Текст книги "Первоапрельский розыгрыш (СИ)"
Автор книги: Александра Ларина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)
Глава 3
Утро. Будильник. Ровно семь часов. Как же я всё это ненавижу, прямо до дрожи кончиков пальцев и скрипа зубов. А в особенности я терпеть не могу похмелье… Что это ещё за жизнь такая, в которой после удовольствия ты беспрекословно прыгаешь со скалы прямо в самые глубины Ада? Чёрт, и почему я вчера своими ещё не до конца пропитыми остатками мозга даже не додумалась поставить рядом с кроватью стакан воды! Хотя о чём вообще может идти речь, если я чуть не убилась о дверной косяк при простом походе в ванну?
Так, ладно, нужно попытаться собрать свои мозги в одну кучку и потихоньку вставать, а то и на работу такими темпами опоздать недолго. Перевернувшись, я постаралась подняться, как совершенно неожиданно ударилась головой об что-то твёрдое и упала, будто неваляшка, обратно. Благо, сзади была кровать. Стараясь не обращать внимание на пульсирующую в районе середины лба боль, я более осмысленно присмотрелась, увидела стену и отчётливо поняла, что убить меня пытается в последние дни не только косяк. Вот каким образом можно было забыть, что кровать стоит около стены и с левой стороны вставать, мягко говоря, не рекомендуется, в особенности после подобной весёлой ночки, как вчерашняя? Ласково погладив пострадавший в бою за желание пойти на работу лоб, я всё-таки удосужилась сесть с безопасной стороны постели, найти затерявшиеся под кроватью тапочки и пошлёпать в ванну, попутно снова ударившись о косяк. Да что же это такое! Надо будет не забыть в будущем обклеить его чем-то мягким, а то моя смерть придёт раньше положенного, а пожить-то ещё хочется.
Умывшись и облегчив своё состояние мертвеца холодным душем, чтобы окончательно прийти в себя, хотя помогло это мало, я уверенно двинулась в направлении кухни. Наконец, уже там выпив воды, а вернее сказать, осушив почти весь графин, заглянула в полупустой холодильник, достала йогурт, сырок и шоколадку на работу. Странный набор, но сейчас мне было до лампочки, чем питаться, главное хоть что-то съесть. Скомкано позавтракав и выпив чаю, я быстро оделась, подкрасилась, причесалась и, взглянув в зеркало, довольно покивала, ведь могло быть ещё хуже. Да, лицо пухшее, да, мешки под глазами, но одежда скрашивает общее впечатление, поэтому выходить на улицу, в принципе, можно. Хорошо, что на метро я еду без пересадок, а то мой организм наверняка не выдержал бы ещё и встряски в виде ненужной и лишней ходьбы. Закрыв дверь и выйдя из подъезда, я с удовольствием заядлого курильщика, спустя долгий перерыв, в конце концов дорвавшегося до сигареты, вдохнула свежий апрельский воздух и направилась к станции.
Через минут десять я уже с неким, можно сказать, удовольствием сидела в вагоне и листала новости в телефоне, попутно заметив посты в соцсетях о разных публикуемых видах розыгрышей. Сначала мой мозг, честно-честно, сам пытался около пяти минут понять, в чём тут дело. Однако мысленно плюнув на это, я решительно открыла первую попавшуюся статью и только тогда осознала один неприятный казус. Сегодня первое апреля. Чёрт. Конечно, в принципе, для меня это не сулило больших проблем, ведь шутников среди моих друзей не водилось. Но я всё ещё помнила состав своего коллектива, большинство которого просто обожало различные приколы. Поэтому опрометчиво было полагать, что сегодняшний шанс они так легко упустят. Да ни в жизнь! Эх, осталось только надеяться, что объектом розыгрышей будет кто-то другой, всё-таки я сижу в приёмной президента компании, а туда мало кто без лишней необходимости суёт свой нос. Для собственной безопасности.
Именно на такой «весёлой» ноте, я зашла в офис, поздоровалась с парой знакомых и поднялась к себе на этаж. Быстро взглянула на время, поняла, что начальник будет с минуты на минуту, на автомате приготовила ему чашку американо и, наконец, смогла со спокойной душой сесть за своё место, начав выполнять запланированную работу на сегодня. Где-то через десять минут пришёл Александр Германович, привычно спросил о расписании на день и направился к себе в кабинет.
– Ах, да, чуть не забыл. Сегодня должны будут занести документы на перевод для завтрашнего собрания с немецкими партнёрами. Поручаю Вам эту работу.
– Конечно, Александр Германович, всё будет готово вовремя.
Дождавшись ухода босса, я отчаянно простонала. Конечно, блин, Александр Германович, я с похмелья выдам Вам самый «лучший и качественный» перевод с немецкого языка, да ещё и в срок. Как чувствовала вчера, что сегодня будет тяжёлый день и не стоило сильно пить. Ведь наверняка документов будет не пара листочков, а скорее пара папок, а разгребать всё мне. И это я ещё не заикаюсь об основной работе. Чёрт…
Решив не заниматься бессмысленным самоедством, я принялась к выполнению задач, ожидая злополучный и уже тысячу раз проклинаемый мысленно перевод. Спустя несколько часов, в приёмную знакомо постучались и на пороге оказалась помятая, но странно довольная Светка.
– Оп-па, неплохо выглядишь после вчерашнего!
– Да-да, Свет, ты тоже. Говори, пожалуйста, быстрее, что хотела, а то работы сегодня много, нужно ведомости заполнить, обзвонить клиентов, составить расписание на завтра, да и ещё сделать перевод…
– А я как раз из-за него к тебе и зашла. Вот, Лёша принял факс и просил тебе передать.
Я печальным взглядом окинула толстый файл листов, содержащих информацию на немецком языке. Моментально захотелось сказать пару неприличных слов на русском. Заметив моё выражение лица, Света подбадривающе похлопала меня по плечу.
– Да ладно тебе, я просмотрела эти документы. Половина информации повторяется, а другая состоит из цифр и отчётов, так что времени займёт не так много, как кажется изначально. И вообще, может, ты найдёшь в этом задании ещё что-нибудь интересненькое.
Я устало улыбнулась и забрала файл. Света снова пару раз похлопала меня по плечу, словно её заело на одном движении, и, странно посмотрев, ушла. Я же к часам трём доделала предыдущие задачи и перешла в итоге к переводу.
Достав первые бумаги, я поняла, что подруга, мягко говоря, слегка приуменьшила объём работы. От количества текста у меня начинало рябить в глазах, но я, как добросовестный работник, решила не сдаваться и с еле откопанным из недр головы усердием принялась за дело. По мере продвижения процесса, я окончательно перестала вникать в смысл написанного и просто пыталась, насколько это возможно в моём состоянии, качественно выполнить необходимую работу, которую действительно облегчали цифровые отчёты о поставках и продажах. Хорошо, что я изредка поглядывала на время, а то бы так и не заметила, что близится вечер, а я ещё, вон, даже и не перекусила ни разу. Достав из сумки шоколадку, я немного отвлекла своё и без того рассеянное внимание на еду, попутно автоматически пытаясь переводить. Уже позже я добавила к виновникам сложившейся на следующий день ситуации заодно ещё и шоколадку с фундуком.
Около восьми вечера, работа, к счастью, была закончена и я направилась к Александру Германовичу. Постучавшись, я зашла в кабинет, заметив что-то усердно читающего на компьютере начальника.
– Александр Германович, извините, что отвлекаю, но я закончила перевод.
– Хорошо, Анастасия, положите его ко мне на стол и можете быть свободны.
Пару секунд полюбовавшись профилем босса и порадовавшись, что тот на меня не посмотрел, а то бы увидел всю мою помятость после вчерашней ночи и сегодняшней работы, положила документы и, скомкано попрощавшись, удалилась.
Быстро собрав свои вещи, ибо домой хотелось уже нестерпимо, я, словно в тумане, добралась до станции, села в вагон метро, доехала до нужной остановки, а после дошла и до квартиры, попутно посетив супермаркет и фастфуд, так как готовить времени не было, а есть было нечего.
И вот, я сидела на кухне, поедала бургер и смотрела очередной сериал, размышляя на тему того, что моя жизнь вернулась к прежнему состоянию одиночества и безразличия. Вчера, конечно, была хорошая встряска, но это наверняка была одноразовая акция, и больше ничего подобного не предвидится. Как-то даже взгрустнулось. Хотя, с другой стороны, зато не будет утреннего похмелья, опасных стен и косяков, жалкого внешнего вида и пустого графина с водой. М-да, можно извлечь плюсы из любой ситуации. В этот момент я даже не предполагала, как сильно ошибалась.
Неожиданно раздался телефонный звонок. Странно, кому это я понадобилась в такое время. А, ну конечно, и чему я только удивляюсь…
– Алло, да. Свет, ты что-то хотела? А то я всё ещё пытаюсь отдохнуть после вчерашнего.
– Я просто хотела узнать, понравился ли тебе сюрприз?
– Чего? Какой такой сюрприз? Говори прямо. Если ты про перевод с немецкого, то да, «развлечение» было знатное.
– Ну во-о-от, а Лёша говорил, что ты будешь кричать. Я так и знала, что эта невинная шутка поднимет тебе настроение.
– Блин, Света, я говорю серьёзно, а ты опять как всег… Так, стоп, какая шутка?!
– В смысле, ну ты же говорила, что переводить было интересно или ты…
– Ещё раз спрашиваю, какая шутка, Света?!
– Ну-у-у, мы с Лёшей решили добавить в перевод немного смешных немецких выражений, парочку приколов, краткую рецензию на вчерашний клуб и несколько нецензурных слов… А ты их разве не заметила? Алло? Настя? Ты меня слышишь?
Я же даже не знала, что мне ответить. Хотелось истерично смеяться. Ну, или плакать. Не определилась ещё, от чего станет легче… То есть я сегодня перевела для завтрашней важной встречи не только отчёты и прочие серьёзные документы, но и шутки с рецензией на клуб?! Офигеть… Почему-то я почувствовала неотвратимое приближение к своей беззащитной шкурке белого и такого мехового, но дико разъярённого песца…
– Света, прости, обсудим всё уже на работе. Пока.
И не дав ей сказать больше ни слова, сразу отключилась, попутно представляя, что же будет завтра. Смотреть сериалы и грустить о скучной жизни резко расхотелось.
Глава 4
Александр Волков
Так и не попрощавшись с секретаршей, я вновь углубился в изучение документов. Чёрт, продажи стройматериалов в последнее время сильно спали, особенно заграницей. И вот я в итоге сижу и никак не пойму, кто дурак? То ли я не умею управлять фирмой, которой уже начинал заниматься ещё в то время, когда компанией руководил отец, то ли иностранные партнёры совершенно не видят снижение спроса. А главное, без личной встречи с ними и заодно кучи отчётов никак не разберёшься в истине, а это означает затраты времени, да и денежных средств. Конечно, имеется значительная вероятность, что иностранцы решили несколько ухудшить дела фирмы для вынужденного выставления акций на продажу. Вот только я, несмотря на свой возраст, достаточно подкован в деле, которым занимаюсь, а значит, никак не могу позволить задуманному произойти, да и обвинять кого-то без должных доказательств не имею никакого желания.
Именно поэтому я и решил провести совещание для разбирательства и текущей ситуации. А чтобы всё прошло успешно, нужно детально подготовиться. Но вот для того, чтобы детально подготовиться, следует внимательно изучить все документы, составить план действий, найти доказательства махинаций и… Впрочем, данную цепочку можно продолжать до бесконечности, вот только у меня на это нет ни сил, ни времени. Так что удручённо вздохнув и проводив усталым взглядом Анастасию, я вновь вернулся к исходному занятию. Внимательно вчитавшись в отчёты за прошлый год, я, спустя некоторое время, заметил некоторые несостыковки, выделил их, усмехнулся тому, что одурачить меня у партнёров снова не вышло и продолжил изучать документ далее.
Где-то через полтора часа, я посмотрел на время и, вглядевшись уже явно размытым от усталости взглядом, понял, что сейчас уже практически ночь, а засиживаться допоздна я как-то не планировал. А ведь нужно бы Чейза выгулять, а то небось одиноко без хозяина в квартире, наверняка соскучился, всё-таки щенок ещё. Поэтому, встав, потянувшись и размяв уже достаточно затёкшие мышцы, я решил, наконец, поехать домой. Тем более перед важной встречей следует хорошо выспаться, а не сидеть потом утром, напоминая только что вылезшего из могилы зомби.
Что ж, собрав необходимые вещи, я уже направился к выходу, как неожиданно вспомнил про перевод, который мне принесла секретарша. Задумался, стоит ли его перечитывать. Ранее, в первые месяцы работы девушки, я ещё перепроверял за ней важные документы, но после она зарекомендовала себя, если не как образованный в своей сфере, то точно как ответственный и надёжный сотрудник, так что после некоторого времени важность контроля пропала. Опираясь на эти аргументы и утвердительно кивнув, я решил снова довериться секретарю и направился на парковку.
По пути к выходу из здания заглянул к своему заместителю, а по совместительству лучшему другу – Сергею. Однако тот меня даже не заметил, вновь увлечённо разговаривая со своей какой-то новой пассией на ночь. Слова: «детка», «может, встретимся сегодня» и «нет, давай у меня в квартире, а то я так сильно устал» полностью подтверждали мою теорию. Поэтому, не став сегодня бессмысленно отрывать друга от его уже намеченных планов, я, наконец, добрался до машины.
Уже подъезжая к дому, вспомнил, что обещал с утра Чейзу новый корм, а то предыдущий его, мягко говоря, не впечатлил. М-да, собралась у нас весёлая компания: я и собака. Хотя для этой собаки я однажды пообещал сделать всё, что угодно. Ведь именно Чейз был рядом, когда в автомобильной аварии разбился мой брат. Я тогда, прибыв на место происшествия, долго не мог понять что произошло и как реагировать дальше. Но тут мой взгляд наткнулся на щенка, усердно что-то выискивающего в ближайшем мусорном ведре. Тот был такой грязный, замученный, где-то в кровоподтёках и наверняка голодный, что до меня с истерическим смехом дошло: два жалких на этот момент создания нашли друг друга. Забрав пса к себе домой, я долго его выхаживал, возил в ветеринарную клинику на лечение, подбирал шампуни, игрушки и поводок. Благодаря этой кутерьме, я даже не заметил, как отвлёкся от плохих мыслей и продолжил жить дальше, не пытаясь зарыть себя в яме из обид, непонимания, вины и разочарования. Именно так я и пришёл к тому, что сейчас мы вместе с Чейзом выбирали корм, который придётся ему по вкусу. Пока консенсуса мы, к сожалению, не достигли. Взяв ему в зоомагазине что-то с говядиной и беконом, я попутно зашёл за продуктами, решив на выходных побаловать себя чем-то вкусным. Что-что, а готовить я любил.
Не успел я открыть дверь в квартиру, как оттуда уже послышался громкий лай вперемешку с нетерпеливым скулежом. Переступая порог дома, я предварительно опустился на корточки, раскидывая руки в стороны, предоставляя щенку пространство для объятий, совершенно не заботясь о будущем собственного дорогого костюма. Ничего, куплю потом новый, зато пёс лишний раз порадуется. К слову, тот своего шанса упускать не стал и сразу прыгнул мне на руки, начиная вылизывать и обтираться. Ради подобного я готов выбирать ему корм сколько угодно.
– Привет, Чейз, привет, мой хороший. Сильно скучал? Ну, конечно, ты скучал, мой маленький. Ну что, пошли проветримся, погода сегодня удивительно благоприятна для середины весны. Давай, я тебе поводок надену и пойдём.
Выйдя из подъезда, мы направились в любимый парк пса, находящийся через несколько домов от нашего. Настроение сегодня было замечательным, именно поэтому я позволил себе подобную слабость, а Чейзу вольность. Сидя на скамейке и наблюдая, как последний носится за какой-то птицей, я прикрыл глаза, наслаждаясь свежестью и прохладой уже ночного воздуха.
Где-то через полчаса практически уже ночной прогулки мы с щенком снова завалились в квартиру. Я направился сразу в ванну, время уже было позднее, хотелось просто лечь и уснуть. Чейз же рванул на кухню, видимо осматривать и исследовать предварительно наложенную ему мной перед походом в душ еду. Всё-таки он у меня довольно привередливый, словно привыкший к дорогим кормам наглый кот. Однако уже ложась спать, я почувствовал, как ко мне прижалось что-то небольшое и горячее, притом сильно пахнущее беконом. Что ж, в этот раз я вкусам собаки угодил.
А вот следующий день не задался с самого начала. Проснувшись от нетерпеливого лая голодного щенка, я взглянул в окно, отчётливо понимая, что забыл поставить на утро будильник и бессовестно проспал на час. Подскочив, начал лихорадочно собираться, ведь ещё нужно выгулять и покормить Чейза, а времени практически не осталось. Как назло, щенок сегодня решил повредничать и ни в какую не желал гулять во дворе, так что пришлось идти в парк, а на это затрачивались целых тридцать минут такого важного сейчас времени.
В итоге я злой и недовольный прибыл на нежелающей с первого раза заводиться по неизвестной причине машине на работу и сразу направился сначала к себе в кабинет за необходимыми файлами, удивившись отсутствию на рабочем месте Анастасии, ведь она редко опаздывает, а после в зал для переговоров, надеясь, что хотя бы там всё готово. Что ж, там и правда было всё готово. Иностранные партнёры уже прибыли, бутылки с водой в нужном количестве находились на столе, атмосфера была спокойная, поэтому можно начинать. Зайдя внутрь и поздоровавшись со всеми, я, наконец, приступил к докладу, хотя, если быть точным, к негласному обвинению в несостыковках цифр. Изначально всё продвигалось более чем неплохо, но когда в конце я дошёл до отчётов немецких филиалов, что-то, мягко говоря, пошло не так. Взглянув на иностранных представителей, я заметил сначала недоумение, после шок, а следом едва сдерживаемый смех. Не понимая, как можно развлекаться, когда загнан в угол, я более внимательно всмотрелся в текст и застыл. То есть я всё это время читал им про популярные мемы, происхождение нецензурных слов и… Стоп, что это? Рецензия на клуб?! М-да, такого позора, вперемешку со злостью, я давно не испытывал. И как только не заметил, что говорю?! Видимо, сказалось взбалмошное ещё с утра состояние.
– Извините, Александр Германович, а клуб и, гхм, маты тоже входят в наши сферы влияния, или мы что-то пропустили?
– Прошу прощения, господа, произошла некоторая ошибка, так что ранее прочитанное никак не относится к сегодняшнему собранию. Поэтому, пожалуйста, не концентрируйте на данном отрывке своё внимание и давайте продолжим разбираться в положении дел иностранных филиалов дальше.
Отложив перевод, попутно оставив мысленно заметку «переговорить» о случившемся с Анастасией, я решил заканчивать собрание. А чтобы партнёры меньше смеялись и расслаблялись, привёл последнее доказательство махинаций, найденное вчера под конец рабочего дня, и оставив ошалевших и не знающих, как выкручиваться дальше бедняг, направился в приёмную.
Сдерживать внутри себя гнев и злость было с каждым шагом всё сложнее, но я усиленно пытался сохранять настолько спокойное и невозмутимое выражение лица, насколько это вообще было сейчас возможным. Зайдя к себе в кабинет, я тут же заметил что-то усердно ищущую на моём столе секретаршу. Надо признать, я, кажется, догадывался что. Чувствую, сейчас кому-то сильно не поздоровится.
– Кх-гхм, я Вам не мешаю?
Девушка неожиданно подпрыгнула на месте и испуганно на меня уставилась.
– Ой, здравствуйте, Александр Германович. Я у Вас вчера в кабинете просто кое-что лишнее оставила, а Вас, когда я сегодня зашла, здесь не было. Поэтому я решила самостоятельно забрать ненужные бумаги и уйти.
– Не эти бумаги случайно?
Подняв уже довольно смятый перевод, я потряс им в воздухе, наблюдая, как вытягивается в ужасе лицо секретаря. В глазах мелькает осознание того, что будет дальше. Ну что ж, в этот раз Анастасия не ошиблась. Сейчас на самом деле начнётся выволочка одного из сотрудников фирмы. Благо, стены кабинета оснащены хорошей звукоизоляцией.
Глава 5
Весь вечер после получения довольно неблагоприятных для моего и так хрупкого спокойствия новостей, я ощущала некоторую потерянность и совершенно не знала, что делать и как себя вести. Хотелось или прямо сейчас возвращаться в компанию за документами, или нагло сделать вид, что так и было, а я тут ничуть не причем. Однако имелся и третий вариант: просто не прийти на работу, попутно иммигрируя из этой страны куда-нибудь подальше, в Австралию там. Ну ладно, этот план пока можно отложить до худших времён. Но не исключить.
Что ж, в итоге моё самоистязание не прошло бесследно, а привело к вполне неплохому решению. А именно, от меня требовалось только приехать завтра на работу пораньше и забрать лишние листы, ну или хотя бы зачеркнуть ненужное. Единственной проблемой являлась необходимость это ненужное найти, но, думаю, с этим-то я точно справлюсь, не совсем уж пальцем деланная. Так что, немного успокоившись, я наконец занялась своим вечерним моционом, а затем забылась в глубоком сне.
Однако с утра оказалось, что успокоение несёт в себе не только безмятежный и желанный сон, но ещё в комплекте с этим и непроходимую тупость. Вот как, скажите, можно было решить прийти на работу пораньше, не поставив для этого необходимый будильник и, стало быть, проспать?! Вот чёрт, я же совсем ничего не успею!
Резко подскочив с кровати, я снова, видимо от стресса, повернула не в ту сторону и ударилась лбом о треклятую стену. По-моему, этот день пока в точности повторяет прошлый, а как помнится, «вчера» не принесло мне ничего хорошего, так что на успешный исход «сегодня» я тоже теперь не сильно надеялась. Выдохнув и потерев слегка побаливающий от неожиданного столкновения лоб, я направилась в ванну. А вот здесь мой мозг, к счастью, уже был начеку и очень кстати вспомнил про косяк, который я заблаговременно обогнула. В конце концов, собравшись, но, к сожалению, не успев позавтракать, я рванула на работу, молясь всем известным богам, чтобы Александра Германовича ещё не было на месте и мне удалось незаметно забрать документы.
Практически забежав в офис и попутно на автомате здороваясь с коллегами, надеюсь, что ещё не с бывшими, я продумывала план действий. Можно сказать, что весь мой имеющийся интеллект принял участие в осуществлении задуманного. Осторожно открыв дверь приёмной, я практически на цыпочках пробралась к кабинету начальника и прислушалась. Хм-м-м, вроде бы тихо. Поглядев в замочную скважину, я осмотрела видимый участок кабинета и предположила, что начальника всё ещё нет. В связи с этим приоткрыв кабинет да на всякий случай снова осмотревшись, я убедилась в отсутствии «великого и ужасного» и не смогла поверить своей удаче. Всё складывалось как никогда идеально! Несмотря на то, что я опоздала, Александр Германович скорее всего также задерживался, а как это ещё назвать, если не везением? Хотя ладно, хватит радоваться: не стоит терять и так ограниченное время. Подойдя к столу, я оглядела красовавшийся на нём беспорядок или, правильнее сказать, хаос. Эх, скорее всего, мужчина вчера так устал, что не было сил прибраться. Даже немного жалко его стало. Никакой личной жизни, раз сидит на работе по ночам… Ну да ладно…
Внимательно осмотрев место, где вчера оставляла перевод, я к собственному ужасу его там не обнаружила. Но не терять же надежду, когда ещё не исследована оставшаяся половина стола. Запасшись последними крупицами энтузиазма и терпения, я начала хаотично перерывать документы, отчаянно пытаясь найти среди них нужные. Внезапно мои безуспешные поиски прервал раздавшийся, словно гром среди ясного неба, хлопок двери. От неожиданности я аж подпрыгнула на месте. Лишь бы не начальник, лишь бы не…
– Кх-гхм, я Вам здесь не мешаю?
Чёрт, боги, за что вы меня так сильно не любите?! Медленно обернувшись, я с самой милой и обворожительной улыбкой, на которую сейчас была способна, ответила:
– Ой, здравствуйте, Александр Германович. Я у Вас вчера в кабинете просто кое-что лишнее оставила, а Вас, когда я сегодня зашла, здесь не было. Поэтому я решила забрать ненужные бумаги и уйти.
– Не эти бумаги случайно?
Мой мир рухнул. В прямом смысле этого слова. Рухнул без шанса на восстановление. Это были те самые документы, которые я так усердно искала. Только почему они у Александра Германовича? Неужели?! Точно, он ведь вчера сказал, что собрание переносится на утро… Так вот почему его не было в кабинете. Он не опоздал. Он уже был на встрече и наверняка прочитал подготовленный мной перевод. Чёрт! Одним местом я отчётливо ощутила, что мне сейчас будет белый и пушистый писец.
Вот так мы и подобрались к тому моменту, когда я молча слушала крики начальника, а после непонятно вообще зачем открыла рот, безрассудно решившись произнести:
– Но ведь это и правда был розыгрыш, только предназначался, к сожалению или к счастью, не для Вас…
А следом всё началось с новой силой:
– Так значит работа для Вас – это место для шуток и игр? Вам совсем нечем заняться, кроме как разыгрывать меня и своих коллег? Неужели Вы настолько бессовестна, что не цените полученное с таким трудом место? Видимо, Вам, Анастасия, всё-таки стоило доучиться в университете или подождать немного, прежде чем устраиваться на работу, чтобы вся эта детская ерунда выветрилась из Вашей головы! А теперь из-за Вашей безалаберности я потерял не только возможность доказать махинации при помощи необходимых мне материалов для собрания, ведь просто не мог дальше читать документы при партнёрах с находящимся там бредом, но и уважение и репутацию, зарабатываемую годами! Ну, теперь Вам нравится Ваш розыгрыш?! Что молчите, язык проглотили?!
Конечно, я работала с Александром Германовичем всего лишь год, но даже за это время я не видела его настолько разъярённым, как сейчас. Мне и впрямь было стыдно за собственную невнимательность и халатность по отношению к доверенному заданию, но червячок возмущения и противоречия всё же появился в груди. Почему он не хочет меня выслушать? Ведь не только моя вина имеется в произошедшем! Разумеется, стукачом я не была и имён называть не собиралась, но в общих чертах всё рассказать была намеренна. Вот только, увы, слушать меня никто не собирался.
– При всём уважении, Александр Германович, не могли бы Вы всё-таки дать мне возможность объяснить произошедшее?
– Да что тут объяснять?! Вам просто стало скучно на рабочем месте, захотелось развлечений, вот Вы и устроили весь этот фарс! А может, это был один из приёмов, найденный в кой-то сопливой книжке или журнале, для привлечения внимания мужчины к женщине? Если так, то это самый дурацкий способ, который я когда-либо встречал! Впрочем, если Вам так не терпелось прыгнуть ко мне в постель, стоило только сказать.
Несмотря на всю вину и стыд за содеянное, подобного отношения к себе я уже вытерпеть не могла. Поэтому ещё несколько мгновений назад зажёгшийся фитиль бомбы быстро дошёл до конца, и в моём сознании произошёл оглушительный взрыв
– Да как Вы смеете считать меня какой-то распутной девкой?! Да, я виновата, однако полагать, что я готова броситься в койку к первому встречному я не позволю!
– Ваше поведение говорит об обратном. Думаете, я не замечал всех тех восхищённых взглядов, в течение года обращённых на меня?
Да как он смеет?! Теперь-то стало совершенно очевидно, что начальник уже просто откровенно надо мной издевался. Особенно ярко об этом говорила язвительная ухмылочка, которую так и подрывало стереть с его лица. Вот только подходящих слов я найти для этого никак не могла…
– Да Вы… Да Вы…
– Ну, ну, что я? Или, скажете, что я не прав?
– Вы просто эгоистичный самовлюблённый мажорик, думающий только о себе и собственной выгоде. Или скажете, что я не права?
Резко встав с кресла, начальник, перегнувшись через стол, навис надо мной и сквозь зубы проговорил:
– Повторите, что Вы только что сказали?
Так же поднявшись со стула, я была настроена не менее решительно высказать всё, что накопилось во мне за последние полчаса.
– Да легко. Я сказала, что Вы эгоистичный самовлюблённый мажор, хотя, в эту секунду смотря на Вас, я бы лучше применила для сравнения что-то другое… Например, тут хорошо бы подошло слово «индюк».
– Вы ведь понимаете, что за оскорбление начальства и недавний инцидент с документами я могу легко Вас уволить?
Ну что ж, была не была, сейчас терять уже откровенно нечего. Так что, понеслась!
– И пусть. Хорошо. Увольняйте. Притом я и сама уже не готова работать на руководителя, унижающего собственных сотрудников и обвиняющего их, не разобравшись в ситуации в целом.
В очередной раз язвительно ухмыльнувшись, Александр Германович достал чистый лист, расписался на нём и протянул мне.
– Тогда не смею Вас больше задерживать. Вперёд, идите пишите заявление на увольнение, вот Вам листок с моей подписью, печать поставите в бухгалтерии. Теперь я, наконец-то, смело могу сказать Вам «прощай»!
Взяв будущее заявление, я пару секунд сверлила его взглядом, пока не поняла, что вот так уходить, ничего не получив взамен, глупо и недальновидно. Поэтому, снова собрав всю свою решимость в кулак, я подняла голову, предприимчиво сузила глаза и сказала:
– Хорошо, спасибо за такой быстрый сервис, Александр Германович, только позвольте мне получить свою выгоду от данного исхода событий.
И не дав начальнику опомниться и произнести ещё хоть слово, я притянула его к себе за галстук через разделяющий нас стол и поцеловала. Будем играть роль распутной девицы, если нас таковой считают, до конца.
Что ж, губы у Александра были мягкие, немного шершавые, но вкусные. Чуть-чуть отдавали кофе, хотя для меня это было скорее вино. Такое сладкое, опьяняющее вино… Ошалевший босс даже не мог понять, что тут происходит и как мы к этому пришли, а я же пользовалась предоставленным моментом на полную катушку. Властно сминая такие податливые сейчас губы, я очень кстати вспомнила, что это мой первый поцелуй. М-да, если не целуют тебя, возьми всё в собственные руки и сделай это сама. Напоследок проведя языком по нижней губе мужчины, я отстранилась, и, развернувшись, вышла из кабинета, оставив шокированного Александра так и стоять, опираясь сжатыми кулаками на стол.
Уже оперативно собирая вещи, чтобы как можно быстрее отсюда исчезнуть, я только уверилась в собственной, проскочившей пару минут назад мысли: это был самый лучший первый поцелуй, который я когда-либо могла пожелать.
