Текст книги "Взгляд висельника"

Автор книги: Александр Варго

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 7

Все надоело. Софья устала от тирании матери. Туда не смотри, там не сиди, с тем не целуйся. Не целуйся? Даже не думай об этом. Потому что целуются только испорченные девочки. Интересно, что она скажет, когда узнает, что ее приличную дочку имели три здоровенных бугая по очереди прямо на бетонном, загаженном голубями полу чердака их дома? А ничего она не скажет. Некому будет говорить.

– Почему ты медлишь?

Соня медленно повернулась к монитору. Странно, но она ни разу не спросила его, кто он. Человек, скрытый тенями по ту сторону монитора, мог быть как взрослым мужчиной, так и подростком. Голос, искаженный электроникой, тоже ни о чем не говорил. Да и, если начистоту, ей было все равно, кто он. Ей было приятно с ним разговаривать, и он всегда говорил дело. Он так хорошо знал ее, будто был родным братом.

– Соня, тогда я отключаюсь.

– Нет! – вскрикнула Софья. – Не уходи. Я хочу, чтобы ты был со мной, когда я сделаю это.

– Как скажешь. Только я не собираюсь сидеть здесь вечно.

– Я сейчас.

Соня встала. Кресло откатилось к столу. Впервые с начала разговора она была не уверена, хочет ли этого и вообще поможет ли это.

– Я ухожу.

– Я сейчас, сейчас, – она ответила не оборачиваясь. Все ее внимание было приковано к окну. – Только не торопи меня, ладно?

– Ладно, ладно. Только помни, у меня очень мало времени.

Он очень изменился. Ласковый, заискивающий тон вдруг сменился на безразличный и даже повелительный. Но Соне было уже все равно. Она решила. Пусть это решение ей далось непросто, но видео, выложенное одним из трех с чердака в «Ютуб», стерло все сомнения. Соня не могла вспомнить, чтобы кто-то снимал их забавы. Да даже если бы она и видела оператора, то не сказала бы и слова, потому что она делала в тот вечер все, о чем ее просили. Потому что в тот вечер она делала все, чтобы насолить матери. Насолила? Насолила, но недостаточно. Ей нужно было, чтобы мать рвала на себе волосы, винила бы себя всю жизнь. После того как она сделает то, что предложил Dr Weber, так именно и будет.

Соня подошла к окну и посмотрела на дырки от снятых ручек. Мать совсем слетела с катушек. Ручки она предусмотрительно сняла. Но Софья была готова к этому. Она сняла ручку вчера в школе. Весь день проносила ее в сумке, а на ночь спрятала под кровать. Сейчас она ей нужна. Лишь бы она не подвела. Лишь бы, пока открывается окно, она не передумала. Вот тогда она подведет Доктора. Странный у него ник. Почему Доктор? Почему, собственно, это ее волнует? Ведь два дня ее это не трогало абсолютно. Вот и сейчас ей должно быть все равно. В конце концов, он единственный, кто проводит ее.

– Давай, – подбодрил ее собеседник. – Не тяни. Это же так просто.

– Да не сложнее, чем трахнуться с тремя на чердаке, – прошептала Соня и вдруг заплакала. Какая-то горечь, нестерпимая обида выдавливала слезы из глаз. Как и в тот вечер, когда она осталась одна на чердаке, Софья заплакала. Тогда унижения только начинались и тянулись долгие две недели. Только ленивый не назвал ее шлюхой. Ленивый и мать. Она вела себя так, будто ничего не случилось. И Соню начали злить их отношения «на автомате». Сейчас она прекратит это в один миг. Но чем ближе к этому моменту, тем тяжелее.

– Давай, ты не пожалеешь.

Софья открыла окно и залезла на подоконник. Прохладный ветер ворвался в комнату и всколыхнул листы на столе. Собеседник – черная тень – молча наблюдал.

– Я не пожалею, – прошептала девушка. – Никогда не пожалею.

– Никогда, – прозвенел электронный голос.

Соня улыбнулась и шагнула в окно. Dr Weber посмотрел на распахнутое окно и отключился.

* * *

Сергей приготовился к худшему, но поведение Змея удивило его. Вместо того чтобы наброситься на уже приготовленных жертв, он тролил Скороходова.

– Ну и че, че? Расскажи, как все было. Тебя лох припозорил? – Змей подошел к Артему и обнял его за плечи. – И че ты? Не оторвал его? А, ну да. Как бы ты? Звенел бубенчиками?

Сережа посмотрел на Арсена и Игоря. Они тоже не понимали, что происходит. У Игоря был такой вид, что казалось, он сейчас бросится бить Скороходова.

– Так че вы здесь собрались? – спросил Ганц.

Истомин рискнул предположить, что вопрос обращен к Женьке и ее компании, но жесткий взгляд парня буравил его.

– Мы домой идем, – сказал Сережа.

– Ну так и идите. Хера вы тут разявились?

Сергей даже услышал, как Арсен облегченно вздохнул. Еще бы! Даже Истомин не был так категоричен в вопросе «быстрее начать, чтобы быстрее закончить».

– Не так быстро, Ганц.

Напряжение вернулось.

– Они обидели Скороходика. – К ним подошел Камаз. – И поэтому их надо наказать.

Ганц расплылся в хищной ухмылке.

– Что можешь предложить, дружище?

– Ну, бить мы их не будем? – спросил Камаз у Ганца.

– Нет, что ты. Мы же не хулиганы какие-нибудь.

– Тогда твои предложения.

– Давайте им по болту зарядим. – Змей оставил Артема и подошел к друзьям.

– Дело говоришь, – произнес Камаз и, сцепив руки, размял их. Пальцы хрустнули, словно сухие ветки под ногами. – Давайте сюда свои чугунки.

Сережа не успел ничего сказать, когда Арсен подошел к Ганцу. Тот с наглой ухмылкой приложил ко лбу «добровольца» правую ладонь, оттянул средний палец и тут же отпустил его. Арсен скривился, потер больное место и подошел к Змею. Игорь подошел к Ганцу.

– Конвейер запущен, – улыбнулся Камаз. – Эй, боксер, иди сюда.

Сережа напрягся, но подошел к нему.

– Я ему за троих, – повернувшись к друзьям, сказал Камаз. – Давай свой лоб, боец. Не ссы, своих не обижу.

Действительно, щелбан был символическим. Сергей потер лоб для видимости и отошел в сторону. Он краем глаза посмотрел на Скороходова. Какая-то печаль была во всем его виде. Он поник, будто цветок с заходом солнца. Но Истомину не было его жаль. Тот, кто обижает слабых, должен быть готов к тому, что он может когда-нибудь ошибиться и нарваться… На что он сейчас нарвался, Сережа так и не понял, но судя по тому, что над ним издевался Змей, да и по тому, что они отделались щелбанами, что-то пошло не так. И Скороходик об этом знал.

* * *

Они поднялись на чердак. Артем хотел уйти, но Стас уговорил остаться. Артем чувствовал, что Змей что-то замыслил против него. Скороходов боялся этой троицы. Но они не трогали его до этого, и он успокоился. Иногда он даже гордился таким знакомством. Но только не сегодня.

– Ну что, молодняк, сегодня гульнем по-взрослому? – Камаз выставил на впопыхах установленный стол три бутылки водки и одну – вина. – Малая, – обратился он к Наде, – снимаешь? Снимай, снимай. Сегодня будет интересно.

Артему не понравилось, как Камаз переглянулся со Змеем.

– Стас, наливай, – сказал Ганц и присел рядом с Женькой.

«Вот оно в чем дело!» – Артем почти обрадовался. Им всего лишь нужна Женька, а он просто стоял у них на пути. Ну, тут можно быть спокойным.

– Я просто отойду, – прошептал Скороходов.

– Что ты там шепчешь, мудак? – Змей толкнул Артема в спину. – Иди, выпей.

Артем подошел к Стасу и взял пластиковый стаканчик.

– А че, слышали, Золотая рыбка п**дой накрылась?

Артем хохотнул и тут же поймал на себе неприязненный взгляд Камаза.

– Я что-то смешное сказал?

– Нет.

– Тогда заткнись и пей.

Артем послушно осушил стаканчик.

– Воткнула себе в глаз ножницы, – продолжил Камаз. – И ничего в этом смешного нет.

– Да ну на хер?! – Женя даже привстала, но Ганц ее дернул назад. – Хрюня?!

– Да. Ее мать с катушек слетела, зато папаша вернулся.

– О! Мы же ей говорили, что предки сойдутся. Посмертно, – проговорил Стас и выпил.

– Не, ну че вы такие придурки, а? Девка вгоняет себе в мозг ножницы по самое не хочу, а вы еще шутки шутите? Она же ваша подруга…

– И что? – вдруг спросила Женька. – Что нам теперь, на венок скинуться?

– Вы ее намудохали перед этим? – догадался Ганц.

– Мы ей хотели помочь, – едва смог выговорить Скороходов.

– Придурок, ты что, первый раз пьешь? – спросил у Артема Змей.

Скороходов ничего не сказал, только усмехнулся. Его действительно развезло с двух рюмок.

– Поздравляю, вы ей помогли, – сказал Ганц и выпил.

– Стас, я же просила не выкладывать видео, – сквозь зубы процедила Женька.

– А я и не выкладывал.

– Тогда какого хера Хрюня сдохла?

– А я почем знаю?

– Где?! – взревела Ефремова.

– Там, где и было вчера, – бесстрашно сказал Стас и показал на Надю.

«Именно его бесстрашие и злило Женьку», – подумал Артем.

– Ничего не понимаю. – Женя взяла стакан с вином. – Почему она подохла-то?

– Ну, ножницы в мозгу и все такое, – попытался объяснить Стас.

Женя выпила.

– Я знаю, придурок. Должна быть причина, по которой она взяла ножницы в руки и захерачила себе в глаз.

– А ты считаешь, это как с Мечниковой?

Артема Стас уже давно не поражал своей глупостью. Привык. Но вот сейчас Скороходов даже протрезвел.

– Так Мечникову тоже вы? – улыбнулся Змей. – Красавцы.

– Да че мы-то сразу?

Артем впервые заметил, что Женя чего-то боится. «Она боится, что все узнают о ее жалости к девочкам», – додумался Скороходов.

– Ну, проучили мы ее немного. Да этот придурок выложил ролик на «Ютуб».

– Менты приходили? – вдруг спросил Камаз.

– Нет, – в один голос ответили Женька, Артем, Стас и Надя.

– Придут, – заверил их Змей. – Они всегда приходят.

* * *

Серега был в приподнятом настроении. Они не только не отхватили, но еще и получили поддержку Камаза.

– Слушайте сюда, мальки, – обратился Камаз к Женьке и ее банде. – Вот этих троих с сегодняшнего дня обходим стороной. Усекли?

Артем и Стас закивали так интенсивно, что Истомин даже начал опасаться за целостность их шей.

Арсен и Игорь уже ушли, а Сережа остался стоять у собственного подъезда. Последние теплые осенние деньки сейчас его особенно радовали. Он посмотрел на площадку перед домом. Деревья почти все стояли голыми. И только поэтому он увидел черный силуэт на скамейке. Летом ее скрывала листва куста сирени. Мужчина… да, это был мужчина… встал и повернулся лицом к Сереже. Хорошее настроение улетучилось, даже, казалось, солнце зашло за свинцовые тучи. Истомин не стал дожидаться, когда незнакомец что-нибудь скажет или подойдет к нему. Он развернулся и вбежал в подъезд. Уже в безопасности, за стальной дверью собственной квартиры, Сережа понял, что это тот же самый мужчина, который говорил с ним в классе.

Истомин подошел к окну на кухне. Оно находилось как раз над кустом сирени и скамейкой. Мужчина все еще был там и смотрел на подъезд. Сердце Сережи забилось сильнее, и в этот момент, будто услышав барабанную дробь, незнакомец поднял голову наверх. Они встретились глазами, и мужчина исчез. Просто взял и исчез. Будто призрак, будто мираж. Сергей какое-то время постоял у окна, все еще пытаясь понять, куда делся человек. На уровне подсознания он даже был готов к тому, что незнакомец сейчас позвонит в дверь. По крайней мере это бы выглядело более здраво. Но ни звонка, ни появления незнакомца под окнами не произошло. Тусклое и холодное солнце, поблескивая своими лучами на опавшей листве, снова вышло из-за туч. Хорошее настроение вернулось вместе с ним.

Сережа налил чаю, сделал пару бутербродов с колбасой и сел за компьютер. Проверил почту, зашел на страничку «ВКонтакте». Напротив графы Мои сообщениязначилась цифра 1. Он открыл сообщения. Какой-то Dr Weber написал ему. Сережа обратил внимание на аватарку гостя. Подобные бывают в «Скайпе», когда у человека нет снимка. Серый силуэт с вопросительным знаком вместо головы. Только этот был черный. Странно, но Сереже почему-то вспомнился сегодняшний призрак. Сергей нажал на сообщение и начал читать.

Dr

Привет! Мы незнакомы, но я хорошо знал Свету Мечникову и Владу Хрулеву. Печально, что с ними все так произошло. Ты не думаешь, что и с нами может подобное случиться?

Интересный поворот событий. Истомину было наплевать на то, что он не знает, кто сидит под странным ником. Его захватило обсуждение больной темы.

– Привет! – написал он. – А что случилось с Владкой?

* * *

Все уже были изрядно выпивши, а Женя так и вовсе порывалась танцевать приватные танцы. При Артеме она себе такого не позволяла. И он снова пришел к выводу, что она очень хочет понравиться «старшакам». Шлюха! Это слово, характеризующее его подругу, бывшую подругу, едва не слетело с влажных губ Артема. Вот тогда бы он предоставил им возможность смешать его с голубиным пометом. Нет, он не настолько пьян.

Артем тыльной стороной ладони отер рот, сплюнул, еще раз отер и пошел к основному месту действия. Женьку, похоже, успокоили, но рука Ганца лежала на ее груди под футболкой, надетой наизнанку. Скороходов непроизвольно закрыл рот рукой. Все-таки подходящее слово крутилось прямо на кончике языка.

– Эй, тошнотик. – Камаз стоял за спиной. – Херово? Если ты наблюешь на стол, я заставлю тебя слизать. Усек?

Артем кивнул. В этот момент ему и правда показалось, что комок рвоты подкатил к горлу. Он молча отошел в сторону. Не очень далеко. Так, чтобы слышать, о чем говорят друзья. Хотя именно сейчас Артем усомнился в наличии их в этом помещении.

Разговор снова вернулся к теме самоубийств. Артем сделал вид, что его рвет, нагнулся и прислушался.

– Так че, вы вообще ее намудохали? – Змея явно веселила эта тема. Он непрестанно посмеивался.

– Да она все ныла, что никому не нужна…

– Ни хера себе, – протянул Ганц. – А это вы ее так приласкали, да?

– Да нет же! – пьяно отмахнулась Женя. – Мы в этот вечер собирались побить кого-нибудь другого…

Змей и Камаз заржали, Ганц кивнул и улыбнулся.

– Во как? И че, не случилось?

– Не-а, – сказала Женька и икнула.

Только теперь Скороходов понял, что на чердаке ни Надьки, ни Стаса нет. Ему стало страшно. Он попытался выплюнуть тягучие, словно смола, слюни, и его действительно вырвало. От страха.

– Эй, блевотный! Пока не оботрешься, сюда не подходи, – крикнул Змей.

Теперь он к ним и не собирался. Даже если примет душ. Он медленно, будто при каждом рвотном позыве, продвигался к двери. Продвигался и слушал.

– Так и че? – напомнил Ганц пьяной подруге.

– Холодно же было, – с укором произнесла девица и снова икнула.

– Налей вина, – приказал Ганц Змею.

Тот налил и протянул стакан Жене. Она сначала отвернулась, а потом все-таки приняла и в два глотка выпила темно-красную жидкость.

– И вы решили… – помог ей продолжить рассказ Ганц.

– Мы решили? Нет. Стас сказал об опухших яйцах своего отца, а потом Скороходик предложил Хрюне.

Парни ждали. Артем тоже затих. Вообще, мыслящему человеку трудно сопоставить опухшие яйца и предложение девушке. Мыслящим на чердаке считал себя только Ганц, поэтому спросил на всякий случай, чтобы уточнить:

– Он что, предложил ей избиение? И что, она согласилась?

– Не сразу. Артем ее уговорил.

– То есть и Мечика вы из-за него отоварили, и Золотую рыбку он уговорил, – Змей повернулся в сторону Артема. – Эй! Ты, по ходу, гвоздь программы. А ты в курсе, что тебе за это будет?

Скороходов выпрямился и попятился.

– Вы меня побьете? – как-то уж жалостно спросил Артем.

Парни засмеялись. Женька хохотнула и снова начала икать.

– Ну, как вариант, – пожал плечами Змей. – А так вообще-то это все серьезно. Это статья «доведение до самоубийства». До пяти лет лишения свободы.

– Вы же никому не скажете?

– Ну что, парни, выручим Скороходика? – Змей оскалился.

К нему, разминая кисти, подошел Камаз.

– А почему нет? Мы все равно сегодня собирались кого-нибудь побить.

Женька снова засмеялась.

Ганц улыбнулся и подошел к друзьям.

– Ага, а на улице холодно.

Артем замер, будто кролик перед удавом. Вдруг дверь открылась и в помещение с низкими потолками вошли Стас и Надя. Скороходов догадался, куда они уходили, но ему было наплевать на это. Он был рад видеть друга, с которым они хотя бы попробуют дать отпор.

– Ну что, малые? Тут ваш друг просто умоляет, чтобы мы его побили.

Надежда на помощь друга улетучилась, как только Артем посмотрел на него.

– Что, Скороходик, проблемы в семье? Ну, это правильно, что ты к нам обратился.

Скороходов не верил своим ушам. Эти же слова еще сутки назад говорил он Владке.

– А что, снимать будем? – спросила Надя и достала мобильник.

* * *

Он ему все рассказал. Его новый друг все рассказал об этих тварях. Они убили Свету Мечникову, они уничтожили Владку. Суки! Сейчас он был зол настолько, что его не напугали бы даже «старшаки». Он сам себе сейчас напомнил Камаза, и тут же его пыл пропал. Нет, все-таки Камаз пугал его. Сегодня он с барского плеча даровал ему свое покровительство, а завтра может отыграться. Да так, что будет просто удачей, если Сергею позволят уйти, как Светке или Владке.

Dr Weber сказал, что мама Влады сошла с ума. От горя. Но зато отец вернулся. Сережа задумался. Впервые после разговора с другом он задумался о своей семье. А что если… Да, он слышал где-то, что горе сближает людей. Но зачем же так все усложнять. Сергей очень хотел, чтобы мама вернулась. Он очень хотел, чтобы отец наконец-то почувствовал себя счастливым. Может, и приставать тогда бы меньше стал. «Что в школе?» «Тебя никто не обижает?» «Обещай, что если у тебя будут проблемы, ты расскажешь мне». В этом весь его отец. Оно и понятно, переживает. Но как ему объяснить, что сын уже взрослый?

Сережа не заметил, как в «Скайпе» пришло сообщение. Он открыл его. Пользователь Dr Weber просит, чтобы вы добавили его. Сережа нажал «добавить». И почти сразу же раздался звонок. Истомин почему-то испугался. Он не знал, хотел ли он вообще с ним общаться. Зачем он добавил его? Еще немного помедлив, он принял звонок.

– Ну, привет! – раздался электронный голос.

– Привет, – ответил Сережа.

Несмотря на то, что камера собеседника была включена, Истомин мог разглядеть только черный силуэт. И снова он вспомнил о человеке у подъезда. Нет. Это не он. Приятный в общении собеседник не мог быть похожим на мертвеца незнакомцем. А то, что голос искажен, так, может, у него микрофон сломан.

– Ты извини, что изображение не ахти, да и голос у меня как из бочки. Все оборудование к чертям полетело. Завтра куплю и все налажу.

– Да ничего. Все хорошо.

– Сомневаюсь, но тебе видней.

Нет, определенно, это разные люди.

– Ну и чем занимаешься? – спросил Док.

Кстати, только сейчас Сергей вспомнил, что они договорились не употреблять длинных имен. Истомин называет его Док, а Док называет его Сэр.

– Постой-ка, дай угадаю, – не дал ответить Док. – Думаешь о девчонках? Надо признаться, я тоже о них думаю постоянно.

– О чем именно? – все-таки успел вставить слово Сережа.

– Сэр, старичок, ты меня удивляешь. Конечно же, об их мужестве. Они сейчас в лучшем мире и смеются над нами. Смеются над нашей нерешительностью и трусостью.

– То есть ты действительно считаешь, что это и есть выход?

– А ты сам как думаешь? Неужели ты думаешь, Владкина мать не хотела, чтобы муж вернулся. Она год заливала горе вином. Или, может, ты думаешь, что она пила от радости?

– Ничего я не думаю, – ответил Истомин.

На самом деле он думал о том, что какое-то странное счастье от возвращения мужа. На взгляд Сергея, лучше бы все были живы, хоть и разбросаны по стране. Можно было бы по телефону общаться или по «Скайпу».

– Эй, старичок, ты что-то завис. Или это комп?

– Это я, – улыбнулся Сергей.

– Ты давай не ломайся, а то тогда будет полный комплект к моему оборудованию.

Сергей засмеялся.

– Ой, погоди-ка, старичок. Мне тут письмо пришло. Сейчас взгляну и вернусь.

Ждать долго его не пришлось.

– Мне тут один знакомый прислал видео. Не спрашивай, где он его взял. Не скажу. Потому что не знаю. Я тебе сейчас перешлю, посмотришь на досуге. Потом обсудим.

Сергей принял три небольших файла формата «.flv» и «.doc» и отключился. Он дал ему время на просмотр. Истомин посмотрел на часы. Отец должен был прийти через час. Время у Сергея было, и он открыл первый файл.

* * *

Саша очень торопился домой. Он понял, что плохое самочувствие не что иное, как предчувствие беды. С его мальчиком что-то случилось или случится. Весь день он не мог ему дозвониться. До двух часов он еще был спокоен. Ну, не берет трубку – урок, а телефон стоит на бесшумном вызове. Он мысленно ругал ребенка за то, что тот на переменах не смотрит пропущенные вызовы. Потом ругал себя за чрезмерную опеку. «Ты б еще ему колокольчик на шею повесил», – корил он сам себя. Часам к четырем он засобирался домой.

– Что, совсем дело плохо? – участливо спросила Света.

– Смотря что ты имеешь в виду, – улыбнулся ей в ответ Александр.

– Сережка?

– Да что-то дозвониться до него не могу…

– Хочешь, я тебя подброшу?

Саша задумался. Вспомнил, сколько пересадок ему делать, и кивнул.

– На машине, может, не быстрее, но хотя бы комфортней. Или у тебя скутер?

– Остряк. Свой первый скутер я в шестом классе разбила.

– Ну, ты хотя бы предупредила.

– Пошли уже, – улыбнулась Света и направилась к выходу.

– Пошли.

Он посмотрел ей вслед и понял, чего ему сейчас так не хватает. Женской ласки ему не хватает. И пацана он своего замотал совсем этими разговорами о любви к жизни.

«А сам-то ты, Истомин, любишь жизнь? Вот в этом-то и дело, что даже если и любишь, то где-то очень глубоко».

«Хендай Акцент» стоял в тридцати метрах от парадного входа. Саша никогда не водил машин, да и особой тяги к этому делу у него не замечалось, но эта ему нравилась. По сравнению с поделками ВАЗа эти машины, собранные в Таганроге, были просто спасением отечественного автопрома.

Они ехали молча. Александру нужно было подумать, и Света, похоже, это прекрасно понимала. Аромат ее духов немного сбивал с мысли. С правильной мысли. А думал он в основном о Сережке, об эпидемии самоубийств и, конечно же, об отношениях с женой. Возможно, именно эти отношения и влияют каким-то образом на сына. Возможно?! Да это так и есть. Он вспомнил, как не находил себе места, когда однажды мать выгнала отца. Все семейные дрязги губительно действуют на детей. И, исходя из этого, самоубийства подростков не так уж и необъяснимы. Семья после развала СССР отошла на задний план. Люди стали очень заняты решением финансовых вопросов. Моральные аспекты сохранения семьи их уже интересовали мало. Если раньше, прежде чем развестись, люди думали, а что скажет комсомол, профком, райком и еще куча комитетов и организаций, то сейчас из-за отсутствия оных людям наплевать на то, что кто-то там скажет. Нет сейчас той цементирующей основы, того фундамента. Некому указать человеку на его заблуждения. А страдает опять же кто? Дети. Сейчас Саше трудно было представить ребенка, повесившегося в советские годы из-за неустроенности в жизни. Тогда их все устраивало, а кого нет – тот молчал. Хорошо это или плохо – другой вопрос, но они хотя бы жили.

* * *

Сережа посмотрел первый ролик. Видео было без звука, но он понял, что девушка с кем-то разговаривала. Возможно, это запись со «Скайпа». Несмотря на плохое качество записи, девушка вдруг показалась Сергею знакомой. Он пытался в ней узнать Свету Мечникову, потом Владу Хрулеву. Но нет, обе его одноклассницы были с длинными волосами, а у этой была короткая стрижка. К тому же она была брюнеткой. Это уж тем более не подходило ни к блондинке Свете, ни к рыженькой Владе. И только когда девочка достала кучу таблеток и начала без разбора их глотать, он узнал в ней дочь Горыновны. Это точно была дочь их учительницы.

Второе видео было немного короче. Света плакала. Света Мечникова плакала, что-то говорила, потом снова плакала. А потом она смеялась. Сергей поразился такой перемене настроения девушки. Плач, смех, потом снова плач, а потом… Истомин вдруг понял, что ролик как раз и снимался для этого «потом». Света встала с кресла и вышла из комнаты. Вернулась она почти сразу же. «Может, это постановочный ролик?» – подумал Сережа. Мечникова вернулась с веревкой так быстро, будто она уже была подготовлена или Свете ее кто-то передал прямо у двери спальни. Сергей присмотрелся. В камеру была видна приоткрытая дверь. Сережа пытался разглядеть в щели какую-нибудь тень или движение. Но там ничего не происходило. Зато на переднем плане все было готово к основному действию. Истомин даже не видел петлю, но он знал, она свисает с потолка, потому что внимание Мечниковой было устремлено туда, наверх. Она выкатила кресло в центр комнаты. Света все делала не спеша, будто следуя чьему-то приказу. Мечникова повернулась к камере, замерла, потом кивнула и полезла на стул. Какое-то время она стояла неподвижно, не решаясь на дальнейший шаг. Сережа не видел ее головы, но знал – она в петле. Когда она шагнула, Сережа не увидел. Он только на мгновение закрыл глаза, а когда открыл их, Мечникова уже болталась, подрыгивая конечностями. Когда тело успокоилось, ролик закончился.

Эмоции выплескивались через край. Он был шокирован увиденным. Множество вопросов крутилось в голове. Для чего девочки снимали свои самоубийства? С кем они разговаривали перед этим? И самое главное: как видео попало к его другу?

Сережа вошел в «Скайп». Дока не было в Сети. Жаль. Сергей вытер вспотевшие ладони о джинсы и включил третий ролик. И чем больше он погружался в немое кино о самоубийстве, тем сильнее было ощущение, что девочек кто-то на это толкал. Видео закончилось на распахнутом окне. Ветер колыхал грязно-розовые шторы. Сережа почему-то обернулся на свое окно.

«Если бы я захотел умереть… Нет, ну, если представить, так, в порядке бреда. Так вот, если бы я захотел умереть, то непременно бы это сделал так, как эта девочка. Чувство полета, а потом тьма».

Оповещение о новом сообщении заставило Сережу дернуться.

Dr

Ну что, посмотрел?

Он что, следит за мной?

Сергей

Да, посмотрел.

Dr

Ну и как тебе? Не хочешь обсудить это?

Хотел ли он? О да! Он очень хотел.

Сергей

Давай.

Безразличный тон мог спугнуть собеседника, и Сережа добавил:

Круто.

Dr

Поделишься?

И он поделился. Но о самом важном вопросе: откуда это видео у него, Сережа забыл.

* * *

«Акцент» вырулил на Варшавское шоссе и направился по направлению к Щербинке. Молчание уже раздражало, поэтому Света просто спасла ситуацию.

– А твой Сережка как учится?

– Неплохо. А если бы еще и не ленился, то вообще бы отличником стал.

– Никогда бы не подумала, что он у тебя ленивый.

– Да есть немного, – улыбнулся Саша и посмотрел в окно.

Они миновали поворот на Милицейский поселок и въехали в Щербинку.

– А моей учиться пока нравится.

– А сколько ей?

– Шесть.

– И что ж ты ее так рано нагружаешь?

Света пожала плечами.

– Пока интересно…

– Вот именно что пока. Мы своего тоже отдавали рано. В какой-то садик с каким-то там уклоном. – Истомин постучал указательным пальцем себе по виску.

– И что? Видишь, на пользу пошло.

– Не совсем так. – Саша поморщился. – Он, нарадовавшись этой забаве за год, отказывался учиться в первом и во втором классах. Еле заставили.

Они проехали стелу «Подольск 1741». Дальше был универсам «Карусель», а напротив – дом, в котором жил Истомин.

– Да ладно. Шутишь? – Света недоверчиво посмотрела на Александра.

– Нет. Да ему и есть в кого, – улыбнулся Саша.

– Да ладно.

– Да. Меня в первом классе мама буквально насильно усаживала за уроки и вдалбливала всякие крючки да палочки.

– Вот оно что, начальник. – Светлана улыбнулась. – Не хотел учиться, значит.

– Да. Но мама так постаралась, что дальше я учился только на пять.

– Ой ли? – хитрая улыбка появилась на красивом лице.

– Ну, почти на пятерки.

– А я школу с золотой медалью окончила, – с ностальгией в голосе произнесла Света. – Неплохая ведь пора была, правда?

– Лучшая, – Саша понял, что и он поддался этой печали о безвозвратно ушедшем счастливом детстве. – Причем чем старше становишься, тем счастливей кажется детство.

Света вырулила на небольшую площадь, на которой красовался большой магазин «Пятак». «Акцент» тихо катил по дороге, больше похожей на проселочную, чем на асфальтированную.

– Ну, вот и твой дом.

Саша кивнул и посмотрел на окна зала и спальни Сережи. Истомин понял, что не хочет выходить из машины, что не хочет отпускать Свету.

– Может, зайдешь?

Света улыбнулась.

– Чай, кофе, потанцуем?

– Ну, как-то так. Хотя я думаю, для первого свидания достаточно будет и кофе.

– Так это что, свидание? – Светлана округлила глаза.

– А разве нет?

И тут Саша снова взглянул на окно комнаты сына. Сережка стоял у окна и пытался открыть створку. Истомин вспомнил, что снял все ручки. В следующий миг он уже выскакивал из машины. Он увидел, как его ребенок повернулся назад и что-то кому-то сказал.

– Эй, что случилось?! – крикнула вслед ему Света.

– В квартире кто-то есть! – ответил Истомин и вбежал в подъезд.