Текст книги "Сафари (СИ)"

Автор книги: Алексей Широков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Вся схватка с охранной системой базы не заняла и пяти минут и принесла много пищи для размышлений. Например, насколько широкая защитная полоса “живых” джунглей вокруг базы, получили ли ушастые информацию о гибели своих охранников и так далее. Но отказываться от спасения Яны я не собирался. Но на всякий случай решил оставить ещё пару сюрпризов для местных обитателей. И снова мне на выручку пришли личные наработки Рика, который ужасно любил подобные штуки, за что и был прозван Отморозком.

Каждую тушу дохлой химеры я пронзил двумя ледяными кольями, густо украшенными рунами, таким образом, чтобы внутри они встретились острие к острию. Через десяток секунд ничего не намекало на возможную угрозу от трупа, пусть необычного, но всё же животного. Однако на самом деле теперь это была мина, взрывающаяся при прикосновении и окатывающая округу едкой кислотой. Конечно, во влажных джунглях, где постоянно кто-то кого-то харчит шансы, что сработает эта ловушка на враге, а не на местном падальщике, были не так уж велики, но пара опытов, которые я провёл уже тут, говорили, что и звери и насекомые стараются подобные “нафаршированные” тушки обходить стороной и трогают их лишь при самой критической ситуации, что сейчас мне было только на руку.

Наконец, закончив с сюрпризами, я таки сумел своими глазами увидеть где обосновались длинноухие вивисекторы. Тропа выходила на вполне приличную грунтовую дорогу, а вот за ней, на эдаком полуострове, кривым клином втыкающимся в русло великой реки Конго, было расположено небольшое поселение, в котором деревенские хижины, крытые пальмовыми листьями и мало чем отличающиеся от шалашей, соседствовали с добротными кирпичными домами.

От остального мира база была отгорожена невысокой живой изгородью, в которой, однако, я без удивления разглядел шипастые лианы, проявившие столь не свойственную нормальной флоре активность с целью поимки меня, любимого. А возле видимых с моей точки зрения ворот, толклись пара обычных, не мутировавших от Проклятых Камней Душ, аборигенов. Вряд ли их задачей была именно обеспечение безопасности, скорее всего, они представляли собой обычную ширму, а настоящий охранник сидел где-нибудь внутри, показываясь по необходимости. Тем не менее шум поднять эта парочка могла, да и вообще следовало для начала понаблюдать за происходящим, а не кидаться в лихую атаку с шашкой наголо.

Вот поэтому я уже битый час сидел на развилке какой-то пальмы, максимально укрывшись её листвой и разглядывал эльфийскую базу, прикидывая где могут держать Яну, как её оттуда достать и куда потом бежать. Всё сходилось к тому, что скорее всего девушка находится в самом крупном, центральном кирпичном здании, единственном двухэтажном строении в округе. Именно из него выходили редкие ушастые, чтобы отдать распоряжение суетящимся неграм, по всей видимости обслуживающему персоналу базы.

Ещё минут двадцать назад я понял, что в дальнейшем наблюдении нет смысла, но отвёл себе ещё контрольные полчаса, чтобы убедиться в этом окончательно. Заодно и прикинул порядок действий, а так же, аккуратно сняв уже порядком мне надоевшее “Зеркало”, просканировал округу на предмет выявления Верных. Безумием, выдающим мутантов с головой, явно тянуло как от ворот. Немного поднявшись по стволу, скользкому от покрывавшей его тонкой ледяной корочки, а без предварительной обработки морозом я тут ни к одной пальме даже не приближусь, не то что бы залезть на неё, сумел таки разглядеть довольно большой сарай, ну или хижину, они тут были на одно лицо, скрытый живой изгородью.

Теперь становилось понятно наличие полусонных аборигенов в охране ворот. Когда в любую секунду по свистку можно вызвать двоих-троих из ларца, одинаково злых и способных оторвать все выступающие части тела нарушителю менее чем за пяток секунд, заботиться о внешних атрибутах как бы уже и не надо.

Гораздо слабей, но скорее всего из-за расстояния, тянуло эмоциональным хаосом с другой стороны базы. Туда я не ходил, боясь привлечь внимание охраны, но по логике можно было предположить наличие там вторых ворот, коль уж дорога шла вдоль всей так сказать “материковой” части логова перворождённых. Ну и наличие там ещё одного шалаша-барака, для монстров в человеческом обличии было вполне обосновано. Всё же эльфы были не полными идиотами. А жаль…

Осмотревшись в последний раз, сверяя верно ли я запомнил расположение всех объектов, я решительно спрыгнул с дерева. Пора было начинать танцы. И первым на очереди были Верные, как наиболее опасные из видимых угроз. Проситься пустить меня на территорию я даже не стал. “Дыхание мороза” превратило живую изгородь на протяжении пары метров в хитрую ледяную скульптуру, а “Ядро” разнесло застывшую растительность вдребезги, обеспечив мне комфортный и безопасный проход.

Даже не глядя на перепуганных стражей ворот, взиравших на меня с ужасом, словно на бога мести спустившегося с небес для наведения порядка, я всадил серию игл в сараюшку, укрывающую мутантов. Дикий рёв колыхнувший листву пальм, подсказал, что я не ошибся в своих предположениях. И следующая серия зарядов, наведённая по звуку, поставила точку в мучениях мутантов. И вовремя.

Ибо точно такая же хижина на другой стороне базы просто взорвалась брызнувшей в разные стороны щепой, выпуская на волю троих рукотворных монстров, бывших когда-то людьми. Вообще, масштабы организации, а точнее количество использованных ими Проклятых Камней поражали. Но если верить рыжему Антошке, готовились ушастые к этому пару десятков лет, так что могли накопить запасец. Другой вопрос, что деятельность наших спецслужб проморгавших всё что только можно, требовала полного реформирования. Как по мне,так их просто нужно было всех разгонять и готовить новую организацию с нуля.

Пока в голове одним потоком сознания крутились мысли о судьбе Империи, другая часть разума, подстёгнутая разгоном, уже просчитала траектории движения мутантов, а руки сами сложились в позу формирования наиболее действенной техники. Вот, только раньше я её кроме как на полигоне нигде не испытывал, да и там пробовал всего пару раз. Тем не менее, сложенные вместе кисти, в жесте, которым я запускал свои ледяные иглы, начали расходиться, а между ними стал формироваться тонкий, плоский блин, с острыми даже на вид кромками.

И стоило Верным оказаться на одной линии, как этот диск сорвался с рук одним махом преодолев оставшееся между нами расстоянии и унёсся дальше, скосив часть живой изгороди и разрезав пополам дальние ворота. А в десятке метров от меня выли и катались по земле, заливая её хлещущей во все стороны кровью, мутанты с отсечёнными выше колен ногами.

Те из работников, кто ещё не понял, что происходит нечто из рядя вон выходящее, всё же действовал я на ускорении, чтобы сравнятся с изменёнными Проклятыми камнями в скорости, испарились ещё до того как затихло эхо, от криков добитых мною подранков. Казалось даже вездесущие насекомые решили держаться отсюда подальше, что, в принципе, мне было только на руку.

Не задерживаясь более я прямиком отправился к главному зданию, попутно короткими импульсами сканируя окрестности. С одной стороны, это открывало меня перед эльфами, гораздо лучше меня владевшими псионикой вообще и эмпатией в частности. С другой – позволяло не получить ментальный удар как в гостинице, натолкнувшись на затаившегося безумца. Ну а с ушастыми я надеялся что сумею разобраться.

Как оказалось они думали примерно так же. Кроме основного двухэтажного кирпичного строения в поселке был ещё с десяток различных домов и лачуг, разбросанных по территории без какого-либо видимого плана. Эмпатия исправно сигнализировала то об одном, то об другом перепуганном аборигене , затаившихся в них, и старающихся даже не дышать. Поэтому, в повисшей над селением вязкой тишине скрип двери у меня за спиной мог означать только одно – опасность!

И вновь, как и давеча, на тропе, рефлексы оказались быстрее мысли. И ушастый, обряженный в шорты с накладными карманами, рубаху цвета хаки и пробковый шлем, не успев поднести духовую трубку ко рту, завалился на спину, корчась в конвульсиях. Шанса выжить с развороченной ледяным штырём грудиной у него просто не было. Получилось удачно, для меня по крайней мере, но в то же время этот случай показал, что надо заканчивать как можно скорее. Всё таки я устал, установка мин и ловушек сожрали приличную часть маны и, судя по ощущениям, у меня хватит запасов энергии на, от силы, десятка два выстрелов “рейлгана”, то бишь запускаемыми силой Лоренца иглами металлизированного льда. А потом я просто вырублюсь.

Значит надо переходить на менее энергоёмкие техники и действовать быстрее. Ещё раз внимательно осмотревшись и убедившись, что желающие плюнуть в меня, или сделать ещё какую-нибудь глупость отсутствуют, я двинулся по прежнему маршруту. Моей целью была дверь с торца здания. Всё же заходить в него через парадный вход я посчитал наглостью граничащей со слабоумием. Ну типа как у ушастых, в век огнестрельного оружия, дальнобойной артиллерии и тяжёлых бомбонесущих дирижаблей воевать с помощью химер, ядовитой флоры и духовых трубок.

Но и особо осторожничать я не собирался. И хлипкая дверь разлетелась в щепу от попадания ледяного ядра приличного размера, открывая проход и, заодно, нейтрализуя возможную засаду. Единственное, я не ожидал, что в ней сидеть будут не разумные существа, а пара уже знакомых мне чешуйчатых псов, одному из которых запущенный мной снаряд повредил позвоночник, а его более удачливый товарищ прожил аж на две секунды больше, всё так же бесшумно бросившись на меня и буквально пришпиленный к стене тройкой шипов, которые я держал наготове именно ради такого случая.

Короткие взмахи тао, что я сделал пока сидел на дереве и наблюдал за базой, пустив на обмотку рукоятей и перевязь свой костюм, прервали мучения животинок, а тушки, по уже сложившейся традиции, послужили основой для ловушек в стиле Рика. И закончив с приготовлениями, а один труп химеры, ставший кислотной миной я уложил таким образом, что любой сунувшийся в проход обязательно её зацепит, просто не заметив в царящем тут полумраке, который после жгучего африканского солнца казался темнее ночи, я уверено направился по лестнице на второй этаж. Весь мой небогатый опыт говорил, что начальство, какой расы оно бы не было, будет стараться забраться повыше. А ведь гораздо проще поймать ушастого бонзу и выбить у него место расположения Яны, чем обшаривать все закоулки базы.

Второй этаж встретил меня дверью с кодовым замком. Видимо “перворождённые” не жаждали видеть аборигенов в своих апартаментах, что в принципе было вполне логично, если вспомнить об их закидонах с превосходством длинноухой расы над всеми остальными. Скорее я удивился, что они вообще местных пустили в это же здание. Но на этот раз стремление оградить своё жизненное пространство от “низших” сыграло с эльфами плохую шутку. Лёгкий удар электрическим током открыл мне путь в логово “вивисекторов”.

Из небольшого тамбура, куда я попал, вели ещё две двери, прямо и налево. По моим прикидкам, лестница была расположена с торца здания не просто так, а чтобы выходить как раз на середину второго этажа, поэтому можно было предположить, что отсюда можно было попасть в центральный коридор и подсобное помещение. Не то чтобы я собирался оставить хоть одну комнату без внимания, но и без понимания откуда начинать и где может грозить опасность было хреновато.

А так, я аккуратно приоткрыл левую дверь, убедившись в своей правоте. Корзины с грязным бельём, окошко, закрытое металлической крышкой, то ли ведущее в мусоропровод, то ли наоборот, в какой-нибудь кухонный лифт, а от снобов именуемых себя “перворождёнными” ожидать можно было чего угодно, короче тут не было ничего способного меня заинтересовать. Ну может только содержимое одной из куч, в которой виднелся белый лабораторный халат явно выпачканный кровью. Даже то, что она уже давно свернулась особого облегчения мне не принесло. Ушастые мясники продолжали свои эксперименты. И у них в руках была Яна.

Последняя не обследованная дверь была тщательно обита металлическими листами и плотно прилегала к косяку. Кроме того закрывалась она, по всей видимости изнутри на механический засов, потому как не было ни замочных скважин ни клавиатуры, вообще никаких следов того, что её можно было открыть снаружи. И лишь тщательный осмотр позволил сориентироваться где у неё петли.

Шуметь, выбивая внезапную преграду мне было особо не с руки. А вот проморозить металл так, что оказалось достаточно приличного удара плечом, и створка, громко хрустнув, повисла на язычке засова, это было по нашему. Ухватив за край и ещё надавив, я просто выворотил полотно из косяка, успев при этом подхватить и прислонить к стене чтобы оно не грохнулось об пол.

Как я и предполагал, передо мной был коридор из которого уже можно было попасть в остальные помещения. Единственное немного напрягало их расположение. Точнее то, что по левой стороне расположились четыре двери, а по правой – всего одна. Хотя, стоило посмотреть на их отделку, как всё становилось ясно.

Резные панели створок, из дорогих пород дерева, как, впрочем, и во всём коридоре, намекали на жилые комнаты. А вот строгая лаконичность металла, окрашенного к тому же в белоснежный цвет, и размеры через которые легко бы прошёл Верный – это явно была лаборатория. Кроме того с торца виднелась ещё одна громадная дверь, явно предназначенная для доставки материала, живого или мёртвого.

На шум никто не вышел, хоть я специально подождал, баюкая в руках пару острых ледяных кольев. Но раз хозяева не спешили встречать дорогого гостя, придётся идти к ним самому, благо я не гордый, сам найду, сам убью. И начну, пожалуй по порядку, против часовой стрелки. Как раз лаборатория останется на закуску. У меня на неё были кое какие планы, из разряда пакостей придуманных Риком. Пусть тот кто натолкнётся нет-нет да вспомнит обо мне тихим не злым словом.

Вот чего у ушастых было не отнять, так это чувства стиля и умения обустраивать быт таким образом, чтобы создать очень высокий уровень комфорта. Даже беглый осмотр жилых комнат не оставил меня равнодушным, хотя, казалось бы, меня, каждую секунду ожидавшего нападения и от этого постоянно находящегося в напряжении, меньше всего могут заинтересовать стулья и шкафчики, если только в них не прячется противник. И тем не менее, даже это, по сути, временное общежитие, эльфы сумели превратить практически в произведение искусства.

Каждая комната мало того, что была оформлена в своём стиле, большинству которых я и названий-то не знал, так ещё была поделена на спальные и рабочие зоны. Причём, несмотря на то, что жили они по двое – трое, места хватило всем. Ну а уж из спальни руководителя, а в одиночестве мог проживать только начальник, вообще сотворили кусочек летнего сада, искусно переплетя отделочные материалы с живыми растениями.

И это не выглядело аляповато, чем зачастую грешила аристократия Империи, особенно из родов, недавно получивших статус. Их стремление выглядеть “бохато”, нацепив на себя побольше золотых побрякушек, а на стены навешав побольше картин, гобеленов, старинного оружия, да вообще чего угодно, но чтобы смотрелось дорого, вызывали лишь тошноту и не более. За время учёбы я успел насмотреться на таких особ.

Хорошо хоть мои девочки имели прекрасное чувство стиля, так что оформление нового дома я отдал им ничего не опасаясь. Хотя, положа руку на сердце, предпочёл чтобы этим занялась Сая. Вот уж кто даже пустой бетонный подвал Крепости, где располагалась её лаборатория, совмещённая с жильём, сумела превратить в уютное гнёздышко и вполне комфортное рабочее место, не навивающее мысли о застенках. Но Снегурочка, которой я честно сознался в том, что связывает меня с миниатюрной алхимичкой, и так на неё волком смотрела, а стоило бы мне хоть заикнуться об участии эльфиички в ремонте – съела бы её живьём. Тигра отнеслась к моим откровениям спокойней, но тоже уступать выбитое в тяжёлых боях с Ингой право разработать дизайн кабинета не собиралась.

Кроме чисто эстетического удовольствия из быстрого обыска жилых комнат я вынес ещё и кое какую информацию. Во-первых, примерное количество ушастых. Конечно возможно, что тут жили лишь начальники, высшее и среднее звено, так сказать, а обслуживающий персонал, то бишь рядовые эльфы, обитали где-нибудь ещё, на территории были пара кирпичных зданий, подходящих для этих целей. Им бы вряд ли доверили Верных, а пока относительную опасность для меня представляли лишь они. Антошка, кстати, что-то такое упоминал, когда отговаривал меня сюда идти типа если бы у него был доступ к мутантам, он меня ещё бессознательного бы уже на аэропорт утащил.

Элементарно сложив спальные места я получил девять погонщиков. Из них можно было смело вычитать крокодилофоба со товарищи, то бишь троих, отправившихся нас искать и имеющих все шансы вляпаться в оставленные мной сюрпризы. Так же можно было не учитывать самого главного босса. Вот он уж точно не будет бегать со свистком, командуя бешеными громилами. Правда я рассчитывал встретить его здесь, но у меня осталась ещё не осмотренной лаборатория так что шансы были. В итоге оставалось пятеро неизвестно где шляющихся эльфа, при поддержке примерно пятнадцати мутантов, ну из расчёта один к трём. Многовато, но ведь ждать тут я их не собирался.

Второй вывод был не так очевиден, но из увиденного становилось совершенно ясно, что существуют налаженное транспортное сообщение между этой базой и Валинором, ну либо каким-то промежуточным звеном, местом, где ушастые окопались всерьёз и надолго. В пользу этого говорили и предметы роскоши, доставить которые сюда иным способом не так-то просто, а так же сам факт нашего захвата.

Наверняка осторожные эльфы пошли на этот шаг имея возможность увезти нас отсюда как можно дальше, чтобы исключить шанс возрождения в местном Храме Жизни. Иначе вся затея грозила обернуться против их самих же. Одно дело возня с “оранжевыми” революциями, поддерживающими видимость волеизъявления местного населения, другое – покушение на жизнь и здоровье родственницы императора. Тут уж никто даже переговоров вести бы не стал, просто раскатали бы в тонкий блин всех, не деля на правых и виноватых. Да ещё и в гости на родину эльфов заглянули бы, передать пламенный привет в виде ковровых бомбардировок. А по другому никак, свои не поймут.

Но это всё была лирика и жвачка для ума, так сказать. Конечно, когда выберемся, я сообщу об этом куда следует, но пока нужно было вернуться к чисто практическим вопросам, то бишь отыскать девицу-красавицу и свалить с ней и рыжим Антошкой к своим. А значит настало время посетить лабораторию местного доктора Моро.

Дверь в неё внушала. Такие я видел на земле, в разных торговых центрах, там они назывались противопожарными. Чистый металл, насколько я понимал ещё и усиленный рунами, мощный косяк, глубоко заанкерёный в стену, короче выбить её было ой как не просто. Ещё присутствовал электронный кодовый замок, старший брат того, что я так легко ломанул на входной двери. С этим такой номер точно не прошел бы, и скорее всего лишь вызвал бы срабатывание сигнализации. Короче преграда передо мной стояла серьёзная и я решил воспользоваться одним хитрым трюком которому научился у егерей – позвонил в электрический звонок, кнопка которого располагалась справа на стене.

Больше всего я опасался, что там никого нет, но почти минута непрерывного трезвона принесла свои результаты. Пискнул разблокированный замок и дверь распахнулась, являя передо мной взбешённого ушастого в белом медицинском халате и перчатках, заляпанных кровью.

– Я сколько могу повторять вам, тупицы… – экспрессивная фраза на эльфийском была прервана точным ударом в челюсть с правой.

После возрождения, пока я восстанавливал форму, мы с девочками замеряли насколько я могу ускориться после поглощения Камня, полученного мной за Турнир. Выходило где-то в два, два с половиной раза. Но сегодня я явно побил свой рекорд. Ураганом метнувшись внутрь, по пути подхватывая падающее тело и другой рукой захлопывая дверь, я заскочил за ширму, разделяющую довольно большой зал, надеясь что девушке ещё можно помочь.

Открывшаяся картина подействовала на меня словно удар кувалдой в лицо. Несмотря на двух имеющихся невест и крайне близкие отношения с одной из них, глядя на Растопчину невозможно было избавиться от чисто физического влечения к ней, уж больно Яна была хороша. На это способны были лишь титаны воли, типа нашего атташе или старики, уже перешагнувшие черту, хотя терзали меня смутные сомнения и насчёт первых и насчёт вторых, что ни один из них не отказался бы взглянуть на обнажённые прелести красавицы.

Но только не в том случае, когда девушка привязана к какой-то то ли тахте, то ли креслу, удерживающей её ноги широко разведёнными, в рот вставлен кляп, а в другой орган, тоже имеющий губы, какие-то железяки, открывающие доступ в самую глубину её естества. При этом потёки крови на инструменте намекали, что это как минимум причиняет Яне физическую боль. О моральной травме не хотелось даже и думать.

Из оцепенения меня вырвало громкое мычание. Растопчина была в сознании, и теперь грозно глядя на меня зарёванными глазами, дёргала головой и руками стремясь мне что-то сказать. Решив, что выслушать её я всегда успею, первым делом выхватив тао, срезал путы на ногах и руках. Точнее перепилил. Уж не знаю из чего их делали, капрона то из-за отсутствия нефти в Аркании не было, но материал был плотным и резался с большим трудом. Так что пока я прошёл по кругу и закончил с правой ногой Яна уже сумела избавиться от кляпа, но продолжала всхлипывать не делая попыток подняться. А стоило мне попытаться её помочь, как её маленький но крепкий кулачок едва не угодил мне в глаз.

– Идиот!!! Вытащи из меня эту херню! – глаза блондинки метали молнии.

– Э-э, – слова подбирались с трудом. – Это. Может ты как-нибудь сама?

– Как я сама, кретин?! – “Лезвие ветра” просвистело мимо моей головы разнеся какой-то стеллаж. – Я даже приподняться не могу. Делай давай.

Видимо боевой задор закончился, потому как на последних словах Яна снова заревела.

Что могу сказать – к такому жизнь меня явно не готовила. Я, конечно, слышал поговорку, дескать учись на гинеколога и руки в тепле и деньги в кармане, но сам никогда тяги к подобному не испытывал. Даже в мыслях. Поэтому не сразу разобрался чего там надо крутить, ведь просто так выдернуть эту хреновину был тоже не вариант. От Растопчиной тоже толку было мало, она продолжала всхлипывать закрыв лицо руками и на мои слова не отзывалась.

Пока боролся с проклятой железякой, в голову, всё той же кувалдой ударило осознание, что я конкретно так попал. Конечно, я понимаю, что находясь между ног красивой девушки и проводя манипуляции с самым интимным органом, как-то поздняк метаться. Но я то тут был лишь с самыми благими целями. Да, я могу подтвердить, что Яна натуральная блондинка, и что среди молодых аристократок есть мода на интимные причёски, ну как минимум среди тех двух которых мне довелось видеть в неглиже, но я же не виноват.

Другой вопрос будут ли разбираться её родители, а главное, Снегурочка и генерал Мороз. Причём свою невесту я как бы опасаюсь даже больше, поскольку уже наслышан какой стервой она может быть. Так что о безопасности своей любимой шкурки следует позаботиться заранее и лично я вижу всего один способ. Точнее того, на кого можно перевести стрелки так сказать народного гнева и кого не жалко. А значит нужно дотащить его целым и невредимым.

Мысль оказалась верная, ибо стоило мне отбросить проклятую железяку, освободив, наконец, от неё девушку, как она тут же вскочила, с ходу зарядив “Лезвиями ветра” с двух рук по лежащему на полу битой тушкой вивисектору. Благо я ожидал чего-то подобного, да к тому же от долгого лежания у Яны затекли ноги, так что обе техники попали в оперативно поставленный щит. А вот следующие полетели в меня, да ещё со звуковым сопровождением, дескать все мы мужики козлы.

Увернуться было нереально, скорость с которой Растопчина формировала техники потрясала, всё же возможно, прозвище Леди Ветра она носила по праву. Пришлось ставить малый динамический щит и под его прикрытием буквально прыгнуть на девушку, сбивая с ног и прижимая к полу. Удары прекратились, но началась истерика с визгом, попыткой выдрать глаза и укусить. Получив пару кровоточащих царапин через всё лицо и чёткий след от зубов на плече я таки решился, навалившись на Яну всем телом и успокаивая древним как мир способом, ну лайт версией, разумеется, то бишь поцелуем.

От ощущения, что я подписал себе смертный приговор ледяные мурашки строем промаршировали по моей спине от шеи к копчику, заставив передёрнуться. Но главное, что цель была достигнута, и, кусанув меня на последок за губу, девушка отдалась таки процессу.

Немного погодя я перевернулся, усадив блондинку к себе на колени. А то предыдущая поза уж шибко будоражила кровь, хотя надо быть последней скотиной чтобы приставать к ней после всего что она пережила. Но и лежать голой попкой на холодных плитках пола не самый лучший вариант. А так устроившись поудобнее Яна самозабвенно целовалась, полностью перехватив у меня инициативу.

Должен сказать, что на удивление та же Тигра была в этом вопросе гораздо более опытная. Хотя, скорее всего, сейчас девушка просто старалась обрести хоть какое-то душевное равновесие и не думала о получении удовольствия. Мне же оставалось лишь аккуратно придерживать её ожидая когда она успокоится. И к чести Яны, как будущего дипломата, она довольно быстро взяла себя в руки, но ещё некоторое время сидела просто уткнувшись лицом мне в грудь.

– Ты как? – понимаю что глупее вопроса придумать невозможно, но и молчать уже сил не было.

– Замечательно, блин. Всю жизнь, знаешь ли, мечтала лишиться девственности с помощью железяки запиханой в меня эльфом-садистом. Ночей не спала, все глазоньки проглядела, где же ушастая радость моя шляется. – уж что что, а стервозность вернулась к девушке в полной мере, хотя она сама понимала что перегибает палку. – Извини, у меня сейчас такое состояние что просто хочется убивать. Но эту тварь ты же не дашь мне тронуть?

– Ян, я…

– Да не оправдывайся. Я всё прекрасно понимаю, – Растопчина отвернулась, якобы оглядывась по сторонам. – Халат то у него можно позаимствовать? Мою одежду он прямо на мне на куски порезал.

– Так, слушай меня внимательно, – я ухватил девушку за подбородок, заставляя посмотреть мне в глаза. – Сейчас наша задача выбраться из этой передряги. Вот и будем решать проблемы по мере их поступления. Этот урод мне нужен поскольку знает очень много ценной информации. А что касается нас с тобой, когда доберёмся до ППД, сядем и спокойно поговорим. Пусть покажусь тебе сейчас скотиной, но я уже связан обязательствами и не могу бить себя в грудь, что приму на себя любую ответственность за произошедшее. Но и отказываться от того что было не собираюсь. Так что если меня сразу не прибьют твои родные или мои невесты у нас ещё будет возможность разобраться в наших отношениях.

– Хмм… хорошо, подождём до ППД, – а вот то что Яна так быстро согласилась, мне совершенно не понравилось, как и мелькнувшие в её глазах хитрые искорки. – Так что с халатом, или мне так идти?

Уж лучше было бы сразу пережить истерику, это было бы понятно, а значит управляемо. Теперь же я совершенно не знал чего ожидать. Поэтому, тяжело вздохнув, пошёл вытряхивать эльфа из порток.

Ну что я могу сказать, на Яне белоснежная, почти прозрачная ткань смотрелась не как одежда, а как костюм их секс-шопа. Вот казалось бы, только что я видел девушку не просто в неглиже, а в настолько пикантной позе что уж куда дальше, так нет. Стоило ей нацепить эту, почти ничего не скрывающую тряпочку, как моё либидо тут же дало о себе знать. А в большом зеркале, чудом уцелевшем под воздушными ударами отразилась шикарнейшая картина – до боли эротичная медсестра, сверкающая шикарным телом, и эдакий мачо, голый по пояс, в штанах от строгого костюма, когда-то лакированных штиблетах, донельзя грязный и с ледяными тесаками на самодельной перевязи, в которой ещё угадывается пиджак. Ну и по всем канонам бульварного чтива, такой дикарь должен обязательно завалить медсестричку на ближайшую кушетку с целью проведения оздоровительных процедур, так сказать.

Судя по заалевшим щекам, хорошая девочка из приличной семьи не была чужда подобным опусам. Пришлось, в который раз тяжело вздохнув и представив, сколько уйдёт на это времени, вести её в нумера, но не с той целью, которая обычно под этим подразумевается. Просто эльфы, ну за исключением Антошки, все как на подбор были щуплыми и стройными, вот я и отдал Яне на разграбление их жилые комнаты, глубоко в душе надеясь что это не затянется на три дня, но при этом сам себе не веря.

Растопчина управилась за тридцать пять минут, заслужив моё безмерное восхищение. Но было видно, что она буквально с кровью отрывает взгляд от кучи вещей, вываленных в центре самой большой комнаты. Ну и конечно, не обошлось без маленькой такой сумочки, где-то полметра на полметра, которую Яна приволокла, глядя на меня громадными жалобными глазами а-ля Кот в сапогах из Шрека.

Причём мои аргументы что это мужские вещи отметались с ходу, дескать ты ничего не понимаешь, там такой фасон, тут главное привезти образец. При этом сама девушка была живым доказательством, что эльфийские вещи вполне достойны, что бы их носили аристократки Империи. Нарядившись в белую блузку, с трудом застегнувшуюся на груди и узкие штаны на подтяжках, она выглядела очень даже элегантно. Сапожки, сидящие как влитые на девичьих ногах, были подобраны в цвет и дополняли картину.

Короче мне проще было сдаться, и приладить чемодан на спину наконец очнувшегося эльфа, благо я успел его обыскать, связать руки и соорудить кляп из уже не нужного халата. Элгол, а это был именно он, к роли носильщика отнёсся с неодобрением, но во-первых его никто не спрашивал, а во-вторых, пара ударов в живот и обещание отдать на расправу Яне, изредка кровожадно посверкивающей глазами в его сторону, махом примирили высокого начальника с новой реальностью.

Так мы и двинулись в путь, впереди Растопчина, за ней тяжело гружёный эльф, ну и замыкающим шел я, заодно контролируя поведение ушастого Моро. Поначалу, ну то бишь пока мы спускались по лестнице, всё было нормально, даже непривычный к физическому труду учёный умудрился не упасть, хотя его ощутимо мотало от “самой малости вещичек”, собранных предприимчивой девой. А вот в дверях вышла затыка. Яна, идущая первой, выскочила на улицу и замерла загородив проход. Пришлось её подвинуть, выпихивая Элгола и самому уже последовать за ним.