156 000 произведений, 19 000 авторов.

» » СХРОН (дневник выживальщика) (СИ) » Текст книги (страница 12)
СХРОН (дневник выживальщика) (СИ)
  • Текст добавлен: 3 июня 2018, 10:30

Текст книги "СХРОН (дневник выживальщика) (СИ)"


Автор книги: Александр Шишковчук






сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 24 страниц)

– Лена! – крикнул я. – Ты где там? Поехали!

– Я иду, – подбежала она с рюкзаком. – Вот собрала еду из палатки, еще… Ой! А что ты с ними сделал?

– Все нормально, не переживай.

– Ну почему ты такой жестокий, Саша?

Я вздохнул и привлек Лену к себе. Мои губы впились с особой жадной страстью. Если бы не усталость, овладел бы ей прямо сейчас.

– Садись на снегоход, – сказал я, прерывая проклятые нежности.

– А ты куда?

– Я поеду на другом.

– Но я не умею!

– Тут ниче сложного, смотри… вот так нажимаешь – это газ, здесь – тормоз.

Завел ее машину. Лена с причитаниями, рывками, но все же поехала тихонько по кругу. Я показал большой палец, молодец мол, и закурил. Еще пару снегоходов загнал в лес. Вернусь за ними завтра. Еще не смотрел что в обозе, но, наверняка, куча ценного. Запрыгнув на другой, на Ямаху, я медленно обогнал Лену и повел наш маленький караван к Схрону. Поскорей бы затопить печку и выспаться, наконец, в нашей кровати.

Окружающий лес принял нормальный вид. Вроде отпустило, но хорошее настроение и спокойствие остались. Надо будет разыскать потом старика с его волшебной настойкой. И за помощь отблагодарить.

Глава 34

Постепенно Лена освоилась с управлением, поехали быстрее. К утру, но еще затемно прибыли домой. Отправив ее растапливать печь, сам принялся распаковывать сани и таскать припасы в Схрон. А тут не только мои продукты. Повертел в руках банку незнакомой тушенки. У меня была не такая. Кого еще ограбили эти мудаки?

Покончив с переносом тяжестей, я завалил вход снегом, разделся и блаженно откинулся в кресле. Как же тут тепло и хорошо! Лена уже немного прибралась. Подала мне дымящуюся кружку с чаем. Я осторожно отхлебнул. Потом мы улеглись в постель и уснули, нежно прижавшись друг к другу…

– Блин! – я рывком вскочил с постели.

– Придурок! – вскрикнула Лена, хватаясь за сердце. Она у плиты, помешивает что-то в кастрюльке. – Как ты меня напугал!

Я вскинул руку, посмотреть время. Блин, куда пропал мой мега-девайс? Походу, посеял в лесу… или ублюдки Седого сняли. Черт!

– Который час?!

– Не знаю, полдень, наверное… ты так сладко спал, не стала будить… да что с тобой?

– Мне ж надо ехать! – Я быстро надевал нижнее белье и амуницию.

– В смысле? Куда ты собрался?

– Мы сегодня договорились город захватывать! Кандалакшу!

– С кем ты опять там договорился?

– С Валерой.

– Так. Я больше одна здесь не останусь! – твердо сказала Лена. – И ты один не поедешь!

– Не один… мы с друзьями собираемся… – пытался объяснить я.

– Нет! Ты меня не любишь! – Начала всхлипывать.

Бляха... Я на секунду задумался.

– Ладно. Собирайся, только быстро!

– Надо еще поесть, я суп с тушенкой приготовила. Ты ешь, а я пока буду одеваться!

Не встречал в своей жизни бабы, которая бы собиралась вовремя. Я успел похлебать суп, посрать, уложить в рюкзак патроны и гранаты, зарядить револьвер и Сайгу, и теперь стоял в прихожей, потея, как мудак. Девушка занимается какой-то нервирующей бесполезной, на мой взгляд, фигней. Одновременно укладывает волосы, выбирает шмотки, в чем идти, складывает перекус в сумки. Это конечно лишнее – я собираюсь поживиться хавчиком в городе. Хотя ладно, мы ж не пешком пойдем.

– Почему мне нечего надеть?! – Лена швырнула в кладовку мой зимний охотничий костюм. – Во всем этом старье я смотрюсь уродско!

– Да нормально, че ты… – заверил я, – не на концерт же едем.

Хорошо все-таки быть мужиком, проснулся и уже красивый.

– Ты такой бесчувственный! Тебе наплевать на меня! – начала заводиться.

– Ну не знаю, одень тогда свою дубленку… – попытался решить проблему я.

– Рехнулся совсем! Дубленку с этими штанами? Да ты в своем уме?!

– Как ты относишься к творчеству Валерия Сюткина? – спросил я, тоже закипая.

– К чему ты это спросил? – захлопала глазами Лена.

– Да так… пошутил…

Она отвернулась и начала всхлипывать. Нет ничего страшнее слез любимого человека. Разве что волки-мутанты с ядерных пустошей. Ненавижу, сука, мутантов! Палец лег на скобу револьвера. Блин, как же она умеет достать! Я сделал десять глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Помогло – ствол перестал ходить из стороны в сторону. Нет, стрелять пока не буду. Кто еще станет стирать мои тактические носки?

Положив свой прекрасный убийственный револьвер на стол, подошел и обнял Лену. Она задрожала под моими руками.

– Успокойся, Лена… Прости, но лучше тебе остаться дома.

– Нет!

– Да!

– Обещай мне! – Она обернулась. – Обещай, что раздобудешь мне новый зимний комбез!

– Постараюсь! – обрадовался я. Это было легко.

– И чтоб без дырок от пуль!

– Ладно, – вздохнул я.

– И вообще, ты помнишь, когда у меня день рождения?

– Э-э…

– Так и знала, ты забыл! – Лена выпучила глаза, отпихивая меня.

– Ну, извини, зато я помню, когда у тебя восьмое марта, – ответил я.

Снял шапку, сорвал ветрозащитную маску из неопрена и очки, повесил Сайгу на крючок и повалил свою нервозную девушку на кровать. Кажется, я понял. Ей не хватает внимания и моей яростной ласки. В следующее мгновение вспыхнул термоядерный секас. Схрон затрясся от судорожных движений. Вообще огонь! Мощная волна пронзила закаленный организм. Я закричал от кайфа. Потом откинулся на спину и захрапел.

– Так, может, ты все-таки никуда не пойдешь? – спросила Лена, закидывая мне в рот ложку тушенки. Мы снова решили перекусить.

Я призадумался, пережевывая. Родина в опасности. Пендосы должны умереть ужасающей смертью. Поделившись сперва припасами, конечно. Хотя, тушняка, гречи и патронов что я забрал у Седого, хватит на пару лет. А там, глядишь, и зима отступит. Можно будет посадить картошку.

– Надо, Ленусик, надо, – я улыбнулся и шлепнул ее по жопе. – Не все враги еще в могилах.

– А если сюда кто-то придет?

– Но я же учил тебя стрелять из Сайги! Вот смотри, это АК, в принципе, все тоже самое…

Конечно, можно установить Корд в гостиной напротив входа, но это будет уже перебор. Боюсь, Лену просто прибьет отдачей, и она все тут разнесет нахрен.

– Главное, херачь только короткими очередями, – напутствовал я, вручив автомат. – Патроны не бесконечные. Пароль повтори!

– Каракатица!

– Умница! – я поцеловал ее в лоб. – Новую дверь сделаю, как приеду.

– Во сколько ты приедешь? – быстро спросила Лена.

– Дня через три, может, через неделю…

– Скажи точно!

– Да откуда я знаю? Какая разница?

– Так и знала, ты опять что-то скрываешь! – она, уперев руки в бока, гневно смотрела на меня.

– Я тебе же сказал, куда еду…

– Просто скажи, во сколько будешь дома! Я должна быть уверена, что ты не будешь пьянствовать со своими дружками-дебилами!

– Но-но, полегче! Не говори так про моих друзей! – возразил я

– А что это ты защищаешь своих алкашей? – подняла брови любимая. – Думаешь, не знаю, что у вас одно только на уме, нажраться поскорее!

– Да не буду я бухать, Лен. Клянусь тебе, освободим Кандалакшу от врагов и сразу обратно. Можешь понюхать потом!

– Тогда почему ты не можешь сказать точное время? А… поняла… завел себе, значит, какую-то шлюху! Точно! Кто она, а? Я сразу поняла, скрываешь от меня что-то… даже время сказать не можешь!

– Да нет у меня часов, дура! – заорал я, не выдержав. – И никаких шлюх нету! Только ты.

– Правда?

– Конечно!

– Тогда возьми мои. – Она сняла свои часы и протянула мне.

– Не буду надевать, они же бабские!

– А что такого? Если ты, конечно, не врешь сейчас…

– Ладно, давай… – я печально посмотрел на запястье. Дешевые Ленкины часики смотрелись на брутальной волосатой руке капец как стремно.

– И так, когда ты явишься домой? – торжествующе спросила она.

– Через три дня, – сквозь зубы ответил я. – В 20.00.

– Точно?

– Да!

– Хорошо, поверю тебе в этот раз…

– Готовься к приезду, борщеца забабахай, – велел я, натягивая шапку.

– Посмотрим.

Блин! Я выбрался наружу и надел варежки, чтобы не видеть гребаных часов. Вот она, любовь, черт бы ее подрал, думал я, сливая из одного снегохода топливо. Бензина осталось мало, но на поездку к точке сбора должно хватить. Перелил остатки в Ямаху, отцепил сани и, оседлав аппарат, завел двигатель. Я вздрогнул, но не от тряски мотора. Сквозь метель разглядел серую фигуру. К Схрону идет человек. Рывком перекатился за снегоход, снял с предохранителя карабин и успокоил дыхание, приготовившись стрелять.

– Валера? – я поднялся, опуская оружие. – Какого хрена тут делаешь?

– Привет, Саня, ух… – он остановился. – Еле успел.

– Блин, чуть не пристрелил тебя! Капец, будто не в глухой тайге живу у черта на рогах, а на сраном Арбате! Шляются все кому не лень! – Я вытащил сигарету и нервно закурил.

– Ладно, не горячись, камрад. У меня важная информация… о, снегоход где-то достал?

– Я думал, встретимся на месте, как договаривались! Садись что-ли, по дороге все расскажешь. Как ты вообще меня нашел? Ты же тут еще не бывал!

– Ну, примерно знал, где ты обитаешь… потом на буранку наткнулся, и вот я здесь!

– А че за инфа?

– Пришла команда повременить со штурмом Кандалакши.

– Да ладно?! Почему? – опешил я.

Блин, поездка за ништяками откладывается?

– Возникли новые обстоятельства, – Валера пожал плечами. – Будем выдвигаться не раньше, чем через месяц.

– Ну, е-мое! Пойдем внутрь, чего тут на морозе базарить?

– Отлично! Посмотрю хоть твой Схрон!

Я разгреб снег и первым пролез внутрь. Валера, сопя, следом.

– А что с дверью случилось? – Он протер очки от снега и уставился на выбитые дверные петли.

– Ерунда! Временные трудности. Так, обувь снимай, одежду на вешалку…

Когда он расстегнул пуховик, я чуть не заорал от удивления.

– Ааа! Друган, ты с котом что ли приперся?!

– Ну да, – улыбнулся Валера, вытаскивая из-за пазухи рыжего котяру. – Любимец мой, увязался вот… зато, знаешь, как греет!

– Как звать? – Я погладил пушистого выживальщика. Давно не видел кошаков, черт побери! – Васька? Или Барсик?

– Ты что, это же банально. Фидель!

– Почему Фидель?

– Потому, что Кастро, – вздохнул Валера.

– Саша, у нас гости? – раздался Ленкин голосок. – Ты разве не уехал?

– Отбой, любимая! Познакомься, это Валера, я про него рассказывал!

– Привет, – Лена выглянула из гостиной. – Саша, вообще-то предупреждать надо! Я даже голову не успела помыть!

– Рад знакомству, сударыня, – галантно произнес Валера, пропуская кота исследовать Схрон.

– Ой, еще и кошку принесли? А кто потом шерсть убирать будет? – Закатив глазки, ушла в комнату.

Мы с Валерой переглянулись.

– Извини, друган, она маленько не в духе сегодня, – сказал я.

– Ох уж эти женщины, – понимающе кивнул Валера.

Мы расположились на кухне. Достал из холодильника ништяки – копченое мясо, банку шпрот. Поставил на плиту супец. Лена проигнорировала мою просьбу организовать стол. Даже немного неудобно перед гостем. Как завершающий штрих, извлек из морозилки заиндевевшую бутыль самогона.

– Сань, хм… мне же еще домой добираться, – Валера поскреб иней на бутылке.

– Да оставайся здесь, места много!

– Ну, Люсечка, будет волноваться…

– Да, перестань! – хохотнул я. – Подкаблучник что ли?

– Наливай, уговорил!

Пропустили пару рюмок под горячий супчанский. Офигенно. Настроение заметно улучшилось. Можно и поговорить о деле. Вдруг, мне на колени запрыгнул Фидель.

– Держи, морда усатая! – Я пальцами вытащил шпротину и положил перед ним на стол.

Кот по-свойски вскочил на столешницу и принялся деловито точить угощение.

– Смотри-ка, жрет ведь! – сказал я.

– Он после БП все жрет, – хмыкнул Валера, облизнув ложку.

– О, дружище! – вспомнил я. – У меня же есть валерьянка. Давай, и Фиделю нальем, а то че он обламывается?

– Можно.

– Ну что, котофей, бухнем немножечко? – налил ему в блюдце грамм десять из склянки.

Довольно заурчав, котяра оттопырил усы, хвост трубой. Щурясь от удовольствия, принялся лакать. Мы с Валерой закурили и с умилением наблюдали за этой картиной. Я повторил процедуру и с нашей тарой.

– Так что с боевыми действиями? – спросил я, выдохнув. – Не собрался народ?

– Говорят, амеры как-то узнали о предстоящем штурме, – помрачнел Валера. – Произошла утечка информации. Будут разбираться. Но скорей всего сливают через Сергеича. Он как-то связан с пендосами, поставляет в город провизию…

– Знаю этого гандона, – кивнул я. – Его бы лучше ликвидировать в первую очередь.

– Так и планируется, Саня. Через три дня начинаем операцию по взятию райцентра. Как раз отработаем тактику и взаимодействие перед серьезным делом. Местные отморозки – это одно. А обученные морские котики – совсем другое. Мародеры Сергеича реально потеряли берега, грабят деревни, насилуют, убивают за просто так. Вроде бы даже поставляют рабынь для натовцев. Надо покончить с этим безобразием.

– Я готов! – треснул кулаком по столу так, что подпрыгнула посуда.

– Не сомневаюсь в тебе, Саня! Вижу, у тебя прямо руки чешутся!

– Да!

Чокнулись и немедленно выпили.

– Вы можете так не орать? – заорала из комнаты Лена, затем сунула нос на кухню. – Фу! Ну и вонища, накурили! Саша, ну ты же обещал!

– Ладно, Ленчик, не переживай! Вентиляция все всосет, хаха!

– Уже нажрались, госсссподи!

Я предложил спуститься вниз и там продолжить обсуждение тактических планов. Валера, качнувшись, подхватил Фиделя, который совсем не мог идти. Я взял бутыль и закуску. Валера удивленно присвистнул, когда увидел РИТЭГ. Предложил поменяться на 400 банок тушенки. Но я отказался. Ишь, какой ушлый айтишник! Тушняк сожрал и все. А энергия – это жизнь.

Выпили за энергетику. Кот, вроде, оклемался. Пошел исследовать запасы моей кладовой. Только б не насрал.

– А там что? – Валерыч топнул люк.

– Вход в преисподнюю. – Я дернул рюмашку и запил шпротным маслом. – Ну, вот нахрена ты спросил, на ночь глядя?

– Хм… не, ну с-серьезно? Виж-жу, трубы к-какие-то идут вниз. К-лодец или септик, ик?

– Мля, држищще! Не спршивай…

– Что-то не открывается, С-саня… можно, м-мне псмотреть?

– Нет.

– Почему?

– Я заварил люк.

– Не л-лгично, – замотал головой Валера, подошел к столу, закинул порцию. – Ес-сли есть люк, з-значит он должен открваться, не?

Он истерично заржал, когда я рассказал о темном ужасе, таящемся в подземелье. Меня это задело. Валера считает, что мне все померещилось от страха. Ну, конечно! Сейчас посмотрим, какой ты смелый! С трудом я нашел «болгарку», в глазах изрядно двоится. Под ногами мелькало оранжевое пятно. Отойди, Фидель, а то останешься без хвоста… Хороший сэмчик получился. Надев очки, воткнул инструмент в переноску и, отодвинув Валеру, принялся срезать сварной шов. Пусть сам поглядит в эту яму, с усмешкой думал я.

– Блин! Вы что, совсем сдурели! – сверху прибежала Лена. – Я уже спала! Саша!

– Л-любимая, – я улыбнулся, сняв очки. – Все хршо! Надо прверить кнлизацию!

– Нашли чем заняться среди ночи! – С недовольным видом она убралась обратно.

Я подмигнул Валере.

– Гтво, д-друган! Смтри!

Прикурив сигарету, стал смотреть, как Валера кряхтит, пытаясь подцепить пальцами край люка. Эх, айтишник! Совсем не дружит с физической культурой! Я подошел, одной рукой спокойно поднял железную пластину…

– ААААААА!!!

– ААААААААА! Твою мать!

– Что это за хрень, Саня!

– Летучая мышь!

Крылатая бестия закружила по комнате. Мы с Валерой облегченно выдохнули и расхохотались. Фидель из вальяжного кота вдруг превратился в стремительного хищника. Он так угарно мечется, прыгая по стенам и полкам, что у нас слезы потекли из глаз. Бедная летучая мышь, видать, поняла, что скоро станет закуской нашего четвероного друга и, совершив мертвую петлю с обратной полубочкой, спикировала в черный зев колодца.

– Неееет! – закричал Валера, хватаясь за сердце.

Тоже ничего не успел сделать. Безумный кот огненным метеором скрылся в глубине. Я посмотрел на Валеру:

– Хана Фиделю! Нжно выпить за упокой пушистого!

– Ннет! Чствую, что он жив! – твердо сказал Валера. – Идем за ним!

– Бля… – Я заглянул в холодно ухмыляющийся мрак и нервно сглотнул. – Только ради тебя, дружище!

Глава 35

Друг порываетя лезть в пещеру, но я удержал. В носках что ли там бегать? Поднялся наверх. Лена спит… ну, или делает вид. Махнул рукой, и мы с Валерой на цыпочках прокрались в прихожую, взяли одежду, обувь. Когда снял с вешалки Сайгу, камрад приподнял бровь. Но я нахмурился и кивнул на его Вепрь. Так же бесшумно спустились вниз. Конечно, это тяжело, комнату здорово качает, словно на корабле в океанский шторм.

Трудней всего далась разгрузка, пару минут барахтался, как в сети. Затем прошли в оружейку, где я под непонимающим взглядом пьяного друга принялся навешивать гранаты. Так револьвер со мной. Запас патронов. Воспоминание о мерзком крике уже не леденит кровь. Нас будет двое. И мы вооружены. Что бы ни скрывалось в злобной тьме подземных ходов, оно отведает наших пуль!

Я подошел к столу и сдернул тент. Удивленно икнул Валера. В свете электрической лампы грозно блеснул гранями пулемет Корд. Настоящая тактическая мощь, дальность полтора-два километра, ленточное питание и патрон 12,7×108 мм. У пещерной нечисти просто не будет шансов.

– Држище, ик! Надо просто вытащить моего котика, – простонал Валера. – Идем быстрей! Нбрали оружия, как для нстщей войны, ик!

– Да. – Я задернул тент. – Это перебор. П-шли.

Вернулись к колодцу, я убрал растяжки, Валера начал спускаться, закинув за спину ствол.

– Стой! – воскликнул я.

– Ну что еще?

– Фонари не взяли! – качнувшись, я побежал на склад.

Валера неохотно вылез обратно и последовал за мной. Себе я взял мощный галоген, который примотал к Сайге, камраду достался более слабый налобник.

– Погнали!

– Пжди, Сань! Я никуда не пойду без моего друга Сэмчика! – Валера прихватил бутыль самогона и сунул за пазуху.

Пусть и выпил, и в глазах все плывет, но я-то хоть в адеквате. А вот за друганом, походу, надо присматривать.

Бренча оружием, начали спуск.

– Долго еще, Сань? – в десятый раз спросил Валера. – Не вижу дна…

– Тут глубина тридцать метров. – Я осторожно переставлял руки и ноги в распоре. – Если твой Фидель не умеет летать, то найдем его рыжую тушку прямо внизу…

– Не говори так! – взвыл камрад. – Теща меня кастрирует!

– Прости, друг, но мы не в каком-то фантастическом боевике, где случается невозможная дичь… это, мать твою, гребанная реальность!

– Все равно верю, что Фиделюшка жив! Кошки умеют падать с большой высоты!

– Блин, не ори так. Надо вести себя как можно тише, я же говорил.

– О, ты слышал? – спросил через минуту Валера.

Я вцепился мертвой хваткой в скобу, правая рука метнулась к рукояти револьвера.

– Что ты слышал?

– Кажется, он мяукнул!

– Это летучие мыши пищат. Всего лишь мыши.

Спрыгнув с последней ступеньки на дно пещеры, Валера радостно завопил. Мысленно проклиная все на свете, я спустился следом. Снял с предохранителя карабин, тревожно осматриваясь.

– Он жив! Жив!

– Тихо, блин! Не свети в глаза! С чего ты взял?

– Вот след, смотри, – глаза друга возбужденно сверкали под стеклышками очков.

Я направил луч фонаря вниз. Точно. Хвостатый скайдайвер оставил пушистое пятно в глине с отпечатками лап. Следов крови не видно, только немножко кала и шерсти. Ну, и где этот маленький засранец? Боги, теперь придется искать его в этом лабиринте?

– Позови его, – вполголоса произнес я. – Может, прибежит.

– ФИДЕЛЬ! КИС-КИС-КИС!!! – заорал Валера.

– Сдурел, блин! Тихо!

– Фиделюшка, ты где, негодник? Ксссс… кссс… – он побежал вглубь тоннеля.

– Ты куда? Остановись! – Даже сигарета выпала из зубов.

– Здесь следы лап!

– Чьих?

– Кошачьих! Следы коготков… ну, пойдем, он же где-то здесь! Ему, наверно страшно! Кссс… ксссс…

Знал бы ты, как страшно мне. Со вздохом я двинулся за Валерой, напряженно вглядываясь во тьму и стараясь не дышать. Блин, но почему он так топает? Эхо шагов гулко отражается от покрытых влагой каменных сводов. Прохладный ветерок остудил разгоряченный фейс.

– Блин!

– Что такое? – Вскинул Сайгу.

– Здесь камни, я потерял след! – Валера вытащил сэм и нервно отхлебнул.

– Ну, раз нет следов, пошли обратно. Бесполезно искать.

– Нет! Я тогда пойду один! – расхрабрился друг.

– Ладно, пройдем еще немножко.

Отобрав бутылку, я сделал мощный глоток огненной воды.

– Это хоть и тещин кот, но знаешь, как я его люблю! Когда спать ложимся, только ко мне приходит, ляжет на грудь, урчит, и ждет, чтобы я за ушком почесал. Эх… Фидель! Кис-кис-кис!

– Не переживай, все нормально будет. – Мрачно ответил я. – Наверно.

– Фиделька! Иди к папочке! Кссс… ксссс…

– Что с тобой сделать, чтобы ты не шумел так?

– Саня, пойми, я же переживаю! Переживаю очень сильно я!

Не стал говорить, что кота скорей всего сожрала непонятная зверюга, обитающая в темноте. Да, оно точно где-то здесь неподалеку. Наблюдает за нами, смотрит из тьмы, готовясь к броску. Я завертел дуло Сайги во все стороны. Ходы разветвляются, жадно следя за нашим поисковым отрядом.

– Саня, хм… – Валера остановился.

– Что.

– Смотри, несколько коридоров. Как думаешь, куда он пошел?

– Не знаю. Не нравится мне все это.

– Придумал. Логично будет разделиться, обследуем больше пространства… встретимся тут!

– А ну стой! – Я поймал камрада за капюшон. – Только в дешевых ужастиках дебилы-герои разделяются и гибнут поодиночке! Мы – тактическая группа и должны держаться вместе.

– Отпусти! Ну, ты реально параноик…

– Поэтому и жив до сих пор.

Сейчас уже должны выйти к тому месту, где я обнаружил мертвого фрица. Покрепче перехватил Сайгу. Но свернув за поворот, я обомлел. Скелет исчез! Что за херня? Не мог же он сам уйти?

– Валера, погоди! – Я остановился и осмотрел место.

Да, точно он был тут… вот гильзы. Блин, что-то здесь не чисто. Я уже десять раз пожалел, что вскрыл этот чертов люк.

– Саня, ну пошли! – Валера пританцовывал в нетерпении. – У меня фонарь почти не светит!

Я молча поднялся и пошел впереди. Каждый шаг давался тяжело, будто идешь по минному полю. Но вроде все тихо и спокойно. Может, пронесет? Скорей бы найти этого долбанного котяру, мать его за ногу!

И в этот момент чудовищный рев из глубин подземелья сотряс стены пещеры. Ничего не соображая, я прыгнул в какое-то ответвление.

– Саня, подожди!

Друган с побелевшим лицом побежал за мной. От нового вопля у меня мурашки прокатились по спине. Мы поддали газу. Внезапно, наклон тоннеля сменился, и мы покатились по глинистому склону. Валера вцепился мне в руку. Можно было за что-то ухватиться, но я боялся выпустить Сайгу. Скольжение прервали валуны, больно ударившие по ребрам. Мой фонарь стукнулся об камень, с серебряным звоном лампочка лопнула и погасла. Капец.

– Ты жив, камрад? – прошептал я.

Валера застонал. Фонарик на его башке светил на последнем издыхании. Только сейчас я понял, что не взял запасные батарейки. Что, блин, делать? Главное, пещерную тварь больше не слышно. Но, может, она подкрадывается сейчас в темноте? Я поднялся и помог Валере.

– Теперь ты понял?

– Бедный Фидель… – простонал друг.

– Надо убираться отсюда.

– Согласен… идем.

И тут я понял, что наверх не выбраться по скользкому склону. Нужно идти вперед. Искать другой выход. Ну, блин.

– Держись рядом, а то ни хрена не видать, – велел я, с удовлетворением отметив, что он взял все ж таки свой Вепрь наизготовку.

Прошли метров сто, когда и Валерин фонарь приказал долго жить. Но я был готов к такому повороту событий.

– Не сикай, дружище, – хлопнул по невидимому плечу. – Доставай самогон.

– Да, конечно, давай нажремся и сдохнем здесь глупой смертью.

– Оставь свой пустой сарказм. Сделаем спиртовую лампу. Надо только какую-нибудь тряпку. Кусок твоей кофты отлично подойдет.

Вскоре мерцающий свет озарил наши перепачканные лица. Ништяк. Я аккуратно несу бутыль, следя, чтобы набегающий поток не задул слабый огонек. Валера прикрывает меня, крутя винтовку во все стороны.

– Кссс… кссс… кссс… – Он еще не оставил надежду найти кота.

– О, ты чувствуешь? – Я остановился, глядя на резко дергающееся пламя. – Свежачком потянуло.

– Да!

Уже почти не таясь, дали ходу. Кажется, за тем поворотом свет? Сколько же мы тут бродим, если на улице светло? Я первым повернул и замер. Фидель! Живой! Но за шкирку его держит… блин, Вован! В другой руке десантника сверкнул нож.

Глава 36

Очень скоро остатки человечества будут выглядеть именно так, если не восстановят цивилизацию. В чем я сильно сомневаюсь. Мусор, обглоданные кости, вонючие шкуры, закопченный потолок. На протянутых веревках висят трусы-семейники и тельняшка. Стены украшают рисунки – парашютисты, выпрыгивающие из самолетов, корявые человечки с автоматами. В центре композиции огромные буквы: «ВДВ». А ниже: «Никто кроме нас!»

Я дунул, гася пламя самодельной лампы. Ноздри Вована хищно раздулись, улавливая спиртовый запах.

Следом за мной зашел Валера и тут же вскинул винтовку:

– Отпусти кота, животное! Ну!

– Охренеть, Санек, сколько лет, сколько зим, нах! – проревел ВДВшник. – А тебя, очкастый, не учили, плять, не направлять волыну на человека?!

– Привет, Вован! – Я отвел в сторону ствол Вепря. – Ты же не собираешься есть кота?

– Че, я вам, ска, кошкоед чели? Ыыыы… – Владимир отпустил котана. – А вы хуль тут забыли?

– Я тоже самое хотел спросить…

– Так, хуль, присаживайтесь, погутарим, епта!

– Только нож убери, а то нервирует как-то.

– Гавно-вопрос, братка! – Десантник сграбастал меня, аж кости затрещали.

Валера тут же схватил Фиделя и принялся тискать, целовать в разные места. Фу, блин, никогда не понимал подобной зоофилии. А вдруг у него глисты? Мы присели на укрытые шкурами валуны возле костра, на котором закипала вода в ведре. Я заметил в углу копье, сделанное, кажется, из штык-ножа и парочку автоматов. Но ими, похоже, давно не пользовались.

– Рад, что ты жив! – искренне признался я.

– Та херня! Че мне сделаецца? – осклабился десантник.

– Один живешь, – уточнил я.

– Почему один? Вона друган мой, гыгы!

Я обернулся и увидал ухмыляющийся скелет фрица. На начищенном черепе красовался вовановский голубой берет.

– Знакомься – мой друг Валера, тоже выживальщик.

– Здарова, нах!

Валера осторожно пожал могучую ладонь, не выпуская котофея.

– Кошара твоя, кабздец, меня напугала, братан! Пошел, кароч, стравить задний клапан. Сижу, ептать, гляжу глаза из темноты светяцца! Епать, я пересрал, как заору нахой. Неуходит нечисть, плять! Ну я снова, значит, рявкнул уже от души. А убежать, какой там! Уже не свалить, личина как раз пошла… а до этого три дня просраццо не мог толком. Ну и хули, выходит значит ко мне вот эта хренота рыжая, ыхыхы… Думаю, ништяк, бляхо! Вот и обед притопал! Да шучу я, нах! – заржал Вован, глядя, как Валера прижал к себе кота.

– А зачем нож тогда держал? – с подозрением спросил айтишник.

– Да, еба, побрицца хотел, а этот, ска, лезет и лезет… контуженный он какой-то у тя, без обид, братан!

Десантник снял ведро с огня, намочил обросшую харю и принялся ножом соскребать густую щетину.

– Как ты здесь-то оказался, Вован? – спросил я.

– Да, кабздец, братка! Помнишь, про корефана своего, сослуживца, драть его в сраку, рассказывал?

– Про Сергеича?

– Точняк, епть! Наехал на меня, кароч, с братвой своей, гандон, плять! Кто-то ушлепков евошних покрошил на дороге. А я-то ваще не при делах! – Он скосил на меня глаза, не прерывая гигиеническую процедуру. – Но я, кажись, догадываюсь, чья эт работа…

– Вован, я…

– Да ладно, хуль, проехали! – Десантник ополоснул нож и продолжил занятие.

– Вован, поможешь убрать Сергеича? – спросил я.

– И всю его банду, – уточнил Валера.

– Канешн, епта! С тобой, Саня, хоть в огонь, хоть в воду! Ты зла за прошлое не держи, хуль, выпил тогда, малость. Я когда выпивший, башню рвет, ток держи! Гляди, как эти пидоры меня покромсали! – Вован откинул шкуру с груди, и я увидел несколько кривозаштопанных шрамов. – За все Серега, ответит, нах!

– Отлично, давай тогда сейчас все и обсудим, – предложил я и поболтал бутылкой с остатками сэма. – Ну и за встречу накатим!

– Не братка, звиняй… – на гладковыбритом лице отразилась внутренняя борьба. – Я ж это… типа, ну, завязал, нах!

– Да, ладно? – я был удивлен.

– Блябуду! И ваще, тороплюся я! Завтра, кароч, заходите, пошел я, ребзя. – Поднявшись, он сбросил шкуру и принялся натягивать недавно, видимо, отстиранную тельняху.

– Куда, на охоту?

– Свиданка у меня, ыыы! С девчулей одной познакомился, все терь у нас чики-пуки. Она меня, кста, заштопала. Вот пойду, отдам должок, гы-гы!

– Ну, удачи в амурных делах, – усмехнулся я. – Пойдем, Валера.

– Ты иди, – ответил друган. – А я здесь наружу выйду, можно?

– Конечно, хуль! Айда, братка, провожу вас с котярой! До завтра, Санек!

– До завтра.

Валера сунул кота под пуховик, Вован подхватил копье, и они вышли. Охренеть, подумал я. Как же тесен мир. Теперь мы с отбитым десантником, получается, соседи? Надо, блин, точно заварить люк. Хотя… он сильно изменился. Как-то спокойнее стал, что ли. И не бухает. Это вообще фантастика. Интересно, что за телка появилась, к которой он так радостно полетел?

Я зажег фитиль и потопал домой. Пещера больше не пугала, когда я раскрыл все ее «тайны». Так хочется помыться и отоспаться. Да и Ленка, поди, волнуется. Да и пожрать не помешает. Что она там наготовила?

***

Я в ярости вылетел из Схрона на мороз и прыгнул на снегоход. Вместо сытного обеда, встретил обиженное молчание. Ленка так и не соизволила встать, лежит в постели отвернувшись. Что за гавно? Нахрена спасал, спрашивается? Устраивать разборки или сидеть дома не хотелось, поэтому я отправился снимать параплан. А если время останется, заберу другие снегоходы с добром, пока у них ноги не появились.

Открытая местность всегда представляет опасность для одинокого путника в этом постъядерном смертоносном мире. Поэтому веду снегоход стремительными зигзагами, рыская по поверхности застывшей реки. Если за мной следит вражеский стрелок, я не дам так просто прицелиться. Слишком дорого нам обходится беспечность и вера в доброту окружающих. У меня только два настоящих друга – это мой револьвер и карабин Сайга. Ну, и еще Валера с Вованом, конечно.

Вскоре достиг нужного места. Неожиданно подумал, что становлюсь слишком сентиментальным и добросердечным. Всего лишь забираю оружие с трупов убитых врагов, вместо того чтоб разделать их на тушенку. Ведь зима будет длинна и полна… полна всякой опасной херни. Надо поискать дома соответствующую литературу. У меня, вроде, была книжка, как стать беспощадным.

Слез со снегохода и подошел к костровищу. Хоть я тогда и был без сознания, но моя звериная чуйка без труда позволила найти следы, которые привели к месту крушения параплана. Вот он, висит на ветвях, как дохлый ворон. Ну, ничего, я еще полетаю на нем! Надо только выточить новый деревянный пропеллер. Будет чем заняться долгими вечерами после секса с Леной.

Тут сзади раздался треск.

Отточенные рефлексы сработали молниеносно, кинув в сторону тренированный организм. Затаившись в сугробе, оглядел местность через коллиматорный прицел Сайги 12с. Ничего, представляющего для меня опасность, не нашлось. С сожалением поднялся и повесил на плечо ружье. Видимо, дерево треснуло от мороза.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю