Текст книги "Слово мастера (СИ)"

Автор книги: Александра Лисина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 19 страниц)

И вот как только я сначала создал, а потом опутал этими щупальцами сознание мышки, то почти сразу почувствовал, что контакт налажен. А значит, чисто теоретически я уже был способен влиять на нее так, как это положено делать нормальному менталисту.

Казалось бы, в чем проблема?

Аналогию я нашел. На практике ее успешно реализовал. Визуализация процесса у меня тоже была достаточно полной…

Но вот дальше случилось непредвиденное, потому что как только я сделал самое важное и, наконец, дал мышке команду сесть, крошечная полевка вдруг протестующе пискнула и благополучно издохла.

Угу. Вот так сразу. Рухнула просто, как подрубленная. А ее аура мгновенно угасла, хотя ничего плохого я ей вроде не сделал.

– Кхм, – кашлянул при виде такого фиаско мастер Рао. – С настройкой, как я вижу, проблем у тебя нет. А вот дозировать силу ты совсем не умеешь.

– К сожалению, вы правы, учитель, – пробормотал я, испытывая легкое чувство вины перед несчастным грызуном, которому я по неосторожности вскипятил мозги. – Но в свое оправдание могу сказать, что в симуляторе это выглядело совсем иначе.

– Конечно. У тебя симулятор общего типа, а он, как ты понимаешь, не учитывает тех нюансов, которые есть у любого живого существа. Мышь и человек – субъекты совершенно разных весовых категорий. Поэтому если, пытаясь воздействовать на мышь, ты прикладываешь усилие, требующееся для человека, то от мышки…

Он выразительно покосился на издохшего грызуна.

– Ничего не останется.

Я с досадой прикусил губу.

– Не переживай, – поспешил успокоить меня учитель. – Симулятор я тебе поставлю. Для этого нужно только съездить в ближайший город. Ну а пока давай попробуем отрегулировать силу воздействия, благо принцип тут точно такой же, как и в любом виде сопряженной магии: сначала представляем, потом чувствуем и только затем делаем. Так же, как с границами. Так же, как в субреальности. Помнишь?

Я с готовностью кивнул. После чего учитель выбросил из клетки мертвую мышь. Потом ненадолго ушел в лес. А когда вернулся, в его руке сидела совсем другая мышка, которую он, недолго думая, запустил в клетку вместо первой и знаком велел мне продолжать.

Увы.

Как и в других направлениях магии, проблема ощущений стояла у меня на первом месте, потому что в каждом случае они были чуточку разными. К примеру, изменение или повреждение границ я ощущал как гуляющий по коже холодок и лишь спустя какое-то время начал их видеть. Да и то лишь с помощью Даруса Лимо, который первым предложил мне понятное и, главное, реализуемое на практике решение. С магией сна – то же самое. С магией времени, магией порталов…

Но для каждого направления магического искусства эти ощущения были свои. И для магии разума мне тоже следовало отыскать что-то особенное.

Дело осложнялось еще и тем, что, в отличие от того же Кэвина, который постепенно и последовательно шел от нулевой к первой ступени, у меня не было времени осваивать свои способности от простого к сложному и благодаря этому их медленно и аккуратно узнавать. Мне они достались уже, можно сказать, первого уровня. Я, собственно, и не видел их слабыми. Мне не пришлось их наращивать, поэтому ступеней этого мастерства я не проходил, разницу пока не чувствовал. И мне приходилось заново искать для себя ориентиры для разных уровней воздействия.

И это, к сожалению, требовало жертв.

– Ничего, – без особого удивления сказал мастер Рао, когда я таким же варварским методом угробил десятую мышку подряд. – Каждый из нас через это когда-то проходил и точно так же, как ты, учился. Главное, что задачу ты понял. Инструменты для ее решения у тебя тоже есть. Поэтому сейчас я тебе принесу новых подопытных, а ты сиди, работай. Никто тебя по времени не ограничивает. А когда мышки закончатся, просто свяжись со мной, и я насобираю для тебя новых.

Я тяжело вздохнул, совершенно не чувствуя восторга от почетного звания убийцы грызунов. Но делать нечего. Учиться все равно надо. И лучше уж я устрою мор среди мышей, чем по неосторожности убью человека.

После этого мастер Рао кинул мне небольшой прибор с большой красной кнопкой, забрал с собой клетку и снова ненадолго исчез в лесу. А когда вернулся, то у меня появилось еще два с половиной десятка потенциальных смертников, которых учитель, судя по всему, наловил с помощью магии разума и ушел, оставив их мне на растерзание.

К моему несказанному сожалению, и этот подопытный материал закончился у меня слишком быстро. Каких-то жалких пол-рэйна всего прошло, и все, опять надо было идти за новой порцией. При этом тревожить старого мастера и просить его вернуться, чтобы потом носиться по лесу в поисках лабораторных мышей мне почему-то показалось неприличным. Мало того, что пожилого человека гонять туда-сюда. Да еще и не за чем-то серьезным, а, блин, за какими-то мышками. Поэтому, когда живых грызунов в клетке не осталось, я досадливо сморщился. Огляделся. И, поняв, что контролировать меня некому, сначала отправил за новыми подопытными Ши. А когда заметил, что ловит он их гораздо медленнее, чем я убиваю, решил сходить сам.

Блокираторы в этом плане не были мне помехой. Они как работали, так и продолжали работать, когда я ушел. Мне же для поиска мышей пришлось воспользоваться найниитовыми нитями. И вот когда я объявил сезон охоты на грызунов открытым, кое-что во мне неожиданно изменилось.

Собственно, для этого всего-то и надо было, что выйти из ограниченного блокираторами пространства и оказаться в самом обычном лесу, в котором имелась масса всевозможной живности. Грызуны, ящерицы, птицы, белки… лес вокруг крепости ими буквально кишел, однако я до поры до времени об этом почему-то не думал.

Больше скажу. Когда я сидел и настраивался на каждую мышку по отдельности, то для меня она… вернее, ее сознание… выглядело как небольшое пушистое белое облачко, которое следовало захватить и направить в нужную сторону. Для захвата я, как и сказал, создал из собственной ауры тонкие длинные нити наподобие найниитовых… те самые ментальные щупальца… и с их же помощью пытался проникнуть в чужое сознание, чтобы подчинить его своей воле.

Самое интересное, что с захватом у меня дела обстояли очень даже неплохо. Опутывать чужое сознание нитями для меня было, можно сказать, привычным. Но вот заставить его действовать так, как было нужно мне… пожалуй, в этом-то и заключалась самая главная проблема. И я пока не знал, как ее решить.

Однако тогда мышь была всего одна.

Тогда я смотрел только на нее, концентрировался на новом чувстве и не обращал внимания на то, что происходит снаружи.

А вот когда я вышел за очерченную блокираторами границу и попытался сконцентрироваться, то неожиданно для себя обнаружил, что похожих облачков вокруг меня на самом деле великое множество. Побольше и поменьше, посветлее и потемнее… они были практически всюду. Причем видел я их достаточно далеко. И это дало мне возможность более точно определить расстояние, на котором действовала моя новая способность.

Опытным путем мне удалось установить, что новая разновидность зрения доступна мне на расстоянии пока что пяти с небольшим майнов. Из чего следовало заключить, что чисто теоретически именно на этом отрезке я смогу воздействовать на других людей.

Еще я выяснил, что чем ближе я нахожусь к потенциальной жертве, тем легче мне было до нее дотянуться. Но это в принципе было логично. Как и тот факт, что чем крупнее и сообразительнее зверь, тем сложнее его заарканить. При этом у животных никакой защиты от меня не было, тогда как у людей… особенно у одаренных… ментальная защита как раз имелась, и мне ее когда-нибудь придется преодолевать. Так что менталистика, скажу я вам, занятие не для слабонервных. Да еще и выматывало так, что врагу не пожелаешь.

Также я обнаружил, что вижу далеко не всех созданий, которые чисто теоретически здесь обитали. В земле, кроме, судя по размерам облака, кротов, я больше никого не заметил. Ни червей, ни подземных букашек, словно их и вовсе не было. Кузнечики, сверчки, муравьи и прочие насекомые тоже оставались для меня невидимыми. Нет, найниитовые частицы их прекрасно показывали, а вот магия разума почему-то нет.

Причину этого явления я поначалу не понял, но потом дал запрос модулю, куда сгрузил всю полученную от учителя литературу, и запоздало сообразил – для магии разума главной точкой приложения является не что иное, как другой такой же разум. Вернее, сознание, пусть и самое примитивное. Тогда как существ вроде мух, комаров или гусениц, живущих простейшими инстинктами, моя магия просто не замечала. Да и им было фиолетово, пытаюсь я на них как-то воздействовать или нет.

Наконец, последним и самым важным на сегодня открытием для меня стало то, что для воздействия на чужое сознание вовсе не требовалось впиявливать в него нити так же, как я когда-то вонзал найниитовые иглы в головы своих врагов. Для самого примитивного влияния достаточно было просто опутать нужное облачко нитями и просто потянуть на себя. Ну или же дернуть, как я неосторожно сделал с одной невезучей крысой.

Крысу после этого аж подбросило.

Она, бедная, запищала, заверещала, крутанулась на месте, как обезумевшая, но потом все же рваными движениями, регулярно спотыкаясь и падая, послушно потащилась в мою сторону, тем самым наставив меня, так сказать, на путь истинный и наглядно показав, что же я делаю не так.

Ну и ладно, что она была похожа на обычного зомби.

Ну и что, что остальные, кого я таким же образом зацепил, ничем от нее не отличались. Зато после этого дело пошло на лад, и спустя какое-то время я стал похож на мальчика, который с помощью дудочки умел собирать вокруг себя целые полчища крыс.

В моем отношении, правда, про полчища это было громко сказано. Да и, кроме крыс, в моем «войске» хватало других представителей местной фауны, однако суть я все-таки уловил. Призывать к себе животных научился. Худо-бедно освоился с тем, как сделать так, чтобы во время призыва следующего зверька предыдущие со страху не разбежались.

Но это было тяжело. Даже нет, я бы сказал, что это оказалось чертовски тяжело. Потому что требовало огромной силы воли, таких же огромных способностей к концентрации. Полного сосредоточения на задаче. И с меня без преувеличения сто потов сошло, пока я не научился сносно удерживать возле себя хотя бы десяток мелких грызунов. После чего, как и следовало догадаться, у меня снова хлынула носом кровь. Моя способность к концентрации резко упала. Призванные животные тут же разбежались кто куда. И я был вынужден оставить опасные эксперименты до следующего утра.

– Молодец, – одобрительно сказал мастер Рао, когда я его все-таки вызвал и сообщил, что на сегодня закончил. – Как и раньше, ты осваиваешься намного быстрее сверстников. Однако для полноценной работы тебе все равно понадобится время. Поэтому сейчас мы только начнем, чтобы ты хотя бы научился себя контролировать, а там постепенно сделаем из тебя приличного мага разума.

После такого урока я, естественно, больше ничем серьезным заниматься уже не стал, а вместо этого ушел отмываться, отъедаться и отдыхать. Ну и с наставником пообщаться, конечно, а заодно поближе познакомиться с его бывшими сослуживцами. Не то во время практики я только с ребятами из второй башни успел немного пообщаться, тогда как по факту знакомых у лэна Даорна здесь оказалось намного больше.

Еще я с лаиром Дорхи повидался. Успел заглянуть в гараж к техникам. Заскочил в лазарет проведать старых знакомых. Со всеми пообщался и даже с тем пилотом, который меня весной на «вертушке» катал, договорился, что по возможности тот еще что-нибудь интересное покажет.

Одним словом, провел вечер с пользой. Ну а после отбоя, когда наставник и наши соседи по казарме благополучно уснули, тихонько встал, оделся. И, никем не замеченный, выбрался из крепости, потому что на сегодня у меня было запланировано еще одно важное дело.

Глава 8

До берлоги своего мохнатого друга я добрался с ветерком, мысленно похвалив себя за то, что еще весной успел протянуть в ту сторону ниточку портала.

Правда, встреча с клыкастым охранником получилась несколько нестандартной. Нет, так-то он меня, конечно, узнал. Даже, по-моему, обрадовался. Но когда прямо на тебя из-за деревьев без предупреждения вылетает туша весом больше чем в полтонны, скалит огромные зубы, мотает башкой, разбрасывает во все стороны слюни, да еще и ревет, словно раненый гиппопотам…

Ну такое себе, прямо скажем, приветствие. Даже с учетом того, что «мишка» был не злой и просто захотел поздороваться.

Чайка тоже нашлась поблизости и тоже все это время исправно охраняла мой найниит. Отправленные мною из провинции птицы также прилетели и уже включились в работу. Однако когда я зашел в берлогу и обнаружил, что за прошедшие четыре с лишним месяца шахту мои пернатые, лохматые и механические помощники все-таки выработали полностью, то радости моей не было предела. И я подумал, что правильно не стал убивать доставшихся мне по наследству найниитовых зверей, потому что найниита тут было столько, что мне на полжизни хватит.

Само собой, время даром я терять не стал и тут же запросил у Эммы данные по скорости усвоения ценного материала. И вот тут-то подруга, что называется, меня приземлила, сообщив, что даже при наличии большого количества свободных частиц, недели… особенно если мы будем работать только по ночам… нам точно не хватит.

Это заставило меня пересмотреть первоначальные планы, и, запросив у подруги слияние разумов, заново проанализировать наши с ней возможности, чтобы попытаться каким-то образом ускорить процесс.

До следующей весны в крепость Ровная я точно не вернусь.

Гарантий, что очередная наша практика будет проходить именно здесь, тем более не было.

Отлучаться на длительное время с учебы я не смогу. А прямые порталы отсюда и до столицы протянуть попросту не успею. Мы только на аэробусе сюда летели больше двенадцати рэйнов. На шустрой «Фурии» получилось немного меньше. А если тянуть нити по субреальности и ни разу не выходить при этом в реальный мир в надежде сэкономить время… В общем, у меня дар такое пока просто не потянет. А как еще обойти это ограничение, я пока не знал.

Тем не менее, вспомнив о субреальности, я вскоре пришел к другой интересной мысли: а что если усваивать найниит именно там?

Найниит, как мы уже выяснили, своих уникальных свойств в субреальности не терял. Вернее, конкретно наше управляющее поле, как и модуль, чувствовало себя там прекрасно. А вот касательно природного найниита надо было еще поэкспериментировать, поэтому первым же делом я занялся именно этим вопросом. После чего довольно быстро выяснил, что природный найниит, как и мой, там почти не разрушается. Вернее, разрушается, но очень-очень медленно. А потом провел еще несколько важных экспериментов и, к своей радости, убедился, что проблема усвоения найниита практически сошла на нет.

После этого я с готовностью принялся сдирать со стенок логова жизненно важный для меня материал, кусок за куском утаскивая его в субреальность. По-быстрому его там усваивал. Был при этом доволен своей задумкой. Скрупулезно подсчитывал при этом каждый полученный акрион[11]11
  Триллион.


[Закрыть]. Но при этом никак не ожидал, что примерно к полуночи по реальному времени у нас возникнет совсем другая проблема.

«Адрэа, – озабоченно сказала Эмма, когда весь найниит я благополучно сожрал, да и найта в логове заметно поубавилось. – Концентрация найта в твоих костях приближается к девяноста пяти процентам. Исключения составляют только точки роста. Больше его хранить негде».

«Как это негде? – поначалу не поверил я. А потом вспомнил, что не так давно забрал сразу несколько модулей в убежище, а также то, что вообще-то человеческое тело не резиновое, и чертыхнулся. – Дайн. Ладно. А нам эти точки роста еще нужны?»

«Думаю, что нет. Твой рост на настоящий момент достигает чуть выше средних значений для взрослого человека, поэтому дальнейшее сохранение хрящевой ткани в этих зонах видится мне нецелесообразным».

«Отлично. Тогда убирай их на фиг и утрамбовывай найт до упора».

Эмма, разумеется, так и сделала. А когда пихать в меня найт стало некуда (не мозги же им заменять?), то оставшиеся частицы она начала вводить в управляющее поле, пополняя тем самым наши и без того уже внушительные запасы найниита.

Однако к утру и эти резервы у нас, к сожалению, закончились, так как у управляющего поля имелся свой ресурс по количеству управляемых элементов. Так что, добрав количество активных частиц до девятисот девяносто девяти акрионов с хвостиком, Эмма была вынуждена остановить процесс, сообщив, что для меня на данном этапе развития это предел.

Блин.

Вот уж не думал, что у нас когда-либо возникнет такая проблема, но тут уж ни я, ни она ничего поделать не могли. Тело, как я и сказал, у меня, хоть и усиленное, но все же не гутаперчивое. А мы, помимо бездумного набора материала, должны были учитывать еще и то, что в случае деактивации… а такое не раз уже бывало… все свободные частицы надо будет куда-то девать. В смысле прятать. И если из-за этого у меня вдруг морду разнесет или пузо на глазах вздуется, как у покойника, то это будет заметно. И сам факт, разумеется, придется объяснять, но, как вы понимаете, объяснить это будет невозможно, поэтому процесс усвоения нам волей-неволей пришлось прервать.

Я, правда, с поражением не смирился. Большое количество оставшегося неусвоенным найта требовало принятия какого-то решения.

Оставить его тут, рискуя тем, что рано или поздно его могли обнаружить?

Куда-то перенести?

Где-то припрятать?

Но даже пространственный карман потребует от меня при длительном хранении использования специального накопителя. А вблизи крепости с потенциально опасной и склонной к нестандартным разломам аномалией использовать маготехнические приборы было небезопасно.

Опять же, контроль за логовом был нужен. Дарнама с утра до ночи там сидеть тоже не заставишь. Ему ж еще охотиться надо. Что-то есть, где-то брать воду. Да и вообще крупный зверь даже в таких бескрайних лесах, несмотря на запрет на охоту, может привлечь внимание.

В том числе и поэтому я так торопился сюда вернуться.

Но тогда что? Перевезти свое добро каким-то образом в Таэрин и припрятать?

Если бы я мог пригнать сюда «Фурию» и лопатой перекидать в багажник оставшийся найт, то, пожалуй, так бы и сделал. Вот только лэн Даорн… короче, машину с охраняемой и обвешанной видеокамерами парковки я сейчас не угоню. Да и появление летательного аппарата рядом с крепостью непременно засекут операторы.

В общем, вариант с «Фурией» виделся мне неосуществимым.

В то же время в карманах найт в крепость я не перетаскаю. Это слишком долго, а сутками мотаться порталами туда-сюда я пока не умею.

Но тогда оставалось… что?

«Давай запихнем его в дарнама, – со вздохом предложил я, не найдя другого варианта. – Он большой. Костей у него много. Пусть таскает найт в себе, а мы, если что, потом его оттуда вынем».

Эмма ненадолго призадумалась, просчитывая варианты и в том числе саму возможность использования зверя в качестве живого хранилища. Но я уже все прикинул и посчитал, придя к выводу, что в принципе ничего невозможного в этом нет. Как-никак модуль второй модели у него имелся. Чисто технически процесс нам был известен. Усыпить «мишку» вообще никаких сложностей не составляло. К тому же модуль ему еще и перепрограммировать было нужно. Вот я и подумал, что мы можем убить сразу двух зайцев за один заход.

Подруга, просмотрев мои расчеты, согласилась, что задача и впрямь выглядит решаемой, но этой ночью, поскольку дело близилось к рассвету, мы по-любому ничего не успевали. Поэтому дарнама с птицами я оставил возле логова дожидаться следующей ночи. Сам вернулся в крепость тем же путем, что и пришел, никого не насторожив и никому на глаза так и не попавшись. А на следующую ночь вернулся, чтобы закончить начатое.

Причем за прошедший день я, когда еще раз все хорошенько обдумал, решил немного усложнить себе задачу и объединить модули дарнама и моих найниитовых птиц в одну сеть, чтобы они не болтались по отдельности, а составили полноценную мобильную группу, где у каждого члена будет своя персональная задача. К примеру, птицы смогут разведывать для дарнама обстановку, выполняя роль обычных соглядатаев. А в случае появления на горизонте людей или любой другой опасности, вовремя подадут сигнал тревоги.

Не то чтобы я полагал, будто в эти края, несмотря на запрет, однажды все-таки забредет какой-нибудь охотник. Но вдруг лэн Нардэ или кто-то из его заместителей время от времени имеют традицию летать над лесом и стрелять из «вертушек» по мишеням? Или же проверка какая приедет? Да мало ли что еще может случиться? Не всегда же дарнам будет жить в провинции Хатхэ. Может, я его еще куда-нибудь потом отправлю, а он у меня большой, массивный, приметный. Терять его по-глупому я не хотел, тем более сейчас, когда он стал вдвое ценнее, чем раньше. И с этой точки зрения дополнительная страховка в виде нескольких находящихся поблизости птиц ему точно не помешает, да и во всем остальном, полагаю, это будет хорошая идея.

Так мы, собственно, и сделали, всего за одну ночь сумев превратить наших зверушек в некое подобие боевого отряда.

А на третью я попросил Эмму еще и коррективы им в программы внести, добавив туда на всякий случай алгоритм самоуничтожения.

Причем подумал я об этом не просто так. А исключительно потому, что совершенно случайно обнаружил одну достаточно неприятную вещь – как оказалось, найниитовые звери, если рассматривать их с точки зрения начинающего менталиста, выглядели совсем не так, как обычные. В том плане, что у простых я видел на месте сознания простое белое облачко, а у своих – облачко с совершенно отчетливой серебристой каемкой.

За эти дни я даже успел несколько раз все проверить, сравнить, проанализировать и с неприятным удивлением признать, что мои звери и впрямь привлекают внимание. Вернее, присутствие модулей, дающих им несколько большие возможности, чем остальным животным, делало их достаточно заметными.

Понятно, что сильные и опытные менталисты не будут просто так шататься по лесам и проверять всех подряд зверей на предмет того, не слишком ли они сообразительные. Тогда как слабые и неопытные вообще могут никаких различий не заметить. Но ради собственного спокойствия я предпочел, чтобы в случае угрозы раскрытия мои звери стали бы безнадежно мертвыми, да и модули гарантированно потеряли, чем в один прекрасный момент кто-то сумеет обнаружить их существование и обратит на них внимание спецслужб.

В итоге еще две ночи у нас ушли на коррекцию базовых директив и прочие мелочи, включая заметание следов и уничтожение незаконно созданной шахты. Ну а там и время моего пребывания в крепости подошло к концу, так что, к моему неимоверному сожалению, нам с наставником снова пришлось собираться в дорогу.

Правда, когда мы с лэном Даорном и Ши уже садились в машину, я не мог не признать, что предпоследняя неделя лета прошла для меня намного лучше, чем планировалось изначально.

Найниит из захоронки я все-таки забрал, умудрившись сделать это незаметно. Дарнама как мог усилил. Безопасность ему по максимуму обеспечил. Следы подтер. Шахту уничтожил. Лишний раз в создании порталов попрактиковался и даже, улучив момент, протянул парочку своих нитей от озера Нарти в сторону поселения Лоу, чтобы в случае чего иметь возможность по-быстрому туда мотануться. К Арли, правда, не зашел. Не ночью же в закрытую школу вламываться? Зато прогулялся до места, где когда-то была аномалия Рэма, дабы своими глазами убедиться, что на том месте ничего плохого не осталось. Завел в крепости новые знакомства. Благодаря лэну Даорну не раз за эти дни успел пообщаться в том числе с лэном комендантом. Причем лэн Нардэ, откуда-то уже успев узнать, что я теперь настоящий пилот, со смешком меня поздравил. И мне снова пришлось благодарить его за помощь и оказанное доверие, потому что без его вмешательства фига с два я бы так рано сел за руль.

Само собой, я не мог у него не поинтересоваться, возьмет ли он к себе на практику еще разок нашу дружную компанию будущей весной. И, получив в ответ новый смешок, услышал обещание честно подумать.

Плюс благодаря мастеру Рао я все-таки научился более-менее сносно пользоваться магией разума. Новый специализированный симулятор, позволяющий имитировать работу с разными видами сознаний, заполучил. С помощью упорных тренировок выработал целый набор полезных навыков, которые когда-нибудь пригодятся. Научился призывать мелких зверей и птиц, держать их в повиновении достаточно долгое время. Понял, что на самом деле работа с найниитовыми нитями и ментальными поводками действительно очень похожа. В том числе и в плане воздействия на мозги. Просто найниитом я привык работать достаточно грубо, быстро, сугубо на то, чтобы получить результат. Тогда как ментальные поводки позволяли делать более деликатные вещи. Управлять настроением, влиять на эмоции и чужие поступки, причем не убивая людей и оставляя их в полной уверенности, что к тем или иным выводам они пришли исключительно сами…

Нет, в лоб тоже было можно. Так же, как когда-то пытался повлиять на меня профессор Таул ос-Ларинэ. Но менталистика на то и считалась тонкой наукой, что умела воздействовать исподволь, тихо, аккуратно и абсолютно незаметно для жертвы. И исключительно благодаря этому считалась одним из самых сложных и опасных явлений в магическом искусстве.

Мне, конечно, до таких высот было еще далеко, мое обучение в этом направлении только началось, но все же я понял самое важное – принцип. Со всей ясностью осознал, что, как и со спицами, мне придется для начала выяснить и запомнить, куда, сколько, какой толщины, под каким углом и на какую глубину вонзать в чужое сознание невидимые когти.

Понятно, что вот так просто мне эту информацию не дадут и мне еще придется не раз доказывать, что я готов к этим знаниям. Но если бы они появились у меня уже сейчас…

«У меня осталось в базе несколько военных методичек, – вдруг со свойственной ей прямотой сообщила Эмма. – Из числа тех, что простым менталистам не показывают».

Я, хоть и собирался в дороге немного поспать, потому что после нескольких бессонных ночей подряд это было бы более чем кстати, чуть не подпрыгнул в кресле.

«Где? Какие⁈»

«Тебе дать почитать?» – с понимающим смешком предложила она.

Я после этого шумно выдохнул.

Дайн…

А вот такого сюрприза я от нее точно не ожидал!

После чего благоразумно приглушил эмоции, уже спокойно откинулся в кресле. И, раз лэн Даорн вызвался первым сесть за руль, так же спокойно ответил:

«Конечно».