Текст книги "Проект 'АЛЬФА К-2'"
Автор книги: Анатолий Томилин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)
Находка проекта особенно ценна тем, что за все время с первого апреля никаких сведений от авторов проекта не поступало.
Так как авторы проекта "ПАРУС" не подали заявку на защиту, проект будет защищать любезно согласившийся на это Н. Барджер, инженер, глава исследовательского отдела фирмы "Скейб Рокетс", ученик крупнейшего ученого нашего времени Арвида Мёллера.
Очевидно, авторы проекта желают сохранить инкогнито до конца защиты.
НОВОСТИ ПЛАНЕТЫ
СЕНСАЦИЯ ДНЯ: ЗАЩИТА ЗВЕЗДНЫХ ПРОЕКТОВ. ПРОЕКТ "ПАРУС" ПРИНАДЛЕЖИТ КРУПНЕЙШЕМУ УЧЕНОМУ НАШЕГО ВРЕМЕНИ АРВИДУ МЁЛЛЕРУ.
ДВОЙНАЯ ЖИЗНЬ АРВИДА МЁЛЛЕРА.
ИНСПЕКТОР ИНГЕМАН ОБВИНЯЕТ ДОКТОРА БАРДЖЕРА В УБИЙСТВЕ.
АРЕСТ ВО ДВОРЦЕ НАЦИЙ ДОКТОРА БАРДЖЕРА.
... Из дневника инспектора полиции Яниса Ингемана.
19 апреля, понедельник.
Да, все так и произошло, как писали газеты. Как только я решил задачку с девятью неизвестными и обнаружил человека, который разговаривал с Рейнботом возле его двери, все пошло как по маслу.
Выписав ордера на обыск и арест Вайна, я обнаружил у него на антресолях пакет с проектом звездного корабля. И тут выяснилось двойное лицо, двойная жизнь маленького коммивояжера Артура Рейнбота, известного в научных кругах под именем Арвида Мёллера. Выяснилось, что Арвид Мёллер работал над своим проектом много лет либо один, либо с небольшим количеством учеников, среди которых заметно выделялся Роберт Барджер.
А когда я узнал, что доктор Барджер сам является автором второго фотонного проекта "УДАР" (кстати, представляющего неплохую компиляцию идей А. Мёллера), то вопрос стал почти решенным. В день защиты, вернее сразу после нее, прямо на трибуне в Большом зале Дворца наций Барджер был арестован.
Вот, собственно, и вся история. Мне достаточно прибавить, что проект Арвида Мёллера – Рейнбота победил на конкурсе и его автор посмертно был награжден премией Организации Объединенных Наций. Комитет принял постановление: силами всей Земли приступить к строительству первого в истории нашей планеты фотонного космического корабля, чтобы отправить экспедицию в другую звездную систему. Ну что же, хотят лететь – их дело. Что же касается меня, мне предстоит еще довести до конца начатое расследование и распутать кого из трех: доктора Барджера, толстую свинью Лобуса или музейную крысу Вайна – отправить на виселицу. Конечно, мое дело не такое чистое и романтичное, как строительство космических кораблей, но я люблю свою специальность. Единственно чего бы мне хотелось, так это того, чтобы должность полицейского инспектора по уголовным делам оставалась бы земной и никогда не понадобилась бы в космосе. Пусть он остается чистым...
Кстати, Янис Ингеман, у тебя, кажется, есть шанс на повышение по службе?.. А? Посмотрим...
20 апреля, вторник.
Янис, Янис, тебе везет, как утопленнику. Черт дернул меня копаться в деле убитого инженера. Ну да, я нашел того репортера, с которым в день смерти разговаривал Артур Рейнбот. То, что он мне рассказал, заварило кашу, которой я рискую первым обжечься.
Давным-давно в руки молодого немца Мюллера попали важные документы "Великого Райха" времен войны. Кое-кто из боннских воротил дорого бы заплатил за них. Но честняга-парень решил предать бумаги огласке. Забыл, где живет. Сначала ему предложили монеты за молчание. Потом пригрозили шлепнуть. Как ему удалось удрать? Ума не приложу. Короче, парень сменил климат и обосновался в Копенгагене. Но наци не успокоились. Арвиду пришлось начать двойную игру. На работе он был инженером, дома – маленьким комми в квартале мелких служащих. На работе ему чертовски везло. Начав простым инженером, он скоро вылез в руководители бюро. В свободное время он осторожно искал такого же честного дурака журналиста, каким оставался и сам. Видно, ему здорово надоела эта двойная жизнь. Он поклялся, что откроет все жене, как только проклятые бумаги будут опубликованы. А тут подвернулся космический конкурс. Мечта жизни этого барашка – построить фотонную ракету – могла осуществиться. Однажды его имя и фотография попали в газеты. Не уследил. Он только успел кончить и отослать проект, как его засекли. Мёллер удрал в квартиру комми Рейн-бота и все рассказал первому попавшемуся репортеру... Поздно. За ним гнались по пятам... Нашли того, кому проект Мёллера встал поперек глотки, и... убрали главного претендента. Все как на ладошке.
Похоже, господин инспектор, вам предстоит новое следствие. Причем на свой страх и риск... Где документы Мёллера? Что в них? Этот щенок репортеришка струсил. Клянется, что не знает ни полслова больше. Что ж, начну искать. Начну-то, начну, только не сносить мне в этом деле головы. А я, между прочим, здорово к ней привязан. Но это дело частное. А пока...
Кто убийца?
21 апреля, среда.
Черт побери все на свете! Что из того, что я стал комиссаром полиции, а старина "ослиная челюсть" ушел на пенсию? Не успело мне разок повезти в жизни, как снова одни неприятности вокруг. Видно, сиденье комиссарского кресла не под мой зад скроено. На мое место инспектора прислали некоего Ольссена. Из молодых, да ранний. И эта зеленая мартышка в мое отсутствие допросила арестованных. Казалось бы, ну допросил и допросил, что тут особенного, служебная ревностность, но эта безмозглая курица проиграл ответы обвиняемых на "детекторе лжи", а потом перепутал перфокарты. Теперь у нас есть показания троих обвиняемых, заключение "детектора лжи" о том, что ответы одного подследственного абсолютно правдивы, второго – правдивы наполовину, то есть один раз он сказал правду, а второй раз солгал. И, наконец, ответы третьего абсолютно ложны. Но кто сказал правду, а кто солгал – теперь не установить. Потому что по нашим замечательным законам подвергать преступника проверке на "детекторе лжи" можно только один раз. Кто же из них говорит правду и кто лжет?..
1. Показания Лобуса:
2. Показания Барджера:
3. Показания Вайна:
а). Вайн ни в чем не виноват.
б). Убийца – Барджер.
а). Я не виноват.
б). Убил Мёллера – Вайн.
а). Я не виноват.
б). Лобус тоже не виноват.
Попробуй тут разобраться. Кстати, странная забывчивость для полицейского инспектора, заинтересованного в раскрытии преступления. Поговаривают, что у этого Ольссена большая и сильная рука там... наверху. Янис, Янис, держи ухо востро! Может быть, рассеянность нового инспектора не так уж и случайна?..
23 апреля, пятница.
Все еще ничего не прояснилось. Позвонили из министерства и намекнули, что у одного из подследственных крупные связи среди депутатов от консерваторов. Ну и черт с ними. Я – социал-демократ, и наша партия у руля. Однако это важно, так как человек, чувствующий за собой поддержку, может позволить себе лгать напропалую. Другое дело – для того, кто являлся только орудием в чужих руках.
Он и под нажимом если солжет, то только раз, оставив свой второй ответ в качестве алиби.
И, наконец, третий – испугавшись ответственности в громком международном деле и чувствуя запах "пенькового галстука" на шее, постарается говорить правду, чтобы, во всяком случае, смягчить приговор. Если так, то попробуем посчитать...
24 апреля, суббота.
Что ж, это занятие вполне должно заменить субботнюю кружку пива комиссару копенгагенской полиции... Итак, предположим, правду говорил Лобус.
Обозначим, как всегда: правда +, ложь – . Получается две чистых правды и одна чистая ложь. Не годится, не сходится с показаниями "детектора" и моими рассуждениями. Попробуем дальше:
Правду говорил Вайн...
Но дальше лист был оборван, и конца решения ребята не нашли. Виктор был даже доволен этим.
– Смотри, Никола, комиссар полиции решает задачу по моему рецепту. Хочешь, я ее сейчас дорешаю?..
Никола пожал плечами.
– Давай-ка лучше дальше читать. Осталось немного, потом сложим все листки вместе и подумаем, когда идти отдавать.
– Ну уж дудки! Сначала узнаем все точно, дорешаем задачу инспектора, найдем убийцу...
– Ну давай, только быстрее...
И оба снова склоняются над листом бумаги, покрывая его сеткой таблиц и каракулями записей.
Наверное, читатели тоже научились решать логические задачи и найти преступника, пользуясь методом Викпетмола и комиссара Ингемана, для них не составит большого труда, так что мы не станем до конца прослеживать ход рассуждений ребят. Тем более что в синей папке действительно оставалось не так много страниц. Хотя и оставался еще один вопрос: почему проект назывался "АЛЬФА"?..
Следующая страница снова начиналась с примечания:
ПРИМЕЧАНИЕ.
Много событий прошло с момента защиты и утверждения проекта Арвида Мёллера. Он был принят за основу разработки конструкции звездолета. В течение полутора лет ведущие конструкторские бюро совершенствовали и дополняли его, рассчитывали отдельные узлы небывалого корабля. В то же время в космосе, за пределами атмосферы, была заложена внеземная станция-верфь "Земля-4".
Здесь, на расстоянии почти сорока тысяч километров от поверхности Земли, люди собирались строить свой первый в истории человечества звездный лайнер. Высота сорок тысяч километров была выбрана потому, что выведенный на такую орбиту спутник облетает планету за 24 часа, то есть ровно за один суточный оборот. И всегда находится над одной и той же точкой земного шара. Это упрощает техническое обеспечение станции, связь с ней и энергоснабжение.
Мы опускаем часть материалов, посвященных строительству. (Интересующиеся могут легко найти их в соответствующих печатных изданиях и отчетах.) Однако некоторые сведения мы приводим ниже.
НА СУТОЧНОЙ ОРБИТЕ
(Рассказ корреспондента газеты "Зеркало мира" о станции "Земля-4")
Новичков, прибывших на строительство, предупреждают: "ВНИЗ НЕ СМОТРЕТЬ! ЗАГЛЯДИШЬСЯ – СВАЛИШЬСЯ..." Это произносится серьезным тоном, хотя говорящие и надвигают при этом темные очки-консервы поглубже и отворачиваются в сторону. Здесь – веселый народ.
Внизу, в прозрачной глубине, окутанная облаками, медленно плывет планета. Сорок тысяч километров – много это или мало? По земным масштабам – порядочно. Целый экватор. Словно кто-то огромный, сильный развязал пояс планеты и забросил на нем крохотную станцию-спутник в черное небо.
Кружится, летит по орбите Земля и бежит, не отставая от нее ни на шаг, населенная "пустолазами" станция – космическая верфь будущих звездолетов. Из строителей никто не сомневается, что космический лайнер для полета к Эпсилону Эридана – это лишь первая ласточка из их гнезда. Альфа длинного списка кораблей будущего космического флота.
Наша ракета пришвартовалась у почти готовой платформы космического перрона. Длинная труба, составленная из корпусов грузовых ракет, ведет к жилой сфере. Оттуда – рукой подать до стапеля. Ничего, что на нем еще нет остова корабля. Масштабы строительства таковы, что заставляют задуматься. По нашим, земным, меркам трудно представить себе многокилометровую длину будущего звездолета. Но пока все впереди. Сейчас спутник-верфь живет напряженным ритмом большой стройки, жестко зависящей от земных поставок. Дважды в неделю зажигаются на фермах сигнальные огни и строители, скользя карабинами по натянутым тросам, мчатся в укрытия. Ожидается приход грузов.
Монтажники – удивительный народ. Они настолько свыклись с обязательными скафандрами, что образовали как бы независимое от родной планеты космическое племя. Их средства передвижения – маленькая портативная ракетная установка в заплечном ранце. Средства общения – радио.
В кают-компаниях люди говорят на десятках языков и тем не менее, в отличие от Вавилонской башни, строительство успешно движется вперед. Здесь не услышишь громких высказываний о дружбе и мире. Слова не в моде. Молодежь просто дружно и мирно живет в сложной, часто суровой и опасной обстановке.
На второй день я тоже получил скафандр для выхода в пространство. Длинный капроновый трос привязывает меня к проводнику – бригадиру гелиосварщиков. Он радушно показывает свое хозяйство. Вот громадные резервуары горючего, раскинутые крылья гелиостанций, кое-где побитые неожиданными метеоритами. На станции только недавно началась эксплуатация генератора защитного поля. А вокруг в строгом порядке склады, склады...
На станции-верфи главное – запас материалов. И я был свидетелем того, как пополняет этот международный фонд Советский Союз. При мне пришли ракеты с листами титано-молибденовой брони. Этот металл с трудом берут даже алмазные сверла.
Рядом с грузовым перроном плавает связка ракет, испещренных японскими иероглифами и надписями на немецком языке. ГДР и Япония начали свои поставки прецизионных оптических приборов, стекла и измерительной аппаратуры для будущего космолайнера.
Огромные контейнеры с черно-желтым клеймом "Made in USA" содержат в себе электронику – нервную систему корабля.
Возле самой жилой сферы мне показали второй шар – поменьше – одно из помещений для команды будущего корабля. Группа веселых парней с берегов Сены и По заканчивали сборку оборудования для жилых отсеков...
Жизнь на внеземной верфи кипит! И все-таки у строителей немало претензий к Земле. Не налажена ритмичная поставка оборудования. Случаются перебои с энергетическим питанием служб. Скверно организован досуг.
Международному координационному комитету по астронавтике нужно немедленно принять меры к устранению всех недостатков, которые имеются в организационной стороне этого общего дела.
Космическая станция "Земля-4"
Курт Шнееман.
НОВОСТИ КОСМИЧЕСКОЙ СТРОЙКИ
Из газеты-многотиражки "Голос Земли"
КАНДИДАТУРА КОМАНДОРА УТВЕРЖДЕНА.
Женева, 26 августа.
Сегодня радиостанции Земли сообщили о том, что Международный координационный комитет по астронавтике при Организации Объединенных Наций утвердил советского ученого К. А. Жаркова первым астронавигатором предстоящего полета. К. Жаркову предложено начать формирование экипажа космолайнера.
ПОЛЕТ СО СУБСВЕТОВОЙ СКОРОСТЬЮ НЕВОЗМОЖЕН
Нью-Йорк, 26 августа.
Вчера по американскому телевидению выступил доктор фон Хорн с очередными доказательствами невозможности предполагаемой экспедиции. Доктор фон Хорн восемнадцатый раз за последние шесть месяцев предупреждает человечество о "бессмысленных жертвах, на которые оно сознательно себя обрекает".
Межзвездная пыль, газ и метеориты. Невероятное количество необходимой энергии обречет Землю на долговременный энергетический голод. Все эти факторы, являющиеся, по заявлению доктора, происками коммунистов, не нашли еще достаточной оценки в существующих проектах полета.
БАСТУЮТ ДОКЕРЫ
Париж, 25 августа.
Более пятнадцати тысяч докеров космодромов Европы и Америки начали забастовку. Они требуют повышения заработной платы и заключения новых коллективных договоров с гарантиями со стороны администрации космических перевозок. В миланском космопорту к погрузке привлечены военные части и полиция. Есть предположения, что для обеспечения бесперебойности поставок на космические стройки власти пойдут на уступки бастующим.
"ЗАЯЦ" НА БОРТУ Л-16
"Земля-2", 26 августа.
Сегодня, по сообщению станции приведения, с траектории сошла грузовая ракета Л-16. Грузовой корабль неожиданно включил тормозные двигатели левого борта и ушел в пространство. Командные пеленги Земли и станции приведения цели не достигли. По распоряжению главного инженера стройки "Земля-2" вдогонку за кораблем ушел крейсер "РАН", командир корабля – Джон Дуглас. Предполагается, что в помещение ракеты пробрался кто-то из очередных "зайцев".
Станция отправления грузового корабля – Коровино, СССР.
ЦЕННАЯ ДОБЫЧА
"Земля-2", 25 августа.
Вчера, во время свободного поиска, бригада гелиосварщиков бригадира И. Носова захватила средней величины астероид. С большими трудностями астероид приведен к станции. Гелиосварщики показали себя настоящими виртуозами свободного поиска.
Исследование состава небесного тела выявит его ценность для нужд нашего строительства.
НА ПОДХОДЕ НОВИЧКИ
Заканчиваются сроки контрактов второй смены монтажников-пустолазов. Как ни жаль, но скоро коллективу станции придется проститься с отважными парнями, которых все успели полюбить за смелость и неунывающий характер. Будем надеяться, что традиции отряда пустолазов будут поддержаны их сменой, с нетерпением ожидающей на Земле отправки в космос.
ОБРАЩЕНИЕ
МЕЖДУНАРОДНОГО КООРДИНАЦИОННОГО КОМИТЕТА
ПО АСТРОНАВТИКЕ ПРИ ОРГАНИЗАЦИИ ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ
ВСЕМ! ВСЕМ! ВСЕМ! Международный комитет уполномочен заявить, что прием заявлений от добровольцев на строительство внеземной верфи и фотонного космолайнера ЗАКОНЧЕН! Международный комитет благодарит всех молодых людей планеты, откликнувшихся на призыв стать космическими строителями, и заверяет, что их имена останутся в картотеке резерва для пополнения славного отряда космопроходцев.
СООБЩЕНИЕ
МЕЖДУНАРОДНОГО КООРДИНАЦИОННОГО КОМИТЕТА
ПО АСТРОНАВТИКЕ ПРИ ОРГАНИЗАЦИИ
ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ Женева, 11 апреля, 19.. года.
Сегодня, в соответствии с намеченным планом, председатель комиссии по сдаче в эксплуатацию спутника-верфи "Земля-4" доктор-инженер Вальтер Штрауф представил в комитет свидетельство об окончании строительства и пуске в эксплуатацию всех ее узлов.
Сегодня же состоялась торжественная закладка первого межзвездного корабля Земли. Одновременно все атомные центры планеты переходят на режим аккумулирования антиматерии. Мы должны обеспечить горючим не только многолетний полет нашего первенца, но и дать необходимый резерв энергии посланцам Земли для осуществления их миссии на планете Росс.
Физики мира! Комитет обращается к вам с просьбой о введении жесточайшего режима экономии. Прогресс не остановится, если мы в ближайшие годы будем экономно расходовать материалы, необходимые для оснащения фотонного космолайнера.
Комитет выражает надежду, что все люди планеты со всей ответственностью отнесутся к предстоящему монтажу звездолета и сделают все, что в их силах, для успешного его завершения.
Председатель МККА ООН академик А. Белов
Примечание:
...Прошло несколько лет. Люди привыкли к тому, что в ночном ясном небе среди переливающихся звезд появилась еще одна. Самая крупная, искрящаяся разноцветными огоньками, она неподвижно висела в глубине, не входя ни в одно созвездие. Постепенно звездочка росла, раздваивалась. Теперь даже в бинокли можно было различать многочисленные грозди огоньков, отпочковавшихся от базы-верфи. Это вытягивался во весь свой рост гигантский звездолет.
Целую бурю оживления вызвал на Земле конкурс – обсуждение кандидатов в члены экипажа. Сначала их отбирали в каждой стране, потом проходил международный конкурс. Требования к звездолетчикам предъявлялись высокие. И каждому государству хотелось видеть в экипаже своих сынов и дочерей. Наступил день, когда радио и телевидение объявили об окончании строительства корабля.
ИНТЕРВЬЮ
КАПИТАНА-КОМАНДОРА ФОТОННОГО КОСМОЛАЙНЕРА,
ГЛАВНОГО АСТРОНАВИГАТОРА
КИРИЛЛА ПЕТРОВИЧА ЖАРКОВА
После осмотра корабля в главном помещении кают-компании состоялась беседа капитана с представителями прессы. Главный астронавигатор ответил на вопросы, заданные журналистами.
Корр. газеты "Новый мир" Владимир Желтков. Скажите, пожалуйста, Кирилл Петрович, довольны ли вы работой монтажников и можно ли считать, что космолайнер готов к старту?
Ответ. Последние полгода во главе всех бригад стояли члены нашего экипажа, и все претензии, коль скоро они возникнут, нам придется адресовать самим себе. Пока наше мнение – все в порядке.
Корр. газеты "Новости" Гюнтер Окс. Герр Жарков, как же будет называться ваш корабль, об этом немало спорили.
Ответ. Его реестровое название "Альфа", астрономы называют так первую звезду созвездия. Мы надеемся, что вслед за нами на орбите Земли появятся "Бэты", "Гаммы" и "Дельты" звездного флота.
Мальчишки, которые одновременно прочитали эти строки, переглянулись.
– Никола, ведь это же было давно ясно! Подумай, какое-то затмение на нас нашло, что ли! Ведь это же название самого звездолета!
Он перевернул обложку папки и ткнул пальцем в надпись: "ПРОЕКТ "АЛЬФА К 2".
Никола стукнул себя по затылку. Потом они стали разглядывать последнюю страницу.
Представитель журнала Джеймс Страйк. Мистер Жарков, у меня два вопроса: первый – имеете ли вы точную дату старта и второй – когда думаете вернуться?
Ответ: На оба вопроса ответить трудно, потому что дата старта будет известна точно, когда все отделы космолайнера пройдут окончательную проверку. Ведь в течение всего полета – а для нас он будет продолжаться почти два десятилетия – мы вряд ли сможем что-либо капитально отремонтировать. Этим я уже почти ответил и на второй ваш вопрос. Остается добавить, что к моменту нашего возвращения вы будете лет на десять старше нас. Я имею в виду наших сегодняшних сверстников. В экипаже у нас люди разных возрастов.
Представитель журнала "Жизнь науки" Христо Пончев. Кирилл Петрович, не могли бы вы более подробно познакомить нас с экипажем "Альфы"?
Ответ. Экипаж космолайнера насчитывает восемьдесят одного человека. Это все замечательные люди, в основном, молодые, образованные, обладающие добрым, покладистым характером, жизнерадостностью, и одновременно решительные в своих действиях. Конечно, восемьдесят один человек – это восемьдесят один характер и восемьдесят одна жизнь. О каждом можно рассказывать очень много.
Представитель интервидения Пьер Тизон. Мсье Жарков, по какому принципу подбирался экипаж? Был ли в основу отбора положен какой-либо принцип?
Ответ. Не заставляйте меня раскрывать тайны отдела кадров Международного координационного комитета. Я сам член экипажа, и говорить о том, что выбирали достойнейших, нескромно.
Представитель журнала "Женщины мира". Господин Жарков, летят ли с вами женщины?
Ответ. Да! Среди членов экипажа двадцать семь научных работников женщин.
Конечно, журналисты готовы были бесконечно задавать вопросы. Но капитан попросил оставить ему кое-какой материал для выступления по интервидению. Шутка была принята. Представители мировой прессы пожелали капитану Жаркову удачи.
Все! Больше в папке не было ни строки. Мальчишки долго сидели, глядя на последнюю страницу. Не хотелось верить, что история, с которой они сжились, вдруг оборвалась. Первым не выдержал Виктор:
– Слушай, неужели конец?.. Никола пожал плечами.
– Не может быть. Ведь они только-только корабль построили. А полет? А планета Росс?.. Спасли они инопланетников?
– Да что ты у меня спрашиваешь? Что я – писатель, что ли?
Виктор замолчал. Но потом наклонился к Николе и зашептал:
– Никола, Никола, а может, мы не все страницы разыскали? Или, может быть, последняя часть у Юрия Николаевича в шкафу осталась?
– Не думаю. Я теперь вспомнил, когда он мне папку с заметками отдавал, еще искал, искал что-то. Даже говорил: "Куда запропастилась?" Я только внимания не обратил.
– Но он же должен продолжение знать?
– А если это не его папка? Он говорил: "Только верни, это не мое".
– Все равно знает! – В голосе Витьки зазвучала железная уверенность. – И мы должны его расспросить! Никола безнадежно махнул рукой.
– Когда? Завтра мама уже в отпуску. Начнем к отъезду собираться. Да и ты не завтра, так послезавтра – на дачу...
– Да...
Оба замолчали, подавленные обстоятельствами. Вдруг Виктор хлопнул приятеля по плечу. Глаза его заблестели.
– Есть!
– Чего есть?
– Идея есть!
Никола недоверчиво посмотрел на друга.
– Не веришь? Эх ты! Тайну рукописи кто разгадал?.. Так вот. И, наклонившись к уху товарища, Виктор жарко зашептал...
– Идея!..
ПОСЛЕСЛОВИЕ АВТОРА
На этом, собственно говоря, история приключений моей рукописи и заканчивается. Мне осталось рассказать немногое. Вернувшись домой из командировки, я первым делом вытащил из недр книжного шкафа толстую синюю папку и развязал тесемки. Признаюсь, вид первых страниц меня удивил. Первое впечатление было таким, будто по листам бумаги прошло целое войско. Страницы были измяты. Кое-где порваны. Правда, их потом гладили, по-видимому, утюгом, потому что некоторые были даже с подпалинами. А разорванные листы кто-то тщательно склеил липкой лентой. Но потом пошло хуже. Некоторых страниц просто не хватало...
Во мне медленно закипал гнев. Уезжая, я просил брата присмотреть, чтобы с папкой ничего не приключилось во время ремонта. Я вышел в коридор и рванул ручку двери комнаты Юрия... Боже правый, какая картина предстала перед моими глазами! Воспользовавшись моим отсутствием, этот шалопай превратил потолок своей "кельи" в планетарий, нарисовав на нем все звезды и созвездия ночного неба Северного полушария. На стене, под ружьем с патронташем, висел большой лист бумаги, исписанный его каракулями.
"О Великий Брат мой! – писал Юрка. Читатели, наверное, уже догадались, что Юрий Николаевич – астроном и научный работник Главной астрономической обсерватории Академии наук СССР – и является моим беспутным младшим братом. По-секрету: я его очень люблю. И он, мерзавец, пользуется этим, выводя меня из терпения всяческими сумасбродствами. Но я отвлекся от текста записки. – Если что-либо в аспекте нашей холостяцкой жизни привлечет твое Высокое Внимание или вызовет Справедливый Гнев, то не тщись обрушивать его на скромные стены этого убогого жилища бедного астронома, а, набравшись терпения, внемли совету.
В час, когда в славном городе Ленинграде отменно ходят трамваи и автобусы, выбери подходящий номер и приезжай на Острова. Там, в конце пятой аллеи, ты увидишь высокую арку с надписью: "Звездный городок". Скрепи сердце и ступай смело под ее своды. Грозному стражу у ворот (он будет в пионерском галстуке) ты сообщи пароль: "Мне нужно видеть Молчанова, Вервина или Юрия Николаевича". И там ты получишь все объяснения.
А пока остаюсь недостойный брат твой младший – астроном Ю. Н.".
Ничего ровным счетом не понял я из этой записки. Короче говоря, через несколько дней жарким августовским полднем я приехал к месту дислокации "Звездного городка". Все случилось именно так, как писал Юрий...
– Валя! Валь! – закричал грозный страж у ворот, когда я произнес указанный пароль. – Ты не знаешь, где Молчанов и Вервин из созвездия Стрельца? К ним пришли...
Голос Вали, разомлевший от жары, отвечал из беседки, сплошь увитой густой стенкой зеленого плюща:
– Молчанов со своим звеном в поисковой экспедиции. Их маршрут "Звездный городок" – "Венера". Там они, по-моему, сегодня на строительстве гидробазы "Океан". А Вервин... А Вервин – в созвездии "Гончих Псов". Его как раз на "Космическом совете" Юрий Николаевич прорабатывать должен. А ты проводи...
И меня проводили. Мы шли по лагерю от палатки к палатке, и я едва успевал поворачивать голову. Вот справа аншлаг: "Созвездие Девы".
– Это отряд старших девочек, – поясняет мой проводник. – Видите, на первой палатке надпись: "Спика". Спика – главная звезда этого созвездия. И в палатке с ее названием живет вожатая отряда – Лена. Всем другим палаткам тоже присвоены названия звезд этого созвездия.
Перед моими глазами проплывают таблички. "Эпсилон Девы", "Дельта Девы", "Гамма...".
А вот и созвездие Стрельца. Десять палаток с десятью индексами ярких звездных скоплений этого созвездия, строго выписанных по каталогу. Тут же на табличках проставлены экваториальные координаты каждого скопления. Словом, все поставлено на "здоровые научные ноги", как любит говорить мой брат. Да и во всем стиле организации этого необычного лагеря я чувствую что-то родное и очень знакомое.
"Созвездие Гончих Псов" – так называется помещение, где расположились кабинет начальника лагеря и комната старшего пионервожатого, штаб совета дружины и прочие административные учреждения городка. Здесь же заседает и "Космический совет". Я не вижу заседания. Оно происходит при закрытых дверях. Зато окна распахнуты настежь, и звонкие голоса "космических волков" вылетают наружу совершенно свободно. Впрочем, этим обстоятельством, кажется, пользуюсь не я один. В кустах рядом с окошком сидит компания мрачных мальчишек с эмблемой "Стрельца" на полинялых спортивных рубашках. Мне не нужно подниматься на цыпочки, чтобы заглянуть внутрь. На середине пустой комнаты стоит красный от злости коренастый паренек с белобрысым ежиком коротко стриженных волос. На рукаве его рубахи – нашивки командора.
– Это и есть Вервин, – шепчет мне на ухо мой провожатый. – А у стены Юрий Николаевич... Только вы не показывайтесь. У нас подслушивать нельзя.
В облике второго ошибиться было мне трудно. Но как мог сюда, в лагерь пионеров, попасть мой брат?..
Четыре часа спустя тайна стала постепенно проясняться. К этому времени основные дневные дела закончились. И в лагере наступило ленивое предвечернее время. Мы сидим на скамейке в расположении "Созвездия Геркулеса" – так называется спортгородок. Площадка, где расставлены скамейки, находится в самом центре лагеря и называется "Апекс". В обычные дни она служит местом вечерних сборищ. А в праздничные здесь запускают ракеты, выстраиваются на торжественные линейки все экипажи и вспыхивает традиционный "космический" костер. Сегодня тоже ему быть. Я видел, как три дежурных экипажа отправились за сухостоем. И на этот раз жертвой костра, кажется, придется быть мне... Но это еще впереди. Пока мы сидим на скамейках впятером: Виктор и Никола, тут же рядом Валера Шустов. Теперь их всех троих называют "звездными мушкетерами" или "тремя неразлучными", как об этом когда-то мечтал их бывший "председатель". Немножко подальше, скромно опустив хитрые глаза в землю, – Юрка, то есть Юрий Николаевич. До конца смены я его иначе не могу называть, чтобы не ронять авторитета. И, наконец, я. Я – автор этой книжки, и зовут меня Анатолий Николаевич. Мне уже рассказана история приключений, выпавших на долю моей рукописи. Рассказаны и кое-какие новости, произошедшие после возвращения синих папок домой. Оказывается, Витька все-таки не поехал ни на какую дачу. Не состоялась и поездка Николы к Черному морю. По купленным заранее билетам на юг улетели обе мамы наших героев. А мальчишки отправились на все лето в пионерский лагерь "Звездный городок". Вы, наверное, помните, это тот самый лагерь, где они были взяты в плен во время военной игры и так бесславно провалились на экзамене КЮКа. Как попал в лагерь Юрий Николаевич, никто не знает. Просто однажды его вызвали в комитет комсомола и вручили путевку с комсомольским поручением. Когда Юрий рассказывает мне об этом, я вижу, как Витька незаметно толкает в бок Николу, тот Валерку – и все трое хитро перемигиваются.
Целых четыре часа бродил я по "Звездному городку". Знакомился с подробностями грандиозной космической игры. Видел первые фантастические отчеты экипажей, которые сочинили ребята, вернувшиеся из больших и малых походов. На астрономической площадке, устроенной недалеко от "Созвездия Геркулеса" и носящей название "Секстант", я попал на экзамен астронавигаторов. Кандидаты умело пользовались солнечными часами и небольшим телескопом. Строили графики времени и находили звезды и созвездия по карте неба, выложенной побеленными камешками. Все это было делом рук самих ребят. А идея... идея принадлежала Юрк... то есть Юрию Николаевичу. Он скромно молчит о своем участии, но ребята... Я с удивлением смотрю на их отношение к моему братишке. И постепенно в душе рождается у меня новое чувство, очень похожее на уважение.
