Текст книги "Самая тёмная ночь (СИ)"

Автор книги: Алина Цебро

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц)

Глава 28

Cакс

Дверь за мной захлопывается, и я в темноте прохожу по коридору напрявляясь в зал. Свет там приглушённый, будто у нас не тренировка, а интимная встреча. Хотя я не отказался бы от такого, я соскучился по своей демонице.

Я бросаю сумку на одно из кресел и оборачиваюсь вокруг своей оси. Мне не нужно переодеваться, я сделал это дома, но так же на пять минут и опоздал. Задержался с Сэм и Вианой в кафе.

Ещё раз оглядевшись, я понял, что, возможно, свет не горит потому что тут просто никого нет. Обойдя мужскую раздевалку, я постучался в женскую. Снова тишина. Интересно...Неужели Лилиан решила, что я её кину?

Я открыл дверь.

В маленьком пространстве, я заметил силуэт, который сидел на полу у стенки. Лицо моей девочки было красным, а глаза закрыты, волосы мокрые и прилипшие. В ушах красовались наушники, а пальцы постукивали по полу. Она была очень красива и явно тренировалась без меня. Я сглотнул заставляя своё тело реагировать на нём менее остро.

Я присёл рядом.

Лилит не напряглась, не вздронула, даже не открыла глаза.

– Я думала ты уже и не придёшь.

Она не вытаскивала наушники. Голос её был тихий, надломленный. Моё сердце сжалось, когда она это произнесла. Поэтому, вытащив устройство из её уха, я вставил наушник в своё. Заиграл рок, не помню название песни, но что-то достаточно грубое для Лилиан.

– Я тут, – усевшись рядом с ней, я положил голову ей на плечо и взял её руку в свою.

– Мне жаль, что тебе приходится это проходить из-за меня.

Я нахмурился. Что? Она считала, что виновата в этом?

– О чём ты?

– Это трудно...осмыслить, да? Ты ведь, – её голос понизился до такого шёпота, что я, находясь рядом, еле расслышал. – убил.

Я вздохнул, сжимая руку демоницы сильнее. Сердце не вырывалось больше из меня при каждом воспоминании об этом. Я сам выбрал такой путь. Сам это сделал. Решил. Убил. И теперь мне нужно с этим жить. И с тем, что во мне теперь есть эта черта. Я убью снова, если потребуется.

– Как Сэм?

Молчание затянулось, поэтому Голден снова задала вопрос, теперь тот, на который ответ получит.

– Хорошо. Ты же это и сама знаешь, – я лукаво на неё посмотрел. Я знал, что они виделись утром, даже разговаривали.

– Да, но я не об этом. Трудно, когда кто-то решает, что может использовать тебя. Мне казалось, что после того, что случилось с Джексоном никто не решится больше на подобное. Но...мужчины считают, что слабый пол это просто шутка какая-то.

Я пожал плечами, вставая с пола и подхватывая Лил. Не собирался разговаривать на эту тему, и так слишком заведён.

– Думаю, нам пора танцевать, потому что выступление буквально..., – я чмокнул демоницу в губы, от чего получил толчок в ребро, а потом чмокнул ещё и ещё.

Лилиан

– Как тренировка?

Я обернулась, видя перед собой Виану. Она шла ко мне размахивая пакетом, из которого шёл невероятный запах.

– Какая из? Черлидинг или танцы?

Я вытерла шею полотенцем, открывая пакет и уже пуская слюни.

– Сакс купил поесть, но я так много не сьем. Плюс, я не люблю пиццу с ананасом. И он вроде как это знал, – Виа садиться рядом со мной, закидывая ногу на ногу. Её большие армейские ботинки ударяются о соседний стул опрокидывая его. Понимаю, что надо было сесть на трибуны. Поднимая стул, я задумываюсь...

Но я люблю. Пиццу люблю. И именно эту.

Взяв вкусный кусочек, я засовываю его в рот получая гастрономический оргазм. Чёрт возьми, неверотяно вкусно. Он сделал это ведь для меня? Или я ищу то, чего нет? Почему так сложно?

– Что у тебя с ним?

Я знаю, что ничего...но удержаться от вопроса очень трудно. Я ревную? Возможно, ведь прекрасно вижу, как они сдружились. И это...бесит. Очень сильно бесит.

Я вижу, как Виана смотрит на моего брата. Более того, я вижу как Эд смотрит на Ви. И я жду, просто жду, что оба этих балбеса наконец-то поймут, что стоит объединиться, а не играть в разных командах. Но...кто я такая, верно? Сама не могу признаться Саксу. Может тогда бы было всё куда легче.

– С кем?

Ви так быстро переводит на меня взгляд, что забывает о равновесии на стуле. Ещё чуть-чуть и она упала бы, но я хватаю её за руку, почти заставляя сидеть на месте.

– Спокойно. И кто тебе пришёл в голову, что ты чуть ли не готова была распластаться передо мной?

Я откусила ещё кусочек, мысленно благодаря мужчину, которого люблю.

– Никто...я просто..., – она покрутила головой туда сюда, видимо, проверяя, что никого рядом нет. – А кого ты имела ввиду?

Я показала пальцем на пакетик с пиццей и Виана заметно выдохнула. Так значит всё же мой брат...оу.

– Ничего, он классный, мне нравится, что он не дышит в жопу Эду.

– Так значит классный?

Я играю бровями, пока моё сердце сжимается...зачем я себе это позволяю? Делаю сама себе больно.

– Я...он мой друг. Прошло мало времени, но у меня чувство, будто Саксу можно доверять, понимаешь? У него есть свои скелеты в шкафу, есть тайны, которые он хранит. Но у кого их нет, верно? А ещё...ты знала, что у него есть кто-то?

Я перестаю жевать потрясённо наблюдая за подругой. Она обо мне? Или?

– С чего ты взяла?

Виана наклоняется ко мне ещё ниже, её чётко подведённые чёрным карандашом чёрные глаза впиваются в меня, когда она говорит.

– Мы ходили в кафе недавно, к нему подошла какая-то девка, протянула номер. Я то думала он возьмёт, как бы, что тут такого, да? Но он даже не посмотрел на неё, просто махнул рукой и сказал "неинтересно". А потом, когда ушёл в туалет, я спросила у Сэм..."Это потому что мы рядом"? Она мне ответила, что у брата кто-то есть. Что он кажется достаточно сильно зацепился за кого-то своими клешнями. Если что это дословно.

Я киваю, уводя взгляд от глаз Вианы, чтобы не выдать себя. Так значит он считает меня кем-то большим...нежели...кем? Девчонкой, с которой спит? Танцует?..

– Но я ни с кем его никогда не видела. А ты?

Я отрицательно качаю головой, доедая пиццу.

Ладно.

– Ладно, окей. Предположим, что я не знаю, что на самом деле пришло тебе в голову, когда я спросила "Что у тебя с ним". И этот кто-то кто "не приходил тебе в голову" идёт к нам. Поэтому...

Я неоднозначно пожимаю плечами, наблюдая, как Ви вытягивается словно струна. Сразу из расслабленной, делящейся сплетнями девочки, она превращается в комок нервов. Я подхватываю сумку, подмигивая подруге, которая уже и не обращает на меня внимания.

– Кстати, классный укус на губе. Вы с братом у одного человека его получили?

Я машу Эду, когда Виана проноситься мимо меня. Мой смех они слышат ещё очень долго.

Мне и самой стоит разобраться со своей драмой.

(Если что у Сакса нет татушек, но почему-то ИИ упорно считает, что есть. Видимо, легче переписать текст, чем изменить картинку)

Глава 29

Сакс

– Ты придёшь на игру в эти выходные? – Дин стукнул кулаком по моему плечу, вытираясь полотенцем после душа.

Тор уже восстанавливается дома, но играть ему пока рано, из-за этого был выбран новый "временный" капитан. Я отказался сразу же, у меня не было времени на это, не было возможности, не было такого же спортивного духа, как у Дина. Он горел этой идеей. желал её исполнения. Думаю, что в дальнейшем, он и останется капитаном, ведь ему учиться ещё два года.

Небольшого роста, он уступал всем нам. Но его ловкость, скорость и высота прыжка делала его непобедимым. Этого парня ждало большое будущее. Стоило ему лишь захотеть.

Я был рад, что все обезоговорочно выбрали именно его.

Но вместо слов поддержки, которую от меня почему-то ждали, я ответил совсем иное.

– Да, приду.

Это было холодно, почти осязаемо неприятно. Дин даже еле заметно поморщился, но улыбнулся в ответ. Мне хотелось смягчиться, сказать, что я рад играть под его главенством. Но я не стал этого делать.

Больше во мне не было желания нравиться. Не было желания становиться удобным. Я хотел делать так и только то, что приносило бы хоть малейшее облегчение именно мне.

Я взял телефон, намереваясь позвонить Саманте и узнать где она, чтобы забрать, если потребуется. Но увидел от неё сообщение. "Я дома, отец сказал зайти к нему...я переживаю. Перезвони"

Я напрягся. Мышцы мгновенно стали сталью. Вся моя злоба направилась в тело, которое становилось всё горячее и горячее.

Сэм не брала трубку. Так же как и мама. Так же как и отец.

Быстрее, чем сегодня, на мотоцикле я ещё не гонял. Я ехал так быстро, что вьехав за забор, даже не удосужился до конца остановить своё транспортное средство. Я спрыгнул, услышав, как он влетает в стоящий рядом мерс. Звук скрежета раздался в тишине, но я пинком открыл входную дверь, выламывая её.

Злось.

Вот что я ощущал.

Я знал, что что-то происходит. Чувствовал это.

Поэтому заранее взяв пистолет засунул его себе за пояс джинс, прикрыв всё футболкой.

В доме стояла тишина и это пугало.

Скорее всего моё появление разнесло по всему пространству весть о моём появлении, поэтому не церемонясь, я быстро поднялся в кабинет отца. Снова выломав дверь, потому что та была закрыта на ключ, я заглянул внутрь.

Дикая ярость и нерешительность наполнили моё сознание. Я смотрел на свою сестру свернувшуюся в комочек рядом с диваном. Она плакала. Переводя на меня взгляд, даже не встала, лишь зарыдала ещё больше.

Я захотел подбежать к ней, взять её в свои руки и успокаивать... Защитить.

– И где же ты был?

Этот ужасный голос, смрад в теле, этот ничтожный кусок...

– А что, соскучился?

Маска. Холодная. Ледяная маска.

– Я предупреждал тебя, милый мой мальчик, что за неверные шаги обычно платят. Не ты, так твои близкие люди. Сэм одна из тех, кого ты любишь, не так ли? Удивительно, я не хотел дочь, но в итоге она стала хорошим рычагом давления на сына, на непослушного сына.

Я сложил руки на груди смотря на него ровно, прямо, так, как смотрят на психбольного. С пониманием, что он не поменяет своей тактики запугивания.

На Саманте нет следов крови, нет разорванного платья. Он не сделал ей ничего такого, что могло бы сейчас заставить потерять равновесие и пустить пулю ему раньше, чем следовало. Максимум он её ударил – за это и поплатится.

– Но есть ведь ещё...та, кого ты любишь. До неё добраться, конечно, сложнее.

Я не издал ни звука, не поменялся в лице, и даже не моргнул. Моё дыхание не поменялось, зрачки не сузились и даже не увеличились, сердце осталось ровным.

Лишь тиканье часов и всхлипы Сэм выдавали какие-то движения в кабинете.

Отец улыбнулся, уголком губ.

– Ты стал тем, кого я хотел видеть. Сильный, непоколебимый, холодный. Почти закончил трансформацию в моего сына... В того, кем я хотел тебя видеть. В тебе есть лишь один недостаток. Ты не играешь за мою команду. ЧТо же мне нужно сделать, чтобы ты метнулся на мою сторонну?

– За команду мудаков? Что ж, видимо, это был с твоей стороны комплимент.

Отец улыбнулся и вторым уголком, создавая иллюзию улыбки. Ужасной улыбки.

– Саманта уезжает завтра вечером, до тех пор она будет в своей комнате со стражей. Ты будешь день за днём добиваться Вианы, и ни на шаг не подойдёшь к..., – он взглянул на меня, пристально, изучающе.

Не смей говорить её имя.

Мне хотелось заорать, сделать так, чтобы с его губ не слетало имя Лилит. Но...

– Лилиа-а-а-ан.

Он протянул её имя, будто пробовал на вкус. Нежно так, даже причмокивая.

Желчь поднялась из моего горла. Я хотел ударить его об стол, и бить до тех пор, пока его лицо не станет похоже на фарш.

– Жаль, что у неё много охраны. Чем же она так тебя привлекла? Хотелось бы и мне узнать. Может надо было провести переговоры с Голденами? Забрать девчонку себе, что думаешь? Да? Зачем тебе Виннер, если ты охотнее выполняешь все мои просьбы с Голден? Кушь побольше. Но...ведь ты влюбился, как последний осёл.

Отец засмеялся, откидывая голову на своём стуле назад. Его руки ударили по столу, когда смех оборвался, а красные глаза снова нашли меня. Он был похож на безумца.

А я всё так же молчал.

Не имело смысла разговаривать или переубеждать, он все равно прав.

Я влюбился в Лилиан Голден, как последний осёл. Но я в любом мире был бы этим ослом, если бы это обеспечило мне встречу с ней.

Сэм снова всхлипнула, от чего отец дернулся. Вставая. Приближаясь к своей дочере.

Я делал каждый шаг с ним в унисон.

Он знал, что я сильнее, но я пока не понимал его козырей. Не смог разглядеть той ловушки, что давала ему такую силу передо мной.

Он подошёл ко мне вплотную. Пристально вглядываясь в моё лицо.

– Ты смазливый мальчик, которому достаётся всё очень просто. Прекрати быть куском дерьма, становись стальным и сильным мужчиной.

Он сделал резкий рывок поднимая Сэм за волосы.

Та издала вополь.

Я ударил в живот. Потом в лицо. Отца, конечно, не сестру.

Но он не отпускал Саманту, лишь сильнее сжимал.

Потом замахнулся и ударил не меня, а её. Из носа сестры пошла кровь, она стала так сильно вопить.

Ярость, красная пелена. Бык. я был быком, а папа махал передо мной красной тряпкой.

Я ударил по его руке, послышался хруст. Я её сломал. Сжал пальцы и сломал их тоже.

Отец заорал, упал на колени.

Продолжая смотреть на меня, наконец-то отпустив мою сестру.

Сакс

– Да.

Отец с бешенной скоростью вскакивает и не обращая внимания на сломанную руку бросается на меня. Я падаю вместе с ним. В моих планах не было избавляться от него сегодня...но если я его вырублю, вряд ли он оставит нас в покое?

Моя футболка задирается, отец выхватывает пистоле и с ужасным, истеричным хохотом приставляет мне его к голове.

Лишь секунда.

Я чувствую свободу.

Будто понимаю, что всё это сейчас закончится.

Жду. Жду.

– Давай! – я кричу на него, прямо в лицо.

– Нет!

Топот ног, руки на отце, нож в моём боку.

Я чувствую, что он меня пырнул, но не могу понять когда. Когда он это сделал? Хотел меня ослабить? Откуда нож? Руки же были пустые.

Мне кажется, я схожу с ума вместе с ним от того, что происходит. От того, КАК это происходит.

Отец скатывается с меня, и я вижу маму. Она держит пистолет в своих руках, а за ней стоит испуганная Сэм.

Когда она успела войти, когда Саманта успела встать? Как, чёрт возьми, пистолет оказался в руках матери, а не отца?

– Ты! Не смей трогать моих детей!!!!

Она стреляет закрывая глаза. Боже мой! Я не отворачиваюсь. Не моргаю. Жду, что попадёт в меня. Жду. Но...

В ногу.

Она попадает ему в ногу!

Я вскакиваю и выхватываю у неё пистолет, прижимая к себе женщину, которая только что выстрелила ради нас. Слёзы, крики.

Отец продолжает смеяться, иногда поскуливая. Ранение достаточно серьёзное, но не смертельное.

– Предательница! Это они, все они устроили, а ты решила убить собственного мужа!!!!

– Ты, – снова всхлип.

Теперь рядом со мной плачут две женщины.

Слишком много слёз для сегодняшнего вечера.

– Убей меня!

Я поднимаю глаза, сжимая оружие. Слишком заманчивое предложение. Но...

– Откажусь. Позвоню в полицию.

– Сомневаюсь.

Он вытаскивает телефон, открывает видео и протягивает мне. На нём все мы. Мама направляет на отца пистолет, а тот пятиться изображая гриммасу ужаса. Кричит нет и за что... он это делал? Я даже не слышал.

– Я сдам её. Скажу, что вы все за одно! СТРЕЛЯЙ!

Я свожу брови к переносице. Что он делает?

– Сакс, нет, – Саманта хватает мою руку, сжимает. Но я уже не отвожу взгляд от папы. Одно слово, один вопрос крутится в моей голове.

– Зачем? Что ты делаешь? Почему ты стал таким?

Да, я боюсь стать как он. Я уже становлюсь. И весь ужас накатывает на меня лишь сейчас. Это не сон. Правда. Жестокая, ужасная правда.

– Почему?

Он машет головой, прикрывая веки, его нога кровоточит, рука свисает в неистественном положении, но он будто не чувствует боли. Не замечает её.

– Ты никогда не знал своего деда, моего отца. Он был...он хотел сделать меня своей копией. Думаю, в итоге у него получилось. Ведь сумашенствие штука опасная, – глаза отца блестят, но не от слёз, от безумия. Мама прикладывает руку ко рту, отворачиваясь к Сэм.

– Он бил меня плётками каждый день, бывало я даже не мог пойти в школу, потому что он промахнулся и на моём лице прасовалась отметила. Он убирал любого, кто становился мне близок. Но однажды всё прекрастилось. Я выдохнул. Не смея спрашивать, что не так, почему он меня не трогает. Я будто...ждал этого, был зависим от этого, желал этого. Потом я понял, что теперь он стал издеваться нам матерью. Насиловать её, запирать в подвале. А потом над прислугой. КАЖДЫЙ ДЕНЬ, – смех раззнёсся по всей комнате, меня передёрнуло...

– А затем я влюбился, – его глаза нашли мою маму, в них, под слоём безумия всё ещё была заметна нежность. – Для меня было настоящим страхом лишь потерять её...и отец узнал. Ему было неведомо всё хорошее. И тогда, когда я увидел, как он..., – отец выплёвывает следующие слова. – Тронул мою любовь...

Ему не нужно было говорить, мы и так всё поняли. Рыдания матери возобновились с новой силой, и я пройдясь по кабинету налил ей виски. Она выпила залпом.

– Ты не любил меня. Ты принимал мою любовь. Это не одно и то же.

– Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!!!

Резкий выкрик, от чего мы все разом вздрагиваем. Он никогда никому не говорил этих слов.

– Если бы это было так, ты бы не делал того, что делаешь. Не стал бы таким.

– Я болен, родная. И эта болезнь скоро сделает меня таким же, каким был мой отец. А потом и тебя, – он взглянул на меня, глубоко вздыхая. – Может и хорошо, что у тебя не может быть детей. На тебе всё и остановится.

– Но, есть же ещё я, – Саманта в ужасе смотрит на меня, прикусывая губу.

– В тебе этого нет. Я всё проверил. Шизофренией пока в малой степени болен лишь твой брат.

ЧТО???

– Как ты? – мой голос хриплый, надломленный...я пока не могу переварить, то, что услышал.

– Все анализы, что мы сдавали. Кровь, мочу, даже спинномозговую жидкость.

– Нет! Он Врёт!

Мама присажимается рядом, беря моё лицо в свои руки. Она вытирает мне щёки, на которых нет слёз и заглядывает в глаза.

– Это не правда, ты здоров. Абсолютно. Я видела анализы. Ты здоров. Не верь, не верь ему, не позволяй себе верить.

– О, дорогая, ты всё ещё надеешься, что он не станет таким как я? Станет, он уже становится. Мой дед, отец, я – мы все такие. И он будет. Говорю же, хорошо, что детей у него не будет. Трахайся сколько угодно, без последствий, разве не рай?

Шок, неверие, страх бессилие. Всё тонким эллектрическим разрядом бьёт по мне с размаху.

– С ним всё хорошо!

– Да неужели? Поэтому он иногда меняется в лице, залипает на вещи? Его эмоции часто путаются. Он бывает счастлив, а через секунду накатывает грусть. Сакс стал реже общаться даже со своими друзьями! Бред уже наступил? Галлюцинации?

Мне хочется рассмеяться ему в лицо. А потом ударить.

– Убей меня. Давай!

Отец поднимает руку, вскакивает и хватает маму, Сэм. Я сижу на полу уставившись на них. Как будто в ваакуме. В прострации. Не моя жизнь, не я. Я не хочу. Мне страшно.

Я начинаю трястись, пока он с размаху залепляет пощёчины, он кричит что любит их, а потом бьёт.

Я стану таким же?

Это моё будущее?

Я не смогу...любить? Не смогу иметь семью? Всё, что было во мне исчезнет? Испарится?

– Сакс!

Я стану таким же мерзкий как и он? Грубым? Буду избивать Лилиан?

Лилиан.

Я держусь за это, как за якорь. Она сможет меня спасти? Или я потяну её на дно.

Представить, что когда-то сорвусь и сделаю ей больно...

– Сакс!!!!

Кто-то кричит, но в моей вселенной не слышно криков. В ней нет боли. Нет слёз.

Я должен проверить сам. Сдать тесты сам. Установить всё сам.

Это ошибка.

Глобальная ошибка.

– Рай!

Я поднимаю взгляд. Сэм кричит, лупя ладошками отца, который уже душит маму.

Всё это не со мной.

Не со мной.

В кабинете вдруг стало так жарко, так душно.

Бабочка сидящяя на стекле может умереть.

Больно.

Очень больно.

Я поднимаю пистолет.

Бам!

Выстрел в сердце.

Отец падает.

Я снова это сделал.

– Сакс, – мама подбегает ко мне, пытаясь дотянуться до моего сознания.

Мир, запахи, вкусы...Страх. Всё резко исчезает. Я концентрируюсь на произошедшем.

Мама забирает у меня пистолет. Её шея в красных пятнах, на коже видня порезы, на руках уже проступающие синяки.

– Слушайте меня оба, внимательно, СЕЙЧАС! САКС! СЭМ!

Мама кричит, привлекая наше внимание.

Сэм плачет. Я молча смотрю.

– Вы сейчас оба куда-то уезжаете. Куда-то где будет народ. Куда-то где смогут подтвердить, что вы там были. ЯСНО? Мы поговорим об этом завтра. Поняли? Будьте рядом с народом. САКС!!!

Мама щёлкает передо мной пальцами, но я прекрасно слышу её. Я сосредоточен. Всё прошло. Я снова я. Бабочка исчезла. В комнате стало холодно, ведь кто-то открыл окно. Может она тогда вылетела?

– Но как ты, он же, он, – Саманта начинает кричать, падая на пол. Ещё чуть-чуть и она начала бы истерить, но мама хватает её поднимая и заглядывая в глаза.

– Он хотел тебя убить. Убить меня. Он врал, манипулировал и избивал! Ничего не произошло. Ничего. Всё нормально. Мы просто спасались.

Мамины глаза находят мои, смотрят пристально, внимательно, будто видят впервые.

– Ты – не он. НЕ ОН. Я всё решу. Вас тут не было, не было, слышишь. Забирай её, уходи. Я позвоню. Сакс, пожалуйста.

Голос сравается, она дрожит, но продолжает выпихивать нас за дверь.

Как и в прошлый раз.

Я не жалею. Не плачу. Не чувствую боли, потери. Я бы сделал так ещё раз.

Я выстрелил в сердце, потому что меня учили стрелять в голову.

И теперь всё, о чём я думаю, это та чёртова бабочка. Может он начал мне внушать?

Звук моего мобильника вывел меня из раздумий как раз в тот момент, когда я подъезжал в бассейну. Сэм уснула прямо в машине. К счастью, на ней не было никаким видимых следов.

– Алло?

– Они забрали его тело. Сняли мои побои. Всё хорошо, слышишь? Я защищалась, выстрелила в него. Побудьте с сестрой там, где вы сейчас, приезжайте позже. Думаю ей тут быть точно не обязательно.

Я отключился, всматриваясь в огни. На улице так красиво.

Ещё один звук, на этот раз смс.

Демоница: "Я скучаю по тебе"

Я тоже скучаю по себе... по тебе. И всю жизнь буду скучать, ведь нам не быть вместе.

И только сейчас я понял, что ножа в моём боку нет, так же как и пореза.