Текст книги "Нейтрино. Свободная частица (СИ)"

Автор книги: Анастасия Калько

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Ной немного помнил разговоры об утрате в семье Начальницы. Тогда он был еще дошкольником... Глядя на нее сейчас, мальчик понимал, что не могла оставаться такой спокойной и бесстрастной женщина, потерявшая единственного сына. Потому что на самом деле он не погиб, а был направлен в изолированный мир на его освоение и восстановление. По какой-то причине миссия Тао на Земле-2 была засекречена. И вот почему Начальница так резко помолодела тогда же – когда Тао нашел в Хэвене грозовой камень и открыл его животворные свойства. Да, отношения Начальницы и ее сына нельзя было назвать теплыми. При всей своей богатой фантазии Ной не мог представить суровую, вечно занятую Начальницу в роли заботливой матери. И теперь не считал Тао злобным психом, а понимал, что парня просто раздирают внутренние противоречия. И еще – что Тао действительно ЛЮБИТ мать – несмотря ни на что, родную и единственную. Возможно, она стала первой, кто получил эликсир грозового камня. А спасая Дарлену из тюрьмы, Тао словно искупал какую-то прошлую вину и хотел найти недополученные в детстве внимание и тепло хотя бы с двойником матери.

Доктор Преториус украдкой тронул Начальницу за локоть и еле заметно покачал головой. Она резко отстранилась, и ее яркие губы сжались в ниточку. Это явно были очень давний спор, давний конфликт, давнее расхождение. Началось это, видимо, еще задолго до рождения Ноя...

– Дарла, пойми, – шепнул Преториус так, чтобы его слышала только Начальница.

– ЭТОГО я не пойму НИКОГДА, – так же шепотом ответила она.

– Но мальчик ни в чем не виноват...

– Виноват. Сунул нос куда не следовало.

– Я тебя не узнаю.

– Ну и пошел ты...!

– Но не мог же я воспользоваться вашим коридором! – выпалил Ной, приняв молниеносное решение спасать свою задницу любой ценой. Пусть Начальница поймет, что, если дело дойдет до трибунала за незаконное открытие коридора и дела на Земле-1, он не будет молчать о ее секретах. Не убьет же она его для сохранения тайны! Ведь тогда придется убить и родителей, и Преториуса, а на это она не пойдет. А значит, предпочтет просто замять дело по-тихому.

Она изумленно обернулась, а Ной продолжал:

– И радиационный фон в Хэвене давно уже в норме, вы и сами это знаете!

Доктор Преториус нервно закашлял и тут же осекся, болезненно дернувшись. Видно, Начальница ощутимо ткнула его в щиколотку тяжелым ботинком. Ее лицо потемнело и застыло. Но она молчала и внимательно его слушала.

– А номады вовсе не чинят препятствия власти, а просто хотят жить спокойно как им нравится, а не работать на руднике, и это не смутьянство! – заключил Ной. – И вовсе они не шпана!

Начальница язвительно усмехнулась:

– Все ясно. Лина, зря ты беспокоилась о том, что у Ноя не складываются отношения с девочками. Кое-кому удалось отвлечь его от учебников и высоких технологий. А я-то думала, почему вдруг такой юный прагматик вдруг пошел ва-банк и ищет себе неприятностей на свою задницу с властями сразу трех миров! А все проще простого: шерше ля фам!

Это было равносильно признанию его правоты.

– Ну, а зачем ваш сын шантажом и угрозами вынудил меня открыть коридор на Землю-1, и что он там делал, спросите лучше у него, – Ной обозлился на ее насмешливый тон и уничижительные выпады в адрес Аришки и уже почти орал. – Он же с вами откровенен? Или вы тоже все узнаете в последнюю очередь? – «Вот пусть теперь Тао выкручивается как знает. Хотя на него где сядешь, там и слезешь. Весь в мать...»

Глаза Начальницы опасно сузились. Ной не заметил ее молниеносного движения и чуть не ослеп от мощной оплеухи. Удивительно, с какой легкостью и быстротой двигалась эта довольно крупная женщина. Совсем как ее сын... Или как молодой двойник из "единички".

Ной пошатнулся и ухватился за стол, чтобы не упасть. Скула онемела, и на ней завтра явно будет красоваться огромный синяк. В ухе звенело, перед глазами мелькали цветные колеса, как в луна-парке в «десяточке». Что-то со стуком выпало из кармана полувоенных брюк. «Очки!» – с запоздалым ужасом сообразил Ной и метнулся за ними. Но было уже поздно. С Начальницей они стукнулись лбами так, что искры из глаз на этот раз посыпались у обоих. Начальница выпрямилась, держа очки в руках и сунула во внутренний карман блейзера.

– В следующий раз пойдешь под трибунал, – процедила она сквозь зубы, потирая лоб; видно, и ее ушибло здорово. – И там можешь орать с места подсудимых что угодно – поверят все равно мне, а не тебе! А пока получи месяц исправительных работ и всей семье приказываю сегодня же провериться на наличие облучения. Доложить об исполнении в течение суток, иначе – принудительное помещение в стационар для полного обследования!

Она развернулась и направилась к двери.

От порога Начальница внезапно обернулась, на этот раз чуть не сбив с ног поспешившего за ней Преториуса.

– Что ты вообще понимаешь! – резко бросила она. – Туда же, судить он будет!

Начальница и доктор Преториус вышли.

Виновато поглядывая на родителей, Ной поднялся с пола (от столкновения он-таки растянулся на лопатках). Неизвестно, когда он теперь попадет в Хэвен и чего это ему будет стоить. Надо придумать что-то новое, но только чтобы опять не спалиться. Сейчас Начальница не пожелала предавать огласке свои разработки в Хэвене, но в следующий раз это уже не сработает и она отдаст его под суд, если снова поймает. И как плохо, что он подставил родителей. Ведь они работают в ее департаменте, и теперь у них могут быть неприятности. Да, теперь понятно, почему Тао старается наладить отношения с двойниками матери. Разве с этой фурией можно поладить?.. Дарлена Макфарленд, хоть и бывшая военная, все же не прет, как тяжелый танк, и не давит всех, кто подвернулся...

*

Начальница и Преториус шли по коридору. Боковым зрением Алан поглядывал на женщину. Когда ее дыхание стало ровным, а гневная складка между бровей исчезла, Преториус негромко сказал:

– Шила в мешке не утаишь, Дарла. Этого следовало ожидать.

– Проклятый мальчишка, – выругалась женщина. – От него одни проблемы. Искажает нам всю картину, таская в Хэвен животных, и, если бы Тао его не придержал, этот вундеркинд все бы нам перемешал ради своей подружки! Подвиги во славу прекрасной дамы! Тоже мне, принцесса Канавская!

– Влюбленные часто делают глупости и готовы на любое безрассудство, – вступился за Ноя Преториус. – Особенно юные, когда кровь бурлит.

– Ха! – фыркнула Дарла. – Это все лирика. Оставь ее авторам дамских романов. На самом деле все проще: гормоны подпирают, каждая юбка волнует! Но я не хочу, чтобы все наше дело в Хэвене пошло насмарку из-за ошалевшего от гормонов подростка! Мне тоже было 15 лет, Алан, но я...

Алан принужденно закашлял.

– Ну ладно, – сбавила тон Дарла, – я тоже не была тихоней. Но рассудок мне никогда не отказывал.

– Я помню. Всегда удивлялся тому, как в тебе сочетаются рисковый нрав и трезвый аналитический ум, – мужчина взял спутницу под локоть. Начальница отстранилась, но уже не раздраженно.

– Ладно, я не буду закручивать гайки Ною, – сказала она. – И если он в Хэвене снова не начнет куролесить, а ограничится простым общением с новыми друзьями... и подругами, я сделаю вид, будто ему снова удалось меня одурачить.

– Спасибо, Дарла.

– А как она реагирует на происходящее? – в голосе женщины прозвучали легкие ревнивые нотки. – Я о той, другой Дарле, с Земли-1.

– А, Дарлена? Растеряна, сбита с толку, но уже опомнилась от неожиданности и пытается осмыслить смену ситуации. Держится спокойно, ровно. Я надеюсь, Дарла...

– Я не могу причинить вреда ни ей, ни кому-либо из своих двойников в Веере, – оборвала его Начальница. – И я догадываюсь, почему Тао ринулся ее спасать: решил хотя бы на Земле-1 проучить двойников тех, кто проделал подобное со мной еще до его рождения. Я о том, что, может, лучше прибегнуть к коррекции памяти и отправить ее в «единичку»? На Земле-1 быстро напишут под диктовку контактера постановление о закрытии дела и освобождении из-под стражи и все, включая саму Макфарленд, будут думать, что ее освободили по решению суда.

– Дарла, это решать тебе. Ведь она – это ты. Суди сама, можем ли мы оставить ей память.

– Ты всегда прав окажешься, Алан, – у-чуть усмехнулась Дарла. – Хорошо, я ей доверяю. Как самой себе. А Тао вырос. Уже затеял собственную многоходовую игру...

– Для него это не игра.

– Да, я понимаю. Хорошо, посмотрим, что у него получится. Может, действительно его сценарий спасет Землю-1 от повторения судьбы Хэвена. И если Макфарленд поможет ему в этом, то будет вознаграждена за смекалку.

– Ты хочешь сделать ее куратором?

– Сначала хорошо к ней присмотрюсь. Сам понимаешь, такие решения спонтанно не принимаются.

* ХЭВЕН

Дарлена уже начинала томиться от бездействия в Хэвене. В первый день состоялся разговор с Тао, когда он поведал часть ошеломляющей правды. Назавтра пришел Алан с Земли-0 и рассказал ей остальное. Потом была та шахматная партия, окончившаяся вничью, когда они с Тао расставили последние точки над "и". На третий день Дарлена отдыхала. Она отсыпалась в своей нише, примеряла новые джинсы, футболку и кроссовки, которые Тао принес ей из «квадратной пещеры», лакомилась фруктами из оазиса в Долине рек и снова спала. Грозовая вода действительно была чудодейственной – посвежело лицо, появился прилив сил, и девушка снова выглядела как до ареста: цветущая, энергичная, с блестящими глазами.

Весь четвертый день она помогала Тао разбирать диски, хаотически валявшиеся по всему помещению, и отмечать на карте новые маршруты к возможным месторождениям чудо-камня.

Тао немного рассказывал ей о Земле-0, но видно было, что о мире своего детства он сохранил не лучшие воспоминания. По его словам, города прятались под стеклянными куполами, небо над которыми было всегда затянуто пеленой. Даже за городом не встретишь ни травинки – сплошные железо, пластик, стекло и асфальт и техника, которой было едва ли не больше, чем людей. А высоко на горе высится веерообразное здвние, где работают его родители.

– Основание Веера, – пояснил Тао, – оттуда они мониторят все подконтрольные миры. К этой горе и муха без проверки не пролетит, если бы они там еще были. Сколько там степеней защиты, ты не представляешь. Хоть целую армию пошли, всех по склону размажет, как паштет. Да никто и не пытается рыпаться. Идиотов нет, все понимают, что повредишь основу – и всему Вееру капец. Если ты хочешь, я мог бы устроить тебе экскурсию в Столицу, посмотришь, где бьется пульс мироздания. ВСЕ я тебе показать не могу, сама понимаешь, у нас тоже есть подписка о неразглашении, но что можно – только скажи. Мать не возражает; по-моему, она подумывает попробовать тебя как врио куратора Земли-1.

– Спасибо, – скуповато улыбнулась Дарлена, – если дома меня уже успели уволить из Парламента за прогулы в связи с арестом, без работы я не останусь. А насчет экскурсии – я не против!

– Тебе скучно в Хэвене? – внимательно посмотрел на нее Тао. – Чувствуешь себя не у дел и рвешься обратно в гущу событий?

– Я и так была почти без связи с внешним миром, – Дарлена устроилась поудобнее в одном из ребристых кресел в хранилище, – конечно же, продолжала работать и в СИЗО, но, сам понимаешь, это было не то.

– Понимаю, – кивнул Тао. – Тебе больше нравится быть на передовой, рулить событиями, работать с полной самоотдачей?

– Такая уж я.

– Знаю, – Тао побарабанил пальцами по столу. Дарлена поняла, что он опять сравнивает ее с родной матерью, и нахмурилась. Конечно, ей не льстило сравнение с женщиной, забывающей о единственном сыне, но с другой стороны, у Дарлы есть чувство ответственности, чувство долга перед своим миром и подконтрольными мирами. И у нее, Дарлены, тоже есть цель, есть свое дело, чувство долга – почему она должна от этого отказываться кому-то в угоду? «Ведь я хочу, чтобы в нашей стране хорошо жилось всем, а не только элите!» И вынужденная изоляция угнетала ее, жалко было впустую потраченного времени.

– Я не буду удерживать тебя в Хэвене, – Тао наблюдал за ее лицом и угадывал эмоции молодой женщины. – Не хочу, чтобы ты думала, будто угодила из одной тюрьмы в другую, только попросторнее. Просто жаль, что ты уходишь, толком даже не повидав Хэвен. Не так уж он и плох, и не весь состоит из Пустыни. А я в вашем мире занимаюсь тем, что готовлю все к твоему возвращению, чтобы ни одна крыса больше не посмела на тебя оскалиться, а на это нужно время, и пока тебе лучше побыть в безопасном месте. Ты согласна? Или хочешь, чтобы тебя снова загоняли, как волка, за флажки и корчили из себя вершителей истории?

– Там мой дом, – Дарлена не знала, как это объяснить парню с Земли-0, работающему на Земле-2 и привыкшему по Вееру разгуливать, как по торговому центру. Каникулы в одном мире, уик-энд во втором, деловая встреча в третьем. И где у такого родина, куда его душой тянет?

– Я тебя понял, – Тао едва улыбнулся. – И стараюсь, чтобы тебе было легко и комфортно, когда ты вернешься домой.

*

Дарлена вспоминала этот разговор, когда они вдвоем с Джетт возвращались на машине с экскурсии по Хэвену. Тао велел помощнице показать гостье окрестности, а сам исчез – то ли опять на Землю-1, то ли в свой родной мир.

Они доехали до самого берега моря, и Дарлена, ступая босыми ногами в полосе прибоя, с упоением вдыхала соленый ветер, подставляла лицо и плечи солнцу, ощущала прохладу кристально-чистой воды – прекрасные, почти забытые за полгода ощущения – и наслаждалась...

Заночевали они в кузове, натянув брезент так, что получилась палатка, а на рассвете выехали обратно на базу.

Машина подпрыгивала на кочках, скрежетала, переваливая через дюны и казалось, что она вот-вот развалится. Но не разваливалась, а шла ровно и быстро. Кабина была без стекол, и девушкам пришлось надеть большие, как блюдца, очки с наглазниками, защищавшие от пыли и песка. Они почти не разговаривали, чтобы пыль не попадала в рот. Джетт была хорошим водителем, чувствовалось, что она хорошо знает машину и имеет немалый опыт вождения. Маленькие смуглые руки со сбитыми костяшками и навеки въевшейся копотью привычно лежали на руле, безошибочно нажимали нужный рычаг или кнопку – так Дарлена в армии управляла своим самолетом.

Машина подскочила на кочке, спугнув двух куропаток. Они взлетели с сердитым кудахтаньем, хлестнув крыльями по раме кабины.

– Блин, чуть развал не разболтала! – ругнулась Джетт. – Вот надо было Аришке тащить сюда этот зверинец, а? Чем раньше было плохо?..

– Не знаю, раньше я у вас не бывала.

– У ручья остановимся, надо воды набрать. Мотор греется.

– И умыться не помешает. Пыльно и жарко.

– Ха, разве это жара? – усмехнулась Джетт. – Вот перед грозой действительно жарит, дышать нечем. На привале расскажешь мне еще что-нибудь о твоем мире? Мне было так интересно послушать про ваши летающие машины и большие дома, где люди живут сотнями! Я так хотела там побывать, а Тао взял с собой эту дуру Аришку...

«Да она ревнует! А Тао еще и нарочно ее поддразнивает, оказывая Аришке знаки внимания», – Дарлена даже рассердилась на Тао: зачем он это делает? Не над всем можно подшучивать. Джетт все воспринимает всерьез. Или он из тех парней, которые готовы флиртовать со всеми подряд? Однажды, вернувшись с Земли-1, Тао давился смехом, рассказывая, как жуирует с Илоной, остро и зло шутил насчет изобилия ее косметики, ставших притчей во языцех огромных каблуков и того, как лидер оппозиции пытается его обаять и переманить на свою сторону. Дарлене тогда еще захотелось ударить его чем-то по красивой, но наглой физиономии. Добрых чувств к Илоне она тоже не испытывала, считая ее коварной и безжалостной особой, но слушать этот поток насмешек было тоже неприятно. «А за Лайзой Мареш ты еще не волочился?» – резко прервала она монолог Тао. Парень в ответ закатился хохотом, но потом все-таки ответил: «На замужних я не зарюсь. У меня есть принципы, от которых я не отступаю. Мареш, конечно, гад еще тот, но я не буду ему рога монтировать, по-другому с ним сквитаюсь, чтобы впредь неповадно было честных людей шельмовать»...

Джетт принесла воды из ручья и залила в мотор. Дарлена помогла ей подкачать колеса.

– Ну и как тебе Хэвен? – спросила Джетт, когда они умылись и сели в тени ивы, чтобы доесть прихваченные в дорогу лепешки.

Дарлена молчала, думая об увиденном за эти два дня. Пустыня, степь, горы, оазисы у водоемов. Если бы не едва различимые под песком, травой и чахлыми кустиками Пустыни остатки асфальтовых дорог, фундаменты домов и люки «квадратных пещер», можно было бы подумать, что это далекое прошлое. А так Дарлена сразу определила остатки бывшей цивилизации и ей стало горько от того, что люди не уберегли свой мир. Может, тоже боялись, ленились или попали под обаяние какого-нибудь краснобая-политика и развязали ему руки своей пассивностью и нежеланием вдумываться и осмысливать. А он, одурев от ощущения вседозволенности, решил, будто может все, и пальнул в кого-то ядерной бомбой. И конечно же, получил ответ от такого же «небожителя». Очень может быть, что сами правители выжили, спрятавшись в своих сверхкомфртабельных бункерах, а расплачивались за их дрязги другие люди...

– Немного грустно, – честно сказала она. – Я вижу, что раньше Хэвен был другим.

– Да, я видела файлы в архивах, – сказала Джетт. – До того, как в небе появилось два солнца, а потом грянула Большая Гроза, здесь были города с большими домами, все, как ты рассказываешь. А потом кто-то «доигрался с оружием», как говорят старики. Люди только 20 зеленов назад вышли из подземелий, когда это стало возможным... Я родилась как раз в том зелене, – уточнила она, желая козырнуть своей молодостью, но Дарлена пропустила это мимо ушей. Она не собиралась соперничать с Джетт из-за Тао. Да и почти 16-летняя разница в возрасте была сейчас практически незаметна. В Хэвене Дарлена посвежела, окрепла и набралась сил. Она исправно пила грозовую воду и ела много фруктов, ощущая себя обновленной, и выглядела не намного старше двадцатилетней Джетт.

– Боюсь, как бы это не повторилось в нашем мире, – сказала она и закурила. Джетт слегка поморщилась и отодвинулась и серьезно ответила:

– Это уже зависит от тебя. Ты сможешь. Поэтому Тао тебя и спасал.

Дарлена изумленно посмотрела на нее:

– Ты уже знаешь его планы?

– Тао мне доверяет, – с гордостью ответила Джетт. – Сейчас он разрешил сказать тебе это. Остальную информацию он сообщит тебе сам немного позже.

Дарлена ощутила прилив адреналина. Наконец-то! Хоть какая-то определенность! Сидеть на базе и ждать неизвестно чего в стороне от главных событий ей не нравилось. Деятельная натура молодой женщины не терпела застоя, и Макфарленд снова рвалась на передовую.

– Поняла, – произнесла она. – Мне нужно будет спасать человечество?

– Ты справишься, – повторила Джетт, не уловив ее иронии. – Тао в этом уверен, а он никогда не ошибается.

«И еще, он очень скромен» – подумала Дарлена.

*

Дарлена уже привыкла определять время без часов, которых пока не было в Хэвене (только на компьютерах у Тао). Проснувшись в своей комнатке-нише, она поняла, что сейчас чуть больше 8 часов утра. Вставать пока не хотелось, и девушка позволила себе еще немного понежиться в постели. Кто знает, что ждет ее дома – может быть, еще более напряженная работа, чем до ареста. Поэтому не стоит упускать возможности расслабиться, набраться сил. «Может, получится выбираться в Хэвен время от времени? – подумала Дарлена, сбросив до пояса холстину-одеяло. – Где я еще так высплюсь и поваляюсь! Иногда так хочется полениться!»

Где-то вдали, в главной пещере, уже шумела мастерская, стучали молотки в шахтах. Тао в хранилище прохаживался туда-сюда, стараясь ступать тихо, чтобы не разбудить ее.

Через полчаса Дарлена потянулась и не спеша встала. Спала она в холщовой тунике, похожей на платье Аришки. Это одеяние не очень много прикрывало, но Дарлена могла не стесняться своей фигуры. Благодаря жестким армейский тренировкам, ее тело сохранило упругость и оставалось подтянутым. Если Дарлена в прежние времена появлялась в Парламенте в блузке с вырезом или юбке, открывающей колени, взгляды большинства мужчин приковывались к ней, а некоторые женщины скрипели зубами от зависти и раздраженно шипели вслед «У, вырядилась!», хотя откровенно провокационные наряды Дарлена никогда не носила.

В юности Макфарленд считала себя скорее солдатом, чем женщиной, и прилагала усилия, чтобы в армии не выделяться в строю среди парней. Короткая стрижка, форма, бронежилет, сапоги. Лучшим комплиментом для нее были слова: «Так держать, боец!». Став политиком, она вынуждена была сменить имидж в соответствии с новым статусом и неожиданно заметила, что элегантные деловые костюмы ей тоже нравятся, а хорошо подобранные платья для торжественных случаев очень к лицу. Оставаясь решительной, упорной и волевой, внешне Дарлена из солдата превратилась в элегантную молодую женщину. В отличие от многих других дам-парламентариев, она не увлекалась дорогими или вычурными аксессуарами и почти не пользовалась декоративной косметикой. Но даже в таком скромном виде, без макияжа, Дарлена была очень яркой и привлекательной. Некоторые мужчины пытались приударить за миловидной и незамужней коллегой, но, получив суровый отпор, стали мечтать «укротить строптивую». И среди женщин были желающие «всыпать перцу этой девчонке, чтоб знала свое место»...

Умываясь и одеваясь, Дарлена вспоминала об этом: «Да, а особенно лютовал Серджиу. И у него оказались в руках все рычаги, чтобы запустить механизм надирания моей задницы. А остальные – кто побоялся возразить другу Алессандро, кто сам хотел свести со мной счеты. Да и правда им глаза колет, а я лицемерить не умею... Интересно, сколько они меня в СИЗО держать собирались? Тао им весь кайф обломал!»

*

Совместные завтраки уже вошли у них в привычку; вернее, ела одна Дарлена, а Тао сидел напротив и делился планами на текущий день. Он не нуждался ни в пище, ни в сне и в любое время суток оставался сгустком энергии – с задорными глазами, широкой улыбкой и загорелым юным лицом. Дарлена даже немного завидовала ему и думала, что, пожалуй, Тао прав – он действительно само совершенство.

Грибное рагу и лепешки с ягодным джемом сегодня удались на славу, а в мятой алюминиевой кружке дымился (Дарлена не поверила своим глазам и носу) настоящий заварной кофе, и явно свежий, а не выкопанный из очередной пещеры, бывшей в лучшие времена складом супермаркета или фабрики.

– Где ты его взял?

– На Плосконосом холме растут кофейные деревья, – Тао польстили ее удивление и радость. – Собрали с них плоды, обработали как положено, смололи и – вуаля! Я часовых в ночную смену обязываю выпить кофе, чтобы караулили, а не дрыхли на посту. Но от той залежалой трухи, которую мы находим в подземельях, они потом животами маются, а от свежего – все нормально... Завтра идем на Землю-0, – без всякого перехода сообщил он. – Я, ты и Джетт. Нас хочет видеть Дарла. Она пожелала с тобой побеседовать перед возвращением на Землю-1. Мне кажется, тебе собираются дать новое назначение. Пока не знаю, какую должность тебе предложат – контактера или куратора.

Дарлена забыла о недоеденной лепешке и стынущем кофе. Земля-0, основание Веера. Ее приглашают туда. До сих пор никто из контактеров в ее мире не удостаивался приема в основе основ. И она встретится лицом к лицу со своим двойником, с той самой Начальницей, о которой уже столько слышала.

– А сегодня? – спросила она.

– Сегодня я доделаю кое-какие приготовления к твоему возвращению. Кое-кому солью в зад засажу, чтобы запрыгали повыше, а других, наоборот, успокою. Ты ведь еще когда просила.

– Спасибо, – улыбнулась Дарлена.

– Всегда рад помочь тебе, мама-2!

* ЗЕМЛЯ-1

Еще с крыльца Серджиу и Лайза Мареш услышали, как в гостиной заходится надсадным лаем их собака, золотистый красавец-колли.

– Ну какого черта?! – Серджиу выругался. Вот еще радость, вернуться в половине седьмого утра с вечеринки у Георге, с чугунной головой, и услышать лай и скулеж из гостиной. – Куда прислуга смотрит, мать их, почему не заткнут эту тварюгу?!

– Ты сам иногда с трибуны орешь еще громче, – огрызнулась Лайза, все еще сердитая на мужа за то, что на вечеринке они с Алессандро опять смылись в кабинет и украдкой раздавили лишнюю бутылку виски. «Надо же нам как-то нервы успокоить, сами видите, какая каша заварилась», – оправдывался сильно отяжелевший, растекшийся своим массивным телом по дивану Алес, когда Алиса Георге и Лайза ворвались в кабинет в поисках мужей. «Угу», – только и смог промямлить развалившийся в кресле Серджиу. «Идиоты, тут полно журналюг, неровен час папарацци нафоткают вас в таком виде!» – зашипела Лайза. Серджиу, стряхнув пьяное оцепенение, зло огрызнулся, и супруги ругались уже третий час.

– Всех поувольняю, прислуга, блин, дрыхнут без задних ног, – бранился Мареш, обронив пальто и едва не завалившись в шкаф вслед за ним, – держи их, ораву, собаку выгулять не могут! Я, что ли, должен ее выводить поср...?

– Тебе на пользу, – съязвила мадам Мареш. – Прогуляешься по утренней прохладе, голову проветришь!

– Да пошла ты...! – рявкнул Серджиу и распахнул дверь гостиной, готовый хорошо пнуть собаку. – Заткнись, лохматая скотина! Какого... надрываешься?! Если обгадил ковер, в конуру на привязь пойдешь, как дворняга!

В ответ раздался нахальный смешок:

– Да! Так я и знал, что вся эта слащавая любовь к животным – сплошная показуха на публику и ничего больше!

Колли, забившись в угол между камином и стеной, хрипло лаял на восседающего в любимом кресле Серджиу парня. Мареши моментально узнали это красивое лицо, шапочку с обручем и сверкающий костюм. «Или он монстр, или искусственный человек, – предположил мгновенно протрезвевший Серджиу. – Собаки их сразу чувствуют, по крайней мере, именно так пишут в книгах. Но кто бы он ни был... Взгромоздился с ногами в мое кресло! И вообще вломился в мой дом ночью! Урод!»

– Ты хоть что-то из этих книг прочитал? – Тао указал на огромный, во всю стену, дубовый шкаф с золочеными корешками фолиантов. – Или так, декорацию для красоты держишь, чтобы на ее фоне журналистам позировать?

Собака замолчала, только нервно повизгивала, глядя на чужака, внушающего непонятный страх.

– Что ты порнушку украдкой почитываешь, это я знаю, – продолжал насмешничать Тао, – а на людях эрудита корчишь. И фильмецы втихаря от жены на своей кабинетной плазме посматриваешь, на тему «Женщины в тюрьме». Твоя любимая тематика, да?

Мареш побагровел и хотел резко прервать наглого молокососа, сующего всюду нос, но поперхнулся. Откуда этот Тао все знает? И вообще, как он попал в их дом, минуя ограду, сигнализацию и секьюрити? Лайза тоже об этом подумала и впервые за долгие годы не нашлась, что сказать.

– Любишь смотреть, как над бедными молоденькими узницами куражатся все кому не лень? Тебя это распаляет? – не унимался Тао. – Ты бы хоть диски свои получше прятал, а то не ровен час жена найдет, или кто-то из прислуги при уборке наткнется. А то сегодня я нашел, завтра – еще кто-то поймет, чем ты втихаря развлекаешься, когда надо, типа, до утра поработать, еще кому-то посадку устроить или, напротив, дело закрыть, – мальчишка откровенно забавлялся. – Думаю, твоей жене такое «киноискусство» не понравится.

– Ты рылся в моем кабинете?! – возмутился Мареш.

– Так, заглянул, пока вас дожидался, – бесхитростно отозвался парень. – Хотел какой-нибудь диск крутануть, чтобы скоротать время. Здоровы же вы гульдебасить!

– Что вам нужно? – спросила Лайза, боясь, что Серджиу сейчас вспылит и разозлит незваного гостя. Кто его знает, этого Тао, вдруг он опять начнет все жечь и крушить в ответ на неосторожное слово. Лайза могла сокрушительно поругаться с мужем, но в трудные времена всегда была на его стороне и сейчас боялась, что Серж сгоряча спровоцирует чужака на агрессию...

– Мне нужно с вами поговорить, – Тао забросил ноги в тяжеленных ботинках на журнальный столик, сбросив свадебную фотографию Марешей в золотой рамке. – Советую вам сесть, а то неровен час в обморок шлепнетесь, когда я вам кое-что расскажу!

Вспомнив, как Тао швырнул его при первой встрече, Мареш не стал спорить и украдкой дернул за руку жену. Почему-то они больше не возмущались наглым вторжением чужака.

– Я был у Илоны, – без предисловий объявил Тао, – предложил ей грозовой эликсир, и она согласилась. Я спросил: а если в качестве гонорара я потребую от нее ваши скальпы?

– И Илона согласилась? – хрипло спросила Лайза.

– Да, особо не раздумывала, понимая, что в случае отказа я и ей кое-что припомню. И надеется как-то нагреть и меня, чтобы сорвать каре-рояль в этой игре.

– Хрен ей, а не рояль! – заорал багровый Серджиу. – Да я раньше сам ее в сортире утоплю! Ну, Илона... – он длинно и заковыристо заругался.

– Заткнись, – поморщился Тао, – не ори, как на трибуне. И пожуй, что ли, жвачку, винная бочка, от твоего выхлопа скоро и я окосею!

Серджиу застыл, как соляной столп, поперхнувшись ругательством. Давно уже с ним так не разговаривали. Он привык к тому, что дружба с Георге стала залогом всеобщего почтения. А уж после ареста Макфарленд и подавно никто не смел даже за спиной вякать о нем. А тут этот сопляк с крашеными волосами развалился в его любимом кресле, взгромоздил на обивку свои здоровенные ботинищи и хамит даже без запала, равнодушным скучным голосом.

– Вот Илона, стерва, – покачала головой потрясенная Лайза. – Поступков, что ли, не помнит? Сама же с Алесом условилась прижать Дарлене хвост, а теперь на нас стрелки переводит?

– А вы ждали, что она откажется от предложенной ей продленной молодости и возьмет ответственность на себя ради старой дружбы? – ухмыльнулся Тао. – Ха! Насмешили! Да и вы бы тоже не отказались, приди я сначала к вам. Своя рубашка всегда ближе к телу, знаете ли. И разве вы не заплатили бы любую цену за вторую молодость и долголетие? Или просто за то, чтобы не получить по шапке при раздаче? – парень потянулся и поудобнее устроился в кресле, скрестив ноги. Подошвы его ботинок были совершенно чистыми и выглядели совершенно новыми, не стоптанными, словно обувь только что из магазина. «Он что, летает, а не ходит?»– подумал Мареш.

Некоторое время в гостиной стояла тишина. Хозяева были настолько потрясены сообщением Тао, что даже красноречивый Серджиу не находил слов, а напористая Лайза впервые потеряла дар речи. Чужак загнал их в тупик.

– Разве вы не отдали бы любую цену за то, чтобы вам не надрали задницу при разборе полетов? – спросил Тао.

– А ты знаешь, почему я так поступил с Дарленой? – нашелся Серджиу. – Да, я ее посадил и отказывал в освобождении до выборов! Но я это делал, чтобы ее спасти!