355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Андрей Дворник » Отруби по локоть » Текст книги (страница 14)
Отруби по локоть
  • Текст добавлен: 9 сентября 2016, 18:45

Текст книги "Отруби по локоть"


Автор книги: Андрей Дворник



сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)

28. ШАНТАЖ

По-кошачьи извернувшись, Мич удачно приземлилась на ноги; хлопья сажи и пыли щедро сыпались из люка прямо ей на голову.

Парня в кабинке словно хватил паралич; черная с золотом, Мич сейчас здорово походила если не на Люцифера, то на его ближайшую сподвижницу уж точно.

Оторопь длилась мгновение. Мич завизжала в испуге: парень из-за подмышки выдернул кургузый пистолет, прицелился в Мич и, продолжая фиксировать ее взглядом, принялся шарить на пульте свободной рукой.

Зеленая рапира лазерного луча прошила стеклянную стенку перед парнем и вошла ему в грудь; он выронил пистолет и обмяк в кресле; откинутая голова упала на подголовник.

Мич осторожно посмотрела наверх. В люке, свесив ноги, сидел Порнов. В руках его полыхал изумрудный факел ибахобы.

– Ей на выручку летит маленький комарик, – процедил он, – и в руке его горит маленький фонарик… Отползай за угол. Сейчас я попробую эту штуку выключить.

Огненное лезвие запрыгало, втягиваясь в ибахобу, и крест-накрест развалило стеклянную стену кабинки; никаких других видимых разрушений укрощение диковинного оружия не нанесло.

– Что только не сделаешь ради красивой женщины, – сказал Порнов, спрыгнув вниз. Он выволок труп из кресла и воззрился на засыпанный стеклом пульт. Внимание его привлекла телефонная трубка красного цвета, лежащая в углублении под прозрачной крышкой.

– Сдается мне, это очень важная трубка, – объявил он, высаживая крышку локтем и поднимая трубку. – Представление начинается. Барышня, дайте Смольный!

Видимо, на том конце телефонного провода шутку не приняли; Порнов некоторое время слушал своего невидимого собеседника, затем довольно невежливо перебил:

– Не надо говорить о покойном такие гадости!.. Что значит – кто? Революционный матрос Порнов на проводе, мать вашу так! Сейчас буду устанавливать диктатуру пролетариата. Не поняли? Поясняю. Стоит мне только пальцем шевельнуть – и вся эта ваша халабуда взлетит на воздух. У меня в мешке десять кило ядерной взрывчатки. Если надо, могу в килотонны пересчитать.

В трубке что-то вновь сказали.

– Это не телефонный разговор, – отрезал Порнов. – Давайте диктуйте, как до вас добраться. Подъемник, переход, лифт, подъемник… И не вздумайте чудить, – мне терять нечего!

– Врешь, как дышишь, – с неудовольствием отметила Мич, когда Порнов бросил трубку на рычаг.

– Может, стоит что-нибудь и вправду заминировать? – задумчиво произнес Порнов. – Рискованно однако. Найдется какой-нибудь умелец, полезет к бомбе да и разнесет эту контору к такой-то матери.

Они выбрались из «бойлерной» и двинулись по указанному маршруту.

– Как ты думаешь, похоже это на взрыватель? – Порнов на ходу извлек из необъятных недр своего мешка дорожный маячок. Мич кивнула утвердительно: приборчик попискивал и подмигивал красным, как заправская бомба.

На недолгом пути им не встретилось ни одной живой души; видимо, руководство вняло угрозам Порнова и не хотело провоцировать ядерный конфликт.

Лифты и подъемники несли наших знакомых непрерывно вверх; коридоры, по которым они пробегали, становились все нарядней.

– Приехали, – сказал Порнов, когда двери лифта открылись посреди уж совсем полного благолепия: ковры на полу, дорогое дерево панелей на стенах, хрусталь светильников на потолке.

– Я не могу показаться на людях в таком виде, – с досадой сказала Мич, смотрясь в зеркальную стену лифта. – Я как-никак принцесса, а не Синдерелла…

– Ты ничего не понимаешь! Тебя под этой боевой раскраской даже мать родная не узнает, – Порнов схватил ее за руку и потащил по коридору, оставляя на белом ворсе ковров грязные следы. Мич прыгала на одной ноге, срывая с другой грязные лохмотья своей обувки.

– Где-то ты прав, – согласилась она. Порнов довольно хмыкнул: «а как же!», но Мич осталась верна себе. – Зачем народу знать, что Мич Том, наследная принцесса, связала свою судьбу с террористом?!

Порнов пропустил эту реплику мимо ушей; он на бегу читал таблички на дверях. «ЦУП», «Главный диспетчер», «Первый отдел»… Дверь с надписью «Центр Управления» распахнулась с приветливостью мышеловки, и наши чумазые герои вбежали в нее.

Добрый десяток голов разом повернулись им навстречу с настороженной опаской.

– Картина Репина «Не ждали!», – Порнов приветственно помахал им «детонатором» и быстро огляделся.

Помещение, куда они попали, более всего походило на зал игровых автоматов; куча самых разнообразных электронных устройств всех цветов радуги, с экранами и без, с ручками, кнопками, «мышами», трекболами и сенсорными досками издавали мерный мелодичный шум. Весь верх противоположной стены занимал огромный экран; зрелище, увиденное на нем, наполнило Порнова безмерной гордостью и ликованием.

По экрану, рыская и переваливаясь, как алкаш в сугробах, медленно полз вездеход. С расположенных по краям карты космических кораблей в машину лупили гирлянды молний. Временами они накрывали ее сплошным адским облаком кипящей плазмы Стекая на почву по десяткам цепей – громоотводов, плазма проторила за механической черепахой гладкую дорожку черной застывшей лавы Нельзя сказать, чтобы эта дорожка была прямой, как стрела. Местами, видимо, во время наиболее точных попаданий, она шла не столько вперед, сколько вбок. Тем не менее, общее ее направление читалось на карте без труда. Машина неумолимо двигалась к покатой сфере флагманского корабля.

– Мы успели, – с облегчением выдохнул Порнов. – Эй, кто-нибудь, отменить огонь!

Все находящиеся в комнате перевели взгляд с Порнова на стоящего неподалеку от него низкого коренастого мужчину. Окладистой бородой и огромной лысиной он здорово смахивал на Карла Маркса. Надо понимать, это и был начальник космопорта. Он отрицательно качнул головой:

– Мы не можем; это прерогатива Ее Превосходительства!

– Я щас здесь все разнесу! – начал было крыть лысого базаром Порнов, но тут Мич положила ему руку на плечо:

– Это не поможет! Они не контролируют корабли…

«Карл Маркс» согласно кивал в такт каждому ее слову; он не на шутку был испуган нервным поведением Порнова.

– Дайте мне связь с ней! – приказала Мич.

– Сию минуту!

– А мне – выпить чего-нибудь! – Порнов бухнулся в ближайшее кресло. Выругался, вытянул из-за спины мешок и бросил его на пол; у лысого подкосились ноги и холодный пот высыпал на лбу. Порнов посмотрел на лысого, потом на мешок, вспомнил что-то, показал лысому свою мигалку, показательно плюнул на гладкую полусферу ее крышки и принялся надраивать ее рукавом. – Если есть – «Мартини» или «Чинзано»!

Лысый срывающимся голосом отдал распоряжение. Экран на стене тотчас разделился на две половины; на одной тут же возникла уменьшенная копия прежней картины; вторая же половина некоторое время оставалась темной.

Затем на ней возникла огромная незнакомая физиономия в фуражке с кокардой; Порнов так понял, что это адъютант Ее Превосходительства.

– Ее Высочество желает узнать, по какому поводу ее смеют беспокоить в столь неурочный час.

– Братан, скажи своей телке, что мы ее щас взрывать будем, – подал голос из кресла Порнов.

– Дайте же ему выпить! – гневно приказала Мич лысому. – Порнов, это уже МОЕ дело!

– Дайте же мне выпить, – Порнов не счел нужным пререкаться с Мич.

– Слушай внимательно, – обратилась Мич к безуспешно пытающемуся осмыслить слова Порнова «братану». – Семафор шестнадцать сорок, турбо, элита, плюс.

Теперь глаза на экране ошалело моргали уже на принцессу; через секунду экран погас.

– Дошло, наконец, – проворчала Мич и повернулась к Порнову. Тот смотрел на просвет принесенную бутылку; затем принялся исследовать пробку, – проверял целостность упаковки. – Специально для тебя поясняю: это младший офицер. Твое заявление, даже будь оно разумно изложено, дойдет по назначению в лучшем случае к вечеру. Иерархически организованное делопроизводство, короче говоря.

Сейчас узнаем, не устарел ли мой пароль входа в эту бюрократическую систему…

Порнов отвинтил пробку и, пошарив в мешке – опять общее замирание в комнате – вытащил оттуда железную кружку. Налил граммов двадцать, ополоснул кружку и вылил содержимое прямо себе под ноги; Мич с извиняющимся выражением лица посмотрела на окружающих. Не обращая на это внимания, Порнов сосредоточенно наполнил кружку до краев. Истово перекрестился и отпил большой глоток.

– Ядри ее! – искренне восхитился он и протянул кружку Мич. – Хошь сглотнуть?

– Твои способы преодоления комплексов наносят слишком сильный ущерб моей нервной системе, – сказала Мич, отодвигаясь. – Ты не мог бы вести себя если не более пристойно, то хотя бы поспокойнее?

– Щас поддам и лягу спать, – пообещал Порнов, прикладываясь к кружке.

– Только «бомбу» не вырони… террорист.

Тут на главном экране вновь появилась незнакомая мужская физиономия; судя по роскошному канту на тулье фуражки, рангом значительно выше предыдущей.

– Внимание, десятисекундная готовность! Сейчас с вами будет разговаривать Ее Высочество наследная принцесса Лео Том Хьюз. Постарайтесь четко изложить вашу просьбу…

– Вот спасибо, что предупредил! – Порнов торопливо наполнял кружку. – Главное, Мич, не забудь ей сказать, чтобы перестала палить по машине…

– Нишкни!

Экран моргнул; на нем появилось женское лицо. Порнов даже не сразу узнал его – настолько сильно исказилось оно при виде наших друзей. Злость, гнев и страх – плохая косметика; симпатичное в общем-то личико превратилось в уродливую и страшненькую рожицу Тилли-Вилли.

– Привет! – сказала Мич. – Прекрати лупить по машине. Это подставка. Я – в Центре.

– Прекратить огонь по автомобилю, – процедила Лео. – Цель – центр управления космопортом.

Начальник космопорта за сегодняшний день явно перебрал по части эмоций; он пошарил на груди под бородой, вытащил пилюльку и с хрустом сжевал ее.

– Вот только не надо меня пугать, – медленно произнесла Мич. – Посмотри-ка лучше на вот этот мешок у меня под ногами. Это – атомная мина. Как ты считаешь, хватит ли у меня смелости забрать тебя с собой к праотцам?

– Все там будем, – философски прибавил Порнов. – Щас допью и можно взрывать; так все надоело!

– Отставить огонь, – скомандовала Лео. – Сейчас я пошлю к тебе фантом; проверить, не блефуешь ли ты.

– Только этого не хватало, – пробормотала Мич так, чтобы сестра не видела. – Порнов, что делать?!

– Что делать, что делать… Сухари сушить! Твое шоу – тебе и карты в руки! – с пьяным гонором прошипел Порнов и, крутнув кресло, повернулся к Мич спиной.

Тут же воздух рядом с принцессой задрожал, как над электроплитой; прибыл фантом.

– Ну-ка, чем ты тут меня хочешь напугать? Какая мина; вот этот драный мешок? Чего это твой приятель так застеснялся, а? Пусть покажет. Ты, смерд, не бойся; мне твои вонючие пожитки ни к чему…

– Ты мэнэ нэ тычь, я ведь не Иван Кузьмич, – нарочито пьяненьким голосом отозвался Порнов, не спеша поворачиваясь в кресле.

В руках у него газовой горелкой уже сверкала ибахоба. Порнов даже вставать не стал. Подобно средневековому рыцарю на турнире, он одним движением огненного копья проткнул соперницу. Фантом исчез; но как бы молниеносно он это не сделал, Порнов заметил, как дернулось в болезненной гримаске лицо Лео на экране.

– Как ты посмел?! – очень натурально гневаясь, закричала Мич и украдкой подмигнула Порнову. – Поднять руку на королевскую дочь!!!

– Долбали мы таких царей! – нагло заявил Порнов. – Какое мне дело, чья она дочь, если я себя собираюсь подорвать?!! Попрощайтесь друг с дружкой. Лео, готовься к встрече на небесах; ух я тебя!… Да, Мич, как ты относишься к групповому сексу?!

– Останови своего психопата, – сказала Лео. То ли она и в самом деле поверила, что поднявший пусть даже на ее отражение руку смерд способен на все, то ли по какой другой причине, – только гонора в ее голосе значительно поубавилось.

– Никто не хотел умирать, – одобрительно заметил Порнов.

29. КОРОЛЬ

– Заткни свою глотку, а то я вобью в нее твои гнилые зубы, – окрысилась на него Лео. – Мич, больше никаких посягательств на твою жизнь не будет; эти люди – свидетели. Я даю тебе честное высочайшее слово. Выбирайся из своего логова и следуй на мой корабль. Я обещаю доставить тебя на Хатэдс в целости и сохранности…

– Не думаю, что кто-то из этих «свидетелей» переживет отлет твоего корабля; я тебе не верю. И, кроме того, ты, видимо, не отдаешь себе полностью отчета в сложившейся обстановке. Мне терять уже нечего, Порнову – тем более; мы взорвем эту бомбу, не раздумывая. Ядерное хранилище под нами; заряда хватит, чтобы началась цепная реакция. Тебе не уйти, даже если ты стартуешь сию секунду; взрыв достанет тебя еще в атмосфере! Он будет слишком страшен даже для тебя; ментальность лишь отсрочит твою гибель; вскоре ты последуешь прямиком за мной!

– Меня тоже не стоит пугать, – процедила Лео. Тут лицо ее слегка вздрогнуло. Очевидно, что-то там, на корабле, отвлекло ее внимание. – Сейчас мы тут все обсудим, и я приму решение.

Экран погас.

– Темнит она, по-моему, – с подозрением сказала Мич. – Когда это с кем она советовалась.

Лицо Лео на экране появилось почти сразу же.

– Хорошо, мы согласны выслушать твои условия, – видно было, что она что-то лихорадочно обдумывает.

– Условие одно-единственное: я хочу поговорить с отцом в твоем присутствии.

– Это невозможно! Это технически невозможно!

Продолжающий косить под пьяного Порнов сквозь смеженные веки продолжал внимательно наблюдать за Лео; поведение ее было странным. В то время, как лицо ее продолжало оставаться олимпийски спокойным, тело ее временами сотрясала непонятная дрожь; Порнов готов был руку дать на отсечение, что в эти моменты демоническая сестрица нетерпеливо переступает на месте.

– Тяни время, – сквозь сжатые зубы прошипел он.

– Допустим, что на твоем корабле нет линии правительственной связи; хотя я знаю, что есть, – продолжала разговор Мич. – Допустим. Тогда не мешай мне связаться с отцом отсюда; конечно, у местной станции возможности не те, что у твоей; но вечером, наверное, я смогу с ним поговорить.

«Молодец!» – мысленно поаплодировал ей Порнов, наблюдая за все более застывающим гипсом равнодушно-безразличной маски на лице Лео.

– Хорошо, – произнесла Лео. – Я попробую связать тебя с отцом. Что ты можешь предложить мне за это?

– Ничего, – сказала Мич. – Ничего, кроме твоей шкуры… Вот уже и сама не знаю, – а стоит ли овчинка выделки? После всего того, что ты со мной сделала, – с каким удовольствием я поджарила бы тебя, уничтожила, стерла в порошок!..

– С тебя станется! А где гарантия, что разговор с отцом – твое единственное требование, и других не последует?.

– Мое высочайшее слово. В отличие от тебя, я еще никому не давала повода усомниться в нем.

– Очень надеюсь, что твое общение с этим выродком не сильно отразилось на твоих принципах. Приготовься, сейчас будет связь с дворцом.

Четкая картинка с космодромом и вездеходом, расположенная рядом с физиономией Джей на второй половине экрана, покрылась сеткой помех. Когда картинка вновь восстановилась, на ней уже было нерезкое изображение богато обставленного кабинета. Еще через мгновение на экране возникло лицо мужчины средних лет. Ничего особенного, казалось, в нем не было. Однако обитатели центра управления, и без того старающиеся казаться малозаметными и не привлекать ничьего внимания, на сей раз буквально под столы полезли. Количество королевских особ на квадратный метр явно превысило все допустимые границы. «Пронеси, господи», – витало в воздухе.

Даже Порнов почувствовал некоторую неловкость. Секунду он боролся с немигающим властным взором короля; отвел взгляд и принялся исследовать этикетку на бутылке; сличал физиономию рыцаря на ней с лицом короля. Было очень похоже. Тот же тонкий прямой нос, острый подбородок, пристальный взгляд серых глаз.

– Что происходит, дети? – негромко раздалось с экрана. Порнов мигом почувствовал себя напроказившим щенком, крепко взятым за шиворот сильной дланью хозяина. Как он ни пытался преодолеть это ощущение, ничего у него не выходило.

– Мич, в каком ты виде?!! Слава богу, мать не видит; ее бы хватил сердечный приступ!

– Она взяла мою менталку и не отдает! – пожаловалась Мич; чувствовалось, что и ей знакомо ощущение сильной руки, держащей ее за шиворот.

– Ябеда!

– Замолчите; вас слышат посторонние, – прервал готовую вспыхнуть перепалку отец. – Мич, ты сейчас же вернешься на свою яхту; срок твоего изгнания удваивается!

Эта фраза словно обухом по голове ударила Мич. Она разом перестала воспринимать окружающее. Перед глазами поплыли белые круги. Затем во всем теле появилась приятная звенящая легкость; Мич потеряла сознание.

Порнов пулей вылетел из кресла и подхватил девушку; та безвольно обвисла у него на руках. Усадил ее в свое кресло. Несильно замахнулся, чтобы оплеухой привести ее в чувство, но оглянулся на экран и передумал. Приложился к горлышку бутылки, набрал выпивки в рот и фыркнул ею Мич в лицо.

– Папа!.. – простонала девушка, приходя в себя.

– Твой папа – фашист! – мрачно заявил Порнов. – Охота тебе все это слушать?! Здесь нас никто не любит. Время разбрасывать бомбы…

– Папа, ей помог сбежать этот выродок, – обратилась к отцу Лео. – Он поднял на меня руку!

– Отец, умоляю тебя выслушать меня! – вскричала Мич. – Я не буду убеждать тебя в своей невиновности, в том, что все подстроено, а судьи подкуплены… Те три года, что я провела в своей темнице, я молила бога лишь об одном. Об этой нашей встрече. И вот теперь, когда после стольких мук и страданий она наступила, ты отказываешь мне в моей последней просьбе!

– Я буду разговаривать с тобой только после того, как ты вернешься на свою яхту, – отрезал отец.

– Я никогда не вернусь туда! – запальчиво выкрикнула Мич. – Я лучше руки на себя наложу!..

– Она может, – поддакнула Лео. – И меня заодно угробит…

На бесстрастном лице короля у ушей проступили красные пятна; они ширились, захватывая щеки и распространяясь на верхнюю часть шеи; Их Величество явно не привыкли столь быстро менять свои решения.

– Что ты хочешь? – каждое слово король вытаскивал из себя, как занозу.

– Я хочу, чтобы ты сейчас, при мне, задал Лео один-единственный вопрос. Тот вопрос, который не смогли задать ей судьи в силу ее высочайшей неприкосновенности. Но ты, как отец, ты можешь задать его своей дочери. Пойми, только ты!

– Короче!!!

– Спроси ее, знала ли она о кубке до того, как все случилось! Я столько мечтала посмотреть на ее лживую физиономию в этот момент…

– Лео, что ты на это скажешь? – осведомился король, терпеливо выждав, когда Мич закончит свою тираду.

– Что я могу сказать? Подумай, разве я могла бы обмануть тебя?

– Мне что, и вправду повторить этот вопрос? – слова ложились тяжело и плотно, как кирпичи в кладку.

– Тут все слишком сложно; давай, мы к тебе придем завтра с Броу и все объяснить. Хорошо?

На короля было страшно смотреть.

– Очень хорошо, – наконец произнес он еще медленнее, чем прежде. – Просто здорово. Завтра, в это же время всем троим быть у меня. Подготовьтесь хорошо; от этого будет зависеть ваша судьба!

– Но я не смогу подготовиться ни хорошо, ни плохо! Лео замкнула на себя мою менталку; мне бы вообще в живых остаться! – возопила Мич. – Плюс к этому – мое поражение в правах; на меня все время давят твои заклятья; не проходит и часа, чтобы со мною не стряслась какая-нибудь гадость!

– Я распоряжусь, чтобы приговор пересмотрели; заклятья на время расследования нейтрализуют. Лео вернет тебе менталку немедленно. Все? Тогда – до завтра.

Экран вновь покрылся сетью помех; связь прервалась.

Правда, Порнову показалось, что напоследок в эфир прорвалось страдальческое: «Эти бабы сведут меня с ума!». Но Мич категорически отрицала возможность такого слабохарактерного поведения своего отца.

– Довольна? – злобно выкрикнула Лео. – Все сказала?!

– Все, – довольно осклабилась Мич. С души ее словно сняли тяжеленный камень, может быть, даже надгробную плиту; хотелось петь, плясать, поставить Порнова на голову и заставить дрыгать ногами.

– Тогда счастливо оставаться! – Лео уже не считала нужным скрывать своей спешки. Она исчезла с экрана; затем, что-то вспомнив, на секунду появилась вновь:

– Решила вернуть тебе менталку. Скоро она тебе ой как пригодится.

И добавила с непонятной издевкой:

– Слово короля – закон. Бедный папа!

И она, зайдясь в гомерическом смехе, вновь сгинула с экрана, на этот раз окончательно.

– Что это с ней случилось? – недоуменно осведомился Порнов. – И с папкой тут же связала, и менталку вернула… Я думал, у нее за просто так зимой снега не выпросишь; те-е-емнит, подруга…

Мич не слышала его. Ментальная сила возвращалась к ней. Дурман мощного лептонного поля нес ее через блистающие эмпиреи; искрящийся ветер трубил в ее венах; бело-розовая пена сказочных морей, диковинные танцы голубых звезд в черном атласе неба, тонкие спицы хрустальных лучей, сменяя друг друга, вставали перед ее взором…

Порнов вклинился в этот прекрасный сон с деликатностью уборщицы общественных туалетов.

– Смотри, как она рванула, – он грубо и сильно тряс разомлевшую девушку за плечо. – Даже отхода причальной мачты не дождалась, половину кабелей пообрывала!

Мич, как спросонья, посмотрела на экран: в рыже-красных клубах твердотопливных ускорителей посадочную площадку покидал последний эсминец королевской эскадры.

– Явное нарушение этикета, – сказала она. – Королевский крейсер всегда уходит последним. Сверху прикрывает эскадра, снизу – батареи космопорта.

– Может быть, нас боится? – предположил Порнов.

– Я ни разу не давала никому повода сомневаться в моем слове, – вспылила Мич. – Она прекрасно это знает; знаешь и ты!

– Не злись, – сказал Порнов. – Я не говорил, что сомневаюсь в твоем слове. Просто у меня сложилось впечатление, что что-то ее здорово припекло; слишком уж легко она согласилась на твои условия. Словно у нее земля под ногами горела…

Тут Порнов замолк на середине фразы, увидев, как у побледневшей Мич отваливается нижняя челюсть.

– Переиграла, мерзавка! – наконец смогла выговорить Мич. – Быстро наверх; да брось ты свой мешок, он уже не понадобится. – Сигнал об эвакуации, – крикнула она «Карлу Марксу», – и сигнал бедствия по всем диапазонам!

Ничего не понимающий персонал Центра наблюдал, как Ее Высочество в сопровождении своего экзотического спутника непристойной опрометью кинулись к лифту. «Карл Маркс» недоуменно пожал плечами, но отправился к селектору и повторил слова Мич; желание самому принимать решения после всего, что произошло, у него прочно атрофировалось.

Через минуту наши друзья были уже на поверхности космопорта; клубы пыли и дыма еще не рассеялись. Мич, недолго думая, устремилась прямо в них. Порнов, перхая, едва поспевал за нею. Вскоре перед ними оказалась одна из мачт причаливания; наверх вела лестница в ажурном ограждении.

– Стой здесь, я быстро, – скомандовала Мич и стала карабкаться наверх.

Порнов, кашляя и сморкаясь, оглядывался вокруг. Бескрайняя площадка космодрома внешне оставалась спокойной; пустынные пейзажи навевали тоскуй уныние.

– Нашего полку прибыло, – сообщила Мич, спускаясь; она торопилась и проезжала целые пролеты, скользя на руках по перилам.

– В смысле? – Порнов помог ей приземлиться, поймав за талию.

– Оказывается, не мы одни любим лазить в чужие квартиры через форточки… Циклопы идут!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю