Текст книги "Хочу - творю, хочу - вытворяю (СИ)"

Автор книги: Алиса Диплодок

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц)

ГЛАВА 8

– Итак, у нас есть новый претендент на победу или поражение! Неизвестная Маска! Не знаю, зачем ей понадобилось скрывать лицо, но бой обещает быть очень интересным!

Ну что ж, начнем. Первой я нападать не спешила. Успеется. Наблюдаю. Да, имя у нее очень подходящее: каждое движение становится незаметным продолжением предыдущего, каждая поза медленно и завораживающе перетекает одна в другую, как расплавленная лава. Надо на всякий случай поставить сверху невидимый щит, во избежание досадных жалящих сюрпризов. Медленно и неспешно, пленительно и напряженно… да сколько же это может продолжаться? Не спешу. Не стоит торопиться. Пытаюсь аккуратно прощупать почву, запуская тонких, оценивающих противника, прозрачных капелек-водомерок. Не выходит. Все шпионы тают на подлете. Сильный противник. Что ж, возьмем хитростью.

Зрители немного заскучали, наблюдая, как мы медленно кружим напротив друг друга, как по стенке невидимого цилиндра. Ну что ж, настало время повеселиться. Позволяю себе легко улыбнуться и немного расслабиться. Результат не заставил себя ждать. Огненная плеть с горящим набалдашником на конце выстрелила в мою сторону со скоростью пули. Успеваю отскочить. Я готова к такому началу. Тренировки с застенчивым, но легковоспламеняющимся Горынычем не прошли даром. Плеть рассыпалась, звеня ледяными нитями. Один-ноль в мою пользу. Бью ответно простенькой водяной струей, почти как из шланга, прижатого у отверстия пальцем. Лава усмехается. Плохо. Нельзя недооценивать противника. Легкая огненная стена испаряет оболочку, под которой прячутся тонкие ледяные стрелки. Ответ на сюрприз предыдущему ученику. Уклониться она уже не успевает, но битва – все-таки развлечение, а не реальный бой. Мои стрелки рассыпаются в прах в десяти сантиметрах от вскинутой руки Лавы. Меня можно поздравить. Кажется, никто еще не завоевывал у нее два очка в первые десять минут боя.

Но я рано радовалась. Кроме мошек и кнутов, у преподавательницы оказалось кое-что посущественнее. Огненная лавина, стена, начисто сжигающая все живое. Да, это всего лишь шоу для зевак на Шабаше, но такой мощной стихии я еще нигде не видела, и хорошо, если не увижу никогда. Волна двигалась слишком быстро. Я ничего не смогу успеть за этот короткий миг… Конечно, все это – показуха чистой воды, но как же не хочется проигрывать! В мгновение ока отпрыгиваю в сторону, там, где волна немного тоньше, сосредоточиваю все силы и шепчу одно единственное ключевое слово: нырок!

ГЛАВА 9

Наверное, эта способность передается в нашей семье из поколения в поколение: «Нужно нырнуть в воду, чтобы вода стала тобой» – говорил мне отец. «Или ты стал водой». – Добавляла я, погружаясь и выныривая сто раз на дню, чтобы научиться, принять в полной мере наш уникальный семейный талант. Вот он и пригодился.

Через секунду огненная волна достигает цели. Долго, очень долго мне кажется, что ничего не сработало, что это поражение, но нет. Я чувствую, как мое тело распадается на миллионы капель воды – как на уроке дома, как всегда, – которые в мгновение ока испаряются под действием огненной стихии. Лица зрителей полны недоумения и ужаса, Лава недоверчиво смотрит на выжженную пустоту, оставшуюся от недавней противницы, организатор находится в абсолютно шоковом состоянии. Они и не подозревают, что пар, ненавязчиво клубящийся над поляной – это я. Что ж, придется воскреснуть.

Никто поначалу не заметил, как легкая дымка начала медленно собираться в большое белое облако, но все обернулись, когда невесть откуда взявшийся холодный воздух заставил пар сконденсироваться в огромных размеров каплю, неподвижно висящую в полуметре над землей. В мертвой тишине капля приняла объемные очертания человеческой фигуры – моей фигуры – медленно налилась расплывчатыми красками… и стала мной.

Никогда не думала, что на человека, победившего Лаву в показном поединке, будут так смотреть. Знала бы – не совалась. Постепенно тишина начала оживать несмелыми одиночными аплодисментами, и через минуту зрители кричали и бесновались. Я слышу только некоторые отдельные фразы: «Качать победительницу!», «Ну и девка, напугала до чертиков!», «Спецэффекты в этом году на высшем уровне, не то, что в прошлом!».

Через полчаса возбужденно гомонящая толпа разбежалась распространять историю о новой легенде Шабаша, а ко мне подошла Татьяна Викторовна.

– Не знаю, как тебе это удалось, – сказала она совершенно спокойным голосом, – но ты очень талантлива, девочка. Я не могу сейчас что-либо сделать, но мне очень хотелось бы поговорить с тобой.

Я молчу. Она очень хорошо знает мой голос, и поэтому определит без проблем. Киваю, принимая к сведению, и тихонько исчезаю в толпе. Безо всяких спецэффектов.

* * *

Водяной нашел меня на трибуне перед самым началом главного представления. Кажется, этому случайному событию не были рады ни я, ни он.

– Ты чего убегаешь? – хмуро спросил парень, плюхаясь на неудобное кресло рядом со мной.

– Договор у нас только на вход-выход. – Ответила я. – Какие-то вопросы?

Возможно, мне следовало быть с ним помягче, но после событий на боевой поляне я очень устала. У меня просто не осталось сил на вежливость. Он замолк, срезанный моей фразой. Безотказно действует на недругов. Или деловых партнеров, какими мы сейчас являемся. Правда, я очень не люблю это делать.

Наконец представление началось. В нем для меня не было ничего особенного. Просто фокусы, обычные фокусы со стихиями и их производными. И куда делась вся моя очарованность моментом и нетерпеливое ожидание этого празднества? Не знаю. Хотя, менее уставшему зрителю все происходящее наверняка виделось сказкой.

Как оказалось, самое интересное начинается как раз после представления. Взбодриться мне пришлось. Я встретила всю нашу компанию: Горыныч, Сашка, Вихрь, Зеленка (ого, ее еще не выгнали), Горец, бдительно, но не очень напряженно посматривающий по сторонам (ведь главная проблема мирно идет рядом). Компания быстро окружила меня и с веселым гомоном куда-то поволокла. Мне ничего не оставалось, как подчиниться. Не обижать же друзей.

ГЛАВА 10

Довольно быстро мы наткнулись на какую-то уединенную полянку в лесу. Она находилась довольно далеко от главной и внушала некоторые опасения, но Сашка шепотом заверила меня в ее полной безопасности. На поляне царил таинственный и зловещий полумрак. Горыныч что-то сказал Горцу, тот, по-видимому, кивнул, и на счет три в центре вспыхнул небольшой костерок. Все расселись вокруг, и Горец глубоким, хорошо поставленным голосом, так что я чуть не поперхнулась от неожиданности, начал говорить:

– Внемлите мне, глупые чада… – я поперхнулась по-настоящему, и на меня зашикали. – Я привел вас сюда, на самую зловещую и мистическую поляну Шабаша, чтобы узнать, кто из нас самый бесстрашный, самый сильный, самый хитрый, ловкий и стихийно подкованный человек. Слушайте же внимательно, ибо я говорю лишь один раз.

Он цепким взглядом обвел всех присутствующих, слегка задержавшись на мне, и продолжил:

– Сейчас каждый из вас будет слушать, и смотреть в огонь.

Горец замолчал. Я ждала продолжения этой странной речи, но его не последовало. Все уставились в пламя. Я решила поступить так же.

Горец еще раз посмотрел каждому в глаза. Он сидел прямо напротив меня, но небольшой костерок позволял ясно все видеть. Я опустила глаза в огонь… и вздрогнула от внезапно прошившей тишину ноты. Горец запел. Тягуче, негромко, но его голос проникал, казалось, в самую душу. Язык был незнакомый: чуть резковатый, со странными чирикающими звуками. Пламя извивалось и шипело, подчиняясь плавному ритму песни. Наверное, это был транс…. Мне виделось, что из огня появляются фигуры сказочных зверей, птиц, людей… все было прекрасно до тех пор, пока песня Горца не изменилась. Мир, созданный огнем, померк, страшные и злобные черные существа ворвались в мрачный город. Они рвали сказочных зверей на части, и те рассыпались мириадами искр.

Прямо ко мне подбежала маленькая девочка, сотканная из пламени. Она тянула ко мне руки и жалобно смотрела в глаза. Я увидела, как черная клякса, не похожая ни на одно известное мне животное, крадется к ней. И мне очень захотелось помочь. Помочь этой странной иллюзорной девочке, этим сказочным, огненным существам…

Лицо ребенка внезапно обрело краски, за ее спиной соткался серый город, закрытый темным туманом. Только клякса осталась угольно черной. И теперь вполне материальной.

– Берегись! – крикнула я девочке.

Та оглянулась и быстро побежала прочь. Монстр погнался за ней. «Э, нет, дружок! Ты туда не пойдешь!». Тварь окатило водой, будто из ведра. Что поделаешь, если другого оружия у меня нет. Клыкастая морда повернулась и с очень нехорошим взглядом, медленно направилась ко мне. Вот тут я немного запаниковала. Отвлечь внимание – я отвлекла, но вот, что делать дальше, оставалось для меня загадкой: «Бежать!» – мелькнула трусливая мысль, но я отмахнулась от нее. Справлюсь. Чай, не впервой (бессовестно вру). Ну ладно, погибать – так с музыкой.

Я громко, раскатисто, зловеще истерически расхохоталась. А я даже не подозревала, что так могу! Монстр озадаченно застыл, не зная, чего от меня еще можно ожидать. А меня уже было не остановить. Тварь еще раз окатило водой. Я кожей чувствовала ее нарастающую ярость, но и бровью не повела. Взмахнув руками, я стряхнула на нее несуществующие капли со слегка влажных пальцев. Чудище окончательно взбесилось и со всего маху прыгнуло на меня.

Наверное, оно ожидало всего: струю холодной воды в морду, снежное копье в живот, но никак не этого. Зверь озадаченно бродил вокруг ледяного шара, внутри которого угадывалось нечто темное и смутно-размытое, скулил и шкрябал по нему лапой. А вот это он зря. Ледяная корка с поверхности шара переползла сначала на кисть, потом добралась до плеча, намертво приморозив лапу к шару. Зверь тихо взвыл от страха, но крик оборвался на полузвуке. Наступила зловещая тишина.

ГЛАВА 11

Я оттаяла, разогнулась, полюбовалась на авангардную во всех отношениях статую: в меру клыкастую, в меру зловредную, но по большому счету, совершенно безобидную, и пошла обезвреживать город. Это оказалось не так просто, как думалось вначале. Тварей было много, очень много, порою мне даже казалось, что их было больше, чем людей. Что за бред? Как же мне справиться с этим наплывом нечисти?

Постреляв с полчаса ледяными копьями и заморозив около десяти зверюг разной степени злобности, я поняла, что одной мне точно не справиться. И, не придумав ничего лучше, стала выкрикивать имена всех своих друзей по очереди:

– Сашка! Вихрь! Водяной! Зеленка! Горец! Горыныч!.. Татьяна Викторовна!!

Когда после третьего повтора ничего не сработало, я от отчаяния стала кричать просто: «Кто-нибудь!», «На помощь!», «Помогите!», комбинируя их в разных вариантах и направляя во все темные углы, попадавшиеся на моем пути. На мои призывы живенько откликнулись несколько монстров, но я заявила, что здесь им не рады и в меру вежливо попросила удалиться восвояси. Они, было, выразили намерение остаться и поужинать. Тогда я их попросту заморозила.

Неожиданно мне показалось, что что-то мелькнуло за домами в конце улицы. Я опрометью кинулась туда. Быть может, не самый умный шаг, но это была единственная человеческая фигура, кроме той девочки, которая встретилась мне в этом городе.

– Подождите, стойте, куда вы?! – изо всех сил крикнула я.

Фигура остановилась и стала ждать, пока я подбегу. К моему несказанному удивлению это оказалась Татьяна Владимировна.

– Русалочка? Что ты здесь делаешь?

– Я… – и тут я вспомнила, что нелегально нахожусь на Шабаше, а передо мной стоит учитель…

– Кажется, это мне снится.

Она удивленно подняла брови, но ничего не сказала. К нам подбежал один из монстров. Я, было, приготовилась его обездвижить, но Татьяна Владимировна жестом остановила меня. Монстр подошел… и упал на передние лапы, будто… на колени перед хозяйкой!

Пока учительница ворковала со зверем, я медленно начала отступать, а потом развернулась и побежала прочь. Неужели, это она спустила стаю на город? Я бежала, не разбирая дороги. Потом остановилась перевести дух. Что делать теперь, когда открылся виновник происходящего?

Ситуация становилась уже совсем неразрешимой, как вдруг… на меня кто-то налетел. Я, еле успев обезвредить подвернувшегося некстати монстра, пребольно впечаталась головой в ледяную статую.

– Вихря!!! – полурадостно-полудосадливо выкрикнула я. – Ты как всегда в своем репертуаре!

Он помог мне подняться.

– И я впервые в жизни этому рада!

– А я тут мимо пробегал, слышу, ты кричишь. Вот и подумал, что неплохо бы помочь. Ну и… немного переборщил со скоростью. – Смущенно сказал он.

– Да я уже привыкла, кажется. Слушай, у вас это каждый год так происходит?

Я решила пока не говорить Вихрю про встречу с Татьяной Владимировной.

– Ну, не совсем так же, но что-то похожее – да, всегда.

Между делом мы на пару заморозили еще несколько тварюшек и продвинулись немного вглубь города.

– И сколько времени нам тут еще зачистку делать?

– Не знаю. – Он потер затылок. – Думаю, пока монстры не кончатся.

Мне как-то сразу взгрустнулось. В огненном городе мы были уже больше часа, но зверей не убавлялось.

– А может, можно их как-то всех вместе шугануть? – тоскливо спросила я.

– Можно. В теории. Пока еще это никому не удавалось.

Я немного поразмыслила, рассудила, что попытка не пытка и предложила:

– А давай попробуем?

ГЛАВА 12

Найти укромное местечко, чтобы обсудить план действий, оказалось не так-то просто. Все темные углы были доверху набиты всевозможной ползающей, летающей и бегающей нечистью. Решительно разогнав одно такое сборище, мы расположились на военный совет.

– Ну что, долбанем глобальной заморозкой? – кровожадно блестя глазами, предложила я.

– А как же мирные жители?

Первый прекрасный план был развеян по ветру.

Так же Вихрь не одобрил и план залить все водой, и гениальную идею пустить по улицам небольшой смерч «Всего на пять минуточек!», и просто потрясающий способ изловить всех монстров на живца. Последнее предложение, впрочем, вызвало у него немало вопросов по поводу личности этого самого живца, а когда я наотрез отказалась, план был поспешно свернут. Еще немного поспорив, мы надолго задумались.

– Хорошо, давай рассуждать логически. – Наконец отмер Вихрь. – Монстры состоят из чего-то, похожего на тень. Или нет?

Я наморщила лоб.

– Ну, допустим. Однако не стоит забывать, что мы находимся как бы в костре.

– Да. – Подхватил мою мысль Вихрь. – И это значит, что монстры дымные!

– Или угольные. – Охладила я его пыл.

– Пошли искать жертву для опытов!

Пробных тварей, к счастью, вокруг было немало. Ловко обездвижив один мохнатый экземпляр, мы принялись за дело.

Через двадцать минут настойчивых экспериментов оказалось, что зверюга вполне материальная и состоит из настоящей, а не призрачной, шерсти, под которой определенно прощупываются кости.

– М-да, немного мы нарыли. – Горестно сказал Вихрь. – Что же теперь делать?

Эта занудная ситуация с огненным несуществующим городом, который ко всему прочему надо спасти, начала мне конкретно надоедать.

– Знаешь, что? – сказала я приунывшему парню. – Это все создал Горец. Значит, у него и надо спрашивать.

– Точно! Монстры появились после изменения его странной песни!

Мы восторженно посмотрели друг на друга.

– Надо отсюда выйти! – сказали мы хором и резко замолчали.

А как выйти-то?

ГЛАВА 13

Я спокойно шла по улицам опустевшего города, и только очень внимательный человек мог сказать, что это всего лишь притворство. На самом деле у меня внутри ярилась буря. Ради справедливости надо было вспомнить, что накрутила я себя сама. Действительно, не вечно же Горец будет тянуть свою колдовскую песню – выберемся. Но мне все равно хотелось рассердиться, разнести все в клочья и гори оно синим пламенем.

Смешно, но все вокруг и так огонь, причем, иллюзорный. Иллюзорные монстры, иллюзорные дома, иллюзорные люди, которым нужна настоящая помощь! Вот это и сердило больше всего. Конечно, мой гнев был всего-навсего придуманным гневом неуравновешенного подростка, но он был единственной вещью, претендующей на реальность в этом нереальном мирке.

Вихрь, тихо идущий за мной, что-то бормотал себе под нос. Видимо, тоже злился, но скрывал это гораздо удачнее меня. Чудища разлетались, разбегались и расползались с нашего пути очень резво, а те, кто не успевал этого сделать вовремя, навеки застывали ледяными и просто неподвижными статуями: «Воздушник» как-то заставлял их оставаться на месте.

Вот так мы шли, и шли, и шли…

– Все, я больше не могу. – Сказала я, плюхаясь на дорогу под стеной какой-то деревянной избушки на окраине города. – Делайте со мной, что хотите, хоть ешьте, хоть заглатывайте целиком, больше я с места не сдвинусь ни за какие коврижки.

Кажется, Вихрь тоже разделял мое мнение, но не решался его высказать, боясь, что я его задразню. В таком упадническом состоянии я действительно могла это сделать.

– Хорошо, тогда что ты предлагаешь?

Он сел рядом со мной, тоже облокотившись на стенку.

– Ничего.

Он недоуменно, но как-то лениво просмотрел на меня. Я пояснила:

– Ничего я не предлагаю. По крайней мере, сейчас. Надо отдохнуть.

Будто отзываясь на мои слова, Вихрь широко и громко зевнул. И я вдруг почувствовала, что медленно проваливаюсь в сон. «А бывают ли сны во сне?» – была последняя мысль, вяло проникшая в мое затухающее сознание.

ГЛАВА 14

Тело возвращалось постепенно, кусками. Сначала я почувствовала, что в мою левую пятку впивается что-то маленькое и острое. Потом неожиданно обнаружила, что колени нещадно затекли и горят. Через секунду я сообразила, что это от костра, и быстро отодвинулась подальше. Еще позже у меня появилась идея, что неплохо было бы открыть глаза и разузнать, куда я попала на этот раз.

Когда я начала собираться с мыслями, меня очень грубо прервали.

– Ну, что я говорила? Эй, Золушка! Подъем! Часы пробили полночь, и принца уже нет! Тра-ля-ля! Дзынь-дзынь! БОММ!

– Да замолчи ты уже, наконец!

Я открыла глаза. Справа сидела Зеленка и трясла меня за плечо. Довольно ухмыльнувшись, она встала и пошла будить следующую жертву.

Я осмотрелась. Все вокруг напоминало внезапно ожившее после векового сна сказочное царство. Причем принц, вопреки сюжету затеявший все это дело, сидел по другую сторону костра с таким видом, будто к нему это никак не относится.

Слева от меня кто-то завозился, сильно опершись на мое плечо. Это оказался не кто иной, как Вихрь.

– О, мы уже здесь! – радостно вскричал он.

– Тише ты. – Зашипела на него я.

– А что? – недоуменный взгляд. – Все там были.

– Итак, – негромкий голос горца прервал наш спор и заставил замолчать лучше любого учительского крика, – если все уже здесь, я с удовольствием зачитаю вам результаты сегодняшнего испытания.

Вокруг костра сделалось еще тише, хотя казалось, что это уже невозможно.

– Внимание… – тишина резко сгустилась, теперь ее можно было зачерпывать ложкой. – Победила дружба!

Наступила гробовое молчание, а потом все разом заговорили. Ощущение было такое, будто где-то прорвало плотину, и поток воды шумно хлынул на поляну. Я сидела огорошенная. "Это, наверное, глупая шутка, и сейчас все выяснится" – думала я. Через минуту пришло раздражение: "Конечно, чего еще стоило ожидать от детского конкурса по спасению чужих жизней!". А еще через мгновение мне просто стало все равно. Я почувствовала, что действительно устала и очень хочу спать. Даже ругаться с Горцем расхотелось. А зачем? Расспрошу его позже, авось, сам расскажет, и не придется выпытывать у всеведущей Сашки ответы на сильно интересующие меня вопросы.

Я сказала Вихрю, что пойду спать, и, поманив Водяного, сидевшего по ту сторону костра, попросила увести меня в школу. Он только пожал плечами, но все-таки проводил.

– Зря ты так рано ушла. – Хитро улыбнувшись, сказал он. – Там сейчас самое интересное начнется.

Я только рукой махнула: весь вечер меня этими байками кормят, и повернулась было к школе…

– Эй, Русалочка!

– Чего тебе еще?

– А поцеловать?

Я задумалась. Серьезно задумалась.

– Повезло тебе, Водяной, что я спать хочу сильнее, чем тебя убить.

– И это вся благодарность?

Я со вздохом подошла, чмокнула его в щеку и направилась к двери.

– Спокойной ночи.

– И тебе хорошо погулять.

Быстро раздевшись и рухнув в кровать, я поняла, что это было самое заветное мое желание за всю эту ночь. Хотя, конечно, она уже давно закончилась: за лесом на востоке полыхал рассвет.

Конец первой части.