290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Охота на меня или неудачливая подружка невесты (СИ) » Текст книги (страница 13)
Охота на меня или неудачливая подружка невесты (СИ)
  • Текст добавлен: 5 декабря 2019, 06:30

Текст книги "Охота на меня или неудачливая подружка невесты (СИ)"


Автор книги: Анастасия Нежная






сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 20 страниц)

Глава 42
Лисий дурман

Альбус давно принял решение навестить одного Лиса, что существенно мог облегчить ему жизнь, сумей он грамотно распорядиться обстоятельствами. В офисе к обеду все дела были сделаны, один из его партнеров доложил, что есть возможность провести переговоры с нужным оборотнем. МакГрейвз не стал откладывать и через 10 минут два массивных джипа неслись в Виниппег на полном ходу.

У Альбуса появилась дурная привычка таскать трусики Тиффани в своем кармане и сжимать в кармане брюк каждый раз, когда волн удушливого отчаяния прорывалась наружу. Когда в очередной раз его накрыло в её спальне, он перевернул ее не до конца разложенный чемодан, откуда попадало её нижнее белье. Черные танго с шелком и кружевом отчего-то вызвали прилив возбуждения и правильности его желания прибрать их.

Теперь они спасали его от гнева и разрушения, перебирая их пальцами, гладкое и шершавое на ощупь, оно говорило ему о том, что все переменчиво. За плохим придёт хорошее, за потерей придёт находка. Тиффи вернётся к нему, надо только покончить с плохим.

В своих мыслях и некотором трансе, Альбус не понял, как стемнело и машины встали у очень странного закрытого заведения. Бар для мужчин «Фокс» находился в малолюдном районе города, где также находились различные заведения для искателей свободных удовольствий. У «Фокса» никто не толпился, не было давки и ажиотажа, внимательный охранник поклонился впуская процессию из 4 Диких.

– Мистер МакГрейвз, приветствую. Мистер Редж у себя в кабинете. Вы можете пройти, идите за мной, – сказал Управляющий, возникший как черт из табакерки. На нем блестел Золотой бейдж с надписью «Энтони, Управляющий», который он гордо демонстрировал на своей жилистой груди.

– Веди, – тихо произнес Альбус, зная, что был услышан.

Группа следовала за Энтони на второй этаж в самый дальний холл, где был организован специальный лифт в пент-хаус бара. Стальные холодные дверцы разъехались, пропуская его.

– Прошу прощения Вы можете взять с собой только одного сопровождающего, таковы правила, – замялся лис.

– Эбот, со мной. Трое стерегите лифт, – скомандовал МакГрейвз.

– Да, Альфа, – сказал самый резкий в чертах оборотень, его черный ежик грозно торчал, предавая ему дьявольский вид, на что бедный Тони лишь сглотнул, произнося:

– Всего доброго, мистер МакГрейвз.

Дверь за гостями закрылись и лифт медленно поплыл вверх, когда дверь вновь раскрылись, Диких встречал полумрак, животное рычание и запах секса. Альбус насторожился, как только они прошли по коридору и свернули на право.

Их встретил просторный холл с аквариумами до самого потолка с лавой красного цвета, на деревянных стенах из темного дуба весели старинные картины с обнаженными девицами, а рядом с панорамным окном был огромный стол, на котором распласталась незнакомая девица с голой грудью, упертой в столешницу. Её юбка была задрана, а ноги были разведены, но колени изгибались от каждого резкого толчка любовника, что до одури вколачивался в её явно уже неоднократно облюбованное лоно.

– О, Альбус, рад видеть. Прости увлекься. Хочешь присоединиться? – скалился радостно хозяин бара.

– Завязывай, Редж, я не беру чужих шлюх.

Лис горданно рассмеялся, но свое дело не прекратил, самка тоже из лисьих томно стонала, зазывно приглашая к сексу нового свидетеля её падения.

– Да, Ари, именно такая. Её недавно отшил её постоянный папик. Ренгар сразу её опрокинул, когда узнал, что я поимел её во все дырки. Пумы и Дикие индивидуалисты, а вот мы Лисы любим с огоньком и чем больше секса, тем лучше, – Редж потянул за волосы оборотницу, явно демонстрируя её шикарное тело. – Ну-ка, детка, покажи нам представление.

Ари запрокинула руки вверх, заводя их за шею любовника, сводя ноги вместе, выгибая свою пышную грудь вперед. Дальше начался просто дикий трах, от которого её грудь ни на миг не переставала раскачиваться, а крики стали просто сумасшедшими, а потом Лис зарычал, грубо сжимая её грудь с проступившими на пальцах когтями.

– Воу, задница у нее, что надо. Люблю долбиться в неё, – не было понятно, в кого или что он любит сбрасывать пар, но Альбусу было похрен на это. Он только сильнее сжал челюсти, сейчас запах секса провоцировал ярость, как когда узнал, что Тиффани похитили.

– Отправь свою суку погулять, и проветри здесь, – голос Альбуса изменился.

– Да, тебя неплохо вставило. Ари, детка, ты зацепила Альбуса. Жаль, что он занят, кстати человечкой, за которой приударял Рен, правильно ведь?

– Что-то не помню, чтобы такой слух гулял, – проигнорировал провокацию со стороны Лиса.

– Человечка?! Фу! И из-за неё меня не принял обратно, Рен? – она явно потеряла свой лоск, лицо приняло ужасную ревнивую и злобную гримасу.

– Закрой пасть, сука, иначе я переломаю твою шею, – зарычал МакГрейвз. – Ты говоришь о моей паре?

– Редж, а разве у него пара не среди своих? Я слышала, что они поссорились перед свадьбой, и он сжег их совместный дом.

– Завались, Ари! Забирай свои шмотки и открой окна. Дуй в спальню, когда мы закончим, я накажу тебя за неповиновение.

Ари вздрогнула, но исполнила всё, как было велено.

Видимо Редж был не только отличным любовником, но и применял к ней свои садистские наклонности. У этой девки явные сложности, раз она ходит под его покровительством, – подумал Альбус, следя за самкой. А ведь так и есть, на запястьях красные ссадины, а на спине полосы.

– Прости, тупая как пробка, совсем не следит, что говорит. Какое у тебя ко мне дело?

– Организуешь мне встречу с одиночкой-наёмником? – злобно оскалился Альбус.

Редж охнул и опешил, явно напрягшись, стягивая с шеи до этого болтавшийся галстук.

– Нет, Редж, отказать ты мне не сможешь. Ты знаешь, что будет после.

– Но зачем тебе он? Он обычный прощелыга, так для грязных маленьких делишек, – пот проступил на лбу лиса, уже не от секс марафона.

– Это ты ему такие давал, но благодаря этому, ты неплохо его прикормил. Он не откажет тебе во встрече, мне нужно выманить его и говорить в рабочей деловой обстановке.

– Говоришь так, будто его сложно достать, – хохотнул Редж, но сразу заткнулся, встретив яркий желтый взгляд гостя. – Понял, когда ты хочешь это организовать? Надеюсь, выне будете убивать друг друга?

– Боишься, что тебе отомстят? – хмыкнул Альбус. – По делом тебе будет, чтобы не спонсировал всякую шушеру, что мнит себя хозяевами леса на границе с моей территорией.

– Да, я ведь ничего такого…

– Перестань оправдываться. Вызывай его на послезавтра, на то место где ему привычно, но так, чтобы сбежать просто так он не мог, и не тащил с собой всю свою мини-армию.

– Сюда в бар, ко мне приходят четверо одних и тех же, и моих людей пять так и обговариваем.

– Ну в этот раз нас будет ты, я и моих людей 8. Ты их обыскиваешь?

– Обижаешь, – возмутился Редж. – С оружием в мой бар не пройти.

– Это ты так думаешь. Охрана у тебя не айс, ну да ладно, я не планирую его убивать. Мне он нужен живым. Позвони, как договоришься.

– Да-да-да..

– И, Редж, не вздумай проговорится, – сказал Альбус, поднимаясь и отряхивая невидимые пылинки. – Я тебя достану и не пощажу.

Когда дверь за Дикими закрылась и лифт уехал вниз, Редж уронил ногой стул и зарычал.

– Чертов, МакГрейвз! Бесит! Ну, ничего-ничего. Сейчас договорюсь и отыграюсь на Ари, – плотоядно улыбнулся Лис, доставая мобильный.

Глава 43
Утро добрым не бывает

Это место было светлым. Очень светлым и блеклым. Коснись, кажется, и лапа пройдет насквозь. Где-то вдали шумело море, тянуло соленым прибоем. Запахи обострились, это светлый луг начинался у края горизонта, упираясь в холм с одиноким деревом. Цветущая яблоня отбрасывала единственную тень. Ноги тонули в пушистых одуванчиках. Незримое что-то тянуло вперед огромного зверя, чьи лапы скрывала трава и щекотала огрубевшие подушечки.

Каждый шаг отдавался стуком разбушевавшегося сердца. Аромат незримый, притягательный манил и звал зверя. В свете, что, казалось, шел отовсюду: из стеблей растений, из пушистых соцветий, неба. Гул морских волн нарастал, сливаясь с ритмом разбушевавшегося сердца.

Впереди был чей-то силуэт, длинные белоснежные волосы с позолотой, развевались на ветру. Силуэт двинулся к стволу большого дерева. Стало страшно упустить его из вида. Лапы словно налились свинцом, животный дикий страх обуял зверя.

– Нет! Стой, подожди меня!

Ответом стали звуки прибоя, лапы с трудом, но несли зверя. Когда зверь поднялся на холм, то опешил. За ним ничего не было, резкий обрыв на сотни метров вниз. Внизу шумел темно-синий океан. Это не море, это бездна, что перехватывает дух и страшно смотреть. Картины падения стояли перед взором зверя.

Из оцепенения вывел смех, словно перезвон маленьких колокольчиков. Массивная голова повернулась, силуэт прекрасной незнакомки прислонился к стволу. Лепестки кружились в причудливом вихре вокруг неё. Лицо она прятала, белое свободное платье красиво подчеркивало её фигуру, оставаясь мешковатым, и пускало импровизированные волны ткани.

– Боишься? – услышал он нежный голос.

Зверь протестующее зарычал.

– Я вижу, как ты смотришь в глубину. Тебе страшно?

Рык: – Нет!

– Прыгнем? – это была провокация, зверь поежился, посмотрев в темную глубину.

Ему вторил тихий смешок: – Тогда возвращайся обратно, там не страшно.

Ответить ему не удалось, силуэт сорвался вниз. Жуткий рев огласил округу.

– Нет, вернись!!!

Рен резко поднялся, тяжело дыша и в панике. Он лежал на кровати в одних спортивных штанах. Удивление перебороло страх ото сна. Его талию оплели тоненькие ручки, а короткий ёжик покоился на его бедре. Его обладательница заворчала, сильнее его сжимая, что Пума охнул.

– Перестань мычать, ты мешаешь мне спать, Тифф.

– Какого черта ты делаешь в моей постели? – спросил Рен осипшим от возбуждения голосом. От нее пахло умопомрачительно, не так, когда она выпустила силу, но все же еле-еле ощутимый на границе терпимости и вожделения. Его Пума довольно принимал нападки этой пичужки, будто ничего необычного в их близости нет. Пума успел оглядеть её и себя. Нет, они не делили постель как мужчина и женщина.

– Что…ты сказала….сказал?! – Шайа в ужасе отпрянула от него, зверю это не понравилось. Он хотел, чтобы они были ближе друг к другу. – Ты что пытался меня изнасиловать?!

– Да, как у тебя в голове такое возникло. Я не сплю с детьми! – рыкнул Рен и пожалел, Шайа обиженно выпятила губу. – Прости, я не хотел. Просто я отнес тебя с Тиффани в другую спальню, а сам лег здесь. Я только, что проснулся и даже не услышал, как ты ко мне подкралась.

– Ты ошалел, ушастый? Хочешь намекнуть, что это я на тебя прыгнула? – зашипела она как-то по – кошачьи, пуская табун мурашек по шее.

Рен нервно потер шею.

– Я уже тебе всё сказал. Раз ты уже проснулась, может завтрак приготвишь. Как вчера стейк? – с мольбой смотрел он на пичужку.

Видимо она сочла предложение и весь его вид достойным такой чести.

– Ладно, только пойду, умоюсь, – фигурка скользнула с постели и направилась в ванну.

Её аромат и неспешная плавная походка, заставили Пуму нервно сглотнуть.

– Достань мясо и налей мне сок, – бросила она между делом.

Рен не понял как, но встал и пошел исполнять её указания. Когда до него дошло, что эта пигалица управляла им, пенопластовая подложка упаковки стейка треснула у него в руках. Сок он ей все-таки налил, но в душе ненавидел покладистость своего зверя.

Когда Тиффани проснулась, эти двое уже сидели за столом. Шайа пила сок и ела яичницу с беконом, а Рен довольно уплетал новую порцию стейка.

– У кого-то утро началось продуктивно? – хохотнула рыженькая, вытирая сырые волосы полотенцем. – Неплохо смотритесь, можно и мне стейк с яичницей?

Два злющих взгляда были ей ответом.

– Может, сама приготовишь? – огрызнулась Шайа. – Я уже с утра устала плясать над кое – чьими стейками.

Рычание указало на отношение Пумы к её наездам.

– Ладно, успокойся, я приготовила ей порцию, – выдохнула блондинка. – Возьми на плите там дожаренный стейк и яичница. Не стесняйся.

– А можно было сразу сказать? Что за атмосфера? Я думала, вы подружились.

Пока Тиффи не смотрела, Рен рукой показал движение вдоль шеи, что сделает, если она пожалуется, что они делали утром.

Плотоядная улыбка шкодливой пичужки была ему ответом.

– Мы очень дружны после всего, что произошло, – наигранно пропела Шайа.

– Да? Я так рада, – ворковала Тиффани, стуча лопаткой по сковороде. – Чертова яичница никак не хочет ко мне в тарелку.

Рен бесшумно слез со стула и попытался схватить блондинку, но она уже отскочила, на другую сторону стола. Они начали кружить вокруг него, но Рен никак не мог её поймать. За этим действием их и застала Тиффани, замершая с тарелкой в руках.

– Какого?! – посуровела девушка. – Что вы тут устроили?! А-ну, сели оба!

Волна альфа силы пошла на Рена лавиной, на миг тот опешил, но потом решил не рисковать и проверять на прочность силу беременной любимой.

– Чхи! – это, скуксив нос, чихнула Тиффани. – Что за? Чхи

– Что с тобой? – заволновался Рен.

– Аллергия на твою шерсть, усатый, – ухмылялась Шайа.

– Очень смешная шутка, обхохочешься, – заворчал Рен, подойдя к Тиффи и придерживая её.

– Что удивляешься? Малыш против всяких кошачьих дядек, что к его мамке пристают. Брысь, – оттолкнула его Шайа, положила тарелку с едой и повела Тиффани в ванную, показав ему язык.

– Наглая пичужка, – ворчал Рен, складывая свои накаченные руки в замок на груди.

Когда дверь в ванную закрылась, а Шайа повернула вентиль крана, Тиффани налетела на неё и громко зашипела.

– Что вы творите? Ты зачем его провоцируешь? Что между Вами произошло? Я с утра не узнаю ни тебя, ни его, – мотнула рыжая головой в сторону двери, за которой где-то был Ренгар.

– Ничего такого, – вырвала свою руку из захвата подруги блондинка. – Я не знаю, что это. Я просто повинуюсь своему чутью, меня оно не подводит. Да и..

– Не темни, мелкая, – настаивала Тиффи.

– Я его не боюсь. От слова совсем. Рядом с ним я что-ли спокойнее чем обычно, если он меня не провоцирует. А сегодня утром…

– Что утром? – лицо Тиффани приобрело несвойственную ей хищность. – Он был непочтителен к тебе?

– Тиффани, поклянись, что то, что я скажу, не повлияет на отношение к нему, и ты не пойдешь ему ничего говорить.

– Да что происходит?! Ты пугаешь меня, – вскрикнула беременная девушка.

– Да, тише ты! – зашипела Шайа, закрывая той рот. – Он услышит. Клянись, Тифф.

Ответом ей был легкий кивок. Хватка ладони блондинки на лице ослабла, а затем рука опустилась совсем.

– Мне, кажется, между нами есть притяжение. Он очень мне нравится, внутри что-то шевелится, когда он рядом. Я с трудом могу это объяснить, но иногда я просто понимаю его зверя, будто вопреки желаниям самого Рена, Пума со мной заодно. Он – мой, – взгляд Шайи был прямым и волевым. – Пускай, он думает, что любит тебя и убеждает себя без конца. Признаться, я даже боюсь его напора, если бы он безоговорочно принял свои чувства. Оборотни страшные.

– Спокойно, милая. Ты влюбилась в Рена, – Тиффани словно мама обняла и начала гладить девушку, которой пришлось жить и бороться со страхами всё детство и юность. – Он – замечательный. Я буду рада, если у Вас всё сложится.

– Мы проснулись с ним сегодня вместе.

– Что?!

– Ш-ш-ш! Чего орешь, сумасшедшая мамаша, – убрала от себя руки опекающей Шайа. – Я не знаю, как я там очутилась, он не знает. Просто мы проснулись вместе. И это было так здорово.

Девушка мечтательно зажмурилась, а потом взглянула на внимательную подругу.

– Мне приснился прекрасный сон. Я давно таких не видела. Я бегала по красивому лугу, знала, что там безопасно. Я еще там был зверь, я даже не разобрала что это такое. Он светился и грел меня своим светом. Мы резвились, а потом там был обрыв и меня туда потянуло. Я улыбнулась и сказала «Давай вместе». Я думала, он прыгнет за мной, что пойдет следом. Но когда я расправила руки и обернулась, он стоял на краю. Это было больно, мне стразу стало холодно и одиноко. Я начала пытаться согреться, звать тебя, а в итоге., оказалась в постели Рена.

– У Вас было что-то? Ты же говорила, что твоя течка не за горами, – спросила взволнованно Тиффи.

– Нет, он никак не подтвердил, мои опасения о нашей близости, я была одета, а он не блистал желтыми очами. Признаться, мне стало как-то обидно. Я хочу ему довериться, но он единственный оборотень, который отворачивается от меня, хотя я знаю, что он ощущает тягу зверя, но просто её игнорирует.

– Блин, все так непросто, – закусила губу Тиффани. – Я просила Рена увезти нас к нему. Он обещал, но считает, что для этого нет благоприятной возможности и лучше, если некоторое время мы переждем. У Альбуса какие-то проблемы, кроме ОССКОРа, он отправил Бету за границы штата. Также у него в стае появился предатель, отчего вся стая напоминает закрытую военную базу.

– Твой парень и отец ребенка – одна большая мозоль для нашего правительства, также его недолюбливают оборотни. Сама посуди, он продает оружие, некоторым это явно не нравится. Он ведь контролирует рынок Канады.

– А ты откуда знаешь?

Шайа пальчиком ударила по мочке уха.

– Забыла? Я так люблю слушать сплетни на базе из первых уст, – хихикнула блондинка.

– Не переживай, Альбус – крепкий орешек. Его так просто не убрать.

– Я люблю его и он – отец моего ребенка. Конечно, я переживаю. Я хочу, чтобы он знал, что у нас всё в порядке, – поежилась, обнимая себя Тиффани.

– Тогда ты и он будете уязвимы. Они попытаются нас выследить. План Рена переждать, он верный. Я верю кошаку.

– Ты просто хочешь побыть с ним максимально долго, хитрая пигалица.

– Что есть, то есть. Это война детка, я хочу полной капитуляции кое-кого хвостатого, – хитро улыбнулась блондинка. – Идем к нему, он уже, наверное, на кухне все прибрал.

– С чего такая уверенность? – сказала Тиффани следом за Шаей, появившись на кухне. Посуда дествительно лежала на сушке, а Ренгар вытирал руки полотенцем.

– Что? – хмуро спросил он.

Обе подруги прыснули со смеху.

– Ничего, Рен, все в полном порядке?

– Я так и не понял, что смешного?! – рыкнул мужчина, подходя к обоим.

Шайа взяла его за руку и, встав с его стороны, произнесла, глядя в его глаза:

– Рен, давай может Тиффани перекусит, а ты поделишься планами? Мы с удовольствием послушаем на том диванчике.

Все посмотрели туда.

– Я подогрею свой завтрак и присоединяюсь к Вам. Идите, – подтолкнула обоих рыженькая.

Пара пошла на диван. Со стороны маленькая блондинка на фоне огромного массивного блондина выглядела крошечной, но они выглядели трогательно, даже когда Рен хмурился, что-то втолковывая нервно Шайе, которая довольно светилась от его внимания.

Глава 44
Вспоминать – это больно

Равномерно пищал монитор. Пахло медикаментами, запахом чистого белья и пылью. Каин громко чихнул и открыл глаза. Резкий свет ударил по зрачкам, пришлось неприятно дернуться.

– Тихо, Арчер!

– Рррр, что ты здесь забыла?

– Интереснее, что ТЫ забыл в Канаде? Мне, знаешь ли, пришлось напрячь огромную кучу людей, достать пилота с вертолетом. Самое забавное, что я нашла тебя истерзанного в луже запекшейся крови у кого-то замшелого казино. Потрудись дать отчет, солдат! – рявкнула красавица с высоким конским хвостом, от нее неприятно пахло табаком.

– Сколько сигарет ты выкурила, Кейл?

– Это все, что тебя интересует в данный момент? Ты в заднице, Каин, ты нарушил границы страны. Кое-как пришлось сослаться на то, что тебя похитили. Твой мотоцикл, уже эвакуирован в США на базу, – ее пристальный взгляд осуждал?

– Я пытался исправить всё. Я отказался вредить целям, но беглянки не отказались навредить мне. Мне не хватило гребанной минуты, чтобы помешать им пересечь реку, – застонал он от досады. – Я был в сотне метров от удачи.

– Ты был в луже крови, это ли удача? Как так вышло?! Их всего лишь 2 хилые Луны!? – шипела она, вскочив со стула.

Метания из стороны в сторону нервировали полукровку. Но события той ночи заставили его кровь бежать по венам быстрее. Кто этот кошачий? Что у него с Тиффани, она смога управлять его зверем так просто? Они были близки. Внутри что-то ворочалось, неприятное, непонятное и очень злое.

Датчики резко запищали, в палату вбежала медсестра.

– Что происходит? У больного поднялось давление, зрачки расширены. Выйдите, пожалуйста, мне нужно позвать врача и обследовать, возможно ухудшение состояния.

– Отвали! Иначе твое состояние ухудшится в разы сильнее, – уже не говорил, а рычал Каин.

Девушка отпрянула.

– Срочно, нужно успокоительное, – медсестра нажала кнопку у входа в палату. Через минуту возникли два высоких парня в костюме медбратьев.

– Помогите, мне его зафиксировать, я сделаю ему укол. Сердечный ритм и давление зашкаливает. Где доктор Хос?

– Он на обследовании другого пациента, – ответил один из парней, что приступил к указаниями, фиксируя за плечо и руку больного.

– Кейл, убери их от меня! – рычал Каин, теряя всякую человечность в лице.

Впервые Гардиан понимала, что нужно усыпить его, потому что сущность выходила из-под контроля. Она видела клыки, когда тот силился стряхнуть здоровых парней. Времени не было, и она сказала:

– Что тормозишь? Коли быстрее! Иначе ему станет хуже – «Но насколько медперсоналу лучше не знать».

Игла вошла в вену, напряжение покидало тело полукровки, успокаивая его и вводя состояние эдакой прострации. Последняя связная мысль:

– Тиффани, что у неё с ним…..

Где-то в прошлом.

– Лей, детка! Ужин готов!

– Иду, мам! Томми не приехал? – кричала милая девушка с двумя русыми хвостиками.

Её мать Мэри Стюарт Эбони, была обычной продавщицей в крупной сети супермаркетов Walmart в штате Айова, город Су-Сити. Их уютный домик располагался на 6 Авеню рядом с работой матери. Отец Лей был военным и часто отсутствовал в командировках.

Старший сын Мэри, Томми Джон Эбони, названный в честь прадеда, уже заканчивал Северо-Восточный филиал Центрального колледжа в Су-Сити. Парень в отличие от отца мечтал о карьере программиста. Но это нисколько не мешало ему быть капитаном баскетбольной команды колледжа. Девчонки вокруг брата Лейлы вились всегда. Неважно, что они быстрее делали. Открывали ли свои ротики в восторженных криках или срывали ли трусики, готовые на все, только бы высокий и статный парень пригласил их на прогулку. Брат всегда ставил вперед семью. Ведь ему рано пришлось восполнять место отца, пока тот зарабатывал им на достойную жизнь.

Стоит отдать должное и матери Лей. Мэри Стюарт не сидела дома и прилагала все усилия, чтобы у её крошек были, лучшая одежда, какой-никакой транспорт и уютные комфортные комнатки.

Дети выросли избалованные вещами, но не вниманием. Поэтому в любом вопросе Томми всегда защищал Лей. В этом крылось и её проклятье. Уже 18 лет, а она кроме петтинга и тайных поцелуев в перерывах за зданием колледжа позволить себе не могла. Брат в прямом смысле заставил всю команду быть её сторожевыми псами. Они докладывали о ней все, а домой она ехала в сопровождении брата. В этом году она была уже на втором курсе, но даже со школы ничего не изменилось. Лейла очень надеялась, что, когда он пойдет в колледж, она сможет начать с кем-нибудь встречаться. Испытает чувство первой влюбленности, поделится этим с подругами, будет проводить время с любимым мальчиком.

Какого же было ее огорчение, что после себя брат оставил в школе нового командира баскетбольной команды. Кем Торк был здоровенным афроамериканцем с ужасным лицом и гигантским ростом. Он наводил ужас на всех парней и ровно в назначенное время сдавал её брату из рук в руки.

Кем не обижал её никогда, но за пару конкретных выходок он серьезно её напугал, сказав: «Если тебе так не терпится найти какого-нибудь кабеля и потерять свою гребанную девственность, то Я с удовольствием решу вопрос с поиском…. своей кандидатурой».

Впервые девушка точно поняла, что он видел комплексы маленькой Эбони насквозь. Так в свои 18 лет – Лейла была девственницей, в какой-то момент это знание стало для неё философским измышлением, на тему непорочности. «Старая дева» не так уж страшно, зато не подружка Кинг Конга.

– Томми, уехал на сдачу экзамена. Будет скоро. Милая, ты не сходишь в гараж, принесешь белье, машинка должна уже отстирать? – слышалось из кухни, где вовсю шла готовка.

– Ок, мам! – крикнула она, сбегая по лестнице.

На улице светило яркое июньское солнце. Приятный стриженный братом газон мог участвовать в конкурсе на звание «Самый аккуратный газон». Томми ненавидел стричь его, Лей хохотнула. Раздался треск дерева. Лейла вскрикнула и обернулась. У небольшого забора стоял здоровенный парень лет 25 может старше. В руках были два обломка от ИХ забора! Дыхание и нервное сопение от него, было еще не самым странным. Глаза были желтыми, вены на шее вздулись, а лицо потемнело. Хотя незнакомец был достаточно загорелым и очень красивым.

– Я вызову полицию, это порча чужого имущества! – набралась она смелости.

– Ты – человек.

– ха-ха! Очень оригинально. Ты решил, что если тебя сочтут тупым, то ты сможешь избежать наказания? – не на шутку разозлилась на него Лей.

– Не зарывайся, человечка! – рыкнул как-то страшно он.

– Я позову кого-нибудь, – стала отдаляться от него девушка.

– Стой где стоишь! Не провоцируй …, – он вдруг замялся, а потом оторвался от изгороди и перешел тротуар, сев в огромный внедорожник, что блестел как медный таз в лучах полуденного солнца. Машина стартанула, оставляя черные следы шин и легкий запах паленой резины

– Придурок! – крикнула она вслед, но тот, как она думала, не услышал её.

Уже через минуту к дому подъехала машина брата.

– Лейла, что ты делаешь?.. Черт, что с нашим забором? – вылетел из машины злой брат.

– Какой-то придурок ухватился за него своими огромными лапищами и сломал его. Он уехал на черном внедорожнике только что. Номер я не запомнила. Он меня до смерти перепугал.

– Чего он хотел? Мать твою, придется отпилить а потом заехать и купить новые доски, чтобы привести его в норму. Черт! – брат осмотрел место предполагаемого ремонта. – Лей? Он это голыми руками поломал?

Что-то насторожило в голосе брата, но младшая сестра ответила с минутной паузой.

– Да, а что такое, Томми?

– Это тебе не сучки перегнуть. Он просто искрошил это своими руками. Чтоб я…. – брат был также ошарашен.

– Это типо очень круто?

– Это чудовищно плохо. Детка, увидишь его, сразу звони в полицию. Закрывайся на все замки и не открывай никому до приезда полиции. Ты поняла? – сурово предупредил её брат. – Я предупрежу маму и позвоню в участок. Это может быть еще хуже.

Спустя час брат зашел в комнату сестры.

– Я звонил в участок. Копы говорят, у них нет наводок о какой-нибудь маньяке. Вред человеку не был нанесен… можно, конечно съездить оставить показания и жалобу. Рекомендовали подождать, может, это случайность. А если снова его увидим, то ехать и составлять фоторобот. Что-то вроде сексуального преследования…, – брат удобно устроился на краю ее кровати.

Лейла передернула плечиками, оперлаксь спиной о его плечо.

– Фу, он реально ненормальный, хотя и красавчик, – выдохнула сестра, витая в облаках.

– Держись от него подальше! Он может шею переломить и не заметить. Никуда без меня не выходи. Каникулы ведь…. слушай…

– М? – спросила сестра, поворачивая голову к Томми.

– Поехали на каникулы к бабушке. Там хорошо. Сменишь обстановку. В Дедвуде будет круто. Может там будет фестиваль и из Монтаны приедут с ярмаркой горные племена.

– Не называй их так. Тихика – моя подруга, хотя я не видела её уже три года. Её могли выдать замуж, – загрустила сестра.

– По мне она распутная сука. Он уже в свои 16 трахалась с соплеменниками.

– Ты что такое говоришь?!

– Она бегала с тобой играть днем, а вечером я дважды видел Тихоню с разными парнями. Ей это нравилось. Не очень-то подруга. Не зря мы не задержались в тот год надолго. Тот здоровый мужик на тебя так странно смотрел.

– Ты о главе? Сион – огромный и страшный. Но Тихика говорила, что он справедливый и сильный. Она уважала его, – заметила сестра, заплетая косички из хвостов, а затем снова распуская. – У него тяжелый взгляд, он меня всегда замораживал.

– Она, наверное, тоже хотела с ним переспать.

– Фу, извращенец. Как я докатилась до такой жизни?! Собственный брат не даёт мне парня завести, но рассказать какие у меня подруги шлюхи не приминет. Двойные стандарты? – ударила она его не сильно в плечо.

– Полегче, мелкая. Возраст сексуального согласия, не дает тебе право вешаться на всех подряд.

– С чего бы мне вешаться на каждого. У меня будет самый классный парень.

– Которому я оторву яйца, если он полезет тебе под юбку без предложения руки и сердца.

– Жесть, это говорит тот, кто потерял свою с девочкой на год старше в 10 классе?

– Я – парень. Не сравнивай, – отрезал он.

– Это тупик, Томми Джон Эбони, ты непробиваемая ханжа и сноб.

– Я – твой брат, детка. Я хочу лучшего для моей сестры.

– В какой день моим женихам можно к Вам на собеседование?

– Я занят всю неделю. Решено, едем к бабушке.

– А как же, мама?

– Побудет у своей подруги недельку, у отца увольнительная.

– А там уж и мы вернемся, – сказал Томми вставая. – Пакуйся, завтра поедем. Экзамены я сдал. Отец приедет отпразднуем.

– Окей! Я буду рада увидеть папочку – упала Лейла на кровать, смотря на брата вверх ногами.

– Я могу понять мужиков, которые хотят залезть к тебе в трусики, – философски изрек брат. – я люблю тебя, сестренка.

– И я тебя, – с этими словами Томми вышел из комнаты. – У тебя точно «комплекс сестры».

На следующий день уже светило солнце, когда Лей поковала вещи в багажник, а брат говорил с матерью, чувствовалось чье-то негласное присутствие. Никого не было, но ощущение было липким и противным.

– Ну что едем, Лейла? – сказал брат.

– Да, – замялась она. – Послушай, ты не чувствуешь?

– Не чувствую чего?

– Кто-то смотрит и следит за нами.

Томми быстро огляделся, но ничего подозрительного не заметил.

– Я взял с собой биту. Она металлическая. Фокус с деревянными досками не сработает, – ухмыльнулся он. – А матери я сказал держать шокер под рукой. Мама настроена серьезно.

– Ты все продумал?

– Ага, пристегнись, мы выезжаем.

Серебряный автомобиль резко выкатил с подъездной дорожки и двинулся в сторону Южной Дакоты.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю