Текст книги "В пираты по объявлению, или ничего личного, детка! (СИ)"

Автор книги: Алексей Лавров

Соавторы: Евгений Синтезов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц)

– И застрелился… лись… – пробормотал я растерянно. Действительно, что им ещё оставалось? Любоваться, как все эти люди будут долго пытаться выжить и всё равно погибнут? А так они просто угорели, уснули.

– Всё уяснил? – вопрос Фары вывел меня из задумчивости. – Тогда пусть Фарточка подключится к сети.

– Пусть, – мне стало интересно, как она будет это делать. – Фарту, подключайся.

Девушка взялась за монитор обеими ручками, легко оторвала и небрежно отбросила в сторону. Дыра в столе заискрила, Фарту отстегнула правую перчатку и отважно сунула туда пальчики! Вот постоянно забываю, что девушка у меня робот – не пальчики она туда сунула и сняла не только перчатку – из обрубка её руки торчал пучок гибких, шевелящихся щупалец, как связка отмычек. Через две-три секунды дроид доложила первые результаты. – Кодировку системы распознала, математика везде одинакова, но язык не определяется. Обнаружены файлы характерных форматов, предположительно, записи видео, аудио и текста. Запустить передачу файлов искину? Это займёт какое-то время.

Я снова вызвал Фару. – Мы тут взломали какую-то базу, скачать или ну её?

– Качайте, если делать больше нефиг, – отозвалась начальница с непонятной грустью. – Буханка хотя бы местное наречие подучит, будет переводить, если что.

– Качай. – Дал команду Фарту и приготовился скучать это «какое-то время». Разглядывал прозаседавшихся и думал, что со стороны босса было неосмотрительным разрешать подчинённым ношение оружия. С другой стороны, если бы пистолет был только у него, пришлось бы ему самому всех пристрелить, перед тем, как застрелиться самому. Или пустить пушку по рукам и лично контролировать выполнение своего последнего распоряжения. Наверное, начал бы с первых замов, потом перешёл к начальникам отделов, кадровика, вообще-то, первого – вопрос же кадровый. Но для того, чтоб контролировать, нужен ещё один пистолет, да и как-то неправильно принуждать к самоубийству по субординации – я б на его месте бюрократию разводить не стал и перестрелял бы всех сам. У босса по любому должны были накопиться причины для этого и без вражеского нашествия…

– Сёма, – окликнула меня Фара, – Буханка говорит, что для анализа языка данных достаточно, все базы пересылать ненужно. Вы пока поищите ещё что-нибудь и через четверть часа сможете уже обращаться за переводом.

– Хорошо, солнышко, – я быстренько выгнал из головы всю эту ересь. – Фарту, надевай обратно пальчики. Куда пойдём?

Она левой рукой взяла со стола правую, приставила на место и пошевелила пальцами, задумчиво их разглядывая. Проговорила с сомнением. – Наверное, в серверную…

– Что-то не так? – забеспокоился я.

– Да всё так, вроде бы, – проговорила Фарту, – непривычно как-то – я ведь ещё ни разу не отрывала себе руки.

– Что-то болит? – вырвалось у меня рефлекторно.

– Сёма! Я же робот! Если это шутка…

– Боже упаси, какие шутки – просто ляпнул сдуру, – заговорил я торопливо. – В серверную, говоришь? Пойдём, конечно, какие вопросы?

Вход в серверную нашёлся в диспетчерской, что неудивительно, определили его легко по замку с цифровым кодом – забавный архаизм. Вот только саму дверь архаичной я б уже не назвал, настоящая бронеплита. И что делать?

– Сёма, отломай дверку, пожалуйста, – запросто попросила меня Фарточка особым «девчоночьим» голоском. Я аж оглянулся на неё, думаю – заболела или гонит? А она за обзорным щитком жесткача хлопает ресничками и губки надула. – У тебя же грави-имплантики-и-и… – пропела капризно.

Имплантики у меня, блин! Хотя они ж не только для того, чтоб людей калечить, а слабо вам, Семён Семёныч, раскурочить броне-дверь? Если девушка просит, а? Я вызвал в сознание образ-ключ запуска гравикомпенсаторов, сами они включаются, только если меня уже начали убивать. Образ этот – просто ощущения, которые я запомнил в момент их первого спонтанного срабатывания, то есть раком в сжимающихся тисках, светлые такие воспоминания. Дал Тыдыщу команду накачать в псевдомускулатуру максимум дури, разогнал сервопривод до перехода в форсаж, как раз прошли положенные для активации нано-системы живучести пять секунд. Чуть отступил от двери, включил машине полное форсирование и врезал с разворота открытой ладонью – уй-ё-ё-ё-ёй!!! Больно-то как! Ну, вы, Семён Семёныч, и дурак! Всё не уймётесь, понтуетесь, как пацан, позор просто! Надо же было так опозориться – дверь даже не пробил, смял только, стоит зараза бронированная на месте…

– Спасибо, Сёма! – весело воскликнула Фарту, легко хлопнула по двери ладошкой, и та медленно поплыла внутрь. Из закрепов я её всё-таки вышиб.

– Угу, мышка пробежала, хвостиком махнула, блин, а я чуть Тыдыща не покалечил, – пробормотал я, запросив у кибер-системы дроида данные об исправности. – Фух! Ничего не сломалось!

– Ты супер, я б так ни за что не смогла, – восхитилась Фарту, – у меня конструкция слабая.

Мы с Тыдыщем непроизвольно расправили плечи, свысока покровительственно посмотрели на изящную фигурку в жёстком скафандре и пошли вперёд, то есть я пошёл. Оказались в обширнейшем помещении, тесно заставленном стеллажами до высокого потолка. На полках гудели и мигали светодиодами системные блоки, в общем, почти не отличимые от земных аналогов. Фарту сняла с полки ближайший девайс, грубо отодрав шнуры. Сняла, вернее, выломала заднюю крышку и вытряхнула содержимое. Потроха системника зависли прямо перед ней, она принялась шустро выбирать из кучи детали и запихивать в опустевший корпус. Через три-четыре секунды Фарту взялась за следующий, только пустой корпус воткнула на старое место, продолжила трамбовать первый. Через минуту он был плотненько забит, Фара вынула из бардачка скафандра обычный скотч, приладила обратно крышку и ловко обмотала системник лентой. Утратив к нему видимый интерес, она оставила его парить между полок и потащила следующий блок.

Когда Фарту набила местной элементной базой десятую коробку, я неуверенно поинтересовался. – А от того, что мы тут хозяйничаем, ничего важного не сломается?

– Не беспокойся, за движением судов и пассажирами следить уже не зачем, – не оборачиваясь, ответила девушка, – а системы жизнеобеспечения автономные.

– Но здесь столько компьютеров! Наверное, не просто так!

– Просто так, – проговорила она.– Большинство обслуживали новостные и развлекательные ресурсы местной сети,

– Какой сети? – не понял я.

–А! Ты ж не можешь настроиться, – она обернулась, – сейчас подключу, только сильно не увлекайся, пожалуйста.

На обзорном экране появилась красивая заставка, её сменило окно поисковика, почти как у меня было на Земле. Я засмотрелся на рекламные баннеры, непроизвольно выбрал один взглядом. Да… Люди нигде не меняются… Надписей я, конечно, не понимал, звуковой ряд тоже ни о чём не говорил, но сиськи – они и в космосе сиськи. Стало жутковато и стыдно – их обладательницы сотни, если не тысячи лет назад превратились в радиоактивную пыль, а в сети, пожалуйста, доступны для разглядывания. Я как на виртуальном кладбище цветы ставил им лайки, всем подряд, в этой неземной сети они обозначались так же – схематичным изображением улыбки. Им давно уже пофиг, но я торопился, казалось, что Фарту выдерет ещё один сервак, и они погаснут…

– Наверно, хватит пока, – отвлёк меня голос Фарту, – Сёма, помогай.

Мы пошли обратно к дверям, толкая перед собой ящики. У дверей она вручила мне один системник в манипуляторы, обернула его скотчем на раз, но ленту не отрезала, отмотав ещё с метр, и сказала, – теперь неси его к аварийному выходу, только, пожалуйста, не торопись и не дёргай.

Я сделал шаг назад, Фарту уже обмотала следующий ящик, ещё шаг и ещё один сервак прикрепила к гирлянде. Ну, понятно, не пинать же их нам перед собой всю дорогу, тем более через зал ожидания набитый мертвецами. Так и пошёл прогулочным намагниченным шагом, то и дело оглядываясь на вереницу ящиков за собой. Эту гусеницу пришлось тащить по прямой, чтоб звенья не цеплялись в дверях – через диспетчерскую ещё терпимо, там все «сидели», просто поднял коробку над головой и никого не потревожил, а в зале ожидания возникли неприятные моменты.

Не то что Тыдыщ боялся прикасаться к мумиям, я сам чувствовал себя этаким гробокопателем или могильным червем, что тащит добычу прямо через тела в общем захоронении. Я старался как можно осторожнее отодвигать фигуры с дороги, но у них отваливались, то руки с портфелями, то ноги в ботинках, то черепа в очках.

Блевать ещё не тянуло, только всё больше злился на валькирий за то, что не объяснили мне ничего. Они же всё это хорошо знали, предупреждали ведь, намекали… хотя как такое кому-то объяснить на словах, просто не представляю.

Прошёл зал с мертвецами, вышел в служебный коридор, немного успокоился. Недавние сцены сразу перестали восприниматься, как нечто реальное – так, где-то в космосе, далеко от Земли. Правда, я и сам тоже далеко в космосе, но это непринципиально и вообще временно. Да и отвлёкся на другое – дошёл до развилки, а в сторону аварийного выхода из глубин вокзала ковыляет вереница контуженных или, наоборот, гальванизированных к жизни механических зомби. Понятно, валькирии добрались до дроидов, однако путь дальше временно оказался закрыт, пришлось сматывать и укладывать гирлянду ящиков. Вскоре показались погонщицы механического стада.

– А, Сёма! – Увидела меня Грейс, – как прогулялся? Слышала, нашли что-то?

– Ничего особенного, – говорю небрежно.

– Да? Может, плохо искали? – пренебрежительно заметила Мара.– Время есть, можешь ещё поискать.

– Вроде бы, Фарту говорила об отделениях банков, – подала свою реплику Лилит.

Я почти повёлся на их подначки, но тут появилась Фарту. Сама-то она, конечно, ни слова не сказала, за неё мне всё сказал плюшевый мишка, пристёгнутый за лямку розовых штанов к поясу.

– Да что там может быть? – нашёлся я, – местная валюта или дешёвые побрякушки?

– А что у вас в коробках? – ехидно спросила Грейс.

– Элементная база для дроидов, – неожиданно прозвучал голосок Фарту. – Папа Макс указал её в особом списке предпочтений.

– Папа Макс! Ха-ха-ха!!! – загоготали валькирии хором. – Дочка! Так-то не гони!

Фарту, кажется, обиделась, подошла ко мне, прижалась к плечу манипулятора. – Да-а! Если у меня фирменный хард был весь игрушечный и старый, а другого нигде не найти! – она хмыкнула и вкрадчиво обратилась ко мне. – Сёмочка, у тебя есть изолента? Там ещё много осталось таких коробок, только мне их перевязывать уже нечем.

– Лента есть, держи, – Грейс бросила Фарточке моток и сказала к моему облегчению. – Но времени мало, пошутили мы, извини. По плану у нас ещё два лайнера, там наверстаешь.

– А станция? – заинтересовалась Фарту.

– А на станцию мы не успеем, – спокойно ответила Лилит. Я удивлённо обернулся к девушкам. Мара пояснила. – Лучше нам туда не успеть, просто поверь. Мы, конечно, очень постараемся…

– И не успеем. – Притворно вздохнула Грейс.

– Конечно, – сказал я им в тон. Девчата хихикнули, решив, что я с ними согласился. Вообще-то, согласился, понятно, что решили они так не от блажи, не от страха… тем более, если из каких-то опасений – этих девочек напугать может действительно что-то смертельно опасное. Но вот не люблю, когда решают что-то за меня, особенно когда думают, что мне куда-то лучше не лезть и чего-то очень интересного никогда не увидеть…

– Сёмочка, пробей дыру наружу, пожалуйста, – перешла Грейс к следующему вопросу.

– Головой? – спросил на автомате.

– Попробуй головой, – сказала покладисто Мара, – а если не выйдет – из пушечки стрельни.

– А где? – я растерянно огляделся.

– Где заходили, блин, – раздражилась Лилит.

– Большую дыру? – уточняю уже серьёзно.

– Да вынеси нахрен ворота аварийного выхода! – раздался резкий голос Фары, – давайте уже быстрей, хорош валандаться!

Ну, так бы сразу и сказали – нет, развели загадок на ровном месте! Прошёл вперёд, от стены коридора прицелился, поморщился – дистанции маловато, Тыдыща может поцарапать. Отвернулся обзорным щитком в сторону, врезал очередью в три выстрела, самого слегка прижало к стене, осколки отстучали короткую дробь по корпусу дроида. Обернулся посмотреть, что получилось – обломки ворот именно вынесло в пространство – тьма оскалилась щербатой пастью. Воздух, было, рванулся в пробоину, но аварийные двери в коридоре исправно изолировали отсек, ураган стих, не набрав полную силу, а через минуту пропал и слабый ветерок.

Ещё через полминуты в пролом ударил яркий свет прожекторов. Я крикнул. – Фары потушите!

– Извини, – отозвалась Кэш, действительно уменьшив яркость. – Грузитесь быстрей.

Катер завис у самого пролома. Мимо меня гуськом прошли валькирии с корпусами системных блоков в руках. За ними тоже с коробками в манипуляторах следовали дроиды. Девушки шустро пристегнулись к раме, катер начал медленно отдаляться, доиды бездумно шагали в пустоту, держась за ящики. Я словно под гипнозом наблюдал, как вереница роботов уходила в космос.

– А мы? – я, наконец, спохватился. Фарту деловито обмотала меня скотчем за талию, той же лентой обмоталась сама и привязала к корпусу последнего робота. – А мы с тобой полетим в конце.

Она протянула Тыдыщу руку, я осторожно сжал ладошку манипулятором, и мы за ручки вышли в открытое пространство.

Глава 7

График действительно просчитали до минуты – именно столько времени мы отстреливали опасные обломки с момента, когда Кэш ловко вывела катер из-под громадины вокзала, до вхождения в «тень» диска вовремя подошедшей Буханки. Фара ругнулась на «бездарно профуканные двадцать секунд», но всем было ясно, что она не всерьёз, просто так положено. Кэш затормозила у посадочных ворот ангара, валькирии, а следом за ними и вся наша гирлянда, плавно полетели внутрь. Нам с Фарту в ангаре делать было нечего, я обрезал ленту и скорректировал импамами Тыдыща полёт прямиком к катеру. Пока мы неспешно к нему подлетали да пристёгивались, девчонки шустро закончили дела – просто обездвижили дроидов, переведя их на нулевые настройки, и тот час присоединились к нам. Кэш, ни на кого не оглядываясь, строго по расписанию дала маршевым овса – следующая цель уже была различима простым взглядом в слабом свете «солнечного венца» планеты.

Путь к лайнеру занял менее трёх минут, одной разгона и двух на полном форсаже по бредовой траектории а-ля «бык поссал», вернее, Буханка просчитала. Прогулка понравилась только Фарточке, остальным пришлось, стиснув зубы, улыбаться посиневшими губами, ведь маршрут Искин задавала по данным, полученным с нами же установленных дополнительных сенсоров. Пока мы были заняты на вокзале, наша вертлявая тарелка с мозгами от нечего делать засекла опасные обломки в объёме гигантского конуса, вершиной которого сама же и являлась, и решила упростить задачу. Чтоб, значит, сэкономить время, и нам не пришлось стрелять. Что ж, действительно доехали быстро, и стрелять в такой нервной обстановке не получилось бы при всём желании, а что материлась даже обычно сдержанная Кэш – это уже неслужебная лирика.

Нам продолжило везти, девчонки вблизи опознали во «внутрисистемном лайнере» спасательное судно. В принципе, его присутствие на орбите более чем обоснованно, сложнее представить себе в зоне ожесточённых боевых действий пригородную электричку. Спасатель чем-то напоминал авианосец, какими я их представлял по земной фантастике. По форме это был простой эллипсоид самого обыкновенного «дирижабельного» типа, почти по всей его поверхности виднелись открытые аварийные ворота и зияли провалы пробоин.

Валькирии сбросили мне общую схему хуманских спасателей. «Сверху» и «снизу» обычно располагались ангары поисково-спасательных дроидов наподобие нашего катерка. Благодаря форме и обилию выходов их в любой момент можно запускать сколько угодно практически по всем направлениям, что избавляет сам носитель от необходимости совершать лишние маневры.

Они идут через побоище по прямой траектории, уповая лишь на неписанный закон вменяемых военных – по спасателям не стрелять. Здесь же поработали явно невменяемые – самые ужасные пробоины зияли в «средней», «госпитальной» части корабля. В середине, между ангарами располагались небольшой двигательный отсек, рубка управления, жилой отсек экипажа, а всё остальное – госпиталь. Если повреждения по всей поверхности носили явно случайный характер и были получены, скорей всего, от столкновения с космическим мусором, то среднюю часть точно уродовали нарочно и очень тщательно.

– Торпедами херачили суки, – неполиткорректно процедила Кэш, – по две-три в одно место, грёбаные братья по разуму!

– Ну, что ты такое говоришь! – Мягко возразил Док, – торпедами херачили роботы. Лично управляют боевыми машинами люди и другие дикари, а грёбаные братья по разуму только ставят машинам задачи.

– Вон подходящая пробоина, Кэш, рули туда, – распорядилась Фара, «не расслышав» посторонний трёп.

Я посмотрел, куда она указала, тривиально махнув рукой. Да уж, маркировать и передавать изображение этой дырищи не требовалось – наш катерок влетит в неё, как муха в форточку. При подлёте в свете прожекторов я смог различить обломки двух палуб, перекрытий этажей. Кэш «припарковала» катер прямо на среднем этаже среди свободнолетающих гробов, или, если угодно, пеналов размером как раз для взрослого человека.

Мы примагнитились подошвами к палубе, включили фонари дроидов и огляделись в их свете. Рассмотрев пеналы внимательней, подумать, что это местный аналог капсул регенерации, я никак не мог – наша капсула представляет собой довольно громоздкое устройство, относительно малую часть которого занимает отделение для пациента. Эти штуки немного походили на устройство, в котором меня с Земли доставили на Буханку, но даже выглядели они гораздо примитивней. Чего стоят хотя бы механические защёлки и ручки для удобства переноски!

Правда, нужно отдать должное их прочности – ни одна не открылась от взрывов, а взрывалось здесь, судя по всему, знатно. До атаки эти пеналы располагались на искорёженных нынче стеллажах плотными рядами под потолок, а доставлялись сюда по сквозному коридору, видимо, идущему вдоль всего корабля.

По понятным причинам их содержимым никто не заинтересовался – летают, ну и пусть себе, нас не касается. В этот раз Фара и Док реально возглавили отряд – они точно что-то целенаправленно искали. Мы вслед за ними процокали намагниченными подошвами вглубь корабля. Стало ясно, почему пространство здесь разделили палубами – просто чтоб ходить по ним в невесомости. Я обратил внимание, что от взрывов здесь всё оплавилось, но ничего не обгорело, да и не наблюдались характерные для мощной ударной волны разрушения – это настоящий боевой корабль, здесь никогда не было атмосферы. Разрушения произвели только доставленные извне объекты.

Мы прошли по коридору мимо стеллажей с пеналами, и моя догадка получила подтверждение – вместо полок слева и справа начались сплошные стены с тяжёлыми дверями шлюзов. Фарту у ближайшей двери небрежным движением маленькой ручки содрала контрольную панель доступа и проделала уже виденный мной фокус – отстегнула ладошку по запястье и запустила в искрящие внутренности гибкие щупальца. Шлюзовая дверь открылась, я поспешил внутрь в опасении, как бы меня не оставили сторожить снаружи. Никто не возражал, в конце-то концов, в случае чего, пушке Тыдыща без особой разницы с какой стороны разнести преграду.

Шлюзовая камера заполнилась воздухом, система доложила о пригодности атмосферы для дыхания. Открылась внутренняя дверь, лучи прожекторов зашарили по содержимому помещения приличных размеров. Мне удалось разглядеть четыре склепа, или просто больших ящика, извиняюсь за кладбищенские сравнения – обстановка как-то навевала. Пара этих устройств стояли с открытыми дверцами в торцах, куда, наверное, заталкивали людей. Знать бы ещё зачем…

Фара деловито распорядилась. – Девчата, робохирургов в первую очередь, не забудьте только выкинуть вяленое мясо.

В голове мелькнули суматошные мысли: «Хирурги, ага, госпиталь же. Два аппарата закрыты, заняты вяленым уже мясом, мгм». Валькирии явно узнали оборудование, сноровисто взялись за агрегаты. Сорвали крышки щитков энергоснабжения, подсоединив к клеммам пальцы дроидов, подали напряжение. Замерцал голоэкран, побежали неизвестные символы, девчата легко во всём разобрались, ещё и комментировали свои действия для меня.

– Смотри, Сёма, вот это красное – сообщение, что пациенту уже не помочь, а под ним запрос, освободить рабочую область, или пока не надо. – Лилит ткнула пальцем в надпись, – освободить…

В торце распахнулась дверца, наружу выскочили носилки с человеческими останками. Фара вдруг сорвала с шеи мумии цепочку с жетоном, походя отделив череп от туловища, мёртвая голова, вращаясь, поплыла по комнате. Грейс поддала останкам коленом и затолкнула пустые носилки обратно. Фарту и Мара так же освободили второй аппарат.

– Теперь, Сень, жмём на зубчатое колесо в верхнем углу экрана и попадаем в меню основных режимов. – Продолжала умничать Лилит, как ни в чём не бывало. – Что тут написано, пофигу, режимов всего три – лечить, консервация и транспортировка, она обычно последняя. – С этими словами девушка ткнула в нижнюю надпись. Экран погас, дверца захлопнулась, сам аппарат нехотя приподнялся над полом.

– Откуда вы всё про это знаете? – не мог я не спросить.

– Приходилось пользоваться такими, – хмыкнула в эфире Грейс. – Сами туда не попадали пока, а вот знакомых запихивали.

– Ну, на каждой станции такие стоят рядом с прачечными самообслуживания, – подключилась к объяснениям Грейс, – обычно сразу напротив выхода из салуна! Очень удобно, но дороговато – от пятнадцати кредиток за сеанс, да ещё потом таблетки покупать.

– А как же капсулы регенерации? – я снова ничего не понимаю, – они же всё лечат!

– А про нашу капсулу, Сёмочка, – строго произнесла Фара, – лучше никому не знать. Представляешь себе разницу между самым дорогим оборудованием и артефактами?

– Представляю, – промямлил я раздражённо – опять эти загадки!

– Тогда толкай эту штуку к катеру, только двери расстреливать не надо, на выход они срабатывают автоматически.

– А… – хотел я спросить, что будет делать Фарточка.

– А Док потащит такой же, – оборвала меня Фара, – не копайтесь, время дорого.

Я всё-таки немного замешкался, чтоб оглянуться на Фарту. Она подошла к некому пульту в углу, что-то с ним сделала, на его поверхности загорелись символы. Фара вложила в паз жетон, сорванный с покойника, косая жестянка идеально совпала с контурами и слабо засветилась…

Тыдыща сдвинул ощутимый удар в бок. – Ну, что застрял, котокрад несчастный?! – зло проворчал Док, толкая свой аппарат. Я вернулся к порученному делу.

***

Не перетруждая Тыдыща, дотолкал ящик до катера и вместе с Кэш уже привычно обмотал скотчем. Едва закончили с гробиной Дока, в коридоре заметались лучи прожекторов девчонок. В полном радиомолчании связали добычу в гирлянду и отправились за следующей партией. Умничка Фарту к нашему приходу открыла двери следующего бокса, приготовила агрегаты к транспортировке. Я хотел уже сказать, что-то одобрительное, но слова застряли в глотке, когда девочка-дроид протянула Фаре целую горсть жетонов. По комнате ещё плыли черепа и обезглавленные мумии, в углу мягко светился пульт неизвестного назначения…

Чувствовалось, что остальным это тоже не особо понравилось, в эфире стояла угрюмая тишина, нарушаемая лишь статическими разрядами и сосредоточенным сопением. Мы в полном порядке доставили добычу к катеру, повязали. Третий и четвёртый рейсы почти ничем не отличались от предыдущих – те же непонятные манипуляции с жетонами покойников и угрюмое сопение валькирий. С похоронной торжественностью поехали выгружаться. По пути на Буханку немного развлеклись стрельбой, потом выгрузка. Кэш в этот раз загнала катер в ангар, пояснив. – До старта к следующей цели десять минут, можно поболтать.

Я просто для оживления обстановки спросил. – Сколько хоть стоят такие штуки?

– Десятку, если берут, не глядя, – нехотя ответила Фара.

– Да за десятку их, не глядя, с руками оторвут! – почему-то возмутился Док.

– То есть у нас, как минимум, уже сто шестьдесят тысяч? – бодренько уточняю для ясности.

– Угу, – грустно подтвердила Фара.

– Это если не считать дроидов! – зло воскликнула Грейс. – Роботы тянут почти на сотку!

– Да в чём дело-то? – я отбросил церемонии, – что случилось?

– Ещё спрашивает! – фыркнула Фара. Снова я виноват, но это ладно, привычно уже интересуюсь, – что я сделал не так? Главное, когда успел?

– Не обращай внимания, Сёма, ты молодец! – нежно проговорила Грейс. – Просто некоторых тут обуяла жадность!

– Сэм, всё просто, – слово взял Док. – Ты выбил валькириям контракты, и девочки ни в какую не желают погибать богатыми.

– Да причём тут это?! – воскликнула Мара. – Мы просто не успеваем к четвёртой цели!

– Так давайте сделаем её третьей, – попросила – именно попросила Фара!

– Короче так! – Сурово заговорила Грейс. – Третьей целью остаётся лайнер. Как раз когда мы им будем заняты, твоя сраная станция будет проползать неподалёку – можешь сбегать туда сама! Без нас!!!

– Какая станция, с чего вы взяли? – я опять ничего не понял. Док по доброте своей привычно взялся объяснять. – Видишь ли, какая хрень. Станция, судя по всему, оборонительная, она со спасателем – части орбитальной обороны. Сигнала «отбой» не было, просто некому было сказать, что нападение закончилось.

– Да ну её нахер! – вырвалось у меня непроизвольно. – Там точно убьют!

– Есть возможность обойтись без стрельбы, – заговорила Фара. – Попробуй представить себе, что делают во время боя спасённые пилоты? Куда они направляются из госпиталя?

– Обратно в бой, конечно, – я попытался пожать плечами под бронёй Тыдыща.

– Те мумии, что мы выкинули из робохирургов, и есть такие пилоты. По данным спасателя теперь они возвращаются в строй на ближайший объект обороны…

– Жетоны! – до меня дошло. Фара кивнула и продолжила разъяснения. – У нас схожая кодировка, Фарту удалось внести собственный идентификатор в список дроидов корабля. Понятно, что она стала единственным исправным дроидом. Когда «спасённых» набралось достаточно, получила приказ отвезти их на станцию, ту самую, что будет проходить неподалёку. То есть велика вероятность, что остатки защитных систем станции примут нас за своих.

– Если на спасателе и станции ещё действуют системы связи! – заметила Мара.

– Если эти остатки защитных систем не перешли в автономный режим «мочить всё, что вижу»! – добавила Лилит.

– А если всё работает, на станции нас ждёт идентификация по данным с жетонов – автоматика точно шутить и сомневаться не станет. – Подытожила Грейс. – Иди-ка ты, родная, туда сама…

– Или нахер! – фыркнула Лилит.

– Последнее предпочтительнее, – по-доброму посоветовала Грейс.

Фара ничего не ответила, она промолчала весь путь к третьей цели, никак не отреагировала даже на восторженный вопль Лилит. – Вот это повезло!

Честно говоря, совсем не понял, чем вызван её восторг, мы подлетали к какому-то сигарному окурку или неровно откушенному огурцу, скорей всего, давно не чищенными зубами.

– Это не лайнер! – заметив моё недоумение, азартно заговорила Мара, – или лайнер, но точно не внутресистемный!

– Звездолёт! Просто не верится! – воскликнула Грейс.

–А что такого-то? – я ухмыльнулся. – Эка невидаль – звездолёт в космосе!

– На орбите, – задумчиво заговорил Док, – звездолётам в обороне нечего делать. Разве что попытаться на нём удрать или…

– Или прилететь сюда? – насмешливо договорила Фара. – Тогда кому-то не повезло – это же аварийная отстыковка гипердвигателя. Кстати, оправданная отстыковка, вон как его припекло, движок-то рванул.

– Это неважно, главное, что всё тогда упрощается. – Заметила Кэш. – Даём аварийный сигнал, и по законам Содружества автоматика обязана открыть ворота.

– А если там есть кто-то живой? – заинтересовался я.

– Сёма! – Фара умудрилась покачать головой в шлеме. – Если бы ты выжил в таких обстоятельствах, что бы сделал в первую очередь? Наверное, заорал бы на всю систему: «Помогите»?

– Сигналов нет, значит, это местный, кто-то пытался удрать… точно – вон ворота открыты, все покинули корабль. – Кэш прекратила облёт и уверенно направила катерок прямиком в тёмную тушу этого космического кита. Она намётанным взглядом как-то сумела разобраться в хаосе выхваченных прожекторами из тьмы причудливых картин, то ли следов разрушений, то ли инженерного бреда.

Пролетели через широченное отверстие правильной прямоугольной формы. Грейс скинула предположительную схему корабля – снова ничего сложного, всё предельно логично. Обычный баклажан, разделённый на дольки поперечными палубами с общим тоннелем по оси. В самом «нижнем» уровне ангар, в котором мы припарковались. «Выше» по идее должны быть хранилища, система жизнеобеспечения, жилые помещения и рубка управления.

Валькирии, я и Фарту направились к колонне в центре ангара. Вошёл в открытые «лифтовые» двери, огляделся в кабинке, упёрся манипуляторами в потолок и задал режим гидравлического домкрата. Крышка не продержалась и секунды, унеслась вдаль. В шахте царил космический вакуум, так что Тыдыщ без помех под действием реакции опоры стартовал следом, не удержавшись на магнитных ботинках.

Лечу себе, только обзорный блок с головой задрал, чтоб смотреть, куда лечу в невесомости. Валькирии ни словом не прокомментировали, как будто так и надо. С полминуты пролетал мимо открытых выходов на палубы, но интересно же, что в самом конце – только увидев в свете фонарей дроида новый «потолок», затормозил тривиально манипуляторами об стенки. Тут в Тыдыща что-то влепилось прямо под импамы. Фарточка, конечно, прыгнула за мной следом.

Странно, на последнем этаже выход оказался закрыт даже с виду бронированной дверью. Манипуляторы Тыдыща решил поберечь, достал термический заряд, прикрепил, активировал. Прожечь броню он не смог, да это и ни к чему, главное, за доли секунды раскалил до белого свечения. Я прислонился спиной дроида к стене шахты и врезал опорами в дверь. По ней пошли трещины, композитная она, что ли? Ещё удар и ещё… блин!

Обломки швырнуло в меня с силой взрыва – в отсеке была атмосфера. Обшивку Тыдыща немного поцарапало, а Фарту хватило ума держаться от нас на три метра ниже, её не зацепило. Зато, как за минуту улетучился воздух, нам ничто не мешало Вогти, чем мы сразу и воспользовались.

Сначала попали в небольшое помещение, примерно с рубку Буханки. Чтоб его полностью осветить, мне достаточно было направить лучи фар в невысокий потолок. С первого взгляда ничего интересного – несколько перегрузочных кресел, две стены – плоская, с тремя открытыми выходами, через один из которых, центральный, мы и проникли, и закруглённая, почти сплошь занятая тёмными голопроекторами с полу до потолка. Нормальная ходовая рубка, управление, наверное, как у Буханки, только без имплантов – голосовое и зрительное, во всяком случае на мои импланты никаких запросов не поступило. А может, местный искин или сдох уже, или пока в коме.