![](/files/books/160/oblozhka-knigi-iskusstvennye-geny-384290.jpg)
Текст книги "Искусственные гены"
Автор книги: Алина Бэнг
Жанр:
Прочие приключения
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 6 страниц)
Глава 7
Не знаю, сколько я пробыла в отключке. Но когда очнулась, была в недоумении от своего положения. Я нахожусь в такой же камере, что и Кэт, в большом зале. Внутри довольно просторно, но есть ощущение, что меня вот-вот раздавят стены. Так и развивается клаустрофобия… На мне надет чёрный топ, не закрывающий ничего, кроме груди. Хорошо хоть джинсы не тронули.
Я оперлась руками на стекло и попыталась рассмотреть остальные камеры. Справа от меня Кэт. Чуть дальше Пол. Ещё дальше пустая открытая камера. С другой стороны Раян. Дальше Джаред. Ещё дальше незнакомый мне парень. Он выглядит обычно, но явно не американец. Где Арви?
Кто-то вошел в помещение. Два человека в белых халатах и Арви позади них. Мистер Санерс и профессор Дженкинс. Они очень увлечены разговором, при этом Санерс не перестаёт улыбаться. На секунду Дженкинс заметил, что я смотрю на них. Удивительно, что, не смотря на плотность стекла, отделяющего нас друг от друга, я прекрасно их слышала.
– Дорогуша, вернись на место. – сказал Дженкинс, не отводя от меня глаз.
Арви за секунду взмыла вверх, а приземлилась у пустующей камеры. За спиной у неё было два небольших крыла. Я потёрла глаза.
– С этой у меня возникли некоторые трудности по дороге сюда. – подметил Санерс. – Она могла и не доехать.
– Главное, найти правильный подход. – ответил Дженкинс. – И с Джессикой у меня почти не возникло проблем. Она хорошая девочка и у неё превосходные данные. Она далеко пойдёт.
– Вы обманули меня… – только и вырвалось у меня.
– Девочка моя, я не мог этого сделать. – ответил Дженкинс. – Когда же я успел обмануть тебя?
– Вы сказали, что хотите модифицировать людей, дабы облегчить жизнь. Но что-то мне не стало легче жить от того, что меня заперли сначала в пустой комнате, а теперь в этом аквариуме.
– Этот «аквариум» только промежуточный этап. Дальше, будет лучше. Поверь мне. – он снисходительно улыбнулся, поднимая при этом брови.
– И как же это я могу вам верить?
– Вот же упертая девчонка. – не выдержал Санерс.
– Не стоит так реагировать, Николас. Она подросток, это стандартное, для них, поведение. Но в чём-то ты прав. Она очень упрямая. Но стоит ли мне примечать, что упрямые люди чаще всего и добиваются успеха? – он посмотрел на меня и ухмыльнулся. – Она идеальна для нашего дела.
Санерс нажал какую-то кнопку на панели у моей камеры, после чего я просто перестала их слышать. Их губы двигались, они что-то активно обсуждали. Но мне остаётся только гадать, о чём они говорят. Могу сделать лишь один вывод. Одно моё присутствие явно раздражало мистера Санерса. Он постоянно поглядывал в мою сторону и недовольно кривился. Дженкинс же только ухмылялся.
Я вот одного не пойму. Не уж-то из-за того, что я краской на стене приюта написала не самую положительную надпись, нас всех решили, в прямом смысле, отдать на опыты? Видимо, я никогда уже не получу ответ на этот вопрос…
Я наблюдала за ними до тех пор, пока Санерс не скрылся из моего поля зрения на лифте. А приглядевшись, я увидела соседнее помещение, переходом в которое служила ниша лифта. Но как они переходят туда, если там внизу шахта?
Вдруг, я услышала странный стук, а после жужжание механизма. Стекло, отделяющее меня от внешнего зала, медленно отъехало вверх, позволяя мне выйти из камеры. Позади меня кто-то стоял. К спине прижали что-то холодное. Тут и много ума не надо, чтобы догадаться, что это оружие.
– Джессика готова?
Я подумала, что этот вопрос адресован мне, но это не так. Мне на голову нацепили странную маску, чем-то напоминающую противогаз. Я поспешила задержать дыхание.
– Ну же, Джессика. Всего лишь один глубокий вдох.
Стоило мне сделать этот вдох, как маску поспешили снять. Я закашлялась, хватаясь за горло, которое изнутри словно обожгло холодом. Глаза заслезились от беспрерывного кашля. Когда я более-менее прокашлялась, у меня начала кружиться голова. Всё тело словно поместили под пресс. Кажется, что стоит мне резко двинуться, как у меня лопнет какой-нибудь сосуд, если не все сразу. Я схватилась за голову.
– Что происходит? – спросила я, падая на колени.
– Приживание. – ответил Дженкинс. – Что ты чувствуешь?
– Боль.
– Что-то ещё? Из такого богатого спектра ощущений ты испытываешь только боль?
– И желание вспороть тебе глотку, болтливый ты ублюдок! – рыкнула я.
– Уже лучше. – я буквально услышала как он улыбнулся.
Я кричу от непонятной и неописуемой боли, словно сжимающей каждую мою клетку до минимальных размеров. Кричу громко и долго. Но замечаю, чем громче я кричу, тем слабее становиться боль. В конце концов, я перешла самый настоящий вопль, на который только была способна.
– Ух, это было громко. – комментировал Дженкинс, пока я лежала на полу и корчилась от постепенно утихающей боли. – Знаешь, ты по ощущениям сейчас пережила сжигание заживо.
– Что?
– Посмотри на меня, Джессика.
Я подняла на него взгляд, встретившись с бледно-голубыми глазами. Он несколько секунд оглядывал меня.
– Превосходно. Вытянутый зрачок на ярко-зелёных глазах. Замечательно. Как я уже говорил, ты далеко пойдёшь. – эти слова доходили до меня словно сквозь толщу воды, глухо и отдалённо.
Глава 8
Как же удобно, наверное, выключать меня, когда вздумается, словно игрушку на батарейках. В этом зале нет ни часов, ни окна, чтобы можно было определить хотя бы время суток. Словно время здесь не имеет никакого значения. И это понемногу начинает сводить меня с ума.
Придя в себя, я поспешила оглядеть своё тело на предмет новых повреждений. На левой руке с внутренней стороны запястья я обнаружила выведенные, словно черной ручкой, цифры три шесть шесть. Помимо этого на теле не осталось и следа от недавних повреждений. Никаких следов от уколов, головной боли. Да и самочувствие с недомогания сменилось на довольно стабильное.
Подняв глаза, я заметила значительные изменения. Вокруг возвышенности появилось много различного оборудования. Большинство представляют собой панели с экранами в центрах и огромным количеством разнообразных кнопок. У одной из панелей копошился Дженкинс. Но изменилось не только это. Моё зрение изменилось, словно кто-то выкрутил детализацию и резкость на максимум. Это невероятно…
Механизм издал щелчок, после которого стекло, отделяющее меня от внешнего зала, опять стало подниматься. В камеру стал поступать запах бетона, сырости и ещё много разных запахов, которые смешивались между собой, создавая неописуемый аромат. Кажется, до этого момента все мои чувства были словно отключены. Только сейчас я почувствовала жизнь.
И после моих слов о том, я хочу вспороть ему глотку, он так просто позволит мне выйти?
– Вы так просто выпустите меня? – спросила я, покидая камеру и направляясь к нему.
– А почему нет?
Я не стала ничего говорить. Покинув свою камеру, я смотрела на него. Он проделал какую-то команду в виде комбинации кнопок, после которой по краям возвышенности стало подниматься стеклянное ограждение. Всё это напоминало огромную пробирку с уроков химии. На дне открылся люк размером с теннисный мяч, из которого начала подниматься вода. При этом она какого-то странного зеленоватого цвета. По помещению начал разноситься речной запах.
– Что это?
– Мне необходимо проверить твой объем легких. – он окинул меня взглядом, после чего продолжил настраивать что-то на панели. – Приготовься к погружению.
– Для этого обязательно погружать меня в воду?
– Если бы это было не обязательно, ты думаешь, я бы занимался этим? Будь паинькой, Джессика, и делай, что я говорю.
Не придумав ничего лучше, я просто сняла джинсы, оставаясь в одном белье. Переведя глаза на место, где должен быть лифт, я увидела, как из соседнего помещения в это передают длинную лестницу. Пока двое мужчин ставили её к резервуару, я всё же осмелилась задать вопрос.
– Арви, у неё что, были крылья? – спросила я, переведя глаза на Дженкинса.
– Да. – он кивнул. – Наконец-то я смог всё рассчитать. Первые эксперименты с крыльями просто умирали от болевого шока, даже не успев толком очнуться… Вперёд, Джессика. – Дженкинс кивнул в сторону лестницы.
Подойдя к лестнице, я стала забираться наверх. По мере того, как росло расстояние между мной и полом, у меня начали трястись руки. С трудом мне всё же удалось забраться наверх. Перекинув ноги внутрь, я задержала дыхание и прыгнула в воду.
– Надеюсь, ты позвал меня по серьёзному поводу? – в дверях только что опустившегося сюда лифта я увидела Санерса.
Сверху резервуар накрыла металлическая крышка. Я начала паниковать, когда она стала полностью погружаться в воду, словно постепенно придавливая меня ко дну. Но достигнув определенного положения, она остановилась.
На одном из экранов оборудования, стоящего вокруг резервуара, я увидела время, видимо фиксирующее моё нахождение под водой. Время подходило ко второй минуте.
Когда пошла третья минута и задержанного дыхания стало не хватать, я начала стучать по стеклу, пытаясь дать понять, что больше не могу.
– Ты можешь больше. – сказал Дженкинс, словно констатируя факт.
На удивление я очень хорошо расслышала его, словно нас не разделяла стеклянная банка и толща воды. Я замотала головой и стала подниматься к крышке. А прижавшись к ней, я попыталась толкнуть её вверх, но в итоге только сама оттолкнулась от неё. Ещё пару секунд я провела, тщетно пытаясь сдвинуть крышку с места и выбраться на воздух. В конце концов, мне пришлось бросить это занятие, так как крышка очень крепко зафиксирована. Опустившись на дно, последним криком я выпустила весь воздух из легких. Сделав новый вдох, я уже приготовилась задыхаться, но этого не произошло. Я продолжила дышать, словно находилась на воздухе. Я перевела вопросительный взгляд на Дженкинса.
– Медленнее, Джессика. – прокомментировал Дженкинс. – Ты ведь не хочешь начать задыхаться раньше времени.
– Не может быть… – пробормотал Санерс, вытаращив на меня глаза.
– Превосходно! Она живёт, Николас! – Дженкинс ликует, размахивая руками в разные стороны. – Наконец-то я смог этого добиться!
– Скольких ты утопил до этого?
– Это не столь важно. Большинство выжило. Но до такого результата я дошел впервые! Это невероятно! Я почти поборол законы природы!
Они ещё долго обсуждали этот прорыв. Но когда таймер на одном из экранов перешел отметку в полчаса, я начала сомневаться, что всё происходящее вообще реально.
Вдруг Дженкинс нажал определенную комбинацию кнопок, после чего крышка стала подниматься вверх. Но я не спешу подниматься на поверхность. Лишь почувствовав сдавленность легких, я начала подниматься.
– Ты так просто отпускаешь её? – спросил Санерс.
– Она не агрессивна. – заключил Дженкинс. – Прекрасная водяная змейка.
С трудом покинув резервуар, я направилась в их сторону.
– Вы применяете анимализм, как способ сделать человека сильнее и выносливее? – спросила я. «Если всё это не галлюцинации…» – дополнила я уже у себя в голове.
– Какие хорошие слова ты знаешь. – он удивленно взглянул на меня. – Но да, именно в этом состоит моя идея. Я же говорил, что ты её оценишь. На сегодня мы закончим. В качестве поощрения, можешь принять душ, Джессика. Руди проводит тебя.
Я кивнула и поспешила подобрать свои джинсы с пола. Должна признать, в этом подземелье крайне холодно. Ко мне подошёл человек в экипировке, с большим куском белой ткани в руках.
– Тебе не помешает прикрыться. – сказал, судя по словам Дженкинса, Руди и протянул мне ткань.
Я накинула ткань на плечи, укутываясь в неё. Руди провел меня к лифту, а после и к той самой комнате на третьем этаже, где мы с девочками провели нашу первую ночь в этом месте. Всё это прошло в полном молчании. Хотя, сомневаюсь, что этот Руди скажет мне хоть что-то.
– Давай без глупостей, ладно?
Я не конца понимаю, что именно он имеет в виду под словом «глупости». Хотя подозреваю, что так теперь называются мои попытки сбежать. Но сейчас ещё рано бежать. Я ещё не конца поняла, что именно Дженкинс со мной сделал.
Молча кивнув, я бросила джинсы на диван, достала из шкафа чистое полотенце и прошла в ванную, закрыв за собой дверь. Скинув с себя ткань и мокрое насквозь бельё, я направилась под душ. Но стоило мне бросить взгляд на зеркало. Увидев свое отражение, я отступила на несколько шагов назад, всем телом соприкоснувшись с кафельной стеной, и простояла так несколько секунд, убеждая себя, что это именно моё отражение.
Неестественный ярко-зеленый цвет глаз, вытянутый зрачок, потемневшая в нескольких местах кожа. «Прекрасная водяная змейка» – так Дженкинс сказал. Даже если это применение галлюциногенных веществ, то почему всё так реально? Подняв правую руку, я ощупала мочку уха и серьгу. Ничто не докажет мне, что это я, кроме неё.
Забравшись под поток горячей воды, я пыталась выкинуть из головы всё, что сегодня произошло, параллельно натирая волосы мылом в попытке избавиться от запаха речной воды. Однако вид моего отражения наотрез отказывается покидать мою голову. Эти дикие глаза… Избавившись от запаха на волосах, я попыталась оттереть цифры на запястье, но это занятие не обвенчалось успехом.
Продвигаясь к выходу из ванной комнаты, параллельно кутаясь в полотенце, я бросила взгляд на зеркало. На этот раз там была просто я. Мой обычный вид без каких-либо следов анимализма. дьяволыхнувшись, я вышла в комнату.
В комнате пусто. На диване поверх моих джинсов лежит новый комплект черного белья спортивного типа и блузка темно-зеленого цвета. Примерив предлагаемую одежду, я не успела только застегнуть пуговицу на джинсах, как Руди открыл дверь, входя в комнату.
– Пора.
Спустившись под землю, я вернулась в свою камеру.
Глава 9
Мне снился наш приют. Эшли и миссис Донал. Мисс Бэйкер и мистер Элмерз. Мистер Дэвис и Хейг. Словно бы ничего этого не произошло. Только на их лицах был неописуемый ужас.
Но с поднимающимися веками я возвращаюсь в реальность. Если это можно назвать реальностью. Но моё внимание тут же перехватило белое пятно под потолком, которого раньше там точно не было. Сфокусировавшись на светлом предмете, я осознала, что это не пятно и даже не какой-либо предмет, а человек. Это был Пол, держащийся за стену.
– Какого дьявола? – я опёрлась руками на стекло своей камеры.
Руди держал в руках пистолет и целился в Пола.
– Не смей! – я стукнула по стеклу.
Но меня не слышали. Руди выстрелил. Но вместо пули из дула вылетел провод, на конце которого крепился крюк. Его длины хватило, чтобы достать до Пола. По проводу пошёл электрический разряд синими полосами приближаясь к Полу. Когда же ток достиг своей цели, Пол свалился прямо на бетонную поверхность. Шлёпнулся, как оладушек на сковородку, как бы глупо не прозвучало это сравнение.
– Пол!
– Всё так же неустойчив перед электрическим током. – прокомментировал Дженкинс, выходя из-за моей камеры и делая пометку в планшете. – Уже очнулась, Джессика? – он бросил на меня короткий взгляд.
Я кивнула. Он прошел к одной из панелей и нажал кнопки, отпирающие мою камеру.
– Меня Вы тоже будете бить током?
– В этом нет необходимости. – ответил профессор, отводя глаза в сторону. – Прибери здесь.
Пока Руди перетаскивал Пола в бессознательном состоянии, я вышла из камеры и подошла прямиком к Дженкинсу. Рядом с ним стоял ещё один мужчина в такой же форме, как и Руди.
– Он и вправду держался на стене? – спросила я.
– Это единственное, в чём он преуспел. – произнес Дженкинс, не отрываясь от планшета. – Протяни руку, Джессика. У Тодда есть для тебя сюрприз.
Здесь слово «сюрприз» не может означать что-то хорошее. Но выбора у меня всё равно нет. Я подняла левую руку, выставляя её вперёд. Тодд подошел ко мне ближе и взял мою вытянутую руку за пальцы. А потом за считанные секунды он достал свободной рукой пистолет и прислонил его к моей ладони. Пуля прошла насквозь и со звоном приземлилась на бетонный пол. Я успела только вскрикнуть. Вырвав руку из захвата Тодда, я прижала её к груди, придерживая здоровой рукой.
– Скорость реакции придется хорошенько доработать. – прокомментировал Дженкинс, делая пометки в своём планшете. – Джессика, пройди на подиум и положи поврежденную ладонь под камеру.
Я поднялась на возвышенность, в углу которой стояла видеокамера на небольшом штативе, в высоту мне по колено. Я села на пол, сложив ноги по-турецки, и вытянула руку, с которой продолжала капать кровь.
– Я знаю, как это больно.
– Да что ты знаешь!? – рыкнула я.
– Твоё проявление агрессии от болевого шока ещё сыграет тебе на руку. – Дженкинс усмехнулся, поправляя очки и подходя ко мне, насколько позволяла приборная панель, разделяющая нас. – Но я знаю. – он поднял раскрытую ладонь на уровень своего лица.
Там красовался шрам, куда больших размеров, чем останется у меня. Мои брови почти сошлись на переносице.
– Мило, не правда ли? Ассистентка взбунтовалась. – он ухмыльнулся, чуть оголяя зубы у правого уголка губ. – Это было мне уроком.
Следующие, как мне показалось, несколько часов я сидела на возвышенности, держа руку под объективом камеры, заливая пол кровью и роняя слёзы. Кажется, пуля прошла между костями указательного и среднего пальцев. Я стараюсь туда не смотреть, чтобы лишний раз не будоражить нервную систему. Но легче от этого не становится. Чтобы отвлечь меня, профессор включил на одном из экранов какой-то фильм. Он шел без звука и, судя по внешнему виду актёров, был довольно старым. Я занималась тем, что сама придумывала им фразы в своей голове. Иногда даже умудрялась шутить.
Но Дженкинс оказался прав. Это отвлекло меня, что я даже не почувствовала, как кровь остановилась, а боль начала медленно утихать.
– Что за..?
– Ускоренная регенерация. У обычного человека на восстановление ушло бы несколько недель. И то, не факт, что все ткани так хорошо восстановятся. Эти гены – чудная задумка.
– А если кто-то попытается избавиться от них? – спросила я.
– Избавиться от этого невозможно. По крайней мере без моей помощи. Просто Санерсу не обязательно все знать. – заверил Дженкинс. – Для этого придется уничтожить одну вещь. Но ведь ты этого не хочешь, верно?
Я, молча, отрицательно кивнула головой.
– Девочка, ты подозрительно сообразительна для своих лет, но так наивна.
– Да, пожалуй, Вы правы. – я кивнула.
– Дождёмся полного заживления и поработаем над скоростью твоей реакции. Хорошо? – он посмотрел на меня поверх очков так, словно мой ответ и действительно что-то значил для него.
Я, молча, кивнула и опустила глаза на рану, что почти затянулась и представляла собой небольшую дыру, уже даже не сквозную.
Как только я попала сюда, я считала его сумасшедшим. Скрестить человека с животным, перенимая его сильные стороны, казалось мне нереальным сюжетом одной из книг, пылящихся на полках в небольшой библиотеке нашего приюта.
Спустя время дальнейшего нахождения здесь я стала считать сумасшедшей себя, поскольку не верила тому, что видела, чувствовала и делала, но это продолжает происходить. Словно это не я могу находиться под водой гораздо больше, чем любой человек. Или эта рана не на моей руке сейчас заживает с невероятной скоростью.
А теперь я уже и не знаю, кто из нас больше безумен. Он, поскольку проделывает этот невероятный эксперимент. Или же я, поскольку вижу всё это.
По истечению трёх с половиной часов, как показывал таймер на панели, моей раны как будто никогда не было. Остался лишь повреждённый верхний слой кожи, испачканный в крови.
– Эта способность к регенерации будет у всех? – спросила я, спускаясь с подиума.
– Увы, Джессика. Это только твоя прерогатива и она никак не связана со змеиными генами. Проще сказать, что это бонус лично от меня. Не хочу, чтобы ты погибла спустя несколько дней, после того как мы начнём масштабное испытание. – он протянул мне руку, призывая показать ему зажившую ладонь.
– Что значит «масштабное испытание»? – спросила я, протягивая ему руку. – Вы постоянно об этом говорите.
– Испытание в полевых условиях. Вас выпустят на волю. Побегаете пару месяцев, осознаете новую жизнь. – левой рукой он придерживал мою снизу, а пальцами правой подцепил кусок окровавленной кожи и оттянул её вверх.
Я дернулась всем телом от неприятных, но вместе с тем щекотных, ощущений на ладони. Под поврежденным слоем кожи был точно такой же, но слегка розоватый и целёхонький. Я поморщила нос. Не сказать, что это противно выглядит. Но и приятным глазу данную картину не назовёшь…
– Ты же знаешь, что змеи сбрасывают кожу? – он оглядел мою ладонь, а потом посмотрел мне в лицо. Я кивнула. – Это будет твоим способом исцеления. – он улыбнулся правым уголком губ. – А на счет испытания… После этого осознания многие ищут способы закончить эту, только начавшуюся, жизнь. Я же надеюсь, тебя не посетит такое желание. Но если всё же это произойдет, ты можешь в любой момент вернуться сюда.
Я снова кивнула. Дженкинс махнул рукой, призывая идти за ним, и направился к лифту, параллельно давая задание Руди, стоящему у одной из камер. Я шла за ним. На лифте мы поднялись на первый этаж и прошли несколько коридоров, прежде чем оказались в…
– Кухня? Это что, шутка такая? – я вскинула бровь.
В помещении уже находился Тодд. А ответом на мои сомнения послужила летящая в меня сковородка. Ну, от неё увернуться было достаточно просто. Она с грохотом ударилась о стену за моей спиной. Дальше в меня летело всё без особого разбора. Бутылки, посуда, пара ножей. Предпоследний нож пролетел в нескольких сантиметрах от меня в области головы.
– Хорошо, Джессика. – из-за широкой спины Тодда показался Дженкинс. – Очень хорошо.
Я думала, что на этом этот цирк и закончится. Но Дженкинс достал пистолет из кармана Тодда и начал стрелять. А вот сейчас ситуация ухудшилась. Пострадали правое предплечье, бедро и левое плечо. Вскрикнув, я упала на колени, хватаясь за повреждённые места.
– Не плохо. В масштабном испытании ты сможешь это усовершенствовать. Поднимайся. – он направился в коридор к лифту.
Я поднялась на ноги, придерживаясь за стену, и похромала за ним следом, думая, как бы не зареветь от боли.
– Почему же в случае с Тоддом в испытательном зале ты позволила ему навредить себе?
И тут я озвучила то, что сама от себя не ожидала и над чём даже не успела задуматься. И зря…
– Потому что вы мне сказали это сделать.
Он остановился и замер на несколько секунд, словно переваривая то, что сейчас услышал. Я остановилась рядом с ним. Судя по выражению его лица, он неоднократно заставит меня ответить за эти слова. Мне всё же стоило подумать, прежде чем озвучивать это.
– Я если я скажу тебе прострелить себе голову?
Он всучил мне в руку пистолет и отошел на несколько шагов. И тут-то передо мной предстал выбор. Направить оружие на него и потребовать выпустить меня. Но проблему в лице меня, даже пусть с оружием, с его возможностями можно устранить даже с закрытыми глазами. А если продолжу эту игру… Он не позволит мне это сделать, не пойдет до конца. Я нужна ему.
Я приставила пистолет к виску дрожащей из-за поврежденного предплечья рукой. На его лице не дрогнула ни одна мышца. Я набрала в лёгкие больше воздуха и задержала дыхание. «Три… два… од…» – я мысленно провела отсчет и оказалась права.
– Стоп! – он направился в мою сторону.
Я выдохнула и склонила голову на бок, вопросительно смотря на него. Выхватив у меня из руки пистолет, он прошел мне за спину.
– Ладно. Твои слова не пустой трёп. А это такая редкость в наше время.
Ох, мои слова ещё какой трёп. Благо, врать в глаза я научилась раньше, чем нормально говорить. И эта способность сейчас мне очень пригодилась.
Дженкинс довёл меня до лифта. Я зашла в кабину, но он не спешил следовать за мной.
– Возвращайся в камеру, Джессика. Ты сегодня хорошо потрудилась.
Я, молча, кивнула. Он нажал кнопку с подписью «ГИЗ». После чего лифт закрыл двери и устремился под землю.
Раны отзывались пульсирующей болью и продолжали заливать кровью мою одежду. Это должно прекратиться спустя несколько минут. Но что удивительно, эта боль так терпима.
В испытательном зале Руди издевался над кем-то из моих друзей. Подойдя ближе, я увидела того парня, которого при своём первом пробуждении я отметила как «не американца».
– Поднимайся! Давай же! – Руди с каждой новой фразой всё больше повышал голос.
– Оставь его! – я одернула Руди за плечо и прошла к парню, протягивая ему руку и помогая подняться.
– Тебе нужно вернуться в камеру. – взгляд почти чёрных глаз устремился на меня. Я перешла на шепот. – Скоро всё это закончится. Продержись ещё немного, ладно?
Становясь в камеру, он едва заметно кивнул мне. Парень торопливо осматривал меня и мои кровоподтёки, пока закрывалась камера, разделяя нас. После определённого щелчка по камере снизу вверх начал подниматься беловатый газ. Парень быстро отключился, откинув голову назад.
– Я смотрю с реакцией у тебя не очень. – усмехнулся Руди.
– Заткнись и делай свою работу. – ответила я, направляясь в свою камеру.