Текст книги "Страж империи"

Автор книги: Андрей Буревой

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

От удивления я опустил фальшион и уставился на Кейтлин. Это кем же нужно быть, чтобы за пару мгновений создать двухуровневое заклинание?! Ведь по-любому именно так и обстоит дело: «Молниевые разряды» подавили сопротивление щита, и Гуса тут же приласкал «Сгусток Воздуха», скрывавшийся под оболочкой.

Леди меж тем не успокоилась. В охотников за головами полетел «Молниевый таран», на этот раз не маскирующийся под сферу, а принявший свою обычную форму – клиновидный воздушный сгусток прозрачно-голубого цвета с мелькающими в нем белыми искорками.

Задохлик отреагировал немедленно. Охотников за головами отгородила спешно возведенная «Стена Талоса», похожая на невесть откуда взявшийся смутно-прозрачный слой льда в пару футов толщиной. Хотя, конечно, это лишь зримый образ воплощенного заклинания, а не настоящий лед.

Мастерская работа, несомненно. Такое действие, да еще и выполненное в столь краткий срок, под силу магу не ниже четвертой ступени посвящения. Или выше… Видать, не соврал Гус, называя Джерода мастером…

Только Кейтлин было на это плевать. Первый «Молниевой таран», врезавшись в льдистую преграду, разбежался цепочками искр по всей поверхности защитного барьера и мгновенно утончил его на добрую треть.

– Бамбо, хватай Гуса – и уносим ноги! – взвизгнул задохлик, возвращая магической преграде первозданный вид, и стрелой вылетел из комнаты.

Тупоголовой бугай, услышав внятный призыв к действию, перестал топтаться на месте, потирая шею. Подхватив Гуса под мышку, он выскочил следом за магом-доходягой. А разъяренная Кейтлин, уничтожив «Молниевыми таранами» за четыре стука сердца «Стену Талоса», бросилась за улепетывающими охотниками за головами.

К сожалению, уже у дверей она опомнилась и резко остановилась. Прошипела:

– Ничего, все равно далеко не удерете. – И с ее руки сорвались три темно-фиолетовые звездочки, которые устремились вслед за уже выбежавшими из дома горе-охотниками.

Правда, меня их участь ничуть не заботила. Кейтлин повернулась ко мне и хлопнула в ладоши. «Щит Света» лишь едва заметно блеснул, а я вдруг оказался в центре полупрозрачной сферы. Ее стенки начали быстро сжиматься. Меня ждала незавидная участь – превращение в колобка… Довольно мучительная смерть, к которой приводит воздействие заклинания «Сжимающаяся сфера». Хотя и довольно быстрая.

– Нет-нет, – вдруг развеяла свое заклинание Кейтлин. – Нет… Так легко ты не отделаешься… – И, сформировав «Сгусток Воздуха», влепила в меня, совершенно не беспокоясь о моем здоровье.

Пока я приходил в себя после столкновения с совсем не мягкой стеной, возле которой прервался мой короткий полет, леди еще что-то удумала. Меня потянуло вверх. Там, наверху, упершись головой в потолок, я и повис. А под ногами сформировались два небольших шара примерно с фут в поперечнике. Бока одного, багрово-красного, сияли язычками пламени, а другого, льдисто-синего, исходили инеем.

«Вот живодерка!» – Моему возмущению не было предела, когда пятки начало припекать огнем и обжигать холодом.

«А я тебя предупреждал – не связывайся с этой стервой!» – съехидничал бес, с рожи которого не сходила довольная ухмылка.

– Ну что, мерзавец, нравится? – вопросила пышущая гневом Кейтлин и подошла поближе.

– Совсем не нравится, – заверил я стерву, пытаясь подтянуть ноги повыше и убрать их подальше от висящих внизу шаров.

– Ничего-ничего, это только начало, – утешила Кейтлин. – Дальше будет куда интересней.

– Сомневаюсь, – не поддержал я энтузиазм леди, так как ждать чего-то хорошего от демоницы просто глупо.

– А зря, – оскалившись, как какая-то хищница, проговорила леди. – Я заставлю тебя жестоко пожалеть о твоих злодеяниях. И твои дружки тоже получат. Чуть попозже.

– Они мне такие же друзья, как вам, – с трудом удерживаясь от возгласа боли, выпалил я. Тяжело стало концентрироваться на разговоре. Слишком уж невероятные ощущения терзали мою плоть. И не поймешь сразу, что хуже – опаляющий пламень или обжигающий холод.

– Тогда кто же это, если не твои приятели?

– Охотники за головами, – прохрипел я. – Они сэра Тайлер-ра ищут…

– Не лги мне, мерзавец! – потребовала озлобленная девица. – Зачем им бить меня по голове? И почему, скажи на милость, очнувшись, я не обнаружила на себе одежды?! А, мерзкое животное?!

– Уберите эти шары, и я вам все объясню! – взмолился я, видя безрезультатность своих попыток деть куда-то ноги. Я же не черепаха какая-нибудь, чтобы лапы в себя втягивать…

– Нет! – категорично отрезала леди. – Пощады не жди!

– Ну и иди ты к демонам! – вырвалось у меня. Как я могу что-то объяснять, когда от боли глаза на лоб лезут? Пусть уж лучше прибьет сразу, чем такое выносить…

Я переоценил свои муки. Это еще было ничего… А вот когда шары взмыли вверх и прилипли к моим ступням… Тогда-то я и ощутил всю прелесть пытки огнем и холодом. Сразу зашелся диким криком. Правда, почти беззвучным, так как не смог заставить себя разжать стиснутые зубы.

От жуткой боли меня всего затрусило, как какого-то припадочного. Да уж, славное продолжение там мило начавшегося утра…

– Ну как тебе? – ласково поинтересовалась Кейтлин, убирая от моих ступней свои злодейские шары. – Несравненное удовольствие, правда?

– Иди к демонам! – повторил я и приготовился к продолжению экзекуции.

– А может, это мне тебя отправить к демонам? – призадумалась Кейтлин.

Меня пробил холодный пот. Только очутиться в Нижнем мире для полного счастья не хватало.

– Делай что хочешь. – Я постарался сделать безразличный голос. – Все равно от такой злобной стервы ничего хорошего ждать не приходится.

– Это я злобная стерва?! – прошипела точь-в-точь как настоящая змея Кейтлин и полоснула меня яростным взглядом. – Да как у тебя язык поворачивается такое говорить после того, что ты сделал?!

– А я ничего не делал! – возразил я. – В гости никого не приглашал и членовредительством никому не грозил!

– А кто меня по голове ударил? – тут же спросила леди, видимо желая поквитаться еще и с виновником ее бесславного поражения.

– Одна моя знакомая зашла в гости. Увидев, что меня хотят лишить нужных частей тела, воспротивилась творящемуся произволу. Взяла вазу да огрела вас по голове, – объяснил я.

– И где эта твоя знакомая? – задала закономерный вопрос леди Кейтлин. – Что-то я ее здесь не замечаю!

– Ей пришлось тут же уйти, – пояснил я.

– С чего бы вдруг? – не поверила ни одному моему слову Кейтлин и полыхнула новой вспышкой злобы: – Чтобы ты мог спокойно меня раздеть со своими дружками?!

– Нет, просто за ней погоня была, – ответил я. – Она буквально на минутку забежала и умчалась. Пока ее серомундирники не заловили.

Кейтлин нахмурилась и с подозрением уставилась на меня.

– Третья управа ее ловит? Ты что же, хочешь сказать, это была Энжель ди Самери? Бред! – решительным взмахом руки отмела она все объяснения.

– Никакой это не бред, – возразил я. – Она просто зашла поблагодарить за вчерашнее.

– Ну допустим, – медленно кивнула девушка. – Пришла, ударила меня вазой по голове. Но в любом случае ей незачем было меня раздевать!

– Это была моя инициатива, – сознался я. – В дом вломились серомундирники. Я не придумал ничего лучше, кроме как спрятать Энжель под кроватью, предварительно уложив на нее вас для отвода глаз.

– Что?! – затряслась Кейтлин, едва сдерживая злость. – Ты еще и демонстрировал меня голую всем желающим?!

– Не было такого, – тут же ушел я в отказ. – Мы вас сразу покрывалом прикрыли.

– А одежду тогда зачем сняли?! – не собиралась успокаиваться леди, вновь впав в ярость.

– Ну не подумал… – повинился я. – Так быстро все завертелось…

– Ничего, теперь у тебя будет достаточно времени, чтобы пожалеть о своем скудоумии, – злым шепотом пообещала Кейтлин. – Не жить тебе, мерзавец!

– Так это было ясно еще до того, как в наш спор вмешалась Энжель, – криво усмехнувшись, заметил я.

– О чем ты? – недоуменно уставилась на меня девушка.

– Так об охоте на драконов, на которую вы возжелали меня отправить, – пояснил я. – Какие у меня были шансы? Да никаких. Я не маг, и в схватке с драконом меня ждала бы неминуемая гибель.

– Ты совсем больной, да? – с надеждой в голосе осведомилась Кейтлин. – Я же сказала тебе, идиот: мне нужно только твое обещание, а не его реальное исполнение!

– А-а, да, припоминаю что-то такое, – с сарказмом протянул я, чувствуя себя много лучше благодаря «ледку», постепенно изгнавшему боль из моего тела. – Кому-то хотелось выставить меня пустомелей, это понятно, да только почему вы считаете, что гордость имеется только у вас? Я хоть и не из благородных, а все же думаю, что лучше сдохнуть, выполняя обещанное, чем до конца жизни слыть пустым трепачом. – И ехидно рассмеялся: – К тому же приз вы предложили слишком уж завлекательный, дав слово принять от меня голову сумеречного дракона.

Леди приоткрыла рот, изумленно разглядывая свою жертву, и снова осторожно поинтересовалась:

– Ты совсем с головой не дружишь, стражник?

– Не больше вашего, – съязвил я. – Во всяком случае, до такого сумасшествия, как вызов девицы на дуэль, пока не дошел.

– Ладно, вернемся к главному, – поморщилась леди. – Значит, чтобы спрятать Энжель, ты предложил уложить меня в постель. Что дальше? Энжель одна меня раздевала?

– Нет, я тоже принял в этом увлекательном действе непосредственное участие, – не стал я лгать и вздохнул: – А вот одеть вас уже не смог…

– Почему же? – холодно поинтересовалась девушка, сузив глаза.

– Слюной боялся захлебнуться, – ответил я. – Очень уж вы привлекательны… А под «ледком» так вообще неотразимы…

Кейтлин возмущенно фыркнула, но хоть возобновлять пытку не стала.

– Дальше что?

– Потом серомундирники ушли, а следом и Энжель убежала. А пока я думал, как же с вами разобраться, приперлись охотники за головами. Тут вы и очнулись…

Кейтлин потерла лоб, размышляя над прозвучавшими объяснениями. Во мне затеплилась надежда, что конфликт все же будет улажен миром. Глаза-то у демоницы стали вполне человеческими – серо-зелеными. Успокоилась, похоже, малость… Тут она вспомнила наконец о том, что красуется передо мной обнаженной, и бросилась собирать одежду.

Хлопнула входная дверь. И тут же раздался возглас Роальда:

– Кэр?! Кэр, ты у себя?

– Да здесь он, здесь, – донесся до меня голос коменданта. Похоже, заявился вместе с десятником. – Я же повесил на него магическую метку, когда проводил лечение. Так что не переживай, никуда он от нас не денется.

Не дождавшись от меня ответа, Роальд сказал:

– Отсыпается, наверное, после всех этих мытарств.

– Наверное, – согласился с ним сэр Родерик и озабоченным голосом осведомился: – Ты мне лучше вот что скажи, десятник, – почему у крыльца привязана лошадь Кейтлин?

– Может, вы ошиблись? – неуверенно предположил Роальд. – С чего бы леди Кейтлин оказалась у Кэра дома?

– Да что же я, Пруффа не узнаю? – возмутился сэр Родерик. – Я же его и подарил Кейтлин на совершеннолетие.

А Кейтлин, замерев, уставилась на меня округлившимися глазами. И тут же заметалась по комнате с удвоенной энергией, на ходу пытаясь натянуть на себя одежду. Только вот ее замечательный замшевый костюм совсем не собирался ей помогать в этом деле и всячески сопротивлялся. Девушка аж запрыгала, пытаясь натянуть на себя свои облегающие, невероятно узкие штаны. Но, как ни крути, а часа-другого на одевание, как это водится у благородных девиц, у нее не было.

Заскрипела лестница под весом поднимающихся по ней людей. Осознав тщетность попыток одеться в столь сжатые сроки, Кейтлин прекратила суетиться и переключила все внимание на меня. Леди развеяла «Сгусток Воздуха» и опустила меня на пол, а затем, подскочив почти вплотную, прошипела на ухо:

– Задержи их, слышишь?!

Я молча кивнул. Чего уж тут непонятного? Кому ж охота предстать перед знакомыми в таком двусмысленном виде. И быстро поковылял из комнаты.

Успел. Выскочил на лестничную площадку прямо перед носом у Роальда и коменданта и захлопнул за собой дверь.

– О, Кэр, живой! – искренне обрадовался Роальд и в порыве чувств обнял меня.

– Ага, живой, – выдавил я из себя кривую ухмылку и, вспомнив об утренних перипетиях, добавил: – И это однозначно просто чудо!

– Ну-ну, не такое уж и чудо, – усмехнулся комендант и тут же осведомился: – А что у тебя дома делает Кейтлин?

– Кэйли? – переспросил я и пожал плечами. – Так ничего не делает. Отдыхает.

Но разыграть коменданта не вышло. Он зыркнул на меня и, нахмурившись, создал «Воздушную стену», которой прижал нас с Роальдом к перилам, а сам прошествовал в мою спальню.

– Кейтлин?! – раздался через миг его донельзя возмущенный возглас. И сэр Родерик тут же вымелся из комнаты, захлопнув за собой дверь с такой силой, что стены затряслись.

Замерев на лестничной площадке, комендант, насупившись, поглядел на меня и покачал головой. Но не прибил на месте, к чему я мысленно приготовился, а развеял «Воздушную стену». И, не говоря ни слова, стал спускаться по лестнице.

– Дедушка, постой, я все тебе объясню! – выскочила из комнаты почти одетая Кейтлин, одной рукой пытаясь застегнуть курточку, а в другой сжимая пояс с оружием.

– Нет, Кейтлин, – обернувшись, сурово молвил сэр Родерик. – Никаких объяснений! Это чересчур даже для тебя! – И, указав пальцем сначала на нее, а потом на меня, бесстрастно добавил: – И пока вы, двое, не разберетесь меж собой, как подобает, я вас обоих знать не желаю! – Произнеся эту убийственную фразу, благородный сэр спешно покинул мой дом. А Кейтлин, на прощанье бросив в мою сторону ласковый взгляд, в котором ясно читалось обещание вернуться чуть погодя и нарезать меня тупым ножом тонкими-тонкими ломтиками, выскочила за ним.

– Ну ты даешь, Кэр… – растерянно протянул Роальд, глядя вслед умотавшим благородным.

А я без сил опустился на ступеньку и обхватил голову руками. Ничего не хотелось. Кроме одного – понять, как же выпутаться из всего этого…

– Да ладно тебе, Кэр, не кручинься, – усевшись рядом, похлопал меня по плечу десятник. – Дело-то житейское. Ты не первый, кому приходится жениться из-за того, что его застукали на месте преступления родственники девицы.

– Да с чего жениться-то? – досадливо поморщился я.

– А что, думаешь, она отправит тебя на плаху? – встревожился Роальд. – Вроде сэр Родерик не говорил ничего плохого о своей внучке. Наоборот, хвалился по дороге, какая она у него умница-красавица. Очень целеустремленная и чуткая к чужим бедам. И уважительная. Про старика вот не забыла – приехала к деду, чтоб он помог ей подготовиться к экзамену на присвоение магистерской ступени в магическом искусстве.

Я нервно расхохотался. Понятно теперь, почему охотники за головами были вынуждены резко ретироваться! Умные просто. Во всяком случае, их маг не дурак. Совсем не дурак… В отличие от меня.

– Что ржешь-то? – проворчал Роальд. – Тут не до смеха.

– Это да… – вновь приуныл я: – Тут такое дело, Роальд… У меня ведь ничего не было с Кейтлин. Так что ни о какой женитьбе не может быть и речи.

– Да? – с сарказмом переспросил десятник. – А что она тогда у тебя в спальне делала? Случайно перепутала со своей и заскочила переодеться? – И недовольно буркнул: – Ты, Кэр, не хочешь ничего говорить, так не говори, а брехать не надо.

– Не было у нас ничего, – повторил я.

– Да неважно, успели вы с этим делом или нет, – отмахнулся Роальд. – Инициатива – она, того, тоже наказуема. Не просто же так леди Кейтлин разоблачилась в твоей спальне…

– Не просто… – с тоской протянул я. – Это я на пару с Энжель ее раздел…

– Ты о чем? – выпучил глаза Роальд. – С какой еще Энжель? – И ошеломленно потряс головой: – Вы что, втроем здесь развлекались? С Кейтлин и еще одной девушкой?

– Видал я такие развлечения, – думая о своем, буркнул я.

– Да… Не ожидал я от тебя такого, Кэр… Не знаю, как тебе теперь и помочь, – поскреб Роальд в затылке.

– Да какая тут помощь… – вздохнул я и мрачно пошутил: – Разве что подсобить приладить веревку к люстре…

– Ну глупости-то не выдумывай, – с тревогой заглянул мне в глаза десятник. – Не вешаться же теперь и впрямь. Рассосется как-нибудь… Женишься на… гм… на одной или на другой, и все уладится.

Ага, уладится. Как же… Сейчас Кейтлин догонит своего деда и все ему объяснит. И очень скоро они вернутся назад. И отнюдь не для того, чтобы настоять на свадьбе. Нет, просто прибьют на месте, да и все. Сэр Родерик явно церемониться не будет, когда узнает, что я позволил себе в отношении его внучки.

– Знаешь что, Роальд, топай-ка ты домой, – поднявшись со ступеньки, сказал я десятнику. – Нечего тебе встревать в это дело.

– Оставил я уже тебя без присмотра на несколько часов, так ты вон что учудил, – проворчал в ответ Роальд и покачал головой. – Нет уж, останусь. Чтобы и правда вместо свадьбы смертоубийства какого-нибудь не приключилось.

– Нет, серьезно, иди домой, – повторил я, не испытывая ни малейшего желания втравливать десятника в неприятности. И чуть схитрил: – Я ж все равно сейчас спать завалюсь. Дверь только за тобой на засов закрою, чтобы незваные гости не ломились, да и отправлюсь на боковую. А то вымотался со всеми этими проблемами так, что на ногах стоять сил нет.

– Правда, что ли, спать завалишься? – недоверчиво осведомился Роальд. – После всего-то случившегося?

– Да, – кивнул я. – Мне на самом деле нужно отдохнуть перед грядущей нервотрепкой. Да и тьер Кован хотел, чтобы я заглянул к нему сегодня пообщаться. А куда я попрусь выпивший да закинувшийся дурью? Эдак такого наболтать можно, что там меня и повяжут.

– Это да, – усмехнулся, чуть успокоившись, Роальд. – С третьей управой ухо нужно держать востро. Так закрутят – в том, чего не делал, сознаешься, лишь бы отвязались.

Я кивнул и стал медленно спускаться по лестнице, намекая таким немудреным способом Роальду, что надо бы ему выметаться из моего дома. Некрасиво, конечно, но иначе никак. Со мной-то все ясно – сам во всем виноват, а вот Роальд может пострадать ни за что, когда ко мне нагрянет разъяренный комендант со своей внучкой.

Десятник ушел, я задвинул засов на двери и, прислонившись к ней спиной, облегченно вздохнул. Порядок. Теперь можно спокойно готовиться к скорой смерти, ни за кого не волнуясь.

Вскарабкавшись на второй этаж, я уселся на кровать и поглядел на то, что сотворила с моими ступнями эта живодерка. Просто ужас – кожа почернела и стала похожа на корочку, какая бывает на запеченном в углях картофеле. Хорошо еще, боль не чувствую благодаря «Искристому льду». Хотя, наверное, это как раз и плохо. Лучше б я помучился малость с утра, чем угодил в такой переплет из-за своего нежелания терпеть боль.

Найдя валяющуюся у кровати злополучную коробочку с дурью, я на мгновение задумался. А затем, скривившись, со злостью запулил ее в окно. К демонам всю эту дурманящую разум гадость.

Конечно, это уже никак не могло мне помочь, я и так предостаточно дел натворил, но хоть душу отвел.

«Ты быстрей, быстрей собирайся! – поторопил объявившийся на подоконнике бес, когда я стал одеваться. – Времечко-то утекает!»

«А я никуда не опаздываю, – с неприязнью посмотрев на паршивца, буркнул я. – И не собираюсь бросаться в бега. Раз натворил дел, то отвечу за них».

«Ой осел, ой осел, – заметался по подоконнику бес. – И угораздило же меня с таким связаться…» Вдруг он резко остановился, с подозрением оглядел меня и спросил: «Или ты надеешься, что эту исключительно смазливую стервочку и впрямь за тебя замуж выдадут?» – И глумливо заржал.

«Да иди ты!» – разозлился я.

«Нет, ну скажи, правда жениться надумал?» – подскочил ко мне рогатый.

«Понадобится – женюсь! – сердито буркнул я. – Если, конечно, родня Кейтлин так поставит вопрос… Что в общем-то крайне маловероятно».

«Нет, ты не осел, – плюхнувшись на зад, констатировал бес и покачал башкой: – Ты еще хуже осла! Даже самому тупоголовому вислоухому не пришло бы в голову своим ходом отправиться на живодерню и предложить свою шкуру в подарок! Ты хоть понимаешь, что с тобой сделает эта демоница?!» Он скривился.

«А кто виноват в том, что мне теперь деваться некуда? – озлобившись, поинтересовался я. И сам же ответил на свой вопрос: – Ты и твоя бесовская дурь!»

«Я?!» – сощурился бес, хлеща себя по ногам хвостом.

«Именно ты! – подтвердил я. – По твоей милости я столько глупостей натворил, что хоть сейчас собирай манатки да иди дракона добывай! И такой поступок не будет несусветной дуростью, несмотря на его явную самоубийственность! Ибо только совершив такое безумство, я смогу рассчитывать на то, что дело решится свадьбой, а не кровью!»

«Да-а, все же редкостный ты осел, – задумчиво протянул бес, разглядывая меня и почесывая левый рог. – Хоть вози по городам и весям и выставляй напоказ эдакую диковинку… Денег бы заработали… – И, оскалившись, съехидничал: – Что ж ты суму не собираешь да не отправляешься за драконом-то?»

«Уже собирался бы, если бы не служба, – пробурчал я. – От повешения за дезертирство меня потом никто не спасет… А чтобы уволиться по правилам, больше декады понадобится. Да и какой из меня сейчас драконоборец, когда я и на холм взобраться не смогу, не то что по горам скакать». Я осторожно потрогал сожженную ступню.

«Так давай я решу эту проблемку», – тут же предложил развеселившийся бес.

«Каким образом? – не удержался я от сарказма. – Уберешь боль, и я смогу ничего не замечать, пока обожженные ноги не сгниют и не отвалятся?»

«Нет, – покачал башкой бес. – Подавлять болевые ощущения многие дни подряд совсем не дело. Зачем мне, спрашивается, такие хлопоты, когда я запросто могу подстегнуть восстановительные свойства твоего тела? И всего делов! Пара часов – и раны как не бывало! Разве что проголодаешься слегка».

Я поднял с пола шляпу и, критически оглядев беса, заметил: «Что-то не похож ты на моего ангела-хранителя… Скорее на нечисть поганую смахиваешь… А раз так, то с чего такая забота обо мне? Или предложишь душу заложить за исцеление?»

«Да далась мне твоя душа! – отмахнулся бес и довольно оскалился: – Мы же теперь с тобой наипервейшие друзья! В силу того, что ты обещался не изгонять меня! Ну а раз так, мне ничего не стоит малость тебе подсобить. Тем более что о твоем спасении сейчас речь не идет. Получишь смертельную рану – тогда да, задаром я тебе не помогу, не по правилам это. А то, что твои раны чуть быстрее заживут, так здесь ничего особенного нет. Они ведь все равно затянулись бы. А раньше или позже… Да кого это волнует?»

«О как», – криво усмехнулся я в ответ на «дружеское расположение» беса. Наглая рогатая скотина. Втравил меня в проблемы, а теперь доброхотом прикидывается. Ну да ничего, поквитаемся еще… А пока можно принять его предложение. Восстановиться мне сейчас не помешает. Да и правду он говорит – ничего сложного здесь нет. Вон любой достаточно искусный Одаренный может быстро восстановиться после ранения. Не говоря уже об императорских гвардейцах, которые за счет талиаров [3]3
  Талиар– существо, обычно из нелюди, передающее свои физические способности – силу, скорость, ловкость, жизнестойкость – другому посредством образованной с помощью магического ритуала связи.


[Закрыть]из оборотней имеют способность к практически мгновенному, происходящему прямо на глазах заживлению ран. В общем, моему телу нужен только толчок, как и говорит бес, а потом дело пойдет на лад. И никакой каверзы в этом нет.

«Долго думать-то будешь?» – недовольно осведомился рогатый.

«Да нет, – ответил я. – Можешь заняться восстановлением моего тела».

Рогатый прохвост на пару мгновений исчез, а когда объявился вновь, довольно заявил: «Готово! Через пару часов результат будет налицо! – И тут же присоветовал: – Жратву ищи, пока не поздно! А то ведь оголодаешь так, что как бы в людоеда не превратился!»

Кивнув, я оделся и поковылял вниз. Сначала в ванную – умыться, а потом уже на кухню – шарить по закромам. Разносолов, само собой, у меня не было, и потому пришлось довольствоваться малым. Отыскав небольшой кусочек ветчины и полбуханки зачерствевшего серого хлеба, выложил добычу на стол. Еще отрезав немного сыра от недавно купленного круга, я принялся сооружать бутерброды.

Устроившись на табурете у окна и сдвинув занавеску, я принялся набивать брюхо, наблюдая за происходящим на улице. Только вот аппетита не было. И совсем не потому, что меня не устраивала немудреная еда. Просто голод совсем не ощущался на фоне головной боли, возникшей из-за непрестанных дум. Что же теперь делать-то?..

«Лопай пошустрей и давай уже собирайся», – поторопил объявившийся на столе бес.

«Куда собираться?» – не понял я.

«Так за головой дракона, – мерзко заухмылялся рогатый проходимец. – Если, конечно, со своей головой совсем не дружишь».

Я только зло глянул на него и ничего не ответил. Бес хмыкнул и вкрадчиво то ли поинтересовался, то ли предложил: «А может, все-таки в бега?..»

«Глупый ты, бес, – вздохнул я. – Бегством ничего не решишь. Только еще хуже сделаешь».

«А ты – просто дурак! – фыркнул рогатый. – Надо смываться отсюда, пока есть возможность! А не ждать, когда маги тебя к ногтю прижмут! – Запрыгнув ко мне на левое плечо, принялся увещевать: – Да ты подумай, ну зачем тебе это нужно? Замучают тебя до смерти, вот и все. А на свете еще столько интересного… Зачем губить свою жизнь ни за что ни про что? Тем более сейчас, когда у тебя есть я и бумаги на двенадцать тысяч золотом! Да мы знаешь как сможем развернуться?! На золоте будем есть, на шелках спать, пить самые лучшие вина и наслаждаться первыми красавицами мира… Не жизнь будет, а сказка, я тебе обещаю! – Видя, что меня не очень-то впечатлила столь сладкая перспектива, с жаром продолжил: – Да через пару лет твоего отсутствия все сегодняшние проблемы просто исчезнут! И ты, если захочешь, сможешь вернуться сюда как настоящий герой – на белом коне! Будешь уже не каким-то стражником, а владетельным лордом! Да что там лордом – королем! И никто на тебя даже глянуть косо не посмеет! А эта премиленькая стервочка будет лебезить перед тобой и упрашивать уложить ее на спинку!»

«Это все?» – поинтересовался я, едва не рассмеявшись. Делец какой рогатый! Титул не купишь. И королевств свободных нет, чтобы провозгласить себя королем. Так что все это просто ничего не значащая болтовня. Но, не считая нужным спорить с бесом, я заметил, просто чтобы он отвязался со своими глупостями: «Ты забыл о том, что от магов не спрячешься. От города отъехать не успеем, как сэр Родерик нас заловит и оттащит на плаху».

Выбравшись из-за стола, я побрел в гостиную.

«Так я вмиг избавлю тебя от меток! – Бес перескочил с моего плеча на плетеную корзину, стоявшую у двери. – И никакие маги нас в жизни не отыщут!»

«От каких еще меток?» – не врубился я.

«От поисковых маркеров, – сказал бес и быстро пояснил, уже без всякой зауми: – Это фиговины такие, которые маги на тебя подсадили, чтобы отыскать без хлопот в любое время».

Впрочем, я и без объяснений уже понял, о чем он толкует, как только услышал знакомое название.

«И что, много их на мне?» – поинтересовался я, сообразив наконец, откуда незваные гостьи узнали, где меня искать.

«Так три. По одной от обеих девиц и от старика».

«Ясно, – протянул я и поторопил беса: – Так давай убирай их».

Рогатый скрылся с глаз и объявился вновь, когда я уже устраивался в мягком кресле, из которого удобно было наблюдать за входной дверью. «Все, можно рвать когти!» – довольно заявил он.

«Здорово», – похвалил я его и, зевнув, откинулся на спинку кресла, развалившись, как владетельный сеньор. Посматривая на беса, прикрыл один глаз и всхрапнул.

«Ах ты, тупоголовое животное!» – взвился бес, поняв, что я издеваюсь над ним и бежать никуда не собираюсь. Побегав-побегав по столу, он остановился и злорадно оскалился: «Ну да ничего, я скоро тоже посмеюсь. Когда жутко злая стерва вернется, чтобы спустить шкуру с одного осла! А ты валяйся, валяйся. Жди!»

«Подожду», – усмехнулся я, довольный тем, как разыграл беса, да еще и с пользой для себя. А рогатый повернулся ко мне задом и, презрительно фыркнув, исчез.

Глупый все же он, что и говорить. Я ж ему сразу сказал, что не собираюсь подаваться в бега. Так не поверил…

Вытянув ноги, я прикрыл глаза и, изгнав из уже начавшей трещать головы суматошные мысли, принялся ждать гостей. А в том, что они пожалуют, не могло быть никаких сомнений.

К счастью, ожидание грядущей бури не превратилось в выматывающее душу мучение. Я, по своему обыкновению, сделал то, чему учил нас тьер Логрен, иноземный мастер меча, – мысленно отстранился от происходящего. Делать это в принципе совсем несложно, но мало кому из его многочисленных учеников давалась эта наука. Мне повезло в свое время. Тогда как раз приходилось по ночам подрабатывать в тавернах охранником, и это неслабо повлияло на мое обучение. Тут или чокнешься, проводя целые ночи напролет в этом шуме-гаме и приглядывая за всеми посетителями сразу, или научишься сохранять душевное равновесие и концентрировать внимание только на важных вещах. Впрочем, все же хорошо, что ночные подработки закончились…

Совершенно незаметно для себя я задремал. Накопившаяся за эти три суматошных дня усталость сделала свое черное дело… Но, к своему несказанному удивлению, проснулся я в кресле, а не на плахе. И дверь цела. А значит, никто и не приходил…

Как же так? Не могли же благородные спустить мне подобную выходку? В это невозможно поверить… Пусть не сам сэр Родерик, но леди Кейтлин обязательно должна была вернуться, чтобы поквитаться со мной.

Потянувшись, я поморщился. Уснуть в кресле было не самой удачной идеей. Все тело ломило. И усталость такая навалилась, будто я не отдыхал, а на каменоломне вкалывал.

Поднявшись, я собрался было пойти умыться, но, не сделав и пары шагов, повалился назад в кресло. Содрав с ног сапоги, принялся ожесточенно чесать пятки. Кусочки сгоревшей плоти так и летели в стороны, обнажая нежную розовую кожицу.

– Жуть какая, – перевел я дух немного погодя, когда зуд в ступнях немного поутих.

Впрочем, жаловаться не на что. Здорово, что исцеление оказалось таким быстрым. С такой способностью к восстановлению легких ран вообще можно не бояться. Но бес, конечно, вряд ли согласится играть для меня роль талиара.

Умывшись, я напился и вновь обулся. Почесав затылок, надел шляпу, нацепил поясной ремень с оружием и направился к входной двери. В норе все равно не отсидишься. А значит, надо решать приключившиеся проблемы. Заскочить в управу, чтобы распорядиться насчет выигранного поместья, и отправляться прямиком к коменданту. На задушевную беседу. Если удастся к нему пробиться.

Выйдя на крыльцо, я огляделся. Но чуда не случилось. Никаких свободных экипажей мимо моего дома не катило. Да и откуда им взяться… В нашем квартале пусть и не нищий люд живет, но на пустое развлечение денежку никто тратить не будет. Поэтому ловить извозчика у моего дома – гиблое дело.

Вздохнув, я запер за собой дверь на замок и поковылял по практически безлюдной улочке совсем не туда, куда мне в общем-то нужно было попасть. До управы-то мне не добраться своим ходом, а до торговой площади, пожалуй, дошлепаю. Хотя, чувствую, даже эта не слишком продолжительная прогулка радости не доставит… Ступни чешутся – жуть.