Текст книги "Ведьма в зачарованной академии (СИ)"

Автор книги: Александра Гаршина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц)

Глава 5

Зала потянула тяжёлую резную дверь аудитории. При нашем появлении все разговоры стихли. Присутствующие с любопытством уставились на меня. Все, кроме двух парней: один стоял и смотрел в окно, другой пытался спать прямо на парте.

– Привет! – первой ко мне подлетела яркая, красивая блондинка. – Я Мирена, целительница. Мы с тобой будет в одной группе по травам заниматься. А тебя как зовут?

– Лиэна. Это Дира, – я погладила пёрышки своей пташки. Та нежно прикоснулась клювом к моей щеке.

– Очень приятно! А это Виела, она наша староста, – Мирена невежливо ткнула пальцем в высокую девушку, сидящую перед преподавательским столом. Та мне кивнула и вновь уставилась в тетради, что-то быстро строча.

– Конас, но он ни с кем не общается, – указала она на спящего за столом паренька. – Гурт, тоже неразговорчивый, – кивок на парня у окна. Тот даже не пошевелился.

– Карилия, наша звезда курса, – ехидство и сарказм так и сочились в голосе Мирены. Красивая эффектная брюнетка надменно на неё посмотрела, фыркнула и лёгким движением откинула длинные волосы за спину. Меня лишь смерила презрительным взглядом и отвернулась. Я поморщилась. С ней мы точно не поладим.

– Ещё на нашем курсе есть Наруен, но он ещё не пришёл, – успела вклиниться Зала, но её тут же перебили:

– Да опять в столовой пропадает, – махнула рукой Мирена. – Кстати, не смотри, что он красавчик. Он с нашей старостой в долгих и прочных отношениях.

– Спасибо, но меня пока не привлекают отношения с кем-либо. В первую очередь я хочу учиться, – я слабо улыбнулась, пытаясь мысленно повторять имена всех однокурсников. Сбилась уже на третьем повторе. На четвёртом поняла, что забыла, кто из них кто. На пятом осознала, что запомнила только Залу и Мирену. Да уж, если даже несколько имён запомнить не могу, я как учиться вообще буду? Мешать мне явно больше будет собственная память, чем проклятие.

Пытаясь себя утешить тем, что это просто с непривычки без нормального общения с людьми, которого меня лишали родители, я прошла за свободную парту. Зала плюхнулась на соседнюю, сзади села Мирена, продолжая нашёптывать информацию о потерявших ко мне интерес однокурсниках. Я успела узнать, что с нами на курсе учатся некромант, менталист, артефактор, два мага земли. И звезда курса оказалась со слабой бытовой магией, как ни странно. Я-то думала там что-то настолько крутое, судя по её поведению, но нет. Как же обманчива внешность. Надо тоже так научиться.

– Готовы? – в аудиторию зашёл невысокий седой мужчина, огладил бородку. За ним скользнул красивый парень, быстро сел рядом со старостой, что-то ей шепнул.

– Наруен, вы как всегда, – укоризненно покачал головой преподаватель.

– Простите, господин Миирэзан, не повторится!

– Я это слышу с самого начала года! Боги с тобой, открывай учебник, – махнул рукой преподаватель, садясь за стол. – Ну что, небольшой опрос по прошлой теме? – жизнерадостно спросил он. Группа застонала.

– Виела, ну-ка расскажи, когда началась Большая магическая война?

Староста встала. Я постаралась запомнить её имя, пока девушка начинала отвечать на вопрос. Уж старосту точно надо знать в первую очередь!

– Большая магическая война началась в пятьсот семьдесят шестом году и продлилась десять лет.

– Верно, садись. Гурт, из-за чего?

– Маги в империи Риендроган хотели захватить власть. Император запросил военную помощь союзников, пообещав за это часть земель.

– Ага, и какие земли пришлось отдать? Зала?

– Самые плодоносящие земли на границах, а также часть гор с добычей алмазов и пиерогинита.

– Чем ещё император потом расплатился? Мирена.

– Отдал своих трёх дочерей за кронпринцев соседних королевств и практически полностью утратил влияние.

– Что произошло дальше? Конас.

Воцарились тишина. Где-то прожужжала муха. Мы хором обернулись к парте с так и спящим студентом. Преподаватель закатил глаза, тихо подошёл к его столу. Наклонился. Пощекотал кончиком пера ухо.

– Что такое? – подорвался сонный парень, оглянулся. Раздались тихие смешки.

– Так ты ответишь на мой вопрос? – вкрадчиво спросил господин Миирэзан.

– А вы его повторите?

– Нет, лишу тебя такого удовольствия, – довольно улыбнулся преподаватель, продолжая стоять рядом с ним. Конас беспомощно оглянулся. – И не подсказывать! – оборвал он Виелу, которая только успела открыть рот. Та понятливо его захлопнула.

– Ну что же, тогда ответит Карилия.

– Война шла на нейтральных территориях, была сожжена и уничтожена огромная часть леса и полей. Но союзные королевства победили. После этого земли империи в большинстве отошли королевствам, в том числе и как приданое.

– А теперь Конас подхватит и подробно нам расскажет, что случилось с империей после этого.

– Она распалась спустя сорок лет.

Парень замолчал. Преподаватель ждал. Продолжала жужжать муха.

– У нас с тобой разные понятия о подробностях?

– Ну распалась и распалась, к чему подробности, – пожал он плечами. Я едва слышно фыркнула. Преподаватель обернулся ко мне. Я попыталась прикинуться мухой, только что жужжать не начала.

– А вы у нас Лиэна, верно?

Я кивнула, отводя взгляд.

– А давайте вы нам напишите доклад на десять страниц к следующему уроку, что же там случилось с империей в подробностях. Мы с удовольствием вас послушаем! А теперь открывайте учебники и следите за мыслью.

«Я тебе помогу», – услышала я Диру.

«Спасибо, милая», – вздохнула грустно, открывая книгу. Вот же умудрилась на первом же уроке задание такое схлопотать!

Глава 6

– Сейчас на уроке веди себя тихо, госпожа Андера терпеть не может шум, – наставляла меня Зала, пока мы шли в следующую аудиторию. – И она не любит нас. И географию. И, кажется, вообще всё.

Я только внимательно слушала и кивала. Встрять с докладом ещё раз не хотелось. Дверь в аудиторию, украшенная по краям потемневшими от времени резными виньетками, скрипнула, пропуская нас внутрь. Когда-то этот зал был, наверное, красив: высокие окна в каменных рамах с гербами старых гильдий, потолок с потускневшей росписью – карты древних континентов и морей, медные люстры, потемневшие, но всё ещё величественные.

Теперь же всё выглядело так, словно проклятие настигло и аудиторию. Окна в трещинах, тут и там на стенах обугленные края, на люстрах не хватало деталей, а роспись на потолке словно пытались сжечь, потом утопить, затем отскоблить, но каждый раз с переменным успехов. Я вздохнула. Было жаль не только студентов, но и это некогда величественное здание, превратившееся лишь в отголосок памяти о былых временах.

– На места! – от голоса, прозвучавшего из-за кафедры, я испуганно вздрогнула и поёжилась. Возникло стойкое ощущение, что именно таким тоном палач указывает приговорённому, когда тому пора взобраться на помост.

Госпожа Андера сидела на высоком стуле и неприязненно нас оглядывала. Морщинистое лицо, строгий гладкий пучок, тонкие губы, сжатые в ниточку. Выражение лица у неё было, словно перед ней внезапно возникло семь клопов и она не знает, что делать: и убивать лень, и оставлять не стоит.

Я тенью скользнула к заднему ряду, села с Залой. Дира устроилась на моей косе, затаив дыхание и осторожно выглядывая.

– Сегодня мы будем рассматривать магические аномалии бывшей империи Риендроган. Если у кого-то возникнет соблазн зевнуть – помните, что я вижу всё. И так, зарисуйте себе эту карту. – она магией очертила кусок, нарисованный на потолке, и воцарилась тишина.

Скрипели перья, стучал по окнам дождь, шелестел песок в часах, отмеряя время урока. Всё текло тихо, пока Дира, привлечённая блеском броши на строгом платье госпожи Андеры, не сорвалась к ней.

«Дира, нельзя!»

Мой мысленный призыв не был услышан. Я тихо постучалась головой о стол. Пташка зависла рядом с учительницей, заворожённо смотря на брошь.

– Это что? – ледяным голосом спросила преподавательница, глядя на неё так, словно увидела как минимум червяка, как максимум будущее блюдо на ужин.

– Простите её, – ответила, нервно покручивая в руке перо. – Она любит блестящее.

«Дира, назад! Наказание сама выполнять будешь!»

На этот раз она услышала. Вздрогнула, обернулась, уронив виновато крылышки. И бросилась за мою спину.

«Прости, не смогла с собой справиться, – покаянно произнесла она, – ты же видела, какой там блеск!»

В её голоске прорезались мечтательные нотки.

«Никакого воровства от тебя я видеть больше не хочу, ты меня поняла?! Подарю тебе что-то блестящее».

«А скоро?»

«Сегодня сходим в лавки у академии, глянем, что там есть», – пообещала я пташке, вновь сосредотачивая внимание на происходящем на уроке.

Все однокурсники скучающе смотрели в окно, госпожа вопила и истерила. Боги, как будто не птицу увидела, а слизняка какого. Что так орать-то?

Повисла тишина. Все медленно повернулись ко мне. Госпожа Андера поперхнулась воздухом и вытаращилась на меня.

– Ты последнее вслух сказала, – тихо пискнула мне на ухо Дира и поспешила спрятаться за пазуху. Я бы тоже с радостью так спряталась, но не к кому. Поэтому пришлось, холодея, наблюдать, как она подходит ко мне.

– Завтра же доклад на сорок страниц об уважении к учителям и старшим, а также о дисциплине на уроке. Мелким почерком. Не принесёшь – к экзаменам по окончании года допущена не будешь. Тебе ясно?!

Я кивнула, с трудом сглотнув. И как я должна это успеть? Однако госпожу это не интересовало. Она удовлетворённо кивнула и отправилась к своему столу. Я покосилась на часы. Ещё немного и урок закончится. Осталось всего несколько песчинок.

Глава 7

Раскатистый удар, означающий завершение урока, прокатился по коридорам Академии, и мы поспешили покинуть аудиторию.

В коридоре было шумно. Кто-то спотыкался на лестницах, кто-то бежал, пытаясь одновременно жевать пирог, пока не поперхнулся и не посинел в попытках откашляться, кто-то оживлённо спорил. Я передёрнула плечами, наблюдая за тем, что в академии было обычной жизнью. Хоть бы мне не пришлось к этому привыкать! Надо вести себя на уроках потише и не нарываться на дополнительные задания, чтобы больше времени осталось на изучение бабушкиного дневника.

– Насчёт доклада не переживай, мы поможем, – шепнула мне Зала, как только мы свернули в другой коридор. Я недоумённо на неё глянула.

– Как?

– Ты не первая, кому она даёт такой доклад, – усмехнулась нагнавшая нас Мирена. – И к нашему всеобщему счастью: память у неё плохая. Она не читает эти доклады, только бегло проглядывает и тут же выкидывает. Но есть новость и ещё лучше: у старосты каждого курса есть копии этого доклада, который когда-то написала одна из бывших учениц, давно уже.

– То есть достаточно просто переписать? – я заметно воодушевилась, и даже Дира радостно чирикнула, зависнув в воздухе рядом с моим лицом.

Мирена усмехнулась.

– Лучше. Отработать заклинание копирования, чтобы перенести весь доклад на новую бумагу. К сожалению, если кто-то копирует за тебя, то ничего не выходит: передать копию без потери написанного в другие руки копирующий может только один раз.

– Ага, и как раз только госпоже, – я рассеянно улыбнулась. Так, а вот это заклинание я ни разу не отрабатывала, хотя оно и относилось к универсальным бытовым. В те редкие моменты, когда у меня получалось тренироваться, я делала упор на природные заклинания, которые давались мне проще всего. И главное, которые можно было иногда сделать из своей комнаты, всего лишь распахнув окно. Несколько раз поначалу матушка заставала меня за этим занятием и жёстко наказывала, поэтому со временем пришлось тренироваться реже. Ну и скрываться лучше.

– С заклинанием тоже поможем, – абсолютно правильно поняли моё молчание девчонки и открыли тяжёлую дверь в ещё одну аудиторию. На преподавательском столе, положив голову на скрещённые руки, спал темноволосый мужчина. И это всё, что можно было о нём сказать.

– Догадайся, чья родня, – хихикнула Зала, кивнув на Конаса. Я тихонечко фыркнула: одноклассник уже успел уснуть, хотя вот только мы все зашли в этот кабинет, выглядевший печальнее всего из ранее встреченных. Краска давно облупилась, по одной стене шла широкая трещина, проём окна был затянут тканью. Столы с отколовшимися краями, стулья трёхногие. Интересно, почему этот кабинет сильнее всего потрёпан жизнью?

Ответ узнала практически сразу, стоило только начаться уроку. Преподаватель сонно поднял голову, велел самостоятельно практиковаться в отработке пройденного на прошлом уроке заклинания и снова уснул. Я оглянулась.

– Что здесь творится? – шёпотом спросила у Залы, увидев, как однокурсники начинают что-то шептать под нос.

– Господин Мортен хоть и спит, но расслабляться нельзя. Он такой, всё знает, что происходит. Так что можно сказать, что здесь мы на самообучении, – Зала хихикнула. – Да и заклинания не опасные, на первом курсе проходим только бытовые универсальные. Вот на уроках остальных курсов у него уже нет возможности поспать.

Я тихо хмыкнула. Занятное обучение, особенно учитывая особенности академии. Однако послушно уткнулась в учебник и начала с помощью и подсказками девчонок отрабатывать простое очищающее заклинание.

С заклинанием было не всё успешно, но по итогу удалось вывести со стола пятно от чернил. Вместе с частью краски. Дира хихикала, но я всё равно была довольна. Главное запомнить, что это заклинание на своих вещах использовать слишком рано.

За остаток урока однокурсники, собравшись гурьбой возле меня, научили меня и заклинанию копирования. Оно далось мне легко, и уже спустя несколько минут на руках у меня были все конспекты урока с начала учебного года. И не только этого. Явно пригодится, однокурсников нужно нагонять.

А к следующему уроку нам уже пришлось разделиться. Мы с Миреной отправились в теплицы, на урок травологии. Однокурсники рассредоточились по своим занятиям.

Теплиц оказалось три, занимали они огромные пространства на задней стороне академии. Но выращивались травы сейчас только в одной из них, остальные стояли пустые. Как, впрочем, и практически любое пространство академии. Это уже не удивляло. Преподавательницы ещё не было, мы с Миреной сели на траву в самом углу теплицы, перед грядками, достали тетради.

Я протянула руку к красивому цветку, который покачивал пышными соцветиями рядом со мной.

– Не тронь! – услышала крик однокурсницы и быстро отдёрнула руку, лишь слегка задев голубой лепесток пальцем.

Палец тут же опух, Мирена засуетилась. Дотронулась до моей руки, осторожно вливая целительную магию.

– Здесь надо быть осторожней, много растений опасных, – упрекнула она меня, пока спадал волдырь. – Этот цветок обжигает с одного касания, и это тебе ещё повезло, что он не вызвал удушье.

– Я же ведьма, кто знал, что меня природа не пощадит, – обиженно буркнула, покосившись на цветок. Тот плавно покачивался, словно под порывами лёгкого ветра. Которого здесь не могло быть.

– Считай, защитила, без удушья обошлось, – Мирена убрала свою руку от моей, критически оглядела палец. – Но всё равно пойдём после занятий в лекарское крыло, зелье тебе дам, чтобы последствий не было.

– А там все могут брать то, что нужно? – я удивилась. По редким рассказам отца лекарям при академиях ещё доказать надо было, что ученик реально пострадал.

– Не все, я просто там подрабатываю, – со смешком пояснила Мирена. – И практика хорошая, и на свои нужды хоть деньги есть.

– А где здесь ещё требуются работники? – ухватилась я за возможность. Учитывая, что я тоже без денег, это мне явно надо.

– Да здесь можно и спросить, в теплицах. У нас госпожа Риина сама всё делать не успевает, А уход за многими растениями нужен постоянный. Тебе тоже родители денег не могут дать? – простодушно спросила она и тут же покраснела. – Ой, прости! Я иногда бываю очень бестактна. Не отвечай, если не хочешь.

– Да ничего страшного, – улыбнулась однокурснице, но тут же поникла. – От родителей пришлось сбежать, они не отпускали на учёбу, хотят для меня другой жизни.

– А-а-а, так вот почему ты именно сюда пришла!

– Да, чтобы меня им не выдали. А ты почему эту академию выбрала?

– У родителей на другую денег не было, бесплатно только здесь могу учиться. Хочется развивать дар, найти потом хорошую работу, много зарабатывать, – Мирена мечтательно заулыбалась. Хлопнула дверь теплицы, мы обернулись к входу.

– Госпожа Риева, – подскочила Мирена, приветствуя преподавателя. Я тоже встала, разглядывая ту, к которой буду проситься на работу. Невысокая, светловолосая, в аккуратном защитном фартуке и в толстых кожаных перчатках. Такие я уже видела при входе в теплицу. Жаль, что сразу не догадалась, что лежат они не просто так. Получилось бы избежать неприятных ощущений. Госпожа Риева выглядела добродушно, и это радовало, подходить с вопросом про работу будет менее боязно.

Глава 8

Сразу после занятия мы вместе с Миреной отправились в лекарское крыло. Которое, как оказалось, занимало чуть ли не треть здания. Но я этому уже вообще не удивлялась. Если бы не училось здесь так мало студентов, уверена, что ещё бы и очередь протянулась до выхода из крыла. Но к счастью, хотя бы с этим мне повезло.

– Вот, выпей, – Мирена протянула мне небольшой стакан со сколом. Я принюхалась. – Просто зелье, чтобы аллергия не проявилась. Хоть ты и едва дотронулась и сразу ничего не случилось, всё равно опасно. А это ещё три дня потом пей, утром перед завтраком, – протянула она дополнительно стеклянные флакончики с зелёной жидкостью.

– Спасибо, – я сунула их в наплечную сумку, благодарно улыбнувшись.

Мирену позвали на перевязку, в крыло мне делать было больше нечего, и я спокойно отправилась в комнату. Оставила сумку и зелья, глянула на мирно спящую Диру… У которой под лапкой что-то блестело. Ну неужели опять умудрилась что-то утащить?! Если бы мне не пришлось уже срочно бежать на индивидуальное занятие, я бы с ней успела поговорить, но придётся отложить разборки на вечер.

Бежать пришлось в лес, расположенный позади основного здания. Заблудиться там было невозможно – тропинка была хорошо утоптана, повсюду можно было увидеть полусгнившие лавочки или обугленную кору деревьев.

Индивидуальное занятие должно было проходить у меня снова с госпожой Риевой, и я этим была довольна. Она явно горела своим предметом и терпеливо всё объясняла. Только если на травологии в оранжерее мы просто изучали травы, их характеристики и применение в зельях, то сейчас она должна будет меня учить вливать силу в растения, рассчитывая количество и скорость для получения нужного результата. Когда я тайком пробовала это дома, удавалось мне, мягко говоря, плохо. То какой-то невысокий цветок взмывал до окна моей комнаты и приходилось его срочно срывать, то куст внезапно выкапывался и убегал из сада. Ямку тогда пришлось быстро прикапывать, пока родители не заметили. А потом с честными глазами говорить «да не было у нас здесь никогда кустов, вы чего?». К счастью, садовника подговорить у меня получилось за небольшую монетку, так что здесь мне повезло выкрутиться.

Госпожу Риеву я нашла на небольшой полянке среди сосен, внимательно разглядывающую необычный цветок. Зелёные узкие листья с красными прожилками шевелились под порывами ветра, стебель изгибался волной, а прекрасный распустившийся цветок – алый, с золотыми искорками по краям лепестков, тянулся к небу.

– Это не просто порывы ветра, – проговорила она, как только меня увидела, и взмахом руки пригласила подойти ближе. – Я изучаю этот цветок уже целое лето: с того самого времени, как вывела его в своей лаборатории. Эти движения с тихим, неслышимым обычному человеку, мелодичным шорохом – это призыв. Цветок заманивает жертву.

Я нахмурилась. Какую такую жертву?

К цветку подбежал маленький зверёк. Я поспешила отойти подальше. Этот серый милый малыш на самом деле одна из очень опасных видов нечисти, которые называются Мальдрилии. Они могут лишь стаей из трёх особей убить целую деревню. Откуда они вообще на территории академии?

– Некромантов попросила поднять, ради эксперимента, – ответила госпожа Риева на невысказанный вопрос.

Тем временем Мальдрилия замерла у корней, присев на задние лапки, поставила передние на стебель… Одно неуловимое движение – и из закрытого бутона уже торчит лишь тонкий серый хвостик. Листья затрепетали от предвкушения, и донёсся новый звук. Будто стрёкот, перемешанный с мурчанием кошки.

– Смотри, ему понравилось, – сверилась Риева со своим блокнотом, – Здесь я с лета отмечаю каждое движение, каждый звук. А вот если бы вкус его не удовлетворил – звук был бы похож на тихое рычание, а стебель бы резко задвигался взад-вперёд.

Сытый цветок мягко склонился, распластался по земле. Лепестки бутона оставались сомкнуты. Листья не шевелились.

– Уснул, всё по расписанию, – отметила госпожа Риева в блокноте и восторженно повернулась ко мне. – У него есть целый язык! Вылезают корни из земли – значит, он ищет собратьев для общения. Быстро раскрывает и закрывает бутон – злится. Быстро шевелит листьями – голодный. Тянется к говорящему существу – хочет услышать чей-то голос. Отворачивается и покачивает бутоном – грустит и хочет остаться один. Громко шелестит листьями – хочет обниматься. И да, для людей это безопасно. Это разработка специально для защиты от нечисти! Правда, пока только мелкой. Так, ну что, начнём занятие! – госпожа Риева радостно захлопнула блокнот.