Текст книги "Экстрасенс в СССР 2 (СИ)"

Автор книги: Александр Яманов

Соавторы: Игорь Подус
сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

Глава 15
Первый подозреваемый

Четверг стал очередным днём сурка. С утра и до конца смены тянулась рабочая рутина. Одно отличие, почему-то не появился Саня. Иногда его отправляют по делам в другие города, поэтому я не удивился. В столовой друга тоже не было. Далее не было времени думать о друге, так как меня завалили работой до конца смены. А при выходе с проходной меня ожидали новые персонажи нашего спектакля.

Рядом с заводоуправлением стояла милицейская машина. Невдалеке собралась представительная делегация, состоящая из начальства во главе с Михеевым. Ещё я заметил комсорга Лиду, милиционера с майорскими погонами и двоих незнакомых мужчин.

Младший из них похож на Свету Егорову. По всей видимости, её брат. Значит, второй отец. Здесь не надо быть Шерлоком, чтобы догадаться.

С противоположной стороны, на уже привычном месте припарковался красный «жигулёнок» Волковой. Подойдя ближе, я поздоровался с журналисткой и кивнул на группу граждан.

– Кажется, начинается переполох?

– Пока только предпосылки, – поправила Анастасия. – Сейчас вечер четверга. Завтра пятница, поэтому ничего начаться не успеет. А в субботу и воскресенье, сам понимаешь, никто без команды сверху поднимать градус не станет. К тому же пока я не вижу представителей прокуратуры. Мой опыт подсказывает, что торнадо начнёт раскручиваться только в понедельник.

– Значит, у нас осталось три дня. А потом возьмутся за меня.

– Лёша, знаю, тебе сегодня нужно съездить в посёлок. Но давай сначала доедем до гаражей, – попросила акула пера и пояснила, – Я составила список подозреваемых, переписала из архива кучу фамилий собственников автомобилей. Имеются кое-какие совпадения.

– Хорошо! Только быстро, а то Матрёна ворчать будет.

Пока мы ехали, журналистка сунула мне на изучение кучу бумаг, с планом расположения гаражных кооперативов и списком подозреваемых.

– Получается, школьный завуч, военком, сокурсник и несколько человек с завода имеют личные автомобили, являясь членами кооператива?

– Да. Я чувствую, это кто-то из них, – с энтузиазмом заявила Волкова.

Девушку явно охватила волна охотничьего азарта. Оно и понятно. Москвичка – натура увлекающаяся, к тому же трудоголик. Анастасия даже успела проявить ночью десятка полтора фотографий с рядами гаражей. Всё снято так, чтобы на воротах были видны индивидуальные номера.

Нет, такую акулу со связями надо иметь строго в друзьях. Будь на дворе иные времена, я бы попробовал затащить девушку в постель. Красивая она! Но сейчас опасно играть с огнём. Да и кто я для московской журналистки? Рабочий со странностями и более ничего. Ни нормального жилья, ни денег, ни перспектив. И вообще, лучше не мешать дело и личную жизнь.

– Ты хочешь подъехать к каждому гаражу, чтобы я прислушался к своим чувствам? – уточнил я, не разделяя энтузиазма Волковой.

– Да. А вдруг ты что-то почувствуешь?

– Давай попробуем. Только осторожно. Не надо соваться туда, где есть хозяева, – решаю не спорить с возбуждённой журналисткой.

Всего на плане восемь обведённых красным карандашом объектов. Мы поочерёдно подъехали к каждому и постояли по одной-две минуты. Первые пять закрытых гаражей никаких эмоций у меня не вызвали. У шестого оказались открыты ворота. Рядом стоял мотоцикл «Минск». Его хозяина я узнал сразу – заводской грузчик. А ещё дружок Федота и Людкиного жениха. Тот самый, что стоял в парке и кривил рожу, но никак себя не проявлял.

– Ты его знаешь? – сразу спросила Анастасия.

– Да, учились в школе. Он на год старше. Друг жениха моей бывшей девушки.

– Давай поподробнее. У тебя была девушка? – вдруг спросила Волкова.

– Была, до армии. Со службы она меня не дождалась.

– Ты не рассказывал. Надеюсь, она жива? – улыбнулась журналистка.

– Людка-то? Живее всех живых. Я давно отпустил ситуацию, а ей всё неймётся. Кстати, они со Светой Егоровой одноклассницы и лучшие подруги. Короче, полная Санта-Барбара, – вырвалось у меня

– А что такое Санта-Барбара? – удивилась девушка.

– Да это какой-то город в США. На карте недавно видел. Почему-то пришло на ум, – я начал неубедительно оправдываться.

– Этот друг Людкиного жениха, может быть причастен к исчезновению девушек?

– Мутный он какой-то. Но если честно, я здесь ничего обычного не учуял. И автомобиля в гараже нет, – решаю не поддаваться личной неприязни.

– Автомобиль есть у его отца. Жигули первой модели, синего цвета.

– Ладно, поехали дальше, а то ещё нас заметит.

Покинув основную территорию кооператива, мы подъехали ещё к одному ряду гаражей, находящемуся недалеко от садового товарищества. Здесь я первый раз, что-то почуял.

Гаражи стояли вдоль дороги, загораживая забор СТ. Судя по номерам, от одного до сорока двух, это самая первая часть кооператива. Остальные участки застраивали позже.

Интересующие нас объекты носили номера шесть и семнадцать. Прямо сейчас ближайший был открыт. Рядом замер белый «Москвич-412», а возле него крутился школьный завуч, преподающий физику в старших классах. Звали его Малышев Роман Геннадьевич.

Чужие воспоминания прежнего Алексея Соколова сразу всплыли в моей голове. Оказалось, что Малышев всегда был очень строг. Он не терпел пререканий и карал учеников вызовом родителей. Ещё товарищ любил разбирать поведение провинившихся ребят на педсовете. По слухам, учитель давал поблажки только красивым девочкам, но в порочащих связях замечен не был.

Вряд ли это наш клиент. Но подозрения сорокалетний завуч точно вызывает.

– Бампер «Москвича» цел, – констатировал я.

– Он мог его сменить, – произнесла Анастасия.

Стало понятно, что она готова прямо сейчас ринуться в атаку. Что логично. Мрачный завуч действительно выглядел подозрительно. К тому же вот он открытый гараж. Можно спуститься в подвал и всё проверить. Если обнаружится люк, ведущий ниже, значит, и девушки там. Вроде логично. Только я бы не торопился. Слишком всё получается просто.

Тем временем Волкова начала перечислять факты в пользу вины Малышева.

– Участок находится на отшибе. Сбоку от крайнего гаража начинается настоящий лес. Позади дачи. По большей части на участках маленькие домики для хранения инвентаря и укрытия от дождя. Ночью там никого нет. Частный сектор на другой стороне дороги. Получается практически идеальное место. А ещё рядом дорога, вдоль которой Маша бежала в сторону городской застройки.

Аргументы журналистки казались железобетонными. К тому же рядом с завучем я действительно ощущал некое напряжение. Хотелось поверить, что мы нашли похитителя, но осторожность заставляла повременить с выводами.

– Не вздумай ничего предпринимать, – накрываю руку девушки, лежащую на рычаге переключения скоростей.

Я почувствовал, что Анастасия дрожит от волнения.

– А если они там внизу⁈ Мы сможем выпустить девушек уже через несколько минут! – возмутилась журналистка.

– Ты что, милиция? Ну, подъедем мы сейчас к нему. А что дальше? Начнёшь задавать вопросы? А если он пошлёт нас подальше? Тогда монтировкой по голове и лезем в яму для осмотра?

– Мы можем ошарашить его обвинениями. И думаю, ты способен справиться с Малышевым, как сделал это с ворвавшимися в мой номер грузинами.

– Может быть. Если у него в багажнике нет обреза или тесака под пиджаком. А что, если он невиновен? И вообще, это не наши методы, – произношу спокойно, стараясь успокоить журналистку.

– Прямо как в фильме, – нервно усмехнулась она в ответ, – А какие они наши методы? Вдруг он тот самый? Он и по возрасту подходит.

– Ты имеешь в виду изверга, который, возможно, убивал девушек по всей Смоленской области? А прокуратура повесила дела на невиновных граждан?

Анастасия быстро закивала. Состояние девушки объяснимо. Сколько она там вела расследование? Больше двух лет? Наверное, поиски уже превратились в нечто личное. Надеюсь, это ненавязчивая идея.

– Настя, нельзя так. Если это твой душегуб, то отлично! Наконец, нашла! Честь тебе и хвала! Но ещё раз повторю. Вдруг это ошибка? Поднимем шумиху, а внизу никого нет. Обвиним заслуженного человека в серьёзном преступлении. В ответ он начнёт на нас жаловаться. Уже завтра полгорода узнает о случившемся. Ты о девчонках подумала. Если слухи дойдут до настоящего похитителя, то он их просто убьёт и затаится. Жди потом, когда он выйдет на охоту. О чём я даже думать не хочу. Здесь нельзя спешить.

Последний аргумент подействовал на девушку. Она перестала дёргаться и посмотрела на меня.

– Хорошо. Завтра я узнаю всё, что смогу об этом человеке. Мы снова увидимся и всё обсудим, – произнесла Волкова более спокойным тоном, – А сейчас, что ты можешь сказать, глядя на машину, гараж и окрестности?

– Тебе нужен анализ? Хорошо. Судя по моим воспоминаниям о Малышеве, совпадающим с его опрятной одеждой и идеально чистой машиной, он знатный аккуратист. Кажется, завуч – член партии. Имеет кучу областных грамот и поощрений за работу в школе. Пока ему не дали заслуженного учителя, но товарищ на хорошем счету у начальства. Вроде не женат. О детях тоже ничего не слышал. А между тем, ему больше сорока. Если честно, то именно такие мужики у меня вызывают подозрения. Ведь зачем-то человек, не любящий детей, посвятил свою жизнь их обучению и воспитанию? За этим может стоять какое-то психическое заболевание.

– Похоже на настоящий психологический портрет. Откуда у рабочего с завода такие познания? – удивилась Анастасия.

– Просто люблю читать. В том числе детективы и даже научную литературу. Было время, когда я хотел поступать в медицинский институт.

Мой ответ заметно удивил москвичку.

– Что сам думаешь? Он или нет? – девушка вернулась к персоне Малышева.

– Во время нашего разговора Света упоминала кого-то авторитетного, с кем она собралась встретиться. Жаль, у меня в тот момент голова была забита совсем другим, и многое из сказанного прошло мимо ушей. У Маши перед исчезновением ведь тоже появился тайный поклонник. Однако, завуч, которому за сорок, слабо тянет на героя девичьих грёз. Пусть обе девицы не ждали принцев, но они молодые и симпатичные. Ладно, клюнула одна. Но обе?

Анастасия утвердительно кивнула.

– Хорошие доводы. Но я всё равно хочу обыскать гараж Малышева.

– Теперь поговорим насчёт гаража, – решаю добавить ещё один аргумент, – Этот ряд построили раньше остальных, шесть-семь лет назад. Насколько я знаю, процесс был следующим. Фундамент и специальные плиты с проёмом для осмотра машины сдаёт заказчикам подрядная организация. Бывает, что стены между гаражами ставят сами автолюбители, ради экономии средств. Но всё делают официально нанятые строители. Если хозяину гаража нужна не только яма, но и подвал, но это оговаривается отдельно. Если человек захочет вырыть ещё один подземный этаж, то он сможет сделать это самостоятельно.

– За шесть лет завуч мог вырыть целый лабиринт, – резонно заметила москвичка, закурив сигарету.

– Для этого ему пришлось бы вывозить лишний грунт кубометрами, – продолжаю, слегка поморщившись от табачного дыма, – Везти его далеко, нет смысла. Значит, надо искать подобное место поблизости. Сегодня не дёргайся и оставь Малышева в покое. Он от нас никуда не денется. А завтра мы вместе осмотрим окрестности более тщательно.

– Хорошо, – согласилась вроде успокаивавшаяся Волкова.

Она завела двигатель, и машина начала выбираться из кооператива.

– Тогда докинь меня до дома, а то надо спешить в посёлок. Если хочешь, вместе съездим на твоей копейке? – предложил я, чувствуя, что нельзя оставлять чересчур деятельную акулу пера.

– Нет. В Зажолино без необходимости я больше не поеду. Иначе на этой дороге всю подвеску оставлю, – произнесла Анастасия, поворачивая в сторону центра города. – Ничего, я уже деду позвонила. Скоро вашими Смоленскими обкомовцами займутся.

– Вот тут давай поподробнее, – я весь превратился в слух.

– А чего рассказывать? В конце тридцатикилометрового участка бездорожья расположен лучший колхоз района и второй по показателям всей области. Предприятие – почти миллионер. Кроме этого, дальше стоит лесхоз, готовый при наличии нормальной дороги, вырасти до настоящего ДОКа. За такое обком со всеми его комитетами надо пропесочить, если не хуже.

– И кто этим займётся?

– Я заканчиваю писать критическую статью. Её «комсомолка» точно опубликует. А дед обещал телевизионщиков прислать. Он свои обещания всегда выполняет. Так что в течение недели Жукову надо ждать гостей.

– И кто конкретно нагрянет? – насторожиться я, – Надо бы председателя предупредить.

– Если хочешь, сообщи, что скоро к нему приедет съёмочная группа телепрограммы «Сельский час». Надеюсь, знаешь про такую и хоть иногда смотришь?

– Знаю. А насчёт смотреть, всё сложно. В моей коммунальной каморке даже телевизора нет. Всё руки не доходят телевизор приобрести, – произношу с нотками стыда в голосе.

– Да ты что? А как же ты без новостей? – удивилась Анастасия.

– Радио слушаю и газеты читаю, – отвечаю почти честно.

В комнате отдыха у нас всегда включён радиоприёмник. А в туалете хватает различной прессы.

Подкатив к повороту во двор, Волкова меня высадила, но тут же позвала.

– Чуть не забыла! Помнишь, я говорила про возможность пощупать реальную улику?

– Конечно.

– Тогда бери в понедельник отгул. Поедем утром в Смоленск.

– Хорошо, что предупредила насчёт отгула. Настя, ещё раз прошу, не лезь без меня к Малышеву. И не вздумай сообщать о нём в органы. На кону жизни двух девчонок.

Надеюсь, она меня послушается. Проводив взглядом уезжающую машину, я направился к мотоциклу.

* * *

Через пять минут «Урал» уже гнал в сторону посёлка. Разумеется, Матрёне меня хорошенько прочихвостила за опоздание. Потом мы с ней долетели до лесхоза и приступили к делу.

Процесс уже налажен, так что управились быстро. Если не считать небольшой эксцесс с алкоголиком, пытавшимся скрыться из конторы через окно ленинской комнаты. Ситуация комическая.

Но мне немного жаль мужиков. Как бы у них позже не начались проблемы психологического характера. Многие ведь одиноки, и у них просто нет нормальной семейной жизни, как у того же Володи. Впрочем, все пошли на кодировку добровольно. Ну, кроме беглеца.

Получив положенное вознаграждение от директрисы, мы уехали, пока в нас не полетели камни.

– Держи свои двести целковых.

Матрёна передала мне небольшой пресс десятирублёвок, как только мы вошли в ворота усадьбы.

– Деньги лёгкие, но когда-нибудь нас за кодировку начнут вылавливать и бить, – сообщил я.

– Зря ты так. Мы делаем самое настоящее добро. За это жердями по деревне не гоняют. Тем более я каждому из алкашей шепчу. Мол, приходите, можно всё назад вернуть, но готовьтесь раскошелиться. Как видишь, пока никто не появился.

– Как я вижу, Панфиловы уже съехали? – обвожу взглядом пустой двор.

– Сегодня днём их Степан в город повёз. Если всё пойдёт по плану, то они сейчас в поезде, идущем в Москву.

– Это хорошо. Тогда и я поехал. Надо успеть к Жукову домой заскочить. Есть для него новости.

– Езжай, Алёша. Заодно с дочкой его познакомишься. Она как раз сегодня из Москвы на остаток лета приехала, – как бы невзначай произнесла Матрёна.

Однако ощущается в словах бабки какой-то подвох.

Глава 16
Ольга

Подкатив к дому Жукова, я остановил мотоцикл рядом с его «козликом». Жилище председателя отличалось от соседей наличием кирпичной пристройки, по размеру едва не превышающей сам дом.

В отличие от Матрёны, собачья будка во дворе председателя оказалась занята серьёзного вида псом. Он хоть не лаял, но смотрел подозрительно. Раньше собаки меня старательно обходили, видимо, ощущая, что могу дать отпор. Проверять, как поведёт себя молодой кобель, я не стал. Тем более заходить без спроса в чужой двор неправильно.

Заметила меня девушка, вышедшая из пристройки. Высокая шатенка с длинными волосами, доходящими до поясницы. Красивая! Платье, туфли на каблуках, неброский макияж и разочарование на лице намекали, что она ждала кого-то другого. Девица явно собралась на свидание.

– Вы к отцу? – спросила она.

– Да.

– А он захочет с вами общаться? – зачем-то уточнила девушка улыбнувшись.

Улыбка у неё тоже красивая! Фигура так вообще заслуживает внимания скульпторов!

– Не знаю. Скажите, что Алексей Соколов приехал. Механизатор из города, – отвечаю с серьёзным выражением лица.

Девушка скрылась в дверях, но появилась через минуту.

– Заходите, Алексей Соколов, заводской механизатор, – произнесла она иронично, – Отец ужинает, но согласился с тобой поговорить. Полкана не бойся. Если надо, то придержу.

– Я и не боюсь.

Пройдя мимо собаки, подошёл к крыльцу и встал рядом с дочкой председателя.

– Я уже представился. А вас как зовут?

– А вам зачем? – спросила она, подтвердив мои догадки, насчёт непростого норова.

– Не дочкой же председателя вас обзывать? – добавляю в голос толику сарказма.

Судя по нахмуренным бровям, девушка сразу поняла про издёвку.

– Хорошо! Зовите меня Ольгой Фёдоровной.

– Как скажете, Ольга Фёдоровна, – пробурчал я, так и не поняв, чего она начала выпендриваться.

– Соколов, чего в дверях застрял? Хватит дочке моей глазки строить. Давай, заходи в хату, – из дома раздался голос председателя.

Жуков сидел за круглым столом и ел борщ со всеми причитающимися к блюду продуктами.

– Садись. Борщ будешь? Пока горячий могу налить.

– Нет. Я сыт. У меня разговор на две-три минуты. Потом в город покачу, пока светло.

– Если хочешь спросить про возвращение в колхоз, то без проблем. Заявку на завод я уже подал. Они чего-то там тянут, но наверняка ты с рыжим охламоном уже в списке, – произнёс председатель, проглотив очередную ложку борща.

– Фёдор Михайлович, из списков нас на заводе пока вычеркнули.

Я рассказал, как заводское начальство краем уха услышало про инцидент с шабашниками и сделало неправильные выводы.

– Так что нам с Санькой пока колхозная жизнь не светит. Но я сейчас не для этого разговора зашёл, – продолжаю разговор.

– Алексей, ты насчёт колхозной жизни, не зарекайся. Если прижимают на заводе, то увольняйся. Я тебя и твоего дружка хоть завтра в бригаду зачислю, ибо по работе к вам нареканий не было. В сезон будете по четыреста пятьдесят зарабатывать. Зимой по сто пятьдесят или двести, но и работы там почти не будет, – вдруг подался вперёд Жуков.

Дело понятное. В колхозе хронический дефицит нормальных кадров. Будь ты хоть трижды предприятие-миллионер, но народ всё равно смотрит в сторону города.

– Хорошо. Буду иметь в виду – сказал я, решив серьёзно обдумать переезд.

– Лёша, так чего ты зашёл?

– Вы помните журналистку, которая приезжала брать интервью? – спросил я и после кивка председателя продолжил, – Хотел предупредить, что она вызвала в Зажолино представителей программы «Сельский час».

Услышав новость, Жуков нахмурился и отложил краюху хлеба с ложкой.

– Только этого нам не хватал, – вместо одобрения недовольно проворчал он. – Недавно обкомовская пуля в сантиметре над головой просвистела. Я думал пока Егоров на больничном, от нас до зимы отстанут, а тут такое. Нет, после телевизионщиков обком на нас всех собак спустит. Все жилы вытянут и начнут через колено ломать, насчёт показателей.

– По моей информации, обкомовцам после выхода программы несладко придётся. Волкова собирается опубликовать статью в «комсомолке» о плохой дороге, ведущей к лучшему колхозу района. Насколько я понял, в «часе» эту тему тоже отразят. Как обычно, без особой критики, просто констатируют, что хорошо. Но нормальной дороги до передовиков нет, и кто-то в этом виноват.

Выслушав новости, председатель какое-то время размышлял, а потом пристально посмотрел на меня.

– Лёшка, признавайся! Это ты ей тему с дорогой подкинул. Я точно знаю, что идею со стройотрядом твоё дело. Люди видели, как вы вокруг недостроя круги наматывали.

– Фёдор Михайлович, да как можно? Это всё она сама. Анастасия пару раз из райцентра до Зажолино и обратно на своём «жигулёнке» прокатилась. Здесь даже самый тупой всё поймёт, – я начал оправдываться для приличия.

– Выходит, это не я жук, а ты у нас настоящий жучара! – повеселевший председатель погрозил мне пальцем. Затем его взгляд снова стал серьёзным. – Алексей, а теперь слушай сюда. Если волна, которую ты запустил, поможет, и дорогу начнут делать, то я тебя на любую вакансию возьму. Хоть в колхоз, хоть в сельсовет. И с жильём помогу. Ты же понимаешь, что такое для нас дорога?

– Понимаю. Из-за этого и влез. Главное, чтобы боком это дело не вылезло, – произношу, мысленно ликуя.

– Ничего, прорвёмся. Только у меня есть маленькая просьба.

– Какая? – спросил я, и тут же прочитал отгадку во всплывших на поверхность мыслях Жукова

– Надо, чтобы Волкова в статье одного товарища Егорова упомянула, а других обкомовцев не тронула.

Задумка Жукова понятна. Если ответственность за запущенную дорогу ляжет на весь обком, то это только сплоит номенклатуру. Ведь всех товарищей не уволят или отправят на другие должности? Они ведь заслуженные и ответственные. Слуги народа, короче.

Зато даже новые кадры затаят злобу на председателя колхоза. Если удару подвергнется один деятель, то его, и сделают крайним. Обычная практика для власти всех времён. Но Жукова начнут опасаться и попытаются помириться. Пусть ненадолго, но Михалыч выиграет время.

– Хорошо. Подкину ей такую мыслишку, – пообещал я.

Жуков аж расцвёл, встал из стола и пожал мне руку. Затем мы вышли на улицу и стали свидетелями следующей картины.

Прямо к калитке подкатил вишнёвые «жигули» парторга Романова. Из него вышел хозяин и поздоровался с председателем. На меня он посмотрел, как на пустое место и даже не ответил на вежливый кивок.

Ну вот ничему его жизнь не учит. Зачем заводить врагов на ровном месте? Тут из пристройки появилась нарядная Ольга. Помахав рукой отцу, она подошла к машине парторга.

Судя по выражению лица Жукова, происходящее ему решительно не нравилось. Не знаю с почему, но у меня появилось объяснение происходящему. Скорее всего, дочка хочет показать папе, что уже стала взрослой. А Романов попросту не устоял перед её обаянием. Хотя этот шнырь, мог просто подсуетиться. Ему же здесь скучно.

– Фёдор Михалыч, мы поужинаем в «Чайке», и я сразу верну Ольгу домой, – произнёс парторг с видом победителя.

Он даже не скрывал торжества. Похоже, основная часть спектакля началась до похода парочки в ресторан. Поэтому Жуков и промолчал. Я неожиданно понял, что хочу вмешаться в происходящее, дабы ситуация не приняла неприятный оборот.

– Фёдор Михайлович, до свидания.

Пожав жёсткую руку председателя, я направился к калитке. В этот момент Романов распахнул водительскую дверцу и начал садиться. Удобное положение для моей каверзы. Быстро сосредотачиваюсь и призываю дар.

Мне показалось, что всё получилось. Однако мгновенного эффекта не последовало. Возможно, организм парторга начал адаптироваться к подобным вызовам или не хватило силы. Усевшись на мотоцикл, я наблюдал, как машина отъезжает от дома председателя под композицию группы Boney M.

Стартанув следом, я задержался возле дома культуры, чтобы поздороваться с компанией знакомых парней и девчонок, собравшихся на вечерний киносеанс. А ведь парторг мог сводить дочь председателя в кино, а не ехать в город, чтобы посетить ресторан за полтора часа до его закрытия.

Вот пижон. И всё-таки надо узнать, чем Романов так провинился, что его сослали в наши Палестины. Попрощавшись с молодёжью, я рванул в сторону выезда из деревни, но Жигули так и не догнал.

Автомобиль обнаружился на обочине, чуть дальше того места, где сломалась «Волг» Егорова. Похоже, организм парторга смог отдалить неприятный момент, но дал сбой на кочках. Оно и немудрено. Меня самого на этих колдобинах укачивает.

Хозяина машины внутри не было, а Ольга в красивом платье стояла рядом и смотрела на клонящееся к закату солнце. Разумеется, я остановился.

– Ольга Фёдоровна, вижу у вас здесь поломка, – произношу, глядя в сторону лесополосы, где засел её кавалер. – Может, вас назад отвезти?

Выслушав предложение, дочь председателя фыркнула.

– Соколов, я как-нибудь без тебя справлюсь. Езжай куда хотел.

– Наше дело предложить, – пробурчал я и поехал в город.

Забавно, но мне удалось уловить обрывки мыслей девушки. Она знает о моём столкновении с шабашниками. Кстати, ей рассказали совсем иной вариант произошедшего. Где меня выставили каким-то хулиганом, навредившим не только председателю Жукову, но и всему колхозу. Уж не Романов ли постарался? Тогда мой подарок оказался заслуженным.

Я не опасался оставить девушку на дороге одну. Сейчас поздно темнее. А если она поспешит, то может добраться до клуба до начала киносеанса. Здесь напрямик через скошенное поле минут двадцать.

Размышляя о завтрашнем продолжении поиска, я катил в сторону Яньково, и вдруг за пару километров до начала нормальной дороги почувствовал беспокойство. А ещё впереди по шоссе ехал одинокий автомобиль, следовавший в сторону города.

– Не может быть!

Я крутанул ручку газа до упора и рванул вперёд, не обращая внимания на кочки.

Водитель легковушки продолжал осторожно объезжать ямы, и какое-то время казалось, что мне удастся его догнать. Но выехав на нормальную дорогу, машина увеличила скорость и скрылась из виду. Закат не позволили рассмотреть ни марку, ни расцветку автомобиля.

Доверяя собственным чувствам, я рванул в сторону гаражного кооператива и быстро добрался до интересующего меня ряда гаражей. Увидев, что один из первых открыт, хотел подъехать. Но оказалось, что это не гараж Малышева.

* * *

Очередной день важных новостей не принёс. Зато появившийся Санька с самого утра обрушил на меня ворох новых слухов и сплетен. Вроде ничего особенного, но теперь в них лидировала новость об исчезновении Егоровой.

– Со слов понятой, присутствующей вчера на вскрытии квартиры Светы, стол в зале накрыт по-праздничному. На двоих, судя по столовым приборам и тарелкам. Еда прокисла, а в духовке осталась запечённая утка. Выходит, наша повариха исчезла неделю назад.

– А ты где вчера пропадал? – спросил я, делая вид, что меня не интересует тема похищения.

– Гонял в Москву по заводским делам, – ответил Рыжий, – Там какая-то неразбериха с запчастями вышла. В ОТК сказали, что случайно не на той бумажке штамп поставили. А склад готовой продукции отгрузил брак вместо изделий высшего сорта. Я с начальником склада ездил, меняли брак на нормальные детали. Думал, на два дня застрянем, но обошлось. Кравцов в итоге меня накормил обедом, а ещё дал червонец за помощь в погрузке и разгрузке. Но весь день убили на дорогу.

Понятно, что ситуация связана с махинациями Михеева и заведующего складом готовой продукции. Похоже, эта движуха является частью схемы обогащения. В последнее время начальник цеха начал меня напрягать. Поэтому я уточнил у Сани, на какую СТС они ездили, и запомнил адрес. Возможно, скоро пригодится.

После работы Рыжий напомнил, что в воскресенье футбол, и поспешил к дому родителей. Меня это вполне устраивало, так как рядом с проходной уже ждала журналистка.

– Прокуратура открыла дело о пропаже Егоровой, – сообщила Анастасия, когда я сел рядом.

– Как и ожидалось. На понедельник я взял отгул, поедем в Смоленск. Чую, что во вторник они уже выйдут на меня.

– Значит, мы должны найти девушек раньше. Если мы нашли похитителя, и это Малышев, то будет легче, – произнесла журналистка.

Но я не разделял её энтузиазм.

– Поехали, посмотрим, стоит ли нам дальше копать под завуча, – произнёс я с сомнением, вспомнив про вчерашнюю машину. – Кстати, чем ты сегодня занималась?

– Довела гостиничную работницу до нервного срыва и дописала разгромную статью о раздолбанной дороге. Вечером сделаю парочку правок и отправлю заказным письмом в редакцию. Там уже ждут.

– Ты про старшейшую этажа, пропустившую толпу грузин? А потом сделала вид, что драки не было?

Журналистка кивнула, глядя на дорогу.

– С этого дня она больше не старшая этажа. Директор «Чайки» хотел уволить её за пропуск посторонних и торговлю коньком, но я не стала настаивать. Она мать-одиночка с двумя детьми. В итоге ей влепили выговор и перевели с испытательным сроком горничной. Кстати, нахального цветочника ещё в понедельник заставили съехать из люкса. Так что я его больше не видела.

– Я хотел поделиться кое-какой информацией насчёт статьи. Вернее, у председателя Жукова есть просьба.

Журналистка молча кивнула, ожидая продолжения.

– Председатель попросил не критиковать весь обком, а только настоящего виновника.

– Ты имеешь в виду товарища Егорова? – спросила Волкова, показывая, что владеет ситуацией.

– Да. Это у него на колхоз большой зуб. Однако Жуков – кремень, не позволяет собой командовать и делает всё на пользу колхозу. Обкомовец из-за этого бесится и вставляет палки в колёса. Поверь, я сам был свидетелем.

– Не знала, что это личное. Я Егорова в статье упоминала, но вскользь. Теперь придётся сделать его главным героем репортажа, – хищно улыбнулась акула пера.

Похоже, судьба партийного интригана решена. Оно и правильно.

Так, за разговорами мы прибыли на место. Машину оставили возле частного сектора, подальше от интересующих нас гаражей. Потом разделились и начали обходить окрестности. Обнаруженные мной косвенные улики, вызвали смешанные чувства. С одной стороны, кое-какие подозрения подтверждались. А с другой, сильнее всё запутывали. Поэтому пока рано делиться подозрениями с Волковой.