Текст книги "Мир информеров"

Автор книги: Александр Шохов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 8 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]

Но нет, пусть помнит целый век

Любой, кто лично с ним встречался,

Насколько в нем он ошибался.

– Сонет, – сказал Макс.

– ЧТО?! – закричал Максим Филиппович. – СОНЕТ, ТВОЮ МАТЬ! Юля только что распечатала. И обратный адрес твой стоит. Вот, полюбуйся.

И правда, в сообщении был обратный адрес домашней электронной почты Макса.

– Черт! – сказал Макс. – Дайте-ка я прослежу, откуда это пришло на самом деле.

– Ищи, ищи. А то ты виноват будешь!

Однако, как ни искал Макс, ничего он не нашел. Единственным объяснением было то, что вместе с сообщением пришла маленькая программка, которая заменила обратный адрес и самоуничтожилась. В свойствах сообщения в Outlook Express'е значилось, что отправителем сообщения был Макс. Бедой было то, что Юля перезагрузила компьютер вскоре после получения этой почты, а потом сохраняла несколько больших файлов на диске. Поэтому следов самоуничтожившейся программы не осталось вообще никаких.

Единственной надеждой Макса было то, что придет еще одно сообщение. Он поменял установки сортировщика сообщений на компьютере Юли, чтобы почта с таким обратным адресом пересылалась тут же ему на рабочий почтовый ящик.

Однако, в конце дня выяснилось, что этот сонет уже опубликован на одной из персональных интернет-страниц. Не надо было ходить к гадалке, чтобы выяснить, что автором и зарегистрированным хозяином этой страницы был именно Макс.

– Я тебя, блядь, из конторы выкину! – орал в 18-30 Максим Филиппович, закрывшись с Максом в его кабинете. – Что значит, еще один сонет придет? И тогда ты разбираться будешь? Сейчас! Срок тебе до утра. Не решишь проблему уволю!

Он, наверное, орал бы еще долго, но Макс поднялся со своего кресла и сказал:

– У меня встреча в 19-00. Я должен идти.

Максим Филиппович на секунду замер. Видимо, опешил от такой наглости. Но потом взял себя в руки и сказал:

– Можешь не возвращаться.

– Неужели Вы не понимаете, что меня кто-то хочет подставить? Зачем мне все это делать? Зачем мне наживать врага в Вашем лице, Максим Филиппович!?

И тут электронная почта Макса подала сигнал. Это было еще одно послание. Но вместо второго сонета, на экране выплыла фотография Макса, держащего в руках хорошо различимый первый сонет. А внизу белела надпись: "Это-таки действительно я написал".

Макс развел руками.

– Теперь Вы видите, что это не я. Я говорил с вами и не мог послать сообщение.

– Теперь я вижу, что автор пасквиля ты, – сказал Максим Филиппович.

Потом он повернулся и ушел, бросив через плечо:

– Ты уволен!

На беду Макса его шеф понятия не имел о том, что такое фотоколлаж, и что можно сделать с фотографией при помощи графических редакторов. Впрочем, Максима Филипповича было трудно обвинить в доверчивости. Коллаж был сделан по высшему разряду. Нигде не видно швов, разницы в освещении и прочих мелких деталей, которые обычно бывают заметны при такого рода подделках.

Макс опоздал на назначенную ему встречу. На пятнадцать минут. Но охранник внизу сразу же, без лишних вопросов, препроводил его в приемную, где на столе секретаря стояла огромная допотопная пишущая машинка, а затем – в кабинет начальника.

Макс увидел невысокого лысоватого человека с немного монгольскими чертами лица, который встал ему навстречу из-за большого стола и протянул руку для пожатия.

– Мое имя вам, наверное, известно, – сказал он.

– Извините, нет. Мне никто не сказал. Хотя лицо Ваше кажется мне знакомым.

– Возможно, видели фотографию где-нибудь в прессе, – сказал начальник. – А зовут меня Владимир Ильич.

– Мое имя Макс'им, – с почти незаметной паузой произнес Макс. – Обычно меня называют Макс.

– Или Максимилиан, – сказал лысоватый человек и довольно потер ладони одну об другую. – Ну что же. Наши условия простые. Мы платим двенадцать тысяч долларов в год. Будете вместе с нашей командой завоевывать Интернет. За запуск каждого проекта премия тысяча долларов. Вы нам подходите, мы тщательно изучили все ваши работы. Оч-чень талантливо написано, скажу я вам. Так что вам принимать решение. Согласны?

– Да, – выдохнул Макс и вытер вспотевший лоб. Получив это предложение, он повышал свой уровень жизни примерно в четыре раза, это если не считать премий.

– Вот и отлично. На работу приходите завтра. Скоро вам покажут ваше рабочее место. Но сначала мы с вами пройдем в мою лабораторию. Я должен протестировать уровень ваших способностей.

Он встал и взглянул на Макса немножко исподлобья, как будто сомневался, можно ли ему доверять. Пауза затягивалась. Макс снова начал лихорадочно вспоминать, где он видел этого человека.

– Пойдемте в святая святых моего кабинета, – наконец произнес Владимир Ильич, любезно пропуская Макса вперед.

За креслом начальника была дверь, ведущая, как оказалось, в просторный зал, освещенный по углам и в центре потолка. Окон не было. Звучала тихая музыка. Посередине возвышалось кресло, вокруг которого громоздилось разнообразное оборудование.

– Садитесь, – сказал Владимир Ильич, – я исполню роль оператора. Побочным эффектом тестирования всегда является повышение способности концентрировать внимание. Я испытал это на себе. В общем-то возможности этого оборудования гораздо шире. Не волнуйтесь. Я гарантирую, что никаких вредных последствий не будет.

Макс, не говоря ни слова, сел. Тотчас на голову опустился шлем, и руки оказались на металлических контактах.

– Начнем с небольшого теста, – сказал Владимир Ильич.

Макс ничего не почувствовал. Просто вдруг нахлынул целый вал мыслей, большая часть которых была критическим переосмыслением всего того, чему его учили в течение жизни. Затем он увидел череду быстро мелькающих, но все же четко различимых картин. Все они, выстроенные в ряд, были своеобразной цепочкой воспоминаний о прозрениях и открытиях.

– Усилим эффект до максимума, – сказал Владимир Ильич.

И в следующий миг Макс понял все без слов и объяснений. Ему стала ясна внутренняя логика эволюции мира. Он увидел собственную судьбу – одну из многих нитей, сплетенных в единую композицию ментального развития человечества.

Оглядев убожество собственных умозаключений о жизни, мире и вселенной, Макс обратил взор на истину. И она не ослепила и не раздавила его. Он со всей достоверностью знал, что произошедшее сейчас с ним – только маленький первый шаг, но он также понимал, что еще вчера он не мог себе даже представить, что возможно такое мышление и такое проникновение в сущностные характеристики бытия.

– Отлично, товарищ, – сказал Владимир Ильич. – Ваше сознание сразу же адаптировало новое знание. Пройдет много времени прежде чем Вам удастся осмыслить случившееся за эти несколько минут. Но этот процесс необратим. Я поздравляю Вас с вступлением в нашу организацию.

Макс освободился от шлема, встал с кресла. Они вернулись в кабинет. Владимир Ильич нажал кнопку селекторной связи и попросил:

– Надюша, проводи товарища к его рабочему месту. Пусть все посмотрит.

Надя – толстая некрасивая баба лет под сорок – вошла в кабинет и басом сказала:

– Пойдемте.

Макс подчинился и, пробормотав "До свидания", удалился.

Его рабочее место располагалось в отдельном кабинете. В свете уличных фонарей было видно, что окно выходит на садик с фонтаном, располагающийся во внутреннем дворике здания. На столе стоял самый современный компьютер, за каким Максу приходилось работать, а рядом были все возможные средства связи.

– Это ваш мобильный телефон, а это пейджер. Инструкции по пользованию находятся в этом портфеле, с которым вы должны будете ходить на работу. Ничего, кроме этого портфеля, брать с собой не разрешается. Выносить с работы ничего нельзя. Если захотите работать дома, согласовывайте каждый бит информации, который отсюда выносите. Иначе высокие штрафы.

Макс начал чувствовать, что попал в жесткую административную структуру, где высокие оклады не выплачиваются, потому что существуют не менее высокие штрафы.

– Все не так страшно. – сказал Надя, увидев, как изменилось его лицо. – Не будете нарушать правила, перечисленные в инструкции, которая тоже в вашем портфеле, никаких штрафов не будет.

7. Огненная феерия

Когда Макс добрался до дома, было уже десять часов вечера. Подходя к подъезду, он заметил какие-то странные отблески со стороны Поля Чудес.

Потом, поднявшись к себе, увидел в окнах танец разноцветных огней. Как будто бы кто-то сделал кульки на поле люминесцирующими и завертел их в воздушном вихре.

Это продолжалось минут двадцать, и Макс, не отрываясь, смотрел на этот странный танец. Потом он почувствовал, что очень голоден, бросил в микроволновку заморозку какого-то мяса и съел его, запивая пивом.

Он заглянул в почтовую программу и увидел, что сообщения в контору действительно ушли с его домашнего компьютера. Но каким образом? Тщательно осмотрев квартиру, Макс не обнаружил никаких следов взлома двери или беспорядка, который обычно сопровождает вторжение.

Его бронированная дверь закрывалась на три "классовских" сейфовых замка, к которым невозможно было быстро подобрать ключи. Каждый замок закрывался на четыре оборота. На окнах и балконе стояли решетки из прочных стальных прутьев. И на них не было никаких следов повреждений. Макс даже посмотрел, на месте ли запасные ключи от замков: они лежали в сейфе под столом, целые и невредимые. Ключи от домашнего сейфа он всегда носил с собой. Нет, проникновение в квартиру приходилось исключить.

Тогда он снова вернулся к компьютеру и обнаружил то, что его очень заинтересовало. Пришедшее вчера вечером письмо от работодателя было подозрительно "тяжелым" для нескольких строк. Оно занимало целых 100 Кб. Вчера Макс не обратил на это внимания. Значит, все сегодняшние неприятности могли быть инициированы Владимиром Ильичом? Любопытно. Он сохранил сообщение в отдельном файле. Но в нем не было ничего подозрительного. А потом, когда снова посмотрел на объем сообщения, увидел, что оно занимает всего 500 байт. Большая часть информации в процессе сохранения бесследно исчезла. Макс выругался и нажал Delete.

Впрочем, вся эта история его не очень тревожила. Он уже был уволен. Теперь все, связанное со старой работой, казалось неважным.

В почтовом ящике лежало письмо от Ларисы. Она писала, что симпозиум заканчивается в пятницу, и в субботу она будет дома. Макс ответил ей, что перешел на новую работу, в "Информерз тулз" и лег спать.

Он два раза просыпался среди ночи, и видел, что огненные вихри на Поле чудес продолжаются. Но это его почему-то тоже не очень беспокоило.

Утро встретило его хмурым светом неба. В открытую на кухне форточку дул пронизывающий холодный ветер. Вспомнив о том, что сегодня он идет уже на другую работу, Макс как-то вяло умылся, оделся и, на ходу догрызая яблоко, направился к маршрутке.

Оказавшись на работе, он обнаружил в своем сетевом почтовом ящике четыре срочных задания от Владимира Ильича.

Выбросив из головы все остальное, Макс углубился в работу.

Задания были связаны с проектом "Виртуальные офисы". Услуги, которые компания "Информерз тулз" предоставляла клиентам по всему миру, Макс пока еще представлял себе плохо. Однако, проект, над которым ему предстояло работать, должен был дать возможность клиентам компании работать с клерками через систему интернет-представительств.

Одной из функций виртуальных офисов должно было стать обслуживание посетителей в экзокостюмах и шлемах. Персонал офисов также работал в шлемах и экзокостюмах. Таким образом должно было создаваться полное ощущение присутствия. Задача была интересной, тем более, что работали вместе с Максом над нею молодые, талантливые ребята. Погруженный в захватывающие детали уже сделанных разработок, Макс забыл о еде и времени. Дома он оказался только за полночь.

Огненная феерия продолжалась. В этот раз Макс начал различать какие-то странные живые всполохи, проникающие в его квартиру через окна. Эти всполохи окутывали собой мебель и заставляли ее слегка светиться.

Ночью Макс увидел красочный сон. На Поле приземлялись огромные блестящие летающие тарелки, из которых выгружали удивительно красивые и странные вещи. Они переливались радужными красками, излучали в окружающее пространство колеблющиеся эманации. После того, как выгрузка завершилась, один из неопознанных летающих объектов сделал круг над полем, посыпая его какой-то блистающей моросью. Вещи, на которые попадали капельки мороси, становились обыкновенным мусором.

Проснувшись, Макс увидел в окно только горы мусора, выступающие из темноты при слабом свете зарождающегося утра.

После этого он уснул спокойно, без сновидений, и проспал до девяти утра.

8. Сектанты

Неподалеку от дома Макса, в радиусе десяти минут ходьбы, располагалось несколько религиозных общин: богоискатели, богостроители и эвангелисты. Это если не считать православного храма в вагончике на Поле Чудес. Все три сектантских церкви ненавидели отца Евлампия, справедливо расценивая представляемую им фирму как основного конкурента в борьбе за души прихожан.

Богоискатели все дни проводили в поисках очередного воплощения Иисуса Христа, проверяя каждого подозреваемого сложной системой разнообразных тестов. Лидером богоискателей был известный в городе религиозный деятель, в прошлом психолог, по фамилии Хилер. С детства его дразнили Гитлером и, видимо, из какого-то извращенного чувства противоречия он отрастил себе усики "под Адольфа", мог страницами цитировать "Мою борьбу" и придумал, что Иисус Христос был на самом деле истинным арийцем. Он нашел себе каких-то спонсоров на Западе, и те обеспечили ему возможность изучать изображение, сохранившееся на Туринской Плащанице. Хилер измерил "антропологические параметры" Иисуса Христа и провозгласил, что любой человек, который будет подходить под эти идеальные размеры, может претендовать на то, чтобы его признали следующим воплощением Иисуса. В подкрепление своих теорий он разыскал где-то среди индуистских верований систему критериев, по которым отличали человека, в которого воплотился будда: ровные зубы, правильные черты лица и т.д.

Хилер собрал все эти материалы и издал книгу "Современное богоискательство". После чего начал мерить всех подряд, с равным мастерством и энтузиазмом используя рулетку, штангенциркуль, тесты Люшера, Кетелла и методику портретных выборов Сонди. В девяностые годы на помощь Хилеру пришли компьютерные технологии, благодаря которым он существенно сократил по времени процедуру измерения.

И вот что печально – за почти двадцать лет беспрерывных поисков Хилер так и не нашел человека, который бы идеально подходил под выбранные им критерии. Поэтому пока, временно, роль первосвященника в своей церкви исполнял он сам.

Богостроители постоянно строили что-то на отведенной им территории. Им хотелось построить дом для бога, в котором тот захотел бы жить. Они строили одно здание за другим, каждый раз завлекая своего капризного божка пением и обрядами, однако, тот никак не хотел вселяться в отведенные ему площади и потому они начинали проектировать новое строительство. Возглавляла их женщина, взявшая себе имя Синегдоха. Но на равных с нею правах богостроителями управлял некто Йодо Шандарахис, которого она выбрала себе в мужья лет десять тому назад. Причина, по которой они создали эту секту, была до предела прозаична: деньги на ремонт собственной квартиры у них кончились, а желание что-нибудь все время строить и ремонтировать осталось. Вы скажете, что это часто случается со многими гражданами, и в особенности, с гражданками. Но только Синегдоха и Йодо (уши которого не уступали по размерам и волосатости ушам его тезки из "Звездных войн") сделали ремонты делом своей жизни. Синегдоха специализировалась на обрядах по зазыванию бога в построенное помещение, успешно используя для этой цели свой визгливый, пронзительный голос, а Шандарахис руководил строителями и следил за тем, чтобы бригадиры не воровали цемент, кирпич и прочие постоянно соблазняющие их стройматериалы.

Эвангелисты были более практичными людьми. Они поклонялись известной фотомодели Линде Эвангелисте, считая ее благой вестью и очередным воплощением божьей матери, хронической девственницы Марии. Возглавлял их городской кутюрье Дыркин. Он, пожалуй, был самым образованным и наиболее талантливым из патриархов. Дыркин свободно говорил на многих языках, часто ездил во всякие экзотические страны и считал религию одним из способов гармоничного бытия в мире. Ходили слухи, что в Японии и на Тайване его коллекции продаются за очень хорошие деньги. А вот Европа пока что не признала его талант.

Макс нередко наблюдал шумные и многолюдные сборища этих верующих, и иногда размышлял над тем, что побуждает людей этим заниматься.

Так получилось, что после субботней проповеди, на которой Макс впал в странное для себя состояние, слухи о божественном проявлении в церковном вагончике стали перетекать из одних ушей в другие. И, как и всегда бывает в таких случаях, в конечном итоге информация дошла до тех людей, которым она была очень интересна. Конечно же, и Синегдоха с Йодо Шандарахисом, и Хилер, и Дыркин были очень заинтересованы в том, чтобы всякого рода чудеса и божественные явления происходили именно у них. Когда же столь желанные чудеса происходили в православной церкви, это сразу объединяло сектантов друг с другом против общего врага.

Временный союз трех конфессий был заключен вечером в воскресенье, в эвангелической церкви на улице Леси Украинки. Четверо патриархов, стоя перед толпой верующих, по очереди произносили длинные речи, смысл которых сводился к одному: Макс, вполне возможно, является новым пророком. Хилер, потрясая штангенциркулем, выкрикивал: "Я измерю его!", Синегдоха истошно вопила, что приведет его в дом бога и уговорит жить там, а Дыркин сообщал, что как только достанет фотографию Макса, напишет письмо своей богине Линде Эвангелисте с просьбой благословить новоявленного представителя божества на грешной земле.

Идя утром на работу, Макс увидел толпу эвангелистов. Они довольно часто собирались на улицах, рассматривая новые журналы со своей богиней. Макс, как и прочие неверующие, обычно проходил мимо. Однако, в этот раз он заметил в толпе эвангелистов Гошу с отцом Евлампием и подошел ближе.

– Здравствуйте, отец Евлампий. Привет, Гоша!

– Привет тебе, Макс, сын мой, – сказал отец Евлампий.– Мы наблюдаем, стоя здесь, сколь многоличны греховные заблуждения человеческие.

Евлампий выглядел немного уставшим и каким-то помятым. Макс мог бы поклясться, что в прошедшую субботу священник был буквально на несколько лет моложе. Впрочем, это преображение можно было объяснить особой торжественностью момента, в который состоялась их первая встреча.

– А что они делают? – спросил Макс, отводя взгляд от лица Евлампия.

– Им гуманитарную помощь привезли, – сказал Гоша. – Сегодня, говорят, будут голограф испытывать. Трехмерный образ Линды Эвангелисты для них как подарок небес.

– Записи им поставляют из Парижа, – добавил Евлампий.

– Фантастика, – прокомментировал без особого энтузиазма Макс.

И тут прямо посреди толпы действительно появилась Линда Эвангелиста и, мило улыбаясь, прошествовала от проезжей части до бетонной стены, в которую и вошла, ничтоже сумняшеся.

Народ воспринял явление своей богини как чудо и грохнулся на колени.

– Тьфу! – сказал отец Евлампий и собрался было уходить, но тут кто-то в толпе показал на него пальцем и закричал во весь голос:

– Держите! Это Евлампий!

– Да это он! Хватай его!

Тут же от крыльца отделилась инициативная группа из трех крепких мужчин, которые, помахивая белыми шелковыми шарфами, двинулись в сторону чужаков.

– Пора уходить, – сказал Гоша, и они с отцом Евлампием вприпрыжку побежали в сторону Поля Чудес, чтобы спрятаться от линчевателей в коричневом вагончике.

Макс проводил их сочувственным взглядом и направился к остановке маршрутного такси.

Однако, толпа теперь обратила внимание и на него. Кто-то истошно выкрикнул:

– Это новый пророк!

И молодцы с шелковыми шарфами прекратили преследование отца Евлампия и Гоши, чтобы устремиться вслед за Максом.

– Держи его! Это ОН!

– К Дыркину его! К Дыркину!

Макс оглянулся и, увидев, что толпа бежит прямо за ним, сначала ускорил шаг, а потом помчался, что было духу и, выскочив на проезжую часть, поймал какую-то машину.

– Жми во всю. Плачу двадцатку до центра, – выдохнул он в лицо удивленному водителю и плюхнулся на сиденье.

9. Они не пройдут!

Добежав до вагончика, Гоша и отец Евлампий закрыли дверь. Гоша стал пристально смотреть в окна, ожидая появления преследователей, а отец Евлампий чем-то громыхал за иконостасом.

– Наверное, в этот раз решили не бежать, – сказал через десять минут Гоша.

– Я тут хотел показать кое-что, – сказал отец Евлампий. – Смотри.

– Вот это да!

Перед Гошей стоял совсем новенький пулемет, наверное, снятый с какого-то танка или бронемашины. Он был большой, мощный, и блестел от смазки.

– И еще кое-что есть. Это все Владимир Ильич презентовал из своих запасов.

Евлампий вытащил на свет божий устройство, напоминающее по форме спутниковую антенну около метра в диаметре.

– Что это? – спросил Гоша.

– Психическое оружие. Если установить переключатель на синее деление, то у нападающих начнется депрессия. Если на желтое – то они начинают чувствовать огромную любовь ко всему миру, а если вот в эту красную область передвинуть, то у них просто мозги спекутся как в микроволновке.

– Ну и ну! И на каком расстоянии действует?

– Он сказал, что со ста метров. Чем ближе, тем больше. Рекомендовал вот эти шлемы одевать, чтобы себя обезопасить.

– Значит, теперь они не пройдут, – сказал Гоша.

Тут раздался громкий стук в дверь. Евлампий пошел открывать, а Гоша скромно присел под надписью: "Разговаривающим в храме посылаются скорби".

Это стучал Иннокентий. Он был не в меру пьян и с трудом держался на ногах.

– Где тебя так угораздило? – укоряющим тоном спросил его священник.

– Да, эта... Угостили...

– Так, вот тебе пять рублей завтра на опохмелку и чтобы духу твоего тут не было.

– Я... – он громко икнул, – знаю. Меня Хилер угостил...

После этих слов Евлампий затащил своего подопечного внутрь и усадил на стул.

– Рассказывай все по порядку.

После целого часа расспросов и неясных ответов выяснилось, что Хилер попытался выведать у Иннокентия все, что тот знал о новом пророке. И Иннокентий спьяну сказал ему про спонсора и про то, что в церкви установлена аппаратура, которая работала во время той самой проповеди.

Собственно, чтобы рассказать об этом, патриот Иннокентий и явился на работу в столь непотребном виде. Его уложили спать за иконостасом.

– Так, – сказал отец Евлампий. – Какие будут соображения?

– Хилер придет за аппаратурой, – сказал Гоша. – Надо предупредить Владимира Ильича.

– Сходи и позвони ему. А я установлю пулемет. И еще надо объявление написать, что храм божий временно закрыт.

– Тогда уж и надпись на боку надо закрасить, чтобы с дороги не заворачивали, – сказал Гоша. – Я займусь этим, когда вернусь.

– Еще одно, – сказал отец Евлампий уходящему Гоше. – Зови меня теперь князь Василий.

10. Планы Владимира Ильича

Сегодня Макса пригласили на утреннее совещание. Он вошел в конференц-зал с некоторой опаской. Там было светло и уютно, на стене висела большая подробная карта мира, которая медленно двигалась мимо неподвижной линейки, демонстрируя в каком часовом поясе расположена та или иная территория, и который там час.

Высокие стройные галогеновые светильники отбрасывали свой рассеянный свет на белый потолок, выпуклости которого создавали игрой теней иллюзию купола над головами сидящих.

Макс прошел к месту за столом, возле которого стояла медная табличка с его именем, и осторожно сел в изящно выгнутое кресло, которое тотчас под тяжестью его тела поменяло форму.

Другие сотрудники постепенно занимали свои места. Всего собралось больше двадцати человек. Последним пришел сам Владимир Ильич. Он с улыбкой осмотрел собравшихся и сказал.

– Ну что же, товарищи. Начнем. Надюша, объяви повестку дня, пожалуйста.

Надюша взяла в руки отпечатанный на пишущей машинке листок бумаги и прочитала.

– Вопрос первый. Состояние проекта "Виртуальные офисы". Вопрос второй "Перспективный план развития компании". По первому вопросу будем слушать архитектора системы виртуальных офисов Пугливера Самуила Аркадьевича, по второму выступит Владимир Ильич.

Самуил Аркадьевич вышел за невысокую трибуну и начал, используя мультимедийный экран, рассказывать собравшимся о проекте и о том, в каком состоянии он ныне находится.

– Мы рассчитываем в течение ближайших трех месяцев, используя усилия наших программистов, – тут докладчик сделал полупоклон в сторону Макса, обслужить в наших виртуальных офисах более сотни миллионов посетителей со всех уголков земного шара. Маркетинговая политика компании ориентирована так, что это, несомненно будут самые выдающиеся и талантливые представители человечества. В процессе обслуживания каждому из них будет введен "модуль зета", который позволит нам подготовить их эмоциональную реакцию в "ключевой момент".

Эта фраза привлекла внимание Макса, поскольку она была единственной, смысла которой он не понял.

– Я думаю, что наш новый сотрудник еще не знаком с терминами "модуль зета" и "ключевой момент", – вмешался Владимир Ильич. – Пожалуйста, проясните это для Максимилиана.

– Под "модулем зета" я имею ввиду программу, адресованную подсознанию наших клиентов. Она настраивает чувства человека, чтобы он правильно воспринял некоторые изменения, которые произойдут со всем разумным населением земного шара в течение ближайших двух-трех кварталов. Ключевой момент – это момент времени, когда эти изменения выйдут за границу обратимости. Если вам незнаком и этот термин коллега, то поясню: он означает, что изменения станут необратимыми. Содержание моего доклада исчерпано. Пожалуйста, вопросы.

Вопросов не было. Тогда Владимир Ильич взял слово и, бурно жестикулируя, начал произносить речь, которая повергла Макса в полушоковое состояние.

– Мы готовимся к полному изменению социального мироустройства. Поскольку сегодняшняя цивилизация завела человека разумного в ценностной тупик, из которого невозможно найти выход, мы взяли на себя ответственность за глобальные перемены. Сегодня мы представляем собой теневое правительство планеты и ее интересы в галактическом сообществе. Однако, собратья по разуму ожидают от представителей нашего разумного вида более решительных действий. Они совершенно справедливо отмечают, что сегодняшнее человечество вряд ли можно с полным на то основанием считать разумной расой. Они ссылаются на такие объективные параметры, как склонность человечества к дуальной логике, в то время как большинство разумных рас вселенной пользуется континуальной логикой, в которой между "ДА" и "НЕТ" присутствует множество нюансов смысла. Они ссылаются на недостаточное количество слов в нашем словаре. Как вам известно, многие животные виды вселенной пользуются в общении друг с другом таким количеством сигналов, которое превышает количество слов в самом развитом человеческом языке. Эти и другие критерии не позволяют галактическому сообществу воспринять нас как полноправных партнеров. И именно с этим состоянием дел мы приняли решение покончить. Вот фрагмент последнего послания, адресованного нам галактическим сообществом.

На мультимедийном экране показалась уродливая шишастая голова с маленькими щелками глаз, которая стала бессвязно лепетать. Внизу побежали титры: "Мы устанавливаем новый срок для человечества, и этот срок вступления в лигу разумных рас будет последним. У вас осталось меньше года для осуществления ключевых изменений в вашем ментальном поле. В случае, если по истечение указанного времени, вы не изменитесь, мы прекратим любые контакты с вами и вашими представителями".

– Таким образом, – продолжал Владимир Ильич, – для нас с вами не успеть к этому последнему сроку означает прекращение нашей совместной работы. И мы должны напрячься, приложить максимальные усилия для того, чтобы у нас все получилось.

В настоящий момент наши космотехники заканчивают монтировать излучатель ментальных волн повышенной интенсивности, который, следуя по спиралевидной орбите, сможет охватить собой все населенные регионы земного шара. Наше дело – с помощью виртуальных офисов подготовить эмоциональную составляющую человеческих существ к тем изменениям, которые вскоре произойдут с их мышлением. И мы, уважаемые господа, будем первыми, кто на себе ощутит прелесть расширенного восприятия вселенной. Модуль зета уже введен каждому из Вас. Я делал это лично в процессе принятия Вас в фирму. Завтра в моей личной лаборатории начинает в полную силу работать расширитель ментальных способностей. Так что не удивляйтесь, скоро каждого из вас я приглашу к себе и мы проделаем эту операцию.

Широко открытыми глазами смотрел Макс на собравшихся в конференц-зале людей. И робкий голос разума, который говорил, что все это или глупость или сумасшествие, постепенно стихал. В этих лицах было что-то более убедительное, чем слепая вера. На них, когда они слушали речь своего предводителя, лежала печать скучной повседневности.

Вернувшись на свое рабочее место, он еще раз придирчиво осмотрел все доступные ему материалы. Да, теперь он, имея новую точку зрения, легко находил следы общего замысла в каждой компьютерной программе, которую разрабатывал его отдел.

Масштабы проекта поражали его воображение. Вполне вероятно, что инернет-технологии не были единственными, которые должны были подготовить человечество к превращению в вид по-настоящему разумных существ. Но даже в этой своей части замысел выходил за любые разумные рамки.

После обеда Макса вызвал к себе Самуил Аркадьевич.

– Я подумал, что у Вас, коллега, могут возникнуть вопросы. Я помню свое состояние, когда впервые узнал обо всем этом.

– Сам удивляюсь, насколько спокойно я воспринял эти новости.

– Это модуль зета. Он сконструирован так, что позволяет человеку не отвергать информацию, которая эмоционально неприемлема для него. Ведь обычный человек очень часто видит только то, что хочет увидеть и позволяет себе не замечать то, что ему не нравится.

– Если я верно понял, в виртуальных офисах оказываются какие-то услуги. Но я ни разу не видел описания этих услуг.

– Это весьма специфические услуги. Даже не знаю, могу ли я рассказать Вам об этом. Сейчас, сверюсь с уровнем Вашего доступа к информации...

Он засеменил пальцами по клавиатуре и через полминуты посмотрел на Макса исподлобья.

– У Вас полный доступ, коллега. Он введен около часа назад лично Владимиром Ильичом. Ну что ж... В виртуальных офисах мы исполняем желания. Любые. Вам, наверное, знакомы психотехники, с помощью которых некоторым людям удается запрограммировать себя на те или иные позитивные результаты.