Текст книги "Тайна судьбы Археологическое исследование книги пророка Иеремии"

Автор книги: Алексей Опарин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 21 страниц)

● Клубы или церкви? Обличая грехи народа, Иеремия и Иезекииль подчеркивали, что люди приходят на богослужения, как на народные сходбища. Сегодня эта проблема становится все более и более актуальной. Перестраиваясь для работы в секулярном обществе, церковь не должна сама секуляризовываться. Некоторые предлагают вообще перестроить церкви в клубы. Сократить проповеди до 15—20 минут, субботнюю школу ставить на вторую часть служения или вообще перенести на пятницу (субботняя(!) школа в пятницу!?), избегать доктринальных проповедей, использовать поп– и рок-музыку (об этом подробнее см. ниже), во время богослужений пить чай или кофе. История церквей Западной Европы, вставших на этот путь «демократизации», закончилась весьма плачевно. Сегодня от них остались единичные люди. Они не только не привели «новую» молодежь, но и потеряли «старую». Да и вообще, в этой идее, с помощью мирских методов привлечь людей к Богу, лежит полный абсурд. Ведь если человек начинает искать Бога, то это говорит о том, что то, что он видит в этом мире, его не устраивает, не удовлетворяет. Он ищет чего-то более высокого, глубокого. Он устал от философий, обычаев и образа жизни мира. А мы ему вместо того, чтобы представить красоту Евангелия в глубоких проповедях, в псалмах, что называется, «переворачивающих» душу, исследовании Библии, говорим, что у нас все так же, как в миру. Приходи к нам, и ты услышишь ту же ударную музыку, те же проповеди о том, как достичь материального успеха и финансового процветания, увидишь ту же кричащую вульгарную одежду и манеры, ту же обстановку, что и в клубах (разве что без стриптиза – хотя ряд христианских конфессий, например, Церковь Бога использует и его! Для проповеди Евангелия!!!), то же хлопанье в ладоши, раскачивание, крики, вульгарные шутки. Но тогда возникает вопрос, а что этому человеку делать в церкви вообще. Ведь то же самое он видел в миру, правда, без приставки ко всему этому слова Бог, которое совершенно не вяжется со всем этим. Ведь в миру человек видит те же рок-группы, клубы, но на хорошем профессиональном уровне, до чего христианскому року очень далеко. Не менее абсурдна идея и о том, что при построении церкви необходимо учитывать то, как люди себе представляют церковь и ориентироваться на их вкусы. К примеру, эту идею выдвигает пастор Р. Уоррен в книге «Целеустремленная церковь». С человеческой точки зрения это весьма умная мысль. Действительно, чтобы создать преуспевающее предприятие, нужно хорошо знать спрос населения. И чтобы создать сильную партию, нужно знать, что ценят люди, но в таком случае Иисус Христос был самым плохим менеджером, Которого когда-либо знал мир. Церковь, которую Он основывал, строилась на принципах, совершенно непопулярных во все времена: вместо культа силы, богатства, карьеры, Он предлагал нищету духа, милосердие, любовь, прощение. Он строил свою церковь на принципах, противоречащих представлению подавляющего большинства людей о церкви вообще. В Его время было повсеместно распространено идолопоклонство, а Он предлагал веру в Единого Бога. В Его время люди поклонялись статуям и изображениям, а Он говорил: «не сотвори себе кумира»; весь мир праздновал день Солнца, а Он говорил о святости субботы; в Его время в языческих церквях звучала ударная музыка, и толпа неистовствовала под нее, слушая визжащих в конвульсиях оракулов, а Он говорил спокойным голосом, обращался в первую очередь не к чувствам, а к разуму человека. Жрецы организовывали отдельно служение для молодежи, а Христос организовывал церковь без учета возрастных рамок. Жрецы обещали своим последователям богатство и карьеру, а Он – скорби и лишения. Словом, исходя из критериев Уоррена и других проповедников, строящих церковь по «новым моделям», ориентированных на вкусы и представления секулярного общества, церковь, основанная Христом, должна была прекратить свое существование уже в первые годы, как не выполнившая «социальный заказ» общества. Но церковь, основанная Христом, выстояла, начав испытывать действительно трудности лишь тогда, когда император Константин Великий стал превращать ее в государственную церковь, следуя как раз тем же принципам, что спустя века будет проповедовать Уоррен и харизматы, т. е. строить такую церковь, какую хочет видеть общество, церковь, понятную для этого общества. Язычник не понимает, как обращаться к Богу без изображения – не страшно, пойдем ему навстречу, поставим статую или икону – ведь так удобнее и понятнее ему! Люди привыкли святить день Солнца – пусть святят и далее, но свяжем его с именем Христа! Народ привык к роскошным языческим храмам – так неужели победившее христианство должно быть более убогим! Со временем, как показала история, эта популяризация христианства, осуществленная Константином, привела к тому, что в христианстве христианского почти ничего не осталось! Так и в создаваемых сегодня под секулярное общество христианских общинах, церквях христианского остается все меньше и меньше. В этих церквях появляется институт лидерства, церкви группируются вокруг лидера, авторитет которого непрекословен. При этом эти горе-реформаторы христианства забывают, что слово «лидер» эквивалентно понятиям «вождь», «дуче», «фюрер», которые не нуждаются в комментариях. Они забывают, что истинная христианская церковь всегда строилась только вокруг одного лидера и вождя – Христа! Применяя у себя на богослужениях секулярную музыку, они забывают тот источник, из которого она происходит – они забывают, что так называемая харизматическая музыка ведет свое происхождение все из того же древнего Вавилона, и потому так называемые «новые» богослужения являются на самом деле старыми языческими служениями, лишь одетыми в одежду 21 века. «Посему, когда все народы услышали звук трубы, свирели, цитры, цевницы, гуслей и всякого рода музыкальных орудий, то пали все народы, племена и языки, и поклонились золотому истукану, которого поставил Навуходоносор царь» (Дан. 3:7). «Каждый абзац довольно длинен. Но это сделано намеренно для достижения сатирического эффекта, для того, чтобы показать механический характер этого поклонения, напоминающего работу машины. Музыка имеет здесь весьма важное значение. Оркестр составлен из множества разнообразных инструментов. Упоминание трех духовых и трех струнных инструментов говорит о безупречной подготовке церемонии. Все хорошо продумано и организовано. Недостаток содержания восполняется великолепием формы. Усиленная забота об организации часто выдает стремление, осознанное или неосознанное, компенсировать внутреннюю пустоту внешней красотой. Бюрократы, находящиеся у власти, в большей степени заняты организационными и формальными процедурами там, где мышление и вера отсутствуют. Формализм вавилонской религии должен был компенсировать ее духовную пустоту. Поэтому музыка приобретает столь важное значение. Чувства, вызываемые звучанием всех этих инструментов, создают, по крайней мере, иллюзию религиозных переживаний. Древние были знакомы с таким свойством музыки и умели использовать его, чтобы производить впечатление на верующих или чтобы возбуждать прорицателей с целью искусственно вызвать у них ощущение общения с потусторонним миром. Поэтому не случайно музыка использовалась наряду с употреблением снадобий и нанесением себе ран с целью привести себя в состояние экстаза, который воспринимался как признак единения с богом. Все это происходило главным образом на уровне эмоций и нервной системы. В результате успех достигался легко, быстро и не вызывал сомнений. Даже и сегодня – и, может быть, еще более сильно, чем когда-либо, благодаря эффективности наших средств массовой информации – мы можем ощущать силу такого воздействия. Многочисленные толпы собираются вокруг музыкантов и певцов, которые стали самыми великими соблазнителями и манипуляторами нашего времени. На мгновение человек забывается и перестает мыслить, зачарованный музыкой. Слова и весть, адресованные для убеждения к разуму, становятся ненужными. Это явление захватило даже церкви. В противовес рассудочному холоду традиционного служения некоторые культы стали использовать оркестры, состоящие из самых разнообразных инструментов, под звуки которых верующие приходят в возбуждение, издают крики и иногда доходят до исступления. Мышление исчезает, остаются лишь эмоции. Однако нам следует быть здесь осторожными и не выносить приговор в последней инстанции. Этот эпизод из Книги Даниила предостерегает и против другой крайности, которая заключается в том, что религия становится для человека лишь непродолжительным воодушевлением. Чувства являются обязательной частью религиозного опыта, но чтобы быть истинными и глубокими, они должны обязательно сочетаться с мышлением и интеллектом. Человек должен быть вовлечен в поклонение во всей своей многогранности. В противном случае в один прекрасный день он может оказаться в толпе, готовой поклониться любому идолу. Точно так и на поле Деир вавилонские прорицатели не утруждали себя ни проповедью, ни доказательствами. Музыки было вполне достаточно, чтобы начать обряд. Это – религия одного мгновения. Идея настоящего времени подчеркивается неоднократно. «В то время как услышите… падите и поклонитесь» (3:5). Под влиянием чувств, вызванных музыкой, и влекомый примером толпы человек падает на колени, не думая о том, что будет завтра. Такое действие напоминает рефлекс». [Дукан. Ж. Стенание земли. Заокский: Источник жизни, 1995. С. 66—67]. Сегодня этот вавилонский музыкальный гипноз сатана пытается вносить в церковь под видом харизматического «обновления» христианства… Но ни призывы ни Иеремии, ни Иезекииля не остановили иудеев. А останавливают ли они нас в неверном поклонении Богу, попрании Его авторитета, превращении церквей в клубы?

Наш Бог привлекает людей к Себе не чудесами, не законами менеджмента и социологии, а Своей безграничной любовью и Истиной. Именно это Он и хочет видеть в Своей церкви, в каждом из нас.

Глава 19
Иудейское знамя

Отступив от Бога, иудеи продолжали внимательно следить за постоянно меняющейся политической ситуацией, надеясь вовремя сыграть на ней к своей пользе. Они так еще и не поняли, что народ, отступивший от Бога, обречен. А политическая ситуация бурного шестого века начала вновь меняться. «В 591 г. фараон Псамметих II во главе флота и в сопровождении сонма жрецов прибыл, якобы, с религиозными целями в финикийский город Гебал (Библ). Это была прямая провокация против Вавилона, под властью которого находилась Финикия. Фараон демонстрировал военно-морскую мощь Египта населению Заречья, поощряя его тем самым к восстанию». [Белявский. Указ. соч. С. 90]. «Египет энергично реформировался и чувствовал последний подъем своей жизнедеятельности. Он активно агитировал при сирийских дворах и поддерживал преданные себе партии. Напрасно Иеремия указывал на безумие антивавилонской политики: находился целый ряд „пророков“, льстивших народу и обещавших успехи мятежным царям. Иеремия видел неминуемую гибель и переживал тяжелые годы». [Тураев. Указ. соч. Т. 2. С. 86]. Наверное самое страшное в жизни – видеть, как медленно умирает близкий тебе человек, как с каждым днем смерть все более и более поражает его. Как тускнеет цвет его кожи и блеск глаз, как слабеют руки, как еле слышной становится речь. Особенно больно видеть, когда это касается маленьких детей. Помню, какое тяжелое впечатление навсегда оставило детское гематологическое отделение, в котором лежали ребята, больные различными формами рака крови, практически без всякой надежды на жизнь. Не менее больно, особенно для родителей, наблюдать, как скатывается в бездну алкоголизма и наркомании их сын. Многие готовы отдать собственную жизнь, лишь бы он был спасен. Но даже эта великая жертва не решит проблемы, как не решают ее ни уговоры, ни мольбы, ни лечение. Нечто похожее переживал и Иеремия по отношению к иудейскому народу, который забыл своего Бога, своего Небесного Отца. Пророк терзался и от мысли, что, может быть, он что-либо не сделал, чтобы остановить своих соплеменников. Но сделано было все. Все, чтобы народ услышал волю Божью, чтобы избрал спасение. «Наконец, Седекия, соблюдая в течении восьми лет верность вавилонянам, нарушил свои договоры с ними и соединился с египтянами в надежде в союзе с последними разгромить вавилонян. Когда об этом узнал царь вавилонский, он двинулся на него походом, разграбил его страну и, заняв укрепленные местности в ней, прибыл к самому Иерусалиму в расчете осадить его». [Иосиф Флавий. Указ. соч. Т. 2. Книга 10. Глава 7, 3. С. 18]. Навуходоносор видел на своем веку не один десяток столиц и бесчисленное количество крепостей, которые падали под ударами его войск. Но даже на него Иерусалим произвел сильное впечатление. Царь уже не раз был под стенами этого города, но тот всякий раз в силу различных обстоятельств без боя открывал перед ним ворота. И потому только сейчас, когда город не распахнул перед ним ворот, вавилонский царь по достоинству оценил эту твердыню, которую ему предстояло захватить. В сопровождении воинов он объезжал стены иудейской столицы, опытным взглядом полководца пытаясь подметить их слабые места. Пытался, но безуспешно. И действительно, Иерусалим был одной из лучших крепостей своего времени. «Город был расположен на двух противолежащих холмах, отделенных посередине долиной… Из этих двух холмов тот, на котором находится Верхний город, гораздо выше второго… Второй холм, на котором стоит Нижний город, изогнут с двух сторон». [Иосиф Флавий. Иудейская война. Минск: Современный литератор, 2003. Книга 5. Глава 4, 1. С. 484]. Первый холм, на котором располагался Верхний город, назывался Западным, а второй, более низкий, Восточным. В свою очередь, Восточный холм состоял из трех основных частей: так называемого города Давида – горы Мориа и её южного отрога – Офела. Собственно история города началась с заселения южной оконечности Восточного холма, где располагался город времен иевусеев. «Древние жители Иерусалима сумели несколько расширить границы городища, воздвигнув его восточную стену не на вершине склона, а посередине него. Об этом свидетельствуют остатки стены, которая была обнаружена британским археологом Кэтли Кеньон в середине XX века. Однако, несмотря на это, ширина территории не превышала приблизительно 130 метров. Её длина с севера на юг составляла 350 метров». [Нир. Указ. соч. С. 145]. Именно этот город был захвачен Давидом и потому в последующие столетия эту часть Восточного холма Иерусалима именуют еще городом Давида. Расширение города за пределы его иевусейских границ началось при Давиде и было продолжено при Соломоне. При этих царях было сооружено Милло (в пер. – заполнение), т. е. земляная насыпь, которая заполнила седловину, разделявшую гору на которой возвышался город Давида, с горой Мориа. На горе Мориа Соломон строит знаменитый храм (откуда и другое название горы Мориа – Храмовая), свой дворец, Дом из ливанского кедра, дворец дочери фараоновой, притворы из столбов и с престолом. В последующие века при царе Иоафаме на Офеле, южном отроге Мориа, располагавшемся между нею и городом Давида, была построена цитадель, так и называвшаяся – Офель. При нем и в последующее время пошло заселение и уже обширного Западного холма, так как Восточный холм уже не вмещал в себя все возрастающее и возрастающее население Иерусалима. Со временем «Верхний город, располагавшийся на просторном Западном холме, стал центром Иерусалима. Нижний город, стоявший на узком Восточном холме, превратился во второстепенный по своему значению городской квартал». [Нир. Указ. соч. С. 146]. Долгое время ряд археологов, и в том числе К. Кеньон, считали, что обширный Западный холм был заселен уже после вавилонского плена, а во времена Навуходоносора город представлял собой небольшую заштатную крепость и потому библейские утверждения о мощи и размерах Иерусалима, не более, как преувеличение.

«Новые раскопки».

Однако на счастье Иерусалима и исторической истины произошло непредвиденное: после Шестнадцатидневной войны 1967 г. представилась возможность широкомасштабных раскопок в Верхнем городе. С их помощью выяснилось, что проф. Кеньон допустила грубую методологическую ошибку, результатом которой явились ее утверждения относительно размеров города. Далеко идущие выводы были сделаны ею на основании небольших раскопок, давших, по ее мнению, отрицательные результаты. В отличии от этого, наши раскопки в Еврейском квартале носили широкомасштабный характер и проводились одновременно во многих местах. Было твердо доказано, что западный холм был заселен и обнесен стеной в эпоху Первого Храма (по меньшей мере, начиная с VIII века до н. э.). Отметим здесь, что мы еще далеки от окончательной картины развития города, а имеющиеся у нас данные не всегда точны и полны. Однако впервые в истории изучения Иерусалима была получена неоспоримая информация, которая может служить удобной исходной точкой для продолжения исследований.

Здания.

С самого начала работы нашей целью было обнаружение остатков сооружений эпохи Первого Храма. Мы надеялись внести таким образом наш скромный вклад в решение вопроса о заселении западного холма в период Первого Храма. И вот, уже на первом году нашей работы, мы обнаружили в зоне А раскопок утлую стенку с прилегающим к ней участком пола и черепками. Было определено, что находка относится к израильскому периоду [Термин «израильский период» обозначает в археологии часть периода железного века (1200—586 гг. до н. э.), со времени заселения Земли Израиля и до разрушения Первого Храма.] железного века. В начале мы предположили, что она являлась частью хижины сельскохозяйственного рабочего и, следовательно, не могла свидетельствовать о существовании какого-либо постоянного населенного пункта на месте. Однако по мере того, как мы обнаруживали все новые и новые подобные остатки и среди них сохранившиеся глиняные и другие предметы, стало ясно, что мы напали на след израильского поселения на западном холме. После разрушения и эрозии, которые постигли культурный слой израильского периода, вполне понятно, что сохранилось лишь незначительное количество предметов той эпохи. Можно лишь удивляться тому, что, несмотря на это, мы все же обнаружили в нем различные объекты, способные пролить свет на некоторые аспекты материальной культуры Иерусалима того времени. В целом, можно утверждать, что наши находки в Иерусалиме не выявили каких-либо отличий по сравнению с предметами аналогичного периода, обнаруженными в других местах Иудеи. Нет сомнения, что они свидетельствуют о наличии постоянного поселения в данном месте. Принимая во внимание, что эти предметы были найдены в различных точках на территории сегодняшнего Еврейского квартала, можно утверждать, что речь здесь идет не об отдельных домах, а о большом населенном пункте. Объекты, датируемые израильским периодом, были выявлены и при местных раскопках на различных участках западного холма (во дворе Иерусалимской крепости – археологи С. Н. Джонс, Р. Амиран и А. Эйтан; в Армянском саду – археологи К. Кеньон и А. Д. Ташинхэм; на горе Сион – археолог М. Броши). Таким образом, можно утверждать, что израильское поселение занимало всю площадь западного холма. Что представляло из себя данное поселение? Являлось ли оно деревней или городом? Небольшим предместьем или просторным жилым кварталом? Было ли окружено стеной? Не успели мы тщательно обдумать данные вопросы, как было сделано новое открытие, способное дать на них ответ: городская стена израильского периода.

Израильская стена.

Это была достаточно неожиданная для нас находка, ведь трудно было ожидать, что стена обнаружится именно в этом месте. Ее расположение доставило нам немало трудностей в восстановлении ее хода, однако нет сомнения, что с историко-топографической точки зрения она представляет собой одну из важнейших находок, когда-либо сделанных в Иерусалиме. Теперь можно с уверенностью утверждать, что стены Иерусалима в эпоху царства огибали также и западный холм, во всяком случае, тот его участок, на котором мы проводим раскопки. Мы проследили за ходом стены в северном направлении до ее конца. Участок за участком, на протяжении 40 метров, мы сталкивались с одной и той же стратиграфической картиной [стратиграфия – раздел геологии и археологии, изучающий последовательность формирования горных пород и их первичные пространственные взаимоотношения], с одним и тем же видом строительства, с одними и теми же керамическими предметами, с одним и тем же красноватым грунтом под стеной. Не возникало никаких сомнений в ее принадлежности к израильскому периоду. Более того, наша уверенность в этом росла с каждым новым метром раскопок. В течение нескольких месяцев мы тщательно взвешивали все данные „за“ и „против“, пока, наконец, не пришли к однозначному выводу относительно времени постройки стены. Лишь после этого мы дали нашему младенцу, рождение которого доставило нам немало хлопот (толщина стены равна 7 метрам!), его гордое имя – „израильская стена“. Ныне, по прошествии нескольких лет со времени нашей работы, я могу с удовлетворением отметить, что все коллеги, посетившие раскопки, и среди них г-жа Кеньон, согласились с нашими выводами. Как говорится, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать! Профессор Кеньон включила данные об израильской стене в свою последнюю книгу об Иерусалиме, хотя в опубликованном ей плане города она старается всячески преуменьшить его размеры. Датировка стены основывается на данных стратиграфического исследования и на возрасте обнаруженных керамических предметов. Стена стоит на естественном камне, к нижним рядам ее кладки приклеены слои почвы типа „терра роса“. С обеих сторон к стене прилегают скопления земли, которые содержат черепки, относящиеся к 7—8 векам до н. э. Помимо этого, сохранились остатки двух полов, сверху и снизу от которых были обнаружены черепки израильского периода. Тот факт, что поверх стены были возведены сооружения периода Хасмонеев, также имеет большую хронологическую ценность. Это отвечает закономерности, обнаруженной в Еврейском квартале, в соответствии с которой слой периода Хасмонеев находится непосредственно над слоем израильской эпохи без каких-либо промежуточных слоев. Стратиграфическая картина в южном участке стены, обращенном к западу, оказалась особенно интересной. В этом месте при строительстве стены были разрушены ранние постройки, остатки которых были обнаружены к северу от нее. Эти постройки также относятся к израильскому периоду. Керамические находки свидетельствуют о том, что они были возведены не ранее восьмого века до н. э. Таким образом, стена была построена на месте уже существовавшего населенного пункта, дома которого были разрушены для этой цели.

Израильская башня.

В западной части участка раскопок (район „шин“) был обнаружен фрагмент внешней стороны мощного сооружения. Его продолжение располагалось под улицей и, поэтому, было невозможно вести дальнейшее исследование. Мы предположили, что это строение служило частью укрепления, по-видимому, башни. Ее стены, толщина которых достигает 4 метров, содержат ряды больших неотесанных камней того же типа, что и камни израильской стены. „Израильская башня“ сохранилась на высоту до 8 метров. Степень сохранности и высокое качество постройки превращают ее в уникальный архитектурный памятник эпохи Первого Храма». [Авигад Н. Верхний город Иерусалима. (на иврите). Иерусалим, 1980. С. 24—64]. «Археологические данные указывают на то, что данное место было заселено в период Первого Храма, начиная с 8 века до н. э. В совокупности с находками, сделанными при раскопках меньшего масштаба на месте Иерусалимской крепости, в Армянском квартале и на Горе Сион, они приводят к выводу о том, что постройки израильского периода располагались на всей территории западного холма. До сих пор, за исключением отдельных черепков, не были обнаружены керамические предметы, относящиеся к более раннему периоду. В Библии содержится намек на „вторую часть“ и „нижнюю часть“ – районы города, находившиеся вне пределов Города Давида. Так, в Книге Царств рассказывается о пророчице Алдаме (Хульде), которая «жила… в Иерусалиме, во второй части…» (Книга Царств IV, 22:14). На основании наших раскопок можно с уверенностью утверждать, что „вторая часть“ располагалась на западном холме. Этот холм, отделенный от Города Давида глубоким ущельем, представлял собой удобную территорию для развития „города-спутника“. К Книге Неемии (11:9) упоминается человек по имени «Иуда, сын Сенуи, [который] был над вторым городом». Относительно этой фразы существуют различные точки зрения. Возможно, подразумевается, что он являлся наместником „второй части“, однако некоторые исследователи считают, что следует переводить данную фразу „был вторым над городом“, т. е. вторым по положению городским чиновником. Тот факт, что пророчица Алдама и ее муж, занимавший важный пост при царском дворе, жили во „второй части“ свидетельствует о том, что она являлась фешенебельным городским районом. „Нижняя часть“, в отличии от этого, была местом проживания торговцев и ремесленников. Она располагалась, по-видимому, поблизости от серединного оврага. Процесс расширения Иерусалима можно сравнить с явлением, распространенным в наши дни, при котором жители перенаселенного города переходят на жительство за его пределами. Примером этому служит основание первых еврейских кварталов вне стен Старого города в Иерусалиме XIX века. Предполагается, что усиленный рост библейского Иерусалима, который за относительно короткое время распространился на территорию, в несколько раз превышающую его первоначальную площадь, был связан с потоком беженцев из Израильского царства после захвата Самарии Ассирией в 721 году до н. э. и похода Санхерива в 701 году до н. э.

Воссоединение города.

Новое поселение, основанное на западном холме, не было защищено городской стеной и представлялось оторванным от Города Давида. Со временем, однако, эта „вторая часть“ была окружена стеной, которая соединилась со стеной Города Давида. Таким образом, произошло воссоединение города. Вызывает удивление, что столь важное событие не было отражено ни в одной из исторических книг Ветхого Завета. По-видимому, упоминание о нем скрывается за одной из многочисленных фраз «… и построили стены», которые встречаются в библейском тексте. Вместе с тем, представляется, что намек на воссоединение города содержится в Книге Псалмов. Псалом 121, описывающий впечатления паломника при виде Иерусалима, сообщает: «Вот стоят ноги наши во вратах твоих, Иерусалим, – Иерусалим, устроенный как город, слитый в одно…» (Псалмы, 121:2—3). Данная фраза обычно истолковывалась как аллегория или как свидетельство восстановления города в эпоху Неемии. Однако, следует понимать его буквально. Лишь о городе, разделенном ранее на две половины, можно сказать, что он слился „в одно“. До проведения раскопок нам не было известно о разделении города на две части и о его воссоединении в дни Иудейского царства при помощи строительства общей городской стены. Теперь мы можем понять восхищение автора псалма при виде двух частей города, соединившихся в одно целое посредством могучей стены. В то время подобное зрелище все еще являлось новинкой для гостей Иерусалима.

Время сооружения стены.

Основываясь на исследовании обнаруженных на месте керамических предметов, мы пришли к заключению, что стена была построена в 8 веке до н. э. Есть и другой хронологический критерий, который следует принять во внимание при определении возраста стены. На склоне серединного ущелья, западнее Храмовой Горы, Б. Мазар обнаружил несколько высеченных в скалах погребальных пещер. Их создание также относят к 8 веку до н. э. Маловероятно, что место, служившее для погребения, было включено в окруженный стенами город. В связи с этим, мы предположили, что хотя рост города и начался в начале века, но новые городские кварталы были обнесены стеной ближе к его концу. В то время эти пещеры уже перестали выполнять свою первоначальную функцию. Факт существования открытого поселения в начале заселения западного холма не вызывает сомнения. Наиболее весомым доказательством служит здесь найденная нами стена, частично построенная на развалинах ранних домов. Как мы уже отметили выше, при выборе места для возведения укреплений не принималось во внимание наличие в нем каких-либо построек, и в случае необходимости они безжалостно разрушались. Аналогичную ситуацию описывает пророк Исайя: «Но вы видите, что много проломов в стене города Давидова, и собираете воды в нижнем пруде; и отмечаете домы в Иерусалиме, и разрушаете домы, чтобы укрепить стену; и устрояете между двумя стенами хранилище для вод старого пруда…» (Исайя 22:9—11). Несомненно, речь идет здесь о чрезвычайных мерах, предпринятых в виду приближающейся опасности в дни войны. Различные цари Иудеи занимались укреплением города, однако слова Исайи обращены, по-видимому, к Езекии, о котором рассказывается, что накануне наступления царя Ассирии Санхерива (Сеннахирима) в 701 г. до н. э. он укрепил городские стены и обеспечил водоснабжение Иерусалима. Библейский источник так описывает эти мероприятия: «Прочее о Езекии и о всех подвигах его и о том, что он сделал пруд и водопровод и провел воду в город…» (Книга Царств IV, 20:20); «Когда Езекия увидел, что пришел Сеннахирим с намерением воевать против Иерусалима, тогда решил с князьями своими и с военными людьми своими засыпать источники воды, которые вне города, и те помогли ему. И собралось множество народа, и засыпали все источники и поток, протекавший по стране, говоря: да не найдут цари Ассирийские, придя сюда, много воды [и да не укрепятся]. И ободрился он, и восстановил всю разрушившуюся стену, и поднял ее до башни, и извне построил другую стену, и укрепил Милло в городе Давидовом, и наготовил множество орудий и щитов» (Паралипоменон II, 32:2—5); «Он же, Езекия, запер верхний проток вод Геона и провел их вниз к западной стороне города Давидова. И действовал успешно Езекия во всяком деле своем» (Там же, 32:30). В приведенных отрывках нас особенно заинтересовали два места. „Пруд“, в который стекали воды Гихона, должен располагаться внутри городских стен. На деле он находился вне Города Давидова, к западу от южного окончания города, у выхода долины. В подобном положении „пруд“ остается незащищенным от нападения врагов и не может оправдать намерение Езекии обеспечить доступ осажденных жителей города к источнику воды. Наличие открытой нами стены помогает решить данную проблему.