Текст книги "Развод в 45. Босс не бросит (СИ)"

Автор книги: Анастасия Бима

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 12 страниц)

Глава 47. Прошлое, которое не уходит

Нина проснулась оттого, что за окном пели птицы. Это были не городские воробьи, а настоящие лесные птахи – дом стоял на холме, и сад уходил прямо в берёзовую рощу. Она открыла глаза, но не шевельнулась. Ей нравилось лежать и слушать, как мир просыпается без её участия. Раньше она вскакивала в пять утра, боясь опоздать, боясь, что мир развалится без неё. Теперь она позволяла себе нежиться в постели, пока солнце не заглядывало в окно.

Сергей уже не спал – она слышала, как он тихо переговаривается с кем-то внизу. Скорее всего, с Соней, старшей внучкой, которая любила завтракать с дедом и обсуждать школьные новости. Нина улыбнулась. Ей было пятьдесят пять, но она чувствовала себя на тридцать – не потому что выглядела моложе, а потому что внутри неё жила лёгкость. Морщины стали глубже, седина серебрилась ярче, но глаза уже не тускнели. Она знала: это и есть счастье – когда не надо притворяться.

Она встала, надела халат и подошла к окну. Сад цвёл. Яблони, которые она посадила пять лет назад, уже давали урожай. Внизу, у качелей, Миша – средний внук, пятилетний озорник – пытался оседлать игрушечный трактор, а младшая, полуторагодовалая Верочка, сидела в манеже и сосредоточенно жевала пирожок. Алиса вышла на крыльцо с чашкой кофе, за ней плёлся Артём – он изменился за последние годы, перестал пить, стал мягче. Нина видела, как дочь смотрит на него с любовью, и это грело сердце.

Она спустилась вниз, обняла всех, поцеловала внуков. Сергей сидел за большим столом с газетой, хотя уже несколько лет читал новости с планшета – это был ритуал, который он бережно хранил.

– Доброе утро, моя королева, – сказал он, отрываясь от газеты, и его глаза потеплели. Он уже давно не был тем жёстким бизнесменом, каким она его запомнила в первые дни. Возраст смягчил его, но не сломал. Он по-прежнему был статен, седина на висках делала его похожим на актёра из старого кино.

– Доброе утро, – ответила она, наливая себе чай. – Что сегодня?

– Встреча в центре, потом приедет Андрей с Настей, – сказал он. – Они хотят показать нам эскизы своей новой мастерской. И ещё звонил Борис Иванович, приглашает на рыбалку в субботу.

Она кивнула. Жизнь текла ровно, как река в спокойном русле. Но внутри, где-то на задворках сознания, Нину не покидало странное чувство – будто что-то вот-вот случится. Она отмахивалась от него, списывала на возрастную мнительность, но тревога сидела под ложечкой.

Она уехала в центр «Дом Нины» на своей машине – теперь у неё был небольшой электромобиль, который Сергей подарил ей в прошлом году. По дороге она слушала аудиокнигу, но мысли блуждали. Она вспоминала тот день, когда стояла у мойки, и вдруг острая благодарность захлестнула её – за то, что она не сдалась, за то, что она ушла, за то, что она позволила себе быть счастливой.

Центр гудел. На втором этаже шёл мастер-класс по керамике, в кофейне играла тихая музыка. Нина прошла в свой кабинет – светлый, с огромным окном, выходящим на город. На столе лежали новые эскизы для третьего филиала. Она хотела сделать его в морском стиле, с корабельными канатами и синими подушками. Она села, взяла карандаш и начала набрасывать.

Зазвонил телефон. Номер был незнакомый, и она подняла трубку с лёгким беспокойством.

– Нина Сергеевна? – женский голос звучал неуверенно, с лёгким акцентом. – Меня зовут Галина. Я не знаю, правильно ли я делаю, что звоню… Мы с вами не знакомы, но я жена Олега, брата вашего мужа.

Нина замерла. Сергей никогда не упоминал брата. За все годы, что они были вместе, он ни разу не сказал ни слова о родственниках, кроме сына Андрея. Она подумала, что это ошибка, какой-то розыгрыш, но голос был слишком живым, слишком дрожащим.

– Простите, – переспросила Нина. – Олега? У Сергея есть брат?

– Был, – глухо сказала Галина. – Он есть. Но они не общаются почти двадцать лет. Я знаю, что это странно, но я звоню, потому что Олег очень болен. Он умирает, Нина Сергеевна. Рак, четвёртая стадия. Врачи дают ему максимум два месяца. Он просит меня позвонить Сергею. Он хочет увидеть его, попрощаться. Я не знала, как сказать, и решила начать с вас. Простите, что врываюсь в вашу жизнь.

Нина откинулась на спинку стула. Перед глазами поплыло. Она вспомнила, как Сергей однажды в разговоре обмолвился, что вырос в деревне, но все родственники умерли. Теперь оказалось, что брат жив, а Сергей скрывал это от неё все годы. Она почувствовала укол обиды, но тут же погасила его. Она знала, как тяжело ему давались откровения – он всегда был закрытым, прятал боль за делами.

– Где он? – спросила она ровно.

– Мы живём в небольшом городе, километров триста отсюда. Если вы решите приехать, я дам адрес. Я понимаю, что это неожиданно, но Олег не просит денег, не просит помощи. Он просто хочет увидеть брата. Сказать ему что-то важное.

Нина записала адрес, поблагодарила и положила трубку. Она сидела, глядя на свои руки – они уже не были красными и потрескавшимися, но иногда она всё ещё видела в них ту женщину из прошлого. Она знала, что должна сказать Сергею. Но как? Как сказать мужчине, который привык держать всё в себе, что его брат, о котором он молчал, умирает и ждёт его?

Она не стала звонить ему – она хотела сказать всё лично. Вечером, когда они остались вдвоём на веранде, она налила ему вина, села рядом и взяла его за руку.

– Серёж, я должна тебе кое-что сказать. Сегодня мне позвонила женщина. Она представилась Галиной. Она сказала, что она жена твоего брата Олега.

Сергей застыл. Его лицо, такое привычное и тёплое, вдруг стало каменным. Он медленно убрал руку и посмотрел вдаль.

– Она тебе звонила? – спросил он, и голос его прозвучал глухо. – Зачем?

– Он болен, Серёж. Он умирает. Он хочет тебя видеть.

Тишина повисла, тяжелая, как мокрая штора. Сергей сжал зубы, и Нина увидела, как на его скулах заиграли желваки.

– Почему она позвонила тебе, а не мне? – спросил он резко. – Почему она влезла в мою жизнь?

– Она боялась, что ты не возьмёшь трубку, – мягко сказала Нина. – Она хотела, чтобы я подготовила тебя. Серёж, я не знаю, что у вас произошло. Я не знаю, почему ты никогда не говорил мне о нём. Но он твой брат. Он умирает. Если ты не поедешь, ты будешь жалеть всю жизнь.

Он встал, подошёл к перилам и долго смотрел на закат. Солнце садилось за рощу, окрашивая небо в оранжевый и фиолетовый. Она видела, как его плечи напряжены, как он сжимает перила, будто хочет сломать их.

– Мы поссорились двадцать лет назад, – сказал он, не оборачиваясь. – Он женился на женщине, которую я не одобрял. Он уехал из города, ушёл из семьи, бросил всё. Я сказал ему, что он дурак. Он сказал, что я зазнавшийся эгоист. Мы не виделись с тех пор. Я даже не знал, жив ли он.

Нина подошла к нему, обняла со спины, прижалась щекой к его спине.

– Прошлое – это только прошлое, – сказала она. – Ты сам учил меня, что важно настоящее. Сейчас ты можешь выбрать – остаться в обиде или поехать и сказать ему то, что не успел.

Он развернулся, и она увидела его глаза – они были влажными. Он не плакал при ней никогда, но сейчас слёзы стояли в уголках.

– Я боюсь, – сказал он. – Я боюсь, что он умрёт, а я так и не скажу ему, что люблю его. Мы были лучшими друзьями в детстве, Нина. Он спас меня, когда я тонул в реке. А я отрёкся от него из-за гордости.

– Тогда не повторяй ошибок, – сказала она. – Мы поедем завтра. Вместе.

Он кивнул, обнял её и долго молчал. А она чувствовала его тепло и знала, что поступает правильно.

Глава 48. Три часа до прощения

Дорога заняла четыре часа. Они выехали рано утром, пока солнце только вставало. Сергей всю дорогу молчал, смотрел в окно, изредка отвечал на вопросы Нины односложно. Она не давила, просто положила руку на его колено и держала так почти всю дорогу. Иногда он накрывал её руку своей, и это было больше слов.

Город, где жил Олег, был маленьким, провинциальным, с деревянными домами и покосившимися заборами. Больница оказалась старой, двухэтажной, с облупившейся краской. Они вошли внутрь, и запах лекарств и хлорки ударил в нос – Нина помнила этот запах из клиники в Швейцарии, когда лечили Андрея. Она сжала руку Сергея.

Их встретила Галина – невысокая женщина лет шестидесяти, с добрыми, но усталыми глазами. Она не стала говорить лишних слов, просто кивнула и повела их по коридору.

– Он сегодня плох, но ясный ум. Он ждал вас, – сказала она.

Палата была крошечной, на одного человека. Олег лежал на койке, худой, желтоватый, с глубоко запавшими глазами. Ему было около шестидесяти, но он выглядел на все восемьдесят. Он дышал тяжело, с присвистом, но когда дверь открылась, он открыл глаза и посмотрел на брата.

Взгляд был долгим, изучающим. Нина видела, как Сергей застыл на пороге, как его руки дрогнули. Она подтолкнула его в спину, и он шагнул вперёд, сел на стул у кровати.

– Здравствуй, Серёга, – сказал Олег тихо, почти шёпотом. – Ты пришёл.

– Здравствуй, – ответил Сергей, и голос его сорвался. – Я не знал, что ты болен.

– Я не хотел тебя беспокоить, – слабо улыбнулся Олег. – Думал, сам справлюсь. Но не получилось. Прости, что позвал тебя.

– Не говори глупостей, – сказал Сергей, и Нина заметила, как он сжал руку брата. – Я должен был приехать раньше. Я должен был давно… прости меня.

Олег покачал головой.

– Не надо. Я тоже виноват. Я был упрямым, как все мы. Помнишь, как мы в детстве спорили, кто первым переплывёт реку?

– Ты всегда побеждал, – сказал Сергей, и на его лице мелькнула тень улыбки.

– Потому что я был легче, – хмыкнул Олег. – А ты был упитанный, как поросёнок.

Они засмеялись, и смех был горьким, но настоящим. Нина вышла из палаты, оставив их наедине. Она стояла в коридоре, глядя в окно на серый двор, и чувствовала, как внутри разливается тихая радость. Она сделала то, что должна была. Она помогла ему преодолеть гордость.

Через час Сергей вышел. Его глаза были красными, но он улыбался.

– Он заснул, – сказал он. – Мы поговорили. Мы всё сказали. Спасибо тебе, Нина. Если бы не ты, я бы никогда не решился.

– Ты бы решился, – сказала она. – Просто позже. А время – это единственное, что нельзя вернуть.

Они пошли к выходу, но Галина остановила их у дверей.

– Нина Сергеевна, можно вас на минуту? – сказала она, и в её голосе послышалось что-то важное.

Нина отошла с ней в сторону.

– Я должна вам сказать, – начала Галина, понижая голос. – У Олега есть дочь. Она не знает, что Сергей – её дядя. Ей двадцать четыре года, она живёт в этом же городе, работает журналистом в местной газете. Когда мы поженились, у Олега уже была дочь от первого брака. Она выросла без отца, он не общался с ней много лет, а потом они нашли друг друга, но она до сих пор не знает о брате. Я думаю, она должна узнать правду. Но я не знаю, как ей сказать. Может быть, вы сможете ей помочь?

Нина смотрела на неё, и внутри всё перевернулось. Ещё одна тайна, ещё один человек, который может войти в их жизнь.

– Как её зовут? – спросила она.

– Лена. Елена Олеговна. Она живёт на улице Садовой, дом пять. Я дам вам её номер, если захотите.

Нина взяла номер, поблагодарила и вышла. В машине она не стала ничего говорить Сергею – он был слишком измотан, слишком уязвим. Она решила, что сначала разберётся сама.

Глава 49. Племянница

Через три дня после возвращения Нина не выдержала. Она оставила Сергея в покое, дала ему время переварить встречу с братом, но мысль о Лене не выходила из головы. Она чувствовала, что если не вмешается, то эта история останется недосказанной, и где-то в мире будет жить женщина, которая даже не знает, что у неё есть дядя.

Она взяла номер, который дала Галина, и написала сообщение: «Здравствуйте, Лена. Меня зовут Нина. Я жена вашего дяди Сергея. Ваш отец Олег попросил меня с вами связаться. Я хотела бы встретиться, если вы не против».

Ответ пришёл через час: «Я знаю, что у моего отца есть брат. Я случайно нашла старую фотографию. Я не знаю, хочу ли я с ним видеться. Но с вами – почему бы и нет? Завтра в 12 в кафе «Уют» на Московской».

Нина вздохнула. Она не знала, чего ожидать. Молодая женщина, которая выросла без отца, которая, вероятно, носит в себе обиду – что она скажет?

Кафе было маленьким, уютным, с вязаными скатертями и запахом корицы. Нина пришла раньше, заказала чай и села у окна. Через десять минут вошла она – высокая, стройная, с короткой стрижкой цвета воронова крыла и внимательными серыми глазами. Она была одета просто – джинсы, свитер, кожаная куртка. В ней чувствовалась независимость и настороженность.

– Нина? – спросила она, подходя.

– Лена, присаживайся, – сказала Нина, улыбаясь.

Лена села напротив, положила руки на стол и посмотрела прямо в глаза.

– Зачем вы хотели меня видеть? – спросила она без предисловий. – Мой отец никогда не рассказывал о своей семье. Я знаю только, что у него есть брат, и они не общались. Я не знаю причину. Я не знаю, хочу ли я её знать.

– Твой отец умирает, – сказала Нина. – Он был очень болен, и он попросил твоего дядю приехать. Они помирились. Он рассказал мне о тебе.

– И что он рассказал? – голос Лены дрогнул, но она держалась.

– Что он любит тебя. Что он жалеет, что не был рядом, когда ты росла. Что он очень хочет, чтобы ты встретилась с дядей. Он не заставлял меня, я сама решила прийти. Я подумала, что тебе, возможно, важно узнать правду о своей семье.

Лена отвела взгляд, на её глазах блеснули слёзы.

– Мне не нужен был отец, – сказала она. – Он не был со мной. Я выросла без него. А теперь, когда он умирает, он хочет, чтобы я познакомилась с его братом? Зачем?

– Чтобы у тебя была семья, – просто сказала Нина. – У меня не было семьи большую часть жизни. Я была одна, и я знаю, как это тяжело. Но когда я встретила Сергея, я обрела не только мужа, но и сына, и дочь, и внуков. Семья – это не всегда кровь. Иногда это выбор. Ты можешь выбрать их. Но ты также можешь отказаться. Я просто хочу, чтобы ты знала, что у тебя есть возможность. И дверь открыта.

Лена молчала долго. Потом она спросила:

– Он просил меня приехать?

– Он не просил. Он не знает, что я здесь. Он просто сказал Галине, что рад, что у него есть ты. И он боится, что ты его не простишь.

– Я не могу простить, – сказала Лена. – Но я могу попробовать понять.

Она взяла салфетку, вытерла глаза и посмотрела на Нину по-новому – без настороженности, а с любопытством.

– Вы ведь та самая Нина? Которая из посудомойки стала дизайнером и открыла центры для женщин? Я читала о вас в интернете. Вы – удивительная женщина.

Нина улыбнулась.

– Я просто женщина, которая перестала бояться жить.

Они проговорили ещё час. Лена рассказала, что работает журналистом, пишет статьи о людях, которые изменили свою жизнь. Она заинтересовалась центром Нины. Нина пригласила её приехать в город и посмотреть. Лена согласилась.

Глава 50. Дверь открыта

Через две недели Лена приехала. Нина встретила её на вокзале – она стояла с небольшим рюкзаком и выглядела растерянной, но в глазах горело любопытство. Нина обняла её, как родную.

В первый день она показала ей центр, провела экскурсию, познакомила с сотрудниками. Лена была под впечатлением. Она снимала на телефон, записывала интервью и везде задавала вопросы.

– Это не просто бизнес, – сказала она. – Это место, где люди начинают новую жизнь. Как вы это придумали?

– Я просто сделала то, что мне самой не хватало когда-то, – ответила Нина. – Место, где тебя принимают, где тебя не осуждают, где ты можешь ошибаться и начинать заново.

Вечером они сидели на веранде дома, когда пришёл Сергей. Он был в растерянности – Нина предупредила его, что приедет племянница. Он не знал, как себя вести.

Лена встала, когда он появился. Они смотрели друг на друга, и Нина видела, как в их глазах мелькает сходство – тот же разрез глаз, те же скулы.

– Здравствуй, Лена, – сказал Сергей. – Прости, что я не знал о тебе так долго.

– Вы не знали, дядя Сережа, – сказала она, и в голосе её дрожала улыбка. – Папа не говорил мне о вас. Но я рада, что вы есть.

Они обнялись. Это было неловко, но искренне. Нина смотрела на них и чувствовала, как внутри разливается тепло. Она снова соединила людей. И это было то, ради чего она жила.

Прошёл месяц. Лена осталась работать в центре – она писала статьи для сайта, вела блог, а заодно помогала с организацией мастер-классов. Она оказалась талантливым копирайтером и эмоциональным, чутким человеком. Андрей подружился с ней, Алиса приняла её как сестру. Даже внуки полюбили её – она умела рассказывать сказки с таким жаром, что дети засыпали только на середине.

Однажды вечером, когда они сидели вчетвером – Нина, Сергей, Лена и Андрей с женой – за ужином, Нина подняла бокал.

– Я хочу сказать спасибо всем вам, – сказала она. – За то, что вы есть. За то, что вы поверили в меня. За то, что вы – моя семья. Помните, я когда-то мыла посуду в ресторане и думала, что жизнь кончена. А теперь у меня есть всё. И главное – я знаю, что всегда могу на вас рассчитывать.

Андрей усмехнулся:

– Мама, ты уже пять лет повторяешь эту речь. Мы все знаем, что ты у нас героиня.

– Но это правда, – сказала Лена. – Без вас я бы так и жила в своём маленьком городке, думая, что я никому не нужна. А теперь у меня есть дядя, тётя, кузен, кузина и даже племянники. Это чудо.

Нина улыбнулась, взяла Сергея за руку и прошептала ему:

– Мы построили эту семью. Из ничего.

– Из грязи, из слёз, из веры, – ответил он. – И она нерушима.

Глава 51. Дар

Прошло ещё полгода. Олег умер, но они успели попрощаться. Сергей был на похоронах, Лена тоже. Нина осталась с детьми – она знала, что они должны пройти это вместе.

А потом случилось нечто, что изменило всё окончательно. В центр пришло письмо от женщины, которая назвала себя Верой. Она писала, что её дочь находится в такой же ситуации, в какой когда-то была Нина – муж бьёт, деньги тратит, дочь просит денег на учёбу. Она узнала о центре из статьи Лены и хотела бы приехать, но боится.

Нина прочитала письмо и почувствовала, как внутри поднимается волна – та же ярость, та же боль, но теперь она знала, что делать.

Она ответила: «Приезжайте. Мы вам поможем».

И когда Вера приехала – худенькая, перепуганная, с синяком на скуле – Нина обняла её, как когда-то её саму обнял Сергей.

– Всё будет хорошо, – сказала она. – Я знаю, как это страшно. Но у тебя есть мы.

Она поселила её в комнате для гостей, познакомила с Леной, с Алисой. На следующий день Вера записалась на курс керамики, а через неделю уже улыбалась.

– Я никогда не думала, что смогу начать сначала, – сказала она, сжимая в руках первый вылепленный кувшин.

– Никто не думает, – ответила Нина. – Но мы можем.

В тот вечер Нина стояла на веранде и смотрела на закат. Рядом стоял Сергей, обнимал её за плечи.

– Ты снова спасла кого-то, – сказал он.

– Я не спасаю, – возразила она. – Я просто показываю дорогу. Идти они должны сами.

– Ты – чудо, Нина. Просто чудо.

Она повернулась к нему и поцеловала.

– Нет, – сказала она. – Я – женщина, которая перестала бояться.

На следующий день Нина проснулась с мыслью, что пора написать вторую книгу. Она хотела, чтобы все женщины, которые чувствуют себя одинокими и потерянными, знали: выход есть. Она не собиралась описывать свою жизнь – она хотела дать практические советы, упражнения, истории других женщин.

Она села за стол и начала писать. Первая фраза пришла сама собой:

«Если вы читаете это, значит, вы ищете свет. Я была там, где вы сейчас. И я вышла. Вы тоже выйдете. Просто сделайте первый шаг».

Она писала до обеда, пока не пришла Алиса и не позвала на обед. За столом собрались все – Сергей, Андрей с беременной женой (у них должен был родиться первенец через два месяца), Лена, Алиса с детьми. За столом было шумно, весело, пахло пирогами.

Нина смотрела на них и думала о том, как много лет назад она сидела одна перед тарелкой супа, который сварила для мужа, а он даже не притронулся к нему. Теперь она была в центре большой семьи, которая любила друг друга.

Она взяла телефон и сфотографировала их – и в этот момент Миша, её самый младший внук, спросил:

– Бабушка, а ты когда была маленькой, ты была счастлива?

на засмеялась.

– Не всегда, Мишенька. Но я стала счастливой, когда научилась выбирать то, что для меня важно.

– А что для тебя важно? – спросил он.

Она посмотрела на каждого из них:

– Вы. Все вы. И то, что я могу быть рядом.

Вечером она вернулась к своему блокноту, открыла его на последней странице и написала:

«Всё, что я хотела сказать, уже сказано. Но история никогда не заканчивается. Она просто открывается заново. И я открываю её – каждый день, каждое утро, каждую минуту. Потому что я живу. И это самое главное».

Она закрыла блокнот, положила его в ящик и выключила свет. За окном сияли звёзды, и мир казался бесконечным.

Дорога заняла четыре часа. Они выехали рано утром, пока солнце только вставало. Сергей всю дорогу молчал, смотрел в окно, изредка отвечал на вопросы Нины односложно. Она не давила, просто положила руку на его колено и держала так почти всю дорогу. Иногда он накрывал её руку своей, и это было больше слов.