух людей или коллектива, тогда закон нельзя преступить. А если нет преступления, не может быть и наказания.

Например, некоторые родители больше любят наказывать детей, чем объяснять им, что можно делать, а что нельзя. Ребенок привыкает к этому, принимает наказание как неизбежное зло и снова повторяет одни и те же ошибки.

В юриспруденции незнание законов не освобождает от ответственности. В бытовой жизни – освобождает. Если вы не договорились с человеком или группой людей о том, по каким законам строятся ваши отношения, нелепо наказывать их за то, что они этим законам не следуют.

Идеальное – это такое наказание, которое не вызывает у наказуемого ощущения несправедливости.

2. Эффект от наказания будет достигнут только в том случае, если оно действенно.

Тут ведь вот какая штука: очень часто мы наказываем кого-то не ради пользы дела, а ради... себя. Ради ощущения собственного величия; ради ощущения того, что мы боремся с недостатками; ради порядка, ради проформы...

Надо очень хорошо помнить: цель наказания не в наказании, а в том, чтобы человек понял и запомнил свой проступок и больше его не повторял.

А это произойдет только в том случае, если наказание действительно подействовало.

Наказание – дело сложное.

Среди читателей этой книги наверняка есть родители, и они прекрасно знают, как просто подчас совершает ребенок «преступление» и сколько надо потратить сил, нервов, фантазии и терпения, чтобы придумать и осуществить наказание!

Эх, если бы мы все истово верили в Бога и по-настоящему боялись Божьей кары! Как просто было бы тогда жить, и какой прекрасной была бы тогда жизнь!

Но – увы... Поэтому нужна кара человеческая, никуда от нее не денешься.

Однако, применяя наказание, надо всегда помнить: уж коли наказание – это сложное дело, которое множит зло, надо постараться, чтобы оно было максимально эффективным.

3. Наказание не должно приносить наслаждения тому, кто наказывает.

Поскольку наказание множит зло, оно не должно нравиться. Есть люди, которые получают огромное наслаждение, наказывая других. В этом случае наказание превращается в издевательство, а то и в пытку.

А теперь поговорим, собственно, о наслаждении.

НАСЛАЖДЕНИЕ

Для того чтобы определить вкус еды, скажем, шашлыка, у нас есть множество критериев: хорошо ли замаринован, зажарен, хорошее ли мясо.

Для того чтобы определить вкус жизни, у нас есть наслаждение.

Наслаждение – это критерий, по которому мы можем определить, «вкусная» ли у нас жизнь.

В тот момент, когда человек наслаждается чем-то, течение жизни как бы останавливается, и мы имеем возможность вглядеться в жизнь и любоваться ею.

Наслаждение – это пойманное счастье.Конечно, оно, в конце концов, улетит. Но некоторое время побудет у нас, как бы доказывая, что жизнь все-таки бывает «вкусной».

Понятно, что наслаждение – субъективно, равно как и еда не бывает вкусна для всех. Однако, как невозможно пировать на ходу, так же невозможно на ходу получать наслаждение.

Если человек не находит времени для того, чтобы получить наслаждение от жизни, значит, он проживает ее безвкусно.

При этом можно вершить великие дела, зарабатывать массу денег, становиться знаменитым... Но все это будет походить на еду в «фаст-фуде»: желудок набит, а вкуса нет.

Метафорически говоря, вкусовые рецепторы жизни, как мне кажется, находятся в душе. То есть любое наслаждение, даже физическое, это все равно душевноеотдохновение, душевныйпраздник.

Если человек не может или не умеет получать наслаждение от жизни, значит, душа его увяла.

Как человек не в состоянии обходиться долго без еды, так не может и жить без наслаждений. Для него противоестественно жить с «сухой душой». Мы нередко ругаем олигархов: зачем они, мол, скупают футбольные клубы и яхты, чего им не хватает? А не хватает им именно наслаждений.

Если не ошибаюсь, замечательному поэту Михаилу Светлову принадлежит фраза: «Я могу обойтись без необходимого, но не могу – без лишнего». Лишнее – это в том числе и наслаждение. Клубника после сытного обеда. Умный, интересный, но в практическом отношении бессмысленный разговор. Великий фильм или книга, которые, казалось бы, никак не влияют на нашу жизнь. Прогулка на закате по берегу моря – прогулка никуда, без конкретной цели. Ласки любимого человека, в которых, кроме наслаждения, никакого смысла и нет...

Интересно, что в словаре Даля есть такой глагол – «наслаждать», то есть приносить наслаждение. Нынче этот глагол почти не употребляется, и это симптоматично. Мы перестали наслаждать друг друга, у нас слишком много иных, кажущихся нам более важными занятий. Мы стали практичны и суетливы.

Суета, бесконечное движение к цели высушивают душу. Наслаждение оживляет ее. Никакого иного, практического смысла у наслаждения нет.

Но кто скажет, что этот смысл не важен или мал?

У человека, который никогда не знал наслаждений, всегда плохое настроение.

Настроение –вот какое хорошее слово! И по алфавиту как раз следующее.