Текст книги "Технокосм"

1.5. Анализ снимков

На столе перед Левшовым лежали снимки из космоса. Советский разведывательный спутник, снабжённый мощным телескопом и первоначально предназначавшийся для фотографирования с околоземной орбиты американских военных объектов на поверхности Земли, за месяц до старта внезапно получил новое полётное задание. В срочном порядке его адаптировали к боле мощной ракете-носителю и запустили на орбиту, пролегающую слегка выше геостационарной. Дрейфуя относительно геостационара, за несколько дней он отснял оба космических сооружения, разнесённые друг от друга на 60 градусов по геостационарной орбите.

Первое, что повергло земных наблюдателей в шок, был гигантский размер объектов. Второе – насколько узнаваемыми оказались тарелки параболических антенн и «брёвна» излучателей передатчиков, очень похожие на объекты, обнаруженные ранее в Тихом океане. Третье… Левшову потребовалось несколько минут, чтобы понять, что именно показалось ему странным: излучателей было больше, чем тарелок.

– Нельзя ли рассчитать по снимкам, в какие точки небесной сферы нацелена каждая из антенн?

– Уже в работе. Результаты будут через пару часов.

Получив результаты – список с координатами точек на небесной сфере, – Левшов взял каталог звёзд и против каждой точки стал ставить название находящейся в ней звезды и расстояние до неё. Это была нудная работа, но результат превзошёл все ожидания – закономерность стала вполне очевидной.

– Теперь я могу Вам сказать, когда Они сюда прибыли.

– Каким образом?

– Видите, на некоторые из звёзд направлены сразу и приёмная тарелка, и передающий излучатель, а на некоторые – только излучатель.

– Ну и что?

– И приёмник, и излучатель одновременно направлены только на те звёзды, которые расположены от нас на расстоянии не более 25 световых лет. На более удалённые звёзды направлены только излучатели. И самое интересное – рядом с излучателем, направленным на звезду, находящуюся от нас на расстоянии 28 световых лет, видна наполовину недостроенная приёмная тарелка, направленная в ту же сторону.

– И что отсюда следует?

– У меня есть только одна гипотеза – все передатчики были построены сразу же после их прибытия сюда, а приёмники они строят только тогда, когда ожидают получить ответный сигнал с соответствующей звезды. Если предположить, что они послали свой первый сигнал к другим звёздам пятьдесят лет назад, то за это время сигнал дошёл до всех звёзд в радиусе 25 световых лет от Солнца, и от всех них уже успел придти обратный сигнал. Сигнал также дошёл и до звезды, расположенной на расстоянии 28 световых лет от нас, но обратный сигнал дойдёт до нас ещё только через шесть лет, потому что полное время путешествия сигнала туда и обратно составляет 28 + 28 = 56 лет. Или, может быть, они послали сигнал не 50, а 55 лет назад, и тогда ответа следует ожидать через год. Судя по тому, что приёмная антенна уже наполовину построена, это даже более правдоподобно. Итак, моя оценка времени, когда Они прибыли на Землю – от пятидесяти до пятидесяти пяти лет тому назад.

– А Вы уверены, что они действуют именно так, как Вы говорите: сначала посылают сигнал на все существующие узлы сети, а потом ждут от них ответа? – спросил Человек-в-Сером. – Не логичнее было бы, если бы те, кто их сюда послал, также послали бы им сюда сигнал к моменту их предполагаемого прибытия на Землю?

– Но Вы же видите, что на самом деле это не так. Да, было бы логичнее прислать им на Землю сигнал, например, с обновлением их программного обеспечения, к моменту их предполагаемого прибытия на Землю. Раз они этого не делают, значит, они просто не знают, куда именно они их послали.

– Как это возможно? Раз они прибыли к нам на Землю, значит, те, кто их послал, посылали их именно на Землю.

– Совершенно не обязательно. Когда ветер сдувает с одуванчика его семена-«парашютики», одуванчик не знает, где именно приземлятся его семена. Он не знает, куда он их послал. Тот факт, что пришельцы сначала разослали сигналы во все стороны, а теперь ждут ответа, показывает, что пришельцы попали сюда… как бы получше выразиться… непреднамеренно, что ли. Готов спорить на что угодно – они путешествуют по галактике с «попутными» кометами и сами не знают, куда эти кометы их завезут.

– Но это же ужасно неэффективная система! Среди комет ничтожные доли процента покидают свои звёзды и уходят в межзвёздное пространство. И лишь немногие из них захватываются потом другими звёздами. Сколько же нужно сделать нанороботов, сколько же нужно засеять ими комет, чтобы они распространились по всей Галактике!

– Достаточно сделать одного наноробота, но саморазмножающегося. На самом деле система невероятно эффективна – минимум начальных затрат при максимальной «зоне покрытия»! Для того, чтобы покорить всю Галактику, вам не нужно расходовать материальные ресурсы собственной планеты, потому что используются кометы – дармовые, уже существующие в природе «межзвёздные транспортные средства» с многотонной защитой от галактической радиации и неограниченными запасами сырья для автоматического изготовления всё новых и новых роботов! Берёте близкую к нулю вероятность прибытия кометы туда, куда надо, умножаете её на бесконечно большое число нанороботов и в результате получаете гарантированно работающую систему. Обратите внимание: среди ближайших к нам звёзд уже почти на половине расположены узлы их сети. Я не удивлюсь, если в конце концов выяснится, что эта сеть охватила уже всю Нашу Галактику.

– Это возмутительно! – вдруг закричал стоявший рядом человек в генеральских погонах. – Пришельцы хозяйничают на Земле уже больше полувека, а мы только сейчас узнаём об этом! Что за бардак!

Левшов обернулся к Генералу:

– Извините, товарищ генерал, но мне это возмутительным не кажется. Наоборот, это восхитительно! Нам невероятно повезло. То, что мы их обнаружили – чистейшая случайность. Сигналы, которые идут к ним с других звёзд, практически неотличимы от обычных радиопомех. Сами Они излучают в таком узком пучке, что мы могли бы их не обнаружить ещё сотню лет. Но из того, что за полвека Они никак себя не проявили, мы можем сделать два очень важных предположения. Первое – они не агрессивны и, скорее всего, не представляют для нас прямой угрозы. Второе – поскольку они здесь так давно, у нас появляется очень хороший шанс на АПК.

– АПК?

– Извините товарищ генерал, дурная привычка говорить сокращениями. АПК – это несбыточная мечта всех специалистов по поиску внеземных цивилизаций. АПК – это Абсолютно Полноценный Контакт.

– А может быть неполноценный?

– Не только может быть, но и изначально предполагается, когда обычно говорят о контакте между разными цивилизациями. Считается, что разница в языке и культуре будет настолько гигантской, что мы не сможем обменяться хоть сколько-нибудь осмысленными сообщениями, выходящими за пределы каких-нибудь тривиальных фактов, справедливых в любой точке Вселенной. Грубо говоря, мы можем послать им сообщение о том, что атом гелия весит в четыре раза больше атома водорода, а они согласятся и пришлют нам сообщение о том, что дважды два четыре. Обе стороны призна́ют друг друга разумными, но какой от этого толк, если мы не сможем поговорить о действительно важных вещах, например, о смысле жизни?

Под абсолютно полноценным контактом понимается такая гипотетическая ситуация, когда мы контактируем со стороной неизмеримо более развитой, чем мы. Настолько более развитой, что для неё не составляет особого труда глубоко изучить наш язык и культуру, так что мы можем запросто сесть с ней на кухне и побеседовать как со старым приятелем, что называется, «за жизнь».

А теперь смотрите, что мы имеем в данной конкретной ситуации. Мы явно столкнулись с цивилизацией, находящейся на неизмеримо более высокой ступени развития, чем наша. Мы знаем, что они знают о нашем существовании и наблюдают за нами, хотя бы с помощью тех же искусственных комаров. Мы знаем, что они прибыли на Землю более полувека назад. Новорождённому человеческому ребёнку требуется меньше трёх лет для того, чтобы научиться основам человеческого языка, и порядка двадцати-тридцати лет, чтобы освоить основы научных знаний, накопленных человечеством. Конечно, у человеческого ребёнка есть огромное преимущество перед пришельцами – природное устройство его мозга изначально приспособлено к человеческой культуре. Точнее, наоборот – человеческая культура изначально приспособлена к особенностям устройства человеческого мозга, да и не только мозга, а, скажем, его голосовых связок, строения рук, всего тела. Но и у пришельцев есть своё преимущество: огромные вычислительные мощности их компьютеров. Так что на настоящий момент я склонен оценивать наши шансы на АПК как хорошие.

– И всё же мне не совсем понятно, – сказал Человек-в-Сером. – Ребёнок обучается языку и культуре, взаимодействуя с людьми, живя в человеческом обществе. Предположим, что пришельцы способны принять внешний облик человеческого ребёнка и могут подбросить его родителям, подменив настоящего новорождённого, но они всё равно не смогут вести себя так, как должен вести себя нормальный ребёнок в соответствии со своей биологической, генетической программой развития, и нормального процесса обучения не получится. Я не понимаю, как вычислительные мощности, пусть даже огромные, могут здесь помочь.

– Я в своё время занимался проработкой возможной стратегии решения этой задачи, – сказал Левшов. – Проведённый мною анализ показал, что наилучшей стратегией для обучения пришельцев является не подмена новорождённого, а перехват всей информации, входящей и исходящей из его мозга по нервным волокнам.

– Вы хотите сказать, что они превращают живого человеческого младенца в полностью послушную марионетку? Но ведь с точки зрения задачи обучения это ничем не отличается от полной подмены младенца!

– Вы меня не так поняли, речь вовсе не идёт о превращении младенца в марионетку. Слово «перехват» не совсем точно отражает то, что я хотел сказать. Правильнее было бы сказать «подслушивание». Своего рода «прослушка» всех информационных импульсов на всех его нервных волокнах. Младенец даже не подозревает, что его «подслушивают». Он ведёт себя совершенно нормально, как самый нормальный ребёнок во всех жизненных ситуациях. Но на каждом его нервном волокне сидит по нанороботу, записывающему все нервные импульсы, проходящие через это волокно. Через каналы беспроводной связи они сбрасывают всю эту информацию на «станцию связи» – наноробота, который сидит где-нибудь на поверхности кожи ребёнка. Тот тоже использует какой-нибудь беспроводной канал связи для того, чтобы сбросить всю эту информацию какому-нибудь летающему поблизости «искусственному комарику», наподобие тех, что мы наблюдали недавно в зоне аномального излучения в Тихом океане. Ну, и дальше по цепочке роботов-ретрансляторов до «центральной станции», где располагаются основные вычислительные мощности пришельцев. И вот тут начинается самое интересное – обработка информации…

– Подождите, подождите: а как нанороботы вообще попали в организм ребёнка?

– Да как угодно, хотя бы тот же «искусственный комарик» укусил.

– Допустим. Продолжайте.

– Итак, обработка. Самое сложное – это определить модальность полученных сигналов…

– Простите, что?

– Модальность. Какое именно физическое ощущение или какое действие кодируется той или иной последовательностью импульсов. Для этого нужно знать две вещи: во-первых, куда или откуда идёт нервное волокно, т. е. к какому рецептору или исполнительному органу оно подключено, и во-вторых, какая последовательность импульсов в этом волокне соответствует какому ощущению или действию. Первая задача – это чистая анатомия. Надо просто отследить с помощью нанороботов, откуда и куда проложены в организме нервные волокна. Со второй задачей немного сложнее. Назначение каждого из органов чувств человека будет понятно любому мыслящему существу опять же из чистой анатомии: глаз прозрачен в оптическом диапазоне и хрусталик фокусирует свет на сетчатке – значит, там расположен приёмник оптического излучения, конструкция уха идеально реагирует на колебания воздуха звуковой частоты – значит, нервные сигналы, идущие оттуда, кодируют информацию о колебаниях плотности воздуха, и так далее. Но каким именно картинкам соответствует та или иная последовательность импульсов в том или ином волокне зрительного нерва? Вот здесь уже нужна калибровка.

– Калибровка? Вы хотите сказать, что они предъявляют организму различные эталонные раздражители, например, набор каких-нибудь специальных картинок или звуков, и смотрят, в каких волокнах какие импульсы возникают?

– Возможно и так. Но, в принципе, эталонные раздражители необязательны, если рядом есть какой-нибудь «комарик»-наблюдатель. Он тоже видит приблизительно ту же картину и слышит те же звуки. Он даже может сесть на кусочек пищи, перед тем как она отправится в рот ребёнка, и провести её химический анализ, а потом сравнить результаты этого анализа с сигналами от рецепторов вкуса во рту ребёнка. Провести сравнение того, что видит и слышит такой наблюдатель, и того, что видит и слышит ребёнок – не совсем тривиальная задача, поскольку они находятся не совсем в одной и той же точке пространства, но, зная физику и геометрию, всегда можно внести соответствующие поправки. Проведя достаточно продолжительные наблюдения и подвергнув их статистическому анализу, можно выявить, что означает любая последовательность импульсов в любом нервном волокне. С этого момента «комарик»-наблюдатель, в принципе, уже не обязателен – всё, что видит и слышит «прослушиваемый» субъект, может быть восстановлено по нервным импульсам, снимаемым с его нервных волокон. Прошу заметить, что пришельцев, пытающихся научиться нашему языку и культуре, не очень интересует, что объективно происходит вокруг исследуемого субъекта, им гораздо интереснее его субъективное восприятие окружающей действительности. Наоборот, лишняя информация им только помешала бы. Например, человек не может видеть невооружённым глазом в рентгеновском диапазоне, а значит, отслеживание наблюдателем вида окружающей среды в рентгеновском диапазоне не помогло бы при интерпретации поведения человека.

Но определение модальности сигналов – это всего лишь предварительная работа. Самое интересное начинается дальше. В своей вычислительной среде пришельцы создают два виртуальных «чёрных ящика» – один ящик предназначен для моделирования сознания исследуемого субъекта, другой – для моделирования окружающей его среды, в том числе и социальной среды. У пришельцев есть записи взаимодействия двух реальных «чёрных ящиков» – настоящего человека и его реальной среды – на протяжении целой жизни: вся информация, поступающая в мозг из внешней среды, закодированная в виде нервных импульсов от органов чувств, и вся информация, поступающая во внешнюю среду из мозга, закодированная в виде сигналов, подаваемых из мозга на мышцы. Чтобы построить в виртуальных «чёрных ящиках» адекватные модели сознания и его среды, нужно добиться, чтобы обмен сигналами между этими двумя «чёрными ящиками» в максимальной степени повторял обмен сигналами между сознанием и реальной средой. И вот тут действительно необходимы огромные вычислительные мощности: необходимо провести огромное количество виртуальных численных экспериментов, чтобы подобрать правильные коэффициенты преобразования сигналов внутри «ящиков», до тех пор, пока «ящики» не станут вести себя как реальные сознание и среда. Впрочем, построить абсолютно точную модель среды таким образом вряд ли удастся – в реальной среде действует очень много существенных факторов, недоступных органам чувств человека; но можно построить модель среды, по точности приблизительно соответствующую моделям, существующим в наших собственных сознаниях. Для целей изучения человеческого языка и культуры такой модели вполне достаточно.