Текст книги "Правило №1: Не влюбляться в начальника (СИ)"

Автор книги: Альма Смит

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 9 страниц)

Глава 16. Буря

Неделя после той волшебной ночной поездки началась на удивление спокойно. София не появлялась в офисе, не звонила на рабочий телефон Тараса. Казалось, он правда сумел до нее достучаться.

Мы с ним стали осторожнее, но иногда позволяли себе украдкой переглянуться или обменяться парой теплых слов в пустом коридоре.

В среду утром я пришла на работу в хорошем настроении. Солнечный свет заливал открытое пространство офиса, и даже монитор не раздражал своим холодным сиянием. Я готовила финальные отчеты по проекту, и все шло хорошо.

Олег, как всегда, был в курсе всех событий.

– Смотри-ка, – подкатился он ко мне, – а у нашей царицы сегодня вид именинницы. Или, может, Гордеев наконец премию тебе назначил?

– Просто хороший день, – улыбнулась я, не поднимая глаз от экрана.

– Ага, конечно, – фыркнул он.

– Я-то вижу, он на тебя сегодня как смотрит. Прямо тает наш айсберг.

В этот момент из кабинета Тараса вышла Марина. Лицо у нее было озабоченным.

– Настя, Тарас Ильич просит тебя зайти. Срочно.

– Что случилось? – насторожилась я.

– Не знаю. Но он выглядит… не в себе.

Я поспешила в кабинет, смутно чувствуя недоброе. Тарас сидел за столом, его лицо было бледным и напряженным. Перед ним на столе лежал распечатанный лист.

– Закрой дверь, – сказал он тихо.

Я закрыла.

– Что-то случилось? – Прочитай, – он протянул мне листок.

Это было письмо. Распечатка электронного письма, отправленного на почту генеральному директору компании, Ивану Петровичу, и в отдел кадров. Анонимное.

«Уважаемый Иван Петрович! Я, как сотрудник компании, считаю своим долгом сообщить о недопустимых отношениях между директором по маркетингу Тарасом Гордеевым и его подчиненной Анастасией Беловой. Эти отношения носят явно личный, непрофессиональный характер, что негативно сказывается на рабочей атмосфере в отделе и ставит под сомнение объективность оценок и продвижения г-жи Беловой. Они вдвоем тайно встречаются, о чем известно многим в отделе. Прошу вас принять меры.»

У меня похолодели руки. Письмо дрожало в пальцах.

– Кто… кто это мог отправить?

– Думаешь, мне не очевидно? – он с силой провел рукой по лицу.

– София. Кто же еще? Она сказала, что я пожалею о своем выборе.

– Но она же не стала бы так открыто… – я не могла поверить.

– Стала бы! – он резко встал и начал ходить по кабинету.

– Она именно такая. Если она не может получить что-то сама, то позаботится, чтобы не досталось никому.

– Что нам делать? – мой голос прозвучал как писк.

– Нас же уволят!

– Меня-то вряд ли. А вот тебя… – он посмотрел на меня с таким страданием, что у меня сжалось сердце.

– Тебя могут уволить без всяких разговоров. По статье. За непрофессиональное поведение.

В дверь постучали. Мы оба вздрогнули.

– Войдите! – крикнул Тарас, стараясь взять себя в руки.

В кабинет заглянул Олег.

– Тарас Ильич, вас Иван Петрович к себе вызывает. Немедленно. И… Настю тоже.

Мы переглянулись. Это началось.

Молча мы прошли по коридору в кабинет генерального. Иван Петрович сидел за своим огромным столом. Он был серьезен, но не гневен.

– Садитесь, – указал он на два кресла напротив.

Мы сели.

– Тарас, Настя. Ко мне поступило вот такое письмо, – он отодвинул к нам тот самый листок.

– Что вы на это скажете?

Тарас выпрямился. Его голос был твердым и ясным.

– Иван Петрович, это клевета. Чья-то неудачная шутка или целенаправленная попытка опорочить меня и мою сотрудницу.

– Так? – генеральный поднял брови.

– А много ли в этой «клевете» правды? Вы проводите вместе много времени. Поездка в Питер. Поздние рабочие вечера. Люди видят, Тарас.

– Мы работаем над важным проектом! – вступила я, не в силах молчать.

– Этот проект может принести компании миллионы! Мы обязаны были работать вместе, и мы работали. Иногда допоздна.

– Иногда? – Иван Петрович посмотрел на меня внимательно.

– Анастасия, я не слепой. Я видел, как вы на него смотрите. И он на вас. Это не взгляды просто коллег.

Я покраснела и опустила глаза.

– Иван, – Тарас снова привлек его внимание.

– Давай начистоту. Да, я симпатизирую Анастасии. Она умная, талантливая девушка. Но между нами ничего не было и нет. Никаких отношений. Мы строго соблюдаем субординацию. И наш проект – лучшее тому доказательство. Он успешен именно потому, что мы хорошая рабочая команда.

Генеральный директор задумался, постукивая пальцами по столу.

– Твоя репутация у меня безупречна, Тарас. И проект, и правда, идет хорошо. Но такие слухи… они как червяк. Точат изнутри. Подрывают доверие команды.

– Я понимаю, – кивнул Тарас.

– Поэтому вот мое решение, – Иван Петрович посмотрел на нас обоих.

– Проект вы продолжаете. Но! Тарас, ты снимаешься с него как непосредственный куратор. Настя будет отчитываться напрямую Марине. И, ради бога, прекратите эти ночные бдения вдвоем. Наймите себе еще одного помощника, если нужно. Понятно?

Мы оба кивнули, как два провинившихся школьника.

– Понятно.

– Ясно.

– И последнее, – его взгляд стал жестким.

– Если я еще раз услышу хоть намек на подобное… Анастасия, мне будет жаль, но тебе придется уйти. Тарас, у тебя будут серьезные проблемы. Я закрываю глаза на это в первый и последний раз. Разберитесь со своими личными делами за стенами офиса.

Мы вышли из кабинета в гробовой тишине. В коридоре Тарас схватил меня за локоть и оттащил в пустую переговорку.

– Видишь, к чему это привело? – его голос дрожал от сдержанной ярости.

– Видишь? Тебя чуть не уволили! Из-за нее! Из-за ее мерзких интриг!

– Но нас же не уволили, – попыталась я успокоить его.

– Все обошлось.

– На этот раз обошлось! – он сжал кулаки.

– А в следующий? Она не остановится, Настя! Она будет идти до конца.

– Что же нам делать? – в отчаянии спросила я.

– Я не знаю! – он почти крикнул, но тут же осекся и понизил голос.

– Я не знаю. Мне нужно поговорить с ней. Очно. Жестко.

– Тарас, не надо скандалов. Это только ухудшит все.

– А что мне делать? – он смотрел на меня растерянно, и впервые я увидела в его глазах настоящий страх. Не за себя, а за меня.

– Позволить ей разрушить твою карьеру? Мою репутацию? То, что у нас есть?

Мы стояли друг напротив друга, и между нами висела эта тяжесть – осознание того, что наша тайна стала оружием в чужих руках.

– Может… может, нам стоит остановиться? – прошептала я, и мне было невыносимо больно это говорить.

– Что? – он не понял.

– Может, нам прекратить видеться? Хотя бы на время. Пока все не уляжется.

Он покачал головой, его лицо исказилось от боли.

– Нет. Только не это. Я не могу просто так отпустить тебя. Не после всего, что было.

– Но я не хочу терять работу, Тарас! – голос мой сорвался.

– Я так долго шла к этому. И я не хочу, чтобы у тебя были проблемы из-за меня!

Он замолчал, глядя в пол. Потом подошел и обнял меня. Крепко-крепко.

– Хорошо. Ладно. Мы будем осторожны. Очень осторожны. Никаких лишних взглядов в офисе. Никаких разговоров с глазу на глаз. Только рабочие встречи с Мариной. Мы переждем этот шторм. Он должен утихнуть.

– А София? – спросила я, уткнувшись лицом в его плечо.

– С Софией я разберусь. Обещаю.

Мы вышли из переговорной по отдельности, с разницей в пять минут. Когда я вернулась к своему столу, Олег смотрел на меня с безмолвным вопросом во взгляде. Я только покачала головой. Он все понял.

Весь оставшийся день в офисе царила гнетущая атмосфера. Все знали о вызове к генеральному, все строили догадки. Тарас не выходил из своего кабинета. Я старалась не смотреть в ту сторону.

Перед самым концом дня мне пришло сообщение от Тараса в корпоративном чате.

«Анастасия, прошу предоставить мне отчет по этапу B до конца дня.»

Сухо. Официально. Так, как будто между нами ничего и не было.

Я ответила: «Хорошо, отправлю.»

И отправила. Просто отчет. Без единого лишнего слова.

Когда я уходила из офиса, его кабинет был еще освещен. Он сидел там, за своим столом, один. И я шла по улице одна. И между нами были всего лишь стены и несколько километров, но ощущалась пропасть.

Мы решили бороться. Но я не была уверена, что наши силы равны силам той, что устроила эту бурю. И главное – я не знала, не станет ли наша любовь первой жертвой в этой войне.

Глава 17. Свидание второём

Прошло три дня после того ужасного разговора с генеральным. Три дня полного ада. В офисе мы с Тарасом не разговаривали. Если мне нужно было что-то по проекту, я писала Марине. Она уже чувствовала, что что-то не так, но деликатно не расспрашивала.

Тарас ходил мрачнее тучи. Он работал, провел пару совещаний, но видно было, что он сам не свой. Атмосфера в отделе была такой напряженной, что даже Олег перестал шутить.

В четверг вечером я сидела одна дома и смотрела в стену. Телевизор был включен для фона, но я не слышала ни слова. Вдруг зазвонил мой личный телефон. Незнакомый номер.

– Алло? – осторожно сказала я.

– Анастасия? – голос был мне знаком. Женский, уверенный, с легкой насмешкой. София.

– Что вам нужно? – спросила я, и сердце ушло в пятки.

– Мы должны поговорить. Тет-а-тет.

– Я не думаю, что нам есть о чем говорить.

– О, есть о чем, – она мягко рассмеялась.

– Например, о карьере Тараса. И о вашей. Я думаю, вам стоит меня выслушать.

Я замолчала, чувствуя, как по спине бегут мурашки.

– Где и когда? – наконец выдавила я.

– Завтра в семь вечера. Ресторан «Ботаника». Не опаздывайте.

Она положила трубку. Я сидела с телефоном в руке и не могла пошевелиться. Это была ловушка. Я знала. Но я не могла не пойти.

Я тут же позвонила Тарасу. Он ответил почти сразу.

– Настя, что случилось? Ты плачешь?

– София только что позвонила мне. Она назначила встречу. Завтра.

Он выругался так громко, что я вздрогнула.

– Никуда ты не идешь! Слышишь? Это опасно. Она не остановится ни перед чем.

– Но я должна! – взмолилась я.

– Она сказала, что речь о твоей карьере. Я не могу просто так сидеть и ждать, пока она все разрушит!

– Я сам с ней поговорю!

– И что ты скажешь? Она уже все сделала! Это письмо… она не шутит, Тарас! Я должна посмотреть ей в глаза и понять, чего она хочет.

Он долго молчал.

– Хорошо, – тяжело сказал он.

– Но я тоже буду там.

– Нет! Она сказала тет-а-тет.

– Я буду сидеть за соседним столиком. Она меня не увидит. Но я не оставлю тебя одну с ней. Или мы идем вместе, или никто не идет.

Я поняла, что не смогу его переубедить.

– Ладно. Но спрячься получше.

На следующий день я еле дождалась вечера. Надела самое простое черное платье и поехала в ресторан. Он был дорогим и пафосным. Именно такое место выбрала бы София.

Я вошла. Она уже сидела за столиком у окна с бокалом белого вина. Увидев меня, она помахала рукой с той же сладкой улыбкой.

– Анастасия! Как мило, что вы пришли. Садитесь.

Я села. Официант тут же подошел.

– Что будете пить? – спросила София.

– Ничего, – ответила я.

– Я ненадолго.

Она сделала грустное лицо.

– Как невежливо. Ну ладно.

– Она кивнула официанту, и тот ушел.

Я огляделась. В дальнем углу, почти в темноте, сидел Тарас. Он был в темной куртке и в кепке, натянутой на глаза. Но я его узнала.

– Ну так вот, – начала София, отхлебнув вина.

– Я думаю, нам стоит обсудить нашу… ситуацию.

– Какая ситуация? – спросила я, стараясь говорить твердо.

– Между нами нет никакой ситуации.

– О, не притворяйтесь глупой, милая, – она улыбнулась.

– Это вас не красит. Все и так понятно. Вы спите с моим бывшим мужчиной.

– Он не ваша собственность, – вспыхнула я.

– Нет? – она подняла бровь.

– Мы были вместе пять лет. Пять лет! Мы планировали свадьбу, детей. А потом появилась ты. Маленькая серая мышка, которая случайно застряла в его жизни, как в том турникете.

У меня перехватило дыхание. Она знала. Она знала про костюм бобра.

– Он вам все рассказал? – прошептала я.

– Конечно, – она солгала так естественно, что я на секунду поверила.

– Мы с Тарасом не скрываем друг от друга ничего. Он рассказывает мне все о своих… увлечениях.

– Зачем вы меня позвали? – спросила я, чувствуя, как подступают слезы.

– Чтобы унизить?

– Чтобы открыть вам глаза, дорогая, – ее голос стал сладким как мед.

– Вы ему не пара. Вы – его ошибка. Его блажь. Он увлекается такими… необычными проектами. Но это быстро проходит. А потом он возвращается ко мне. Как всегда.

– Вы отправили то письмо, – сказала я не глядя на нее.

– Какое письмо? – она сделала удивленные глаза.

– Я не знаю, о чем вы. Но если бы я хотела навредить, я бы сделала это куда изящнее.

Она отпила еще вина.

– Смотрите, Анастасия. Я предлагаю вам сделку. Уходите. Своим ходом. Скажите, что нашли другую работу. Исчезните из его жизни. И я обещаю, что его репутация останется безупречной. И ваша… тоже.

– А если я откажусь? – тихо спросила я.

– Тогда, дорогая, – ее улыбка стала холодной как лед, – тогда я уничтожу вас. И его за компанию. У меня есть связи. И информация. Очень много информации. Вы не найдете работу даже уборщицей. А он… ну, он выживет. Но его карьера в этой компании закончится. Вы готовы быть той, кто разрушил его жизнь?

Я смотрела на нее и не верила своим ушам. Это было похоже на плохой фильм. Но это была правда.

Вдруг сзади раздался голос.

– Хватит.

Я обернулась. Тарас стоял рядом со столиком. Он снял кепку, и его лицо было бледным от гнева.

София на секунду опешила, но тут же взяла себя в руки.

– Тарасик! Какая неожиданность! Присоединяйся к нам.

– Я слышал все, София, – его голос был тихим и опасным.

– Все. От начала до конца.

– И что? – она пожала плечами.

– Я просто открываю глаза этой девочке на реальность.

– Реальность такова, что я люблю ее, – сказал Тарас так просто, что у меня закружилась голова.

– И я не позволю тебе разрушить ее жизнь. Или мою.

София засмеялась. Резко, неприятно.

– Любишь? Тарас, ты не знаешь, что такое любовь. Ты знаешь только то, что удобно. С ней тебе удобно. Она тебя боготворит. Но это пройдет.

– София, хватит, – он устало провел рукой по лицу.

– Оставь нас в покое. Прошу тебя.

– Или что? – она подняла бровь.

– Ты что, будешь меня умолять?

– Нет. Но если ты отправишь еще одно такое письмо, или просто намекнешь на что-то подобное, я подам в суд за клевету. У меня есть деньги на хороших адвокатов. И у меня есть свидетели, которые видели, как ты врала Ивану Петровичу.

Она замолчала, изучая его лицо. Видимо, ища слабое место.

– Ты бы так поступил со мной? После всех этих лет?

– Ты сама все разрушила, София. Своей злостью и высокомерием. Мы могли остаться друзьями. Но ты выбрала войну. Так получи войну.

Они смотрели друг на друга, и между ними пробежала искра такой ненависти, что мне стало страшно.

– Хорошо, – наконец сказала София, вставая.

– Я поняла. Вы сами выбрали свою судьбу. – Она посмотрела на меня.

– Поздравляю, Анастасия. Ты получила его. Надейся, что удержать сможешь.

Она бросила деньги на стол за вино и вышла из ресторана, не оглянувшись.

Мы с Тарасом остались одни. Я дрожала. Он подошел, обнял меня и усадил на стул.

– Все хорошо, – шептал он.

– Все хорошо. Она ушла.

– Она так тебя ненавидит, – прошептала я.

– Она ненавидит не меня. Она ненавидит то, что потеряла контроль. Она не может смириться, что я полюбил кого-то другого.

Он сел рядом и взял мою руку.

– То, что я сказал… это правда. Я люблю тебя, Настя. И я не позволю никому тебя обижать.

Я смотрела ему в глаза и видела в них такую решимость, что дрожь понемногу прошла.

– Я тоже тебя люблю, – тихо сказала я.

– И мне так страшно.

– Знаю, – он прижал мою руку к своей груди.

– Но теперь мы будем бояться вместе. И бороться вместе.

Мы сидели в ресторане, держась за руки, и вокруг нас был весь мир. Враждебный, сложный, но теперь уже наш общий. Битва была проиграна, но война, казалось, только начиналась. И мы были готовы идти до конца. Вместе.

Глава 18. Выбор

Мы сидели в том дорогом ресторане еще почти час. Держались за руки и молчали. Слова были не нужны. Мы просто были вместе. И это было единственным, что имело значение.

Наконец Тарас глубоко вздохнул.

– Ладно. Пора идти. Завтра снова рабочий день.

– Да, – кивнула я.

– Рабочий день.

Мы вышли на улицу. Ночь была теплой и тихой. Он поймал такси, и мы поехали ко мне. Всю дорогу он не отпускал мою руку.

Дома я поставила чайник, а он сел на диван и смотрел в окно.

– О чем думаешь? – спросила я, ставя перед ним чашку с чаем.

– О том, что я устал, – честно ответил он.

– Устал от этой лжи. От постоянного напряжения. От того, что мы не можем быть просто собой.

Я села рядом.

– Я знаю. Мне тоже тяжело.

– Сегодня, когда я услышал, как она с тобой разговаривает… – он сжал кулаки.

– Я чуть не взорвался. Как она смеет? Как она смеет угрожать тебе? Унижать тебя?

– Она просто пыталась добиться своего, – пожала я плечами.

– Нет, Настя. Это не просто «добиться своего». Это грязно. Это низко. И я не хочу, чтобы ты через это проходила.

Он повернулся ко мне, и его глаза были полны решимости.

– Я не хочу больше так жить. Прятаться. Врать. Бояться каждого шага.

– Но что мы можем сделать? – спросила я.

– Ты слышал Ивана Петровича. Один намек – и мне конец.

– А что, если не будет никаких намеков? – тихо сказал он.

Я посмотрела на него, не понимая.

– Что ты имеешь в виду?

– Что, если мы все расскажем сами? Всем. Открыто.

У меня отвисла челюсть.

– Ты с ума сошел? Нас же уволят!

– А может, и нет, – он взял мои руки в свои.

– Слушай. Наш проект почти закончен. Он успешен. Ты доказала всем, что ты блестящий специалист. Я – хороший руководитель. Что, если мы придем к Ивану Петровичу и все честно расскажем? Скажем, что мы вместе. Что мы скрывали это, чтобы не навредить работе. Но что теперь мы хотим быть честными.

– Он никогда не поверит! – возразила я.

– Он подумает, что мы все это время его обманывали!

– А мы и обманывали, – горько улыбнулся Тарас.

– Но теперь мы можем сказать правду. Мы можем попросить перевести тебя в другой отдел. Или я могу уйти.

– Что? – я не поверила своим ушам.

– Ты хочешь уволиться? Ради меня?

– Если потребуется – да.

Я отшатнулась от него.

– Нет! Ни за что! Ты столько лет строил свою карьеру! Ты не можешь все бросить из-за меня!

– А почему нет? – он смотрел на меня с такой нежностью, что у меня перехватило дыхание.

– Карьера – это просто работа. А ты… ты – это ты. Ты важнее.

– Я не позволю тебе этого сделать, – твердо сказала я.

– Это безумие.

– Тогда что ты предлагаешь? – в его голосе прозвучало отчаяние.

– Продолжать вот это вот все? Тайные встречи? Постоянный страх? Чтобы однажды София или кто-то другой все же добились своего и тебя вышвырнули из компании с позором? Я не переживу этого, Настя.

Мы сидели и смотрели друг на друга – два загнанных в угол человека. Не было простого решения. Не было правильного ответа.

– Давай подождем, – мягко предложила я.

– Хоть немного. Проект скоро будет завершен. Может, тогда все утихнет. И мы подумаем с ясной головой.

Он молча кивнул, но я видела, что он не согласен. Он устал ждать.

На следующее утро я пришла в офис с тяжелой головой. Тарас был уже на месте. Он позвал меня в кабинет якобы для обсуждения проекта. Как только дверь закрылась, он сказал:

– Я не могу ждать, Настя. Каждый день, когда я вижу, как ты проходишь мимо, и не могу к тебе прикоснуться, не могу нормально с тобой поговорить – это пытка.

– Для меня тоже, – призналась я.

– Но мы должны быть осторожны.

– Осторожность довела нас до того, что София устроила на нас гонения! – он понизил голос, но в нем слышалась ярость.

– Я не хочу больше быть осторожным. Я хочу быть с тобой. Открыто.

Вдруг в дверь постучали. Мы мгновенно отпрянули друг от друга.

– Войдите! – сказал Тарас.

В кабинет вошла Марина. Она посмотрела на нас и вздохнула.

– Ребята, я не знаю, что между вами происходит. И мне, честно, не нужно знать все детали. Но вы должны быть аккуратнее. Все в отделе видят это напряжение. И Иван Петрович тоже все видит.

– Мы просто обсуждали проект, – сухо сказал Тарас.

– Конечно, – кивнула Марина, но в ее глазах было сомнение.

– Просто… будьте умнее. Ради себя самих.

Она вышла. Мы остались в гробовой тишине.

– Вот видишь, – прошептала я.

– Все заметили.

– И что? Пусть замечают! – он с силой стукнул кулаком по столу.

– Я больше не могу так!

В этот момент его телефон завибрировал. Он посмотрел на экран и помрачнел.

– Оператор связи. Опять какие-то проблемы.

Он ответил. Я слышала только его реплики.

– Да, я вас слушаю… Что?.. Какие еще разговоры?.. Вы уверены?.. Хорошо. Пришлите детализацию на почту.

Он положил трубку, и его лицо было белым как мел.

– Что случилось? – испугалась я.

– Это был не оператор связи, – его голос был хриплым.

– Это был частный детектив. Я нанял его пару дней назад, чтобы проверить кое-что. Насчет Софии.

Мое сердце упало.

– И что он сказал?

– Он проверил ее телефонные звонки. Вернее, те номера, на которые она звонила в последнее время. Один из номеров принадлежит… Вадиму.

Я не сразу поняла.

– Вадиму? Тому самому, с совещания?

– Да, – кивнул Тарас.

– Тому самому, который пытался уничтожить наш проект. Они с Софией… они в сговоре. Она снабжает его информацией. А он действует.

Я села на стул, потому что ноги подкосились.

– Но… но зачем?

– Чтобы уничтожить меня! – он засмеялся, но смех был горьким.

– Она не смогла вернуть меня себе, и теперь она хочет разрушить мою карьеру. А Вадим… он всегда завидовал моей должности. Он хочет занять мое место. Они идеальные партнеры.

Мы смотрели друг на друга в ужасе. Все было гораздо, гораздо хуже, чем мы думали.

– Теперь ты понимаешь? – тихо сказал Тарас.

– Ждать больше нельзя. Они не остановятся. Они будут идти до конца. И следующая их атака может быть последней.

– Что же нам делать? – спросила я, и голос мой дрожал.

– У нас есть два варианта, – он встал и подошел к окну.

– Первый – мы сдаемся. Ты уходишь с работы. Мы пытаемся быть вместе, скрываясь от всех. Но София и Вадим все равно не оставят нас в покое.

– А второй? – спросила я, хотя уже догадывалась.

– Второй, – он обернулся ко мне, и его лицо было суровым.

– Мы наносим удар первыми. Со всеми картами на столе.

Он подошел, встал передо мной на колени и взял мои руки.

– Настя. Я не хочу терять тебя. И я не хочу терять себя. Туда, куда мы идем… нам нужно идти вместе. И нам нужно быть честными. Друг с другом. И со всеми. Я люблю тебя. И я готов ради этого на все. Скажи, что ты со мной.

Я смотрела в его глаза – полные страха, но и полные решимости. И я поняла, что он прав. Бежать бесполезно. Прятаться бесполезно. Оставался только один путь – вперед.

– Я с тобой, – тихо сказала я.

– Что бы ни случилось.

Он обнял меня, и мы сидели так, пока за окном не начало темнеть. Мы приняли решение. И теперь нам предстояло сделать самый трудный шаг в нашей жизни.