Текст книги "Мой чёртов Дарси (СИ)"
Автор книги: Ана Сакру
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
31
– Вам письмо, – сообщила Фло с порога, даже не утрудившись зайти в столовую.
Я удивленно вскинула бровь, застыв с ложкой, поднесенной ко рту. Миссис Дурслей тоже моментально вся подобралась, с любопытством поглядывая на приближающуюся служанку.
– От кого? – я протянула руку за белым конвертом и с досадой отметила, что пальцы ощутимо дрожат. Снова вспомнился незнакомец– блондин из церкви. Не от него же, надеюсь? По-моему, мое желание больше не иметь с ним ничего общего было очевидно. Но кто знает, насколько их отношения с Анной были трепетными до этого.
Фло, не ответив, просто передала мне конверт, поклонилась быстро и упорхнула, будто и не было. Я пробежалась по подписи на бумаге и облегченно вздохнула. Это мистер Пеневайз. Слава богу. Не хватало мне еще преследований влюбленного юнца. Откинулась на спинку стула и распечатала конверт.
– Это от папы, – пояснила миссис Дурслей, все это время пожирающей меня заинтригованным взглядом.
– И как дела у мистера Пеневайза? – тут же отозвалась компаньонка.
Я пробежалась глазами по мелким спешащим строчкам.
– Он в добром здравии. Надеется, что и я тоже, – замялась на секунду, читая, – Мой двоюродный дед, баронет Мэтью Коулс, к сожалению, скончался в среду.
Тут я скорбно поджала губы, отложив на мгновение листок, как и подобает новости. Конечно, никакой печали я на самом деле не испытывала, но было бы странно, если бы я прочла подобное известие без запинки.
– Сочувствую тебе, дорогая, – так же равнодушно заметила миссис Дурслей.
Мы обе помолчали приличествующее, как нам казалось, время, бесцельно пялясь в цветастые обои, и я продолжила читать.
– А в пятницу приезжал его поверенный и огласил завещание.
Глаза миссис Дурслей хищно блеснули.
– Иии? – Урсула даже вперед ко мне подалась, сверля исписанный листок горящим взором.
– И… – и тут я запнулась по-настоящему. Перечитала еще раз и еще. Потом устремила невидящий взгляд в окно, осознавая прочитанное. Я плохо разбиралась в том, сколько денег в этом времени считалось настоящим богатством, но, судя по тону "отца"…
– Ну же, милая, не томи, – Миссис Дурслей даже платочком у лица замахала, показывая, как тяжко ей дается моя заминка.
– И, так как мы оказались ближайшими живыми родственниками, то отец стал следующим баронетом Кортон, а я получила приданое в сорок тысяч фунтов и пожизненную ренту в десять тысяч в год, – наконец выдавила из себя бесцветным голосом.
– Ох, господь всемогущий, – захрипела миссис Дурслей, – И почему у меня никто так удачно не мрёт!
Компаньонка тут же закашлялась, краснея.
– Ох, прости, прости! Я очень сочувствую твоей утрате. Но, возьми меня драгун, сорок тысяч!! И рента…Ох…прости, прости!
– Да, ничего, – мямлю я, внимательно наблюдая за взбудораженной миссис Дурслей. Постепенно улыбка озаряет мое лицо. Черт возьми, похоже, это и в правду много! Вон Урсула как чайник кипит. Я богата? Я богата!!! А это значит…
Опускаю взгляд на письмо и, под восторженное бормотание компаньонки, быстро дочитываю прыгающие перед глазами строчки.
Да! Я права! "Отец" ясно дает понять, что все наши проблемы теперь решены, а я превратилась в одну из самых завидных невест Англии. И, если я брака с Дарси не желаю, он дает мне благословение расторгнуть помолвку. Просит только подумать и не принимать поспешных решений, так как виконт пользуется его безграничным уважением. Но что может быть важнее счастья любимой единственной дочери…
Да! Ну, что, виконт? Теперь, кажется, я могу сама оплатить себе платье, как и весь сезон. И вам больше незачем одаривать меня своим покровительственным взглядом, строя из себя благодетеля, подобравшего деревенскую бесприданницу. Ооо, я даже не понимала раньше, как давило на меня это подчиненное положение. Улыбка переросла в тихий смех, и мне плевать, что наверно это выглядит странно.
Ловлю на себе сощуренный взгляд миссис Дурслей.
– Бедный виконт. Ему будет сложно с этим смириться, – фыркает она, показывая, что совершенно точно разгадала мою реакцию, – Вы же оплатите мое проживание, мисс Пеневайз, если вдруг мистер Дарси не захочет больше пользоваться моими услугами? Знайте, я всегда на вашей стороне.
– О, конечно, дорогая миссис Дурслей! – прощебетала я и, не выдержав, подскочила со стула и заключила ее в крепкие объятия.
32
Дарси в десятый раз за завтрак кинул нетерпеливый взгляд на настенные часы. Уже почти одиннадцать. Они должны были приехать еще к десяти. Встряхнул газету в руках, перечитывая сводки. Ну и где носит драгоценную мисс Пеневайз? Неужели так сложно добраться вовремя? Женщины…
Отложил зачитанную до дыр прессу и кивнул, чтобы подали десерт и еще кофе.
Нет, он ее не ждет. Просто не любит, когда опаздывают. Это так по-мещански…Чертова пастушка.
Перед глазами невольно всплывает образ белокожей статной мисс Пеневайз в легком льняном платье, скромно опускающей глаза долу при разговоре. И тут же сменяется совсем другой Анной: растрепанной и влажной, с запрокинутым лицом, покрытым лихорадочным румянцем возбуждения, кусающей алые губы и выдыхающей " О, боже" ему в рот. Непрошенная жаркая волна пробегает по телу виконта, оседая в паху.
Дарси упирается невидящим взглядом в принесенную чашку кофе. Какого черта он не зашел к ней ночью? Идиот. Обеспечил себе две недели неконтролируемых приливов возбуждения в самый неподходящий момент. Самое смешное, что ассоциативный ряд, связанный с мисс Пеневайз, у виконта был довольно необычный и постоянно ставивший его в неловкое положение. К примеру, три дня назад в клубе обсуждали овцеводство, из-за чего Дарси потом еще пятнадцать минут не мог встать с кресла, не выдав свою странную реакцию на рассказ о женщине– стригале, победившей благодаря своим ловким рукам на деревенских соревнованиях. То же несчастье постигало его и при упоминании комаров, шахмат, хорошего аппетита, или если кто-то выдыхал " О, боже".
Осложнялось дело тем, что, раз уж у них с невестой состоялся разговор о лебединой верности, то виконт решил сдержать обещание и не марать себя случайными связями. С одной стороны, это оказалось довольно легко, так как все его мысли и желания подобного характера были связаны со сладкой пастушкой, и другие женщины никакого особого интереса не вызывали. Даже когда графиня Сеттей, его давняя подруга и по совместительству иногда любовница, поймала Дарси в темном коридоре на приеме у Глостерширов и недвусмысленно прижалась всем телом, пытаясь поцеловать, виконт лишь вежливо отстранился и предложил даме сопроводить ее в бальный зал. Графиня была обескуражена, ее губы на секунду обиженно задрожали. Но, к ее чести, Мадлен быстро взяла себя в руки, с видом королевы приняла подставленный локоть, и, как ни в чем не бывало, заговорила о своей недавней поездке в Париж.
С другой же стороны виконт страдал от постоянного возбуждения, связанного с жаркими воспоминаниями о произошедшем в карете, настигающими его в самые неподходящие моменты. Что делало ожидание приезда интригующей пастушки невыносимым. Дарси не помнил, когда еще так медленно тянулись бесконечные тоскливые дни. Первое время по его прибытию в Лондон было еще терпимо. Скопившиеся вопросы у поверенного, дела в верхней палате, решение проблем, связанных с исчезнувшим кораблем, – все это практически полностью занимало его. Мучили лишь ночи, полные неясных жарких снов и образов. Но прошла примерно неделя, и остались только привычные текущие заботы, не требующие пристального внимания, клуб и посещение осточертевших светских мероприятий. И образ Анны, прикрывающей глаза в подступающем экстазе, стал преследовать его все чаще, обрастая мельчайшими деталями, которые услужливо подкидывала память.
Говорят, запретный плод сладок, но виконт теперь точно знал, что это выражение не совсем соответствует истине. Оказывается, нет ничего более будоражащего, чем едва надкусанный запретный плод. Дарси будто лизнул предложенное змеем яблоко, ощутил его желанный вкус, обжигающим клеймом оставшийся на губах, задуряющий голову. Но лишь попытался было вонзить зубы, как вожделенное угощение вырвали у него в последний момент и спрятали куда подальше. Хотя кто вырвал? Он ведь сам…
Ну почему? Почему он не пошел к ней ночью?
Дарси не мог себе этого простить сейчас. Чертов джентльмен. Она ведь все равно его невеста. Что бы изменилось? Ну кроме того, что он бы не изводился предвкушением все эти две недели, а свадьбу бы было уже точно не отменить. Если она конечно невинна…
Чем больше Дарси размышлял о произошедшем в карете, тем сильнее сомневался в целомудренности соседской скромницы. Очень уж быстро она достигла пика для неопытной непросвещенной девушки. Хотелось бы конечно верить, что это лишь его заслуга, но Дарси не был тщеславным идиотом. Мисс Пеневайз явно знала, какие ощущения ей предстоит испытать. И вряд ли она с ними познакомилась, просто скача на лошади галопом. От этих мыслей внутри моментально что-то неприятно скручивало, а во рту появлялся привкус горечи. Что это: ревность или оскорбленное самолюбие из-за возможной попытки обмана? Дарси не мог сам себе ответить на этот вопрос. Что ж, не важно. В ближайшее время он все равно все выяснит. Что он будет делать, если вдруг мисс Пеневайз окажется не девушкой, виконт слабо представлял. Гордость и разум требовали тут же разорвать злосчастную помолвку, а тело. Ведь если разорвать, вряд ли пастушка подпустит к себе еще раз. А то, что ему хватит одной ночи, Дарси начинал сильно сомневаться.
В любом случае, за эти две недели виконт уверился в одном. Больше ждать до свадьбы и разыгрывать из себя никому не нужного джентльмена он не будет. Возможно, даже сегодня ночью… Уже привычный жар вновь прокатился по телу, хриплое " О, боже" зазвенело в ушах. Вот только где ее носит? Часы бьют одиннадцать!
Дарси сделал последний глоток кофе, смиряясь с тем, что позавтракать вместе им не удастся. Кинул газету на стол и, хмурый, стремительно направился в свой кабинет. Так стремительно, что в холле едва не сбил с ног только что вошедшую мисс Пеневайз.
– Мистер Дарси.
Растерянный выдох ему прямо в лицо, расширенные зрачки зеленых глаз, всколыхнувшаяся пышная грудь в скромном вырезе дорожного платья, алый рот, округлившийся в беззвучном "О". И виконт замер, как вкопанный, мысленно договаривая"…боже" и чувствуя, как собственное тело вновь предает его, совершенно неподобающе джентльмену натягивая штаны в области паха.
33
– Вы опоздали, – выдыхает мистер Дарси обвинительным тоном, с трудом отлепляя взгляд от ее приоткрытого рта.
На что мисс Пеневайз удивленно изгибает тонкую бровь.
– А мы разве договаривались на определенное время, мистер Дарси?
– Нет, но… – виконт осекается и с подозрением вглядывается в свою невесту.
Что-то в ней неуловимо изменилось. Он нутром чуял. Слишком дерзкий взор, направленный на него, горделиво вскинутый подбородок, остужающий тон. Зеленые глаза предупреждающе поблескивают из-под изогнутых бровей. Некий вызов сквозит в каждой черточке обращенного к нему очаровательного лица.
Дарси задумчиво склонил голову набок, рассматривая воинственно настроенную пастушку. Ну и с чем связано подобное настроение? Он прокручивал в голове разные варианты ее поведения, но такого, признаться, не ожидал. Думал, она зардеется при встрече и будет мучительно отводить взгляд в сторону, боясь заглянуть ему в глаза. Как тогда, когда выходила из кареты. Но последнее, что он сейчас видел на лице мисс Пеневайз, было смущение.
Что это? Обида? Попытка сделать вид, что ничего не произошло? Виконт раздраженно сощурился.
– К обеду я должен быть у графини Хортон, моей тетки. И пообещал представить вас сей достопочтенной даме. Так что у вас два часа, мисс Пеневайз, чтобы привести себя в порядок с дороги и позавтракать, – холодно объяснил Дарси, – Извините, что так мало. Но я думал, что вы прибудете не позже десяти, а не в двенадцатом часу.
– Мистер Дарси, я очень устала, – вздыхает пастушка, отчего грудь ее призывно заходится, невольно привлекая к себе внимание.
– Боюсь, я не смогу присоединиться к визиту вашей тетушки. Передайте ей, что я с удовольствием навещу ее завтра. В крайнем случае сегодня вечером. А сейчас, прошу вас, покажите мне и миссис Дурслей наши комнаты. Как вы правильно заметили, нам требуется привести себя в порядок с дороги и перевести дух, – произнесла Анна дерзко и холодно улыбнулась.
Дарси пару раз недоуменно моргнул. Это что, бунт?
– Вы не поняли. Это не обсуждается, мисс Пеневайз, – отрезал виконт, когда к нему наконец вернулся дар речи, – Как моя невеста вы обязаны…
– Это вы не поняли, мистер Дарси, – перебила его вконец осмелевшая пастушка, – Я не настроена сейчас никуда идти. И невеста не значит раба. Так что мне ваш приказной тон совершенно не импонирует. Либо извольте уважать мои желания, либо давайте расстанемся полюбовно, пока еще не успели связать себя нерушимыми узами Гименея.
И мисс Пеневайз воинственно вскинула подбородок, пылая праведным гневом.
Что происходит, твою мать? Что за безумные предложения? Сегодня полнолуние? Пастушка за две недели пристрастилась к лаудануму? Что?
У Дарси даже челюсть отвисла от удивления.
– Мисс Пеневайз, вы сами понимаете, что говорите? – произнес он осторожно через несколько секунд, – Разрыв помолвки гораздо более неприемлем для вас, чем для меня…
– Правда? – Анна сладко по-кошачьи улыбнулась и как бы невзначай провела пальчиками по его сюртуку, стряхивая несуществующие пылинки.
Виконт невольно задержал дыхание, не сводя моментально загоревшегося взгляда с невесты. Какая она все– таки… Сглотнул подступившую слюну, когда проворные пальцы скользнули к идеально завязанному галстуку, поправляя его. Бессмысленный, но очень волнующий жест.
– И почему же? – поинтересовалась чертова пастушка, невинно хлопая пушистыми ресницами. А руку с галстука так и не убрала.
– Потому что… – Дарси откашлялся, прочищая внезапно охрипшее горло, – Потому что могут возникнуть сплетни о причине нашего разрыва, мисс Пеневайз. Для невинной девушки, тем более не могущей похвастаться высоким происхождением или большим приданым, кривотолки всегда большая неприятность. Вы меня понимаете?
И аккуратно снял со своей груди тонкую горячую ладонь, не удержавшись и сдавив ее на секунду крепко в своей руке, прежде чем окончательно отпустить.
– Да, понимаю, мистер Дарси, – зашептала Анна, лукаво улыбаясь, – Так удобно для вас…Не правда ли?
– Не буду скрывать, я нахожу определенную прелесть в данном положении, – протянул виконт, щурясь.
– Любите, чтобы вам подчинялись? – пастушка почти мурлыкала, смотря на него бархатными глазами, отчего по телу виконта начали бежать жаркие мурашки, заставляя забываться.
– Вы тоже это полюбите, мисс Пеневайз… – хрипло пробормотал Дарси, думая о том, что если до ночи ждать не придется, то, так и быть, визит к старой карге– тетке можно и отложить.
– Возможно, – щеки Анны мило зарделись, подтверждая то, что она уловила непристойный намек в его словах. Девушка на секунду потупила взор, а потом резко вскинула на виконта искрящиеся весельем глаза.
– Вот только я больше не бесприданница, мистер Дарси. А вполне себе обеспеченная особа с приданым в сорок тысяч и рентой в десять тысяч в год. А еще с отцом– баронетом и привлекательной, смею надеяться, внешностью. Так что ваш расчет на то, что я буду хвататься за вас, как за соломинку утопающий, отныне неверен, мистер Дарси. Посему покажите мне наконец комнаты. Я и правда ужасно устала. И к тетушке своей через два часа езжайте пожалуйста сами.
34
Я закусила губы, чтобы не было видно, как они задрожали, и завороженно стала наблюдать за расширяющимися зрачками виконта. Похоже, я перегнула палку. Напрочь. Не так я хотела сообщить Дарси о свалившемся на меня богатстве. Но он сам виноват! Стоит тут, весь такой идеальный, и приказы раздает: куда мне идти и что делать. Еще и смотрит так…Тааак…Черт…Как– будто мы одни и на мне одежды нет. И сейчас будут совсем другие приказы, которые мне и правда понравятся.
Мне становится жарко. Мысли путаются в голове. Я ощущаю его горячее дыхание, обжигающее кожу. Даже сейчас, когда Дарси злится, его взгляд подернут чувственной дымкой. Г орло сдавливает от желания податься к нему и уткнуться носом в сюртук.
И в тоже время до одури хочется избавиться от пагубного влияния близости виконта, чтобы он не действовал на меня так. Чтобы я могла спокойно дышать рядом, не краснея, как помидор. И думать о чем-то более цивилизованном, чем удовлетворение инстинктов размножения.
Несколько бесконечных секунд мы не мигая смотрим друг на друга, и я потихоньку забываю, о чем мы вообще говорили. В голове звучат только его шаги за дверью той ночью. Меня охватывает та же чувственная дрожь предвкушения, когда несколько мгновений я думала, что он войдет. Мне кажется, что и сейчас Дарси просто схватит меня в охапку и утащит в запретную темноту. Что-то мелькает в его голубых затуманенных глазах такое…Первобытное что ли. И я даже согласна. Дыхание сбивается в сжатых адреналином легких, кровь болезненно шумит в ушах. Я моргаю, и Дарси словно просыпается от внезапно разорванного зрительного контакта.
– Мистер Фич покажет, – произносит хрипло и делает шаг назад от меня. Я смотрю на него, даже не понимая, о чем он. О чем? Ах, да. Комнаты. Дарси одергивает галстук, как будто он ему жмет.
– Что ж, я передам графине Хортон, что вы навестите ее уже завтра, – продолжает виконт ледяным тоном. Чувственная дымка покидает его взгляд, оставляя лишь холодную надменность, которая неожиданно больно задевает меня.
– Спасибо, – смущенно бормочу в ответ. Не думала, что он так быстро уступит. Укол разочарования пронзает грудь.
– Есть еще несколько мероприятий, запланированных на сегодня, – тянет Дарси ироничным тоном, – Уж и не знаю, стоит ли вам вообще о них рассказывать, мисс Пеневайз.
– Отчего же, я слушаю.
– Что ж, – виконт криво улыбается, щурясь, – В четыре пополудни вас ждет у себя мадам Солю на примерку. Платья готовы, осталось только подогнать. А вечером графиня Сеттей дает бал. Но, если вы устали… Или месье Дюжо так и не удосужился сделать из вас терпимую партнершу…
Я неожиданно для себя возмущенно зашипела. А Дарси удовлетворенно хмыкнул. Он специально! Терпимая партнерша? Ах, ты, самовлюблённый индюк! Представь себе, я уже очень даже ничего. Сам увидишь…
– Думаю, к вечеру я уже буду свежа как никогда, – пропела вслух ядовитым тоном, – Так что вам все же придется краснеть за свою не факт, что терпимую партнершу.
– И правда, не факт, – задумчиво бормочет Дарси, прожигая меня нечитаемым пристальным взглядом, – Будьте готовы к девяти, мисс Пеневайз. Мое почтение. Миссис Дурслей.
И я только сейчас вспоминаю, что компаньонка все это время стоит за моей спиной. Мои щеки вспыхивают лихорадочным румянцем. Вроде бы мы ничего такого не говорили…Или говорили? Ох. Медленно поворачиваюсь к Урсуле и мысленно закатываю глаза. Ооо, она явно получила удовольствие от нашей перепалки.
Дарси коротко кланяется нам и исчезает, оставляя меня наедине с хитро ухмыляющейся миссис Дурслей.
35
Чертова пастушка…
Сссука. Так значит, да? Дарси прилагает невероятное усилие воли, чтобы не хлопнуть дверью, выходя на улицу. Ооо, если бы там не было миссис Дурслей, забывшей как моргать, и Фича, прячущегося за портьерой, он бы с удовольствием показал деревенской нахалке, что думает о ее внезапно обретенной финансовой независимости. И о расторжении помолвки. Не будет у вас такого шанса, мисс Пеневайз. Подождите ночи, и я лично его вас лишу. Это можно было бы назвать неблагородным поступком и принуждением. Если бы вы не пялились на меня, как мартовская кошка. Раскачивая своей пышной грудью прямо перед носом.
– В контору, – бросает виконт кучеру, бегущему к карете и пытающемуся успеть к экипажу раньше пылающего гневом хозяина.
Откидывается на спинку сидения и прикрывает глаза, пытаясь успокоиться. Черт! Это старый хрыч Коулс им что ли все отписал? Говорил же, что церкви уйдет. С чего бы? Ладно, о таком его поверенный должен знать, и сейчас Дарси обо всем расспросит. Странно, что ему сразу не доложили. Хотя мистер Хопкинс скорее всего пока просто не в курсе о решении Дарси связать себя узами брака с мисс Пеневайз. Иначе бы сразу оповестил его. Но как она запела! Ты посмотри…Дарси до побелевших костяшек сжал цилиндр в руках. Мисс Пеневайз и раньше – то при более близком знакомстве показала себя не самой покорной благовоспитанной леди, а сейчас…Ну это ж надо!
А, может, и ну ее?
Дарси задумчиво посмотрел в окно, хмурясь. Зачем ему эта строптивица? Они еще не женаты даже, а она уже ему все нервы вытрепала. Что же будет дальше? Тем более, что, похоже, сама мисс Пеневайз тоже не прочь поискать себе более покладистого кавалера. Наверно понимает, что они с такими характерами просто изведут друг друга… Пред мысленным взором вновь предстало раскрасневшееся лицо пастушки, ее дрожащие веки и хриплое "О, боже"…Или сожгут напрочь…в страсти. Дарси заерзал на скамье, меняя положение, с досадой ощущая, что брюки начинают жать.
В любовницы бы ее…Анна для этого идеально подходила. Кроме одного: она не согласится. А вот такая жена…Дарси устало потер переносицу. Он слабо представлял себе брак с подобной женщиной. Слишком независима, чувственна, иронична. А теперь еще и богата. Как ей управлять? Может и правда отказаться от этой затеи, пока не слишком поздно. Невидящий взгляд заскользил по тесно жавшимся друг к другу особнякам делового квартала.
Вот только уже поздно, с горечью отметил про себя виконт, попытавшись хоть на секунду представить пастушку рядом с другим. Поморщился от охватившего чувства гневного раздражения. Нет, мисс Пеневайз, свободы вам уже не видать. И вопрос этот нужно решить как можно скорее, пока вы не успели обзавестись толпой алчущих вашего внимания поклонников. Почему-то в том, что жаркая пастушка с пышной грудью и приданным в сорок тысяч без труда себе такую насобирает уже в первую неделю, Арчибальд не сомневался.
* * *
Дарси задумчиво смотрел на плескающуюся янтарную жидкость в широком бокале. Уже пятнадцать минут десятого. Он сказал в девять. Перевел напряженный взгляд на парадную лестницу, невольно прислушиваясь, не раздаются ли легкие шаги. Тихо. Что ж, богатой наследнице позволено больше, не так ли? Виконт криво улыбнулся собственным мыслям. До последнего сегодня верить не хотел, что это правда, но мистер Хопкинс был неумолим. А, когда узнал о матримониальных планах виконта, еще и бросился с жаром его поздравлять. Дарси же никакой радости не ощущал. Это наоборот все усложняло. Не в деньгах он нуждался, а в покорной, благодарной судьбе и ему жене. Но теперь, положа руку на сердце, мисс Пеневайз не за что петь виконту дифирамбы. Разве что титул… Но она почему-то не выказывала к нему особого почтения. А также ни к родословной Дарси, ни к самому жениху. Пастушка…
Арчибальд вздрогнул, заслышав стук каблучков и шорох юбок. И застыл, завидев мисс Пеневайз на самом верху лестницы. Дыхание неконтролируемо сперло, комом застряло в горле. Глаза впились в женственную статную фигуру, жадно вбирая каждый изгиб. Мадам Солю превзошла саму себя. Нужно бы завтра послать ей дополнительные чаевые, мелькнуло в голове, пока виконт скользил горящим взором по обворожительному персиковому атласному платью. С трудом оторвал взгляд от оголенной дерзкой линии плеч, подчеркнутой нежным кружевом и, сглотнув, встретился взглядом с искристыми победно мерцающими зелеными глазами. Пастушка явно знала, как хороша сейчас. Но виконт находился под впечатлением и не собирался врать. Даже ради сладкой возможности ее уколоть.
– Вы обворожительны, мисс Пеневайз, – произнес спокойным тоном, просто констатируя факт.
– Спасибо, – на порозовевших щеках мелькнули ямочки, и Анна начала неторопливо спускаться к нему. Миссис Дурслей, как верный Санчо Панса, шла следом.
Анна оперлась на предложенный локоть с какой-то особой мягкостью уверенной в своей неотразимости женщины. Дарси покосился на спутницу, рассматривая ее вблизи. Светлые причудливо уложенные в греческую прическу локоны, трепетная линия шеи, тонкие ключицы поднимаются при дыхании, розовые губы чуть приоткрыты, пушистые ресницы дрожат. Такая свежая и чувственная одновременно. Захотелось сказать, что они никуда не поедут, и вернуть ее в спальню. Дарси резко отвернулся. Но это мало помогло. Жар руки на его локте, запах цветочной воды, смешанный с терпким ароматом ее кожи…
Да что с ним? Ведь уже не восемнадцать лет. Как глупо. Только вот поделать он ничего не мог, успокаивая себя лишь тем, что уже этой ночью завершит начатое в карете. Это всего лишь предвкушение ударяет в голову. Желание наконец получить постоянно ускользающую от него пастушку.
– Надеюсь вы оставите за мной вальсы, мисс Пеневайз, – произнес вслух, криво улыбнувшись, когда они втроем расположились в экипаже, – Как за пока еще своим женихом?
– Пока еще? – охнула миссис Дурслей, – О чем вы говорите, виконт?
– Об этом вам лучше спросить у своей подопечной, – холодно ответил Дарси, – Сегодня утром она ясно дала мне понять, что желает поискать более выгодную партию. Не так ли?
И вопросительно вскинул бровь, наблюдая за мучительно зардевшейся пастушкой.
Миссис Дурслей тоже с любопытством покосилась на нее.
– Не совсем… – пробормотала Анна, поднимая на него лихорадочно сверкающие глаза, – Только вальсы, виконт? Вы так избирательны?
Дарси усмехнулся, откинувшись на спинку и устроившись поудобней.
– Да, мисс Пеневайз. Менуэты и контрдансы, так и быть, уступлю менее удачливым поклонникам. Должен же у вас быть шанс хотя бы поговорить с ними.
– Вы так уверены в себе, милорд? – с вызовом бросает пастушка, гневно вскидывая подбородок, – Не боитесь, что их разговоры будут занимательнее ваших. Это, кстати, не сложно.
– Лишь бы прикосновения занимательнее не были, – вкрадчиво возражает виконт, подаваясь к своей моментально ставшей бордовой невесте.
Анна тут же вжимается в кресло и с внезапным болезненным интересом рассматривает городской пейзаж, мелькающий за окном кареты. А миссис Дурслей, подозрительно закашлявшись, следует ее примеру. Дарси вновь вальяжно откидывается на спинку своего сидения. Довольно наблюдает за учащенным от вспыхнувшего смущения дыханием своей строптивой пастушки. Виконт точно знает, о чем она сейчас думает. О том же, о чем и он. Что это та же самая карета. Дарси вообще теперь сомневался, что когда-нибудь сможет в ней спокойно ездить, не слыша в стуке колес восторженное: "О, боже".
