Текст книги "Путь на острова или долгая дорога домой (СИ)"
Автор книги: Анастасия Спивак
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 12 страниц)
В ответ на мои слова Сайрус сгреб меня в охапку и принялся покрывать поцелуями мои волосы, лицо и шею. Потом словно опомнившись, накрыл поцелуем мои губы.
Вот какая разница, где соединить свои жизни? Как по мне это больше вопрос времени. И если бы завтра мы смогли бы закрепить наш союз брачной клятвой, и Сайрус стал бы совсем моим, а я – его, разве не это было бы счастьем? И когда Сайрус внезапно прохрипел: «Пойдем в храм завтра?», я лишь довольно закивала.
Довольные жизнью в целом и друг другом в частности, мы продолжили было начатое, как в гостиную ворвалась Тара и, прыгая вокруг нас аки горная коза, вовсю радостно верещала:
– Ура! Завтра свадьба! Это же полный писец! Ребята, вы такие молодцы, жутко за вас рада! Только вы учтите, маму мою удар хватит, если она пропустит это мероприятие. – Сайрус пробовал, конечно, пробиться сквозь эти вопли, но безуспешно. А Тара продолжала свои размышления, суматошно бегая по комнате. – Не забывай, Сайрус, мои родители долгое время растили тебя, и ты не имеешь права отнять у них возможность порадоваться за тебя. Так что выбирай: или ты сам их позовёшь, или это сделаю я.
В ответ на эту тираду Сайрус молча встал и уставился на свою неугомонную родственницу, которая сразу как-то сникла и, бросив напоследок «Ну и решайте сами», торопливо вышла из комнаты. А я вдруг осознала, что и моей мамы не будет на этой свадьбе, и родителей Сайруса. И от этого стало немножко грустно. Ну кто бы знал, что отправляясь на поиски кого-нибудь умного, кто помог бы маме, я встречу человека, которого выберет моё сердце и за которого я, кажется, выйду завтра замуж! Невероятно!
– Не переживай, Сайрус, – мне очень захотелось приободрить любимого. – Тара хоть и импульсивная, но она далеко не дурочка. Если ты не захочешь никого звать на свадебный обряд, она поймёт. Кстати, а почему она сама не замужем? Насколько я поняла, она какое-то время жила со своим Тимкой, который вдруг вздумал искать своё счастье вдали от неё:
– Ох, Алинка, ты лучше у неё самой спроси, если хочешь, – снова присаживаясь рядом со мной, сказал Сайрус. – Она уехала в Дэу-ран – это небольшое поселение оборотней на севере страны – около двух лет назад. Поставила родителей в известность и всё: ни слуху, ни духу. А недавно она вернулась, пыталась разыскать Тимку, но все её поиски ни к чему не привели. В Альвенте она выяснила только, что он отбыл к родственникам на юг, которых, кстати, у него никогда там не было. И теперь она полагает, что ему всё-таки удалось добраться до Океании. И она стремится к нему. А ведь ей вся семья твердит, мол, зачем тебе этот заяц, найдёшь себе ещё нормального мужа. Но нет, даже слышать не хочет. И что у вас, прекрасный пол, в голове творится?
– Просто мы очень дорожим теми, кого любим, родной мой. Только и всего.
И поцеловав на прощание Сайруса, я направилась к двери гостиной. За время наших посиделок комната хорошенько прогрелась, здесь стало по-настоящему уютно, а объятия Сайруса и вовсе не хотелось покидать, но мне нужно было обсудить с Тарой один важный момент и чтобы совсем уж не опростоволоситься, я всё же решила уточнить кое-что. Уже взявшись за тяжёлую дверную ручку, как бы невзначай спросила у своего великана, с доброй улыбкой наблюдавшего за мной:
– Кстати, хороший мой, а много у вас островитян в родственниках? – и глазками так хлоп-хлоп.
– У меня их почти нет, а вот у Тары полно – у тети Фаи вся ближайшая родня с островов, это она внешностью вся в бабку какую-то пошла. А что?
– Да ничего, сущий пустяк. Не похожи вы просто на южан, – и чтобы Сайрус ещё что-нибудь не спросил, быстренько улизнула к себе в комнату. Кажется, у Тары проблемы посерьёзнее, чем мы думали.
Дорогие читатели! Это моя первая опубликованная история и
мне бы очень хотелось узнать ваше мнение о ней!
Смело пишите в комментариях, автор открыт для конструктивной критики:)
Глава 11. Свадьба
На следующий день Сайрус остался дома. В храм решили отправиться ближе к обеду, чтобы к этому времени все службы и церемонии уже завершились. В Альвенте было несколько десятков храмов различных вероисповеданий, но так как мы с Сайрусом были довольно невежественны в вопросах религии, то для проведения свадебного обряда выбрали Центральный Храм Создателя, где несмотря на всю помпезность, а может, и благодаря ей, всегда было мало посетителей.
От нас не требовалось каких-либо особых приготовлений, но мы с Тарой дружно отправились после завтрака в мою комнату в надежде отыскать в гардеробе те вещи, которые смогли бы сойти за свадебный наряд.
– Даа, не густо, – вынесла свой вердикт Тара. – Но ничего, сейчас мы что-нибудь придумаем.
Однако было сложно состряпать маломальский подвенечный наряд из тех вещей, которые я взяла с собой. Но я ведь и подумать не могла, что вдруг соберусь замуж выходить. Вот и результат: две тёмных юбки и три блузки, ну и парочка домашних платьев, в которых и из дома выходить не стоит, не то, что замуж.
Выходом из сложившейся ситуации оказался… чердак. Туда нас погнал Венька, пользуясь неожиданной занятостью Сайруса в кабинете, где мы и обнаружили… сокровище, не иначе. Несколько громоздких сундуков с женской одеждой! И пока я с трепетом и любопытством разглядывала различные предметы чьего-то гардероба, наслаждаясь прикосновением шелковистой ткани и любуясь тончайшим кружевом или искусной вышивкой, Тара перетряхнула гору одежды и постановила:
– Пожалуй, довольно старомодно, но, думаю, из этого можно что-нибудь придумать. Всё лучше, чем эти твои блузки-юбки. Алин, ты что, жила в монастыре?
И надо же такому случиться, но когда была дана команда спускаться, я вдруг почувствовала себя настоящей невестой. Стоя перед старым пыльным зеркалом, я любовалась собой и немного волновалась, вот как самая обыкновенная невеста. Наряд, который мы выбрали и привели в порядок с помощью Венечки, был довольно прост, но в то же время приковывал к себе взгляд своей отделкой и струящейся тканью. Платье было поистине великолепным: светлого песочного оттенка, невольно напоминающим о дорогом моему сердцу кусочке побережья рядом с домом. Фасон платья, как верно подметила Тара, был немного старомоден, с завышенной талией и ассиметричным кроем лифа, но мастер, изготовивший его, вот уж точно вложил в свой труд кусочек души.
– Алина! Если ты ещё пару минут проторчишь у этого зеркала, то Сайрус обязательно залезет сюда сам. Пойдём уже, – с этими словами Тара схватила меня за руку и потащила в сторону лестницы. О том, как я буду спускаться в этом платье, мы, конечно, не подумали. Как откопали этот шедевр швейного искусства, так и улетучились все остальные здравые мысли, особенно после того, как мы выяснили, что оно пришлось мне в пору, даже, несмотря на рост. Скорее всего, раньше оно принадлежало какой-то молоденькой оборотнице из медвежьих: насколько я помню, после первого оборота они сразу начинают полнеть и ещё больше в рост идут.
И вот стою я перед небольшим окошечком в полу, пытаюсь не мять жакет, который решила пока не надевать, чтобы не прятать всю красоту лифа, и не знаю, как спуститься, потому что Сайрус стоит внизу. Стоит, смотрит на меня и ждёт. Мамулечки-бабулечки, что же делать-то?
– Сайрус, а ты не мог бы отвернуться? – всё-таки спросила я.
– Ещё чего? А вдруг ты упадёшь?
– Да не упаду я. Ну, пожалуйста! – и постаралась состряпать самое жалобное выражение на моське.
Не проняло.
– Алина, спускайся, я жду.
Пришлось спускаться. И спуск вышел далеко не таким стремительным, как подъём. Одной рукой я пыталась поддерживать платье, чтобы оно не разлеталось, а другой – держалась за саму лестницу. В итоге, когда я, наконец, оказалась внизу, то обнаружила, что Сайрус снова отчего-то хмурится, зато его сестрица стоит рядом и старательно молчит, не иначе, как наслаждается моментом.
– А другого платья ты не могла подобрать? – в итоге выдал Сайрус.
– А с этим что не так?
– Так на него дунь, оно и слетит с тебя!
– Сайрус, ты как-то ещё плохо хочешь на мне жениться. Я тогда, наверное, дома посижу, тогда точно не слетит, – я сложила руки на груди и уставилась исподлобья на этого жениха. А что? Вместо того, чтобы восхищаться, какая я красавица, стоит и ругается.
– Хочу. Жениться хочу. Пойдём, – сказал и протянул свою ладонь мне. Ну как ладонь, больше на весло похоже. Я не уставала любоваться тем, какой Сайрус великан, да что уж там – я откровенно наслаждалась этим. И сейчас этот хмурый великан нетерпеливо ждал, когда же я последую за ним. Ну ладно, потом помиримся. Вот поженимся и помиримся. И когда я всё же вложила свою руку в его, Сайрус буквально одним взмахом другой руки сделал портал, и мы оказались на краю большой городской площади, утопающей в цветах.
Буквально в двух шагах от нас оказался расположен красивейший храм из всех, которые мне довелось увидеть. Его стены были украшены причудливым орнаментом, отдаленно напоминающем побеги растений. А вот кусочек красивой многоскатной крыши, который я смогла рассмотреть с того места, где мы стояли, словно отражал голубое летнее небо.
– Алинка, родная моя, пойдём внутрь, – со вздохом проговорил Сайрус, заметив-таки, что я во все глаза рассматриваю храм в то время, как нам не помешало бы зайти в него.
– Конечно, пойдём, только давай как-нибудь ещё сюда придём? Посмотри, Сайрус, какая красота! Лучшего места для нашей свадьбы нельзя было и желать.
Довольная, как слон, я потащила будущего супруга внутрь, где нас быстренько и поженили: встретились с храмовником, объяснили, зачем явились, а затем этот юноша преклонных лет взял всё дело в свои руки. И на колени нас поставил, и молитвы над нами прочитал, и брачные обеты нам подсказывал и даже объявил нас мужем и женой после того, как мы в храмовом журнале расписались.
А нам только этого для счастья и не хватало. Ну, может ещё кое-чего, о чём в подобном заведении не принято рассуждать.
И вот мы уже стоим на ступеньках крыльца под ярким тёплым солнышком. Воздух наполнен ароматами цветов, и я сама словно бы пыталась впитать в себя этот миг. Хотелось, чтобы это тепло и счастье были со мной всю жизнь. Я даже на секундочку глаза закрыла, чтобы сохранить в себе этот момент. Не представляю, как некоторые пары долгими месяцами готовятся к свадьбе, но что я вообще знаю о людях?
– А эти полудурки что здесь делают? – как гром среди ясного неба прогремел позади меня голос Сайруса. И уже через секунду он стремительно направился к стоящим неподалеку трём молодым мужчинам, как три капли похожим друг на друга, и с любопытством наблюдающими за мной.
Я как-то абсолютно не понимала, что происходит. Это вот как называется? Кто разрешил портить мою собственную свадьбу? Нашу свадьбу! Какое-то время я продолжала столбом стоять на крыльце, неподалеку от входа, наблюдая за мужчинами, разговаривающими на повышенных тонах. Слов было не разобрать, и я могла лишь строить догадки, зачем они, эти люди в чёрном, явились.
Как вскоре выяснилось – явились они за мной.
Не вынеся больше ожидания конца разговора, я спустилась вниз и подошла к Сайрусу. Взяв мужа за руку для собственной храбрости, посмотрела на прибывших. Передо мной стояли совсем молодые парни, скорее всего, даже младше меня, они немного нервно поглядывали на Сайруса, и с явным любопытством – на меня. И когда эти переглядывания мне надоели, спросила стоявших напротив мужчин самым строгим голосом, на который была способна:
– Что происходит, господа? – но они, опять переглянувшись между собой, ответили мне что-то на незнакомом языке. Среди слов я разобрала только какое-то подобие своего имени. И, вспомнив бесконечные наставления Анечки, ответила:
– Простите, я вас не понимаю, – небольшое удивление на лицах и эта троица, отойдя на небольшое расстояние, продолжила разговор без нашего участия.
– Фу, такими некультурными быть! Сайрус, родной мой, а может, дадим дёру? – тут же предложила я. На что любимый ответил, всё так же глядя со злостью на парней:
– Если бы я только мог, Алина. Ты только ничего не бойся, маленькая, – тут он уже посмотрел на меня. – Я всё сделаю, чтобы добраться до тебя.
– Что это значит, Сайрус? – ответить он мне не успел. Наши незваные визитеры снова подошли к нам и уже на аравийском языке вновь обратились ко мне:
– Скажите, вы Юстиния Алин Валийская? – от неожиданности вопроса я позорно разинула рот, ну точно дурачок наш деревенский Борька, хорошо ещё слюну по платью не размазала.
– Чего? Какая ещё Юстиния? Меня зовут Алина Маруто, а вот вас, уважаемые, я знать не знаю и не собираюсь расстраиваться по этому поводу.
На мои слова эта неприятная троица снова переглянулась, но тут уже Сайрус решил вмешаться в нашу милую беседу:
– Родство Алины с этой семейкой не доказано, и вы должны понимать, что ваши действия можно расценивать, как похищения человека. Думаю, вам лучше вернуться и сообщить нанимателю, что девушка, на которую вы вышли, является замужней гражданкой Аравии и в ближайшее время менять свое гражданство или статус гражданского состояния не планирует.
– Думаю, ты не понял нас, Сайрус. У нас прямой приказ – без девчонки не возвращаться. Извини.
А дальше время словно замедлилось, так стремительно всё сразу пришло в движение. Вот один из троицы разбивает о мостовую артефакт переноса, который выстроил портал за пару секунд, другой угрожающе закричал что-то Сайрусу о том, что дома меня ждёт лучшая участь, а третий протянул руку мне, будто предлагая добровольно отправиться с ним, отчего я шарахнулась в сторону, случайно выпустив ладонь Сайруса. И, видимо, это послужило неким сигналом для всех. Кто-то из этой противной троицы направил портал ближе к нам. Двое типов прыгнули в портал, а третий вместо того, чтобы последовать за ними, бросил в Сайруса какой-то чёрный мячик, из которого вылетела блестящая сетка, в одно мгновение скрутившая его и заставившая содрогаться в конвульсиях.
А я даже шага не успела сделать, как этот чёртов портал догнал меня. И уже болтаясь в какой-то пустоте, я всё перечисляла про себя, что сделаю с обидчиками моего мужа. По правде сказать, много перечислить не успела: невесомость вдруг сменилась непродолжительным полётом, и вот я снова приземлилась на какие-то ступеньки, разодрав при этом ладошки. Хорошо ещё колени в этот раз остались целы.
А вот ступеньки оказались с сюрпризом: они как будто вели на сцену. Правда, на этой сцене было совсем неинтересно. В центре, ну пусть будет пьедестала, стояло одно вычурное кресло, в котором сидел какой-то старик, который, широко улыбаясь, смотрел на меня. Не просто смотрел, а вовсю разглядывал, отчего я решила провести проверку своего внешнего вида. Ну, да «видок не очень», как говорит Янина, разглядывая свою очередную боевую отметину. С растрепанной косой, ободранными руками и злющим выражением лица (очень на это надеюсь!) зато в шикарном платье. Оглядела себя и рявкнула:
– Поставь, откуда взял, дедуля!
– Не могу, внученька, вот честное слово – не могу! – вот и весь ответ.
Стоявшие позади меня и явно довольные собой, люди в чёрном что-то быстро сказали старику на своей тарабарщине. На что дедуля отреагировал неожиданно зло. Всё показушное веселье и доброжелательность вмиг исчезли, показывая миру, что дедуля далеко не божий одуванчик. И всё же было интересно, зачем я ему понадобилась.
Ещё и внучкой обозвал, гад такой.
– Ну и кто у нас муж? – криво усмехнувшись, спросил этот сморчок. – У какого неудачника жену из-под бока увели?
– Дедуля, мы с вами, кажется, не знакомы. Боюсь показаться невежливой, но не идти ли вам лесом?
Дедок всё больше хмурился, чем доставлял мне необыкновенную радость, а уж когда он набросился на этих троих, то я даже простила ему оцарапанные руки. Смотреть, как оправдываются и объясняются эти хлюпики, было очень приятно. Когда же допрос был завершён, и внимание дедули вновь перекочевало на меня, я была уже более или менее готова к предполагаемому диалогу. Эта передышка оказалась крайне своевременной.
– Скажи свое полное имя, девушка, – произнёс вдруг кто-то из моих похитителей.
– Алина Маруто.
– Врёшь. Ты должна носить имя прабабки, – взревел дед.
– Кому это я должна? Вы бы может, сами представились да прояснили ситуацию. Мы с вами так долго к взаимопониманию не придём.
– Ладно, как зовут твою мать?
– Вы опять? Да с чего вдруг я на ваши вопросы отвечать стану? Вы меня тут внученькой обозвали, а я вас знать не знаю. И кстати, я уже устала на своих двоих перед вами отплясывать. Может, у вас тут ещё один стул имеется? – кажется, разговор пошёл по какой-то не той дороге. А уж дедуле он и вовсе не понравился, так как спустя пару секунд, позади меня оказалась самая обыкновенная подставка под ноги. Удобная, конечно, вещь, когда вечером читаешь у камина. Но сейчас…
Да он издевается!
Немного в стороне послышались приглушенные смешки – кому-то здесь стало очень весело. Ох, и попляшут они у меня! Ничего, я придумаю, как отомстить. И за то, что спёрли меня с собственной свадьбы и за то, что притащили меня этому старику, хотя это вроде как одно их злодейство, но неизвестно, каким боком оно мне вылезет.
А особенно я припомню эту табуретку. Её они точно долго не забудут. Ещё и Сайрусу пожалуюсь!
С появлением злосчастной подставки разглядывание меня изменилось. Если раньше оно было скорее смесью любопытства и какого-то интереса, то сейчас дедуля представлял собой некий памятник ожидания. Он ждал моей реакции. Впрочем, его положение не сильно изменилось и, думаю, если бы я так тщательно его не разглядывала, то, скорее всего, ничего бы и не заметила.
– Мальчики, это должно быть вам, – чётко произнесла я, так же глядя на старика и одновременно направляя табуретку в сторону вдруг замолчавших парней. Паркет в зале был начищен как надо, и подставочка резво докатилась до пункта назначения, где и остановилась, уперевшись в чью-то ногу. Я даже оглянулась посмотреть, к кому именно прикатила столь симпатичная вещица.
– Запереть в Восточной Башне! – раздался злющий голос за спиной. – Переноситесь только порталами. Никому не слова.
И все, хлоп, и нет старика. Что это у него за магия такая? А ведь здесь, и правда, иначе магические потоки проходят. Интересно, а если я здесь цепочку сниму, что будет? Додуматься не успела, как кто-то схватил меня за руку, и вот я уже стою посреди смешной круглой комнаты, а вокруг меня бродят эти трое, устраиваясь поудобнее, кто как придумает. А когда все расселись, один из них глубоко вздохнул и уже на выдохе выдал:
– Какая же ты балда, Алина! Ты зачем его дёргала, словно кота за усы? Головой думать не пробовала?
– Пробовала, – в ответ буркнула я, – но порой от этого одни проблемы. Вы вообще, зачем меня сюда притащили, и может это… назад вернёте?
– Ну, сейчас точно не вернём, сил нет. Но если неделю продержишься, то сможем попробовать. Ты хоть понимаешь, куда попала?
– Судя по всему, куда-то на острова, – вздохнула я.
– А конкретнее? – кто-то здесь снова развеселился.
– Да к родственникам моим, будь они не ладны.
– Чего это? Ты извини, что мы тебя вот так утащили, но поверь, со стариком по-другому никак. Мы и так с ним вляпались по самые уши.
– Так вам их надо было вырвать с корнем, вот и не было бы проблем, – мои силы как-то разом иссякли, и я уселась на стоящую у стены кровать, которая тут же отреагировала жалостным скрипом.
– Ну, рассказывайте, давайте, братцы-кролики.
Глава 12. Лэндориум
После того, как эти оболтусы, наконец-то, испарились из моих временных покоев, я какое-то время, не двигаясь, сидела на кровати и, задрав голову, рассматривала трещины на потолке. Скорее всего, в случае непогоды меня тут основательно зальёт. Трещины были витиеватые, словно веточки дерева. От больших, прямо таки солидных, трещин разбегались во все стороны веточки-трещины поменьше, от них ещё меньше и тоньше… Трещины красиво переплетались между собой, образовывая замысловатый узор на потолке.
Боги, как же я так вляпалась? Жила себе спокойно, никого не трогала и на тебе, как поленом по голове, новостью: «Алинка, ты принцесса!». Очень надо.
А кровать, может, к другой стене перетащить? С той стороны трещины поменьше будут. А ну как крыша надо мной рухнет в непогоду, да и погребёт под своими обломками?
Крыша погребёт, как же. Как бы чокнутый дедуля меня раньше не прикопал где-нибудь по-тихому. А вообще, пора бы успокоиться и разложить в голове по полочкам полученную от братьев информацию. Подумать только, а ведь у меня, и правда, братья есть. Пусть и балбесы редкостные.
Немного погодя я вышагивала по небольшому пятачку свободного пространства и старательно обходила участки пола, над которыми потолок украшали особенно впечатляющие узоры. Вышагивала и усердно пыталась найти выход из сложившейся ситуации. Получалось не очень.
Если верить этим олухам, я действительно оказалась дочерью одного из главных претендентов на престол. Причем Лэндориум – остров, на котором я очутилась – был всего одним из трёх монархических островов. И так случилось, что король какого-то Фактэйра в который раз овдовел около года назад, и сейчас его траур подходил к концу, следовательно, и вакансия на место королевы Фактейра вновь открыта.
И вот его величество, Арчибальд Грэм Валийский вспомнил, как однажды его младший сынок сделал своей невесте ребёнка, девочку, но по неизвестным причинам жениться на ней отказался. Невеста тогда пропала, и про неё быстренько все забыли, тем более вскоре юноша женился и не абы на ком, а на маркизе оро Лэйк, некогда непревзойдённой красавице, как высокомерно заявили мне эти оболтусы.
Ну ещё бы, будь она трижды косоглаза и кривозуба, они бы ничего иного о собственной матери не сказали.
Вот лучше бы сами дочку состругали и выдавали её за кого угодно, а мне такого счастья не нужно. Но нет, у других наследников этого Арчибальда рождались только сыновья. У старшего и среднего – по двое, у папаши моего – люди в чёрном.
И как только на ум этому старикану пришла столь великолепная мысль, он подключил лучших мастеров поиска и как-то нашёл меня. А вот это он зря.
Хотя как действовать в подобной ситуации, я не представляла. Во многих романах главная героиня всегда подключала к спасению себя свою невероятную редкостную магию или ещё какие-нибудь выдающиеся способности, ну на крайний случай её спасал мужественный принц. Но это на самый крайний случай, надо же всем показать, какая она вся из себя молодец.
А я что могу? Мысль о том, чтобы снять цепочку, отмела сразу – страшно подумать, если в эту комнатейку вдруг поползут разные трупики грызунов, летучих мышей, или вообще, какой скелет из шкафа выскочит.
Ещё я могла бы прочитать ознакомительную лекцию об особенностях архитектуры Альвенты и нескольких других крупных городов Аравии. Вдруг старикан впечатлится и отпустит меня обратно.
От абсурдности собственных мыслей стало совсем тошно. Я не выдержала и всё-таки подошла к окну, хотя над ним были самые солидные трещины. Сквозь одну из них я даже разглядела крошечный кусочек неба, и мне вдруг стало любопытно посмотреть на этот Лэндориум. Названия столицы острова вспомнить не могла, как ни пыталась. Надо будет у братцев попросить какой-нибудь учебник по истории острова. Всё равно делать здесь больше нечего.
Кстати, у братцев оказались обычные человеческие имена, но так как они меня бессовестно спёрли со свадьбы, тут будут исключительно братцами или людьми в чёрном.
А вообще Алик, Свейн и Говард может не так и виноваты. Просто так проще – свалить всю вину на них, они же притащили меня сюда. Но кто бы смог спорить с правителем? Тем более, насколько я поняла, к моим поискам и мамаша братцев подключилась, видимо, решила, что будет больше значить в высших кругах острова.
Нда…дела.
Что делать-то?
Надо сказать, что в себя меня привёл вид из окна. Роскошный, надо сказать, вид! С учётом того, что дворец правителя был расположен на холме, а я так ещё и в башне, то город, расположенный у стен замка, был виден как на ладони. Правда, больше он походил на большую деревню. Со своего обзорного пункта, я не увидела ни одного здания высотой больше двух этажей.
А может, надурили меня братцы-кролики? Какая из меня принцесса? Даже статус деревенской ведьмы мне больше нравился. Но ведь что-то подсказывало – не врут они, да и сходство слишком явное, даже, несмотря на то, что матери разные.
Так, всё, хватит! Хватит об одном и том же. Сидя взаперти я вряд ли получу хоть какие-нибудь ответы на вопросы. Да и в принципе, в моём нынешнем положении сложно разжиться какой-либо информацией.
Всё так же стоя у окна, я смотрела на расположенный внизу город и по большому счёту не видела его. Пока не заинтересовалась необычайностью крыш городских домов: почти каждый дом «украшала» некая закрытая беседка на крыше. Неужели горожане так любят рассматривать окружающий пейзаж, что возникла такая необходимость массовой застройки крыш? Сосредоточиться на этом вопросе выходило проблематично: мысли так и норовили вернуться к сплошным зачем? и как?
Но вдруг прямо перед окном появился Говард, самый молчаливый из братцев, и прямо в окно закинул какой-то мешок, который пролетев через всю комнату и стукнувшись о противоположную стену, приземлился на кровать.
А я вот прямо увидела, как трещина над кроватью ещё больше стала после того, как мешок в стену врезался. Надо будет всё-таки кровать оттуда перетащить.
Пока я разглядывала нанесённый моему временному жилищу ущерб, за окном уже набирала силы перебранка парней:
– Ты бы ещё ей в голову зарядил!
– Да я просто промахнулся.
– Мимо головы? Говард, тебе Бальтовски первому голову снесёт, а потом и нам благодаря твоим выкрутасам.
– Да ладно вам, – это вроде Алик. – Вон, живая же она. Стоит, арали разглядывает.
А поглядеть было на что. Каждый из братьев сидел на такой крупной ящерице с крыльями. Животные ко мне никакого интереса не проявляли, лишь лениво размахивали крыльями, будто им это совсем не нужно – и так бы не упали. Я о таких и не слышала никогда. Хотя арали… где-то я встречала это слово. Скорее всего, в детских сказках, сейчас и не вспомню.
И беседки эти смешные на крышах. Это может быть для таких ящерок, размером с хорошую лошадь.
– А я тоже так хочу полетать, – как-то вдруг ляпнула я.
– Ага, чтобы Бальтовски нас развеял по миру? Ты, сестрица, сидишь там тихо-тихо, а вот когда дёру дашь – накатаешься. Хотя сегодня про тебя вряд ли вспомнят. В замок дядька Льюис вернулся. А его тут лет пять не видели.
– Льюис, Льюис, – я сделала вид, что припоминаю имя. Хотя на примете у меня был лишь один. – Льюис, это который отщепенец, от трона отказался, сыновей на другой остров выслал, не сообщив родителю. Вы это о нём рассказывали?
– Ага, а ты случайно никак не могла с ним в Аравии встретиться? Иначе чего он именно сегодня примчался?
– Да вряд ли, он, скорее всего, там под другим именем жил.
– А может и своё оставил?
– Может, не может. Закругляться нужно. Поесть мы тебе принесли, до завтра не пропадёшь. А завтра, может, и дед про тебя вспомнит, ты ему дави на невозможные условия для проживания, чихни для убедительности пару раз, вдруг проймёт старика? А мы полетели, пока нас не хватились, – с этими словами Алик махнул братьям и направил своего арали резко вниз. Я хотела было посмотреть куда, но со всей силы приложилась лбом в невидимую магическую преграду. То есть сюда залететь может всё, что угодно, а я отсюда ни ногой. Ну да не очень-то и хотелось – здесь самоубийц нет.
Развернувшись в сторону кровати, я уже хотела рассмотреть, что же там мне передали братцы, как вдруг прямо посреди комнаты с лёгким свечением появился Льюис собственной персоной. Немного оглядевшись и встретившись со мной взглядом, он улыбнулся, хотя как мне почудилось словно через силу:
– Здравствуй, Алина.
– Здравствуйте.
И мы оба замолчали. Льюис занял моё место у окна, рассматривая город внизу, а я осталась стоять там, где стояла. И лишь когда тишина буквально стала давить на меня, я не выдержала, села на кровать и спросила:
– Вы не сможете мне помочь, да?
Заметила, как Льюис скривился, будто съел ложку икры водянки, но всё-таки ответил:
– Пока ждём Сайруса, думаю, он сможет.
– Сколько?
– Неделю. Максимум. Со слов отца я понял, что послы Загора Полу-Рэ, короля Фактейра, сюда прибудут через неделю. Он уже отправил запрос, старый дурак. И Марко идёт по его стопам: час мне расписывал, сколько привилегий получит Лэндориум после объединений с Фактейром.
– Это всё, конечно, интересно, но Льюис, скажите, вы у мамы были? – я с замиранием сердца ожидала его ответ.
– Был.
– И?
– Четырнадцать часов ждал, чтобы она ожила. Думал, свихнусь. А когда она увидела меня, сразу спросила: «Где Алина?».
И я расплакалась. На меня разом накатило облегчение от того, что с мамой точно будет всё в порядке и собственная безнадёга. Я сидела на скрипучей старой кровати, от которой за версту несло голубиным помётом, в своём красивом свадебном платье и размазывала по лицу слёзы с остатками косметики. Ну вот ни в одной из прочитанных мною книг принцесса не оказывалась в столь абсурдной ситуации.
– Не плачь, Алинка, – раздался рядом тихий голос Льюиса. – Принцессы не плачут. Так ведь, Алинистрилла?
– Откуда? Вы? – плакать перестала моментально.
Перед глазами возник образ Хитрого Джо, который одно лето жил у нас. Мама тогда сказала, что он маг-реставратор и какое-то время поживёт у нас, заодно и поремонтирует наше жилище. Бытовые стороны жизни в то время меня интересовали мало, а вот многочисленные истории о драконах и принцессах, которые знал Джо, – словно магнитом притягивали к смешному бородачу. Мне было тогда почти девять, и, наслушавшись разных сказок, я придумала себе настоящее принцессовское имя, которое веселило всех домашних. Помню, Эрик, произнося его, даже шутовские поклоны мне отвешивал. Это сколько же у Льюиса имен и лиц?
– Много, – вдруг со смехом ответил Льюис. – Всех даже не вспомнишь.
– Вообще-то я вам все свои секреты рассказывала, а вы оказывается, шпион!
– Ну, может быть чуть-чуть, – ответил Льюис, присаживаясь на какой-то перевернутый ящик. – Мы с твоей мамой намудрили сильно, но тогда, именно в то лето, я просто не мог находиться вдали от вас. И только сейчас я начинаю понимать почему, и почему именно то лето стало самым счастливым в моей жизни.
– А я думаю, что оно было лишь первым. Вы далеко не старик, и если с мамой помирились, то вместе вам по жизни гораздо приятнее идти будет.
Сказала, и сразу перед глазами возник образ Сайруса: его красивое мужественное лицо, представила, как он перестанет хмуриться, когда меня увидит и улыбнётся. Я так люблю эти моменты. И как мне сразу станет хорошо и спокойно, когда он, наконец, вновь обнимет меня, закроет от всего мира и спасёт от этой семейки.
